Апелляционное постановление № 22К-465/2021 от 25 марта 2021 г. по делу № 3/1-20/2021

Судья Кузнецова В.Л. Дело № 22к-465/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Мурманск 26 марта 2021 года

Мурманский областной суд в составе

председательствующего судьи Новожиловой Т.В.,

при секретаре Смолиной А.В.,

с участием

прокурора отдела прокуратуры Мурманской области Константинова А.С.,

обвиняемого З – посредством систем видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Копликова И.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Копликова И.А. в интересах обвиняемого З на постановление Октябрьского районного суда г. Мурманска от 19 марта 2021 года, которым в отношении

З, ***,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 2 месяца, по 17 мая 2021 года.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы и поступивших на нее возражений, выслушав выступления обвиняемого З и его защитника Копликова И.А., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Константинова А.С., полагавшего жалобу не подлежащей удовлетворению, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного следствия З обвиняется в совершении мошенничества, то есть хищения путем обмана, с использованием своего служебного положения генерального директора АО «***», бюджетных денежных средств на сумму более 44 миллионов рублей, то есть в особо крупном размере.

29.12.2020 отделом СЧ СУ УМВД России по Мурманской области в отношении З возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ, срок предварительного следствия продлен до 5 месяцев, до 29.05.2021.

18.03.2021 в 15.00 часов З задержан в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ и в тот же день ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

19.03.2021 ходатайство старшего следователя по ОВД отдела СЧ СУ УМВД России по Мурманской области Т об избрании обвиняемому З меры пресечения в виде заключения под стражу судом удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокат Копликов И.А. считает постановление незаконным, необоснованным и подлежащим отмене ввиду отсутствия достаточных правовых оснований для избрания З меры пресечения в виде заключения под стражу.

Оспаривая выводы суда о возможности для его подзащитного скрыться и оказать давление на свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, отмечает, что З было известно о возбуждении в отношении него в декабре 2020 года уголовного дела, при этом следствием не представлено доказательств осуществления им с того времени попыток скрыться от органа следствия и суда, угрожать кому-либо из участников уголовного судопроизводства, противодействовать расследованию дела, а одна лишь тяжесть предъявленного обвинения не может являться основанием для избрания З самой строгой меры пресечения.

Считает, что к показаниям свидетеля Т о поступающих в его адрес угрозах расправы, в том числе со стороны З, следует отнестись критически, поскольку они не подтверждены какими-либо доказательствами. Обращает внимание, что данный свидетель в прошлом являлся сотрудником ФСБ, осведомленным о порядке действий в случае поступления угроз, и сам пояснил о наличии у него предвзятого отношения к З, который уволил его с руководящей должности в АО «***».

Просит учесть, что З, несмотря на отрицание вины в совершении инкриминируемого преступления, готов сотрудничать со следствием, давать правдивые и объективные показания, также он страдает хроническими заболеваниями, требующими регулярного приема лекарственных препаратов.

Наряду с этим отмечает, что его подзащитный характеризуется исключительно с положительной стороны, ранее не судим, неоднократно награждался и поощрялся, проживает с семьей *** в квартире, находящейся в его с супругой совместной собственности, ***, то есть З имеет постоянное место жительства и устойчивые социальные связи, что также исключает для него возможность скрыться от следствия и суда.

Кроме того, по мнению автора жалобы, решение суда об избрании его подзащитному меры пресечения в виде заключения под стражу противоречит требованиям ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ и разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2016 № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности», а указание защиты о возможности применения к З более мягкой меры пресечения, в том числе в виде залога, оставлено судом без внимания.

С учетом изложенного просит постановление отменить, избрать в отношении обвиняемого более мягкую меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей.

Прокурор отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции прокуратуры Мурманской области Чернышев А.Е. в возражениях на апелляционную жалобу приводит доводы о ее несостоятельности и просит оставить постановление суда без изменения, а апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции находит постановление законным, обоснованным и мотивированным.

Согласно ч. 1 ст. 97 УПК РФ мера пресечения может быть избрана при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда; может продолжать заниматься преступной деятельностью; может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В силу ст. 99 УПК РФ при избрании меры пресечения, наряду с другими обстоятельствами, необходимо учитывать также тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии со статьей 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется в отношении обвиняемого в совершении преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Ходатайство об избрании в отношении обвиняемого З меры пресечения в виде заключения под стражу составлено и представлено в суд уполномоченным на то должностным лицом – следователем, в производстве которого находится уголовное дело, в установленные законом сроки и с согласия соответствующего руководителя следственного органа.

Проверив основания, указанные следователем в ходатайстве, о невозможности применения к обвиняемому иной, более мягкой, меры пресечения, суд первой инстанции дал им надлежащую оценку и свои выводы должным образом мотивировал в постановлении.

Так, из представленных материалов следует, что З, будучи генеральным директором АО «***», обвиняется в совершении с использованием своего служебного положения тяжкого преступления, направленного против собственности, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до десяти лет.

Изобличивший обвиняемого свидетель Т сообщил о наличии у него реальных опасений за свои жизнь и здоровье, а также жизнь и здоровье своих близких родственников и за сохранность принадлежащего им имущества, поскольку З лично и опосредованно высказывал в его адрес угрозы физического насилия и расправы, нанесения материального ущерба и дискредитации, кроме того, неизвестные лица от имени З посредством телефонных звонков и через домофон оказывают на него моральное давление.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, исходя из установленных фактических обстоятельств, суд пришел к правильному выводу о необходимости избрания З меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с наличием достаточных оснований полагать, что обвиняемый, находясь на свободе, может скрыться от органа следствия и суда, а также угрожать свидетелям, в том числе оказать давление на подчиненных ему сотрудников АО «***».

Утверждения стороны защиты о недостоверности показаний свидетеля Т и отсутствии доказательств совершения З противоправных действий не могут быть приняты во внимание на данной стадии производства по делу, поскольку оценка доказательствам дается судом при рассмотрении уголовного дела по существу.

При этом суд, не входя в обсуждение вопроса о доказанности либо недоказанности вины обвиняемого в совершении инкриминируемого деяния, обоснованно согласился с утверждением следствия о возможной причастности к нему З

Процессуальный порядок задержания З в качестве подозреваемого и предъявления ему обвинения соблюден.

Вопреки доводам защиты, тяжесть предъявленного обвинения не является единственным основанием принятия решения, при этом суд обсудил возможность избрания обвиняемому более мягких мер пресечения и пришел к верному выводу об отсутствии такой возможности, поскольку иные меры пресечения, не связанные с содержанием под стражей, не воспрепятствуют возможному противоправному поведению З, не обеспечат защиту государства и общества от преступной деятельности и справедливое судебное разбирательство по уголовному делу.

Положительные характеристики З, наличие у него наград и поощрений, его семейное положение и состояние здоровья, а также согласие его супруги З на применение домашнего ареста в принадлежащей им на праве совместной собственности квартире, на что обращено внимание защитником, при прочих установленных обстоятельствах не являются безусловными основаниями для применения к обвиняемому более мягких мер пресечения.

Сведений о невозможности содержания обвиняемого в условиях следственного изолятора, в том числе по состоянию здоровья, а также нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы препятствовать избранию в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, судом не установлено.

С доводами автора жалобы о необходимости применения к З положений ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ, запрещающей избрание меры пресечения в виде заключения под стражу лицу, обвиняемому в совершении преступления в сфере предпринимательской деятельности, согласиться нельзя. Как справедливо указано судом первой инстанции, по версии следствия действия З были направлены на хищение денежных средств, выделенных из федерального бюджета в целях выполнения государственного оборонного заказа, то есть инкриминируемое ему преступление не относятся к деяниям, совершенным в сфере предпринимательской деятельности, применительно к положениям ст. 2 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Октябрьского районного суда г. Мурманска от 19 марта 2021 года в отношении обвиняемого З оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Копликова И.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: