Решение № 2-4969/2025 2-4969/2025~М-3032/2025 М-3032/2025 от 3 декабря 2025 г. по делу № 2-4969/2025

Дело №2-4969/2025

59RS0007-01-2025-006113-40


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Пермь 21 ноября 2025 года

Свердловский районный суд г. Перми

в составе председательствующего судьи Кокаровцевой М.В.,

при секретаре Дегтяревой Е.В.,

с участием помощника прокурора Чугаевой А.А., после перерыва ФИО4,

представителя истца ФИО5,

представителя ответчика ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО14 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства» о признании незаконным приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, об увольнении, о восстановлении на работе, взыскании вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства» о признании незаконным приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности, об увольнении, о восстановлении на работе, взыскании вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Исковые требования мотивирует тем, что она на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ принята в «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства».

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за несоблюдение принятых этических норм и принципов поведения при выполнении своих профессиональных обязанностей.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее применено дисциплинарное взыскание в виде замечания за несоблюдение принятых этических норм и принципов поведения при выполнении своих профессиональных обязанностей.

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за несоблюдение принятых этических норм и принципов поведения при выполнении своих профессиональных обязанностей.

Приказом №/ув от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ней расторгнут с ДД.ММ.ГГГГ по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (далее также ТК РФ).

По мнению истца, приказы о дисциплинарных взысканиях вынесены по надуманным основаниям, не отражают объективные обстоятельства. Исползуя психологическое давление, ее вынудили написать заявление «по собственному желанию». Ранее дисциплинарных взысканий она не имела, считалась среди пациентов хорошим врачом. Руководство ей высказало, что у нее не будет проблем с трудоустройством, если она напишет заявление, и, что предпенсионный возраст не повлияет.

На основании изложенного, истец просит восстановить срок для подачи искового заявления. Признать приказы № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ о применении дисциплинарных взысканий, №/ув от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении незаконными, восстановить ее на работе, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ, компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб.

Истец участия в судебном заседании не принимала, извещалась надлежащим образом, от нее представлено заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить.

Представитель ответчика в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных возражениях, согласно которым истец пропустила сроки исковой давности по части требованиям, приказы о дисциплинарных взысканиях вынесены законно, доказательств принуждения к написанию заявления об увольнении по собственному желанию, в материалы дела не представлено.

Судом установлено и следует из материалов дела, она на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-пер переведена участковым врачом – терапевтом кабинета участковой терапии поликлиники № МСЧ № в Федеральное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства» (л.д. 12).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за несоблюдение принятых этических норм и принципов поведения при выполнении своих профессиональных обязанностей (л.д. 48).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее применено дисциплинарное взыскание в виде замечания за несоблюдение принятых этических норм и принципов поведения при выполнении своих профессиональных обязанностей (л.д. 59).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за несоблюдение принятых этических норм и принципов поведения при выполнении своих профессиональных обязанностей (л.д. 66).

Приказом №/ув от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ней расторгнут с ДД.ММ.ГГГГ по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (л.д. 11).

Истец, полагая, что приказы о дисциплинарных взысканиях и приказ об увольнении являются незаконными, обратилась в суд с настоящими исковыми требованиями.

Суд, заслушав представителей истца и ответчика, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что требование о признании незаконным приказа о дисциплинарном взыскании является обоснованным в связи с нарушением порядка привлечения, а по требованию о восстановлении на работе пропущен срок исковой давности, в связи с чем следует отказать в удовлетворении данного требования, исследовав материалы дела, считает исковые требования подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности в отношении признания незаконным приказа от ДД.ММ.ГГГГ № о наложении дисциплинарного взыскания и приказа от ДД.ММ.ГГГГ №ув об увольнении, истцом заявлено о восстановлении пропуска срока исковой давности.

В соответствии с абз. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд по трудовому спору может разрешаться судом только при условии, если об этом заявлено ответчиком, иное приводило бы к нарушению основополагающего принципа гражданского процесса - равенства всех перед законом и судом (Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.04.2022).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных чч. 1, 2 и 3 ст. 392 ТК РФ, они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).

В абз. 5 п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Согласно п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного ст. 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая ст. 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п. К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 ТК РФ срок.

В этом же Постановлении Верховный Суд РФ обращает внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе рассмотрения дела представитель истца пояснил, что сроки обращения в суд истцом пропущены по причине ее нетрудоспособности.

Суд находит доводы представителя истца несостоятельными, названные причины не уважительными.

Представителем истца в материалы дела представлены справки из ГБУЗ Пермского края «Городская клиническая поликлиника №», согласно которой истец со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на амбулаторном лечении.

