Приговор № 1-53/2019 от 4 сентября 2019 г. по делу № 1-53/2019

Дело № 1-53/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

05 сентября 2019 года г. Заозерск

ФИО1 гарнизонный военный суд под председательством судьи Кормушкина М.В., при секретаре Дьячковой Е.В., с участием государственного обвинителя – военного прокурора отдела военной прокуратуры Северного флота подполковника юстиции ФИО2, подсудимого ФИО3, его защитника - адвоката Горбунова К.Э., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда материалы уголовного дела в отношении бывшего военнослужащего военного следственного отдела Следственного комитета России по Печенгскому гарнизону майора юстиции запаса

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес>, гражданина РФ, <данные изъяты>, проходившего военную службу по контракту, в том числе в качестве офицера в период с июня 2004 по июнь 2018 года, зарегистрированного по адресу: <адрес>Б, <адрес>, фактически проживающего по адресу: <адрес>,

обвиняемого в совершении четырех преступлений, предусмотренных ч.2 ст.303 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

В период с июня 2004 года по июнь 2018 года ФИО3 проходил военную службу на должностях следователя военных прокуратур и военных следственных отделов гарнизонов Следственного комитета Российской Федерации (далее по тексту – ВСО).

Приказом руководителя военного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Северному флоту от 5 октября 2016 года № 9/лс майор юстиции ФИО3 был назначен на должность следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по Печенгскому гарнизону и с 10 октября того же года приступил к исполнению должностных обязанностей.

В соответствии с ч. 1 ст. 38 УПК РФ ФИО3 являлся должностным лицом, уполномоченным осуществлять предварительное следствие по уголовному делу.

В период с декабря 2016 года по май 2017 года ФИО3 систематически фальсифицировал доказательства по находившимся в его производстве уголовным делам. При этом он с целью создания видимости полноты произведенного им предварительного следствия, стремясь избежать дисциплинарной ответственности и иных неблагоприятных для себя последствий в служебной деятельности за необоснованное увеличение процессуальных сроков и невыполнения поставленных ему служебных задач, а также с целью уменьшения объема своей работы, не желая надлежащим образом исполнять должностные обязанности по собиранию, проверке и оценке доказательств, а также по установлению фактических обстоятельств преступлений, без фактического проведения допросов и иных процессуальных действий с подозреваемым и свидетелями, составил протоколы допросов подозреваемого и свидетелей, и иные процессуальные документы, внес в них не соответствующие действительности сведения о факте их производства, времени и месте проведения, о содержании следственных и процессуальных действий и лицах, принимавших участие в них, подписал указанные документы и организовал их подписание неустановленными лицами от имени подозреваемого и свидетелей, после чего приобщил к уголовным делам.

Так, в период с 19 по 30 декабря 2016 года в производстве ФИО3 находилось уголовное дело № по подозрению бывшего военнослужащего войсковой части № рядового запаса участник 1. в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ. В соответствии со ст. 73 УПК РФ по данному расследуемому уголовному делу, ФИО3 надлежало установить продолжительность неявки участник 1 на службу, а также являлся ли последний субъектом преступления против военной службы, поскольку у него имелось хроническое заболевание, препятствующее ее прохождению. В связи с этим, для установления вышеуказанных обстоятельств ФИО3 был обязан допросить подозреваемого участник 1 и его мать – ФИО5 №1, которые проживали в <адрес> Республики Карелия. Вместе с тем, в отсутствие показаний вышеуказанных лиц, несмотря на явную неполноту предварительного следствия и невозможность принятия законного итогового решения по уголовному делу, ФИО3, не желая надлежащим образом исполнять должностные обязанности по собиранию, проверке, оценке доказательств и установлению фактических обстоятельств преступления, решил прекратить уголовное дело и уголовное преследование участник 1 в отчетном периоде 2016 года.

Для этого он в один из дней в период с 20 по 30 декабря 2016 года в служебном помещении ВСО по Печенгскому гарнизону, расположенному по адресу: <адрес>, пгт. Печенга, <адрес>, военный городок №, вопреки требованиям ч. 2 ст. 50 и ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, требований ст. 1, 6, 7, 46, 56, 73, 74, 83, 85, 86, 88, 164, 166, 167, 187-190 УПК РФ, в вышеуказанных целях, в стремлении получения положительной оценки своей служебной деятельности, желая улучшить личные показатели оконченных производством уголовных дел, стремясь избежать неблагоприятных последствий за нарушение процессуальных сроков предварительного следствия, уменьшить объем своей работы, связанной с вызовом подлежащих допросу лиц и их допроса по месту нахождения следственного органа, либо производства их допроса с выездом по месту их жительства, либо направлением поручения об их допросе, без фактического проведения допроса, ФИО3 на компьютере изготовил протокол допроса подозреваемого участник 1, указав заведомо ложные, вымышленные сведения о месте, дате, времени допроса, разъяснении прав, участии в нем защитника, а именно указав место производства следственного действия – г. Мурманск, дату – 20 декабря 2016 года, время с 17 час. 10 мин. до 19 час. 00 мин., участие защитника – адвоката участник 3, а также якобы сообщенные подозреваемым сведения о прохождении военной службы и самовольном оставлении воинской части, который распечатал, после чего организовал выполнение неустановленным лицом от имени участник 1 в протоколе этого следственного действия записи «не поступили» в графе о заявлениях, «лично» в графе «Протокол прочитан» и запись «нет» в графе «Замечания к протоколу» и подписей в указанном протоколе следственного действия от имени участник 1 и защитника участник 3 По окончании изготовления протокола допроса подозреваемого участник 1 ФИО3 удостоверил верность данного протокола своей подписью. С этой же целью ФИО3 изготовил на компьютере от имени подозреваемого участник 1 ходатайство от 20 декабря 2016 года о допуске к участию в уголовном деле защитника-адвоката участник 3, распечатал его и организовал выполнение в нем неустановленным лицом подписи от имени подозреваемого участник 1 После этого ФИО3 на компьютере изготовил постановление от 20 декабря 2016 года о назначении и допуске в качестве защитника подозреваемого участник 1 – адвоката участник 3, распечатал его, подписал лично и организовал выполнение неустановленным лицом в постановлении подписей от имени подозреваемого участник 1 и защитника участник 3 о якобы доведении до их сведения содержания названного процессуального документа путем объявления, что удостоверил собственной подписью. Не позднее 30 декабря 2016 года ФИО3 для придания правдоподобности участия в допросе подозреваемого участник 1 защитника – адвоката участник 3 получил от последнего ордер от 30 декабря 2016 года №, который приобщил к уголовному делу, с внесением рукописных исправлений в дату документа – 20 декабря 2016 года.

