Апелляционное постановление № 22-444/2024 от 9 апреля 2024 г. по делу № 1-94/2023

Судья Луговцева С.В. Дело 22-444


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 09 апреля 2024 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи Денисовой С.В.

при секретаре Суриковой Д.А.

с участием

осужденного ФИО2 посредством видео-конференц-связи,

адвоката Третьякова Н.С.,

прокуроров Беляева А.В., ФИО3,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу с дополнениями осужденного ФИО2 на приговор Палехского районного суда Ивановской области от 22 декабря 2023 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в д.<адрес>, гражданин РФ, судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ приговором Шуйского городского суда <адрес> по ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ к 3 годам лишения свободы, освободился ДД.ММ.ГГГГ по отбытии срока;

- ДД.ММ.ГГГГ приговором Палехского районного суда <адрес> по ч.3 ст.30, п.п. «а, б» ч.2 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы с ограничением свободы на 6 месяцев, ДД.ММ.ГГГГ отбыл основное наказание, дополнительное наказание отбыто ДД.ММ.ГГГГ;

- ДД.ММ.ГГГГ приговором Шуйского городского суда <адрес> по ч.1 ст.158, ч.1 ст.314.1 УК РФ, на основании ч.2 ст.69 УК РФ к 1 году 3 месяцам лишения свободы, ДД.ММ.ГГГГ освободился по отбытии срока наказания;

осужден по ч.1 ст.318 УК РФ к 1 году 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад председательствующего судьи, выслушав осужденного ФИО2, адвоката Третьякова Н.С., прокуроров Беляева А.В., ФИО3, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО2 признан судом виновным в совершении угрозы применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Обстоятельства совершения преступления подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным, не соответствующим требованиям ч.4 ст.7 и ст.297 УПК РФ. Полагает, что выводы суда не обоснованы доказательствами; что суд оценил доказательства не всесторонне и необъективно с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, не проверил их достоверность, их совокупность несправедливо признана достаточной для признания его виновным в совершении преступления; что судом уголовное дело рассмотрено формально и «имитационно», поскольку в этом же суде ранее рассмотрено дело в отношении ФИО10; что суд фактически принял решение согласно приговору в отношении ФИО10, в том числе, при устранении противоречий в показаниях потерпевшего, подсудимого, свидетелей со стороны обвинения и защиты, а также затронул обжалуемым приговором интересы ФИО10 в части признания законности и обоснованности действий сотрудников ДПС ФИО7 и Потерпевший №2, что препятствует ФИО10 в обжаловании его приговора. Выражает несогласие с судебной оценкой показаний потерпевшего и свидетелей обвинения, которые приняты судом, и показаний подсудимого и свидетелей защиты, которые отвергнуты, как недостоверные. Полагает, что эти выводы суда опровергаются установленными фактическим обстоятельствами. Отмечает отсутствие доказательств получения ФИО7 и Потерпевший №2 звонка с информацией о движении автомобиля с водителем в состоянии опьянения и дальнейшего преследования ими этого автомобиля, что опровергается видеозаписью, которой зафиксирован только подъезд автомобиля ДПС к стоящему автомобилю. Указывает на незаконность действий сотрудников ДПС, которые не предложили ФИО10 пройти освидетельствование, а затем медицинское освидетельствование, а спровоцировали инцидент с применением к ФИО10 физической силы, чем порочили правоохранительные органы, в связи с чем он их остановил и призвал к человеческому отношению; что он не намерен был исполнять угрозу и применять насилие, высказался так, исходя из своего словарного запаса; что наличие табельного оружия препятствовало сотрудникам полиции воспринимать его угрозы реально; что действия сотрудников в отношении ФИО10 были неправомерны, поскольку его нахождение на водительском месте в состоянии опьянения не свидетельствует об управлении им автомобилем в таком состоянии. Отмечает противоречивость выводов суда, отвергнувшего как недостоверные его показания, показания ФИО10 и ФИО11 ввиду их дружбы и избранной позицией защиты, но доверившего показаниям ФИО7, Потерпевший №2, Свидетель №3 и Свидетель №4, являвшихся коллегами по работе, которые сами прибыли к ним на кладбище по заранее спланированному умыслу. Выражает несогласие с решением суда по гражданскому иску, которое должно было рассматриваться в гражданском судопроизводстве, поскольку ФИО7 является сотрудником полиции и исполнял свои обязанности, оценка его поведению не дана. Отмечает, что исключением из объема обвинения излишне вмененных обстоятельств содеянного суд первой инстанции вышел за пределы судебного разбирательства, что подтверждается присвоением свидетелю Потерпевший №2 статуса потерпевшего в приговоре суда. Считает, что судом не установлено событие преступления, не выяснены обстоятельства, способствующие совершению деяния, что, в свою очередь, породило неустранимые сомнения в приговоре. Полагает, что выводы суда о событиях преступления не подтверждаются исследованными доказательствами; что судом не проверены обстоятельства административного правонарушения ФИО10 как обоснования законности действий сотрудников полиции, что подтверждается отсутствием постановления по делу об административном правонарушении; что суд не обосновал выводы о квалификации его действий, статус ФИО7 как представителя власти таким обоснованием не является; что оценка полномочиям ФИО7 не дана. Считает свои действия правомерными. Отмечает допущенное судом нарушение уголовного закона в указании неверной статьи устанавливающей отягчающее его наказание обстоятельство; игнорирование судом смягчающих наказание обстоятельств при назначении наказания. Выражает несогласие с признанием отягчающим наказание обстоятельством нахождение его в состоянии опьянения, полагая, что употребление алкоголя само по себе не свидетельствует о его влиянии на поведение осужденного; выводы суда в этой части противоречат заключению судебно-психиатрической экспертизы и его отсутствию на учете у нарколога. Просит приговор суда отменить.