Согласно ответу на запрос из Отделения фонда пенсионного и социального страхования РФ в Пермском крае, по истцу сформирован один лист нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

С исковым заявлением истец обратилась ДД.ММ.ГГГГ.

С приказом от ДД.ММ.ГГГГ № истец знакомится отказалась, о чем составлен акт от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 49), следовательно, срок исковой давности начал течь с ДД.ММ.ГГГГ, а значит истцом пропущен трехмесячный срок на обращение в суд с исковым требованием о признании данного приказа незаконным.

С приказом об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ №/ув истец ознакомлена в день его издания, о чем свидетельствует ее подпись (л.д. 11), следовательно, месячный срок на обжалование данного приказа и на обращение в суд с требованием о восстановлении на работе, истцом также пропущен.

Нетрудоспособность истца в период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не может расцениваться судом как уважительная причина пропуска срока исковой давности, поскольку длилась непродолжительный период времени и у истца имелась реальная возможность обратиться в суд с настоящими исковыми требованиями в установленные действующим законодательством сроки.

Кроме того, нетрудоспособность истца в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не явилась для нее препятствием лично подойти в суд ДД.ММ.ГГГГ и подать настоящее исковое заявление.

Поиски работы истцом после увольнения также не являются уважительными причинами для пропуска срока исковой давности.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что срок для защиты нарушенных трудовых прав, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса РФ истцом пропущен, уважительных причин для его восстановления не имеется.

Следует отметить, что пропуск срока обращения в суд за защитой нарушенного права является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

С учетом установленных по делу обстоятельств, вышеназванных норм закона, учитывая, что истцом пропущен срок для обращения в суд с исковым заявлением о признании незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания от ДД.ММ.ГГГГ, приказа об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении на работе, суд полагает данные исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению, в связи с чем, отказывает истцу в их удовлетворении в полном объеме.

Вместе с тем, суд полагает необходимым отметить следующее.

Статьей 80 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

Как разъяснено в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее: расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Кроме того, суд, исходит из того, что в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения лица, обратившегося за защитой его трудовых прав, возложена на ответчика.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО2 пояснила, что работает в ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ №, заведующей поликлиники. Истец работала в их поликлинике участковым терапевтом, она была ее руководителем. Она (истец) работала два года. Рабочие отношения были сложными, истец тяжело шла на контакт. Истец была переведена из другой медсанчасти в их поликлинику. В течение двух лет работы были периодические опоздания, официально это нигде не указывалось. Регулярно поступали жалобы от пациентов на истца: не разъясняла назначение лекарств (рекомендации), пациенты долго ждали рецепты. В регламент приема пациентов она (истец) не укладывалась. Получив жалобу от пациента, она устно попросила истца написать объяснительную. Ранее она всегда писала объяснительные, но не в этот раз. Истец отреагировала негативно. Ее (свидетеля) отношение после произошедшего, к истцу не поменялось. Конфликтов у нее с истцом не было. Предвзятого отношения у нее к ней нет и не было. Не получив объяснения от истца, они составили акт. По жалобе от ДД.ММ.ГГГГ она сразу попросила написать объяснительную, по жалобам от ДД.ММ.ГГГГ не помнит в этот день или на следующий день. Она (свидетель) просила писать объяснительные после каждой жалобы. Истец не отказывалась писать, говорила, что ее оговорили и уходила из кабинета. Проверку проводила она (свидетель). Пациенты с жалобами обращаются либо к главному врачу, либо к ней (свидетелю). Истец опаздывала на 20-40 минут. Истец могла оскорбить или ругаться матом. Когда истец написала заявление об увольнении, она (свидетель) испытала облегчение. Она писала докладную записку на имя главного врача, для того чтобы истца отправили на дополнительный медосмотр (из-за ее поведения). Примерно на истца поступило около 40 жалоб (что составляет примерно 90% от всех жалоб). Проверки проводим главный врач и она (либо ее дублер). На заседания комиссий (комиссии не собирались) истца они не приглашали, только лично с ней разговаривали. Жалобы поступали только на поведение истца, как специалист она очень грамотная. После увольнения истца, уменьшилось количество жалоб от пациентов.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО3, пояснила, что она работает в ФГБУЗ ПКЦ ФМБА России МСЧ №, заместителем начальника отдела по персоналу, ранее они вместе с истцом работали. Отношения чисто рабочие. ДД.ММ.ГГГГ истец в кадрах подписывала приказ о дисциплинарном взыскании и сразу же написала заявление на увольнение. Каждое заявление имеет типовую форму, которую и заполнила истец (хотя был и предложен чистый лист), написала истец заявление сама, никто на нее давление не оказывалось. Истец попросила бланк заявления сама. Причины увольнения у истца она не спрашивала. В коллективе поведение истца не обсуждалось. В данной организации она (свидетель) работает с 2019 года, истец к ним перевелась в 2023 году. Расписалась ДД.ММ.ГГГГ в журнале за ознакомление с приказом от ДД.ММ.ГГГГ. Акты были, объяснения истец не предоставила. Она истцу не говорила о том, что ее могут уволить за дисциплинарные взыскания. Она не исключает, что разговоры об увольнении истца были. На истца были поданы жалобы, заведующая устно потребовала от истца объяснительную. В состав комиссии входят заведующий, врач-терапевт, старшая медсестра. Уведомление-требование должны вынести сотрудники отдела кадров.

