Решение № 2-2500/2017 2-2500/2017~М-2214/2017 М-2214/2017 от 6 августа 2017 г. по делу № 2-2500/2017

Дело № 2-2500/2017


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

7 августа 2017 года г. Улан-Удэ

Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Доржиевой С.Л., при секретаре Мандаровой Я.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения МВД по Республике Бурятия» об отмене дополнительного соглашения, внесении изменений в приказ, изменения даты увольнения, обязании выплатить заработную плату, взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Обращаясь с иском к ФКУ «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения МВД по Республике Бурятия» (далее по тексту - ФКУ «ЦХ и СО МВД по РБ»), истец ФИО1 просила внести изменения в приказ № 37 л/с от 20.04.2017, изменить дату увольнения; внести изменения в трудовую книжку запись № 27 от 24.04.2017, изменить дату увольнения. Требования мотивировала тем, что 16.06.2015 была принята на работу в ФКУ «ЦХ и СО МВД по РБ» в качестве ведущего юрисконсульта по срочному трудовому договору на период отпуска по уходу за ребенком <данные изъяты> написано заявление о досрочном выходе на работу 25.04.2017. Истец была уволена 24.04.2017 на основании приказа № 37 л/с от 20.04.2017 с формулировкой п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. С приказом об увольнении истец ознакомилась 10.05.2017, в этот же день получила трудовую книжку. Дату увольнения в приказе и трудовой книжке указали неверно. Согласно ч. 3 ст. 79 ТК РФ трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу. Выход основного работника <данные изъяты> состоялся 25.04.2017, истца уволили 24.04.2017. Трудовые отношения не могут прекратиться днем, когда событие, влекущее их прекращение, еще не наступило. День, предшествующий дню выхода основного работника, не может быть днем прекращения срочного трудового договора с истцом.

В ходе рассмотрения дела требования истцом неоднократно изменялись и уточнялись.

Так, в судебном заседании 04.07.2017 истец, изменяя исковые требования, просила признать увольнение незаконным, восстановить на работе в прежней должности, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула, признать незаконным приказ от 20.04.2017 № 37 л/с, признать недействительной запись в трудовой книжке, взыскать в качестве компенсации морального вреда 50000 руб. Мотивировала тем, что <данные изъяты> на месте которой истец работала по срочному трудовому договору, не работает, находится в отпуске по уходу за ребенком. <данные изъяты> вышла на работу 25.04.2017, истец была уволена *** т.е. до выхода основного работника. С 24.04.2017 по 05.05.2017 истец проходила лечение в стационаре. Работодателем нарушена процедура, на момент выхода истца на работу (10.05.2017) <данные изъяты> на работе отсутствовала. У работодателя отсутствовали основания для увольнения истца, т.к. фактически <данные изъяты> вышла на работу и ушла с работы, пока истец находилась на стационарном лечении.

В судебном заседании 31.07.2017 истец, изменяя исковые требования, просила признать незаконным приказ об увольнении от 20.04.2017 № 37 л/с; изменить дату увольнения с 24.04.2017 на 25.04.2017 на основании ч. 3 с. 79 ТК РФ; обязать работодателя выплатить сумму разницы в денежном выражении от начисляемой заработной платы <данные изъяты>. и заработной платы истца в размере 88222, 50 руб.; в качестве компенсации морального вреда взыскать 50000 руб. Мотивировала тем, что истец работала по срочному трудовому договору за <данные изъяты> за которой сохраняется место работы и должность, поэтому истца не должны были коснутьсяоргштатные мероприятия и оплачивать истцу обязаны были оклад юрисконсульта ведущей категории. Работодатель, начиная с февраля 2016 по 24.04.2017, оплачивал истцу должностной оклад в сумме 6851 руб., что не соответствует окладу юрисконсульта ведущей категории в размере – 7396 руб.

