Апелляционное определение № 33-3759/2026 от 18 марта 2026 г.

Судья Тюфтина О.М. УИД 16RS0012-01-2024-001232-54

Дело №2-117/2025

№33-3759/2026

Учет №185


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

19 марта 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего судьи Халитовой Г.М.,

судей Леденцовой Е.Н., Телешовой С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Гатауллиным Б.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Халитовой Г.М. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Верхнеуслонского районного суда Республики Татарстан от 5 ноября 2025 года, которым постановлено:

исковые требования ФИО1 к Исполнительному комитету Шеланговского сельского поселения Верхнеуслонского муниципального района Республики Татарстан, ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным, восстановлении срока для принятия наследства оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения истца ФИО1, ее представителя ФИО3 в поддержку доводов апелляционной жалобы, возражения представителя ответчика ФИО2 ФИО4 против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Исполнительному комитету Шеланговского сельского поселения Верхнеуслонского муниципального района Республики Татарстан о восстановлении срока для принятия наследства.

В обоснование требований указано, что <дата> умер отец истца ФИО5, <дата> умерла бабушка истца ФИО6 В собственности ФИО6 находился жилой дом и земельный участок по адресу: РТ, <адрес>. Истец является единственным наследником к имуществу ФИО6

Ссылаясь на то, что истцу стало известно о смерти бабушки только 4 октября 2024 года, ФИО1 просила суд восстановить ей срок для принятия наследства после смерти ФИО6

В ходе судебного разбирательства представитель истца увеличил исковые требования, просил признать договор купли-продажи земельного участка, жилого дома и летнего дома от 15 сентября 2021 года, заключенный между ФИО6 и ФИО2, недействительным со ссылкой на положения статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, мотивируя требования тем, что ФИО6 в момент совершения оспариваемой сделки находилась в состоянии, в котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Истец ФИО1 в суде первой инстанции иск поддержала.

Представитель ответчика - Исполнительного комитета Шеланговского сельского поселения Верхнеуслонского муниципального района РТ в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте судебного заседания.

Привлеченная к участию в деле в качестве ответчика ФИО2 и ее представитель ФИО4 в суде первой инстанции иск не признали.

Представитель третьего лица ГБУ "КЦСОН "Островок надежды" в Верхнеуслонском муниципальном районе РТ по доверенности ФИО7 в суде первой инстанции разрешение исковых требований оставила на усмотрение суда.

Представитель третьего лица Исполнительного комитета Верхнеуслонского муниципального района РТ ФИО8 в судебном заседании разрешение исковых требований оставил на усмотрение суда.

Представитель третьего лица - Управления Росреестра по РТ в судебное заседание не явился, извещен о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Судом постановлено решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционной жалобе истец выражает несогласие с решением суда, ввиду незаконности и необоснованности, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Податель жалобы указывает на то, что сроки для принятия наследства были пропущены истцом по уважительным причинам, поскольку отец скрывался от матери истца и от государственных органов, так как имел большой долг по алиментам, в связи с чем не сообщал о своем месте жительства. Родственники со стороны отца также умышлено скрывали их местонахождение с целью лишить истца возможности претендовать на наследство. Истец полагает, что ФИО6 сделка по купле-продаже совершалась в состоянии сильного переживания из-за смерти сына, судом не рассматривался вопрос о ее психологическом состоянии. Судом первой инстанции не принят во внимание довод об отсутствии расписки о получении денежных средств по договору купли-продажи, кроме того, после завершения сделки ФИО6 должна была подписать акт приема-передачи недвижимости. У истца имеются подозрения, что подпись в договоре купли-продажи была подделана, в связи с чем также ходатайствует о назначении по делу почерковедческой экспертизы.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов жалобы.

В суде апелляционной инстанции истец ФИО1, ее представитель ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержали, представитель ответчика ФИО2 ФИО4 против доводов апелляционной жалобы возражал.

Иные лица, участвующие в деле, будучи извещенными о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, не явились.

С учетом положений части 3 статьи 167, абзаца второго части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

Наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства (пункт 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

В пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Из приведенных норм закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что право восстановить наследнику срок принятия наследства предоставляется суду только в случае, если наследник представит доказательства того, что он не только не знал об открытии наследства - смерти наследодателя, но и не должен был знать об этом по объективным, независящим от него обстоятельствам. Другой уважительной причиной пропуска срока принятия наследства, влекущей возможность его восстановления судом, являются обстоятельства, связанные с личностью истца. При этом обстоятельства, связанные с личностью наследодателя, не могут служить основанием для восстановления наследнику срока для принятия наследства.

Из материалов дела усматривается, что <дата> умер отец истца ФИО5

<дата> умерла бабушка истца ФИО6

С данным иском ФИО1 обратилась в суд 15 ноября 2024 года.

Как указала ФИО1 в своем исковом заявлении, о смерти своей бабушки ей стало известно 4 октября 2024 года. Срок для принятия наследства ею пропущен по уважительной причине, так как о смерти бабушки ей никто из родственников своевременно не сообщил.