В судебном заседании осужденный ФИО4 и адвокат Третьяков Н.С. поддержали доводы жалобы, дополнительно отметив, что судом не были установлены у потерпевшего обстоятельства передачи им диска с видеозаписью следователю, который заявлял, что не помнит этих обстоятельств; что свидетель Свидетель №2 давал суду ложные показания, в том числе, о времени направления административного дела в мировой суд; что в постановлении по делу об административном правонарушении в отношении ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ дана оценка превышению сотрудниками ДПС своих полномочий. Сославшись на показания ФИО7 и рапорта инспекторов ФИО7 и Потерпевший №2, изложенные в постановлении по делу об административном правонарушении, о нахождении на маршруте, получении сообщения о движении по улицам автомобиля ФИО10, за которым они поехали, о наблюдении движения вилявшего по дороге автомобиля; об остановке автомобиля у кладбища и перегораживании пути его движения, о признаках алкогольного опьянения ФИО10 и его доставлении в ОГИБДД; ФИО2 отметил их отличие от рапортов ФИО7 и Потерпевший №2, имевшихся в материалах уголовного дела, в части отсутствия в административном материале упоминаний о его действиях, хотя все рапорта сотрудников ДПС должны быть одинаковыми, заявил о фальсификации документов. Указал на его осуждение за преступление ФИО10 и на основании его обвинения; на необоснованность разделения уголовных дел при одном событии преступления и незаконность его розыска; на лишение его права на защиту отсутствием возражений прокурора при направлении им жалобы; на наличие у него спортивных навыков, позволявших ему реализовать угрозу при желании этого; на противоречие установлением мировым судьей совершения ФИО10 административного правонарушения в то время как их осудили за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ; на истечение сроков давности привлечения ФИО10 к административной ответственности; на превышение действиями сотрудников ДПС своих полномочий в части требований к ФИО10 о прохождении освидетельствования и применения физической силы за его отказ; на сокрытие Свидетель №2 и ФИО18 этих обстоятельства и фабриковании уголовного дела; заявил о привлечении их к уголовной ответственности. Адвокат Третьяков Н.С. отметил противоречие в восприятии потерпевшим ФИО7 нецензурной брани ФИО10 как связи слов и при восприятие высказанных ФИО5 угроз реально; неубедительность и неконкретизированность выводов суда по иску потерпевшего, поскольку нравственные страдания потерпевшего в протоколе не отражены. Просили отменить приговор ввиду его вынесения на основании ненадлежащего административного материала, противоречивости показаний ФИО7 и Потерпевший №2; голословности заявления потерпевшего ФИО7 о моральных страданиях; двоякого статуса свидетеля ФИО10 со стороны защиты и обвинения.

Прокуроры Беляев А.В. и ФИО3 возражали по доводам жалобы, просили приговор изменить, указав на зачет времени содержания ФИО5 под стражей.

Проверив материалы дела и судебное решение, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Фактические обстоятельства совершенного деяния правильно установлены судом первой инстанции на основании исследованных доказательств. Выводы суда о виновности осужденного в совершении угрозы применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, подтверждены совокупностью доказательств и никаких сомнений не вызывают. Все юридически значимые обстоятельства, необходимые для правильного разрешения уголовного дела, судом учтены.

Вина ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, подтверждается:

- показаниями потерпевших ФИО7 и Потерпевший №2 о поступлении телефонного звонка с сообщением о движении по городу автомобиля УАЗ под управлением водителя, находящегося в состоянии опьянения; о наблюдении ими движения этого автомобиля, его преследовании и остановки служебной машины перед автомобилем; о нахождении за рулем машины ФИО10, имевшего признаки опьянения; о подходе ФИО7 к водителю в целях проверки документов и поступившей информации о его состоянии; о воспрепятствовании его действиям ФИО2, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, который отталкивал ФИО7 от двери водителя, требовал оставить их в покое, угрожал ФИО7 разбить лицо, убить, сжечь в автомобиле; о нахождении у машины еще одного мужчины и трех женщин, которые окружили их и также препятствовали выполнению ими своих должностных обязанностей; о реальности восприятия ФИО7 высказанных угроз ввиду обстановки, нахождения ФИО5 в состоянии опьянения, его агрессивного поведения, превосходства в антропометрических данных; о вызове им подкрепления; о безрезультатных попытках успокоить ФИО5; о приезде сотрудников Росгвардии, о нанесении ФИО10 ударов им обоим; о доставлении ФИО10 и ФИО5 в отдел полиции;

- показаниями свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4 о получении сообщения о необходимости оказания помощи сотрудникам полиции в районе кладбища; о нахождении рядом с автомобилем УАЗ ФИО2, ФИО10 и еще одного мужчины и трех женщин, которые общались с сотрудниками ДПС ФИО7 и Потерпевший №2; об агрессивном поведении ФИО5 и ФИО10, находившихся в состоянии алкогольного опьянения и воспрепятствовании Самокатовым действиям сотрудников ДПС, пытавшихся усадить ФИО10 в машину; о размахивании им руками и высказывании в адрес сотрудников ДПС угроз физической расправой, сжимании кулаков при этом, нахождении в боевой стойке; об удерживании им ФИО5, который вырывался; о сопротивлении ФИО10; о доставлении ФИО5 и ФИО10 в отдел полиции;

- показаниями свидетеля Свидетель №2 о поступлении сообщения от ФИО7 о задержании автомобиля под управлением ФИО10 и нуждаемости в срочной помощи ввиду оказанного неповиновения и сопротивления; о сообщении им руководству и направлении на место происшествия на помощь инспекторам ДПС;

