Решение № 2-2013/2018 2-66/2019 2-66/2019(2-2013/2018;)~М-2124/2018 М-2124/2018 от 26 декабря 2019 г. по делу № 2-2013/2018

Дело № 2-66/2019 г.

УИД № 26RS0030-01-2018-002816-16


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 декабря 2019 года ст. Ессентукская

Предгорный районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Максимова Е.А.,

при секретаре судебного заседания Кириаковой В.В.,

с участием:

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – адвоката Гончаровой Э.А., действующей на основании удостоверения № 1578, ордера № 078881 от 04.12.2018 года,

ответчика ФИО2,

представителя ответчиков ФИО2 и ФИО3 – адвоката Коленкиной В.Н., действующей на основании удостоверения № 2504, ордера № с072113 от 20.12.2018 г, доверенности 26 АА3533815 от 17.12.2018 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Предгорного районного суда ст. Ессентукской гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 действующего в интересах совершеннолетней недееспособной ФИО4 к ФИО3, ФИО2, действующей в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО5, ФИО6 о признании договора купли-продажи недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 действующий в интересах совершеннолетней недееспособной ФИО4 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 и ФИО2 (действующей в интересах несовершеннолетних ФИО5, ФИО6) о признании договора купли-продажи недействительным.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 04.03.2016 года его мать ФИО4, не понимая значение своих действий заключила договор купли-продажи своего дома, находящегося по адресу: <адрес>.

Данная сделка ею была заключена с ФИО3 (дочерью) и ФИО2 (сожительницей сына ФИО3), действующей в интересах своих несовершеннолетних детей: <данные изъяты>

23.05.2018 года решением Предгорного районного суда Д.Р.К. признана недееспособной. В заключение судебно-психиатрической экспертизы от 28.03.2018 года №574, проведенной в рамках гражданского дела о признании Д.Р.К. недееспособной, указано, что с марта 2017 года Д.Р.К. состоит на учете у врача – психиатра, в 2010 и 2015 годах перенесла острое нарушение мозгового кровообращения с выраженной неврологической симптоматикой и резким интеллектуально мнестическим снижением, что сопровождалось нарастанием социальной дезадаптацией. Полагает, что при таких обстоятельствах Д.Р.К. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Из медицинских документов, стало известно, что ФИО3 еще в 2015 году было известно о болезни своей матери, так как она приводила её к врачу. После того как Д.Р.К. заключила сделку купли продажи, ФИО3 вместе со своим сыном и его сожительницей выгнали Д.Р.К. из дома.

В данный момент Д.Р.К. проживает с ФИО1 После совершения сделки Д.Р.К.К. рассказывала истцу о том, что денег за дом она не получала, суть сделки не понимала.

Считает, что ФИО3 и ФИО2 воспользовались болезненным состоянием ФИО7, так как при заключении сделки им было известно о состоянии здоровья Д.Р.К.. Полагает, что действия Д.Р.К. по заключению договора купли - продажи связаны с пороком её воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

Обратившись в суд, истец просит: признать договор купли-продажи домовладения расположенного по адресу <адрес> от 04.03.2016 года, заключенный между продавцом Д.Р.К., ДД.ММ.ГГГГ рождения и покупателями: ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, действующей в интересах своих несовершеннолетних детей: <данные изъяты> недействительным.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал и просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО1 – Гончарова Э.А. в судебном заседании исковые требования поддержала и просила их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 действующая в интересах несовершеннолетних детей ФИО5, ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала и просила суд отказать в их удовлетворении в полном объеме.

Представитель ответчиков ФИО2, ФИО8 – Коленкина В.Н. в судебном заседании просила суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме, по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрения дела в её отсутствие. Принимая во внимание, что интересы ФИО3 представляет доверенное лицо, наделенное всеми правами стороны по делу, в соответствии со ст. 48 ГПК РФ и ч. 5 ст. 165 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотрение дела в отсутствие ответчика ФИО3

Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, заключения судебных экспертиз, а также медицинские документы, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 549 ГК РФ).

Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (ст. 550 ГК РФ); переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (ст. 551 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Сделка, совершенная гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску его попечителя, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими и другая сторона сделки знала или должна была знать об этом.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

Как установлено в судебном заседании, 04 марта 2016 года между Д.Р.К. (продавцом), и ФИО3 и ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетних ФИО5, ФИО6, (покупателями) был заключен договор купли-продажи. По условиям договора, ФИО4 продала, а ФИО3, ФИО5 и ФИО6 купили за 800000 рублей земельный участок для ведения личного подсобного хозяйства и индивидуального жилищного строительства, общей площадью 1 500 кв.м., кадастровый номер №, и жилой дом, общей площадью 47,7 кв.м., кадастровый номер №, расположенный по адресу: <адрес>

24 марта 2016 года за ФИО3, ФИО5 и ФИО6 зарегистрировано право собственности на указанное недвижимое имущество, выданы свидетельства о государственной регистрации права собственности (Т. 1 л.д. 47-137).

Решением Предгорного районного суда Ставропольского края от 01 ноября 2016 года в удовлетворении исковых требований Д.Р.К. к ФИО3, ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества – земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, заключенного 04 марта 2016 года между ФИО4, ФИО3, <данные изъяты>, отказано.

В удовлетворении исковых требований Д.Р.К. к ФИО3, ФИО2 об исключении из ЕГРП записи о регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, отказано.

В удовлетворении исковых требований Д.Р.К. к ФИО3, ФИО2 о возвращении ФИО4 права собственности на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, отказано (Т. 1 л.д. 226-235).

Апелляционным определение судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 31 января 2017 года решение Предгорного районного суда Ставропольского края от 01 ноября 2016 года оставлено без изменения. (Т. 1 л.д. 236-240).

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № 574 от 28 марта 2018 года, Д.Р.К. страдает психическим расстройством в форме деменции в связи со смешанным заболеваниями (слабоумия). Это подтверждается анамнестическими сведениями, отраженными в медицинской документации, о длительном страдании гипертонической болезнью, с кризовым течением, сахарным диабетом, о перенесенных в 2010 и 2015 годах острых нарушениях мозгового кровообращения с выраженной неврологической симптоматикой и резким интеллектуально – мнестическим снижением, что сопровождалось нарастанием социальной дезадаптацией. Возникло быстрое формирование значительных нарушений со стороны психики в виде нарушений речи, отвлекаемости внимания, значительного интеллектуального и мнестического снижения, нелепого поведения, и неспособности в целом охватить ситуацию, в которой находится, критически ее оценить, сделать правильные выводы, полное отсутствие критики к своему психическому состоянию, своим поступкам, крайняя эмоциональная неустойчивость, витальный уровень интересов, что подтверждается и настоящим клинико - психиатрическим обследованием. Выявляемые у ФИО4 изменения психики выражены столь значительно, что она не может понимать значения своих действий и руководить ими, нуждается в установлении опеки (Т. 1 л.д. 15-16).

Решением Предгорного районного суда от 23 мая 2018 года, вступившим в законную силу 26 июня 2018 года, Д.Р.К., ДД.ММ.ГГГГ рождения, <данные изъяты>, признана недееспособной (Т. 1 л.д. 13).

Постановлением администрации Предгорного муниципального района СК № 1094 от 10.08.2018 г. над совершеннолетней недееспособной Д.Р.К. установлена опека. Опекуном назначен ФИО1 (Т. 1 л.д. 14).

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что в момент подписания договора, Д.Р.К.. не понимала значение своих действий в виду наличия у нее психического расстройства.