В судебном заседании 07.08.2017 истец, изменяя исковые требования, просила отменить дополнительное соглашение от 22.02.2016; внести изменения в приказ об увольнении от 20.04.2017 № 37 л/с в части наименования должности; изменить дату увольнения в приказе от 20.04.2017 № 37 л/с с 24.04.2017 на 25.04.2017 на основании ч. 3 ст. 79 ТК РФ; внести изменения в трудовую книжку запись № 27 от 24.04.2017 в части наименования должности истца, дату увольнения с 24.04.2017 на 25.04.2017; обязать работодателя выплатить сумму разницы в денежном выражении от начисляемой заработной платы <данные изъяты> и заработной платы истца в размере 88222, 50 руб.; в качестве компенсации взыскать морального вреда 50000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала, просила удовлетворить в полном объеме. Дополнительно пояснила, что 16.06.2015 истец была принята на работу в должности юрисконсульта ведущей категории правовой группы для замены временно отсутствующего работника <данные изъяты> оклад истца составлял 7396 руб. 24.04.2017 истец была уволена с должности юрисконсульта с формулировкой п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФС с должностного оклада 6851 руб. 22.02.2016 с истцом было заключено дополнительное соглашение об изменении оклада <данные изъяты> о чем последняя уведомлена не была. Поскольку истец работала по срочному трудового договору за <данные изъяты> истца не должны были коснуться оргштатные мероприятия, должностной оклад не подлежал снижению. С февраля 2016 года по день увольнения истцу выплачивали заработную плату, исходя из должностного оклада 6851 руб., а по выходу из отпуска <данные изъяты> заработная плата начислялась из должностного оклада 7396 руб. Должностная инструкция <данные изъяты> и истца идентичны. Работодателем нарушена ч. 3 ст. 79 ТК РФ, истец уволена с ***, хотя подлежала увольнению с ***, т.е. в день выхода <данные изъяты> на работу.

Представители ответчика ФКУ «ЦХ и СО МВД по РБ»по доверенности ФИО2 Н-Ц, ФИО3, ФИО4 исковые требования не признали, просили оставить без удовлетворения. Мотивировали тем, что для оспаривания дополнительного соглашения от 22.02.2016 истцом пропущен, предусмотренный законом 3-хмесячный срок. Увольнение истца обоснованно осуществлено с 24.04.2017, поскольку 25.04.2017 выходил на работу основной работник <данные изъяты>. Требования о взыскании задолженности по заработной плате не обоснованы, так как в связи с оргштатными мероприятиями был изменен должностной оклад юрисконсульта и составлял 6851 руб., по выходу из отпуска <данные изъяты> был установлен должностной оклад в размере 7396 руб., поскольку последняя не была уведомлена об изменении условий трудового договора.

Заслушав стороны, исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующему.

В силу ст. 56 Трудового кодекса РФ (далее по тексту – ТК РФ) трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полномразмере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

На основании ч. 2 ст. 58 ТК РФ срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 59 настоящего Кодекса.

Положения абз. 2 ч. 1 ст. 59 ТК РФ предусматривают возможность заключения срочного трудового договора на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором сохраняется место работы.

В силу п. 2 ст. 77 ТК РФ, одним из оснований прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (ст. 79 настоящего Кодекса).

Согласно ч. 1 ст. 79 того же Кодекса срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Часть 3 той же статьи предусмотрено, что трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

Таким образом, выход на работу отсутствующего работника, для исполнения обязанностей которого принималось на работу другое лицо по срочному трудовому договору, является безусловным основанием для прекращения такого договора.

Как следует из пояснений сторон и представленных в материалы дела доказательств, истец с 16.06.2015 состояла в трудовых отношениях с ФКУ «ЦХ и СО МВД по РБ» на основании срочного трудового договора от 16.06.2015, по условиям которого истец принята на работу в должности юрисконсульта ведущей категории правовой группы для замены временно отсутствующего работника <данные изъяты> за которой сохраняется место работы. Истцу установлен испытательный срок продолжительностью 3 месяца (п. 1.5), условиями договора предусмотрен должностной оклад в размере 5830 руб. (п. 5.1.1).