В данном случае, суд полагает, что ответчиком представлены доказательства наличия со стороны работника добровольного волеизъявления на расторжение трудового договора по инициативе работника, предполагающих в силу требований ст. 80 ТК РФ, выражение такого волеизъявления в письменной форме.

Разрешая данный спор, суд полагает, что нарушений закона при увольнении ФИО1 со стороны ответчика допущено не было, поскольку увольнение произведено на основании соответствующего заявления истца от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ, доказательств подачи заявления в установленном порядке об отзыве данного заявления об увольнении до указанного срока не представлено.

Истцом самостоятельно написано ДД.ММ.ГГГГ заявление об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем воля работника работодателем и была выполнена.

Суд полагает, что изложенные истцом обстоятельства не свидетельствуют о пороке воли ее как работника при выражении намерения на увольнение по собственному желанию, о какой – либо дискриминации со стороны работодателя, доказательств того, что фактически решение об увольнении принято работодателем, а не работником ФИО1 на основании ее собственноручно написанного заявления, в материалах дела не имеется.

Доказательств того, что заявление было написано под давлением и угрозами увольнения, то есть написание заявления об увольнении по собственной инициативе явилось следствием психологического воздействия на истца со стороны руководства, суду также не представлено.

Следует отметить, что доказательств того, что при ознакомлении с приказом об увольнении ДД.ММ.ГГГГ истец выразила несогласие с увольнением, указала на вынужденные обстоятельства своего увольнения, а также сообщила об иных причинах увольнения по собственному желанию, в материалы дела истцом не представлено, что свидетельствует о последовательности действий истца в осуществлении намерения прекратить трудовые отношения с ответчиком по ее заявлению.

Каких – либо достоверных и допустимых доказательств своим доводам в обоснование незаконности приказа об увольнении истец не представила в порядке ст. 56 ГПК РФ, тогда как ответчиком представлены доказательства законности процедуры увольнения.

Поскольку оснований для признания приказа об увольнении судом не установлено, в удовлетворении требований о взыскании вынужденного прогула, следует также отказать, поскольку данные требования являются производными от основного требования, в удовлетворении которого судом отказано.

Следует отметить, что в настоящее время истец трудоустроена с ДД.ММ.ГГГГ в Частное учреждение здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-Медицина» города Перми, в связи с чем ссылка истца на какие - либо препятствия в трудоустройстве, судом признается несостоятельной.

Вместе с тем, суд полагает, что при наложении дисциплинарного взыскания приказом Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства» от ДД.ММ.ГГГГ № о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания ФИО1, ответчиком была нарушена процедура привлечения к ответственности.

Исходя из положений статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник при приеме на работу принимает на себя обязательства, в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

В соответствии со статьей 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить перечисленные в указанной норме дисциплинарные взыскания, в том числе выговор.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен в статье 193 Трудового кодекса Российской Федерации и предусматривает ряд гарантий, направленных на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для наложения дисциплинарного взыскания, и на предотвращение его необоснованного применения.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", при рассмотрении дел об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.д.).

Основанием для применения к работнику дисциплинарного взыскания является факт совершения работником дисциплинарного проступка, который в силу норм действующего трудового законодательства следует рассматривать как виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя, при этом следует учитывать необходимость соблюдения установленной законом процедуры наложения дисциплинарного взыскания.

Привлечение работника к дисциплинарной ответственности допускается в случаях, когда работодатель установил конкретную вину работника и доказал ее в установленном порядке. Дисциплинарный проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Иное толкование вышеуказанных норм Трудового кодекса Российской Федерации приводило бы к существенному ограничению прав работников, допуская возможные злоупотребления со стороны работодателя при реализации своего исключительного права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, в том числе по неподтвержденным основаниям.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 53 этого же Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что за совершение работником дисциплинарного проступка работодатель вправе применить к нему дисциплинарное взыскание. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, выразившееся в нарушении трудового законодательства, положений трудового договора, правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции или локальных нормативных актов работодателя, непосредственно связанных с трудовой деятельностью работника.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не регламентировано содержание приказа о применении дисциплинарного взыскания, при этом, исходя из общих принципов юридической ответственности, в таком приказе и (или) в документах, указанных в основаниях его издания, должны быть приведены: конкретный дисциплинарный проступок, дата его совершения, обстоятельства, при которых он был совершен, обстоятельства, которые учитывались при определении работодателем вида дисциплинарного взыскания.