Для проверки доводов истца о том, что в момент подписания договора Д.Р.К. не понимала значение своих действий и не могла руководить ими ввиду наличия у нее психического расстройства, по делу была назначена амбулаторная судебно – психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебно – психиатрической комиссии экспертов № 1252 от 17 июля 2019 года, Д.Р.К. страдает психическим расстройством в форме деменции в связи со смешанными заболеваниями (ответ на вопрос № 1). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о наличие у подэкспертной в течение многих лет сахарного диабета 2 типа, дисциркуляторной энцефалопатии, перенесенного острого нарушения мозгового кровообращения, на фоне чего отмечается углубление психических нарушений с интеллектуально - мнестическим снижением, в связи с чем, с 21.08.2018г. находится на диспансерном наблюдении у врача - психиатра, решением Предгорного районного суда СК от 23.05.2018г. была признана недееспособной. Диагностическое заключение подтверждается и результатами настоящего обследования, выявившего у подэкспертной, на фоне неврологической симптоматики, выраженную истощаемость, астенизацию психических процессов, замедленное по темпу, малопродуктивное мышление, снижение интеллекта и памяти, утрату прошлых знаний, эмоциональную сглаженность, пассивность, бездеятельность, витальный уровень интересов, социальную дезадаптацию.

На момент подписания договора купли-продажи от 04.03.2016 года у Д.Р.К. обнаруживалось органическое расстройство личности и поведения, в связи со смешанными заболеваниями (частичный ответ на вопрос № 5) (сахарный диабет 2 типа, дисциркуляторная энцефалопатия, перенесенное острое нарушение мозгового кровообращения). Однако представленные для анализа материалы гражданского дела, не содержат свидетельских показаний, анализ которых позволил бы сделать вывод о состоянии психических функций ФИО4 на интересующий суд период времени: во врачебных записях отсутствуют сведения о состоянии когнитивных функций пациентки (06.03.2015г. эндокринологом отмечено, что ввиду нарушения когнитивных функций сахароснижающие препараты принимает бесконтрольно, но описания их степени выраженности нет), о состоянииподэкспертной в приближенные к исследуемой дате периоды с упором на ее психо-эмоциональное состояние, наличие интеллектуальных нарушений, памяти, сообразительности, критичности к своему состоянию и пр. Нет показаний соседей, знакомых подэкспертной, почтальона, приносившего пенсию - об уровне ее социально-бытового функционирования; взаимоотношениях с окружающими, эмоциональных привязанностях, интересах, содержании высказываний, целях и планах на будущее и пр., показаний сотрудников полиции, опрашивающих подэкспертную по материалам проверки в 2016 году. Нет медицинской документации о наблюдении у врачей до 2014 года, нахождении на лечении после перенесенных острых нарушений мозгового кровообращения. Наличие в материалах гражданского дела указанных сведений и при назначении дополнительной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, позволило бы экспертной комиссии ответить на поставленные в определении суда вопросы.

