Приговор № 1-48/2021 1-485/2020 от 20 июня 2021 г. по делу № 1-48/2021

№ 1 – 48 / 2021

55RS0007-01-2020-006293-05


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Омск 21 июня 2021 года

Центральный районный суд г.Омска в составе:

председательствующего - судьи Полищука А.А.,

с участием государственных обвинителей – пом.прокурора ЦАО г. Омска ФИО1,Ю ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8,

подсудимого ФИО9,

защитника – адвоката Гришакина К.В.,

потерпевшего Е. ,

при секретаре Яновой В.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО9 , <данные изъяты> ранее не судимого;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО9 умышленно причинил тяжкий вред здоровью Е. , при следующих обстоятельствах.

<данные изъяты> в период времени с <данные изъяты> часов, более точное время не установлено, ФИО9, находясь на <адрес>, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему Е. , нанес последнему не менее 2 ударов кулаками рук по лицу и не менее 2 ударов в область ребер справа, отчего последний испытал сильную физическую боль и получил телесные повреждения.

От умышленных действий ФИО9 Е. в области спины справа была причинена тупыми твердыми предметами закрытая травма груди в виде переломов 7-8-9-10-11 ребер справа с повреждением правого легкого, ушибом правой почки и развитием правостороннего пневмоторакса, которые причинили Е. тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В судебном заседании подсудимый ФИО9 в совершении преступления вину формально не признал полностью, фактически указал, что мог, нанеся последнему 2 удара руками в область ребер справа причинить указанные повреждения, но не знает этого точно и поэтому, считает себя невиновным. Он пояснив, что Е. он знает 7-8 лет, познакомились на общем собрании. Земельный участок Е. находится напротив его участка. Отношения были нормальные, неприязни не было. Не знает, кем работал Е. , обычно пил пиво, просил денег на сигареты. Не знает о доходах Е. . Слышал от рабочих, что Е. с кем-то дрался. Так говорили рабочие-узбеки про события до <данные изъяты> года. Он (Ч. ) не очень общался с Е. . Е. говорил, что сделал ему лестницу и поэтому, якобы, вправе был подключиться к электричеству. Это сосед – «хачик» ему, якобы, разрешил, но это не к его дому. Е. в <данные изъяты> годах построил лестницу на 2-й этаж из его стройматериала (досок). Он должен был за эту лестницу, привезет тому на фундамент дома бетон, блоки или смесь. В <данные изъяты> годах он привозил Е. 1 машину асфальтной смеси, 2 машины навоза (земли). Он (Ч. ) бурил тому яму 2,5 м глубиной под электрический столб, тот его так и не поставил. У него не было долга перед Е. . Работу Е. может оценить, примерно, <данные изъяты> рублей, а не <данные изъяты>. Это с учетом их материала. Он не обещал Е. давать возможность пользоваться электричеством. <данные изъяты> ему сообщил кто-то из соседей, что к его электрическому столбу подключился Е. . Он пошел в <данные изъяты> часов к <адрес>. Все электрические столбы идут по <адрес>. Дом на этой улице (<адрес>) принадлежит его сыну – ФИО10 Он следит за этим домом и обслуживанием. Именно этот дом напротив дома Е. . Сын не давал разрешения пользоваться электричеством, у них нет никаких отношений. У Е. на земельном участке <адрес> там нет дома, только баня (сруб), в котором тот живет. Еще какие-то станки стоят (когда тот был ИП). Еще есчть вскрытый фундамент. Он увидел, что от их щитка (от него идут провода <данные изъяты>) сына и соседа-«хачика». Провода шли во двор Е. . Он обрезал электрические провода (плоскогубцами перекусил провод). Е. сразу вышел и у столба начались вопросы. Он (Ч. ) спросил: «Зачем подключился от него?» Е. сказал, что «хачик» разрешил. Разговор стал не хорошим. Он взял кусок электрического кабеля, кидал в его сторону Е. , который стоял выше. Он (Ч. ) кинул кабель в сторону, тот упал между ними. Они были в 5-6 метрах друг от друга. Он подошел ближе к столбу, Е. подошел к нему, к месту, где упал кабель. Они шли, как бы, друг к другу. Они ругались между собой, была и обоюдная нецензурная брань. Когда сблизились, он (Ч. ) сказал, что «врет». Е. сказал: «Зачем кабель порезал?» Первым ударил рукой Е. ему в лицо. Он (Ч. ) испытал физическую боль. Е. выше его и находился на месте выше. Ему было 73 года, а Е. около 48 лет. Е. продолжил наносить удары ему (Ч. ). Он, защищая, отмахнулся, желая ударить Е. по лицу. Попал тому один раз по лицу (конкретное место не помнит). Е. более стал агрессивным, сбил его ударом рук с ног. Он (Ч. ) упал, и тот стал наносить ему удары ногами по всему телу и