В то же время, в период с 20 по 30 декабря 2016 года, ФИО3 без фактического проведения допроса, на компьютере изготовил протокол допроса в качестве свидетеля матери участник 1 – ФИО5 №1, указав заведомо ложные, вымышленные сведения о месте, дате, времени допроса, разъяснении прав, обязанностей и ответственности свидетеля, а именно указав место производства следственного действия – г. Мурманск, дату – 20 декабря 2016 года, время с 16 час. 00 мин. до 16 час. 50 мин., ее установочные данные, а также якобы сообщенные свидетелем сведения о самовольном оставлении участник 1 воинской части, который распечатал, после чего организовал выполнение неустановленным лицом от имени ФИО5 №1 в протоколе этого следственного действия записи «не поступили» в графе о заявлениях, «лично» в графе протокол прочитан и запись «нет» в графе замечания к протоколу, а также подписей в указанном протоколе от имени ФИО5 №1 При этом ФИО3 удостоверил верность данного протокола своей подписью. Осознавая, что недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, ФИО3 фальсифицированные протоколы от 20 декабря 2016 года допроса подозреваемого участник 1 и свидетеля ФИО5 №1 приобщил к уголовному делу, внес в опись и ДД.ММ.ГГГГ вынес постановление о прекращении уголовного преследования участник 1 и уголовного дела № по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, сославшись в данном процессуальном документе на фальсифицированные им доказательства – показания ФИО5 №1 и участник 1 При этом фактически ФИО3 в ходе следствия подозреваемого участник 1 и свидетеля ФИО5 №1 не допрашивал, а содержание их показаний, как и часть данных о их личности, в протоколах являются вымышленными.

Кроме того, 23 марта 2017 года военным прокурором гарнизона Заозерск вынесенное 30 декабря 2016 года ФИО3 постановление о прекращении уголовного дела № и уголовного преследования участник 1, как необоснованное из-за преждевременности вывода следователя о категории годности участник 1 - отменено. По уголовному делу в соответствии с письменными указаниями надзирающего прокурора необходимо было провести медицинское освидетельствование участник 1 и повторно допросить его об обстоятельствах получения заболевания и проведения освидетельствования ранее в военном комиссариате Республики Карелия. В связи с этим, ДД.ММ.ГГГГ руководителем ВСО по Печенгскому гарнизону предварительное следствие по уголовному делу № возобновлено, срок дополнительного следствия установлен до ДД.ММ.ГГГГ, производство предварительного следствия вновь поручено ФИО3 В тот же день ФИО3 принял данное уголовное дело к своему производству. Продолжая ненадлежащим образом относиться к исполнению служебных обязанностей по собиранию, проверке и оценке доказательств, установлению фактических обстоятельств преступления, ФИО3 в ходе дополнительного следствия подозреваемого участник 1 не допросил, тем самым в нарушение ч. 1 ст. 214 УПК РФ не установил обстоятельства, подлежащие дополнительному расследованию. Несмотря на это, ФИО3 вновь принял решение о повторном прекращении уголовного дела и уголовного преследования участник 1 без выполнения обязательных следственных действий. Для этого ФИО3 в один из дней в период с 6 по ДД.ММ.ГГГГ в служебном помещении военного следственного отдела СК России по Печенгскому гарнизону, расположенному по адресу: <адрес>, п.г.т. Печенга, <адрес>, военный городок №, вопреки требованиям ч. 2 ст. 50 и ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, требований ст. 1, 6, 7, 46, 56, 73, 74, 83, 85, 86, 88, 164, 166, 167, 187-190 УПК РФ, желая улучшить личные показатели оконченных производством уголовных дел, стремясь избежать неблагоприятных последствий за нарушение процессуальных сроков предварительного следствия и невыполнение указаний надзирающего прокурора, уменьшить объем своей работы, связанной с организацией вызова для допроса или выезда и допроса подозреваемого участник 1 по месту жительства в <адрес>, придания большей убедительности результатам медицинского освидетельствования участник 1 без фактического проведения допроса, ФИО3 на компьютере изготовил протокол допроса подозреваемого участник 1, указав заведомо ложные, вымышленные сведения о месте, дате, времени допроса, разъяснении прав и участии в нем защитника, а именно указав место производства следственного действия – г.Петрозаводск, дату – 6 мая 2017 года, время с 14 час. 10 мин. до 18 час. 00 мин., участие защитника – адвоката участник 3, а также якобы сообщенные подозреваемым сведения о состоянии здоровья и течении хронического заболевания, который распечатал и организовал выполнение неустановленным лицом от имени участник 1 в протоколе этого следственного действия записи «не поступили» в графе о заявлениях, «лично» в графе протокол прочитан, запись «нет» в графе замечания к протоколу и подписей в указанном протоколе следственного действия от имени участник 1 и защитника участник 3 При этом ФИО3 удостоверил верность данного протокола своей подписью. Тогда же ФИО3 без фактического проведения допроса, на компьютере изготовил протокол допроса несуществующего в действительности свидетеля свидетель 4. - якобы врача-отоларинголога <адрес>ной больницы, указав заведомо ложные, вымышленные сведения о месте, дате, времени допроса, установочных данных свидетеля, разъяснении свидетелю прав, обязанностей и ответственности, а именно указав место производства следственного действия – <адрес>, дату –6 мая 2017 года, время с 19 час. 10 мин. до 20 час. 15 мин., а также якобы сообщенные свидетелем сведения с оценкой состояния здоровья участник 1, который распечатал и собственноручно произвел от имени свидетель 4 в протоколе этого следственного действия записи «не поступили» в графе о заявлениях, «лично» в графе протокол прочитан и запись «нет» в графе замечания к протоколу, а также организовал выполнение неустановленным лицом подписей в указанном протоколе от имени свидетель 4 При этом ФИО3 удостоверил верность данного протокола своей подписью. Осознавая, что недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, ФИО3 фальсифицированные протоколы от 6 мая 2017 года допросов подозреваемого участник 1 и свидетеля свидетель 4 приобщил к уголовному делу, внес в опись и 24 мая 2017 года повторно вынес постановление о прекращении уголовного преследования участник 1 и уголовного дела № по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, сославшись в данном процессуальном документе на фальсифицированные им доказательства – показания участник 1 и свидетель 4 При этом фактически ФИО3 в ходе следствия подозреваемого участник 1 и свидетеля свидетель 4 не допрашивал, кроме того, содержание показаний свидетеля свидетель 4 в протоколе, как и само лицо, являются вымышленными.