Из материалов дела следует, что приказом от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания (л.д. 59).

Основанием послужило: жалоба пациентки ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, обращение – жалоба пациентки ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ, обращение – жалоба пациентки ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, докладная ФИО10 оператора электронно – вычислительных машин отделения медицинской статистики № от ДД.ММ.ГГГГ, докладная ФИО2 заведующего поликлиникой – врача – специалиста общеполиклинического персонала поликлиники № от ДД.ММ.ГГГГ, рапорт ФИО11 – заместителя главного врача по поликлиническому разделу работ – врача – специалиста общебольничного медицинского персонала от ДД.ММ.ГГГГ.

С данным приказом ФИО1 ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что именно по данному факту от ФИО1 запрашивались объяснения.

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Ответчиком в материалы дела представлен акт о предложении ФИО1 дать письменное объяснение от ДД.ММ.ГГГГ за подписью ФИО2, ФИО12, ФИО13 (л.д. 115).

Вместе с тем, доказательств того, что с данным актом ФИО1 была ознакомлена, в материалы дела не представлено.

Также в материалы дела представлен акт об отсутствии письменного объяснения от ДД.ММ.ГГГГ за подписью тех же лиц (л.д. 116), однако, доказательств того, что с данным актом была ознакомлена ФИО1, в материалы дела не представлено.

Таким образом, решение о привлечении истца к дисциплинарной ответственности было принято в отсутствие каких – либо объяснений со стороны истца.

Надлежащих доказательств того, что объяснения затребовались у истца, в материалы дела ответчиком не представлено.

Также суд приходит к такому выводу, поскольку по иным случаям привлечения к дисциплинарной ответственности ФИО1 давались объяснения.

Кроме того, истцом в материалы дела представлена копия объяснительной от ДД.ММ.ГГГГ, то есть после привлечения к дисциплинарной ответственности приказом от ДД.ММ.ГГГГ, однако, доказательств того, что она была принята ответчиком, в материалы дела не представлено.

При этом суд отмечает, что общий принцип рассмотрения трудовых споров заключается в том, что любые сомнения должны трактоваться в пользу работника, как более слабой стороны трудовых правоотношений, в отличие от работодателя, обладающего более весомым административным и управленческим ресурсом, нежели работник.

Следовательно, суд полагает, что у истца имелись намерения дать объяснения по жалобам пациентов, за которые она была привлечена к дисциплинарной ответственности приказом от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании изложенного, суд полагает, что в данном случае работодателем нарушена процедура привлечения к дисциплинарной ответственности, следовательно, приказ Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства» от ДД.ММ.ГГГГ № о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания ФИО1 следует признать незаконным.

Согласно п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, длительности периода просрочки выплаты причитающихся работнику сумм, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Суд считает, что компенсация морального вреда в сумме 5 000,00 руб. является разумной и справедливой с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела и степени нарушения трудовых прав истца вследствие незаконных действий работодателя по нарушению процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности, характера причиненных работнику нравственных страданий в связи с осознанием неправомерных действий ответчика.

Оснований для взыскания морального вреда в большем размере, суд не усмотрел, таких обоснований истцом не приведено, доказательств не представлено.

Вместе с тем, суд не находит основания для отмены приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, поскольку в данном случае процедура привлечения к дисциплинарной ответственности в виде выговора за опоздание на работу работодателем соблюдена, истец предоставила объяснительную по факту опоздания, была ознакомлена с приказом (л.д. 66-73).

По мнению суда, работодатель учел тяжесть совершенного истцом нарушения трудовой дисциплины.

В судебном заседании свидетель ФИО2 поясняла, что ФИО1 постоянно опаздывала на работу, также на это указано в докладной ФИО2, следовательно, основания для привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора, у работодателя имелись.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика также подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 6 000 руб. (за два требования неимущественного характера по 3 000,00 руб. за каждое).

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО14 удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства» от ДД.ММ.ГГГГ №№ о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания ФИО14.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства» (ИНН <***>) в пользу ФИО14 (паспорт №) компенсацию морального вреда в сумме 5 000 (пять тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Пермский клинический центр Федерального медико – биологического агентства» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 6 000 (шесть тысяч) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Пермский краевой суд через Свердловский районный суд города Перми в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья М.В. Кокаровцева

Мотивированное решение изготовлено 4 декабря 2025 года.