голове. Он перекатывался по земле от того, защищая лицо руками. Тот нападал ему в грудь и по лицу, были телесные повреждения, которые зафиксированы в больнице. Они переместились, примерно, на <данные изъяты> от дороги. Он (Ч. ) Е. за ноги, руками и дернул, Е. упал от этого, потеряв равновесие, упав на угол плиты (бетонной) дорожной. Е. остался лежать, а он (Ч. ) ушел. Он уверен, что Е. упал именно на бетонную плиту, ударившись правым бокком в районе ребер (между 7-8 ребрами). Он показывал эту плиту на следствии. У него шла кровь на лице, над и под правым глазом, одним глазом не видел. Он (Ч. ) пошел домой, ничего не говоря, считал не исчерпанным конфликт, хотел потом и разобраться по этому поводу. Он хотел поговорить с тем из-за избиения. Он хотел только поговорить в будущем. Придя домой (расстояние около 350 м) от места происшествия, он (Ч. ) увидел автомобиль, где были сын и его знакомый – это Ч. и Ю. . Те стали спрашивать о том, что произошло? он (Ч. ) объяснил, что Е. избил его из-за подключения электричества. Рассказал вкратце. Сын попросил отвезти Ю. к дому Е. . Он (Ч. ) сказал, что Е. его избил. Его жена тоже была недалеко и слышала часть событий. Ч. предложил «разобраться» (поговорить), поехали на автомобиле Ю. , который стоял ближе к выезду с участка. Ю. не проявлял инициативу ехать. По дороге он сказал еще о случившемся, в том числе Е. упал на плиту и перестал избивать его. Он опасался за свою жизнь и здоровье. Приехали, примерно, в <данные изъяты> от калитки Е. остановился. Он (Ч. ) и сын пошли на земельный участок. Ю. сидел в автомобиле и потом вышел (был у автомобиля). Ю. никак не участвовал в этих событиях, был на расстоянии, примерно, 10 м от них и должен был видеть и слышать. На участок Ю. не заходил, к Е. не подходил и не пытался физически воздействовать на Е. . На его (Ч. ) стук Е. открыл калитку, держа косу в руке, над головой, а бревно у Е. было в руке. Е. надвигался на него с косой. Он (Ч. ) сказал: «Брось косу. Давай поговорим». Е. сказал: «Что приехал?» Пригрозил убить. Он (Ч. ) схватил за косу, опасаясь, тот замахивался косой на него. Он опасался за себя. Тот плохой человек, раз его бил, то можно было ожидать всего. У него (Ч. ) не было никаких предметов (оружие) и у сына тоже. Е. уже вышел за калитку, двигаясь на него. Он схватился за косу, стали вырывать ее. Он одной рукой взял за бревно, а второй за полотно косы. Он не сибирался Е. угрожать этой косой и ее применять. Коса осталась в руках у Е. . Д. был сзади справа за ним. Выйдя все улицу, Д. обошел справа, вырвал косу. Он помогал Д. выхватить косу. Он хотел, чтобы Е. отпустил косу, избавиться от того. Так как это не помогало, это еще раз кулаком левой руки нанес туда же удар Е. . Потом еще Е. по лицу ударил несколько раз. От этого Е. отпустил косу. Д. сломал бревно косы и перебросил косу через забор земельного участка. После того, как забрали косу у Е. , ударов не наносил. Он и сын объясняли на словах Е. , что не «по-русски так себя вести, воровать нельзя, бить лежачего нельзя». Есаковбольше не был агрессивен. Никто вообще не падал на землю в этом случае. Он признает два удара по корпусу Е. и три удара по лицу, больше его не бил. Ю. их отвез домой.жена вызвала скорую медицинскую помощь. Он (Ч. ) лечился, зрение на левый глаз почти восстановилось. У него (Ч. ) все телесные повреждения были от действий Е. . Он (Ч. ) лечился в Москве неделю. У него ухудшилось зрение на левый глаз, ждет операцию. Он видел автомобиль марки «Соболь», который проезжал и видел часть событий. Тот потом еще звонил и спрашивал о том, что случилось. Он (Ч. ) связывался с сетрой Е. – Х. , которая является общественником, с которой общался. Та с Е. не общается, отказалась говорить с Е. . Он (Ч. ) хотел оказать какую-либо помощь. Это было, примерно, через 1,5 недели. Он говорил со старшим братом Е. – Евгением, номер телефона которого дала сестра того Х, . Брат был ранее судим и отказался говорить с Е. . Ему советовала жена сходить к Е. , он не захотел. Ему в полиции сказали, что у Е. телесные повреждения были. Синяки у него (Ч. ) прошли, пенсия у него 15 тысяч рублей, есть дом в собственности и автомобиль «<данные изъяты>». Из-за зрения потерял подработку, работал крановщиком, супруга – пенсионерка, имеет доход чуть больше 15 тысяч рублей. У него радикулит и бронхит, проходит лечение. На бетонную плиту Е. падал один раз. Не может объяснить, откуда это (по 10 ребру). Может быть, он бил по этому ребру, когда вырвал косу. После того, как вырвал косу, ударов Е. не наносил. Гражданский иск не признает. Не считает, что есть основания к этому.