Не представляется возможным ответить на вопрос о временной адресации наступления отклонений в продуктивности интеллектуальной деятельности (отсутствуют медицинская документация по поводу перенесенных ОНМК в 2010 и 2015 гг.), с целью уточнения состояния мнестической и когнитивной функций, наличия подверженности повышенной внушаемости, уговорам, в том числе сохранности способности к распознаванию совершаемые в отношении ее обманных действий (степени критичности в оценке ситуаций, способности делать правильные выводы о сложившейся ситуации) на момент оспариваемой сделки (04.03.2016 года) необходимы сведения со стороны соседей с места жительства Д.Р.К. (соседей оспариваемого объекта недвижимости и соседей по месту жительства после того, как она покинула свой дом и стала проживать в ином месте). Если имел место факт ухода за «пожилым человеком», то показания социальных работников, с которыми вступала Д.Р.К. в контакт, как она осуществляла уход за ним, проблемы какой сложности ей приходилось решать, почтальона (если получала пенсию на руки). Если у сына Д.Р.К.. - ФИО9 (которого на момент текущего судебного разбирательства нет в живых) имеются близкие родственники, то их осведомленность о ситуации и желаниях Д.Р.К. по распоряжению недвижимостью. При опросе акцентировать внимание на сведениях об отношении Д.Р.К. к окружению, его характере (стабильное или переменчивое), сведения об особенностях поведения, характера, эмоциональной сферы, рекомендуем обратить внимание при показаниях на то, какими были её: внешний вид, интонации, продуктивность и темп речи, контактность: вступала в контакт первой /легко, быстро, охотно, с трудом, сдержанно, настороженно, отвечала с задержкой, часто невпопад илипо существу/, а также эмоционально-волевое состояние /боязливость, отрешенность, переменчивость, обидчивость, пессимистичность, оптимистичность, инициативность/, мышление /последовательное,поверхностное, сообразительность, потери мысли, частые уточнения/. Обратить внимание на способность Д.Р.К. понимания обращенной речи, содержания поступающей информации и способах дальнейшего поведения -уточнения, склонность следовать возникшим представлениям, продуктивность мыслительной деятельности в умозаключениях (способность к анализу, обобщениям), т.е. не столько внешние параметры речи, а содержательные её характеристики, круг тем, которые она предлагала для обсуждения при общении, о значимых ей близких людях, постоянстве, переменчивости привязанности, соблюдая при этом конкретность в датировании проявлений особенностей психических процессов (ответ на вопросы №№2,3).

Определением суда от 12 ноября 2019 года по делу была назначена дополнительная амбулаторная судебно – психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебно – психиатрической комиссии экспертов № 2235 от 04 декабря 2019 года Д.Р.К. страдает психическим расстройством в форме деменции в связи со смешанными заболеваниями. Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о наличие у подэкспертной в течение многих лет сахарного диабета 2 типа, дисциркуляторной энцефалопатии, гипертонической болезни, перенесенного острого нарушения мозгового кровообращения, на фоне чего отмечается углубление психических нарушений с интеллектуально - мнестическим снижением, в связи с чем, с 21.08.2018г. находится на диспансерном наблюдении у врача - психиатра, решением Предгорного районного суда СК от 23.05.2018г. была признана недееспособной. Диагностическое заключение подтверждается и результатами настоящего обследования, выявившего у подэкспертной, на фоне неврологической симптоматики, выраженную истощаемость, астенизацию психических процессов, замедленное по темпу, малопродуктивное мышление, снижение интеллекта и памяти, утрату прошлых знаний, эмоциональную сглаженность, пассивность, бездеятельность, витальный уровень интересов, социальную дезадаптацию.

На момент подписания договора купли-продажи от 04.03.2016 года у Д.Р.К. обнаруживалось органическое расстройство личности и поведения, в связи со смешанными заболеваниями (сахарный диабет 2 типа, гипертоническая болезнь, дисциркуляторная энцефалопатия, перенесенное острое нарушение мозгового кровообращения) (ответ на часть вопроса № 2). Как следует из предоставленной медицинской документации, Д.Р.К. с 2010 года страдает сахарным диабетом, в 2010 году перенесла острое нарушение мозгового кровообращения: с сентября 2011 года отмечается гипертоническая болезнь 2 ст. 3 ст. риск 3, дисциркуляторная энцефалопатия II ст., которые сопровождались церебрастеническими жалобами (головные боли, головокружение, слабость, шум, гул в голове), изменениями личности по органическому типу (эмоциональная лабильность, обидчивость, упрямство, эгоцентризм). Однако у Д.Р.К. сохранялись наиболее важные психические функции: способность к мыслительной деятельности, целенаправленность поступков, сохранность критических, прогностических и морально - этических свойств личности. Она самостоятельно предъявляла жалобы врачу, придерживалась своих прежних установок, правильно ориентировалась в вопросах повседневной жизни и в быту, полного нарушения адаптации не наблюдалось, необходимости в направлении на консультацию к психиатру у врачей, курировавших Д.Р.К. не было, никто из медицинских работников не отмечал странностей в её поведении и высказываниях, за исключением записи в медицинской карте амбулаторного больного от 14.03.2015г., где со слов дочери отмечено у подэкспертной снижение памяти, заторможенность сознания, резкое снижение массы тела, запах ацетона в моче, нарушение речи, координации движений. Была назначена специальная диета, после которой в период 02.04.2015г. у нее наблюдались значительные улучшения. У Д.Р.К. в апреле 2015г. состояние значительно улучшилось, что подтверждается и показаниями свидетеля В.С.А.

