Апелляционное определение № 22-2897/2025 от 8 декабря 2025 г.

Судья Магдуев А.М. УИД 05RS0036-01-2024-000930-60

№ 22-2897/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

09 декабря 2025 года г. Махачкала

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Мраморовой Н.Н.,

судей Курбанова Р.Д., Ташанова И.Р.,

при секретаре судебного заседания Османове М.О.,

с участием:

старшего прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Республики Дагестан Бабаханова Т.Ф.,

защитника – адвоката Дибирова Д.Ш., представившего ордера №№ 28, 39 от 27.08.025 года и удостоверение № 412,

осужденного ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 09 декабря 2025 года материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Дибирова Д.Ш., действующего в интересах осужденных ФИО2 и ФИО1, на приговор Новолакского районного суда Республики Дагестан от 21.08.2025 года, в соответствии с которым

ФИО3, <дата> рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, имеющий высшее образование, женатый, имеющий 5-х малолетних детей, работающий юрисконсультом в А/П Новолакского района абонентской службы «Западная» ООО «Газпром межрегионгаз Махачкала», зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден по ст.ст.30 ч. 3, 159 ч. 2 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 50 000 рублей, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора суда в законную силу,

ФИО1, <дата> рождения, <...>, гражданин РФ, имеющий высшее образование, разведен, имеющий малолетнего ребенка, работающий мастером в А/П Новолакского района абонентской службы «Западная» ООО «Газпром межрегионгаз Махачкала», зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий по адресу: <адрес>, несудимый,

осужден по ст.ст. 30 ч. 3, 159 ч. 2 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 50 000 рублей, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора суда в законную силу,

заслушав доклад судьи Мраморовой Н.Н., изложившей краткое содержание приговора, существо апелляционной жалобы, выступление сторон, проверив материалы уголовного дела,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 и ФИО1 признаны виновными в покушении группой лиц по предварительному сговору между собой на мошенничество путем обмана, а именно на хищение путем обмана денежных средств в сумме 100 000 рублей у Свидетель №1 с причинением ему значительного ущерба, за обращение в его интересах в суд с иском о списании дебиторской задолженности по оплате за поставленный родственнице Свидетель №1 – ФИО10 газ в домовладение по адресу: <адрес>.

Действия осужденных ФИО2 и ФИО1 квалифицированы судом по ст.ст. 30 ч. 3, 159 ч. 2 УК РФ, как покушение на мошенничество, то есть покушение на хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба гражданину.

В апелляционной жалобе защитник осужденных ФИО2 и ФИО1 – адвокат Дибиров Д.Ш. просит приговор отменить, оправдать осужденных за непричастностью к совершению преступления, в обоснование жалобы указал, что доводы осужденных о непричастности к совершению преступления ничем не опровергнуты, приговор состоит из голословных показаний свидетелей ФИО12, Свидетель №5, Свидетель №3, Свидетель №6, Свидетель №7, Свидетель №2, потерпевшего Свидетель №1; защитник указал, что следственными органами была использована помощь понятого Свидетель №3, участвующего в проведении ОРМ, который в силу требований ст.ст. 60, 83, 170, 183 УПК РФ не мог быть понятым, так как участвовал в проведении оперативного мероприятия, в связи с чем все протоколы следственных действий с участием указанного понятого являются недопустимыми доказательствами (так, Свидетель №3 непосредственно перед задержанием осужденных вместе с Свидетель №1 входил в помещение и контролировал действия потерпевшего, а также подал сигнал оперативным сотрудникам); кроме того, защитник указал, что в отношении осужденных имело место подстрекательство, то есть провокация со стороны сотрудников правоохранительных органов, фактически ОРМ было проведено только на основании заявления ФИО13 от 19.02.2024 года, в котором он просил принять меры в отношении осужденных, которые просили у него деньги за услуги, однако потерпевший заявил, что данное заявление он не печатал, его товарищ ФИО14, на которого указал потерпевший, также этого не делал, о чем показал суду; защитник указал, что проведение ОРМ должно быть обусловлено наличием достаточных сведений, требующих проверки, заявление потерпевшего от 19.02.2024 года, а также иные документы, составленные руководством УЭБиПК МВД по РД, приобщенные к делу, не указывают на то, что оперуполномоченному УЭБиПК МВД по РД Свидетель №4 было поручено рассмотрение заявления о преступлении или производство ОРМ по указанному заявлению, в том числе и составление акта о производстве осмотра компакт-диска, содержащего аудиозапись разговора заявителя и осужденного; также из аудиозаписи следует, что потерпевший уговаривает ФИО2 принять деньги без надлежащего оформления, а ФИО2, опасаясь провокации, настаивает на сдаче денег в кассу, таким образом, в действиях сотрудников полиции, по мнению защиты, имеет место провокация преступления, то есть имеет место нарушение требований ст. 5 ФЗ РФ «Об ОРД»; кроме того, защитник считает, что добровольно положенные потерпевшим на стол деньги в ходе неудавшегося склонения к преступлению не могут расцениваться, как уголовное деяние; кроме того, защитник указал, что в обвинительном заключении не в полном объеме изложены сведения о потерпевшем, характере и размере причиненного вреда, который в действительности причинен не был; защитник указал, что суд не оценил доводы защиты о том, какими были истинные мотивы потерпевшего для осуществления аудиозаписи разговоров с осужденным, как аудиозаписи хранились и изымались у потерпевшего, при том, что только суд уполномочен давать разрешение на контроль и запись разговоров, как хранились данные записи после их осуществления, судом не установлено, в связи с чем защитник считает указанные доказательства полученными с нарушением закона; защитник указал, что досудебный порядок урегулирования и погашения образовавшейся задолженности предусмотрен ГПК РФ, соблюдение досудебного порядка урегулирования спора требуется при рассмотрении спора о взыскании денежных средств, без этой процедуры обращение в суд по ст. 132 ГПК РФ является невозможным, документы об указанной процедуре являются обязательным приложением к исковому заявлению, учитывая то, что срок исковой давности истек в июне 2024 года, принятие решения о заключении досудебного соглашения отвечало интересам Общества и не противоречило его задачам и целям, для достижения которых ФИО2 был наделен полномочиями по осуществлению искового и досудебного производства, в соответствии с требованиями ст. 202 п. 3 ГК РФ, в случае заключения досудебного соглашения течение сроков исковой давности приостанавливается; кроме того, защитник указал, что корыстный мотив, как обязательный признак состава преступления, по делу также не доказан; защитник указал, что осужденные не имели возможностей по самостоятельному списанию образовавшейся задолженности ФИО10, так как не имели доступа к корректировке информации по лицевым счетам абонентов, имеющихся в базе данных; защитник указал, что доказательств тому, что осужденные получили от потерпевшего денежные средства, по делу не установлено, потерпевшей положил их на стол, к указанным деньгам осужденные не притронулись, хотя имели реальную возможность к тому, не представлено доказательств тому, что стол и кабинет, где потерпевший оставил денежные средства, принадлежат осужденным, напротив, потерпевшему неоднократно предоставлялась возможность самостоятельно внести в кассу указанную сумму, от чего он отказался; защитник указал, что осужденные ФИО2 и ФИО1 характеризуется исключительного положительно.

Апелляционное представление и возражения на апелляционную жалобу по делу не приносились.

О месте, дате и времени судебного заседания апелляционной инстанции осужденные ФИО2 и ФИО1 надлежаще извещены.

В апелляционном судебном разбирательстве осужденный ФИО1 и защитник – адвокат Дибиров Д.Ш. доводы апелляционной жалобы поддержали, просили о вынесении по делу оправдательного приговора, в связи с недоказанностью причастности осужденных к совершению преступления.

Осужденный ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного разбирательства суду не представил, стороны также не настаивали на его участии в судебном заседании.

Потерпевшая сторона также в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом.

Поскольку согласно ч.3 ст.389.12 УПК РФ неявка лиц, своевременно извещенных о месте, дате и времени заседания суда апелляционной инстанции, за исключением лиц, участие которых в судебном заседании обязательно, не препятствует рассмотрению уголовного дела, дело с апелляционной жалобой стороны защиты, рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Прокурор Бабаханов Т.Ф. в апелляционном судебном заседании просил приговор суда оставить без изменения, доводы жалобы – без удовлетворения.

Проверив представленные материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, а также выслушав участников процесса, судебная коллегия считает, что обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основанием изменения судебного решения в апелляционном порядке являются, в том числе, существенное нарушение уголовно-процессуального закона, допущенное судом первой инстанции, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании

Выводы суда о виновности ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст.ст. 30 ч. 3, 159 ч. 2 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных и оцененных судом в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, достоверности, допустимости, а в совокупности – достаточности для постановления обвинительного приговора. Данные доказательства приведены в приговоре. При этом суд в приговоре указал мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие, что соответствует требованиям ст. 307 ч. 2 УПК РФ.