В связи с противоречиями по инициативе стороны обвинения были оглашены показания ФИО9 в период предварительного расследования.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В целом суд в силу противоречивости-неточностях ряда моментов в показаниях потерпевшего об обстоятельствах дела в рамках оценки доказательства - критически относиться к ним и считает их достоверными только в той части, в которой они подтверждаются иными доказательствами по делу.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Таким образом, все очевидцы происшедшего (включая подсудимого и потерпевшего, указанных выше свидетелей Ч., Ю. и С. ) дают согласующиеся показания в части юридически значимых обстоятельствах происшедшего по предъявленному обвинению в причинении тяжкого вреда здоровью – в рамках фактического предмета судебного разбирательства, взаимно подтверждают и дополняют друг друга в части показаний о нанесении именно ФИО9 не менее двух ударов потерпевшему Е. в область спины справа (в районе поврежденных у потерпевшего ребер). Никем из участников процесса обстоятельства совершения и обвинения фактически не оспариваются, что сам потерпевший не наносил каких-либо ударов в указанном конфликте и только держал в руках косу, не замахиваясь и не применяя последнюю – именно подсудимым были нанесены удар потерпевшему, от которых могли образоваться телесные повреждения.

Расхождения по этому моменты в показаниях имеются только в показаниях потерпевшего, который настаивает, что удары ему наносились ногами в лежащем состоянии, а не кулаками руки в стоящем положении в ходе второго в этот день конфликта,. а также в том, отбросили ли косу к этому моменту из рук потерпевшего или удары наносились, когда он держал ее. Судом проводиться оценка доказательств анна основании совокупности всех исследованных моментов происшедшего и обстоятельств дела.

Судом исследовались также письменные доказательства и документы по уголовному делу.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В суде были также исследованы представленные стороной защиты:

-фотографии лица ФИО9 (со следами повреждений), лестницы и ее отдельных элементов в доме ФИО9;

-коммерческие предложения на выполнение работ по изготовлению и монтажу лестницы ФИО9 (<данные изъяты>

-2 листа с черно-белыми распечатками фото ворот и части участка (указанного как участок Е.

Представленные материалы подтверждают факты длительных взаимоотношений между соседями (ФИО9 и Е. ), их конфликтный характер в последнее время, 2 встречи данных лиц <данные изъяты> и причинение тяжкого вреда здоровью Е.

Изначально суд соглашается с мотивированной позицией государственного обвинителя о необходимости исключения из объема обвинения в преступлении, предусмотренном ч.1 ст.111 УК РФ, отдельно указанного конфликта между Е. и ФИО9 без присутствия других лиц на участке местности (с обоюдным обменом ударами), с причинением повреждений не повлекших вреда здоровью, вне предположения предварительного следствия о наличии у ФИО9 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью Е. , как не имеющего отношения к установленным судом обстоятельствам происшедшего в рамках предъявленного обвинения. При этом, анализ данной части обвинения суд производит только в рамках довода подсудимого и защиты о возможном причинении части повреждений, отнесенных к категории тяжких, при указанном подсудимым падении потерпевшего на бетонную плиту, возможного наличия связи наступивших последствий с действиями виновного, а также наличия телесных повреждений у Е. , не относящихся к числу повлекших тяжкий вред здоровью.

По выводам обвинения и суда причиненные Е. повреждения в виде ссадин в области носа и обоих предплечий относятся к числу не причинивших вреда здоровью и получены в результате обоюдного конфликта (с обменом ударами участниками) на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений. Мотивы действий участников конфликта не имеют отношения к указанным в ст.116 УК РФ (побои) и соответственно сами по себе не образуют состава уголовно наказуемого деяния. Цель причинения тяжкого вреда здоровью этими действиями (с причинением побоев) ФИО9 при разных обстоятельствах (в различное время) не только никак не подтверждена, но и не обоснована материалами дела. Конфликт и обмен ударами (по формулировке обвинения) был прерван обоими участниками на стадии нанесения потерпевшему повреждений, не повлекших вреда здоровью. Об этом дали показания оба участника событий. Никаких данных, что указанные действия совершались в целью причинения тяжкого вреда здоровью не имеется и данный вывод следствия носит характер ничем не подтвержденного предположения.

Причинение тяжкого вреда здоровью Е. произошло позднее (в условиях отдельного конфликта) в результате целенаправленных действий ФИО9 по нанесению ударов потерпевшему в ходе вторичного конфликта, происшедшего позже (в иное время) и с иным числом участников.

В части причинения ФИО9 легкого вреда здоровью (ст.115 УК РФ) в ходе первоначального конфликта, который по выводам суда не имеет прямого отношения к событию преступления, а лишь характеризует мотивы действий ФИО9 дана юридическая оценка – уполномоченным органом вынесено решение об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием состава преступления еще <данные изъяты>. Суд данное решение не оценивает.

В части возможного (предположение подсудимого и защитника) о получении части повреждений ребер, повлекших квалификацию действий как причинение тяжкого вреда здоровью, в результате падения Е. на плоскость (включая удар о край бетонной плиты) – суд приходит к выводу о предположительном характере подобного утверждения. Из показаний потерпевшего (в данной части они ничем не опровергнуты) он не падал на бетонную плиту и не повреждал ребер в ходе первоначального конфликта между ним и ФИО9 Данные показания потерпевшего соответствуют выводам судебно-медицинской и медико-криминалистических экспертиз, проведенных по делу, исключивших подобную возможность. В тоже время подсудимый только предполагал (достоверно не зная об этом), что возможно Е. получил часть повреждений ребер при таком падении.

В данной ситуации у суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшего в данной части или ставить их под сомнение, поскольку они ничем не опровергнуты и фактически даже не поставлены под сомнения (имеется только догадка-предположение подсудимого). В тоже время судом достоверно установлено нанесение не менее двух ударов с достаточной силу (названных подсудимым «расслабляющими») именно в данную часть тела потерпевшего в ходе последующего конфликта в присутствии также других лиц (свидетелей-очевидцев Ч., Ю. и С. ), которые дали об этом взаимно подтверждающие и согласующиеся между собой показания о данном обстоятельстве. Таким образом, суд полагает установленным факт нанесения подсудимым именно двух ударов в указанную область спины, в результате которых и образовались повреждения в виде переломов ребер. Суд также полагает, что идентификация предмета нанесения удара (кулаками руки или ногой), по поводу чего показания потерпевшего и других очевидцев происшедшего расходятся – не влияет на квалификацию деяния и суд устанавливает только юридически значимый по делу факт нанесения подсудимым потерпевшему 2 ударных воздействий (без указания рукой или ногой, что само по себе не влияет на квалификацию содеянного). К показаниям потерпевшего в данной части суд относиться критически, допуская возможность ошибки в его показаниях из-за причиненного его здоровью вреда и фактического состояния последнего во время и после причинения ему столь серьезных (тяжких) телесных повреждений.

В связи с этим, суд исключает указанную часть обвинения из описания совершенного деяния, расценивая это как составляющую часть внезапно возникших неприязненных отношений между подсудимым и потерпевшим. В рамках требований ч.3 ст.14 УПК РФ суд трактует все неустранимые сомнения в пользу обвиняемого в части выявленных у потерпевшего повреждений в области носа и предплечий, которые могли образоваться в ходе первоначального обоюдного конфликта последнего с подсудимым, и не связанные непосредственно с обвинением ФИО9 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, где повреждения в виде тяжкого вреда здоровью образованы переломами ребер.

Суд устанавливает фактические обстоятельства совершения преступления в рамках положений ст.252 УПК РФ, уменьшая объем ударных воздействий и соответственно обвинения, что не ухудшает положение виновного и не нарушает его право на защиту. Все неустранимые сомнения в виновности суд в соответствии с ч.3 ст.14 УПК РФ истолковывает в пользу обвиняемого. Суд исключает те обстоятельства, которые не нашли своего достоверного подтверждения в ходе судебного разбирательства дела, в частности о том, что Е. падал, что его выволокли за ограду, нанося удары по голове и туловищу («не менее 10 ударов», неподтвержденное- завышенное количество ударов по лицу и в область спины).

Характер многолетних взаимоотношений и конфликтов между соседями Е. и ФИО9 по поводам строительства лестницы в доме, пользования электроэнергией и привозом строительного грунта для фундамента – суд в целом оценивает как сложившиеся неприязненные отношения, которые <данные изъяты> выявились в открытый конфликт с причинением телесных повреждений. Дальнейшее выяснение этих отношений привело к приезду ФИО9 вместе с Ю. и Ч. к домовладению Е. , вызову последнего для выяснения происшедшего. При этом, сам Е. инициатором выяснения этих отношений не был, физического насилия к приехавшим (включая, ФИО9) не применял и агрессивно себя не вел. Инициатива и применение насилия исходили в этой ситуации исключительно со стороны ФИО9, который и нанес потерпевшему указанные выше удары в область спины, что никем не оспаривается и нашло свое полное подтверждение. Обращение ФИО9 в правоохранительные органы и медицинские учреждения имели место уже после совершения преступления. Ничто не мешало последнему сделать это до вторичного приезда к Е. , а также своевременно покинуть его участок, если что-то показалось Ч. в поведении потерпевшего «опасным». Однако ФИО9 ничего подобного не сделал, а наоборот – проявил агрессию в отношении потерпевшего, который реально никаких действий по нападению не предпринимал и вреда здоровью в этой ситуации не только не причинил, но и даже не пытался. Об этом говорят все очевидцы происшедшего, включая самого подсудимого.

Доводы защитника и подсудимого о получении части переломов ребер (тяжких телесных повреждений) в результате обоюдного конфликта при падении на бетонную плиту – не нашли своего подтверждения, кроме предположительных показаний подсудимого, при этом, он также не уверен, что перелом ребер вообще образовался при указанном падении. Потерпевший последовательно отрицал факт падения в ходе первоначального конфликта и повреждение ребер, настаивая, что эти повреждения были получены в ходе последующего конфликта от ударов подсудимого. выводы суд-мед.исследований также в данной части подтверждают показания потерпевшего, опровергая предположительную (ничем объективно не подтвержденную) позицию подсудимого.

Суд соглашается с доводами защитника о некоторых «странностях» в показаниях потерпевшего (о чрезмерной длительности (несколько часов) первоначального конфликта между ФИО9 и Е. , настаивании последнего на не менее 2-5 ударах именно ногой, что опровергают все другие очевидцы), которые могут быть объяснены последствиями травмы или иными особенностями личностного восприятия или запоминания событий потерпевшим, однако в любом случае данным показаниям в суде дана надлежащая оценка, часть объема обвинения с указанными «странностями» в показаниях потерпевшего исключена и не вошла в установленные судом пределы объема обвинения по событию преступления, а часть уточнена судом при установлении обстоятельств происшедшего. Суд кладет в основу приговора только те указанные выше показания потерпевшего, которые подтверждены другими доказательствам по делу и оценены в рамках всей совокупности представленных по делу доказательств.

В рамках установленных судом юридически значимых по делу обстоятельств совершения преступления (причинение тяжкого вреда здоровью Е. от умышленных действий ФИО9) суд кладет в основу приговора показания подсудимого, указанных выше свидетелей (об известных им обстоятельствах происшедшего), частично потерпевшего (о факте причинения ему именно действиями ФИО9 тяжких телесных повреждений), подтвержденных объективными данными осмотров места происшествия и выводами экспертных исследований.

Суд соглашается с доводами защитника о последовательности показаний подсудимого о нанесении именно им ударов как по лицу, так и 2 ударов в область спины потерпевшего, совпадающих с местами переломов ребер, что действительно подтвердили свидетели-очевидцы: Ю. , Ч. и С. При этом, они все (включая потерпевшего и подсудимого) указывали, что Е. никаких агрессивных действий не совершал и просто держал руками косу, которую у него вырвали Ч. и ФИО9

Необоснованными является довод защитника о подтверждении показаний ФИО9 выводами медико-криминалистических экспертиз №<данные изъяты>, поскольку показаниями последнего (о падении потерпевшего и ударе об угол бетонной конструкции) могут быть объяснены только часть повреждений в виде переломов ребер. Однако при однократном падении согласно выводов всех суд-мед.исследований образование всех переломов невозможно (исключается), а каких-либо данных об иных обстоятельствах получения этих повреждений, кроме как от ударных воздействий со стороны ФИО9 по делу не имеется. Показания потерпевшего в данной части были последовательны и категоричны, а сам ФИО9 лишь предполагает возможность (нет достоверных данных) получения потерпевшим подобных повреждений при падении.

В части доводов защитника о возможной необходимой обороне со стороны подсудимого суд признает позицию защитника несостоятельной. Достоверно установлено в суде и никем не оспаривается то, что именно Ю. , Ч. и ФИО9 сами прибыли к участку домовладения потерпевшего для того чтобы выяснить отношения (разобраться) по поводу ранее произошедшего конфликта между последним и ФИО9 Никем не опровергнута позиция потерпевшего о том, что коса оказалась в его руках до момента встречи с приехавшими 3 мужчинами, данной косой он никаких агрессивных действий не совершал, замахов ею не делал, ударов не наносил и повреждений никому не причинял, а просто держал косу руками в вертикальном положении, что само по себе уже исключало возможность ее применения в целях нападения. Именно ФИО9 стал наносить удары по лицу и в область спины, причинив в итоге тяжкий вред здоровью. Таким образом, посягательство совершалось не со стороны потерпевшего, а осуществлялось непосредственно подсудимым. Никаких реальных агрессивных действий потерпевший, к которому домой для выяснения отношений явились 3 мужчин, не совершал. никакого реального нападения потерпевший не осуществлял, действительного посягательства с его стороны не было. Ничто не мешало данным лицам обратиться за помощью правоохранительных органов до приезда к домовладению Е. или покинуть место, увидев якобы «агрессивное» настроение последнего. В подобной ситуации по делу суд приходит к выводу, что имела место мнимая (воображаемая) со стороны подсудимого оборона, которая могла быть вызвана его индивидуальным восприятием происходящего, вследствие самовнушения и не влияет на квалификацию действий виновного (без применения положений ст.37 УК РФ). В части доводов о самообороне при первоначальном обоюдном конфликте между ФИО9 и Е. судом уже дала вышеуказанная оценка ситуации.

Суд соглашается с доводами защитника в части недопустимости показаний потерпевшего, зафиксированных на очной ставке с С. <данные изъяты> поскольку они полностью дублируют (с сохранением орфографических, стилистических и пунктуационных ошибок текста) показания потерпевшего, данные в ходе дополнительного допроса <данные изъяты> Согласно положений ст.75 УПК РФ о недопустимости доказательств нарушение процедуры допроса лица (фактическое копирование текста ранее данных показаний, без производства самого допроса) – потерпевшего в рамках требований ст.78 УПК РФ, нарушение в данной части требований ст.ст.166, 190 и 192 УПК РФ. Суд исключает данные показания потерпевшего на очной ставке из числа доказательств по уголовному делу, признавая их недопустимыми. Приведенные защитником аргументы относятся только к показаниям потерпевшего на очной ставке и никак не затрагивают ранее данных показаний на дополнительном допросе, требований исключить указный допрос в позиции защитника не содержаться.

Одновременно суд не может согласиться с доводом защитника об «аналогичных нарушениях требований УПК РФ» при производстве проверки показаний на месте потерпевшего. Ранее защитником делались ссылки на положения ст.ст.166, 167 и 190 УПК РФ, однако в данной ситуации проводился не допрос, а иной следственное действие – проверка показаний на месте (в рамках положений ст.194 УПК РФ), которое проводится (в данном случае) в целях проверки или уточнения на месте показаний потерпевшего. При этом, механическое повторение его ранее данных показаний не входит в задачу данного следственного действия и не является ее целью. В связи с этим, фиксация в протоколе осуществляется не дословно, а только в значимых для данного следственного действия моментах, неприведение в описании части излагаемый потерпевшим событий (предшествующих или последующих проверяемым), не входящих в предмет проверки на месте – не является в данном случае нарушение. Пояснения потерпевшего фиксируются в том объеме, в каком это необходимо для целей данного следственного действия, не являющегося допросом потерпевшего об обстоятельствах происшедшего. Видеозапись к протоколу является лишь приложением к протоколу и самостоятельного процессуального значения не имеет. каких-либо нарушений в смысле требований ст.194 УПК РФ защитником не называется. Более того, как протокол (фиксирует требуемую следователю информацию в ее основном содержании и не дословно), так и видеозапись (с полным текстом рассказа потерпевшего о происшедшем) к нему - использовались сторонами (включая защитника) для подтверждения своих позиций или опровержения стороны обвинения.

Неясным в части аргументации является довод защитника о том, что при осмотре места происшествия и проверках показаний на месте (с фото- и видео-фиксацией), проведенных в период с <данные изъяты> года «отсутствуют следы кошения» травы потерпевшим на его участке в день преступления. Согласно материалам уголовного дела событие преступления имело место <данные изъяты>, а фиксация обстановки на месте происходила через более чем полгода, в период роста растений уже следующего года и с возможным изменением обстановки на месте. Защитник никак не пояснил, каким образом, он отделяет следы кошения травы прошлого года в летний сезон следующего года.

В части критического отношения к показаниям потерпевшего в отношении количества ударов и предмета их нанесения суд соглашается с доводами защитника и самостоятельно устанавливает данные обстоятельства по делу, именно критически оценивая показания потерпевшего, принимая за основу только те из них, которые подтверждены иными доказательствами по делу.

Также предположительным (ничем не подтвержденным фактически) является довод защиты об оговоре подсудимого потерпевшим в целях получения материальной выгоды (желание «заработать» на нем). Компенсация ущерба от преступления в денежном выражении (в частности, за моральный вред) является естественным правом потерпевшего и возникает вследствие причинения ему физического и морального ущерба. Никаких данных об оговоре подсудимого (в юридически значимых по делу моментах) со стороны потерпевшего в суде не представлено, а все его показания (по юридически значимым по делу моментам в рамках предмета судебного разбирательства), за исключением части механизма в моменте с нанесением 2 ударов в область спины, фактически нашли свое подтверждение. В том числе – показаниями подсудимого и свидетелей-очевидцев. Именно эти моменты (в рамках предмета разбирательства) суд и оценивает, кладя в основу приговора показания потерпевшего подсудимого и указных выше свидетелей, в той части, в которой они подтверждают друг друга, согласуются между собой и соответствуют другим (письменным) доказательствам по делу.

Не основан на положениях действующего уголовного законодательства России довод защитника о том, что потерпевший не признавал и на вопрос защитника не сообщил о судимости на территории иностранного государства (Казахстана) в 1993 году. Согласно положений ст.86 УК РФ о понятии судимости и последовательной правовой позиции Верховного Суда РФ, начиная с <данные изъяты> года – судимости на территории стран СНГ (в которое входит <данные изъяты>) после прекращения существования СССР не должны приниматься во внимание и никак не учитываться при рассмотрении дел в Российской Федерации. В связи с этим осуждение Е. в <адрес> не рассматривается и никак не оценивается судом в рамках предмета настоящего судебного разбирательства. По имеющимся в деле сведениям потерпевший не был судим на территории России и соответственно мог не указывать в суде на судимости в иностранном государстве.

Несостоятельным является довод защиты в отношении показаний свидетеля – УУП Ш. об отсутствии фиксации повреждений у потерпевшего, однако четко показал в суде, что проводил проверку по факту причинения повреждений ФИО9, а не Е. , его фактически не интересовали события второго конфликта у ворот дома последнего, он выяснял моменты причинения повреждений только ФИО9. в связи с чем не выяснял другие моменты, объяснение носили краткий характер. При этом, свидетель подтвердил свои показания на следствии, что еще вечером <данные изъяты> Е. жаловался ему на сильные боли в области ребер справа, но он подумал, что это просто сильный ушиб. Таким образом, данный свидетель также подтвердил, что со слов Е. именно от действий ФИО9 образовались телесные повреждения и Е. указал конкретное место на спине с сильной физической болью.

Таким образом, суд в целом устанавливает, что первоначальный конфликт между ФИО9 и Е. не имеет непосредственного отношения к событию преступления и характеризует только характер возникших неприязненных отношений, объясняет наличие части телесных повреждений, не относящихся к категории тяжких, у потерпевшего и мотивы действий подсудимого непосредственно перед событием преступления, предусмотренного ст.111 УК РФ. Во время совершения преступления именно подсудимым были нанесены 2 удара в указанную в дел область спины, что никем не оспаривается и нашло свое полное подтверждение, именно на этом моменте как причинении тяжкого вреда здоровью, настаивает и сам потерпевший. Никаких других достоверных данных о возможных иных обстоятельства получения повреждений потерпевшим не имеется. По делу подсудимым указывается только предположение, что возможно у потерпевшего часть повреждений при падении, но сам подсудимый этого точно не знает.

Указанные письменные доказательства полностью соответствуют выводам обвинения и показаниям очевидцев совершения преступления (подсудимого и потерпевшего) об обстоятельствах происшедшего в рамках предмета судебного разбирательства – по юридически значимым по делу моментам (как это указано выше судом). Показания очевидцев происшедшего полностью соответствуют объективным выводам судебно-медицинского исследования потерпевшего, поступившего в мед.учреждение через непродолжительное время после происшедшего, а также медико-криминалистических экспертиз..

Таким образом, выводы обвинения нашли свое полное подтверждение и фактически никем в суде (по юридически значимым по делу моментам) не оспариваются, в том числе по фактам: конфликта между подсудимым и потерпевшим, умышленного применения насилия к потерпевшему именно со стороны подсудимого, последствия которого носят материальный характер и определяют тяжесть вреда здоровью. О неосторожном характере причинения вреда здоровью никаких данных по делу не имеется.

По результатам оценки всей совокупности исследованных доказательств и документов суд приходит к следующим выводам.

Таким образом, показания подсудимого, потерпевшего и свидетелей о причинении вреда здоровью потерпевшему умышленными действиями ФИО9. полностью подтверждаются исследованными доказательствами и документами, что никем (включая подсудимого) фактически не оспаривается, им высказывается только предположение о возможном ином механизме образования повреждений. Каких-либо данных, указывающих на возможность получения потерпевшим данных телесных повреждений при иных (кроме указанных в обвинении обстоятельствах), по делу не установлено.

Суд, с учетом последовательности и непротиворечивости показаний потерпевшего и подсудимого в части получения повреждений (за исключением указанных выше моментов), подтвержденных исследованными в суде доказательствами по делу (по юридически значимым по делу моментам): показаниями свидетелей (включая, очевидцев события преступления), заключениями экспертов, осмотром места происшествия и других, указанных выше - не видит оснований не доверять позиции и показаниям потерпевшего и подсудимого (по юридически значимым по делу моментам), которые никем и ничем по делу (включая, показания подсудимого) не только не опровергнуты, но и даже не поставлены под сомнение.

С учетом фактически установленных обстоятельств происшедшего, реальности обстановки и развития конфликта между потерпевшим и подсудимым на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений – не имеется оснований для изменения квалификации совершенного деяния.

Мотивы, которыми руководствовался подсудимый при нанесении умышленного удара потерпевшему, не выходили за пределы понятия «личных неприязненных отношений», возникших внезапно, относящихся в рамках квалификации деяния в данном случае исключительно к составу преступления, предусмотренному ст. 111 УК РФ. Степень тяжести вреда здоровью установлена в результате суд-мед.экспертизы. Причинная связь между умышленными действиями подсудимого и наступившими последствиями установлена и никем не оспаривается. Версия подсудимого и защиты носит исключительно предположительный характер (догадка).

Показания и позиция подсудимого в данной части связаны исключительно с линией защиты, при этом она – не опровергает позицию обвинения и показания самого подсудимого (частично потерпевшего), нашедшие свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

При этом суд отмечает указанные выше особенности отражения и фиксации каждым участником хода и обстоятельств развития событий на месте происшествия, индивидуальности восприятия и запоминания ими картины происшедшего, что прямо отражено в некоторых разногласиях в позициях подсудимого и потерпевшего, не имеющих отношения к юридически значимым по делу моментам, однако это не влияют на квалификацию деяния.

В момент нанесения повреждений потерпевшему последний никакой опасности для подсудимого не представлял и нападения на него не осуществлял, данных об этом не имеется (сам подсудимый об этом также не упоминает). Каких-либо данных, указывающих на состояние необходимой обороны, превышения ее пределов или состояние аффекта по делу также не имеется.

На основании изложенного, содеянное ФИО9, суд квалифицирует по ч. 1 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Назначая наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории тяжких; личность подсудимого, ранее не судимого, характеризующегося только положительно, степень его социальной и семейной обустроенности, имеющуюся длительную трудовую деятельность (многочисленные поощрения и награды), конкретные установленные судом обстоятельства происшедшего, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи.

К смягчающим обстоятельствам, согласно ст. 61 УК РФ, суд относит: фактическое частичное признание вины в суде (в части нанесения ударов потерпевшему), активное способствование расследованию уголовного дела и его рассмотрению в суде, состояние здоровья виновного и его близких (наличие заболеваний), пенсионный возраст виновного.

Принимая во внимание вышеуказанное, положения ч.1 ст.62 УК РФ о размере наказания, требования уголовного закона о целях и задачах наказания, фактически установленное в суде позитивное изменения оценки виновным своего поведения и отношения к содеянному после совершения преступления, совокупности смягчающих и иных учитываемых в позитивном плане при назначении наказания обстоятельств, мнении потерпевшего о справедливости наказания (не настаивавшего на его строгости) - суд полагает необходимым определить виновному такой вид наказание как лишение свободы и возможности достижения целей наказания без реальной изоляции подсудимого от общества – исполнения наказания в условной форме (с применением положений ст.73 УК РФ), с возложением определенных обязанностей. Достижение целей наказания в данной ситуации по делу возможно без реальной изоляции виновного

Оснований для назначения иного (более мягкого) в рамках положений ст. 64 УК РФ вида наказания, изменения категории преступления (о чем просит защитник) или прекращения дела – судом не усматривается с учетом общественной опасности деяния и обстоятельств дела.

Гражданский иск потерпевшего Е. о взыскании морального вреда и с учетом материального положения ответчика и отсутствия надлежащего обоснования именно данной суммы взыскания со стороны истца – суд полагает иск подлежащим удовлетворению частично (в уменьшенном сумме) – в размере 100 000 (ста тысяч) рублей. Данное возмещение обосновано, соответствует понесенным физическо-нравственным страданиям и подлежит взысканию данной суммы с причинителя вреда (подсудимого) на основании положений ст.ст.151, 1064, 1099 и 1101 ГК РФ, а также с учетом требований законодательства о разумности и справедливости возмещения.

С учетом материального положения виновного суд полагает отнесение затрат (процессуальные издержки) на счет средств федерального бюджета, не взыскивая их с виновного.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО9 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 (одного) года лишения свободы.

В соответствии со ст.73 УК РФ, назначенное осуждённому наказание считать условным с испытательным сроком 1 (один) год, обязав его в этот период: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, регулярно являться в этот орган на регистрационные отметки.

Меру пресечения ФИО9 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменить по вступлении приговора в законную силу.

Заявленный гражданский иск Е. о взыскании морального вреда удовлетворить частично и взыскать с ФИО9 в пользу Е. денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Омский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, через Центральный районный суд г. Омска.

Судья А.А.Полищук