Апелляционное постановление № 22-10/2026 22-136/2025 от 12 января 2026 г.

Судья суда 1 инстанции

Дело № 22-10/2026

ФИО1

№ 1-29/2024

87RS0008-01-2024-000325-48


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Анадырь 13 января 2026 года

Суд Чукотского автономного округа в составе

председательствующего судьи Новиковой Е.С.,

при секретаре ТНГ,

с участием прокуроров Пономарева А.В., ФИО2,

оправданного СВЮ,

его защитника – адвоката Горбушина Г.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Гутова А.П. на приговор Анадырского городского суда Чукотского автономного округа от 26 сентября 2025 г., которым

СВЮ, родившийся <дата> в <адрес>, гражданин Российской Федерации, <данные изъяты> зарегистрированный по адресу: Чукотский автономный округ, <адрес>,

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с непричастностью подсудимого к совершенному преступлению.

В приговоре разъяснено право СВЮ на реабилитацию, разрешены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах, процессуальных издержках, постановлено направить настоящее уголовное дело руководителю СУ СК России по Чукотскому автономному округу для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Заслушав доклад судьи Новиковой Е.С., изложившей содержание оправдательного приговора суда, апелляционного представления, выслушав прокурора Пономарева А.В., поддержавшего апелляционное представление государственного обвинителя; оправданного СВЮ и его защитника адвоката Горбушина Г.Н., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, просивших приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

органами предварительного расследования СВЮ было предъявлено обвинение в том, что он, являясь начальником ИВС МОМВД России «Анадырский», то есть должностным лицом – представителем власти, наделенным распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, совершил 18 и 19 марта 2022 г. в ИВС МОМВД России «Анадырский» в г. Анадырь Чукотского автономного округа действия, явно выходящие за пределы его полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства.

А именно, 18 марта 2022 г. достиг с содержащимся в ИВС МОМВД России «Анадырский» обвиняемым ФИО3 №38 договоренности об обеспечении супруге последнего беспрепятственной передачи ФИО3 №38 мобильного телефона под условием, что ФИО3 №1 А.С. не будет нарушать Правила внутреннего распорядка и подавать какие-либо жалобы на действия сотрудников ИВС.

18 и 19 марта 2022 г. СВЮ вопреки требованиям нормативно-правовых и ведомственн ых актов, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, создав условия для передачи И (Лопатенко) И.А. содержащемуся в ИВС МОМВД России «Анадырский» ФИО3 №39 во время свидания с ним 18 марта 2022 г. мобильного телефона «<данные изъяты>» (IMEI 1: № и IMEI 2: №), а во время свидания с ним 19 марта 2022 г. - мобильного телефона «<данные изъяты>» (IMEI 1: № и IMEI 2: №).

Указанными мобильными телефонами обвиняемый ФИО3 №1 А.С. пользовался в период с 18 марта 2022 г. по 18 июня 2022 г. для общения с ФИО3 №39 и другими лицами, а в период с 23 апреля 2022 г. по 10 июня 2022 г. с использованием указанных мобильных телефонов ФИО3 №1 А.С. совершил преступления: предусмотренное ч. 3 ст. 159 УК РФ, в результате которого Потерпевший №2 был причинен имущественный вред в размере <данные изъяты> руб., предусмотренное ч. 2 ст. 159 УК РФ, в результате которого Потерпевший №1 был причинен имущественный вред в размере <данные изъяты> руб.

Обстоятельства, в совершении которых СВЮ обвинялся, подробно изложены в приговоре.

Приговором Анадырского городского суда Чукотского автономного округа от 26 сентября 2025 г. оправдан по ч. 1 ст. 286 УК РФ на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

В суде первой инстанции СВЮ вину не признал, указав, что 17 июня 2022 г. от сотрудника ИВС МОМВД России «Анадырский» ФИО3 №2 ему стало известно о наличии мобильных телефонов у содержащегося под стражей ФИО3 №38, а также об одном из используемых последним абонентских номеров, что было подтверждено в ходе обыска. Никаких договоренностей об обеспечении проноса в ИВС и передачи ФИО3 №38 мобильных телефонов и сим-карт не было, с такой просьбой ИАС к нему никогда и не обращался, он никаким образом не способствовал проносу и передаче ФИО3 №38 запрещенных предметов и никакого особого отношения к нему не проявлял.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ГАП выражает несогласие с судебным решением, полагая его незаконным, необоснованным, постановленным с нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона, приводя в обоснование доводы, что суд:

- в ходе рассмотрения дела вначале отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашении объяснений и протокола опроса ФИО3 №38, ФИО3 №39, затем аналогичное ходатайство стороны защиты удовлетворил без приведения мотивации;

- в нарушение ч. 1, 2 ст. 144, ч. 2 ст. 74, ст. 75 УПК РФ сослался в приговоре на объяснения ФИО3 №38 и ФИО3 №39, полученные в ходе доследственной проверки, опровергая ими показания указанных лиц, данные на стадии предварительного расследования;

- в нарушение ст. 88, ч. 4 ст. 7 УПК РФ оценка доказательств свидетелей ФИО3 №38 и ФИО3 №39 о причинах несоответствия объяснений протоколам допросов и очных ставок не дана, суд необоснованно не учел отсутствие противоречий и непоследовательности в показаниях ФИО3 №38 и ФИО3 №39;

- возможность оспаривания СВЮ показаний указанных лиц в ходе очных ставок не исследовалась в судебном заседании.

Просит приговор Анадырского городского суда Чукотского автономного округа от 26 сентября 2025 г. отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство.

В возражениях оправданный СВЮ указал на необоснованность доводов, приведенных государственным обвинителем, полагая постановленное судебное решение законным. Просил апелляционное представление государственного обвинителя оставить без удовлетворения, оправдательный приговор - без изменения.

Проверив уголовное дело, обсудив доводы апелляционного представления, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ч. 4 ст. 7 и ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается судебный акт, отвечающий требованиям уголовного и уголовно-процессуального закона, содержащий основанные на материалах дела выводы суда по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

Постановленный в отношении СВЮ оправдательный приговор указанным требованиям соответствует.

Описательно-мотивировочная часть приговора соответствует положениям ст. 305 УПК РФ, а также разъяснениями п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре», согласно которым суд указал существо обвинения, изложил установленные им обстоятельства уголовного дела, основания оправдания подсудимого СВЮ и доказательства, подтверждающие эти основания, а также мотивы, по которым отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

Выводы суда об отсутствии в действиях СВЮ состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ основаны на совокупности доказательств, представленных суду как стороной обвинения, так и стороной защиты, и исследованных в судебном заседании, содержание которых с достаточной полнотой приведено в приговоре.

Как следует из приговора, суд первой инстанции в результате оценки совокупности представленных сторонами обвинения и защиты доказательств, установил, что СВЮ предъявлено обвинение в совершении только следующих конкретных действий по умышленному незаконному созданию условий для беспрепятственной передачи ФИО3 №39 обоих мобильных телефонов ФИО3 №38 в рамках предполагаемой достигнутой с ним договоренности об этом:

личная встреча СВЮ на входе в ИВС ФИО3 №39, у которой при себе находился мобильный телефон, о чем тому было достоверно известно;

сопровождение СВЮ ФИО3 №39 на свидание с ФИО3 №38 в помещение ИВС без организации подчиненным подсудимому сотрудником ИВС ее личного досмотра;

конвоирование СВЮ с подчиненным ему сотрудником ИВС заключенного ФИО3 №38 после свидания с ФИО3 №39 до камеры № ИВС и его водворение в нее без проведения досмотра.

Суд первой инстанции признал установленными следующие обстоятельства.

18 марта 2022 г. с 15-19 часов до 17-01 час. в ИВС МОМВД России «Анадырский» (далее – ИВС) ФИО3 №39 (до заключения брака Лопатненко) в время свидания с ФИО3 №38, содержащимся в названном изоляторе, незаконно передала тому мобильный телефон марки «<данные изъяты>» с номерами IMEI 1: № и IMEI 2: №.

19 марта 2022 г. с 10-48 час. до 12-33 час. в ИВС ФИО3 №39 во время свидания с ФИО3 №38 незаконно передала тому мобильный телефон марки «<данные изъяты>» с номерами IMEI 1: № и IMEI 2: №.

Указанными мобильными телефонами ФИО3 №1 А.С. пользовался с 18 марта 2022 г. по 18 июня 2022 г. для общения с ФИО3 №39 и другими лицами, а в период с 23 апреля 2022 г. по 10 июня 2022 г. с использованием указанных мобильных телефонов и сим-карты сотовой оператора сотовой связи ПАО «Мегафон» причинил имущественный ущерб Потерпевший №2 в размере <данные изъяты> рублей и Потерпевший №1 в размере <данные изъяты> рублей, в связи с чем ему было предъявлено обвинение в совершении двух преступлений против собственности в рамках другого уголовного дела.

