Апелляционное постановление № 22-1366/2021 от 2 сентября 2021 г. по делу № 1-30/2021

Председательствующий Банщиков А.В. Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 2 сентября 2021 г.

Курганский областной суд в составе председательствующего судьи Меньщикова В.П.,

при секретаре Осиповой С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Сережкина В.Л. и его защитника Станкевича А.А. на приговор Каргапольского районного суда Курганской области от 25 июня 2021 г., по которому

Гаврилов Иван Сергеевич, родившийся <...> в <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 258 УК РФ к штрафу в размере 50000 руб.,

Сережкин Валерий Леонидович, родившийся <...> в <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 258 УК РФ к штрафу в размере 500000 руб., в соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ назначенное наказание смягчено до 450000 руб.

Приговор суда в отношении Гаврилова И.С. в апелляционном порядке не обжалован.

Заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Станкевича А.А. поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступления защитника осужденного ФИО2 – адвоката Федерягиной Л.М. и прокурора Никитченко В.А., полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО1 признаны виновными в незаконной охоте, совершенной <...> на территории <адрес>, с причинением крупного ущерба, группой лиц по предварительному сговору.

В судебном заседании ФИО2 вину по предъявленному обвинению признал полностью, Сережкин вину по предъявленному обвинению не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор отменить в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в нем, фактическим обстоятельствам уголовного дела, оправдать его по предъявленному обвинению. Указывает, что доказательств его виновности суду не представлено, к совершению незаконной охоты он непричастен. Выводы суда о его виновности основаны только на показаниях осужденного ФИО2, которые недостоверны и добыты с нарушением уголовно-процессуального закона. Его виновность в совершенном преступлении экспертными исследованиями не подтверждена. Сообщает об оказанном на него давлении сотрудниками полиции в ходе предварительного расследования и фальсификации материалов уголовного дела. Полагает, что признательные показания даны ФИО2 также после оказанного на него сотрудниками полиции давления. Ставит под сомнение установленные судом обстоятельства дела, в частности факты того, что он заходил с ружьем в дом ФИО2, оставил свою одежду в бане у ФИО2, дал пояснения о совершенном преступлении отчиму ФИО2 – МВИ. Указывает на необъективность председательствующего судьи при рассмотрении дела, поскольку ходатайства защитника Станкевича, направленные на установление подлежащих доказыванию по уголовному делу обстоятельств, оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Станкевич А.А. просит приговор отменить в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, ФИО1 по предъявленному обвинению оправдать с разъяснением ему права на реабилитацию. Не оспаривая доказанность события преступления и причастность к его совершению ФИО2, полагает, что виновность ФИО1 не доказана. Ставит под сомнение выводы суда о наличии предварительного сговора между осужденными на совершение преступления. Суд необоснованно положил в основу приговора только показания ФИО2, данные на предварительном следствии, при этом без приведения мотивов принятого решения отверг показания ФИО1, данные в судебном заседании. Полагает, что у Гаврилова имеются основания для оговора ФИО1. Указывая на отсутствие у свидетеля МВИ заинтересованности в исходе дела, суд не учел, что МВИ является отчимом ФИО2. Суд не дал надлежащей оценки наличию существенных противоречий в показаниях осужденного ФИО2, свидетелей БЕМ, ГАЛ и МВИ. На предварительном следствии ФИО2 утверждала, что оружия у ФИО1 не видела, в судебном заседании пояснила, что видела у него чехол от ружья. При этом ФИО2 утверждал, что карабин в чехле находился у ФИО1 в рюкзаке, а, как следует из показаний свидетеля БЕМ, незнакомый мужчина сел к нему в автомобиль без оружия. Указывает на недопустимость протокола опознания свидетелем БЕМ осужденного ФИО1, поскольку в первоначальных показаниях БЕМ не мог описать мужчину, который сел к нему в автомобиль, а спустя три месяца подробно описал и опознал ФИО1. Осмотры жилищ были проведены без согласия проживающих в них лиц. Указывает на фальсификацию протоколов первоначальных следственных действий в части времени их проведения. Первоначальная проверка по сообщению о преступлении проводилась неуполномоченным на то следователем, которым материалы проверки органу дознания не передавались. Суд не дал оценку пояснениям свидетеля ГАЛ о том, что при обыске в ее доме <...> присутствовал адвокат, при том, что, согласно ордера, адвокат вступил в дело <...> Указанное обстоятельство, по мнению автора жалобы, свидетельствует о том, что проверка показаний на месте ФИО2 проводилась до возбуждения уголовного дела. Полагает, что допросы ФИО2 и свидетеля БЕМ <...> не проводились, поскольку содержание протоколов допросов скопировано с объяснений от <...>, а свидетель ДАА пояснила, что <...> БЕМ в отдел полиции не ездил. В приговоре недостоверно изложены результаты следственного действия – осмотра дома Г-вых. Судом не дана оценка тому факту, что одежда, которая по версии следствия, принадлежит ФИО1, была предоставлена ФИО2 сотрудникам полиции спустя месяц после проведения осмотра надворных построек во дворе его дома, в ходе которого в бане одежды обнаружено не было. Кроме того, размер изъятых у осужденного ФИО2 сапог на три размера больше размера ноги ФИО1. Выводы проведенных экспертиз не подтверждают причастность ФИО1 к выслеживанию и добыче лося, его разделке, а также принадлежность изъятых предметов осужденному. Указывает на необъективность председательствующего судьи при рассмотрении дела.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и его защитника государственный обвинитель Куликов Д.П. просит приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о доказанной виновности осужденных в инкриминируемом им преступлении на основе объективной оценки исследованных в судебном разбирательстве дела убедительных и достаточных доказательств, допустимость и достоверность которых сомнений не вызывают, их содержание и анализ приведены в приговоре. Всем доказательствам дана надлежащая оценка, соответствующая положениям ст. 17, 88 УПК РФ.