- показаниями свидетеля ФИО11 о его приезде на кладбище в автомобиле УАЗ под управлением ФИО10, совместно с ФИО5, находившимся в состоянии опьянения, и тремя женщинами; о подъехавшим за ними на парковку автомобиле ДПС и подходе одного сотрудника к двери водителя; о выходе всех пассажиров из машины; требованиях ФИО5 к сотрудникам ДПС уехать, об агрессивном поведении ФИО5 и его разговоре с сотрудниками на повышенных тонах; о приезде сотрудников Росгвардии и задержании ФИО10;

- содержанием 2 файлов видеозаписи с регистратора «ДОЗОР», закрепленного на форме инспектора ФИО7, протоколом ее осмотра, которыми установлены обстоятельства преследования сотрудниками ДПС на служебном автомобиле машины УАЗ под управлением ФИО10, остановки служебного автомобиля перед автомобилем УАЗ; следование инспектора ФИО7 к двери водителя; загораживание ему прохода ФИО2, требовавшим, чтобы сотрудники уехали; объяснениях ФИО7 о необходимости общения с водителем автомобиля и целях приезда; высказывание ФИО5 угрозы ФИО7 разбить лицо; вызов ФИО7 помощи по рации и по телефону; высказывание ФИО5 угрозы сжечь ФИО7 вместе с машиной; высказывания находящихся на месте женщин возмущения в адрес сотрудников полиции; предъявление удостоверения ФИО7; его нахождение при этом в кругу между женщиной, ФИО5 и подошедшим к ним ФИО10, которому ФИО7 предложил сесть в машину; неоднократное высказывание ФИО5 угрозы избить ФИО7; окружение ФИО7 всеми вышедшими из автомобиля мужчинами и женщинами; предупреждение ФИО7 о привлечении ФИО5 к уголовной ответственности в случае таких действий, который в ответ на это вновь высказал неоднократные требования к ФИО7 уехать и отпустить ФИО10; при попытке ФИО7 разъяснить необходимость их общения с ФИО10 высказывание ФИО5 угрозы убить ФИО7; последовавшее после разъяснения ФИО7 цели их приезда и необходимости проверки сообщения высказывание ФИО5 намерения драться с сотрудниками полиции; противоправное поведение ФИО10; замахивание ФИО5 руками в направлении ФИО7 и его удерживание сотрудниками Росгвардии, от которых тот пытался вырваться, двигаясь вплотную к ФИО7; агрессивное поведение ФИО5 и ФИО10, оказывавших активное сопротивление сотрудникам полиции, выражавшихся в их адрес нецензурной бранью и высказывавших намерение и пытавшихся применить к ним насилие при попытке усадить ФИО10 в машину; обстоятельства задержания ФИО10, неоднократные высказывания ФИО5 в ходе общения с сотрудниками ДПС грубой нецензурно брани, общение с ФИО7 на повышенных тонах;

- приказами о назначении и должностными регламентами инспекторов группы ДПС ГИБДД МО МВД РФ «Южский» ФИО7 и Потерпевший №2; постовой ведомостью, графиком сменности и служебным заданием от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждающими исполнение инспекторами ДПС ФИО7 и Потерпевший №2 своих должностных обязанностей во время совершения осужденным преступления;

- актом освидетельствования ФИО10 на состояние опьянения, протоколами о задержании транспортного средства, об отстранении от управления транспортным средством ФИО10, о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, актами медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО10 и ФИО5, установившими наличие у ФИО10 признаков опьянения и отказ от прохождения от освидетельствования ФИО10 и ФИО5;

- протоколом об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, составленным в отношении ФИО10 за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.26 КоАП РФ за невыполнение им законного требования о прохождении медицинского освидетельствования;

а также другими доказательствами, полностью согласующимися между собой, содержание которых подробно приведено в приговоре.

Все представленные суду доказательства оценены в соответствии со ст.ст. 17, 87-88 УПК РФ. Приговор основан на относимых, допустимых и достоверных доказательствах, совокупности которых достаточно для вывода о виновности осужденного в инкриминированном деянии.

Позиция осужденного, поддержанная его защитником и изложенная в апелляционной жалобе, о его невиновности; о правомерности своих действий и призыве сотрудников полиции к человеческому отношению, о незаконности действий сотрудников полиции, которые хотели привлечь ФИО10 к ответственности, хотя тот не управлял автомобилем УАЗ, стоявшим на парковке в момент их приезда; о высказывании им угроз для связки слов в силу его привычной манеры общения в целях защиты ФИО10 от незаконных действий сотрудников полиции без намерений реализовать эти угрозы, об отсутствии у потерпевшего ФИО7 реальных оснований опасаться этих угроз, о его оговоре сотрудниками полиции с целью скрыть свои противоправные действия, была предметом тщательной проверки и всесторонней оценки суда первой инстанции и обоснованно отвергнута. Показания осужденного в этой части опровергаются содержанием видеозаписи с устройства «ДОЗОР», показаниями потерпевших ФИО7, Потерпевший №2, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3 и Свидетель №4, которыми достоверно установлено, что сотрудники ДПС ФИО7 и Потерпевший №2, получив сообщение о движении по городу автомобиля УАЗ под управлением ФИО10, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, следовали за этим автомобилем до остановки его на парковке у кладбища, перегородив своим автомобилем дорогу автомобилю УАЗ; что инспектор ФИО7 подошел к двери водителя в целях проверки документов и поступившего сообщения; инспектора ФИО7 и Потерпевший №2 находились в присвоенной форме одежды, имеющие все необходимые реквизиты, позволяющие определить их статус представителей власти; что Самокатов пытался воспрепятствовать ФИО7 в исполнении его обязанностей по проверке поступившего сообщения и документов водителя ФИО10, находившегося в состоянии опьянения; что при разъяснении ФИО5 целей общения с водителем, тот осознанно неоднократно высказал угрозы применения насилия в отношении инспектора ДПС ФИО7, в том числе, разбить ему лицо, сжечь в автомобиле, убить, выражаясь при этом грубой нецензурной бранью, игнорируя представленное ФИО7 служебное удостоверение и предупреждение его об уголовной ответственности за его действия, чему Самокатов проявил очевидное пренебрежение; что у ФИО7 имелись основания опасаться реализации этих угроз с учетом обстановки, его нахождения в окружении знакомых ФИО5 и ФИО10, выражавших явное недовольство действиями сотрудников полиции, допускавших грубые выкрики и нецензурную брань, агрессивного поведения ФИО5, находившегося в состоянии опьянения и всячески демонстрировавшего готовность применить насилие в отношении ФИО7 и удерживаемого от попыток сделать это сотрудниками Росгвардии.