При этом суд первой инстанции признал недоказанной стороной обвинения причастность подсудимого СВЮ к совершению инкриминируемого ему преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции находит, что фактические обстоятельства дела установлены судом первой инстанции правильно.

Выводы суда, касающиеся оценки доказательств, основаны на надлежащем их анализе, убедительно аргументированы и не вызывают сомнений в своей правильности. При этом в приговоре указано, по каким основаниям суд принимает за достоверные одни доказательства и отвергает другие. Правильность оценки судом доказательств у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Выводы суда о невиновности СВЮ соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

Так, свидетели из числа сотрудников ИВС МОМВД «Анадырский» (ФИО3 №1, ФИО3 №11, ФИО3 №12, ФИО3 №2, ФИО3 №24, ФИО3 №26, ФИО3 №13, ФИО3 №14, ФИО3 №15, ФИО3 №30, ФИО3 №3, ФИО3 №4, ФИО3 №7, ФИО3 №10, ФИО3 №43), осуществлявших службу в инкриминируемый СВЮ период времени, показали о том, что сдача и прием дежурства осуществлялась при заступлении каждой новой смены, в которую входят дежурный, помощник и постовой, которые совместно со сменяющей сменой производят досмотр камер. После проведения обыска и досмотра камер заступающий дежурный принимал личные дела, сотрудники новой смены расписывались в журналах и постовой ведомости. После этого заступающая смена убывала к начальнику для проведения инструктажа и для пересменки, что отражалось в журнале постовой ведомости. Утренние инструктажи при сдаче и приеме дежурства проходили ежедневно, досмотр камер ИВС проводился тщательно с применением технических средств: металлоискателя и магнита. СВЮ неоднократно принимал личное участие в утренних обходах, однако в камеры не заходил, проверяя только порядок их осмотра дежурными. Свидания заключенных с посетителями проходили в комнате для свиданий и в комнате для производства следственных действий всегда под контролем сотрудника ИВС, который находился в помещениях, где проходили свидания. Посетителей ИВС сотрудники встречали в дежурной части МОМВД России «Анадырский», проверяли их документы и проводили досмотр при помощи рамки металлоискателя. Посетители добровольно выкладывали запрещенные к просмотру предметы в специальные ячейки. Так как посетителей женского пола могут досматривать только женщины, то при отсутствии сотрудника женского пола на месте досмотр посетителей женского пола не осуществлялся. После досмотра посетителя сотрудник ИВС сопровождал его до комнаты свиданий. Для свиданий лиц, содержащихся в ИВС, с посетителями сотрудник ИВС выводил лицо из камеры в наручниках, досматривал его на втором этаже и сопровождал его на первый этаж в комнату свиданий, в которой снимал с него наручники. В указанной комнате лицо далее находилось без наручников. Каких-либо поручений, указаний от СВЮ не вносить вообще или вносить недостоверные записи в журнал выводов лиц, не проводить досмотр лиц при их выдворении или водворении в камеру, а также не производить досмотр камер их содержания, о нарушении правил и нормативно-правовых актов никогда не поступало. Во время нехватки сотрудников ИВС СВЮ самостоятельно конвоировал лиц на свидания и для производства следственных действий.

Свидетели из числа сотрудников ИВС (ФИО3 №1, ФИО3 №11, ФИО3 №12, ФИО3 №2, ФИО3 №24, ФИО3 №26, ФИО3 №13, ФИО3 №14, ФИО3 №15, ФИО3 №30, ФИО3 №3, ФИО3 №4, ФИО3 №7, ФИО3 №10, ФИО3 №43) охарактеризовали СВЮ исключительно с положительной стороны, а ФИО3 №38 – отрицательно, как провокатора, хитрого, мстительного, агрессивного и неуравновешенного человека, лживого, склонного к оговору других людей.

Помимо этого свидетели из числа сотрудников ИВС показали следующее:

- ФИО3 №1, что ИАС неоднократно высказывал угрозы в адрес сотрудников ИВС, проявлял асоциальное поведение, однажды напал на свидетеля с «заточкой» и совершил в отношении него преступление. СВЮ неоднократно принимал личное участие в утренних обходах, однако в камеры не заходил, проверяя только порядок их осмотра дежурными. Никаких послаблений и привилегий в отношении ФИО3 №38 со стороны СВЮ свидетель не наблюдал (т. 15 л.д. 109-110);

- ФИО3 №11, что в марте 2022 года ФИО3 №1 А.С. неоднократно выводился на беседы как к СВЮ, так и к ФИО3 №11 как заместителю начальника ИВС. Каждое утро при заступлении на службу проходили инструктажи должностных обязанностей, что отражено в постовых ведомостях. Сотрудник отдела охраны и конвоирования ИВС МОМВД России «Анадырский» ФИО3 №3 никогда не сообщал о том, что СВЮ давал ему какие-либо незаконные приказы (т. 15 л.д. 123-124);

- ФИО3 №12, что он присутствовал на проходившем в ИВС бракосочетании ФИО3 №38 с ФИО3 №39, никаких запрещенных предметов в этот день она ему не передавала. Передать мобильный телефон в ИВС в 2022 году технически было возможно, однако возможность участия в этом сотрудников ИВС и непосредственного самого СВЮ свидетель отрицал (т. 15 л.д. 119-120);

- ГНВ, врач ИВС, то, что 18 марта 2025 г. на первом этаже ИВС в помещении следственного кабинета у ФИО3 №38 проходило свидание. Его сопровождали сотрудники ИВС ФИО3 №3 и ФИО3 №43 Возле следственного кабинета ФИО3 №1 А.С. потребовал снять с него наручники, пояснив, что не пойдет к сыну на свидание в наручниках. В ответ на это требование находившийся рядом СВЮ дал ФИО3 №3 указание снять с ФИО3 №38 наручники, после чего ФИО3 №38 завели в следственный кабинет в положении «руки за спину». Во время свидания в следственном кабинете находились ФИО3 №1 А.С., его супруга ФИО3 №39, их малолетний ребенок, а также ФИО3 №3 с СВЮ В какой-то момент СВЮ сказал ФИО3 №3 выйти из кабинета, что тот исполнил. Сам СВЮ остался в кабинете. Когда ФИО3 №3 вышел, она общалась с ним несколько минут. Затем из кабинета вышел СВЮ, а ФИО3 №3 зашел обратно в кабинет. Наедине без сотрудников ИВС ФИО3 №1 А.С. с ФИО3 №39 не оставались. СВЮ неоднократно лично принимал участие в досмотрах и выводах лиц из камер в период нехватки сотрудников ИВС. СВЮ был снисходителен по отношению к ФИО3 №38, когда указал снять с него наручники перед входом в следственный кабинет на свидание. О других случаях проявления СВЮ снисхождения к ФИО3 №38 и послабления для него режима содержания ей не известно (т. 15 л.д. 112-114).;

- ФИО3 №14, что 18 марта 2022 г. заступив на суточное дежурство, заболел и его сменили, поэтому в указанный день он не выводил ФИО3 №38 на свидание с ФИО3 №39 19 марта 2022 г. он дежурил и вывел ФИО3 №38 на беседу к начальнику ИВС СВЮ по вызову последнего. Отметки об этом в журнале выводов соответствуют действительности. Каким образом в этот же день после беседы с СВЮ прошло свидание ФИО3 №38 с ФИО3 №39, а также кто ее провел в помещение ИВС, свидетелю неизвестно. Разрешения на проведение такого свидания 19 марта 2022 г. от уполномоченного лица получено не было. Поручений не вносить в журнал вывода лиц какие-либо сведения, в том числе о выводах ФИО3 №38, СВЮ не давал ни свидетелю, ни другим сотрудникам ИВС, равно как и указаний не проводить досмотр ФИО3 №38 перед его водворением в камеру 19 марта 2022 г. ФИО3 19 марта 2022 г. лично присутствовал при водворении ФИО3 №38 в камеру и наблюдал за ходом его досмотра перед водворением в камеру. Показания ФИО3 №39 об участии ДДВ за плату в передаче мобильного телефона ФИО3 №38 свидетель считает оговором (т. 15 л.д. 120-122);

- ФИО3 №15, что с 18 марта 2022 г. по 18 июня 2022 г. в ходе досмотра камер ИВС, в том числе камеры ФИО3 №38, запрещенных предметов он не находил (л.д. 128-130);

- ФИО3 №30, что, несмотря на нахождение в должности начальника ИВС, СВЮ мог лично конвоировать заключенных, поскольку личного состава постоянно не хватало. При этом прямого доступа к камерам СВЮ не имел, поскольку ключи от них всегда находились у дежурного ИВС, который открывал камеры и осуществлял вывод лиц. Как и все остальные заключенные, ФИО3 №1 А.С. в 2022 году часто писал заявления о проведении с ним начальником ИВС личной беседы. На основании указанных заявлений СВЮ проводил с ним беседы. При этом какого-либо послабления режима содержания и привилегий по отношению ФИО3 №38 со стороны СВЮ свидетель не наблюдал (т. 15 л.д. 137-139);