Кроме того, 10 октября 2016 года следователем 315 ВСО возбуждено уголовное дело по подозрению военнослужащего войсковой части № младшего сержанта участник 4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 337 УК РФ. По поступлению уголовного дела по подследственности в ВСО по Печенгскому гарнизону ему присвоен № и 19 декабря 2016 года данное уголовное дело принято к производству ФИО3 В период с 6 по 10 января 2017 года ФИО3 находился в служебной командировке в Республике Дагестан, где им выполнялись следственные действия по вышеуказанному уголовному делу. По причине отсутствия по месту жительства начальника отдела военного комиссариата Республики Дагестан по Магарамкентскому району ФИО5 №6, ФИО3 не допросил его об обстоятельствах обращения участник 4, по причине заболевания в военный комиссариат, в связи с чем не установил обстоятельства, подлежащие доказыванию по данному делу. В связи с этим, в один из дней, в период с 11 по 17 января 2017 года, ФИО3, в служебном помещении ВСО по Печенгскому гарнизону, расположенному по адресу: <адрес>, п.г.т. Печенга, <адрес>, военный городок №, действуя умышленно, вопреки требованиям ч. 2 ст. 50 и ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, требований ст. 1, 6, 7, 56, 73, 74, 83, 85, 86, 88, 164, 166, 167, 187-190 УПК РФ, желая улучшить личные показатели оконченных производством уголовных дел, стремясь избежать неблагоприятных последствий за неполноту предварительного следствия и неисполнение указаний руководителя военного следственного отдела об установлении обстоятельств обращения участник 4 в органы военного управления в период неявки на службу, без фактического проведения допроса, на компьютере изготовил протокол, датированный 9 января 2016 года (год ошибочно указан как 2016), допроса в качестве свидетеля ФИО5 №6, указав заведомо ложные, вымышленные сведения о месте, дате, времени допроса, разъяснении свидетелю прав, обязанностей и ответственности, а именно указав место производства следственного действия – с. Магарамкент Республики Дагестан, дату – 9 января 2016 года (год ошибочно указан как 2016), время с 09 час. 20 мин. до 10 час. 15 мин., а также якобы сообщенные свидетелем в ходе допроса сведения об обстоятельствах обращения участник 4 в военный комиссариат о его заболевании в период проведения отпуска, который распечатал и собственноручно произвел от имени ФИО5 №6 в протоколе этого следственного действия записи «не поступили» в графе о заявлениях, «лично» в графе протокол прочитан и запись «нет» в графе замечания к протоколу, а также организовал выполнение неустановленным лицом подписей в указанном протоколе от имени ФИО5 №6 При этом ФИО3 удостоверил верность данного протокола своей подписью. После чего, указанный протокол от 9 января 2016 года (год ошибочно указан как 2016) допроса свидетеля ФИО5 №6, ФИО3 приобщил к уголовному делу и внес в опись. 17 января 2017 года ФИО3 уголовное дело № с приобщенным к нему фальсифицированным доказательством – протоколом допроса свидетеля ФИО5 №6 направил по подследственности в 315 ВСО. 21 марта 2017 года по повторному поступлению в ВСО по Печенгскому гарнизону уголовного дела № оно принято к производству ФИО3 28 апреля 2017 года ФИО3 осознавая, что недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, вынес постановление о прекращении уголовного дела № и уголовного преследования участник 4 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, сославшись в данном процессуальном документе на сфальсифицированное им ранее доказательство – протокол допроса свидетеля ФИО5 №6

Кроме того, 16 марта 2017 года ФИО3 возбудил и принял к своему производству уголовное дело № в отношении военнослужащего войсковой части 38643 младшего сержанта участник 5 по признакам двух преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 337 УК РФ, и трёх преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 337 УК РФ. В ходе служебных совещаний руководством военного следственного отдела ФИО3 указывалось на неполноту мер по расследованию преступлений, на необходимость окончания предварительного следствия в двухмесячный срок, то есть до 16 мая 2017 года, а также на принятие мер к установлению возможного обращения участник 5 в медицинские учреждения, в органы государственной власти и военного управления в период совершения уклонения от прохождения военной службы и необходимость допроса его близких лиц об обстоятельствах незаконного пребывания вне части. Несмотря на это, продолжая недобросовестно относиться к исполнению служебных обязанностей, ФИО3 поручение в орган предварительного следствия по месту пребывания участник 5 в период уклонения от прохождения военной службы о допросе тренера и матери последнего - свидетелей свидетель 9 и ФИО5 №8 направил только 16 мая 2017 года. По этой причине следователь ВСО по гарнизону Великий Новгород старший лейтенант юстиции ФИО4 допросил лишь свидетеля свидетель 9, протокол допроса которого от 16 мая 2017 года, на 3 листах, с препроводительным письмом от 16 мая 2017 года № с указанием в письме на невозможность допроса свидетель 11 (ФИО5 №8) из-за удаленности ее места жительства посредством телекоммуникационной сети Интернет направил на электронный почтовый ящик ФИО3 Тем самым, к 16 мая 2017 года (двухмесячный срок окончания предварительного следствия) обязательный для установления существенных обстоятельств, подлежащих доказыванию, ФИО3 допрос свидетеля ФИО5 №8 не произвел. Желая избежать дисциплинарной ответственности за допущенную волокиту, а также дополнительных затрат времени, обусловленных необходимостью полного и правильного установления фактических обстоятельств совершения участник 5 самовольного оставления части и надлежащего доказывания его вины, ФИО3, в один из дней в период с 16 по 23 мая 2017 года (поступление уголовного дела № с обвинительным заключением военному прокурору гарнизона Заозерск) в помещении ВСО по Печенгскому гарнизону по адресу: <адрес>, пгт. Печенга, <адрес>, военный городок №, вопреки требованиям ч. 2 ст. 50 и ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, требований ст. 1, 6, 7, 56, 73, 74, 83, 85, 86, 88, 164, 166, 167, 187-190 УПК РФ, на компьютере изготовил протокол допроса в качестве свидетеля матери обвиняемого участник 5 – ФИО5 №8, указав заведомо ложные, вымышленные сведения о месте, дате, времени допроса, лице, его производившем, разъяснении свидетелю прав, обязанностей и ответственности, а именно указав место производства следственного действия – <адрес>, дату – 16 мая 2017 года, время с 12 час. 20 мин. до 14 час. 00 мин., лицо его производившее – следователь ВСО по гарнизону Великий Новгород старший лейтенант юстиции ФИО4, а также якобы сообщенные свидетелем в ходе допроса сведения об обстоятельствах уклонения участник 5 от прохождения военной службы и биографические данные последнего, который распечатал и организовал выполнение неустановленным лицом от имени ФИО5 №8 в протоколе этого следственного действия записи «нет» в графе о заявлениях, «лично» в графе протокол прочитан и записи «нет» в графе замечания к протоколу, а также подписей в указанном протоколе от имени ФИО5 №8 и подписи от имени якобы допросившего ее лица - следователя ФИО4 После чего, ФИО3 уничтожил поступившее от следователя ФИО4 препроводительное письмо от 16 мая 2017 года № к протоколу допроса свидетель 10 С помощью компьютера он изготовил новое подложное письмо, не указав в нем о невозможности допроса свидетель 11 (ФИО5 №8) и включил в него недостоверные сведения о регистрационном номере – «1721» (вместо «1443») и о наличии 6-ти листов приложения, т.е. с учетом сфальсифицированного протокола допроса свидетеля ФИО5 №8, после чего организовал выполнение в письме неустановленным лицом подписи от имени следователя ФИО4 По изготовлению протокола допроса свидетеля ФИО5 №8 и препроводительного письма от 16 мая 2017 года № ФИО3 исполнил с них светокопии, как якобы поступивших в порядке исполнения отдельного поручения по электронной почте, и удостоверил каждый лист их копий своей подписью, оттиском гербовой печати ВСО по Печенгскому гарнизону и оттиском штампа с указанием верности копии, своих должности и воинского звания, даты – 16 мая 2017 года. Осознавая, что недопустимое доказательство не имеет юридической силы и не может использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, и не может быть положено в основу обвинения, ФИО3 изготовленную светокопию протокола допроса ФИО5 №8 с препроводительным письмом приобщил к уголовному делу, внес в опись, включил в обвинительное заключение в качестве доказательства, подтверждающего обвинение участник 5, после чего с уголовным делом передал руководителю ВСО по Печенгскому гарнизону. 20 июня 2017 года ФИО1 гарнизонный военной суд в приговоре и 7 августа 2017 года Северный флотский военный суд в апелляционном постановлении № сослались на вышеуказанный сфальсифицированный протокол допроса, как на одно из доказательств виновности участник 5 в совершении преступлений. При этом фактически ни сам ФИО3, ни иное лицо по его поручению, в ходе предварительного следствия свидетеля ФИО5 №8 не допрашивал, а содержание ее показаний в протоколе, являются вымышленными.