Вина осужденных в совершении преступления при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в описательно-мотивировочной части приговора, подтверждается совокупностью изложенных в приговоре доказательств, в частности: показаниями представителя потерпевшего ФИО20, из которых следует, что мастер Новолакского абонентского пункта ФИО1 и юрист ФИО2, достоверно зная, что образовавшийся вследствие неуплаты за поставленный газ абонентом ФИО10 долг не могут взыскать за истечением срока давности, решили подзаработать путем обмана должника, обещав ему списать долг за 100 000 рублей, при этом в силу занимаемых должностей в ООО «Газпром межрегионгаз Махачкала» матер ФИО1 и юрист ФИО2 были не правомочны взыскивать с абонента денежные средства либо получать с него денежные средства нарочно, списывать долг они оба также были не правомочны; показаниями свидетеля ФИО12, из которых следует, что свидетель работает в должности ОУ УЭБ и ПК МВД по РД в г. Кизилюрт, в февраль 2024 года в УЭБ и ПК МВД по РД в г. Кизилюрт обратился с заявлением Свидетель №1, что в Новолакском абонентском пункте ООО «Газпром межрегионгаз Махачкала» мастер абонентского пункта ФИО1 и юрист ФИО2 вымогают у него денежные средства в размере 100 000 рублей за погашение якобы имеющейся за его матерью задолженности за поставленный газ, к заявлению Свидетель №1 был приложен диск с записью разговора, состоявшегося между ним, ФИО1 и ФИО2, в ходе проведения ОРМ «Оперативный эксперимент», Свидетель №1, участвующий в нем, в кабинете в присутствии ФИО2 положил тому на стол муляж денежных купюр, после чего осужденный был задержан, в ходе осмотра на столе под рабочими бумагами были обнаружены денежные средства (муляж), предварительно обработанный специальным веществом, с помощью специальной ультрафиолетовой лампы, специальное вещество было выявлено на ладонях и пальцах рук ФИО2; показаниями свидетеля Свидетель №1, из которых следует, что в селе <адрес> у него имеется дом, который достался ему от матери ФИО10, поскольку поставка газа к дому была отключена, он решил обратиться в Новолакский абонентский пункт Общества с просьбой подключить газ, в кабинете ФИО1 сообщил ему, что за его матерью имеется долг в сумме 305 000 рублей, познакомил его с вошедшим в кабинет Мичошоевым Шамиром, сказал, что тот разберется с долгом свидетеля, при этом Камал сказал, что вопросы списания долга они решат для Свидетель №1 за 100 000 рублей, Шамир пояснил, что эти деньги будут поделены с сотрудниками головного офиса г. Махачкала и с тем, чтобы списать долг им нужно обратиться в суд, весь разговор свидетель записал на диск, с которым обратился в правоохранительные органы, куда представил соответствующее заявление, 21.02.2024 года свидетель участвовал в «оперативном эксперименте», проводимом сотрудниками правоохранительных органов, в ходе которого в служебном кабинете передал Шамиру деньги, при этом Шамир предложил свидетелю положить деньги под бумаги на столе у Камала, что свидетель и сделал; показаниями свидетеля Свидетель №2, из которых следует, что именно он посоветовал Свидетель №1 записать разговор с сотрудниками абонентского пункта Новолакское, поскольку свидетелю были известным факты обмана со стороны сотрудников данного учреждения, когда Свидетель №1 вернулся со встречи, свидетель вместе с ним прослушали запись (на ней сотрудники пункта Камал и Шамир требовали деньги с Свидетель №1, чтобы списать долг), свидетель передал эту запись сотрудникам правоохранительных органов; показаниями свидетелей Свидетель №3 и ФИО16, из которых следует, что они участвовали в качестве понятых при проведении оперативных мероприятий по задержанию мастера абонентского пункта ООО «Газпром межрегионгаз Махачкала» Камала и юриста ФИО2, в их присутствии прослушивали диск с аудиозаписью, была составлен стенограмма записи, также был изготовлен муляж денежных средств, который обработали специальным химическим веществом, затем все приехали в абонентский пункт, с муляжом Свидетель №1 ушел в здание, получив условный сигнал, все вошли в служебный кабинет, при осмотре которого на рабочем столе под бумагами был обнаружен сверток с деньгами, при осмотре денег номера купюр совпали с номерами купюр, копии с которых были предварительно сняты до передачи их Свидетель №1, обнаруженные денежные купюры были помещены в конверт, а факт обнаружения и изъятия запротоколирован, с ладоней и пальцев рук ФИО5 были взяты смывы; показаниями свидетеля Свидетель №7, из которых следует, что он работает в должности начальника абонентского пункта Новолакского района абонентской службы «Западная» ООО «Газпром межрегионгаз Махачкала», ФИО1 (мастер абонентской службы) и юрист ФИО2 не были правомочны получать денежные средства с абонентов; аналогичными показаниями свидетеля Свидетель №6; письменными материалами уголовного дела: протоколами осмотров, как переписки в сотовом телефоне ФИО2 с Свидетель №1 (отражающей предварительные договоренности о встрече), так и диска с аудиозаписями, осуществленными Свидетель №1 (на которых обнаружено описание событий и договоренностей между осужденными и Свидетель №1, установленные судом и изложенные в описательно-мотивировочной части приговора), сам диск приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства; заключением эксперта № 247/3 от 17 апреля 2024 года, согласно которому на денежных купюрах (муляже) и смывах с рук ФИО2 имеются наслоения однородного вещества, люминесцирующего в ультрафиолетовых лучах, которым предварительно были обработаны купюры; результатами проведения ОРМ (постановлениями и актами, отражающими результаты ОРМ, в отношении осужденных), изложенными в приговоре.