В подтверждение вывода о виновности ФИО1 и ФИО2 в незаконной охоте, с причинением крупного ущерба, группой лиц по предварительному сговору суд обоснованно сослался на показания осужденного ФИО2, свидетелей СВА, СВН, ОДВ, ПАГ, КМВ, МСВ, ГАЛ, МВИ, ДАА, БЕМ, письменные материалы дела.

Версия стороны защиты о непричастности осужденного ФИО1 к совершению незаконной охоты получила оценку суда и была обоснованно отвергнута с приведением мотивов принятого решения.

В судебном заседании осужденный ФИО1, подтвердив факт знакомства с ФИО2, пояснил, что <...> он позвонил ФИО2 и попросил у него мяса, поскольку отец ФИО2 держит овец. ФИО2 попросил подождать, пока он съездит за мясом. Ожидал в <адрес>, когда ФИО2 вернется, несколько раз звонил ФИО2, но не дождавшись его возвращения, уехал домой. <...> ему позвонил МВИ и сообщил, что ФИО2 задержали сотрудники полиции за незаконную охоту и просил найти адвоката. Считает, что ФИО2 его оговаривает.

Сопоставив показания осужденного с другими доказательствами по уголовному делу, суд пришел к убедительному выводу о том, что они противоречат установленным обстоятельствам дела.

Так, из признанных судом достоверными показаний осужденного ФИО2, данных в ходе предварительного расследования, следует, что <...> ему на номер телефона № с номера телефона № позвонил ФИО1. На предложение ФИО1 незаконно поохотиться ответил согласием, попросил ФИО3 свозить их в лес. Он взял несколько полиэтиленовых пакетов, два мешка, рюкзак, нож и наждачный круг, у ФИО1 также был рюкзак и карабин в чехле. Когда подъехал БЕМ, они сели к нему в автомобиль <...> и проехали из <адрес> до автотрассы «<адрес>», повернули направо, проехали еще около одного километра, после чего он и ФИО1 ушли в лесной массив. Договорились, что он будет загонщиком, а ФИО1 будет стрелять, т.к. карабин был у ФИО1. Он увидел большой силуэт зверя, услышал два выстрела, которые произвел ФИО1. Затем они стали разделывать тушу лося, которого убил ФИО1. Части туши они в мешках и рюкзаках вынесли на обочину дороги и стали ждать в камышах. Он позвонил БЕМ и попросил подъехать. После того как БЕМ подъехал, к ним стал приближаться автомобиль марки <...>. Он и ФИО1 решили скрыться. Утром следующего дня он дошел до дома. Затем пришел ФИО1, сел в свой автомобиль и уехал. Позже ФИО1 просил отдать оставленную у него одежду, о чем ему сообщил МВИ. <...> его жена нашла в их бане мешок с одеждой и сапогами, в которых находился Сережкин во время незаконной охоты (т. 1 л.д. 101-105, 202-204, т. 2 л.д. 67-69, т. 3л.д. 203-205, т. 4 л.д. 161-163).

При предъявлении предметов для опознания, осужденный ФИО2 опознал принадлежащий ФИО1 рюкзак и принадлежащий ему рюкзак (т. 1 л.д. 209-211, 212-214).

В ходе проведения проверки показаний на месте <...>, осужденный ФИО2 воспроизвел свои действия, подтвердив свои показания, указал место, где он и Сережкин вышли из автомобиля БЕМ, указал место отстрела лося, место разделки туши животного, место у автодороги, куда он и ФИО1 перенесли части туши (т. 1 л.д. 121-128).

В судебном заседании, отказавшись от дачи показаний, осужденный ФИО2 свои показания, данные на стадии предварительного расследования, подтвердил, пояснил об отсутствии у него оснований для оговора ФИО1.

Из показаний свидетелей ПАГ, КМВ и МСВ в судебном заседании следует, что они приехали на место пересечения нефтепровода с автодорогой «<адрес>», где увидели стоящий автомобиль <...>. Стали подходить к автомобилю, но автомобиль уехал. При осмотре участка местности обнаружили рюкзак, мешки с мясом и фонарь. Слышали шум убегающих в камышах людей. Сообщили о случившемся егерям.

Свидетели СВА и СВН в судебном заседании показали, что <...> им позвонили охранники ЛПДС и сообщили, что на <...> километре автодороги «<адрес>» они видели автомобиль и обнаружили возле автодороги мясо. Приехав в указанное место, увидели в рюкзаках и мешках мясо животного, фонарик, на месте имелись следы двух людей. Со слов охранников с этого места в сторону <адрес> уехал автомобиль <...>. Позже приехали сотрудники полиции, совместно с которыми обнаружили место забоя лося, где находились внутренности животного, шкура с пулевым отверстием, часть пули в шкуре, эмбрион.

В судебном заседании свидетель ГАЛ подтвердила свои показания, данные в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 197-198), согласно которым она со слов мужа знает о совершении им и ФИО1 <...> незаконной охоты. Ей известно, что ФИО2 показал место незаконной охоты. Со слов мужа ей также известно, что к МВИ приезжал ФИО1, который просил вернуть мешок с его вещами, которые хранились у них. В бане она обнаружила чужие вещи, которые, со слов ФИО2, принадлежат ФИО1. В день незаконной охоты видела у ФИО1 чехол от ружья. У супруга ружья не имеется.

Свидетель МВИ в судебном заседании показал, что к нему приезжал ФИО1, сказал, что он и ФИО2 добыли лося, просил забрать его одежду у Г-вых, в которой он был в лесу, а также просил поговорить с ФИО2, чтобы тот взял всю вину на себя. Он рассказал ФИО2 про разговор с ФИО1.

Из показаний свидетеля ДАА в суде следует, что <...> БЕМ в вечернее время уехал из дома на своем автомобиле. На следующий день БЕМ приехал с сотрудниками полиции, которые провели обыск. БЕМ ей пояснил, что был задержан. С ФИО2 БЕМ был знаком.

Согласно показаниям свидетеля БЕМ, данным на предварительном следствии, <...> ему позвонил ФИО2 и попросил довезти его до лесного массива. На принадлежащем ему автомобиле ВАЗ 2115, он подъехал к дому ФИО2 в <адрес>, в автомобиль сели ФИО2 и еще один мужчина. По указанию ФИО2 выехал на автотрассу «<адрес>» и повернул направо, проехав около 1 километра, остановился возле камышей, после чего ФИО2 и мужчина с сумкой вышли. Около <...> часов он подъехал на тот же участок местности возле автотрассы. К его автомобилю подъехал автомобиль <...>, из которого вышли два или три мужчины и направились в его сторону. Испугавшись, он уехал в <адрес>. Затем он был задержан сотрудниками ГИБДД. В ходе следствия опознал ФИО1 как мужчину, которого увозил <...> вместе с ФИО2 в лесной массив (т. 1 л.д. 108-109, т. 2 л.д. 77-79, 104-105).