Подсудимый ФИО3 виновным себя в инкриминируемых ему деяниях не признал, в обосновании занятой позиции указал, что не фальсифицировал протоколы допросов по вышеуказанным уголовным делам. Так же он пояснил, что фактически допрашивал по уголовным делам лиц, протоколы допросов которых он якобы подделал, однако не помнит место где проходил допрос, а также время его проведения. Документы, устанавливающие их личность, он не проверял, все данные были записаны в протоколы допросов со слов допрашиваемых лиц.

Несмотря на занятую ФИО3 позицию, его виновность в инкриминируемых деяниях подтверждается следующими доказательствами по уголовному делу, исследованными в судебном заседании.

Допрошенный в судебном заседании свидетель свидетель 5 суду показал, что он проходит службу в ВСО по Печенгскому гарнизону в должности заместителя руководителя указанного следственного отдела. С октября 2016 года в указанном отделе проходил службу в должности следователя ФИО3 В марте 2017 года он изучал уголовное дело в отношении участник 5 находящиеся в производстве ФИО3 Тогда же им было выявлено, что за две недели предварительного следствия по данному уголовному делу выполнено только одно следственное действие - допрос подозреваемого участник 5, на которое затрачено 40 минут. По итогам состоявшего оперативного совещания за допущенные ФИО3 нарушения по уголовным делам предложено направить документы в военное следственное управление по Северному флоту для привлечения его к дисциплинарной ответственности. В 20-х числах августа 2017 года ФИО3 в его, свидетель 5, присутствии доложил руководителю отдела ФИО5 №7, что ему по телефону звонила мать участник 5 - ФИО5 №8, которая выразила свое удивление тем, что в приговоре Заозерского гарнизонного военного суда отражены ее показания, которые она не давала, поскольку её никто не допрашивал. Никаких внятных пояснений от ФИО3 о выполнении допроса свидетеля ФИО5 №8 не последовало. На прямой вопрос ФИО5 №7 подделывал ли он допрос ФИО5 №8, ФИО3 не ответил. Также свидетель 5 пояснил, что уголовные дела в отношении участник 1 и участник 4 находились в производстве следователя ФИО3

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО5 №7 – руководителя ВСО по Печенгскому гарнизону, следует, что уголовное дело № в отношении участник 1, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ, находилось в производстве у ФИО3 с 19 по 30 декабря 2016 года. Следственная группа не создавалась, ФИО3 работал лично. Расследование дела сопровождалось обычными проблемами, имевшими место у ФИО3 волокитой и неорганизованностью следствия. 30 декабря 2016 года ФИО3 вынес постановление о прекращении данного уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. ФИО3 докладывал ему, что произвел допрос подозреваемого участник 1 и его матери ФИО5 №1, которые были необходимы для принятия процессуального решения по делу. В последствии данное уголовное дело после отмены военным прокурором постановления о его прекращении в период с 26 апреля по 24 мая 2017 года находилось в производстве следователя ФИО3, до принятия им повторного решения о прекращении уголовного дела. Следственная группа по делу не создавалась, ФИО3 работал лично. После отмены постановления о прекращении уголовного дела были запланированы допросы врачей, в том числе по месту жительства подозреваемого, где он мог наблюдаться отоларингологом. Вопрос о необходимости допросов в качестве свидетелей врачей, удостоверявших состояние здоровья участник 1, обсуждался им с ФИО3 Последний говорил, что планирует выезд в Республику Карелия для производства данных следственных действий. 16 марта 2017 года, по материалам прокурорской проверки ФИО3 возбуждено уголовное дело № по обвинению участник 5 в совершении 5-и преступлений, предусмотренных ст.337 УК РФ. Указанное дело находилось в производстве у ФИО3 постоянно до направления его прокурору, следственная группа по делу не создавалась, дело в производство другому следователю не передавалось, иные следователи отдела по делу следственные действия не выполняли. ФИО3 окончил предварительное следствие по делу в 2-х месячный срок – 16 мая 2017 года. Ход следствия по указанному делу сопровождался обычными проблемами, имевшимися в работе у ФИО3, отсутствием плановости в работе и волокитой следствия. Состояние предварительного следствия по уголовному делу обсуждалось в ходе оперативного совещания 29 марта 2017 года, которое проводил заместитель руководителя отдела свидетель 5 Им отмечено, что следствие по делу фактически не ведется, за первые две недели выполнен один допрос подозреваемого. За эти и нарушения по другим делам ФИО3 предложено объявить выговор. В дальнейшем, за 5-7 суток, перед окончанием предварительного следствия, он, ФИО5 №7, изучав материалы дела, увидел, что ФИО3 не допрошены лица, которые могли сообщить обстоятельства нахождения участник 5 по месту жительства в <адрес>. Он давал устные указания ФИО3 активизировать свою работу в этом направлении, либо готовить ходатайство о продлении срока предварительного следствия для обсуждения на оперативном совещании обоснованности ходатайства, рассмотрения вопроса об ответственности ФИО3 при наличии факта волокиты. ФИО3 ему докладывал, что поручение о производстве отдельных следственных действий уже направлено в ВСО по месту жительства участник 5 и ожидается ответ на него. 16 мая 2017 года ФИО3 упоминал, что имеются трудности с допросом матери участник 5, поскольку следователь не может доехать к месту ее жительства. Он предложил ФИО3 либо направить поручение в отдел полиции по месту жительства матери, либо попробовать уговорить следователя допросить мать участник 5 самостоятельно. Спустя некоторое время ФИО3 ему доложил, что вопрос с допросом матери участник 5 решен и допрос произведен. 23 августа 2017 года ФИО3 ему, ФИО5 №7, сообщил, что ему звонила мать участник 5 – ФИО5 №8, сообщившая, что её по делу никто не допрашивал, однако в приговоре Заозерского гарнизонного военного суда её допрос указан как доказательство. После этого им, ФИО5 №7, установлено, что по направленному ФИО3 в ВСО по Новгородскому гарнизону поручению допрос ФИО5 №8 не производился. На его прямой вопрос о том, подделал ли он допрос ФИО5 №8, ФИО3 не ответил, из-за чего он пришел к выводу, что такое возможно. Из показаний того же свидетеля следует, что, по его мнению, ФИО3 не желал ходатайствовать о продлении срока предварительного следствия по уголовному делу в отношении участник 5, так как опасался привлечения к дисциплинарной ответственности за волокиту. Это, в свою очередь, могло повлиять на рассмотрение возможности заключения с ним очередного контракта о прохождении военной службы.