Доводы осужденного о незаконности действий сотрудников полиции, об управлении ФИО10 автомобилем до кладбища в трезвом состоянии, об употреблении им алкоголя в стоявшей на месте машине, опровергаются содержанием видеозаписи с устройства «ДОЗОР», показаниями потерпевших ФИО7 и Потерпевший №2, материалами дела об административном правонарушении в отношении ФИО10, которыми достоверно установлено движение автомобиля УАЗ под управлением ФИО10, имевшего все признаки, позволяющие удостовериться в его нахождении в состоянии алкогольного опьянения, что возлагало на сотрудников ДПС обязанности проверить поступившее сообщение, пресечь противоправное деяние, в том числе, содержащее признаки административного правонарушения, задокументировать обстоятельства его совершения, осуществить производство по делу об административном правонарушении.

Вопреки доводам осужденного законность привлечения к административной ответственности ФИО10 и соблюдение требований закона при осуществлении производства по делу об административном правонарушении, были предметом проверки суда первой инстанции в части имеющей юридическое значение для установления законности действий сотрудников ДПС ФИО7 и Потерпевший №2, которая правильно признана достоверно установленной достаточной совокупностью доказательств. Исследованные судом первой инстанции в качестве доказательств материалы по делу об административном правонарушении в отношении ФИО6 правильно признаны относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами. Нарушений требований закона при их получении в части имеющей отношение к делу обоснованно не усмотрено.

Представленными суду апелляционной инстанции постановлением мирового судьи судебного участка № Палехского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о назначении административного наказания ФИО10 за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.26 КоАП РФ, и решением Палехского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по жалобе на это постановление, которым оно фактически оставлено без изменения, указанные обстоятельства также подтверждены. Отсутствие данных процессуальных документов на момент рассмотрения дела судом первой инстанции не влияет на правильность выводов суда о законности действий сотрудников ДПС ФИО7 и Потерпевший №2 и достоверность установленных судом фактических обстоятельств совершения преступления. Доводы осужденного об обратном основаны на неверном понимании закона.

Вопреки доводам ФИО2 факты получения сотрудниками ДПС ФИО7 и Потерпевший №2 сообщения о движении автомобиля с водителем в состоянии опьянения и дальнейшего преследования ими этого автомобиля достоверно установлены показаниями потерпевших ФИО7 и Потерпевший №2, содержанием видеозаписи, которой, в том числе, достоверно зафиксировано общение сотрудников ДПС, преследовавших автомобиль УАЗ, относительно его передвижения и сообщение инспектором ДПС ФИО7 на месте происшествия ФИО5 и ФИО10 о содержании поступившего им сообщения, послужившего основанием для их прибытия на место происшествия; материалами дела об административном правонарушении, а также следует из исследованных судом апелляционной инстанции рапортов инспекторов ДПС ФИО7 и Потерпевший №2 о событиях совершенного ФИО2 преступления.

Ссылки осужденного на незаконность действий сотрудников ДПС, которые не предложили ФИО10 пройти освидетельствование, а затем медицинское освидетельствование, опровергаются составленными в установленном законом порядке в период с 9 часов 15 минут до 10 часов 20 минут в здании МО МВД РФ «Южский», наряду с протоколами о задержании транспортного средства и об отстранении от управления транспортным средством ФИО10 в связи с имеющимися у него признаками опьянения, - актом освидетельствования ФИО10 на состояние опьянения, от которого тот отказался и протоколом о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, составленным в здании ОБУЗ «Южская ЦРБ», актом № медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО10, установившим наличие у ФИО10 признаков опьянения и его отказ от прохождения от освидетельствования, а также протоколом об административном правонарушении по факту невыполнения ФИО10 законного требования о прохождении медицинского освидетельствования. Обстоятельства составления данных процессуальных документов подтверждены показаниями потерпевшего ФИО7, свидетеля Свидетель №2

Содержанием видеозаписи с устройства «ДОЗОР», показаниями потерпевших ФИО7, Потерпевший №2, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, ФИО11 достоверно установлено, что инициатором общения с потерпевшими, неоднократно обращавшими внимание осужденного на цель своего прибытия и необходимость общения с ФИО10 для проверки документов и поступившего сообщения, являлся сам осужденный ФИО2; что инспекторы ДПС ФИО7 и Потерпевший №2 при общении с ним действовали в соответствии с требованиями федерального законодательства и должностными регламентами; что умысел осужденного на совершение преступления сформировался и был им реализован независимо от деятельности сотрудников ДПС. Провокации в действиях сотрудников полиции, заранее спланированных ими действий по возбуждению у осужденного умысла на совершение преступления не установлено.

Доводы осужденного о превышении сотрудниками ДПС своих полномочий в части предъявления требований к ФИО10 о прохождении освидетельствования несостоятельны и опровергаются достаточной совокупностью доказательств, устанавливающих законность действий ФИО7 и Потерпевший №2 в отношении ФИО10 в части имеющей юридическое значение для дела. Заявления ФИО5 о сокрытии сотрудниками полиции факта применения к ФИО10 физической силы судом не принимаются, поскольку выходят за пределы предмета настоящего судебного разбирательства.