- ФИО3 №3, что в марте 2022 года он осуществлял вывод ФИО3 №38 на свидание с его супругой ФИО3 №39 При его выводе из камеры на свидание с ФИО3 №39 СВЮ не присутствовал. Подходя к комнате свиданий, ФИО3 №1 А.С. стал возмущаться, что не хочет появляться перед семьей в наручниках, требовал снять их с него, просил встречу с начальником. В это время СВЮ оказался рядом и дал ФИО3 №3 указание снять с ФИО3 №38 наручники, что он исполнил, после чего ФИО3 №1 А.С. без наручников зашел в комнату для свиданий, в которой уже находилась ФИО3 №39 Они обнялись в присутствии конвоиров и СВЮ Через какое-то время СВЮ дал ФИО3 №3 указание покинуть комнату свиданий. Он вышел, а СВЮ остался внутри с ФИО3 №38 и ФИО3 №39 Вместе со вторым конвоиром ФИО3 №3 наблюдал за ходом свидания. Через некоторое время СВЮ вышел из указанной комнаты, а свидетель со вторым конвоиром вошли внутрь. Затем их со вторым конвоиром заменили другие сотрудники ИВС согласно действующему порядку в целях исключения потери бдительности лицами, осуществляющими контроль за ходом свидания. При этом пояснил суду, что в комнате для проведения следственных действий в разделительной решетке между посетителем и заключенным имелось отверстие для передачи документов, а в комнате для свидания – такого отверстия не имелось. Технически, чтобы передать запрещенные предметы через упомянутое выше отверстие в разделительной решетке в комнате для следственных действий необходимо было отвлечь конвоира, который осуществляет контроль за свиданием; кроме этого, необходимо отключить систему видеонаблюдения в самой комнате, в которой проходило свидание (т. 15 л.д. 173-175);

- ФИО3 №7, что по просьбе врио начальника ИВС ФИО3 №15 он за собственные денежные средства приобрел для ФИО3 №39 в долг авиабилеты в г. Анадырь. Со слов ФИО3 №15, она постоянно ему звонила, жаловалось на отсутствие жилья в г. Анадыре и просила купить билеты, всех замучила. ФИО3 №7 сжалился и решил ей помочь по-человечески (т. 15 л.д. 169-171);

- ФИО3 №8, что в один из дней марта 2022 года ФИО3 №3 конвоировал ФИО3 №38 на свидание с ФИО3 №39 и осуществлял контроль за их свиданием. Со слов ФИО3 №3 свидетелю известно, что в тот день СВЮ дал ему указание снять с ФИО3 №38 наручники перед тем, как завести того в комнату для свиданий. По мнению свидетеля, тем самым СВЮ проявил послабление режима содержания в отношении ФИО3 №38 Кроме этого, СВЮ позволял ФИО3 №38 вешать на спинку кровати полотенце, которое загораживало обзор системе видеонаблюдения в камере. ФИО3 полагал, что все это было сделано СВЮ для того, чтобы утихомирить ФИО3 №38, и чтобы тот не проявлял агрессию в сторону сотрудников ИВС, не жаловался на условия его содержания (т. 15 л.д. 154-155);

- ФИО3 №10, что в марте 2022 года по указанию СВЮ он позвонил ФИО3 №39 для разъяснения порядка проведения церемонии бракосочетания. 18 марта 2022 г. с 17-17 час до 17-54 час. вместе с ФИО3 №21 они конвоировали ФИО3 №38 в ГБУЗ «Чукотская окружная больница» на прием к врачу-кардиологу, где ФИО3 №1 А.С. был в наручниках под присмотром сотрудников ИВС, запрещенные предметы не получал. Перед выводом из камеры, а также перед водворением в нее обратно после посещения больницы ФИО3 №38 тщательно досматривали (т. 15 л.д. 153-154);

- ФИО3 №43, что в субботу 19 марта 2022 г. он находился на дежурстве вместе с сотрудниками ИВС ФИО3 №21 и ФИО3 №3 Во время проведения прогулки содержащихся в ИВС лиц к нему подошел СВЮ и приказал вывести ФИО3 №38 на свидание с ФИО3 №39 На возражения свидетеля о том, что свидания по субботам не проводятся и что в этот день в ИВС отсутствует сотрудник женского пола для досмотра женщин, СВЮ ответил, что все согласованно. Кто встречал ФИО3 №39 на входе в ИВС и провожал ее до комнаты свиданий, ФИО3 №43 не помнит, допуская, что, возможно, это был СВЮ После этого указания ФИО3 №43 вместе с ФИО3 №3 поднялись на второй этаж, получили ФИО3 №38 у дежурного и вывели его в комнату свиданий. Во время его вывода возле конвойного отделения стояли СВЮ и ФИО3 №39 с ребенком. ФИО3 №43 вместе с ФИО3 №3 завели ФИО3 №38 в комнату свиданий, а СВЮ завел в нее ФИО3 №39 с ребенком. После этого ФИО3 №3 остался в комнате свиданий, а ФИО3 №43 ушел. Минут через 5-10 ФИО3 №3 попросил его заменить, пояснив, что ему нужно в туалет. ФИО3 №43 заменил его и остался в комнате свиданий, а ФИО3 №3 вышел. Во время нахождения ФИО3 №43 в камере свиданий телесных контактов между ФИО3 №38 и ФИО3 №39 не было, они все время находились в поле его зрения и под его постоянным контролем, ФИО3 №39 ничего не передавала ФИО3 №38 Дверь в комнату свиданий была открыта на протяжении всего свидания. Во время свидания ФИО3 №1 А.С. высказывал недовольство в адрес ФИО3 №39, говорил, что она должна что-то сделать. Сразу после окончания их свидания СВЮ вывел ФИО3 №39 из комнаты свиданий, а ФИО3 №43 с ФИО3 №3 вывели и сопроводили ФИО3 №38 до камеры, перед водворением в которую осуществили его досмотр. Указаний не досматривать ФИО3 №38 перед водворением в камеру после свидания с ФИО3 №39 или досматривать его не полностью от СВЮ не поступало (т. 15 л.д. 158-161).

Иные лица, допрошенные в качестве свидетелей, показали следующее:

- ФИО3 №16, бывший следователь СО МОМВД России «Анадырский», в производстве которого было уголовное дело по обвинению ФИО3 №38 в совершении пятнадцати преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, что в марте 2022 года он выдал И (Лопатненко) И.А. не менее одного разрешения на свидание с ФИО3 №38, содержавшимся под стражей в ИВС (т. 9 л.д. 79-86);

- ФИО3 №29, бывший в обозначенный период времени заместителем начальника МОМВД России «Анадырский», что он в качестве ответственного от руководства осуществлял проверку несения службы в ИВС через систему видеонаблюдения в режиме реального времени и непосредственно видел, что досмотры и обыски проводились тщательно с применением технических средств. Комната свиданий соответствует требованиям приказов МВД России, в ней есть необходимые ограждения, прямого доступа к заключенному у посетителя нет, передать что-то запрещенное один другому не может. Осуществление контроля за действиями сотрудников дежурной смены и помощника постового отдела охраны в ИВС входит в обязанности дежурного ИВС. Сотрудники дежурной части МОМВД России «Анадырский» несут ответственность за пропускной режим в здании ИВС только в выходные и праздничные дни. Ему как начальнику дежурной части МОМВД России «Анадырский» не докладывали о нахождении посторонних лиц в ИВС в выходной день 19 марта 2022 г.. После обнаружения факта наличия у содержащегося в камере ИВС ФИО3 №38 мобильных телефонов, последний устно заявил, что один из мобильных телефон в ИВС пронес ФИО3 №14 за вознаграждение в размере <данные изъяты> руб., а второй мобильный телефон – СВЮ, не говоря при каких обстоятельствах, ссылаясь, что обо всем этом им расскажет его супруга ФИО3 №39 В последующем ему стало известно, что ФИО3 №39 изменила свои показания, заявив, что оговорила ДДВ якобы под давлением ФИО3 №29

ФИО3 №39 в ходе опроса сообщила, что отдала ДДВ один мобильный телефон для передачи ФИО3 №38 и <данные изъяты> руб. в качестве вознаграждения, второй мобильный телефон она передала ФИО3 №38 с помощью СВЮ, положив его в куртку ФИО3 №38 в помещении конвойного в ИВС.

ФИО3 №42 поясняла, что ее сожитель ФИО3 №41 содержался в одной камере с ФИО3 №38, она передала ФИО3 №39 два мобильных телефона, которые та должна была пронести в ИВС с помощью какого-то человека. При этом фамилия СВЮ в ее рассказе не фигурировала.