19.05.2016г, 11.06.2016г., 28.11.2016г. Д.Р.К. обращалась в отдел МВД России по Предгорному району; по ее заявлениям проводились проверки и выносились постановления об отказе в возбуждении уголовных дел. В последствие Д.Р.К. обратилась в суд с иском о признании недействительным договора купли - продажи; допрошенная свидетель К.Е.А. (работник МФЦ) пояснила, что Д.Р.К.. поясняла, что согласна с условиями договора, уточняла, какая доля дома достанется внукам; в решении Предгорного районного суда от 01.11.2016 года указано, поскольку договор подписывался в МФЦ Д.Р.К.., ФИО3 и ФИО10, в тексте договора указаны именно эти лица, у суда нет оснований полагать, что Д.Р.К. заблуждалась в отношении лиц, с которыми она вступает в сделку. По мнению суда, намерения сторон выражены в договоре достаточно ясно, содержание договора позволяло ФИО4 оценить природу и последствия совершаемой сделки. Доказательств того, что волеизъявление Д.Р.К. выраженное в договоре купли-продажи, не соответствовало её действительным намерениям, суду не представлено, сама Д.Р.К. в судебном заседании заявила о своем намерении продать дом.

Таким образом, в связи с отсутствием в медицинской документации описания психического состояния Д.Р.К. на тот момент, с большей долей вероятности, на период заключения оспариваемого договора купли-продажи от 04.03.2016 года ФИО4 понимала значение своих действий и руководила ими (ответ на часть вопроса № 1, часть вопроса № 2).

С большей долей вероятности способность Д.Р.К. к осознанному принятию решения и его исполнению, а также способность к пониманию существа сделки купли-продажи от 04.03.2016 года была сохранной, исследование не выявило признаков ошибочного восприятия и оценки ситуации Д.Р.К. при совершении сделки купли-продажи от 04.03.2016 года. Анализ предоставленной информации не содержит наличия признаков повышенной внушаемости у Д.Р.К. в том числе и на исследуемый временной период (ответ на вопрос № 1, частично).

У суда не имеется оснований не доверять представленному заключению экспертов, поскольку эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, кроме того, данная экспертиза никем не оспаривалась.

Из заключения экспертов следует, что исследование было проведено на основании материалов дела и медицинских документов, в том числе, с учетом показаний свидетелей. Каких либо неточностей или сомнений в выводах экспертов, судом не усматривается. Истцом и ее представителем экспертиза не оспаривалась, ходатайств о назначении повторной экспертизы или вызове эксперта не заявлялось. Экспертами даны точные и исчерпывающие ответы на все поставленные судом вопросы.

Судом проверены представленные сторонами доказательства, в частности, заслушаны показания свидетелей об обстоятельствах заключения оспариваемого договора купли-продажи.

Свидетель К.Я.Ф. суду пояснил, что с Д.Р.К. он познакомился в 2015 году, когда он подвозил ее домой из магазина «Магнит» в ст. Суворовской. По дороге к ее дому они разговорились, из разговора он сделал вывод, что она очень доверчивая, так как открыто беседовала с малознакомым человеком. Д.Р.К.. в разговоре с ним говорила, что ей негде жить и была одета не по сезону. Последний раз он видел Д.Р.К. в 2016 году, когда приходил получать зерно на складе, Д.Р.К. сидела на лавочке, плакала, сказала, что ее выгнали из дома и ей негде жить.