Правомочность сотрудников ДПС ФИО7 и Потерпевший №2, статус потерпевшего ФИО7 как представителя власти и его нахождение при исполнении служебных полномочий во время совершения преступления подтверждены, помимо показаний потерпевших ФИО7 и Потерпевший №2 и свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, относительно нахождения потерпевшего ФИО7 в присвоенной форме одежды, имеющей все отличительные признаки представителя власти, - приказами о назначении их на занимаемые должности, их должностными регламентами, постовой ведомостью, графиком сменности и служебным заданием, а также содержанием видеозаписи. Доводы осужденного об отсутствии оценки данных обстоятельств судом первой инстанции необоснованны.

С учетом установленных обстоятельств совершения преступления, окружающей потерпевшего обстановки, количества лиц, выражавших солидарность с поведением осужденного, находившегося в состоянии опьянения, его агрессивного настроя и попыток реализовать свои угрозы, агрессивного поведения ФИО10, само по себе наличие у потерпевшего ФИО7 табельного оружия не устраняло и не умаляло реальность восприятия потерпевшим высказанных угроз и опасений относительно возможности их реализации осужденным. Наличие спортивных навыков у осужденного с учетом всех установленных фактических обстоятельств совершения преступления не свидетельствует об отсутствии у него намерений реализовать высказанные потерпевшему угрозы и об отсутствии у потерпевшего оснований опасаться их реализации.

Заявления осужденного о рассмотрении его уголовного дела по судебному решению, вынесенному по уголовному делу в отношении ФИО10 по тем же событиям, о противоречии установлением мировым судьей совершения ФИО10 административного правонарушения в то время как их осудили за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ; о его осуждении за преступление ФИО10 и на основании его обвинения; об идентичности выводов судов в обоих приговорах относительно оценки противоречий в показаниях потерпевших, надуманны и опровергаются содержанием оспариваемого приговора и представленного суду апелляционной инстанции приговора Палехского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного в отношении ФИО10 по ч.1 ст.318 УК РФ по событиям иного деяния. Само по себе совершение ФИО10 преступления, в том числе, в отношении потерпевшего ФИО7, и аналогичность доводов осужденного ФИО2 о незаконности действий сотрудников полиции на месте происшествия, заявления осужденного не подтверждает.

Доводы осужденного относительно затрагивания интересов ФИО10 оспариваемым приговором в части обжалования законности действий сотрудников полиции, и истечения сроков давности привлечения ФИО10 к административной ответственности подлежат обжалованию в ином установленном законом порядке, на правильность выводов суда первой инстанции они не влияют.

Ссылки осужденного на неустановление обстоятельств передачи потерпевшим диска с видеозаписью следователю надуманны и опровергаются протоколом выемки у потерпевшего ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ оптического диска с 2 файлами видеозаписи событий ДД.ММ.ГГГГ с регистратора «ДОЗОР», которые исследованы судом. Оснований сомневаться в подлинности диска и содержащихся на нем файлов видеозаписи у суда апелляционной инстанции не имеется.

Обстоятельства фиксации видеозаписи с регистратора на диск достоверно установлены судом первой инстанции из показаний потерпевшего ФИО7 в судебном заседании. Оснований сомневаться в достоверности и допустимости видеозаписи у суда апелляционной инстанции не имеется.

Ссылки осужденного на ложность показаний свидетеля Свидетель №2 относительно времени направления административного дела в мировой суд несостоятельны и опровергаются протоколом судебного заседания, согласно которому свидетель Свидетель №2 о таких обстоятельствах показаний не давал.

Различие содержания рапортов сотрудников ДПС и показаний потерпевшего ФИО7 в материале по делу об административном правонарушении в отношении ФИО10 по ч.2 ст.12.26 КоАП РФ и в материалах уголовного дела в части полноты указанных в них событий ДД.ММ.ГГГГ и обстоятельств, на которых сакцентировано внимание сотрудников полиции, обусловлено характером административного производства, проводимого в отношении ФИО10, и уголовного судопроизводства в отношении ФИО1, существа событий административного правонарушения, совершенного ФИО10, и событий преступления ФИО2

О недостоверности и противоречивости показаний потерпевших ФИО7 и Потерпевший №2 относительно обстоятельств совершения осужденным преступления либо о фальсификации материалов дела эти отличия не свидетельствуют.

Ссылки осужденного на законодательное требование идентичности всех рапортов вне зависимости от судопроизводства надуманны и основаны на неверном понимании закона.

Вопреки доводам осужденного постановление о назначении административного наказания в отношении ФИО10 не содержит каких-либо юридически значимых для доказанности виновности осужденного и квалификации его действий выводов относительно законности действий сотрудников ДПС.

Суд подробно и всесторонне проанализировал показания потерпевших ФИО7 и Потерпевший №2, свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, об обстоятельствах совершения осужденным преступления и обоснованно признал их достоверными и допустимыми доказательствами, поскольку их показания являются последовательными, логичными, обстоятельными, стабильными, согласуются между собой, дополняют друг друга и объективно подтверждаются другими доказательствами по делу, приведенными в приговоре. Нарушений требований уголовно-процессуального закона при их получении не выявлено. Оснований для признания показаний потерпевших и указанных свидетелей недостоверными и недопустимыми доказательствами, верно не установлено. Каких-либо оснований для оговора ими осужденного либо наличия у них личных неприязненных отношений к осужденному, либо их заинтересованности в исходе дела не установлено.