Из приведенных выше разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что основанием к восстановлению наследнику срока для принятия наследства является не только установление судом факта неосведомленности наследника об открытии наследства - смерти наследодателя, но и представление наследником доказательств, свидетельствующих о том, что он не знал и не должен был знать об этом событии по объективным, независящим от него обстоятельствам.

При этом нежелание лиц, претендующих на восстановление срока для принятия наследства, поддерживать родственные отношения с наследодателем, отсутствие интереса к его судьбе не отнесено ни законом, ни Пленумом Верховного Суда Российской Федерации к уважительным причинам пропуска срока для принятия наследства. Данное обстоятельство носит субъективный характер и могло быть преодолено при наличии соответствующего волеизъявления истца.

Сама по себе причина пропуска ФИО1 срока для принятия наследства, указанная ею в поданном в суд исковом заявлении, не является уважительной, поскольку не лишала ФИО1 возможности проявить внимание и заботу о судьбе наследодателя и при наличии такого интереса своевременно узнать о ее смерти и, соответственно, реализовать свои наследственные права в предусмотренном порядке и в установленный законом срок.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих об объективной невозможности общения ФИО1, достигшей совершеннолетия еще в 2011 году, с наследодателем, а также о наличии обстоятельств, связанных с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), препятствующих ей обладать информацией о смерти ФИО5 и ФИО6 приведено не было и судом первой инстанции не установлено.

В материалах дела такие сведения также отсутствуют.

Поскольку истец при проявлении должной заботы и внимания к судьбе своей бабушки не была лишена возможности получить информацию о ее смерти и реализовать в связи с этим свои наследственные права, обратилась в суд спустя более двух лет с момента открытия наследства, то есть со значительным пропуском установленного законом шестимесячного срока для принятия наследства, суд первой инстанции не нашел правовых оснований для удовлетворения иска о восстановлении пропущенного срока для принятия наследства.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки по отчуждению этого имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора; существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьей 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (пункт 1).

Из положений статьи 550 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434). Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В силу пункта 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из материалов дела усматривается, что <дата> между ФИО6 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи земельного участка, жилого дома и летнего дома, согласно которому ФИО6 продала, а ФИО2 купила земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым номером ...., площадью 1142,18 кв.м. и расположенные на нем жилой дом, площадью 25,9 кв.м., 1 этажный, инв. № 2-1032 по адресу: РТ<адрес> с кадастровым номером .... и летний дом, площадью 32,5 кв.м., назначение - нежилое, количество этажей - 2, адрес объекта: <адрес> с кадастровым номером .... (п. 1 договора).

Стороны оценили указанные объекты недвижимости в 600 000,00 рублей, из которых стоимость земельного участка - 100 000,00 рублей, жилого дома - 400 000,00 рублей, летнего дома - 100 000,00 рублей (п. 3 договора).

Как следует из пункта 4 договора, расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора.

В силу пункта 8 договора, настоящий договор имеет силу передаточного акта.

Переход права собственности на названные выше объекты недвижимости к ФИО9 на основании указанной сделки зарегистрирован в органах Росреестра 23 сентября 2021 года.

Обосновывая требования о признании договора купли-продажи недействительным, истец указала, что иного жилья у ФИО6 не было, как и не было необходимости продавать единственное жилье. По сведениям истца, ФИО6 была помещена неустановленным лицом в дом престарелых, находилась в состоянии, в котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими, тем более совершать сделки по отчуждению принадлежащего ей недвижимого имущества.

Согласно сведениям ГБУ "КЦСОН "Островок надежды" в Верхнеуслонском муниципальном районе, 25 августа 2021 года в отдел социальной защиты обратилась ФИО6, <дата> года рождения, с просьбой о признании её нуждаемости в социальном обслуживании в стационарной форме.

26 августа 2021 года специалистами комплексного центра был осуществлен выезд к гражданке ФИО6 для составления акта обследования жилищно-бытовых и социальных условий проживания, а также заполнен бланк типизации для определения индивидуальной нуждаемости гражданина, с последующим присвоением ей определенного набора услуг в рамках присвоенной группы ухода, в зависимости от количества баллов, набранных в результате проведения оценки.

Со слов гражданки ФИО6 родственников она не имеет, уход никто не осуществляет. Продукты питания и питьевую воду приносят соседи. В силу возраста и состояния здоровья проживать в частном доме с печным отоплением, без удобств не представляется возможным.

21 октября 2021 года гражданке ФИО10 оказана помощь в переезде в ГАУСО «Буинский дом-интернат для престарелых и инвалидов».

21 октября 2021 года между ГАУСО "Буинский дом-интернат для престарелых и инвалидов"(исполнитель) и ФИО6 (заказчик) был заключен договор о предоставлении социальных услуг, в соответствии с которым Заказчик поручает, а Исполнитель обязуется оказать социальные услуги Заказчику на основании индивидуальной программы предоставления социальных услуг Заказчика, которая является неотъемлемой частью настоящего договора, а Заказчик обязуется оплачивать указанные услуги, за исключением случаев, когда законодательством о социальном обслуживании граждан в Российской Федерации предусмотрено предоставление социальных услуг бесплатно. Место оказания услуг: РТ, <...>. Стоимость услуг по договору составляет 12 930,18 рублей в месяц.