Свидетель Г.В.В. пояснил, что Д.Р.К.. приходится ему бабушкой, а ФИО1 дядей. Он со своей гражданской супругой ФИО2 решили приобрести дом, расположенный по адресу: <адрес>, который принадлежал его бабушке Д.Р.К. Так как бабушка проживала одна, они решили взять на себя обязательства по уходу за бабушкой, против чего сама бабушка не возражала. После заключения договора купли – продажи в доме, в том числе в комнате в которой проживала бабушка, был сделан ремонт, никаких скандалов не возникало. Но после каждого приезда дяди ФИО1 у них возникали конфликты. На момент подписания договора купли – продажи Д.Р.К.. была самостоятельной, могла покупать себе лекарства, сама получала пенсию, ходила в магазин и в гости к соседям. Его мать периодически водила бабушку на приемы к врачу, следила за ее здоровьем, иногда по поручению бабушки получала ее пенсию или получала инсулин. После подписания договора купли – продажи бабушка стала проживать с ФИО1 Полагает, что бабушка переехала к ФИО1, поскольку тот настраивает ее и внушает, что ей могут причинить вред, если она останется проживать в своем доме. Ему известно о том, что его бабушка ФИО1 признана недееспособной, однако ее состояние ухудшилось за последние 8 месяцев.

Допрошенный в качестве свидетеля врач – психиатр Предгорной ЦРБ Б.А.М. пояснил, что Д.Р.К. состоит у него на учете с 21.08.2018 г. с диагнозом сосудистой деменции, т.е. сосудистое слабоумие, которое приводит к отсутствию мыслительной деятельности из-за острого нарушения мозгового кровообращения, в результате чего больной теряет память, перестает узнавать близких, ориентироваться в пространстве, кроме того, руководить своей волей человек с таким заболеванием также не может. Полагает, что данное заболевание возникло у Д.Р.К. значительно раньше, может быть и до 2016 года, поскольку обычно люди обращаются к врачу уже на запущенном этапе болезни. Им была изучена аудиограмма Д.Р.К. от 10.03.2017 г., согласно которой он может говорить о том, что Д.Р.К. едва слышит. О том, была ли Д.Р.К.. в состоянии участвовать в судебных заседаниях и осознавать последствия своих действий в 2017 году, он пояснить не может.

Свидетель Г.Е.В. суду пояснила в период с 2000 по 2017 гг. она работала в продуктовом магазине в ст. Суворовской по ул. Садовая, д. 242. Летом 2016 года она познакомилась с Д.Р.К. которая была одним из частых посетителей магазина. Помимо совершенных покупок, между ними часто завязывались беседы, в ходе которых Д.Р.К. неоднократно поясняла о том, что осуществляет уход за дедушкой, о том какие у него проблемы со здоровьем. Лишь однажды Д.Р.К. пожаловалась на ухудшение самочувствия в связи с сахарным диабетом. Что касается психического состояния Д.Р.К.., она может пояснить, что ее поведение было абсолютно адекватным, никаких видимых психических отклонений не наблюдалось, речь ее была связной, покупки она покупала и оплачивала самостоятельно. Осенью 2016 года она видела ФИО4 последний раз.