ФИО3 №29 охарактеризовал ФИО3 №38 отрицательно, как манипулятора и мошенника, который неоднократно совершал мошеннические действия, в том числе вместе со своей супругой ФИО3 №39; СВЮ - положительно как хорошего и честного сотрудника полиции, всегда готового прийти на помощь (т. 15 л.д. 124-127);

- ФИО3 №33, в обозначенный период времени занимавший должность начальника отдела противодействия коррупции, положительно охарактеризовавший СВЮ как честного сотрудника, который не мог быть причастным к передаче мобильных телефонов ФИО3 №38 (т. 15 л.д. 167);

- ФИО3 №5, содержавшийся в ИВС МОМВД России «Анадырский» и около двух месяцев в одной камере с ФИО3 №38, что от ФИО3 №38 он узнал о наличии у последнего двух мобильных телефонов. Об обстоятельствах их получения ФИО3 №1 А.С. рассказывал разные версии: то их ему какой-то человек передал, то их ему супруга передала на свидании, то она ему их передала во время объятий во время бракосочетания. В период их совместного нахождения в камере ФИО3 №1 А.С. путем обмана похитил у матери свидетеля денежные средства в размере <данные изъяты> руб., написав ей от имени ФИО3 №5 сообщение в мессенджере «WhatsApp» с просьбой отправить ему деньги. Когда свидетель узнал об этом, ФИО3 №1 А.С. заявил, что это была плата за пользование телефоном. ФИО3 №5 охарактеризовал ФИО3 №38 отрицательно, как скрытого, конфликтного, очень плохого и лживого человека, матерого «зэка» и мошенника, склонного к оговору других людей, который постоянно устраивал конфликты с сотрудниками ИВС, орал и ругался нецензурной бранью, портил имущество в камере, за что его помещали в карцер. СВЮ - положительно, как хорошего и отзывчивого человека, добросовестного сотрудника полиции. Никакие специальные условия содержания в ИВС ФИО3 №38 не создавались (т. 15 л.д. 144-146);

- ФИО3 №34, в обозначенный период времени занимавший должность начальника МОМВД России «Анадырский», что во время проведения служебной проверки отделом собственной безопасности УМВД России по Чукотскому автономному округу ему стало известно о свидании ФИО3 №38 с ФИО3 №39 в субботу, о чем ему не докладывали. По действующему распорядку в выходные дни свидания проводятся в исключительных случаях по согласованию с начальником МОМВД России «Анадырский». Самостоятельно без указания начальника ИВС сотрудники дежурной смены организовать и провести свидание посетителя с заключенным не могут. Получение ФИО3 №38 мобильных телефонов стало возможным из-за ненадлежащей организацией работы как СВЮ, так и самим свидетелем, за что последний был привлечен к дисциплинарной ответственности. Такая ситуация могла быть вызвана ослаблением контроля за режимом ИВС в период пандемии COVID-19 в 2021 году, когда проверки и обыскные мероприятия были минимизированы вплоть до их не проведения с целью исключения возможности занесения инфекции в изолятор. ФИО3 охарактеризовал ФИО3 №38 с отрицательной стороны, как лживого, склонного к оговору других людей и способного манипулировать ими. К СВЮ, как начальнику ИВС, никаких вопросов и нареканий в работе не было, компрометирующая информация в отношении него не поступала (т. 15 л.д. 141-144);

- ФИО3 №37, занимавший с января по октябрь 2022 г. должность заместителя начальника МОМВД России «Анадырский», начальника полиции, что после обнаружения в камере ФИО3 №38 двух мобильных телефонов, ФИО3 №1 А.С. в ходе бесед вначале говорил, что мобильные телефоны ему передал ФИО3 №14 за взятку в сумме <данные изъяты> руб., потом, что мобильные телефоны ему были переданы супругой в ходе свиданий с ним, затем, что пронос мобильных телефонов в камеру организовал СВЮ, однако каким образом он это организовал, ФИО3 №1 А.С. не говорил. По мнению свидетеля, факт нахождения мобильных телефонов в камере ФИО3 №38 связан с ненадлежащим исполнением сотрудниками ИВС своих служебных обязанностей. ФИО3 №1 А.С. склонен оговору других людей, неоднократно безосновательно заявлял, что сотрудники МОМВД России «Анадырский» оказывали влияния на органы прокуратуры и суд с целью избрания ФИО3 №38 более строгой меры пресечения и назначения ему более строгого наказания, утверждал, что свидетель ФИО3 №37 вместе с ФИО3 №29 предоставляли ему возможность пользоваться мобильными телефонами после их изъятия, хотя таких фактов не было. СВЮ свидетель ФИО3 №37 охарактеризовал как ответственного и исполнительного сотрудника полиции (т. 15 л.д. 156-158).

- ФИО3 №23, содержавшийся в ИВС МОМВД России «Анадырский» с мая 2021 по сентябрь 2022 года, то, что осмотр камер на наличие запрещенных предметов проводился каждое утро. Сотрудник ИВС ФИО3 №3 - стеснительный и зажатый, отказывался тщательно досматривать арестованных, засыпал на свиданиях. СВЮ неоднократно осуществлял конвоирование арестованных в комнаты свиданий и в суд, поскольку в ИВС постоянно не хватало сотрудников. ФИО3 №38 характеризует отрицательно, как нарушителя порядка и исключительно эгоистичного человека (т. 15 л.д. 111-112).

- ФИО3 №9, адвокат, осуществлявший с февраля по апрель 2022 года защиту ФИО3 №38 по другому возбужденному в отношении него уголовному делу по обвинению в совершении 15 преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159 УК РФ, что в одной из бесед ФИО3 №1 А.С. попросил его отправить для ФИО3 №39 письмо через мессенджер мгновенных сообщений «WhatsApp», на что ФИО3 №9 согласился с разрешения начальника ИВС. После этого свидетель встретился с СВЮ, дал ему прочитать письмо ФИО3 №38 и, получив от него разрешение, отправил фотографию этого письма ФИО3 №39 через мессенджер мгновенных сообщений «WhatsApp». Подобным образом ФИО3 №9 отправил ФИО3 №39 около 15 писем, каждое из которых проходило цензуру либо СВЮ, либо при его отсутствии - других сотрудников ИВС. Ни в одном из указанных писем наличие запрещенной информации сотрудниками ИВС не было обнаружено. Через тот же мессенджер мгновенных сообщений ФИО3 №9 получал ответные письма от ФИО3 №39, которые распечатывал и передавал ФИО3 №38 ФИО3 №38 он охарактеризовал как скрытного, вспыльчивого человека, склонного к лжи и способного придумать любую несоответствующую действительности историю с целью извлечения для себя какой-либо выгоды (т. 8 л.д. 126-130);

- ФИО3 №41, содержавшийся с ФИО3 №38 в ИВС в одной камере, что 18 марта 2022 г. у ФИО3 №38 состоялось свидание с супругой, вернувшись с которого тот лег на кровать и начал разговаривать по мобильному телефону. После того, как ФИО3 №1. А.С. закончил разговор, он продемонстрировал ему кнопочный мобильный телефон «Texet», которого до свидания с ФИО3 №39 у него не было. Со слов ФИО3 №38, данный телефон ему передала ФИО3 №39 во время объятий на свидании. ФИО3 никогда не замечал со стороны СВЮ каких-либо нарушений закона и внутреннего распорядка. ФИО3 №38 свидетель охарактеризовал отрицательно, как лживого и изворотливого человека, который любит манипулировать другими людьми (т. 15 л.д. 151-152);

- ФИО3 №42 о том, что на одном из свиданий ее супруг ФИО3 №41 попросил поселить к ним домой на некоторое время ФИО3 №39 17 марта 2022 г. ФИО3 №39 сообщила, что 18 марта 2022 г. у нее состоится свидание с ФИО3 №38, и попросила у нее свободный мобильный телефон для его последующей передачи ФИО3 №38 в изолятор. Каким образом она собиралась это сделать, ФИО3 №39 не сообщала. ФИО3 №42 нашла кнопочный телефон с установленной в нем сим-картой и вечером 17 марта 2022 г. передала его ФИО3 №39 18 марта 2022 г. ФИО3 №39 сообщила, что во время свидания ей удалось передать ФИО3 №38 мобильный телефон, когда сотрудник ИВС уснул. В тот же день ФИО3 №39 попросила найти еще один мобильный телефон и сим-карту с выходом в интернет и возможностью использования мессенджера «WhatsApp», не сообщив о способе его проноса и передачи ФИО3 №38 Вечером этого же дня ей позвонил супруг и попросил приобрести мобильный телефон с сим-картой, перевести <данные изъяты> рублей на банковский счет ФИО3 №39, на что она согласилась. Утром 19 марта 2022 г. она вместе с ФИО3 №39 приобрела в магазине мобильный телефон с сим-картой оператора сотовой связи ПАО «Мегафон», которые передала ФИО3 №39, после чего ФИО3 №39 отправилась на свидание. ФИО3 №42 записывала на диктофон разговоры с ФИО3 №39, так как ФИО3 №39 и ФИО3 №1 А.С. показались ей подозрительными (т. 15 л.д. 155-156, 189-190).