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля участник 1 следует, что 20 декабря 2016 года в городе Мурманске он не был, никто его в этот день не допрашивал. Защитника – адвоката участник 3 не знает, никогда с ним не встречался и не общался каким-либо образом, в том числе по телефону. После увольнения с военной службы в запас в июле 2016 года в Мурманскую область он больше не приезжал. Подписи от его имени в протоколе допроса подозреваемого от 20 декабря 2016 года исполнены другим лицом, он этот протокол никогда не подписывал. В декабре 2016 года следователь, представившийся ФИО3, звонил ему на мобильный телефон. В ходе телефонного разговора ФИО3 также сказал, что он прекратит уголовное дело в отношении него, участник 1, для чего оформит протоколы допросов его, участник 1, как подозреваемого, и его матери, ФИО5 №1, как свидетеля. Оформить эти протоколы ФИО3 может без их участия. Об этом разговоре он рассказал своей матери - ФИО5 №1 Из показаний того же свидетеля следует, что 6 мая 2017 года в городе Петрозаводске он не был, никто его ни в этот день, ни в другие дни не допрашивал. Со следователем ФИО3 он никогда не встречался, подписи от его имени в протоколе допроса подозреваемого от 6 мая 2017 года исполнены другим лицом, он этот протокол никогда не подписывал.

Согласно показаниям свидетеля ФИО5 №1, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании, ни следователь ФИО3, ни другие следователи в 2016 году об обстоятельствах прохождения военной службы ее сыном – участник 1 ее не допрашивали. 20 декабря 2016 года она в <адрес> не ездила, ее допрос никто не производил, протокол ее допроса она не подписывала, показаний, изложенных в этом протоколе, не давала. Подписи в протоколе от ее имени, а также записи «не поступили», «лично» и «нет» на последнем его листе выполнены другим лицом. Кроме того, она отметила, что в протоколе неправильно указаны ее персональные данные. После увольнения, в июле 2016 года с военной службы, ее сын – участник 1 в Мурманскую область не ездил. Со слов ее сына - участник 1 ей известно, что примерно в декабре 2016 года с ним созванивался следователь по фамилии ФИО3, который пояснил, что для прекращения уголовного дела в отношении её сына ему необходимо составить протокол допроса самого сына и её протокол допроса.

Из сообщения адвоката участник 3 от 16 июля 2019 года следует, что 20 декабря 2016 года он не принимал участие в допросе подозреваемого участник 1, ордер от 30 декабря 2016 № на защиту участник 1 по уголовному делу № передал ФИО3 30 декабря 2016 года. Ни в каких следственных действиях по уголовному делу № он в последующем участия не принимал.

Согласно заключению эксперта от 12 июля 2019 года №-СВ-19, подпись от имени ФИО3 в постановлении о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 30 декабря 2016 года по уголовному делу № выполнены ФИО3

Из заключения эксперта от 22 мая 2019 года № следует, что подписи от имени участник 1 в протоколе допроса подозреваемого от 20 декабря 2016 года на 1, 2, 3 листах в нижней правой части и в графе «Подозреваемый (подпись)» и на 4-ом листе в графах «Подозреваемый (подпись)», - выполнены не участник 1, а другим (одним) лицом. Подписи от имени участник 1 в ходатайстве от 20 декабря 2016 года под печатным текстом, перед расшифровкой подписи «участник 1», в постановлении о назначении и допуске защитника от 20 декабря 2016 года подпись слева в графе «(подпись подозреваемого и его защитника)» - выполнены не участник 1, а другим лицом. Рукописные записи «не поступили», «лично», «нет» от имени участник 1 в протоколе допроса подозреваемого участник 1 от 20 декабря 2016 года на 4-ом листе в графах «… заявление (поступили, не поступили)», «Протокол прочитан (лично или вслух следователем (дознавателем)», «Замечания к протоколу (содержание замечаний либо указание на их отсутствие)» - выполнены одним лицом. Решить вопрос, кем – участник 1, или другим лицом, выполнены эти записи не представляется возможным.

Согласно заключению эксперта от 17 мая 2019 №, согласно которому подпись от имени ФИО3 в постановлении о назначении и допуске защитника от 20 декабря 2016 года – в графах «Следователь (подпись)», в протоколе допроса подозреваемого участник 1 от 20 декабря 2016 года на 4-ом листе в графе «Следователь (подпись)» выполнены ФИО3

Из заключения эксперта от 1 июля 2019 года № следует, что подписи от имени участник 3 в протоколе допроса подозреваемого участник 1 от 20 декабря 2016 года на 1-ом, 2-ом и 3-ем листах, в нижней части справа; на 4-ом листе в графах «Защитник (подпись)» выполнены, вероятно, не участник 3, а другим лицом с подражанием подлинной подписи (подписям) участник 3 Решить вопрос в категоричной форме не представляется возможным из-за простоты и краткости исследуемых подписей. Рукописные записи «не поступили; лично; нет» в протоколе допроса подозреваемого участник 1 от 20 декабря 2016 г. на 4-ом листе в графах: «…заявления (поступили, не поступили)», «Протокол прочитан (лично или вслух следователем (дознавателем), «Замечания к протоколу (содержание замечаний либо указание на их отсутствие)» – выполнены не участник 3, а другим лицом.

Согласно заключению эксперта от 21 мая 2019 года №, в протоколе допроса свидетеля от 20 декабря 2016 года подписи от имени ФИО5 №1 на 1-ом листе в нижней части листа и в графе «ФИО5 (подпись)», на 2-ом листе в нижней части листа и в графах «ФИО5 (подпись)», на 3-ем листе в графах «ФИО5 (подпись)» - выполнены не ФИО5 №1, а другим (одним) лицом. Рукописные записи «Не поступили», «лично», «нет» на 3-ем листе в графах «… заявления (не поступили, поступили, их содержание)», «Протокол прочитан (лично или вслух следователем (руководителем следственного органа, дознавателем)», «Замечания к протоколу (содержание замечаний либо указание на их отсутствие)» - выполнены не ФИО5 №1, а другим лицом.

Из заключения эксперта от 17 мая 2019 № следует, что подпись от имени ФИО3 в протоколе допроса свидетеля ФИО5 №1 от 20 декабря 2016 года на 3-ем листе в графе «Следователь военного следственного отдела СК России по Печенгскому гарнизону майор юстиции» перед расшифровкой подписи «ФИО3» выполнена ФИО3

Согласно Книги учета лиц (посетителей), прибывающих в ВСО по Мурманскому гарнизону, в период с 19 по 22 декабря 2016 года следователь ФИО3 ВСО по Мурманскому гарнизону не посещал. ФИО5 №1, участник 1 и участник 3 20 декабря 2016 года ВСО по Мурманскому гарнизону также не посещали.

Из исследованной в судебном заседании информации о телефонных соединениях, зарегистрированного на ФИО3 телефонного номера № следует, что 20 декабря 2016 года с 18:43 до 19:09 (то есть во время якобы производимых следственных действий с ФИО5 №1) указанный телефон находился на территории пгт. Печенга. 20 декабря 2016 года соединений с указанного телефона через базовые станции в г. Мурманске не производились, все соединения осуществлены через базовые станции на территории пгт. Печенга и <адрес>.

Согласно сообщению Мурманского линейного отдела МВД России на транспорте от 7 мая 2019 года №, участник 1 за период с 1 декабря 2016 года по 31 мая 2017 года проездные билеты на авиа и ж/д транспорт для следования в г. Мурманск и (или) обратно не оформлял.

Из заключения эксперта от 22 мая 2019 года № следует, что подписи от имени участник 1 в протоколе допроса подозреваемого от 6 мая 2017 года на 1, 2, 3 листах в нижней правой части (подписи слева) и в графе «Подозреваемый (подпись)» и на 4-ом листе в графах «Подозреваемый (подпись)» - выполнены не участник 1, а другим (одним) лицом.

Согласно заключению эксперта от 1 июля 2019 года №, подписи от имени участник 3 в протоколе допроса подозреваемого участник 1 от 6 мая 2017 года на 1-ом, 2-ом и 3-ем листах, в нижней части справа; на 4-ом листе в графах «Защитник (подпись)» выполнены, вероятно, не участник 3, а другим лицом с подражанием подлинной подписи (подписям) участник 3 Рукописные записи «не поступили; лично; нет» в протоколе допроса подозреваемого участник 1 от 6 мая 2017 года на 4-ом листе в графах: «… заявления (поступили, не поступили)», «Протокол прочитан (лично или вслух следователем (дознавателем), «Замечания к протоколу (содержание замечаний либо указание на их отсутствие)» - выполнены не участник 3, а другим лицом.

Из сообщения Мурманского линейного отдела МВД России на транспорте от 7 мая 2019 года № следует, что с 5 по 6 мая 2017 года участник 1 следовал на поезде по маршруту город Петрозаводск - город Санкт-Петербург.

Согласно информации о телефонных соединениях зарегистрированного за ФИО3 абонентского №, 6 мая 2017 года телефонные соединения осуществлялись с территории Мурманской области, а в 20:40 и в 20:41 - с территории пгт. Печенга. Кроме того, в период возобновления предварительного следствия по уголовному делу № – в период с 26 апреля по 24 мая 2017 года (дата вынесения повторного постановления о прекращении уголовного дела), соединений абонента № с использованием базовых станций в г.Петрозаводске не имелось, все соединения осуществлялись через базовые станций расположенные на территории Мурманской области.

Из сообщения ВСО по Печенгскому гарнизону от 30 апреля 2019 года № следует, что ФИО3 в служебные командировки по уголовному делу № в г. Петрозаводск Республики Карелия не направлялся.

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО5 №3 – начальника отдела кадров ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ», следует, что свидетель 4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ» никогда не работала и не работает в настоящий момент. Врач отоларинголог свидетель 4 ей не известна, она никогда о таком враче не слышала.

Согласно заключению эксперта от 17 мая 2019 года №, подписи от имени ФИО3 в протоколе допроса свидетеля свидетель 4 от 6 мая 2017 года на 3-ем листе в графе «Следователь (подпись)» - выполнена ФИО3 Рукописные записи «Не поступили», «лично», «нет» в протоколе допроса свидетеля свидетель 4 от 6 мая 2017 года на 3-ем листе в графах «… заявления (поступили, не поступили)», «Протокол прочитан (лично или вслух следователем (дознавателем)», «Замечания к протоколу (содержание замечаний либо указание на их отсутствие)» выполнены ФИО3 Подпись от имени свидетель 4 в протоколе допроса свидетеля свидетель 4 от 6 мая 2017 года на 1, 2, 3 листах в графах «ФИО5 (подпись) и на 1-ом и 2-ом листах в нижней части каждого листа – выполнены, вероятно, одним лицом. Решить вопрос в категорической форме не представляется возможным из-за простоты строения и краткости исследуемых подписей.

Из сообщения ОМВД России по Кондопожскому району от 17 мая 2019 года № следует, что лицо с установочными данными свидетель 4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. на территории Республика Карелия не зарегистрировано. Паспорт серии 4703 № выдан ДД.ММ.ГГГГ ОВД г. Полярный Мурманской области (указанный в протоколе допроса свидетеля свидетель 4) принадлежит ФИО5 №2, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Согласно оглашенным в судебном заседании показаниям свидетеля ФИО5 №2, последняя постоянно проживает в пгт. Никель с конца июля 2016 года. Примерно осенью 2016 года она по уголовному делу в качестве свидетеля давала письменные показания сотруднику ВСО Печенгскому гарнизону по фамилии ФИО3

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО5 №6 следует, что 9 января 2016 года (год ошибочно указан как 2016), его никто не допрашивал, в протоколе его допроса стоят не его подписи, записи сделаны не его рукой, в этот период он был в Краснодарском крае по месту жительства семьи.

Согласно заключению эксперта от 20 мая 2019 года №, подписи от имени ФИО5 №6 в протоколе допроса свидетеля от 9 января 2016 года на 1-ом листе в нижней части в графе «(подпись)», на 2-ом листе в графе «ФИО5 (подпись)» и в нижней части листа, на 3-ем листе в графах «ФИО5 (подпись)» - выполнены не ФИО5 №6, а другим (вероятно, одним) лицом. Рукописные записи «Не поступили», «лично», «нет» на 3-ем листе в графах «… заявления (не поступили, поступили, их содержание)», «Протокол прочитан (лично или вслух следователем (руководителем следственного органа, дознавателем)», «Замечания к протоколу» - выполнены не ФИО5 №6, а другим лицом.

Из заключения эксперта от 17 мая 2019 года № следует, что подпись ФИО3 в протоколе допроса свидетеля ФИО5 №6 от 9 января 2016 года – на 3-ем листе в графе «Следователь военного следственного отдела СК России по Печенгскому гарнизону майор юстиции», перед расшифровкой подписи «ФИО3» выполнены ФИО3

Согласно справке АО «Кубаньпассажиравтосервис» от 27 мая 2019 года № и от 28 мая 2019 года №, ФИО5 №6 на Армавирском автовокзале приобретен билет по маршруту Новороссийск-Дербент 8 января 2017 года, с отправлением в 19:09 до г. Невинномысск.

Из приказов руководителя ВСО по Печенгскому гарнизону от 30 декабря 2016 года № и от 12 января 2017 года № следует, что ФИО3 находился в служебной командировке для выполнения следственных действий по уголовному делу № в с.Магарамкент Р. Дагестан в период с 5 по 10 января 2017 года.

Согласно информации о телефонных соединениях, соединения зарегистрированного на ФИО3 абонентского номера № с 12:44 06.01.2017 по 17:16 10.01.2017 осуществлялись через базовые станции в Республике Дагестан. 6 января 2017 года в 12:44:44 – первое соединение с номера № фиксируется вышкой по адресу: Россия, Дагестан Респ., Каспийск г., Афган-городок мкр. 7 января 2017 года в 10:51:54 – первое соединение фиксируется вышкой по адресу: Россия, Дагестан Респ., Дербент г., <адрес>. 8 января 2017 года в 10:05:46 – первое соединение без фиксации места положения абонента, соединение с первой фиксацией местоположения абонента отмечен в 14:06:27 с расположением вышки по адресу: Россия, Дагестан Респ., Дербент г., <адрес> остальные соединения в этот день также фиксируются по указанному адресу. 9 января 2017 года в период с 08:52 по 08:55 указанный телефон находился на территории села Первомайское Республики Дагестан, после чего в 11:14 был зарегистрирован на территории снт. Весна г. Каспийска, в 15:14 – с. Магарамкент, 16:15 – в с. Ахты (наиболее удаленная точка от г. Дербент, расстояние около 120 км), в 18:30 – в с. Магарамкент, в 20:33 – в г. Дербент. 10 января 2017 года в 00:05:33 первое соединение с телефонного номера № фиксируется вышкой по адресу: Россия, Дагестан Респ., Дербент г., <адрес>, два следующих там же, затем фиксируемые звонки указывают о передвижении ФИО3 от <адрес> в сторону <адрес>.