Допрошенная в качестве свидетеля врач – эндокринолог Предгорной ЦРБ В.С.А. пояснила, что Д.Р.К. состоит у нее на учете с 02.02.2012 г. с диагнозом «сахарный диабет» на фоне которого могут развиться различные осложнения, в том числе и психические, вызванные прежде всего изменением состояния сосудов, что в свою очередь провоцирует поражение различных мозговых центров, но угадать какой из центров поражен невозможно, так как это индивидуально у каждого пациента. До марта 2015 года Д.Р.К. самостоятельно приходила на прием, давала пояснения относительно состояния здоровья, получала медикаменты. Далее в амбулаторной карте имеются записи о том, что на прием вместо Д.Р.К.. приходили ее родственники. 14.03.2015 на прием приходила дочь пациентки и жаловалась, на ухудшение состояния Д.Р.К. а именно: сухость во рту, нарушение речи, снижение массы тела, ухудшение памяти, в связи с чем, пациентке была назначена специальная диета, после которой в период 02.04.2015 г. у нее наблюдались значительные улучшения, нормализовался сон, сухость во рту пропала, отечность спала. Все диагнозы пациентки хронические, состояние пациента при них стабильное, либо ухудшается. Ухудшение слуха и зрения возможно при сахарном диабете, но это происходит постепенно, при этом такое ухудшение не связано напрямую со снижением умственных способностей пациента. Записей о состоянии здоровья пациентки в 2016 году перед заключением оспариваемой сделки нет. Записей о том, что Д.Р.К. нуждается в консультации врача – психиатра в ее амбулаторной карте нет.

Свидетель Т.Н.В. суду пояснила, что с Д.Р.К. она познакомилась с 2016 года, когда она переехала мужчине, живущему с ней по соседству. Она рассказывала, что ее выгнали из дома и ей негде жить. Она наблюдала у Д.Р.К. проблемы с речью, слухом и памятью. Ее поведение нельзя было назвать адекватным. Часто она одевалась не по погоде, заикалась, ее трудно было понять. Самостоятельно обслуживать себя Д.Р.К. не может. Об оспариваемой сделке ей ничего не известно.

Свидетель Х.В.В. суду пояснил, что он знаком с Д.Р.К. на протяжении 15 лет, он работал таксистом и часто ее подвозил. Д.Р.К. рассказывала, что дочь выгналаее из дома и ей негде жить. Внешне было понятно, что она болеет, но он никогда не спрашивал про ее состояние здоровья, ее речь была разборчива.

Свидетель Х.Е.Г. суду пояснила, что с Д.Р.К. она знакома около 25 лет, ранее она была замужем за ее сыном Д.Р.К. Соседка рассказала ей, что Д.Р.К. заключила сделку по продаже дома. Сама Д.Р.К. поясняла ей, что не помнит, как совершалась сделка, так как ее только что выписали из больницы и дочь в это время дала ей подписать какой – то договор. В 2010 году здоровье Д.Р.К. стало ухудшаться, у нее появились отклонения в речи, рассеянность, резкие перепады настроения. Ее дочь ФИО3 консультировалась с ней как со специалистом по поводу того, что состояние здоровья ее матери ухудшилось, она стала неуправляемой. Со слов ФИО3 ей известно, что она водила Д.Р.К. к врачу – эндокринологу, врачу – психиатру. Когда она видела ее в судебном заседании, состояние здоровья Д.Р.К. было плохое, она ни на кого не обращала внимание.

Свидетель К.В.П. суду пояснила, что она работал почтальоном, и доставляла 19 лет пенсию Д.Р.К. Ничего странного в поведении Д.Р.К. она не замечала, пока был жив ее супруг. После смерти супруга у Д.Р.К. как будто произошло раздвоение личности. После этого, она стала бояться передавать ей пенсию лично, и просила соседку быть свидетелем при передаче денег. До августа 2015 года она передавала пенсию Д.Р.К. при соседке. За получение пенсии она рассчитывалась самостоятельно и писала хорошо. Дочь ФИО4 – Ольга единственный раз получила пенсию, когда мать находилась в больнице. Она просила отдать пенсию ей, так как не было денег купить ей лекарства. Дочь позвонила матери, и та разрешила отдать пенсию ей.

Свидетель Н.Н.Н. суду пояснила, что знакома с Д.Р.К. так как та приходила получать пенсию в почтовое отделение, где она работала. Раз в месяц Д.Р.К. самостоятельно приходила в почтовое отделение за пенсией, которую ей выдавала либо она, либо замещающий ее кассир, при этом Д.Р.К. всегда предварительно пересчитывала деньги и только потом расписывалась. Также Д.Р.К.. приходила на почту ранее установленного времени и ждала кассира. Никаких отклонений в ее поведении не было, она была абсолютно нормальной, без каких – либо странностей.