Помимо сведений, изложенных в показаниях свидетелей, судом первой инстанции установлено, что по информации Анадырского межрайонного прокурора с 10 февраля по <дата> жалобы и обращения ФИО3 №38 на порядок и условия его содержания в ИВС МОМВД России «Анадырский», а также на действия сотрудников и начальника названного изолятора временного содержания не поступали (т. 5 л.д. 66, 68);

Судом первой инстанции исследованы и приняты во внимание иные доказательства, а именно:

- п.п. 14.1-14.4 Положения об изоляторе временного содержания подозреваемых и обвиняемых МОМВД России «Анадырский» (т. 5 л.д. 177-182):

- Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденные приказом МВД России от 22 ноября 2005 г. № 950;

- Наставление по служебной деятельности изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, подразделений охраны и конвоирования подозреваемых и обвиняемых, утвержденные приказом МВД России от <данные изъяты>

- приказ начальника УМВД России по Чукотскому автономному округу от <дата> №л/с о назначении СВЮ с <дата> на должность начальника изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых МОМВД России «Анадырский» (т. 3 л.д. 56);

- должностная инструкция начальника ИВС МОМВД России «Анадырский» (т. 1 л.д. 130-133);

- протокол водворения от <дата> и протокол личного обыска от 10 февраля. 2022 г., согласно которым ИАС водворен в ИВС МОМВД России «Анадырский» в 18-15 часов указанных суток, при этом каких-либо запрещенных предметов при нем не обнаружено;

- заявление ЛИА от <дата> о предоставлении свидания с ФИО3 №38, на котором содержится отметка СВЮ о разрешении им указанного свидания и о том, что это свидание состоялось;

- рапорт дежурного группы режима ИВС ФИО3 №7 от <дата> и протокол обыска от <дата>, содержащие сведения о производстве обыска в камере № ИВС МОМВД России «Анадырский» досмотра личных вещей содержащихся в ней лиц, в ходе которого были изъяты мобильный телефон марки «<данные изъяты>» с зарядным кабелем и сим-карта оператора сотовой связи «МТС», мобильный телефон марки «<данные изъяты>» и сим-карта оператора сотовой связи «Мегафон»;

- журнал выводов лиц, содержащихся в ИВС, согласно которому, 18 марта 2022 г. с 15-19 час. по 17-01 час. у ФИО3 №38 состоялось свидание в комнате защитника, 19 марта 2022 г. с 10-48 час. по 12-33 час. у ФИО3 №38 состоялась беседа с начальником ИВС (т. 4 л.д. 8-49);

- выписка из приказа начальника МОМВД России «Анадырский» от <дата><данные изъяты> «О принятии решения на охрану, согласно которой конвоирование и содержание подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» свидания с родственниками и прием передач производится каждую пятницу с 14 часов 30 минут до 17 часов 45 минут (если день приема передач и свиданий выпадает на праздничные дни, то прием переносится на последний рабочий день) (т. 5 л.д. 226).

- книга приема-сдачи дежурств ИВС МОМВД России «Анадырский», содержащая сведения о том, что 18 марта 2022 г. в 09 часов состоялись прием и передача дежурства от ФИО3 №7 к ФИО3 №8, а 19 марта 2022 г. в 09 часов состоялись прием и передача дежурства от ФИО3 №8 к ДДВ;

- в журнале лиц, содержащихся в ИВС, и в журнале перемещения лиц, содержащихся ИВС, имеются сведения о выводе ФИО3 №38 из камеры: 18 марта 2022 г. конвоиром ФИО3 №4 на прогулку в 09-24 час., конвоиром ФИО3 №1 на беседу с начальником в 11-35 час., конвоиром ФИО3 №3 на свидание в 17-01 час., конвоиров ФИО3 №21 в медицинское учреждение в 17-54 час., 19 марта 2022 г. конвоиром ФИО3 №3 на прогулку в 09-51 час., на беседу с начальником в 10-48 час. (т. 4 л.д. 60-84);

- в постовой ведомости расстановки нарядов по охране подозреваемых и обвиняемых указано, что в ИВС МОМВД России «Анадырский» несли службу следующие сотрудники: 18 марта 2022 г. дежурный ИВС ФИО3 №8, помощник дежурного ФИО3 №18, постовой ФИО3 №6, старшина ФИО3 №4, старший конвоя ФИО3 №10, конвоиры ФИО3 №21, ФИО3 №43, ФИО3 №13, ФИО3 №3 и ФИО3 №14, полицейский-водитель ФИО3 №28 (перед заступлением на службу все они прослушали инструктаж начальника ИВС СВЮ, предупреждены за нарушения служебной дисциплины и законности, о чем собственноручно расписались в советующих графах); 19 марта 2022 г. дежурный ИВС ФИО3 №14, помощник дежурного ФИО3 №2, постовой ФИО4, конвоиры ФИО3 №3, ФИО3 №43 и ФИО3 №21, полицейский-водитель ФИО3 №28. Перед заступлением на службу все они прослушали инструктаж начальника ИВС СВЮ, предупреждены за нарушения служебной дисциплины и законности, о чем собственноручно расписались в советующих графах;

- аудиозаписи разговоров ФЛС с ФИО3 №39, в которых последняя сообщала, что на свидании ФИО3 №39 «пообнималась чуть-чуть» с ФИО3 №38, передала ему мобильный телефон в момент, когда находящийся в комнате свиданий сотрудник ИВС уснул, что перенесла сильный страх и переживания при передаче ФИО3 №38 мобильного телефона; сообщила о наличии между ней и ФИО3 №38 договоренности об условном обозначении мобильного телефона словом «бонус»; о наличии у ФИО3 №38 сим-карты; о даче СВЮ разрешения на свидание в выходной день и о том, что СВЮ не сдержал свое обещание ФИО3 №38 передать необходимые документы в ЗАГС пятнадцатого числа (т. 2 л.д. 120-138);

- письмами между ФИО3 №39 с ФИО3 №38, в которых ФИО3 №1 А.С. писал ФИО3 №39 о том, чтобы она не забыла взять с собой на свидание «бонус» без принадлежностей и убрать его под пояс штанов под кофту, что он договорился со следователем ФИО3 №16 о даче им сразу двух разрешений на проведение свиданий между ними, что на свидании она должна вести себя спокойно, что ФИО3 №1 А.С. договорился о том, чтобы им разрешили обняться и поцеловать друг друга (т. 4 л.д. 190 и 193, т. 5 л.д. 45-49);

- заключение служебной проверки УМВД России по Чукотскому автономному округу от <дата> по факту обнаружения 18 июня 2022 г. в камере № ИВС МОМВД России «Анадырский» запрещенных предметов, в котором признано подтвердившимся нарушение СВЮ, как начальником изолятора временного содержания, дисциплины, что выразилось в следующем:

18 марта 2022 г. во время свидания ФИО3 №38 и ФИО3 №39 в устной форме дал незаконный приказ ФИО3 №3 покинуть комнату свиданий (в нарушении п. 16 Дисциплинарного устава);

разрешил проведение свидания ФИО3 №38 с ФИО3 №39 в субботу 19 марта 2022 г., то есть в день, не предусмотренный регламентом;

организовал проведение 19 марта 2022 г. свидания ФИО3 №38 с ФИО3 №39 не в специально оборудованном для этих целей помещении, имеющем разделительную перегородку для исключения передачи каких-либо предметов (т. 5 л.д. 99-119);

- за нарушение служебной дисциплины по факту обнаружения у ФИО3 №38 двух мобильных телефонов приказами УМВД России по Чукотскому автономному округу: от <дата> №Л/С на начальника ИВС МОМВД России «Анадырский» СВЮ наложено дисциплинарное взыскание в виде предупреждения о неполном служебном соответствии; от <дата> №Л/С к дисциплинарной ответственности привлечен заместитель начальника ИВС МОМВД России «Анадырский» ФИО3 №11 (т. 6 л.д. 63-66);

- сведениями из офиса продаж и обслуживания в г. Анадыре Дальневосточного филиала АО «Мегафон Ритейл» которым мобильный телефон «<данные изъяты>» с номерами IMEI 1: № и IMEI 2: №, а также сим-карта с абонентским номером <***> 19 марта 2022 г. не продавались (т. 15 л.д. 93, 94);

- иными доказательствами, содержание которых подробно приведено в обжалуемом приговоре.