Таким образом, зарегистрированный на ФИО3 абонентский номер в период времени, указанном, как время допроса свидетеля ФИО5 №6 (9 января 2016 года (год ошибочно указан как 2016) с 09:20 по 10:15) на территории с.Магарамкент и Магарамкентского района не фиксировался.

Из оглашенных показаний свидетеля ФИО5 №8 следует, что в 2017 году в отношении ее сына участник 5 расследовалось уголовное дело по обстоятельствам самовольного оставления им воинской части. Летом 2017 года ее сын передал ей приговор, в котором было указано, что его вина подтверждалась, в том числе, и ее показаниями, что сильно ее возмутило, так как ее никто не допрашивал. Сын сообщил ей, что уголовное дело расследовал следователь ФИО3 Она позвонила в ВСО по Печенгскому гарнизону на городской телефон и попросила позвать ФИО3 Тот разговаривать с ней отказался, раздраженно сказал, что ее не знает и разговаривать не будет, затем положил трубку. В дальнейшем он от разговоров уклонялся. По уголовному делу в отношении участник 5 ее никто не допрашивал, подписи от ее имени в протоколе допроса от 16 мая 2017 года ей не принадлежат.

Согласно оглашенным, в судебном заседании, показаниям свидетеля участник 5, при ознакомлении с материалами уголовного дела № он протокола допроса своей матери – ФИО5 №8 в них не видел, если бы ее допрашивали, то она бы ему об этом обязательно сообщила.

Из показаний свидетеля ФИО4, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании, следует, что 16 мая 2017 года от следователя ФИО3 в ВСО по гарнизону Великий Новгород поступило поручение о допросе 2 лиц – мужчины и женщины – в качестве свидетелей по обстоятельствам самовольного оставления части военнослужащим, а именно его тренера и матери военнослужащего. С ФИО3, которого он знал ранее, он связывался по мобильному телефону в день поступления поручения и тот просил его исполнить поручение незамедлительно в тот же день. По поручению он допросил только мужчину (свидетель 9), а женщину (ФИО5 №8) не допрашивал, так как она проживала на удалении более 100 километров и в этот день ее допросить было невозможно. Об этом он сообщил по телефону ФИО3 Тот пытался его уговорить допросить ФИО5 №8 именно ДД.ММ.ГГГГ, однако этого выполнить он не смог. О том, что женщину допросить не смог, он указал в ответе на поручение. Ответ в тот же день был направлен электронной почтой на адрес, указанный ФИО3

Согласно Книге учета входящей корреспонденции ВСО по гарнизону Великий Новгород №/4 за 2017-2018 годы, поручение по уголовному делу в отношении участник 5 зарегистрировано 16 мая 2017 года за входящим № и передано для исполнения следователю ФИО4 Поручение имеет исходящий регистрационный № от 10 мая 2017 года ВСО по Печенгскому гарнизону.

Из Книги учета исходящей корреспонденции ВСО по гарнизону Великий Новгород №/5 за 2017 год имеются записи о направлении следователем ФИО4 материалов исполненного поручения на 3-х листах с препроводительным письмом от 16 мая 2017 года за исходящим №.

Согласно Книге регистрации исходящих документов ВСО по Печенгскому гарнизону (дело №) за исходящим № от 10 мая 2017 года поручение в ВСО по гарнизону Великий Новгород не регистрировалось, исходящий № был зарегистрирован 23 мая 2017 года и относится к донесению в ВСУ по СФ.

Из Книги регистрации входящих документов (дело №) ВСО по Печенгскому гарнизону следует, что исполнение поручения из ВСО по гарнизону Великий Новгород зарегистрировано в указанной книге за входящим №, последней записью за 16 мая 2017 года. В книге сделана отметка о том, что документ имеет исходящий №, с приложением на 6-ти листах, то есть номер исходящего документа и количества приложений не соответствуют тому, что было направлено из ВСО по гарнизону Великий Новгород.

Согласно исследованному в судебном заседании обвинительному заключению в отношении участник 5, в нем в качестве доказательств, вины последнего, приведены показания свидетеля ФИО5 №8

Из исследованных в судебном заседании приговора Заозерского гарнизонного военного суда от 20 июня 2017 года и апелляционного постановления Северного флотского военного суда от 7 августа 2017 года № в отношении участник 5 следует, что в указанных процессуальных решениях, как одно из доказательств, подтверждающих виновность участник 5, среди прочих, указаны показания свидетеля ФИО5 №8

Согласно протоколу судебного заседания Заозерского гарнизонного военного суда от 20 июня 2017 года по уголовному делу в отношении участник 5, показания свидетеля ФИО5 №8 оглашены в ходе судебного заседания без её участия.

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля ФИО5 №7 - ведущего специалиста ВСО по Печенгскому гарнизону, следует, что уголовное дело № в отношении участник 5 в военную прокуратуру гарнизона Заозерск отвозил сам следователь ФИО3, у которого оно находилось в производстве.

Согласно информации о телефонных соединениях, за период с 16 по 23 мая 2017 года абонентский №, зарегистрированный на ФИО3 регистрируется в г. Заозерск единожды – 23 мая 2017 года. Более за указанный период звонков с указанного номера на территории г. Заозерска не установлено.

Анализируя доказательства по делу в их совокупности, суд признает, что они согласуются между собой и позволяют сделать вывод о виновности ФИО3 в инкриминируемых деяниях.

В ходе судебного заседания ФИО3 в обоснование позиций о непричастности к инкриминируемым деяниям было заявлено о том, что протоколы допросов подозреваемого участник 1 и свидетеля ФИО5 №1 от 20 декабря 2016 года и 6 мая 2017 года были признаны в 2018 году недопустимыми доказательствами по уголовному делу в отношении участник 1, в связи с чем данные протоколы следственных действий не могли считаться доказательствами по уголовному делу и как следствие в его действиях отсутствует состав преступления предусмотренный ст. 303 УК РФ.

Данный довод подсудимого суд отвергает, поскольку, при принятии решения о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении участник 1 30 декабря 2016 года, а затем, после отмены постановления надзирающим прокурором, 24 мая 2017 года, ФИО3 при принятии указанных решений, в каждом случае, ссылался на фальсифицированные протоколы допроса подозреваемого участник 1 и свидетеля ФИО5 №1 от 20 декабря 2016 года и 6 мая 2017 года соответственно, как на доказательства имеющие значение для уголовного дела и полученные с соблюдением требований УПК РФ.

Кроме того, в обоснование своей невиновности ФИО3 показал в судебном заседании, что свидетели ФИО5 №1 и ФИО5 №8 его оговаривают.

Данные доводы ФИО3 о том, что ФИО5 №1 и ФИО5 №8 его оговаривают, суд отвергает и расценивает как способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку это противоречит установленным в судебном заседании вышеприведенным доказательствам, а также они носят предположительный характер и ничем объективно не подтверждены.

Приведенные доводы подсудимого о том, что он фактически допрашивал по уголовным делам лиц, протоколы допросов которых он якобы подделал, однако не помнит место где проходил допрос, а также время его проведения, при этом документы, устанавливающие их личность, он не проверял, все данные записывал в протоколы допросов со слов допрашиваемых лиц, суд считает надуманными и голословными, ничем не подтвержденными, противоречащими установленным в суде обстоятельствам дела, данными с целью избежания уголовной ответственности за содеянное, а поэтому отвергает их.

Утверждение подсудимого и его защитника о том, что ФИО3 подлежит освобождению от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности является несостоятельной.

Преступления, в которых обвиняется ФИО3 уголовным законом отнесены к категории средней тяжести. В соответствии с п. «б» ч.1 ст.78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекло шесть лет.

Согласно рассматриваемому делу, с момента совершения ФИО3 в 2016 и 2017 годах преступлений шестилетний срок не истек и как следствие, подсудимый не может быть освобожден от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности.

Таким образом, давая оценку вышеприведенным доводам ФИО3 о непричастности к инкриминируемым деяниям, военный суд находит их несостоятельными и отвергает.

Поэтому суд основывает приговор на свидетельских показаниях, заключениях экспертов и иных, добытых в ходе предварительного и судебного следствия доказательствах, которые объективны, достоверны, не противоречивы и последовательны, в целом согласуются между собой и дополняют друг друга по наиболее значимым обстоятельствам дела. При этом, оснований для оговора ФИО3 со стороны свидетелей в судебном заседании не установлено.

Исходя из установленных в судебном заседании обстоятельств, умышленные действия подсудимого ФИО3, который являясь следователем, в периоды с 20 по 30 декабря 2016 года, с 11 по 17 января 2017 года, с 6 по 24 мая 2017 года, с 16 по 23 мая 2017 года, совершил фальсификацию протоколов следственных действий которые в последующем являлись доказательствами по уголовным делам, суд расценивает как фальсификацию доказательств по уголовному делу следователем и квалифицирует каждое из указанных действий подсудимого по ч.2 ст.303 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств, совершенных ФИО3 преступлений, суд не усматривает оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории совершенных им преступлений на менее тяжкие.

При решении вопроса о назначении подсудимому ФИО3 наказания, на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства суд учитывает наличие на иждивении у подсудимого малолетнего ребенка.

Кроме того, в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ суд учитывает, что подсудимый впервые привлекается к уголовной ответственности, является ветераном боевых действий.

Принимая во внимание обстоятельства дела, тяжесть содеянного, личность подсудимого, его возраст, имущественное положение, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, суд приходит к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания и считает возможным назначить ему наказание в виде лишения свободы, за каждое из совершенных преступлений, с применением ст.73 УК РФ, с назначением дополнительного наказание, в виде лишения права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных подсудимым преступлений, позволяющих при назначении наказания применить положения ст. 64 УК РФ, суд в отношении ФИО3 не находит.

Принимая во внимание, что защитники по назначению органа предварительного расследования участвовали в производстве по настоящему уголовному делу на законных основаниях, в соответствии с волеизъявлением подсудимого, суд не находит правовых оснований для освобождения ФИО3 от возмещения расходов, связанных с выплатой вознаграждения адвокатам.

Меру пресечения ФИО3 – подписка о невыезде и надлежащим поведении – до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Судьбу вещественных доказательств по данному делу суд, исходя из положений с ч. 3 ст. 81 УПК РФ, полагает разрешить следующим образом. Вещественные доказательства: поименованные в т.20 на л.д. 262-267 хранить при уголовном деле; поименованные в т. 21 на л.д. 24, 56, 100, 126, 193-194, 212, 255 хранить при уголовном деле; поименованный в т.25 на л.д. 90, 115, 147 хранить при уголовном деле. Материалы уголовного дела № в отношении участник 4 в 1-ом томе передать по принадлежности. Уголовное дело № (1-30/2017) в отношении участник 5 в 2-х томах передать по принадлежности. Материалы уголовного дела № в отношении участник 1 в 3-х томах передать по принадлежности. Вещественные доказательства: поименованные в т.16 на л.д. 206 передать по принадлежности; поименованные в т. 24 на л.д.156 передать по принадлежности.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.307, 308, 309 УПК РФ, военный суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО3 виновным в совершении четырех преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 303 УК РФ, на основании которых, назначить наказание:

- по эпизоду фальсификации протоколов допроса в период с 20 по 30 декабря 2016 года по уголовному делу в отношении участник 1 в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 3 (три) месяца с лишением права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев;

- по эпизоду фальсификации протокола допроса в период с 11 по 17 января 2017 года по уголовному делу в отношении участник 4 в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 3 (три) месяца с лишением права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев;

- по эпизоду фальсификации протоколов допроса в период с 6 по 24 мая 2017 года по уголовному делу в отношении участник 1 в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 3 (три) месяца с лишением права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев;

- по эпизоду фальсификации протокола допроса в период с 16 по 23 мая 2017 года по уголовному делу в отношении участник 5 в виде лишения свободы сроком на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев с лишением права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 1 (один) год 8 (восемь) месяцев.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО3 окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с лишением права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 2 (два) года.

На основании ст.73 УК РФ назначенное ФИО3 наказание в виде лишения свободы считать условным, и установить ему испытательный срок в 2 (два) года, в течение которого он должен своим поведением доказать свое исправление.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ обязать ФИО3 встать на учет в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за условно осужденными по месту жительства, один раз в месяц являться на регистрацию в установленный указанным органом день, а также не менять место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

Дополнительное наказание, назначенное осужденному ФИО3 в виде лишения права занимать должности в системе правоохранительных органов Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти сроком на 2 (два) года исполнять самостоятельно и реально.

Меру пресечения осужденному ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащим поведении - оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

По вступлении приговора в законную силу вещественное доказательство по делу:

- поименованные в т.20 на л.д. 262-267, – хранить при уголовном деле;

- поименованные в т. 21 на л.д. 24, 56, 100, 126, 193-194, 212, 255, - хранить при уголовном деле;

- поименованный в т.25 на л.д. 90, 115, 147, - хранить при уголовном деле;

- поименованные в т.16 на л.д. 206 и находящиеся на ответственном хранении в военном следственном отделе по гарнизону Великий Новгород, - считать переданными по принадлежности в военный следственный отдел по гарнизону Великий Новгород;

- поименованные в т. 24 на л.д.156, - передать по принадлежности в военный следственный отдел Следственного комитета России по Печенгскому гарнизону;

- материалы уголовного дела № в отношении участник 4 в 1-ом томе, - передать по принадлежности в военный следственный отдел Следственного комитета России по Печенгскому гарнизону;

- материалы уголовного дела № в отношении участник 1 в 3-х томах, - передать по принадлежности в военный следственный отдел Следственного комитета России по Печенгскому гарнизону;

- уголовное дело № (1-30/2017) в отношении участник 5 в 2-х томах, - передать по принадлежности в ФИО1 гарнизонный военный суд.

Процессуальные издержки по делу в виде сумм, подлежащих выплате защитникам осужденного адвокатам Карпухиной В.А., Лебедеву С.Н., Тиманову В.В., принимавшим участие в деле по назначению органа предварительного следствия в общем размере 15 939 (пятнадцать тысяч девятьсот тридцать девять) рублей, – взыскать с осужденного ФИО3 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Северный флотский военный суд через ФИО1 гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления.

Председательствующий по делу М.В. Кормушкин