Свидетель И.Л,Ф.. суду пояснила, Д.Р.К..К. проживала с ней по соседству до 2016 года, часто приходила к ее маме. Ее мама и Д.Р.К.. получали вместе пенсию, у одного почтальона, но мама не была свидетелем получения пенсии, а просто получала свою пенсию. Д.Р.К.. прекрасный человек, у нее никогда не возникало сомнений в адекватности Д.Р.К.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку свидетели предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Суд, считает, что показания свидетелей не смогли подтвердить доводы искового заявления, что на момент заключения сделки Д.Р.К.К. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

Пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ устанавливает презумпцию разумности действий участников гражданских правоотношений, следовательно, предполагается, что при заключении сделки стороны имеют четкое представление о наступающих последствиях.

Проанализировав исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает, что заключенный между Д.Р.К.. (продавцом), и ФИО3 и ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетних ФИО5, ФИО6, (покупателями) договор купли-продажи от 04 марта 2016 года совершен в надлежащей форме и содержит все существенные для договора купли-продажи недвижимости условия. Договор подписан Д.Р.К. лично, данное обстоятельство истцом не оспаривается. Доказательств того, что Д.Р.К. не была ознакомлена с текстом договора, суду не представлено.

По мнению суда, намерения сторон выражены в договоре достаточно ясно, содержание договора позволяло Д.Р.К. оценить природу и последствия совершаемой сделки. Поскольку договор подписывался в МФЦ Д.Р.К. ФИО3 и ФИО2, в тексте договора указаны именно эти лица, у суда нет оснований полагать, что Д.Р.К. заблуждалась в отношении лиц, с которыми она вступает в сделку.

Согласно ст. 17 ГК РФ, способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью. В силу ст. 21 ГК РФ, способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста. Никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом. (ст. 22 ГК РФ).

Таким образом, закон исходит из презумпции полной право- и дееспособности любого гражданина, если он не ограничен в них в установленном законом порядке. В связи с чем, бремя доказывания того, что лицо не отдавало отчета своим действиям и не могло руководить ими в момент совершения сделки лежит на истце. Ответчик не должен доказывать обратного, так как это проистекает из требований ст. ст. 17, 21, 22 ГК РФ.

Однако, таких доказательств истцом представлено не было.

Доказательств того, что волеизъявление Д.Р.К. выраженное в договоре купли-продажи, не соответствовало её действительным намерениям, суду не представлено,

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, учитывая, что судебной экспертизой установлено, что в момент подписания договора купли-продажи Д.Р.К. не была лишена возможности понимать значение своих действий и существо сделки, суд, полагает требования Д.Р.К. о признании договора купли-продажи недействительным, необоснованными и неподлежащими удовлетворению.

По мнению суда, истцом не представлены достоверные и допустимые доказательства, подтверждающие обоснованность заявленных исковых требований, в судебном заседании не установлено обстоятельств, свидетельствующих о заключении Д.Р.К. договора купли-продажи в тот момент, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

При таких обстоятельствах, суд считает, что требование ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 04 марта 2016 года являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Стороной ответчиков заявлено ходатайство о применении сроков исковое давности к данному спору.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать 10 лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной не пропущен, поскольку Д.Р.К.. признана недееспособной решением Предгорного районного суда от 23 мая 2018 года.

На основании вышеизложенного, руководствуясь 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 действующего в интересах совершеннолетней недееспособной к ФИО3, ФИО2 действующей в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО5, ФИО6 о признании недействительным договора купли-продажи домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, заключенного 04 марта 2016 года между Д.Р.К., ФИО3, ФИО5, ФИО6 - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд, через Предгорный районный суд, в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 31 декабря 2019 года.

Судья: Е.А. Максимов