Каждое из приведенных доказательств судом первой инстанции было проверено и исследовано в ходе судебного следствия, суд дал каждому из них надлежащую оценку в соответствии с требованиями статей 17, 87, 88 УПК РФ и привел мотивы, по которым пришел к выводу, что представленная стороной обвинения совокупность доказательств не подтверждает причастность СВЮ к совершению инкриминированного ему преступления. В соответствии с требованиями закона каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости и допустимости, а совокупность доказательств с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела. Данная судом оценка доказательств не противоречит материалам дела, оснований для признания ее ошибочной не имеется.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах и соответствуют им. Поскольку положенные в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, относимы к рассматриваемым событиям, их достоверность и допустимость сомнений у судебной коллегии не вызывает.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что заключение служебной проверки УМВД России по Чукотскому автономному округу от <дата> не свидетельствует о виновности СВЮ, поскольку установленные действия СВЮ свидетельствуют о нарушении им служебной дисциплины и требований ведомственных актов МВД России, но сами по себе безусловно не подтверждают версию обвинения об умышленном создании подсудимым условий (обеспечении возможности) для беспрепятственной передачи ФИО3 №39 мобильных телефонов ФИО3 №38

Более того, как верно указал суд первой инстанции, установленные заключением служебной проверки нарушения со стороны СВЮ не вменены ему в предъявленном обвинении в качестве умышленных действий по созданию условий (обеспечения возможности) беспрепятственной передачи ФИО3 №39 мобильных телефонов ФИО3 №38

Суд дал надлежащую оценку показаниям свидетелей сотрудников ИВС ФИО3 №11, ФИО3 №12, ФИО3 №2, ФИО3 №24, ФИО3 №26, ФИО3 №13, ДДВ, ФИО3 №15, ФИО3 №18, ФИО3 №4 о том, что до 18 июня 2022 г. все свидания в ИВС проходили в двух помещениях: в комнате свиданий и в кабинете следственных действий, в которых имелась разделительная перегородка, оборудованная окошком для передачи документов, учел, что несоответствие кабинета следственных действий требованиям нормативных актов МВД России СВЮ не вменено.

Также суд учел, что из показаний свидетеля ФИО3 №43 следует, что 19 марта 2022 г. свидание И проходило в специальном оборудованном для этого помещении – комнате свиданий.

Суд дал оценку переписке между ФИО3 №38 и ФИО3 №39, указав, что сведений о том, что конкретно подразумевалось под словом «бонус», равно как и сведений о каком-либо участии СВЮ в его передаче ФИО3 №38, она не содержит.

По показаниям свидетеля обвинения адвоката ФИО3 №9 вся проходившая через него переписка И передавалась им на цензуру СВЮ либо при его отсутствии - другим сотрудникам ИВС. Факт ознакомления СВЮ с упомянутыми выше письмами ФИО3 №9 не подтвердил.

При этом доказательств ознакомления СВЮ с указанной перепиской до свиданий И 18 и 19 марта 2022 г. стороной обвинения суду представлено не было.

Предоставленные стороной обвинения аудиозаписи разговоров ФИО3 №39 и ФИО3 №42 указывают лишь на то, что ФИО3 №39 в марте 2022 года удалось получить свидания со своим супругом, содержащимся в ИВС МОМВД России «Анадырский», в ходе которых она смогла передать тому два мобильных телефона.

Как верно установил суд первой инстанции, само по себе упоминание ФИО3 №39 в указанном разговоре о даче ей СВЮ разрешения на свидание в выходной день не может послужить основанием к выводу о виновности подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления, а может лишь указывать на возможное нарушение им установленного порядка предоставления свиданий с лицами, содержащимися в ИВС.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание показания свидетеля ФИО3 №7 о том, что по просьбе врио начальника ИВС ФИО3 №15 он за собственные денежные средства приобрел для ФИО3 №39 в долг авиабилеты в г. Анадырь, которая постоянно звонила ФИО3 №15, просила купить билеты (т. 15 л.д. 169-171).

Это также подтверждает, что осуществляемые ФИО3 №39 телефонные звонки руководителям ИВС носили систематический характер вне зависимости от лиц, замещающих указанную должность.

Исходя из изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что наличие множественных телефонных звонков между ФИО3 №39 и СВЮ само по себе не может однозначно свидетельствовать о причастности подсудимого к совершению инкриминируемого ему преступления.

Выводы суда первой инстанции о несоответствии собранным стороной обвинения доказательствам изложенной в обвинительном заключении версии о достижении 18 марта 2022 г. в период с 17-17 часов по 17-54 часов между ФИО3 №38 и СВЮ договоренности об обеспечении передачи второго мобильного телефона подтверждены исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами: показаниями свидетеля ФИО3 №10, сведениями из журнала выводов лиц, содержащихся в ИВС МОМВД России «Анадырский», согласно которым в указанное время ФИО3 №1 А.С. отсутствовал в ИВС, так как был конвоирован в больницу (т. 1 л.д. 109-113, т. 3 л.д. 220-221, т. 4 л.д. 8-49).

Согласно протоколам судебного заседания, протоколы очных ставок были исследованы судом (т. 15 л.д.195, 200), что, вопреки доводу апелляционного представления, свидетельствует о том, что СВЮ была предоставлена возможность их оспорить.

Довод государственного обвинителя о том, что результаты оперативно-розыскных мероприятий в виде опросов ФИО3 №38 и ФИО3 №39 являются недопустимыми доказательствами, суд апелляционной инстанции отклоняет, как неубедительный.

В соответствии со ст. 144 УПК РФ при проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном УПК РФ, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

В силу ч. 2 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства РФ, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», при осуществлении указанной деятельности может проводиться такое оперативно-розыскное мероприятие, как опрос.

Объяснения у ФИО3 №39 и ФИО3 №38 как в рамках проведения оперативно-розыскных мероприятий «Опрос», так и при их опросе в порядке ст. 144 УПК РФ были отобраны надлежащими должностными лицами.

При проведении указанных мероприятий ФИО3 №39 и ФИО3 №38 разъяснялись их права, положения ст. 51 Конституции РФ, они предупреждались об уголовной ответственности по ст. 306 УК РФ за ложный донос, названные документы были прочитаны указанными лицами и замечаний к их содержанию с их стороны не последовало (т. 1 л.д. 74-76, т. 1 л.д. 154-155, т. 1 л.д. 172-174).

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно учел протоколы, составленные в ходе проведения оперативно-розыскных и в порядке ст. 144 УПК РФ, в качестве доказательств.

Вопреки доводам апелляционного представления, показаниям свидетелей ФИО3 №38 и ИИВ данным, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании, судом дана надлежащая оценка.

Как следует из ч. 1 ст. 17 УПК РФ, судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона судебной проверке подлежит каждое из представленных сторонами доказательств, а согласно ч. 2 ст. 17 УПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Согласно показаниям свидетеля ФИО3 №38, содержащимся как в протоколах его допроса, так и в протоколах его очной ставки со свидетелями ДДВ, ЧОВ и СМЮ, с 10 февраля 2022 г. ИАС содержался под стражей в ИВС МОМДВ России «Анадырский», с первых дней вел себя вызывающе, не соглашался с правилами внутреннего распорядка, высказывал претензии на действия сотрудников ИВС, шумел в камере. Со дня его прибытия в ИВС и до 18 марта 2022 г. ИАС несколько раз общался с начальником ИВС СВЮ, в ходе личных бесед с которым они достигли соглашения о том, что СВЮ обеспечит возможность проноса ФИО3 №39 на свиданиях с ФИО3 №38 двух мобильных телефонов (создать для этого «коридор») и не будет отказывать им в свиданиях, а последний будет тихо себя вести, соблюдая правила распорядка в ИВС, не будет портить казенное имущество и подавать жалобы на условия его содержания в ИВС. ФИО3 №39 о достижении такой договоренности с СВЮ свидетель в известность не ставил. В период с 10 до 18 марта 2022 г. через своего защитника адвоката ФИО3 №9 свидетель обменивался с ФИО3 №39 письмами, в которых объяснил ей, каким именно образом она должна будет ему пронести в ИВС телефон, условно обозначаемый в их переписке «бонусом». О такой переписке СВЮ было известно, но ее он не пресекал и давал подчиненным ему сотрудникам ИВС указания не препятствовать ФИО3 №38 переписываться с ФИО3 №39 18 марта 2022 г. ФИО3 №39 прибыла в ИВС с мобильным телефоном с целью его передачи ФИО3 №38, о чем СВЮ было достоверно известно. СВЮ лично встретил ФИО3 №39 на входе в ИВС и обеспечил ее проход в комнату свиданий без досмотра. Находясь в указанной комнате и воспользовавшись тем, что конвоир вышел или отвлекся, ФИО3 №39 передала ФИО3 №39 мобильный телефон марки «<данные изъяты>», который он положил к себе под одежду. После завершения свидания СВЮ и конвоир по имени А увели ФИО3 №38 обратно в камеру, не проводя при этом его личный досмотр. Затем в этот же день ИАС достиг с СВЮ договоренности, по условиям которой тот обеспечит «коридор» для проноса второго мобильного телефона в ходе свидания с ФИО3 №39 на следующий день 19 марта 2022 г. в обмен на примерное поведение и отсутствие жалоб со стороны ФИО3 №38 После этого ФИО3 №1 А.С. позвонил ФИО3 №39 и сообщил ей, что СВЮ обеспечит им очередное свидание в выходной день 19 марта 2022 г., во время которого она должна будет передать ему второй мобильный телефон с возможностью выхода в сеть «Интернет». 19 марта 2022 г. ФИО3 №39 прибыла в ИВС. СВЮ лично ее встретил на входе в ИВС и обеспечил ее проход в комнату свиданий без досмотра. Находясь в указанной комнате и воспользовавшись тем, что конвоир вышел или отвлекся, ФИО3 №39 передала ФИО3 №38 мобильный телефон марки «<данные изъяты>» с сим-картой, USB-кабель для его зарядки и пакет с сухими дрожжами, которые он положил к себе под одежду. Перед водворением в камеру после указанного свидания ФИО3 №38 по указанию СВЮ не досматривали на предмет наличия у него запрещенных предметов. О наличии у ФИО3 №38 в пользовании указанных выше мобильных телефонов было известно СВЮ и ФИО3 №19, а также должно было быть известно сотрудникам ИВС ДДВ и ФИО3 №43 (т. 6 л.д. 23-27, т. 7 л.д. 168-173, 175-177, т. 8 л.д. 85-90, 92-100, 102-106).