В совокупности изложенные в приговоре доказательства подтверждают вину осужденных в преступлении при обстоятельствах, которые установлены судом и изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

Судом первой инстанции верно установлено, что ФИО1 и ФИО2 предварительно вступили в преступный сговор между собой, направленный на обман Свидетель №1, с целью хищения у него денежных средств в сумме 100 000 рублей, за совершение действий, якобы входящих в их служебные полномочия, на самом деле, не относимые к таковым и при заведомой осведомленности о невозможности выполнить обещанные Свидетель №1 действия по списанию задолженности за газ в домовладении, принадлежащем родственнику Свидетель №1, пообещали Свидетель №1 сделать это.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами приговора, отмечает совместный, согласованный характер действий соучастников, как до, так и во время выполнения объективной стороны преступления, указывающих на достижение осужденными единого преступного результата.

Предмет преступления судом установлен верно – денежные средства в сумме 100 000 рублей.

Способ совершения преступления в приговоре также установлен верно, как обман Свидетель №1, выразившийся в обещании выполнить действия в его пользу, в действительности исполнить которые в силу своих служебных полномочий, которым бравировали осужденные, они не могли.

Фактически выполненные осужденными действия, образующие объективную сторону преступления, в приговоре отражены, суд верно указал, что таковые свидетельствуют о наличии между осужденными предварительного сговора на совершение мошенничества путем обмана.

Суд апелляционной инстанции соглашается с переквалификацией действий осужденных со ст. 204 ч. 7 п. «а» УК РФ на ст.ст. 30 ч. 3, 159 ч. 2 УК РФ, констатирует, что переквалификация действий осужденных в приговоре мотивирована со ссылкой на конкретные доказательства по делу, оснований для иной оценки доказательств не имеет.

Суд апелляционной инстанции считает, что при изменении обвинения суд первой инстанции не вышел за рамки изначально предъявленного, не установил новых событий, не увеличил объем обвинения, в связи с чем при вынесении приговора по ст.ст. 30 ч. 3, 159 ч. 2 УК РФ права на защиту осужденных не нарушил.

Суд оценивает доводы защитника в апелляционной жалобе о том, что Свидетель №3, участвовавший в качестве понятого при задержании осужденных и осмотре кабинета, фактически являлся участником оперативного эксперимента, когда подал условный сигнал о том, что Свидетель №1 передал деньги осужденному ФИО2

Вместе с тем, суд считает, что данный факт не ставит под сомнение законность статуса Свидетель №3 в качестве понятого и не делает его полноценным участником следственного эксперимента с определенной, иной нежели понятого, ролью в таковом.