Для проверки доводов истца судом первой инстанции назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертной комиссии при ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. Акад. ФИО11 Министерства здравоохранения Республики Татарстан».

Из заключения судебно-психиатрических экспертов ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. Акад. ФИО11 Министерства здравоохранения Республики Татарстан» от 15 сентября 2025 года №2-890 следует, что у ФИО6 на момент заключения договора купли-продажи земельного участка, жилого дома и летнего дома признаков какого-либо психического расстройства не обнаруживается. По своему психическому состоянию на момент заключения договора купли-продажи ФИО6 могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценивая данное заключение, районный суд, учитывая компетентность экспертов в разрешении поставленных перед ними вопросов, достаточность исследовательского материала, правильность методики исследования, объективность экспертов, пришел к выводу о том, что вышеуказанное заключение экспертизы является допустимым доказательством и может быть положено в основу настоящего решения.

В ходе судебного разбирательства истом не представлено доказательств совершения в отношении ФИО6 каких-либо действий со стороны ответчика либо третьих лиц, которые могли бы повлиять на ее волю при заключении оспариваемого договора, также как отсутствуют доказательства влияния физического состояния ФИО12 на ее способность осознавать значение своих действий.

Материалы дела свидетельствуют о том, что оспариваемый договор купли-продажи заключен при полном соблюдении требований закона, цель сделки достигнута, осуществлена государственная регистрация перехода права на объект недвижимости, т.е. между сторонами сделки возникли именно те гражданско-правовые последствия, на которые направлена сделка по отчуждению имущества.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, суду не представлено.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь приведенными выше нормами права, принимая во внимание заключение экспертов ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. Акад. ФИО11 Министерства здравоохранения Республики Татарстан» №2-890 от 15 сентября 2025 года, а также совокупность собранных по делу доказательств, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительным, поскольку достоверных доказательств того, что ФИО6 в юридически значимый период не понимала значение своих действий и не руководила ими в момент подписания оспариваемого договора, истцом суду не представлено, в ходе судебного разбирательства таких доказательств не добыто.

Судебная коллегия полагает, что разрешая спор по существу, суд правильно определил обстоятельства, имеющие юридическое значение для данного дела, и применил нормы материального права, регулирующие возникшие по делу правоотношения, не допустив в ходе рассмотрения дела нарушений норм материального и процессуального права, обжалуемое судебное постановление вынесено с соблюдением норм материального и процессуального права на основании представленных сторонами по делу доказательств, которым судом дана оценка в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами апелляционной жалобы о том, что ФИО6 подписала договор, в определенном состоянии, когда она не понимала значения своих действий и не могла руководить ими, поскольку данные доводы голословны, доказательств в их обоснование истцом не представлено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что у истца имеются подозрения, что подпись в договоре купли-продажи была подделана, в связи с чем апеллянт также ходатайствует о назначении по делу почерковедческой экспертизы, не влияют на правильность состоявшегося судебного постановления исходя из следующего.

С учетом установленных по делу обстоятельств оснований, предусмотренных статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для проведения по делу судебной почерковедческой экспертизы на предмет принадлежности подписи в оспариваемом договоре ФИО6 судебная коллегия не усматривает, заявленное ходатайство о назначении экспертизы подлежит отклонению, поскольку ФИО1 предъявлен иск о признании сделки недействительной со ссылкой на положения статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, что и сделано судом первой инстанции на основании предмета и оснований заявленного иска и с учетом заключения судебной экспертизы. Требований о признании договора купли-продажи незаключенным в связи с тем, что договор подписан не ФИО6, в суде первой инстанции не заявлялось и не рассматривалось, ходатайств о назначении по делу почерковедческой экспертизы на протяжении всего периода рассмотрения дела истцом в суде первой инстанции не заявлялось. С учетом изложенного, оценка указанных доводов и предъявление фактических новых требований в суде апелляционной инстанции недопустимо, так как к рассмотрению иска по правилам производства в суде первой инстанции без особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не переходила.

Указание в жалобе на отсутствие акта приема-передачи недвижимости, не может служить основанием для удовлетворения иска, поскольку пунктом 8 договора купли-продажи земельного участка, жилого дома и летнего дома от 15 сентября 2021 года, заключенного между ФИО6 и ФИО2, что настоящий договор имеет силу передаточного акта.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают изложенные в решении выводы суда, а фактически воспроизводят обстоятельства, являвшиеся предметом судебного исследования и получившие в соответствии с требованиями ст. 194, 196, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правовую оценку в принятом по делу решении суда первой инстанции.

Правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих отмену состоявшегося судебного решения.

Дело рассмотрено в рамках основополагающих принципов гражданского процессуального законодательства, а именно принципов равноправия, состязательности и диспозитивности участников судопроизводства.

Апелляционная жалоба разрешена в пределах заявленных доводов, по правилам статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Верхнеуслонского районного суда Республики Татарстан от 5 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 27 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи