Решение № 2-2161/2018 2-2161/2018~М-1898/2018 М-1898/2018 от 12 июля 2018 г. по делу № 2-2161/2018

Дело № 2-2161/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 июля 2018 года город Киров

Октябрьский районный суд города Кирова в составе:

председательствующего судьи Николиной Н.С.,

при секретаре судебного заседания Перминовой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Московский ювелирный завод» о восстановлении на работе, взыскании пособия по уходу за ребенком и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением к ОАО «Московский ювелирный завод». В обоснование заявленных требований истец указала, что 29.04.2016 она заключила трудовой договор № 375/16 с ОАО «Московский Ювелирный Завод», в силу которого она (истец) была принята на работу в «Коммерческая служба/г.Киров/магазин №580» по профессии (должности) «продавец непродовольственных товаров». Срок действия трудового договора: на неопределенный срок (бессрочный).

Согласно п. 10 данного договора работнику устанавливается: оплата труда за фактически отработанное время в часах (оклад в размере 8696руб. в месяц при 40-часовой рабочей неделе) и максимальный районный коэффициент 1,15 (1304руб. в месяц). Кроме того, по решению Генерального директора работнику может выплачиваться премия по финансовым итогам работы предприятия. Заработная плата перечисляется работнику 2 раза в месяц в следующие сроки: 15 и 30 числа каждого месяца. По заявлению работника заработная плата перечисляется на его расчетный счет в банке». Всоответствии с п. 11 указанного договора, работнику устанавливается ежегодный отпуск продолжительностью: основной – 28 календарных дней.

01.05.2016 истец была принята продавцом непродовольственных товаров в обособленное подразделение ОАО «МЮЗ» (г.Киров/магазин №580) коммерческой службы, что подтверждается соответствующей записью в трудовой книжке (приказ № 375 пр/16 от 29.04.2016).

C 16.05.2017 по 18.10.2017 она находилась в отпуске по беременности и родам. С 19.10.2017 и по настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет, что подтверждается справкой № 940 от 19.03.2018, выданной ОАО «МЮЗ».

02.02.2018 вопреки своему желанию и законным интересам она (истец) была вынуждена подписать соглашение о расторжении трудового договора от 01.02.2018 и заявление об увольнении, так как ее и других сотрудников магазина ввел в заблуждение представитель работодателя С. С.В., который действовал в интересах ОАО «МЮЗ».

22.03.2018 она (ФИО1) направила на имя генерального директора ОАО «МЮЗ» уведомление с предложением заключить соглашение об аннулировании соглашения о расторжении трудового договора от 01.02.2018, а также сделала отзыв подписанного ей заявления об увольнении от 02.02.2018. Однако письменный ответ был получен ей (истцом) только после увольнения с работы вместе с другими документами посредством почты.

10.04.2018 она (истец) была уволена по соглашению сторон, согласно п.1 ч.1 ст.77 ТК РФ, что подтверждается записью в трудовой книжке (приказ №260у/18 от 10.04.2018).

24.04.2018 она получила заказное письмо от ОАО «МЮЗ», содержащее следующие документы: письменный ответ исх. № 336 от 09.04.2018, копию приказа от 24.01.2018 № 27 (о внесении изменений в штатное расписание), копию приказа № 260у/18 от 10.04.2018 (о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)), копию приказа № 142д/17 от 18.10.2017 (о предоставлении отпуска работнику), копию приказа № 496р/17 от 17.05.2017 (о предоставлении отпуска работнику), копию приказа №776р/17 от 14.08.2017 (о предоставлении отпуска работнику), копию соглашения о расторжении трудового договора от 01.02.2018.

Исходя из вышеуказанных документов, истец сделала вывод, что соглашение о расторжении трудового договора от 01.02.2018 и решение №33 от 19.01.2018 Совета директоров ОАО «МЮЗ» о ликвидации обособленного подразделения неразрывно связаны между собой, то есть имеют причинно-следственную связь. Таким образом, ее волеизъявление никак не учитывалось при подписании соглашения о расторжении трудового договора. Кроме того, представитель работодателя С. С.В. оказал психологическое давление на нее и остальных работников (продавцов магазина № 580), чтобы они подписали соглашение по-хорошему, в противном случае у них были бы проблемы материального характера при увольнении после ликвидации обособленного подразделения в г.Кирове. Отсюда следует, что трудовой договор прекращен по инициативе работодателя, тем самым нарушаются права женщины, имеющей ребенка в возрасте до 3-х лет.

Также указала, что действиями работодателя, связанными с её незаконным увольнением, ей (истцу) причинен моральный вред, который она оценивает в 30000 руб.

Изначально истец просила восстановить ее на работе в ОАО «МЮЗ» в должности продавца непродовольственных товаров, находящегося в отпуске по уходу за ребенком в возрасте до 1,5 лет сроком до 17.01.2019 с ежемесячной выплатой пособия в размере 11794,35 руб., а также просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.

С учетом уточнения требований истец просила восстановить ее на работе в ОАО «МЮЗ» в должности продавец непродовольственных товаров со дня, следующего за днем вынесения решения суда по делу; взыскать в ее пользу с ответчика ежемесячное пособие по уходу за ребенком в возрасте до 1,5 лет в размере 11794,35 руб., начиная с 11.04.2018, и компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель М., действующий на основании доверенности, исковые требования с учетом их уточнения поддержали в полном объеме, обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, подтвердили, просили иск А.Т.ЮБ. удовлетворить. Дополнительно пояснили, что истец подписала соглашение о расторжении трудового договора под давлением со стороны представителя работодателя ОАО «Московский ювелирный завод».

Представитель ответчика ОАО «Московский ювелирный завод» в судебное заседание не явился, извещен, в материалах дела имеется ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Согласно направленному в суд отзыву указал, что между истцом и ответчиком существовали трудовые отношения. Как следует из документов кадрового учета ОАО «МЮЗ», в 2016 году истец была принята на работу в обособленное подразделение в г. Киров (магазин №580, ул. Горького, д.5«А») на должность «продавец непродовольственных товаров», что подтверждается соответствующим заявлением работника, приказом и трудовым договором.

С 16 мая 2017 года по 18 октября 2017 года истцу был предоставлен отпуск по беременности и родам, а с 10 октября 2017 года, А.Т.ЮБ. на основании ее заявления был представлен отпуск по уходу за ребенком до полутора лет.

01 февраля 2018 года между истцом и ответчиком было достигнуто соглашение о расторжении трудового договора, в соответствии с которым трудовые отношения должны были быть прекращены 10 апреля 2018 года. При этом, как следует из содержания соглашения о расторжении трудового договора, так и из собственноручно написанного заявления, истцом ясно и однозначно выражено желание на прекращение трудовых отношений с указанием причины и основания.

Вместе с тем, 02 апреля 2018 года ответчиком было получено от истца уведомление с предложением изменить условия ранее достигнутых и закрепленных в письменной форме договоренностей. При этом, истец заявляла об отзыве заявления об увольнении.

Однако, поскольку увольнение (расторжение трудового договора) по соглашению сторон является самостоятельным основанием прекращения трудовых отношений, направленным на соблюдение баланса интересов работника и работодателя, изменение любых условий такого соглашения возможно только по взаимному согласию, а аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника. С учетом указанных обстоятельств ответчик своим письмом (исх. №336 от 09 апреля 2018 года) ответил отказом на предложение истца. 10 апреля 2018 года, принимая во внимание наличие соглашения о расторжении трудового договора, истец была уволена.

Согласно волеизъявлению истца, указанному ей в заявлении, трудовая книжка и иные документы, относящиеся к трудовым отношениям с ОАО«МЮЗ», были направлены по почте 10 апреля 2018 года. Причитающиеся истцу денежные средства выплачены в сумме 63308,04 руб., включая выплату по соглашению о расторжении в размере 20000 руб.

Ответчик полагает, что истцом не представлено доказательств того, что трудовой договор прекращен исключительно по инициативе работодателя (ответчика), как нет и доказательств нарушения прав женщины, имеющей малолетнего ребенка, поскольку прекращение трудового договора оформлено соответствующим соглашением сторон и волеизъявление истца на прекращение трудового договора подтверждено её собственноручной подписью. Ссылка истца на ст. 261 ТК РФ неуместна, поскольку основанием прекращения трудового договора явилось соглашение сторон, а не инициатива самого работодателя. Указанное обстоятельство подтверждается, в том числе и самим же истцом, а также записью в трудовой книжке, заявлением и соглашением о прекращении договора. Таким образом, считает, что права истца в течение всего срока трудовых отношений с ответчиком и при их прекращении никак не ущемлялись. Нормы трудового законодательства ответчиком были соблюдены, в связи с чем требование истца о восстановлении её на работе необоснованно и не подлежит удовлетворению.

Представитель ответчика также указал, что 10 апреля 2018 года на основании решения Совета директоров Открытого акционерного общества «Московский ювелирный завод» №33 от 19 января 2018 года, обособленное подразделение в г. Кирове (магазин №580) было ликвидировано и из штатного расписания ответчика были исключены соответствующие должности. В то же время заключение соглашения о прекращении трудового договора по соглашению сторон не противоречит Трудовому кодексу Российской Федерации, а с учетом порядка и условий прекращения трудового договора права истца никак не нарушены.

Требование ФИО1 о выплате компенсации морального вреда в размере 30000руб. не обоснованно, поскольку увольнение произведено по основаниям и в порядке определенным трудовым законодательством. Кроме того, истцом не представлены доказательства вины ответчика и соразмерность суммы компенсации степени нравственных или физических страданий с учетом фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о тяжести перенесенных страданий по вине ответчика. Кроме того, непонятно, почему истец заявляет требование о выплате за счет ответчика ежемесячного пособия по уходу за ребенком. Поскольку обособленное подразделение в г.Кирове полностью ликвидировано, истец вправе получать пособие на ребенка до 1,5 лет в органах соцзащиты по месту своего жительства. Представитель ответчика просил суд отказать ФИО1 в удовлетворении её исковых требований в полном объеме.

Выслушав стороны, изучив письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, пришедшего к выводу о том, что требования истца не подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему.

В силу ст. 20 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель. Работник – физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем. Работодатель – физическое лицо либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ, работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ.

Согласно ст. 22 ТК РФ, работодатель имеет право: заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ. Работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривалось, что 29.04.2016 между ОАО «Московский ювелирный завод» (работодатель) и ФИО1 (работник) был заключен трудовой договор № 375/16, согласно которому ФИО1 была принята на работу в Коммерческую службу/г.Киров/магазин №580 по профессии (на должность) продавец непродовольственных товаров. Трудовой договор считается заключенным со дня приема работника на работу, с 01.05.2016. Трудовой договор был заключен не неопределенный срок (бессрочный) с установлением испытательного срока три месяца (л.д. 6-7, 40-42).

Согласно пункту 10 вышеуказанного трудового договора, работнику устанавливалась оплата труда за фактически отработанное время в часах: оклад в размере 8696 руб. в месяц устанавливается за отработанные часы, количество которых соответствует количеству рабочих часов, установленному производственным календарем на соответствующий период (месяц) при 40-часовой рабочей неделе; максимальный районный коэффициент 1,15 – 1304 руб. в месяц.

Приказом № 49бр/17 от 17.05.2017, ФИО1 на период с 16.05.2017 по 02.10.2017 был предоставлен отпуск по беременности и родам (л.д. 43).

Приказом № 77бр/17 от 14.08.2017 ФИО1 на период с 03.10.2017 по 18.10.2017 был предоставлен отпуск по беременности и родам (л.д.44).

Приказом № 142д/17 от 18.10.2017 на основании заявления А.Т.ЮБ. последней на период с 19.10.2017 по 17.01.2019 предоставлен отпуск по уходу за ребенком до 1,5 лет (л.д. 45, 46).

01.02.2018 между ОАО «Московский Ювелирный Завод» (работодатель) и ФИО1 (работник) было заключено соглашение о расторжении трудового договора. По условиям данного соглашения, работник и работодатель, являющиеся сторонами по трудовому договору № 375пр/16 от 29.04.2016, пришли к взаимному согласию о расторжении указанного договора (п. 1 Соглашения). Трудовые отношения между работником и работодателем прекращаются 10 апреля 2018 года. Расторжение трудового договора оформляется по п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по соглашению сторон). Ссылка на данную статью проставляется в трудовой книжке работника, котрую он получает в последний день своей работы – 10.04.2018 (п. 2 Соглашения). При расторжении трудового договора работодатель выплачивает работнику единовременную выплату в размере 20000 руб., с учетом районного коэффициента 1,15 (п. 3 Соглашения). Работнику выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск по дату расторжения трудового договора (п. 4 Соглашения). В последний рабочий день работника работодатель обязуется выдать работнику оформленную трудовую книжку и произвести с ним полный расчет путем перечисления на банковскую карту работника или путем выдачи из кассы предприятия (п. 5 Соглашения). Подписанием соглашения стороны заявляют, что не имеют и не будут иметь друг к другу никаких имущественных и финансовых претензий, а также дополнительных требований материального характера, следующих из трудового договора №375 пр/16 от 29.04.2016, в том числе по начислению заработной платы, компенсаций и вознаграждений в течение всего срока действия указанного трудового договора (п. 7) (л.д. 47).

Кроме того, 02.02.2018 ФИО1 было написано заявление, адресованное ответчику, в соответствии с которым истец просила освободить ее от занимаемой должности 10.04.2018 по соглашению сторон, уволив ее с работы с 10.04.2018, при этом ФИО1 просила выслать ей трудовую книжку по указанному ей адресу (л.д. 48).

Согласно ст. 77 Трудового кодекса РФ, одним из оснований прекращения трудового договора является соглашение сторон.

В силу ст. 78 Трудового кодекса РФ, трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со ст. 78 ТК РФ при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Расторжение трудового договора по соглашению сторон допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении по указанному основанию являлась добровольным волеизъявлением работника. Если работник утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении, то обязанность доказать это обстоятельство, возлагается на работника (истца).

Как пояснила в судебном заседании истец ФИО1, соглашение о расторжении трудового договора от 01.02.2018 было подписано ей под давлением со стороны представителя ОАО «Московский Ювелирный Завод», который сказал, что, если она не подпишет соглашение, ей придется ехать в г.Москву за документами. Испугавшись, что ей не отдадут документы и ей придется ехать в г. Москву, она (истец) подписала соглашение о расторжении трудового договора по соглашению сторон. При подписании ей (А.Т.ЮБ.) указанного соглашения также присутствовала её коллега Г. Л.В., которая подписала аналогичное соглашение.

22.03.2018 истец направила на имя генерального директора ОАО«Московский Ювелирный Завод» уведомление с предложением заключить соглашение об аннулировании соглашения о расторжении трудового договора от 01.02.2018, а также указала, что отзывает подписанное ей заявление об увольнении от 02.02.2018 (л.д. 14).

Согласно письменному ответу генерального директора ОАО«Московский Ювелирный Завод» от 09.04.2018 на заявление истца от 22.03.2018, работодатель отказал ей в удовлетворении требований об аннулировании соглашения о расторжении трудового договора (л.д. 16).

10.04.2018 истец была уволена по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, что подтверждается записью в трудовой книжке истца и приказом № 260у/18 от 10.04.2018 (л.д. 8-9, 18).

Как следует из представленной в материалы дела копии приказа № 27 от 24.01.2018, на основании решения Совета директоров ОАО«Московский Ювелирный Завод» № 33 от 19.01.2018 обособленное подразделение в г.Кирове (магазин № 580) было ликвидировано и из штатного расписания ответчика были исключены соответствующие должности (л.д. 17).

На основании приказа № 225 от 27.03.2018, с 10.04.2018 обособленное подразделение № 580, расположенное по адресу: <...>, считается закрытым (л.д. 61).

Исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что требования истца ФИО1 о восстановлении на работе не подлежат удовлетворению, поскольку между сторонами была достигнута договоренность о расторжении трудового договора по соглашению сторон с соблюдением требований трудового законодательства и на основании взаимного волеизъявления сторон, в связи с чем истец правомерно была уволена ответчиком по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Кроме того, стороной истца не представлено надлежащих и достаточных доказательств, подтверждающих её доводы о том, что прекращение между сторонами трудовых отношений с её стороны носило вынужденный характер. Доводы о том, что соглашение о расторжении трудового договора подписано истцом под давлением со стороны представителя работодателя, суд находит несостоятельными, поскольку вышеуказанное соглашение подписано истцом собственноручно 02.02.2018, в тот же день ей было написано заявление с просьбой уволить ее из ОАО«Московский ювелирный завод» по соглашению сторон. С требованием аннулировать вышеуказанную договоренность истец обратилась к ответчику спустя продолжительное время (направив 22.03.2018 соответствующее уведомление), что, по мнению суда, опровергает доводы истца о том, что подписание соглашения было вынужденным, поскольку до указанной даты истец ни в полицию, ни к работодателю с соответствующими заявлениями с целью защиты своих законных прав и интересов не обращалась.

Таким образом, материалы дела не содержат надлежащих и достаточных доказательств того, что истца вынудили подписать соглашение о расторжении трудового договора, что у нее не имелось возможности не подписывать указанное соглашение, равно как и доказательств, подтверждающих факт оказания работодателем на А.Т.ЮВ. психологического воздействия с целью ее увольнения по соглашению сторон.

Доказательства того, что на момент подписания соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон (в котором четко описаны условия данного соглашения) истец не понимала значения своих действий и не могла руководить ими, в материалах дела отсутствуют.

Представленные истцом доказательства, а именно: пояснение Г.Л..В., заверенное нотариально, согласно которому во время подписания соглашения о расторжении трудового договора и письменного заявления об увольнении она (Г. Л.В.) и истец ФИО1 находились под морально-психологическим давлением со стороны представителя работодателя С. С.В., который в случае отказа от подписания указанных документов пообещал им проблемы материального характера при увольнении вследствие ликвидации обособленного подразделения (магазин № 580), а также объяснение Г. от 05.04.2018, согласно которому она и ФИО1 добровольно подписали соглашения о расторжения трудовых договоров, поскольку С. С.Б. оказывал на них с ФИО1 моральное давление, суд находит недопустимым и недостоверным доказательством ввиду следующего.

В силу ст. 157 ГПК РФ, суд при рассмотрении дела обязан непосредственно исследовать доказательства по делу: заслушать объяснения сторон и третьих лиц, показания свидетелей, заключения экспертов, консультации и пояснения специалистов, ознакомиться с письменными доказательствами, осмотреть вещественные доказательства, прослушать аудиозаписи и просмотреть видеозаписи (п. 1). Разбирательство дела происходит устно и при неизменном составе судей (п. 2).

Поскольку Г. Л.В. не предупреждена судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний, не была непосредственно допрошена судом в ходе дачи ей устных пояснений в судебном заседании, ее пояснения в письменном виде, приобщенные к материалам дела, суд не может отнести к достоверным и допустимым доказательствам, полученным, в том числе, при соблюдении принципов непосредственности и устности судебного разбирательства. Кроме того, представленная стороной истца копия объяснения Г. М.В. не заверена надлежащим образом.

Разрешая спор по существу, суд приходит к выводу о том, что со стороны ответчика не было допущено нарушения порядка увольнения истца. Так, ФИО1 написала заявление об увольнении по соглашению сторон, что свидетельствует о ее волеизъявлении расторгнуть трудовой договор, заключенный между ней и ответчиком, при этом, трудовым законодательством не предусмотрено каких-либо причин, ограничивающих возможность прекращения трудового договора по соглашению сторон.

Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласования волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться, как нарушающее какие-либо права работника.

При указанных обстоятельствах суд считает необходимым отказать ФИО1 как в удовлетворении ее исковых требований о восстановлении на работе, так и в удовлетворении произвольных от указанного требования требований о взыскании пособия по уходу за ребенком и взыскании компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 194–199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ОАО «Московский ювелирный завод» о восстановлении на работе, взыскании пособия по уходу за ребенком и компенсации морального вреда в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в Кировский областной суд путём подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Кирова в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 18.07.2018.

Судья Н.С. Николина