Апелляционное постановление № 22К-2490/2024 от 8 октября 2024 г. по делу № 3/1-29/2024

Судья: Маслов А.П. Материал № 22-2490/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 октября 2024 года г. Саратов

Саратовский областной суд в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам Артомонова В.В.

при секретаре Зеленцовой В.Ю.

с участием:

прокурора Яшкова Г.А.

защитника - адвоката Моргунова В.В.

обвиняемого ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе защитника-адвоката Ильиной Н.Ю. в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление Ртищевского районного суда Саратовской области от 26 сентября 2024 года, которым ФИО1, <дата> года рождения, уроженцу <данные изъяты>, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (4 эпизода), п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ (3 эпизода) продлен срок содержания под стражей на 01 месяц 00 суток, а всего до 07 месяцев 00 суток, то есть до 28 октября 2024 года включительно.

Заслушав выступления адвоката Моргунова В.В. и обвиняемого ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Яшкова Г.А., полагавшего постановление суда подлежащим оставлению без изменения, доводы апелляционной жалобы – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Ильина Н.Ю. в интересах обвиняемого ФИО1 считает постановление суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. В доводах жалобы, цитируя ходатайство следователя, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10 декабря 2013 года № 41, текст обжалуемого постановления суда, ссылаясь на нормы УПК РФ, полагает, что суд оставил без должного внимания доводы стороны защиты о том, что в ходатайстве об изменении меры пресечения они не просят оставить ФИО1 на свободе, а ходатайствуют о применении домашнего ареста, как меры пресечения, также накладывающей на обвиняемого существенные ограничения. Отмечает, что при рассмотрении данного материала суд не дал оценки медицинским документам, представленным стороной защиты и подтверждающим, что состояние здоровья ФИО1 с момента задержания серьезно ухудшилось. Обращает внимание, что медицинская помощь ФИО1 в необходимом объеме и надлежащими специалистами не оказывается. Отмечает, что следователем нарушены сроки обращения в суд с ходатайством о продлении избранной ФИО1 меры пресечения, чему судом не дана надлежащая оценка. Указывает, что в ходатайстве следователем не приведено доказательств особой сложности расследуемого дела, что необходимо учитывать при продлении срока содержания под стражей на срок более 6 месяцев. Обращает внимание, что в течении месяца с участием обвиняемого не было проведено ни одного следственного или процессуального действия, а доказательств, подтверждающих проведение иных следственных и процессуальных действий с иными лицами, не представлено. Отмечает, что ФИО1 имеет в собственности жилье в г. Ртищево, где постоянно проживал до его задержания со своей супругой, ранее не судим, состоит в браке, имеет устойчивые социальные связи, в течение 23 лет находился на службе в органах внутренних дел, за весь период работы характеризовался исключительно с положительной стороны. Просит постановление суда отменить, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста.

Проверив представленный материал, выслушав мнение участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения постановления суда.

И.о. руководителя Ртищевского МСО СУ СК РФ по Саратовской области ФИО7 обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания ФИО1 под стражей.

Из протокола судебного заседания видно, что данное ходатайство рассмотрено в соответствии с процедурой, предусмотренной ст.ст. 108, 109 УПК РФ. Каких – либо нарушений уголовно-процессуального закона, прав обвиняемого, допущено не было.

Согласно положениям ст. 15 УПК РФ судом были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. При этом права обвиняемого и его защитника по предоставлению доказательств и исследованию их в судебном заседании, не нарушались.

При рассмотрении ходатайства все указанные в постановлении и.о. руководителя Ртищевского МСО СУ СК РФ по Саратовской области обстоятельства судом проверены в полном объеме и надлежащим образом.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ, в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких или особо тяжких преступлений и только в случае особой сложности уголовного дела.

По настоящему материалу указанные требования закона соблюдены.

Как следует из представленного материала, срок содержания под стражей ФИО1 был продлен на основании соответствующего ходатайства должностного лица, заявленного в пределах его полномочий, в связи с необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, направленных на расследования дела.

Данных о неэффективной организации расследования, вопреки доводам апелляционной жалобы, не имеется. Невозможность закончить предварительное следствие в установленный срок и особая сложность уголовного дела объективно установлены представленными материалами.

Утверждение стороны защиты о том, что с ФИО1 за последний месяц не было проведено ни одно следственное либо процессуальное действие, не свидетельствует о бездействии органов предварительного следствия, поскольку предварительное следствие заключается не только в проведении следственных действий с участием конкретного обвиняемого. В соответствии с положениями ст.38 УПК РФ следователь самостоятельно направляет ход расследования, принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий.

ФИО1 обвиняется в совершении четырех умышленных преступлений небольшой тяжести и трех особо тяжких преступлений.

Постановлением судьи от 30 марта 2024 года ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая постановлениями этого же суда продлевалась в установленном законом порядке.

Указанные постановления, в соответствии с которыми ФИО1 содержался под стражей и в которых приведены основания для применения именно этой меры пресечения и перечислены обстоятельства, учитываемые при ее сохранении, вступили в законную силу.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более мягкую, когда изменяются основания для её избрания, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы, данных о том, что отпала необходимость в избранной ФИО1 мере пресечения в виде заключения под стражу, а также о том, что изменились основания, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ, которые учитывались судом при избрании и сохранении ему данной меры пресечения, из представленного материала не усматривается, в связи с чем, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для изменения ему меры пресечения на иную, более мягкую.