Согласно показаниям свидетеля ФИО3 №39, до ее прибытия в г. Анадырь в марте 2022 года они с ФИО3 №38 договорились, что она приобретет и передаст ему на свидании с ним мобильный телефон. Всего в марте 2022 г. у них состоялись три свидания: 18, 19 и 30 марта 2022 г. 28 марта 2022 г. в ИВС МОМВД России «Анадырский» у них состоялось церемония бракосочетания. 18 марта 2022 г. ФИО3 №39 обмотала лейкопластырем мобильный телефон и поместила под платье. Получив от следователя ФИО3 №16 разрешение на свидание, она позвонила СВЮ, который встретил ее на выходе в ИВС. Она передала ему разрешение на свидание с ФИО3 №38, он проводил ее в комнату для свиданий. При этом досмотру она не подвергалась. Спустя шесть-семь минут сотрудники конвоя завели в комнату свиданий ФИО3 №38 и поместили его в отсеке для содержащихся под стражей. ИАС сразу стал требовать позвать СВЮ, заявляя, что тот обещал ему обеспечить возможность обнять ребенка и супругу. Сотрудники конвоя вызвали СВЮ, который велел другим конвоирам, за исключением одного, покинуть комнату для свиданий. Затем оставшийся конвоир открыл дверь отсека для содержащихся под стражей, снял с ФИО3 №38 наручники и предоставил ему возможность обнять свидетеля с ребенком. Затем указанный конвоир на какое-то время вышел из комнаты свиданий, в которой остались сама свидетель, ее ребенок, ИАС и СВЮ Позже конвоир вернулся, а СВЮ вышел из комнаты свиданий. Во время свидания ИАС передал ФИО3 №39 через разделительную решетку белые листы бумаги, когда находившийся в комнате для свиданий конвоир отвлекся либо вышел, чем она воспользовалась. На следующий день 19 марта 2022 г. ФИО3 №39 получила от ФИО3 №42 мобильный телефон марки «<данные изъяты>» с сим-картой оператора сотовой связи «Мегафон», приобретенный той для того, чтобы иметь возможность общаться со своим супругом ФИО3 №41, который содержался в одной камере с ФИО3 №38 Указанный мобильный телефон ФИО3 №39 обмотала лейкопластырем и поместила под свою одежду. Таким же образом она спрятала обмотанные в лейкопластырь упаковки дрожжей. Затем вместе с сыном она прибыла в здание МОМВД России «Анадырский», получила у следователя ФИО3 №16 разрешение на свидание с ФИО3 №38, которое она передала лично СВЮ, встретившему их с ребенком на входе в ИВС. СВЮ сопроводил ее с ребенком в комнату для свиданий, не производя их досмотр. Спустя какое-то время в комнату завели ФИО3 №38 Во время их свидания находившейся в комнате сотрудник ИВС уснул или отвлекся, на что ФИО3 №1 А.С. обратил ее внимание. В этот момент она передала ему мобильный телефон, а также обмотанные в лейкопластырь и упакованные в бумажный конверт упаковки дрожжей. Помимо этого, во время всего свидания они держали друг друга за руки через разделительную решетку, однако такие их действия никем не пресекались. По мнению ФИО3 №39, если бы перед посещением ИВС ее досмотр проводила бы сотрудник ИВС женского пола, находившиеся при ней мобильные телефоны были бы обнаружены. После изъятия у ФИО3 №38 мобильных телефонов ей позвонил СВЮ и просил ни в коем случае не говорить о том, что он причастен к проносу ФИО3 №38 двух мобильных телефонов, угрожал созданием неблагоприятных последствий для ФИО3 №38 Кроме того, в ходе допросов свидетель ФИО3 №39 подтвердила принадлежность ей и ФЛС голосов, а также соответствие действительности их совместных диалогов, содержащихся в аудиофайлах, находящихся в распоряжении органа следствия (т. 6 л.д. 16-20, 28-31, т. 7 л.д. 54-68, 131-134, 135-138, 147-150).

В объяснениях от <дата> ИАС указал, что телефон марки «<данные изъяты>» был передан ему при помощи сотрудника ИВС ДДВ, который за вознаграждение в размере <данные изъяты> рублей получил указанный телефон у ФИО3 №39 18 марта 2022 г. и в этот же день положил его в спортивную сумку ФИО3 №38 Второй мобильный телефон марки «<данные изъяты>» был передан ему при помощи СВЮ, который 19 марта 2022 г. провел ФИО3 №39 в специальную комнату в ИВС, где хранятся личные вещи спецконтингента, в которой ФИО3 №39 в присутствии СВЮ положила мобильный телефон марки «<данные изъяты>». в карман куртки ФИО3 №38 В последующем во время выхода на прогулку ИАС надел свою куртку, в кармане которой лежал указанный мобильный телефон (т. 1 л.д. 74-76).

В этот же день ИАС подал заявление о совершении преступления, в котором сообщил о передаче ему ДДВ 18 марта 2022 г. мобильного телефона марки «<данные изъяты>» за вознаграждение (взятку) в размере <данные изъяты> рублей (т. 1 л.д. 70).

В ходе проведения ОРМ «опрос» <дата> ИАС подтвердил приведенные выше объяснения и дополнительно пояснил, что камера №, в которой он содержался, каждое утро подвергалась досмотру сотрудниками ИВС. С целью сокрытия мобильных телефонов он прятал их в своем нижнем белье, либо под мусорное ведро. Поскольку при выводе из камер их не досматривали, мобильные телефоны не были своевременно обнаружены сотрудниками ИВС (т. 1 л.д. 154-155).

В объяснениях следователю от <дата> ИАС подтвердил раннее приведенные объяснения (т. 1 л.д. 162-163).

В ходе проведения ОРМ «опрос» <дата> ИАС выдвинул другую версию передачи ему упомянутых выше мобильных телефонов, которой он в последующем придерживался в его допросе в качестве подозреваемого и обвиняемого по настоящему уголовному делу (т. 4 л.д.186-189, т. 5 л.д. 50-52).

ФИО3 №39 в своих объяснениях от <дата> заявила, что 18 марта 2022 г. после свидания с ФИО3 №38 она по его просьбе встретилась с сотрудником полиции ДДВ возле кинотеатра «Полярный» и передала ему <данные изъяты> руб. 19 марта 2022 г. ей позвонил ИАС и сообщил, что в этот день начальник ИВС СВЮ организовал им свидание и что она должна будет взять с собой для передачи ему мобильный телефон. Спустя примерно час ей позвонил СВЮ и сообщил, что он дает разрешение на их свидание и что с собой можно принести «передачку» ФИО3 №38 После этого ФИО3 №39 прибыла к зданию МОМВД России «Анадырский», захватив с собой мобильный телефон для его передачи ФИО3 №38 В фойе на первом этаже указанного здания ее встретил СВЮ и провел ее в ИВС. Далее он сопроводил ее до служебного кабинета, в который он зашел, осмотрелся и вышел со словами «Нормально». После этого в этот же кабинет по предложению СВЮ зашла ФИО3 №39, увидела на вешалке куртку ФИО3 №38, СВЮ взглядом указал ФИО3 №39 на эту куртку и она поняла, что ей необходимо положить в нее мобильный телефон, который она заранее захватила с собой. Она сделала это, положив его в боковой карман куртки. После этого СВЮ сопроводил ее в комнату для свиданий, где у нее прошла встреча с ФИО3 №38 (т. 1 л.д. 80-81, 83-84).

В этот же день ФИО3 №39 подала заявление о совершении преступления, в котором сообщила, что 18 марта 2022 г. она по просьбе ФИО3 №38 передала сотруднику ИВС ДДВ денежные средства в размере <данные изъяты> руб. (т. 1 л.д. 79).