Суд в приговоре обоснованно признал показания осужденного ФИО2 и указанных свидетелей достоверными, не содержащими существенных противоречий, мотивировав свои выводы.

Виновность осужденных подтверждается также письменными материалами уголовного дела, исследованными в судебном заседании.

Согласно протоколов осмотра места происшествия, в <...> метрах от автотрассы на <...> км. автодороги «<адрес>» обнаружены и изъяты два вещевых мешка с мясом, два ножа в чехлах, веревка, останки животного, абразивный круг, полимерный пакет, фонарь «<...>», в <...> метрах от автотрассы обнаружены останки лося, эмбрион, два фрагмента следа обуви, в шкуре обнаружен и изъят металлический предмет (т. 1 л.д. 20-27, 33-41).

Согласно выводам экспертного заключения №, волосы, изъятые при осмотре места происшествия со шкуры животного, происходят из волосяного покрова животного отряда Парнокопытные семейства Олени, включают род Лоси (т. 2 л.д. 165-166). Актом ветеринарно-санитарного осмотра № при осмотре пакетов с частями животного установлено, что биологический материал принадлежит взрослой особи лося (т. 2 л.д. 176).

Согласно выводам заключения эксперта №, металлический предмет, изъятый при осмотре места происшествия, являлся ранее свинцовым сердечником (частью) пули патрона для нарезного огнестрельного оружия калибра, вероятно, <...> мм (т. 3 л.д. 93-95).

Согласно выводам экспертного заключения №, на куртке и брюках, изъятых при осмотре места происшествия по месту жительства ФИО2, обнаружена кровь животного отряда Парнокопытные семейства Олени (т. 2 л.д. 129-131).

Согласно выводами экспертного исследования №, на ножах №, №, чехлах №, №, изъятых при осмотре места происшествия, обнаружены следы содержащие пот. Установлен генетический профиль ФИО2 (т. 3 л.д. 51-54).

Согласно протоколу выемки, ФИО2 выдан мешок с камуфляжным костюмом, парой сапог и двумя парами носков (т. 1 л.д. 206-208).

Согласно выводам заключения эксперта №, след подошвы обуви, зафиксированный на месте обнаружения мешков с мясом животного, мог быть оставлен подошвой сапога на правую ногу, изъятого у ФИО2 (т. 3 л.д. 147-148).

Из протокола предъявления лица для опознания следует, что свидетель БЕМ опознал осужденного ФИО1 как мужчину, которого вместе с ФИО2 увозил в лесной массив (т. 2 л.д. 91-92).

Согласно протокола осмотра предметов установлено, что абонентский номер № зарегистрирован на ФИО1, с <...><...> до <...><...> находился в зоне обслуживания базовой станции <...>», расположенной в <адрес>, базовой станции <...> расположенной на <...> км автотрассы <...>; с данного номера зафиксированы 48 соединений с абонентским номером №, зарегистрированным на ГАЛ (т. 1 л.д. 220-229).

Из протокола осмотра детализации абонентского номера №, находившегося в пользовании свидетеля БЕМ, следует, что в период с <...> час. <...> до <...> час. <...> с данного номера зафиксировано 15 соединений с абонентским номером № (т. 2 л.д. 84-88).

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что оснований оговаривать ФИО1 у осужденного ФИО2 и указанных свидетелей обвинения не было. Из показаний обоих осужденных следует, что они знакомы продолжительное время, неприязненных отношений до описываемых событий между ними не было. Вопреки доводам апелляционных жалоб, каких-либо доказательств заинтересованности в исходе дела свидетелей МВИ, БЕМ, ГАЛ в материалах дела не имеется, не содержат их и апелляционные жалобы.

Кроме того, материалы уголовного дела не содержат сведений о заинтересованности участвовавших в ходе предварительного расследования сотрудников полиции в исходе уголовного дела, не представлено доказательств этого и стороной защиты.

Оснований сомневаться в обоснованности выводов заключений экспертов у суда апелляционной инстанции не имеется, учитывая, что заключения получены в соответствии с требованиями закона, не вызывают двойного толкования, основаны на результатах объективных экспертных исследований, проведенных в соответствии с правилами и методиками проведения экспертиз соответствующих видов, должным образом аргументированы.

Доводы жалоб о нарушении норм УПК РФ в ходе предварительного расследования по уголовному делу проверялись судом с участием сторон в судебном заседании и своего подтверждения не нашли.

Утверждения осужденного ФИО1 и его защитника о том, что на осужденного ФИО2 оказывалось давление со стороны сотрудников полиции, не могут быть приняты во внимание, поскольку данных о применении незаконных методов при проведении следственных действий с участием ФИО2 не установлено.

По этой же причине суд апелляционной инстанции не принимает доводы жалоб о применении незаконных методов следствия в отношении свидетеля БЕМ как не нашедших своего подтверждения при рассмотрении уголовного дела по существу.

Доводы жалобы адвоката Станкевича о том, что допрос ФИО2 в качестве подозреваемого, допрос свидетеля БЕМ, проверка показаний ФИО2 на месте, не могли быть проведены после возбуждения уголовного дела, а именно <...>, суд апелляционной инстанции расценивает как несостоятельные.

Из материалов дела следует, что допрос в качестве подозреваемого и проверка показаний ФИО2 на месте проведены в присутствии профессионального защитника, после разъяснения осужденному прав, в том числе и о возможности не свидетельствовать против себя и близких родственников. По окончании допроса и проверки показаний на месте ФИО2 и его защитником замечаний в протоколы следственных действий не вносилось. Кроме того, в ходе проверки показаний ФИО2 на месте происшествия присутствовали понятые, что исключало возможность оказания на него какого-либо давления. Достоверность изложенных в протоколах допроса и проверки показаний на месте сведений подтверждена осужденным ФИО2 в судебном заседании, а факт проведения указанных следственных действий подтвержден защитником ФИО2 - адвокатом П

При этом ссылки адвоката Станкевича на показания свидетеля ДАА как на подтверждение того, что следственные действия с участием БЕМ <...> не проводились, суд апелляционной инстанции также не принимает, поскольку указанный свидетель при проведении следственных и процессуальных действий с участием БЕМ не присутствовала, давала пояснения об обстоятельствах случившегося по прошествии длительного периода времени.

Вопреки доводам жалобы защитника при допросе в ходе предварительного следствия <...> свидетель ГАЛ не поясняла о наличии либо отсутствии оружия у ФИО1 <...>, поскольку данный вопрос следователем у нее не выяснялся.

Оснований для признания протокола предъявления лица для опознания недопустимым доказательством суд апелляционной инстанции не находит. Требования ст.193УПК РФ при проведении опознания ФИО1 свидетелем БЕМ не нарушены. Из материалов уголовного дела следует, что указанный свидетель предварительно был допрошен об известных ему обстоятельствах преступления, а также о приметах, по которым сможет опознать предъявленное для опознания лицо.

Вопреки доводам жалобы адвоката Станкевича, осужденный ФИО2 не давал показаний о том, что ФИО1 переносил карабин в чехле в своем рюкзаке. Оснований не доверять показаниям свидетеля ГАЛ в судебном заседании в части того, что <...> она видела у ФИО1 чехол от ружья, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Доводы жалобы адвоката Станкевича относительно того, что осмотры жилищ БЕМ и ФИО2 были проведены без согласия проживающих в них лиц, суд апелляционной инстанции находит необоснованными, поскольку нарушений при проведении указанных следственных действий не допущено, достоверность сведений, изложенных в этих протоколах следственных действий, проживающими в жилищах лицами не оспаривается. При этом, вопреки доводам жалобы защитника, в протоколах осмотра жилых помещений, где проживали осужденный ФИО2 и свидетель БЕМ, имеются сведения о согласии на проведение осмотров проживающих в указанных жилых помещениях лиц - ГАЛ и ДАА

Доводы жалобы адвоката о том, что первоначальные проверочные мероприятия проведены неуполномоченным должностным лицом – следователем, являются необоснованными. Из материалов уголовного дела усматривается, что следователь <адрес> Ц в составе следственно-оперативной группы выезжала на место преступления в целях проверки в соответствии с положениями ст. 144 УПК РФ сообщения о преступлении, произвела ряд осмотров места происшествия, после чего, с учетом подследственности, старшим дознавателем <адрес> С было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 258 УК РФ. Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона при проведении проверки по сообщению о преступлении следователем и при возбуждении уголовного дела по результатам проверки по сообщению о преступлении дознавателем допущено не было. Адвокат Станкевич в жалобе не привел оснований, которые бы свидетельствовали о наличии препятствий для возбуждения уголовного дела дознавателем по результатам проверки по материалу, по которому первоначальные следственные и процессуальные действия осуществлялись следователем того же отдела полиции.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что преступление совершено ФИО1 и ФИО2 в составе группы лиц по предварительному сговору, о чем свидетельствуют последовательные показания осужденного ФИО2, данные на стадии предварительного расследования, утверждавшего о совместной незаконной охоте с ФИО1; показания свидетеля БЕМ, опознавшего ФИО1 как мужчину, которого он совместно с ФИО2 увозил в лесной массив.

Показания осужденного ФИО2, зафиксированные в ходе допроса в качестве подозреваемого и при проверке на месте, в части указания места совершения преступления и совершения незаконной охоты совместно с ФИО1 объективно подтверждаются содержанием детализации телефонных соединений абонентского номера, находившегося в пользовании ФИО1. Так, ФИО2 пояснил, что на автомобиле БЕМ они выехали из <адрес> на автотрассу «<адрес>», по которой проехали около 1 км., откуда он и ФИО1 ушли в лесной массив, где незаконно добыли самку лося, перенесли мешки с мясом животного поближе к автотрассе <...> около <...> часов. При этом телефон ФИО1 регистрировался <...> в <...> час. <...> мин. базовой станцией <...> расположенной возле поворота на <адрес> с автотрассы <...>, т.е. в непосредственной близости от места совершения преступления и обнаружения останков животного.

Суд обоснованно отверг показания осужденного ФИО1 о том, что в незаконной охоте совместно с ФИО2 он не участвовал, с вечера <...> по утро <...> ожидал ФИО2 в <адрес>. О надуманности данной версии стороны защиты, по мнению суда апелляционной инстанции, также свидетельствует множественность телефонных соединений между ФИО1 и ФИО2 <...>-<...>

Не обнаружение вещей ФИО1 при осмотре места происшествия – дома Г-вых <...>, не ставит под сомнение вывод суда о принадлежности вещей, изъятых позднее у ФИО2, именно ФИО1, поскольку согласно протокола указанного осмотра места происшествия надворные постройки домовладения фактически не осматривались. При этом свидетель МВИ пояснил, что ФИО1 просил его забрать вещи, оставленные у Г-вых.

Доводы защитника Станкевича о невозможности проведения первоначальных следственных действий дознавателем в промежутки времени, указанные в протоколах, основаны на предположениях и ничем не подтверждены.

Доводы жалоб стороны защиты о необъективности председательствующего судьи при рассмотрении дела являются необоснованными. Как видно из материалов дела, нарушений принципа состязательности сторон в судебном заседании допущено не было. Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены председательствующим с соблюдением закона, мотивы принятых решений об отказе в удовлетворении ряда ходатайств защитника Станкевича доведены им до сведения сторон.

Оценив все собранные по делу доказательства, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 и ФИО2 по ч. 2 ст. 258 УК РФ.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, смягчающего наказание обстоятельства – наличия малолетнего ребенка, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств.

Каких-либо иных смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, которые бы не были учтены судом первой инстанции, не имеется.

Выводы суда о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде штрафа при отсутствии оснований для применения положений ст. 64 УК РФ в приговоре убедительно мотивированы. Оснований не согласиться с ними суд апелляционной инстанции не находит.

Справедливость назначенного ФИО1 наказания сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку оно соответствует требованиям закона, характеру общественной опасности и тяжести содеянного.

Гражданский иск представителя потерпевшего разрешен судом в соответствии с требованиями закона.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 и 389.33УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Каргапольского районного суда Курганской области от 25 июня 2021 г. в отношении ФИО2 и ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.П. Меньщиков