Выводы о необходимости продления срока содержания ФИО1 под стражей, вопреки доводам апелляционной жалобы, сделаны судом с учетом всех существенных обстоятельств, в постановлении мотивированы и сомнений в своей правильности не вызывают.

При этом суд обоснованно исходил из того, что ФИО1, хотя имеет регистрацию на территории Российской Федерации, к уголовной ответственности не привлекался, однако обвиняется в совершении умышленных особо тяжких преступлений, совершенных группой лиц по предварительному сговору и с учетом криминологической характеристики преступлений, всех обстоятельств по делу в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о том, что находясь не под стражей, ФИО1 имеет реальную возможность скрыться либо иным путем воспрепятствовать производству по делу.

Доводы обвиняемого о том, что суд необоснованно и незаконно отклонил заявленное ходатайство о вызове и допросе обвиняемого ФИО2 являются несостоятельными, противоречат протоколу судебного заседания, замечания на который не подавались.

Более того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 пояснил, что допрос был ему необходим, поскольку ему известно, что обвиняемый ФИО2 изменил свои показания, а это может явиться основанием для изменения ему меры пресечения. Таким образом ходатайство обусловлено исключительно желанием проверки и оценки определенных доказательств, что на данной стадии судопроизводства недопустимо.

В тоже время данные, обосновывающие наличие у стороны обвинения оснований для задержания ФИО1 и осуществления уголовного преследования последнего в материалах имелись и судом проверены.

По мнению суда апелляционной инстанции, принимая решение, суд обоснованно исходил из того, что с учетом предъявленного ФИО1 обвинения в совершении 7 преступлений (три из которых относятся к категории особо тяжких), с учетом объема уголовного дела, количества фигурантов уголовного дела, а также количества проведенных следственных действий оно представляет особую сложность.

Доводы апелляционной жалобы о том, что указание органов следствия и суда на возможность обвиняемого, в случае избрания более мягкой, чем заключение под стражу меры пресечения, скрыться либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, ничем не подтверждены и носят лишь характер предположений, не состоятельны и не свидетельствуют о незаконности постановления суда.

Кроме того, указанное обстоятельство в качестве основания для избрания, и, соответственно, сохранения, меры пресечения, предусмотрено ст. 97 УПК РФ, которой установлены категории вероятностного характера, т.е. мера пресечения подлежит применению уже при наличии достаточных оснований предполагать возможность обвиняемого скрыться, угрожать свидетелям, иным участникам судопроизводства в целях их предотвращения.

В соответствии с конкретными обстоятельствами, срок, на который продлено содержание под стражей ФИО1, является разумным и оправданным, поскольку вызван реальной необходимостью защиты общественных интересов, которые, несмотря на презумпцию невиновности, перевешивают принцип уважения индивидуальной свободы.

Сведения о личности ФИО1, в том числе и указанные в апелляционной жалобе, суду были известны, учитывались им, однако они не являются определяющими для решения вопроса относительно меры пресечения. Суд обоснованно решал данный вопрос с учетом всех обстоятельств, указанных в ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Каких-либо формулировок, ставящих под сомнение законность и обоснованность судебного решения, свидетельствующих о предвзятости суда, вопреки доводам жалобы, в постановлении судом не допущено.

Вопреки утверждениям адвоката, сведения о состоянии здоровья ФИО1 были предметом исследования со стороны суда первой инстанции. При этом данных о невозможности содержания обвиняемого под стражей по состоянию здоровья или невозможности оказания ему необходимой медицинской помощи в условиях следственного изолятора суду, как верно отражено в постановлении, представлено не было.

Напротив, согласно медицинскому заключению от 29.03.2023 года врачебной комиссией по результатам медицинского освидетельствования установлено отсутствие у ФИО1 заболевания, включенного в перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей.

Более того, в случае необходимости квалифицированная медицинская помощь лицу, содержащемуся под стражей, может быть оказана и в условиях следственного изолятора.

Заявление защитника о том, что суд не проверил данные о характере заболеваний ФИО1, надуманно, а доводы адвоката о бездействии следователя, выразившегося в ненаправлении на медицинское освидетельствование обвиняемого, не могут быть приняты во внимание, поскольку не имеют отношение к предмету судебного разбирательства.

Вместе с тем, сторона защиты не лишена возможности обжаловать, в случае необходимости и при наличии к тому законных оснований, бездействие следователя в ином, установленном нормами уголовно-процессуального закона порядке.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований давать иную оценку фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения, а также для изменения обвиняемому меры пресечения, поскольку иные меры пресечения не будут являться гарантией его надлежащего поведения и беспрепятственного осуществления предварительного расследования.

Применение в отношении ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, не может явиться гарантией того, что он, находясь вне изоляции от общества, не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному производству предварительного расследования по уголовному делу.

Доводы жалобы о том, что в суд следователем ходатайство направлено с нарушением установленного ст. 109 УПК РФ 7 - дневного срока не является основанием для отмены постановления суда, поскольку нарушение органами следствия указанного срока не освобождало суд от обязанности рассмотрения поступившего ходатайства по существу.

Доводы обвиняемого о нарушениях, якобы допущенных следователем в ходе предварительного следствия не могут быть предметом настоящего апелляционного рассмотрения, поскольку проверка соблюдения установленной законом процедуры уголовного судопроизводства в полном объеме является прерогативой суда первой инстанции, рассматривающего уголовное дело после его поступления в суд с обвинительным заключением или актом.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения жалобы суд второй инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Ртищевского районного суда Саратовской области от 26 сентября 2024 года о продлении срока содержания под стражей ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Ильиной Н.Ю. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья В.В. Артомонов