Нахождение Свидетель №3 за дверью кабинета с целью подачи условного сигнала при отсутствии иной осведомленности о событиях не делает Свидетель №3 свидетелем по делу. Свидетель №3, согласно его показаниям, фактически за дверью кабинета осужденного ожидал начала оперативного мероприятия (при передаче денег не присутствовал, этот процесс не контролировал, что следует из показаний свидетеля Свидетель №3, изложенных в протоколе судебного заседания, содержание которого сторона защиты не оспаривала), для которого и был приглашен, не являясь очевидцем каких-либо юридически значимых событий.

Нарушений требований ст. 60, 83, 170, 183 УПК РФ, на которые указывает сторона защиты, по делу суд первой инстанции в данной части не установил.

С указанными выводами суда суд апелляционной инстанции согласен.

Оснований полагать о наличии у свидетеля Свидетель №3 какой-либо заинтересованности в исходе дела, суду не представлено.

Суд апелляционной инстанции не разделяет доводы стороны защиты о том, что по делу имеет место провокация преступления. Данных фактов суд первой инстанции не установил. Суд апелляционной инстанции данные выводы суда первой инстанции разделяет.

Показания Свидетель №1 об его инициативе в подаче заявления в правоохранительные органы на действия осужденных объективными данными не опровергнуты, проведение оперативно-розыскных мероприятий в рамках рассмотрения заявления, их последовательность и результаты также не указывают на наличие какой-либо провокации действий осужденных; не свидетельствуют об этом и записанные Свидетель №1 на аудиозаписи переговоры между ним и осужденными, сделанные по рекомендации своего знакомого (свидетеля Свидетель №2), также не имеющего отношения к проводимым ОРМ.

Правомерность участия оперуполномоченного ФИО12 в проведении оперативно-розыскных мероприятий также не вызывает у суда сомнений.

Согласно материалам уголовного дела, именно Свидетель №4 получал от Свидетель №1 заявление о преступлении, писал рапорт об обнаружении признаков преступления и в дальнейшем на основании распоряжения № 218 руководителя органа дознания участвовал в проведении ОРМ.

Суд признает несостоятельными доводы защитника о том, что Свидетель №1 в судебном заседании не говорил, что не печатал заявление о преступлении. Свидетель №1 показал суду, что составлял заявление совместно с сотрудником правоохранительных органов, когда прибыл туда с целью сообщить о преступлении (т. 4 л.д. 28 протокола судебного заседания).

Суд апелляционной инстанции установил, что денежные средства (муляж) были обнаружены под бумагами на столе у осужденного, куда он велел положить их Свидетель №1, на которых и на руках осужденного ФИО2 были обнаружены следы вещества, которыми предварительно были помечены денежные средства, что подтверждает факт контакта осужденного с ними. Деньги были обнаружены под бумагами, лежащими на столе в кабинете, в котором его принял осужденный ФИО1, который изначально и предложил Свидетель №1 передать им с ФИО2 денежные средства в сумме 100 000 рублей, и на момент передачи денег вышедшим из своего кабинета, что также подтверждает правильность обвинения о фактическом принятии осужденными указанных денежных средств.

Доводы стороны защиты в данной части суд апелляционной инстанции признает несостоятельными.

Также признает суд апелляционной инстанции несостоятельными и доводы защиты о том, что в обвинении не раскрыт характер и размер причиненного преступлением вреда.

Судебная коллегия констатирует, что предъявленное осужденным обвинение соответствует требованиям ст. 73 УПК РФ, в таковом отражены все обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу.

Аналогичным образом суд апелляционной инстанции оценивает и выводы приговора, в котором изложено описание преступного деяния, установленного судом первой инстанции.

Сомнений в осуществлении непосредственно Свидетель №1 по собственной инициативе аудиозаписей разговоров с осужденными и предоставление этих записей в правоохранительные органы вместе с заявлением о преступлении у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы защиты в данной части о том, как хранились потерпевшим указанные записи, суд признает несостоятельными и не влияющими на существо обвинения.

Корыстный мотив по делу установлен на основании достаточной совокупности доказательств и фактически выполненных осужденными действий по завладению денежными средствами Свидетель №1, при этом преступление не было доведено осужденными до конца по независящим от них обстоятельствам, в связи с пресечением их незаконной деятельности сотрудниками правоохранительных органов. При изложенных обстоятельствах органами предварительного расследования верно квалифицированы действия осужденных, как покушение на совершение преступления.

Суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы защиты о том, что соблюдение досудебного порядка урегулирования спора требуется при рассмотрении спора о взыскании денежных средств, без этой процедуры обращение в суд по ст. 132 ГПК РФ является невозможным, в связи с чем предложение со стороны осужденных о судебном урегулировании вопросов задолженности отвечало интересам общества.

Данные доводы могли быть состоятельными при условии добросовестного исполнения осужденными своих служебных обязанностей в отсутствии корыстного интереса обогатиться за счет денежных средств Свидетель №1 способом и при обстоятельствах, установленных судом первой инстанции и изложенных в приговоре.

Вместе с тем, на основании изложенных в приговоре доказательств суд апелляционной инстанции исключает из квалификации действий осужденных признак совершения мошенничества с причинением значительного ущерба гражданину, поскольку судом первой инстанции не исследовались доказательства наличия данного признака в действиях осужденных, в окончательной квалификации действий осужденных таковой также отсутствует. Апелляционное представление по делу не приносилось.

Действия осужденных ФИО2 и ФИО1, каждого из них, суд апелляционной инстанции квалифицирует по ст.ст. 30 ч. 3, 159 ч. 2 УК РФ, как покушение на мошенничество, то есть покушение на хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Суд апелляционной инстанции установил, что при назначении наказания каждому из осужденных судом первой инстанции в полной мере учтены все смягчающие наказание осужденных обстоятельства, отсутствие по делу отягчающих обстоятельств, в связи с чем суд принял решение о назначении наиболее мягкого наказания в виде штрафа, в соответствии с корыстной направленностью совершенного осужденными преступления.

Отсутствуют по делу и основания для назначения наказания с применением ст. 15 ч. 5, 62 ч. 1, 64, 73 УК РФ, а также для назначения иных видов наказания, предусмотренных уголовным законом за совершенное преступление.

Суд апелляционной инстанции установил, что наказание каждому из осужденных назначено с учетом положений ст.ст. 6, 43, 60-63 УК РФ, по своему виду и размеру является справедливым.

Исключение судом апелляционной инстанции квалифицирующего признака «с причинением значительного ущерба гражданину» не влияет на размер назначенного каждому осужденному наказания, поскольку не снижает степени общественной опасности преступления, суд апелляционной инстанции констатирует, что данный квалифицирующий признак изначально вменен в вину каждому из осужденных ошибочно.

Кроме того, суд апелляционной инстанции оценивает положения ст. 72 ч. 5 УК РФ, согласно которым при назначении осужденным, содержавшимся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа, суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает его от отбывания этого наказания.

Суд апелляционной инстанции установил, что осужденные, каждый из них, содержались под стражей в ходе предварительного расследования в период: ФИО1 – с 20.03.2024 года по 21.03.2024 года, а ФИО2 – с 20.05.2024 года по 22.05.2024 года, оба до судебного решения об избрании в отношении них меры пресечения в виде домашнего ареста.

Однако с учетом непродолжительного времени нахождения под стражей и размера назначенного приговором суда наказания, оснований для осуществления зачета, снижения суммы штрафа или освобождения от уплаты такового, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что при вынесении приговора судом первой инстанции были разрешены вопросы, подлежащие обсуждению в силу требований ст. 299 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении судом первой инстанции уголовного дела по существу не допущено, все ходатайства сторон были разрешены в установленном законом порядке путем вынесения соответствующих судебных постановлений, подтверждением чему служат материалы уголовного дела и протокол судебного заседания. Нарушений права на защиту осужденных при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции также не допущено.

Судьба вещественных доказательств разрешена в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.16, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Новолакского районного суда Республики Дагестан от 21 августа 2025 года в отношении ФИО2 и ФИО1 изменить.

Исключить из квалификации действий осужденных ФИО1 и ФИО2 квалифицирующий признак совершения мошенничества «с причинением значительного ущерба гражданину».

Действия осужденных ФИО3 и ФИО1, каждого из них, квалифицировать по ст.ст. 30 ч. 3, 159 ч. 2 УК РФ, как покушение на мошенничество, то есть покушение на хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

В остальной части приговор Новолакского районного суда Республики Дагестан от 21 августа 2025 года в отношении ФИО2 и ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Дибирова Д.Ш. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, путем подачи кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции.

В случае пропуска установленного срока на обжалование или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на апелляционное определение подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции.

При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Н.Н. Мраморова

Судьи: Р.Д. Курбанов

И.Р. Ташанов