Доводы осужденного о недостоверности показаний потерпевших и перечисленных свидетелей являются несостоятельными. Каких-либо оснований сомневаться в достоверности этих показаний судебным инстанциям не представлено, в материалах дела таковых также не имеется. Нахождение потерпевших на службе в системе правоохранительных органов и занимаемые ими должности сами по себе не свидетельствуют о недостоверности данных показаний. Напротив, показания потерпевших и указанных свидетелей нашли объективное подтверждение в видеозаписи с регистратора «ДОЗОР».

Показания свидетеля ФИО11 обоснованно приняты судом как достоверные в части, согласующейся с показаниями потерпевших и свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4, а также с содержанием видеозаписи событий с устройства «ДОЗОР».

Показания свидетелей ФИО11 и ФИО10 в части управления ФИО10 автомобилем УАЗ в трезвом состоянии, употреблении им алкоголя в течение 5-10 минут на парковке, когда автомобиль стоял и не двигался, и последующем приезде сотрудников полиции, справедливо признаны недостоверными ввиду их противоречия, помимо показаний потерпевших, видеозаписи с устройства «ДОЗОР», которым, в том числе, подтверждено движение автомобиля УАЗ, его остановка на парковке одновременно со служебным автомобилем ДПС, последовавшим за этим приходом потерпевшего ФИО7 к водительской двери, где сидел ФИО10, и начавшимся общением с осужденным, мужчиной и 2 женщинами, вышедшими из автомобиля, а также выход из машины ФИО10 через нескольких секунд после остановки автомобиля и начала общения ФИО7 с ФИО1, явные признаки нахождения ФИО10 в состоянии алкогольного опьянения, как и ФИО1 и двух женщин, общавшихся с потерпевшим ФИО7

Доводы о двоякости статуса свидетеля ФИО10, повлекшей нарушения права осужденного на защиту, несостоятельны и опровергаются содержанием оспариваемого приговора, где каких-либо сомнений и неясностей в этой части не имеется.

Ссылки адвоката Третьякова Н.С. на противоречие в восприятии потерпевшим ФИО7 нецензурной брани ФИО10 и угроз ФИО2 несостоятельны и опровергаются показаниями потерпевшего ФИО7, где тот напротив отмечал восприятие высказанной в ходе общения нецензурной брани как элемента его устрашения.

Вопреки доводам осужденного и адвоката значимых противоречий в показаниях потерпевших ФИО7 и Потерпевший №2, а также свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 об обстоятельствах совершения преступления, имеющих существенное значение для дела, не имеется.

Принимая по внимание изначальный объем инкриминированного ФИО2 обвинения, где ему вменялось в вину, в том числе, участие в событиях преступления в отношении Потерпевший №2, и исключение таких обстоятельств из обвинения судом первой инстанции в оспариваемом приговоре, проверяемом апелляционной инстанцией, оснований для корректировки статуса потерпевшего Потерпевший №2 не имеется. На правильность выводов суда в части фактических обстоятельств совершения осужденным преступления в отношении ФИО7, доказанности виновности осужденного в совершении этого деяния и юридической квалификации его действий определенный судом первой инстанции статус потерпевшего Потерпевший №2 не влияет.

Нарушения пределов судебного разбирательства, предусмотренных ст.252 УПК РФ, уменьшением объема обвинения, как и оставлением Потерпевший №2 в статусе потерпевшего, судом первой инстанции не допущено. Доводы осужденного в этой части надуманны.

Нарушения процессуальных прав осужденного выделением в отношении него в отдельное производство уголовного дела в связи с его розыском не допущено. Указанное процессуальное решение принято в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства РФ, исходя из проводимых в отношении осужденного розыскных мероприятий, наличие которых подтверждено, в том числе, исследованными судом первой инстанции сообщением оперуполномоченного ОУР МО МВД РФ «Южский» ФИО13, протоколом осмотра помещения, которым зафиксировано отсутствие осужденного по месту жительства и оставление ему повестки в почтовом ящике, рапортами следователя ФИО14 о неявках осужденного по вызовам и неоднократном оставлении ему повесток по месту жительства о явке для проведения следственных действий, сообщением врио начальника МО МВД РФ «Южский» ФИО15 о комплексе проведенных оперативно-розыскных мероприятий по установлению местонахождения осужденного, в том числе, с помощью социальных сетей, а также показаниями осужденного о предпринятых попытках общения с ним сотрудников полиции через социальную сеть в связи с его неявками к следователю.

Доводы осужденного о фальсификации в отношении него уголовного дела несостоятельны. Доказательств этому, как и доказательств незаконности действий органов предварительного расследования не имеется. Все доказательства, положенные судом в основу приговора, являются достоверными. Нарушений требований уголовно - процессуального законодательства РФ при их получении не допущено.

Вопреки доводам жалобы все доказательства, исследованные в судебном заседании, подробно и правильно изложены в приговоре, тщательно проанализированы и обстоятельно оценены судом в совокупности, с изложением мотивов, по которым суд признал одни доказательства допустимыми и достоверными, а другие отверг. Каких-либо предположений, противоречий и сомнений выводы суда не содержат.

Суд апелляционной инстанции считает правильной произведенную судом первой инстанции оценку всех исследованных доказательств по этому преступлению. Сомнений в виновности ФИО1. в совершении угрозы применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, и в правильности юридической квалификации его действий не имеется.

Вопреки доводам осужденного неполноты предварительного расследования и судебного следствия, суд апелляционной инстанции не усматривает. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, имеющие значение для дела, предусмотренные ч.1 ст.73 УПК РФ, судом первой инстанции установлены на основании совокупности исследованных доказательств.

Анализируя содержание апелляционной жалобы и доводов осужденного и его защитника в судебном заседании, суд апелляционной инстанции отмечает, что все они сводятся фактически к переоценке доказательств по делу, надлежащая и правильная оценка которым дана в приговоре. Однако несогласие осужденного и защитника с судебной оценкой доказательств не свидетельствует о допущенных судом нарушениях норм материального и процессуального права.

Исходя из фактических обстоятельств содеянного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для оправдания осужденного по этому преступлению, либо для изменения юридической квалификации преступления, данной судом первой инстанции по ч.1 ст.318 УК РФ. Юридическая квалификация действий осужденного соответствует содержащемуся в приговоре описанию преступного деяния, является правильной, в ее обоснование судом приведены убедительные и обстоятельные мотивы, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается. Указанные в приговоре обстоятельства совершения преступления полностью соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам и в корректировке не нуждаются.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из установленных фактических обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО2 осознанно, руководствуясь мотивом неуважения к сотрудникам правоохранительных органов, в связи с исполнением инспектором ДПС ФИО7 своих должностных обязанностей, в целях воспрепятствования законной деятельности сотрудника полиции неоднократно высказал угрозу применения насилия в отношении инспектора ДПС ФИО7, которую тот воспринимал реально, исходя из агрессивного поведения осужденного, находящегося в состоянии опьянения, демонстрации им готовности применить насилие, окружающей обстановки и превосходства антропометрических данных осужденного.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что судом первой инстанции в качестве доказательства необоснованно приведены рапорта инспектора группы по осуществлению административного надзора ОУУП и ПДН МО МВД РФ «Южский» ФИО16, следователя СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО17, заместителя руководителя СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО18 об обнаружении признаков преступления, которые доказательственного значения по смыслу уголовно-процессуального законодательства РФ не несут, в связи с чем подлежат исключению из приговора. Данное уточнение не влияет на правильность выводов суда о доказанности виновности осужденного.

Назначенное ФИО2 наказание отвечает требованиям ст.ст. 43, 60 УК РФ.

При его назначении суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, отнесенного к категории преступлений средней тяжести против порядка управления, данные о личности осужденного, установленные по делу смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также иные обстоятельства, указанные в приговоре, в связи с чем пришел к правильному выводу о достижении целей наказания только при назначении ФИО2 наказания в виде реального лишения свободы, поскольку в противном случае наказание не будет отвечать принципу справедливости, способствовать исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Установленные по делу смягчающие обстоятельства, в том числе отмеченные в суде апелляционной инстанции, а именно наличие у осужденного двоих малолетних детей, оказание помощи матери, имеющей заболевания, его состояние здоровья, принесение извинений потерпевшему, признаны судом таковым и в полной мере учтены при назначении наказания, наряду с отсутствием сведений о его состоянии на учетах у нарколога и психиатра, его удовлетворительными характеристиками по месту жительства, отсутствием нарушений административного надзора, а также со всеми иными сведениями о личности осужденного, имеющимися в материалах дела и сообщенными им суду. Иных смягчающих наказание обстоятельств по делу судом первой инстанции верно не усмотрено.

Доводы осужденного об игнорировании судом смягчающих наказание обстоятельств несостоятельны.

При этом учитывая установленное наличие у осужденного двух малолетних детей, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить вводную часть приговора указанием на наличие у осужденного «малолетних» детей вместо ошибочного указания судом первой инстанции их как «несовершеннолетних». Данная корректировка на правильность выводов суда первой инстанции при решении вопросов назначения наказания не влияет.

Определяя размер наказания осужденному ФИО2, суд первой инстанции правильно учитывал наличие отягчающего обстоятельства – рецидива преступлений, образуемого неснятыми и непогашенными судимостями по приговорам Шуйского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ч.3 ст.30 п.«а» ч.3 ст.158 УК РФ и Палехского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ч.3 ст.30 п.п. «а, в» ч.2 ст.158 УК РФ, вид которого верно определен в соответствии с ч.1 ст.18 УК РФ, как простой.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции считает необходимым уточнить допущенную судом первой инстанции явную техническую описку в указании нумерации статьи Уголовного кодекса РФ, регламентирующей данное отягчающее наказание обстоятельство, ошибочно указанной как п. «а» ч.1 «ст.61» УК РФ вместо п. «а» ч.1 «ст.63» УК РФ. Данная описка не влияет на правильность выводов суда о наличии данного отягчающего наказание обстоятельства и определении вида рецидива, сомнений и неясностей в приговоре не порождает и вопреки доводам осужденного к числу значимых нарушений уголовного закона не относится.

С учетом установленного отягчающего наказание обстоятельства, судом первой инстанции обоснованно применены при назначении наказания положения ч.2 ст.68 УК РФ

Совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, верно признано судом обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2 с приведением обоснованных мотивов, с которыми суд апелляционной инстанции соглашается, признавая их достаточными с точки зрения принципа разумности.

Нахождение осужденного во время событий преступления в состоянии алкогольного опьянения, которое в значительной степени повлияло на его поведение, ослабило контроль за своими действиями, способствовало проявлению агрессии, сняло границы самоконтроля в общении с представителями власти и повлияло на адекватное восприятие их законной деятельности достоверно установлено показаниями потерпевших ФИО7 и Потерпевший №2, свидетелей Свидетель №4, ФИО11, содержанием видеозаписи, об имевшихся у него явных признаках алкогольного опьянения, неадекватности восприятия им действий сотрудников ДПС, агрессии в его поведении в ходе общения с сотрудниками правоохранительных органов,.

Отмеченные в заключении комиссионной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ особенности его поведения, а именно признаки повышенной эмоциональной неустойчивости, раздражительности и вспыльчивости, склонности к асоциальным формам поведения сами по себе не противоречат выводам суда первой инстанции о том, что состояние алкогольного опьянения способствовало ослаблению контроля осужденного за своими действиями, проявлению им агрессии и тем самым существенно повлияло на его поведение и явилось одним из факторов, способствующих совершению преступления.