В отобранных у нее следователем объяснениях от <дата> ФИО3 №39 подтвердила ранее данные ею объяснения, уточнив, что при помощи СВЮ она пронесла в ИВС мобильный телефон «ZTE» с установленной в него сим-картой оператора сотовой связи «Мегафон» и зарядное устройство к нему. Объяснения ее супруга ФИО3 №38 от <дата> о передаче ею ДДВ 18 марта 2022 мобильного телефона марки «Texet» не подтвердила, отрицая данный факт и настаивая на том, что по просьбе ФИО3 №38 она передала тому только денежные средства в размере 15 000 руб. Также ФИО3 №39 поясняла следователю, что видеозаписи передачи ДДВ указанных денежных средств у нее нет, что такую видеозапись она не осуществляла и она солгала о ней сотрудникам полиции с целью получения в будущем еще одного свидания с ФИО3 №38 в обмен на эту выдуманную видеозапись (т. 1 л.д. 177-179).

В ходе проведения ОРМ «опрос» <дата> ФИО3 №39 заявила о несоответствии действительности ранее данных ею объяснений от <дата>, а также о том, что изложенную в них версию они придумали с ФИО3 №38. Пояснила, что 18 марта 2022 г. она пронесла в ИВС кнопочный мобильный телефон и передала его ФИО3 №38 во время свидания с ним в тот момент, когда по просьбе СВЮ из комнаты свиданий вышел находящейся там сотрудник ИВС. Аналогичным образом 19 марта 2022 г. она пронесла в ИВС и передала ФИО3 №38 второй мобильный телефон марки «ZTE». После обнаружения и изъятия в камере ФИО3 №38 указанных мобильных телефонов ей около трех раз звонил СВЮ, просил, чтобы она не говорила, что именно он организовал пронос телефонов, чтобы она придумала какую-нибудь другую версию, угрожал созданием неблагоприятных последствий для ФИО3 №38 (т. 4 л.д. 191-192).

В объяснениях ФИО3 №39 следователю от <дата> она заявила, что самостоятельно пронесла и передала ФИО3 №38 мобильные телефоны без какой-либо помощи со стороны СВЮ и других сотрудников ИВС МОМВД России «Анадырский», что 18 марта 2022 г. она передала ФИО3 №38 во время свидания мобильный телефон «<данные изъяты>» в тот момент, когда ИАС. отвлек находящегося в комнате свиданий сотрудника ИВС просьбой позвать СВЮ Аналогичным образом 19 марта 2022 г. она передала ФИО3 №38 второй мобильный телефон марки «ZTE» в тот момент, когда находящийся в комнате свиданий сотрудник ИВС то ли отвлекся, то ли вышел. В обоих случаях она воспользовалась тем, что перед свиданием с ФИО3 №38 ее никто не досматривал (т. 5 л.д. 74-77).

Исходя из содержания приведенных показаний, объяснений названных свидетелей, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об их непоследовательности и очевидной противоречивости.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что, за исключением свидетелей ФИО3 №38 и ФИО3 №39, ни один из потерпевших и свидетелей обвинения, в том числе сотрудники ИВС ФИО3 №8, ФИО3 №18, ФИО3 №6, ФИО3 №4, ФИО3 №10, ФИО3 №21, ФИО3 №43, ФИО3 №13, ФИО3 №3, ФИО3 №28, ФИО3 №14, ФИО3 №2 и ФИО3 №19, которые несли службу в ИВС МОМВД России «Анадырский» в составе дежурных смен 18 и 19 марта 2022 г., не подтвердили ни наличие у СВЮ договоренности с ФИО3 №38, ни факт совершения СВЮ указанных стороной обвинения действий в рамках этой договоренности: личной встречи ФИО3 №39 на входе в ИВС, ее последующего сопровождения на свидание с ФИО3 №38 без проведения ее досмотра, конвоирования ФИО3 №38 после свидания с ФИО3 №39 и его водворения в камеру без поведения досмотра.

Согласно показаниям свидетелей из числа сотрудников ИВС, за исключением ГНВ и ФИО3 №3, никаких послаблений и привилегий в отношении ФИО3 №38 со стороны СВЮ не было, он никаким образом его не выделял и ко всем содержащимся в ИВС лицам относился одинаково.

Сотрудники ИВС ГНВ и ФИО3 №3 заявили о единственном (разовом) допущенном СВЮ послаблении в отношении ФИО3 №38 в виде указание снять с него наручники не в комнате свиданий, а перед ее входом, и в разрешении обняться ФИО3 №38 с ФИО3 №39 в самом начале их свидания. При этом ФИО3 №43 утверждал, что 18 марта 2022 г. не дежурил в то время как согласно постовой ведомости он и ФИО3 №3 дежурили 18 и 19 марта 2022 г.

ФИО3 ФИО3 №3 заявил о даче ему СВЮ во время свидания И указания покинуть комнату свиданий на непродолжительное время, показав, что, выйдя из комнаты свидания, остался стоять у двери на входе в нее и вместе со вторым конвоиром наблюдать за ходом свидания И, после чего через некоторое время он вновь зашел внутрь указанной комнаты.

При этом суд первой инстанции обоснованно учел, что названные указания СВЮ ФИО3 №3 не вменены подсудимому в качестве совершения им действий по созданию условий (обеспечения возможности) беспрепятственной передачи ФИО3 №39 мобильных телефонов ФИО3 №38

Суд первой инстанции дал оценку и тому, что ФИО3 №39 и ИАС охарактеризованы свидетелем ФИО3 №42 как подозрительные лица, а ИАС., неоднократно судимый за совершение мошеннических действий, одинаково отрицательно характеризуется не только сотрудниками органов внутренних дел, но и содержавшимися в одно время с ним в ИВС лицами, а также его защитником по иному уголовному делу, что нашло надлежащее отражение в обжалуемом приговоре.

Вопреки доводу апелляционного представления, суд привел в приговоре причины изменений показаний, указав, что, со слов ФИО3 №39, они придумали с ФИО3 №38 версию ради достижения им каких-то его целей. Также суд первой инстанции, установив лживость ФИО3 №38, тем самым обосновал изменение им показаний.

Таким образом, вопреки доводам апелляционного представления, суд первой инстанции, как того требует п. 4 ч. 1 ст. 305 УПК РФ, дал оценку каждому доказательству как в отдельности, так и в их совокупности, проведя подробный анализ всем доказательствам, на которые опиралось обвинение, в том числе показаниям свидетелей ФИО3 №38 и ФИО3 №39 путем исследования тех обстоятельств, которые были сообщены ими в ходе предварительного расследования и на стадии досудебного производства, и с учетом их личностей.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции находит верным вывод суда о том, что достоверность показаний свидетелей ФИО3 №38 и ФИО3 №39 вызывает сомнения, которые не могут быть устранены, в силу чего, как того требуют ч. 3 ст. 49 Конституции РФ и ч. 3 ст. 14 УПК РФ, эти сомнения верно истолкованы в пользу СВЮ

Таким образом, суд первой инстанции с учетом конкретных обстоятельств дела, предъявленного обвинения, руководствуясь принципом состязательности сторон, конституционным принципом о презумпции невиновности, согласно которому все неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого, правильно постановил в отношении СВЮ оправдательный приговор в связи непричастностью подсудимого к совершенному преступлению.

При таких обстоятельствах утверждения государственного обвинителя о наличии в действиях СВЮ состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, не соответствует действительности.

Довод государственного обвинителя, касающийся разрешения ходатайств, заявленных стороной защиты, основанием для отмены судебного решения также не является.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями ст. 273 - 291 УПК РФ.

В силу ч. 3 ст. 271 УПК РФ лицо, которому судом отказано в удовлетворении ходатайства, вправе заявить его вновь в ходе дальнейшего судебного разбирательства.

Сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, при этом ограничений прав стороны обвинения, допущено не было.

Все представленные сторонами суду доказательства были исследованы, заявленные ходатайства, в том числе стороны защиты об исследовании протоколов опросов ФИО3 №38 и ФИО3 №39 в рамках проведенных оперативно-розыскных мероприятий и в ходе досудебного производства, разрешены в установленном законом порядке, по ним приняты соответствующие решения.

То, что ходатайство стороны защиты об исследовании названных документов было удовлетворено судом без приведения мотивировки, не свидетельствует о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, поскольку это не лишило и не ограничило гарантированных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации прав участников уголовного судопроизводства, включая сторону обвинения, и само по себе не повлияло и не могло повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Несогласие государственного обвинителя с удовлетворением ходатайства, заявленного стороной защиты, об обратном не свидетельствует.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает приговор законным и обоснованным, постановленным на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела, а доводы апелляционного представления - несостоятельными.

На основании изложенного, руководствуясь статьями ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Анадырского суда Чукотского автономного округа от 26 сентября 2025 г. в отношении оправданного СВЮ оставить без изменения, апелляционной представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев через Анадырский городской суд Чукотского автономного округа.

СВЮ вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, данное ходатайство отражается в кассационной жалобе либо в отдельном заявлении или ходатайстве.

Судья Е.С. Новикова