Вопреки доводам осужденного выводы суда признавшего установленным наличие в действиях осужденного указанного отягчающего наказание обстоятельства основаны на достаточной совокупности доказательств, а не обусловлены только констатацией факта его нахождения в состоянии опьянения.

Само по себе отсутствие осужденного на учете у нарколога не влияет на правильность выводов суда в этой части.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих применить ст.64 УК РФ, судом первой инстанции правильно не установлено. Судом обсуждалась возможность применения к осужденному положений ст.ст.53.1, 68 ч.3, 73 и 15 ч.6 УК РФ, однако оснований к этому верно не усмотрено. Выводы суда подробно и должным образом мотивированы. Суд апелляционной инстанции соглашается с этими выводами и также не усматривает таких оснований.

С учетом всех сведений о личности осужденного и установленных фактических обстоятельств дела, принимая во внимание определенные законом цели назначения наказания, в том числе, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для применения в отношении ФИО2 указанных положений закона.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО2 предстоит отбывать наказание, назначен судом правильно, в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ. Выводы должным образом мотивированы.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ФИО2 назначено справедливое и соразмерное содеянному наказание, с учетом всех юридически значимых обстоятельств, влияющих на определение вида и размера наказания. Все заслуживающие внимания обстоятельства, относящиеся к личности осужденного, учтены в полном объеме и указаны в приговоре. Назначенное наказание по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законодательстве РФ целям исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому оснований для его смягчения не имеется.

Вместе с тем, принимая во внимание установленное судом апелляционной инстанции из пояснений осужденного и сообщения из МО МВД РФ «Шуйский» время фактического задержания ФИО2, находившегося в розыске по настоящему уголовному делу за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, - с 13 по 15 октября ДД.ММ.ГГГГ года, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать в приговоре о зачете ФИО2 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы времени его содержания под стражей в период с 13 по 15 октября ДД.ММ.ГГГГ года из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ.

Судебное разбирательство проведено полно, объективно и беспристрастно, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Какой-либо необъективности, формальности и предвзятости либо нарушения права на защиту осужденного, в ходе судебного разбирательства не допущено. Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, которые могли бы явиться основанием к отмене обжалуемого решения, судом апелляционной инстанции не установлено.

Рассмотрение в том же суде в ином составе суда уголовного дела в отношении ФИО10 по инкриминированному ему преступлению свидетельством предвзятости суда первой инстанции по настоящему делу либо формальности судебного процесса не является.

Время реализации прокурором права на обоснование своей позиции по доводам поданной апелляционной жалобе законодателем не регламентировано. В этой связи нарушения права на защиту осужденного отсутствием письменных возражений прокурора до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции не допущено.

Вместе с тем, приговор суда в части решения по гражданскому иску потерпевшего ФИО7 подлежат отмене ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые повлияли на вынесение законного и обоснованного решения суда (ч.1 ст.389.17 УПК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 года N 55 "О судебном приговоре", при разрешении в приговоре вопросов, связанных с гражданским иском, суд обязан привести мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение иска либо отказ в нем, указать с приведением соответствующих расчетов размеры, в которых удовлетворены требования истца, и закон, на основании которого разрешен гражданский иск.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ, отраженной в п. 26 Постановления от 13.10.2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", разрешая по уголовному делу иск о компенсации потерпевшему причиненного ему преступлением морального вреда, суд руководствуется положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать характер причиненных потерпевшему физических и (или) нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимого, его материальное положение и другие конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску. Во всех случаях при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Помимо общих принципов определения размера компенсации морального вреда, предусмотренных статей 151, 1101 ГК РФ, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном решении. (п.25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Как следует из приговора, при разрешении гражданского иска потерпевшего суд первой инстанции только привел положения ст.1101 ГК РФ и констатировал, что при определении размера морального вреда исходит из нравственных страданий потерпевшего, причиненных умышленными действиями осужденного, индивидуальных особенностей потерпевшего, требований разумности и справедливости.

При этом не конкретизировал какие нравственные страдания причинены потерпевшему, в чем они выразились, а также не указал, какие индивидуальные особенности потерпевшего учтены судом. Материальное положение потерпевшего, равно как и иные юридически значимые для решения этого вопроса обстоятельства оставлены без внимания суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах приговор суда в части разрешения вопроса по гражданскому иску потерпевшего ФИО7 о взыскании морального вреда подлежит отмене, материалы уголовного дела в этой части передаче на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства в тот же суд в ином составе, где доводам осужденного, заявленным в жалобе и судебном заседании о необоснованности гражданского иска потерпевшего, будет дана надлежащая судебная оценка.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Палехского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 – изменить.

Уточнить вводную часть приговора указанием на наличие у осужденного «малолетних» детей вместо «несовершеннолетних».

Уточнить в резолютивной части приговора период зачета в срок отбывания ФИО2 наказания в виде лишения свободы в соответствии п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, указав также о зачете времени его содержания под стражей в период с 13 по 15 октября ДД.ММ.ГГГГ года из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговор в части решения по гражданскому иску потерпевшегоФИО7 о компенсации морального вреда – отменить, направить для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства в тот же суд в ином составе суда.

В описательно-мотивировочной части приговора на странице 6 исключить из числа доказательств ссылки на рапорта инспектора ФИО16, следователя ФИО17, заместителя руководителя СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО18

Уточнить в описательно-мотивировочной части приговор на странице 15 в абзаце 2 сверху номер статьи «63» вместо «61».

В остальной части приговор - оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного - удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вступления апелляционного постановления в законную силу, а осужденным в том же порядке и в тот же срок со дня вручения копии постановления. В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. (удовлетворить или оставить без удовлетворения)

Председательствующий