Приказом № 33 л/с от 17.06.2015 ФИО1 назначена на вышеуказанную должность для замены временно отсутствующего работника <данные изъяты>

Как видно из приказа № 853 от 05.12.2015 «Об утверждении штатного расписания ФКУ «ЦХ и СО МВД по РБ», в учреждении утверждено новое штатное расписание, которым предусмотрена должность юрисконсульта первой категории, должностной оклад 6851 руб., т.е. связи с организационно-штатными мероприятиями на основании вышеупомянутого приказа категория ведущий юрисконсульт правовой группы выведена из штатного расписания и введена должность юрисконсульта первой категорииправовойгруппыс должностным окладом 6851 руб.

ФИО1 в установленном законом порядке 21.12.2015 уведомлена об изменении штатного расписания. Дополнительным соглашением от 22.02.2016 в п.п. 1.1 срочного трудового договора от 16.06.2016 изменен и изложен в следующей редакции «работник принимается на работу в должности юрисконсульта первой категории в качестве специалиста по срочному трудовому договору) правовой группы (для замены временно отсутствующего работника <данные изъяты> за которой в соответствии с законом сохраняется место работы)», также внесены изменения в п. 5.1.1 Договора о размере должного оклада - должностной оклад в размере 6851 руб.

На указанной должности ФИО1 трудилась вплоть до выхода на работу основного работника <данные изъяты>

18.04.2017 <данные изъяты> обратилась с заявлением о выходе на работу на ранее занимаемую должность, в связи с чем 19.04.2017 ФИО1 направлено уведомление о прекращении срочного трудового договора в связи с выходом на работу основного работника.

Приказом № 37 л/с от 20.04.2017 ФИО1 уволена с должности юрисконсульта правовой группы на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ с 24.04.2017.

Приказом № 40 л/с от 24.04.2017 <данные изъяты> признана приступившей к исполнению служебных обязанностей после выхода из отпуска по уходу за ребенком в должности юрисконсульта ведущей группы правовой группы с 25.04.2017 с должностным окладом 7396 руб.

Представленными в материалы дела документами подтверждено то обстоятельство, что <данные изъяты> после выхода из декретного отпуска приступила к исполнению трудовых обязанностей 25.04.2017, трудовые отношения с ФИО1 были прекращены с 24.04.2017.

Вопреки доводам истца, работодателем не были нарушены положения ст. 79 ТК РФ в части соблюдения процедуры увольнения, истец не менее чем за 3 дня до окончания срока трудового договора уведомлена о предстоящем увольнении, увольнение произведено на основании соответствующего приказа. Факт ознакомления с указанными документами истец не оспаривала.

Доводы истца о нарушении работодателем требований ч. 3 ст. 79 ТК РФ являются несостоятельными, поскольку днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника (ч. 3 ст. 84.1 ТК РФ).

Как установлено судом, последним днем работы ФИО1 был рабочий день 24.04.2017, выход на работу <данные изъяты> состоялся 25.04.2017. Данные обстоятельства отражены в табеле учета рабочего времени. В последующем в связи с наличием листка нетрудоспособности в табель учета рабочего времени внесены изменения, составлен дополнительный табель учета рабочего времени, где нашло отражение наличие листка нетрудоспособности у ФИО1

По изложенным основаниям доводы истца о нарушении работодателем при ее увольнении ч. 3 ст. 79 ТК РФ во внимание судом не принимаются. По мнению суда, издание ответчиком приказа об увольнении истца с 24.04.2017, при том, что <данные изъяты> вышла на работу 25.04.2017, никак не нарушает права истца и не свидетельствует о нарушении процедуры увольнения, т.к. трудовой договор с истцом был прекращен с момента выхода <данные изъяты> на работу, что полностью соответствует положениям ч. 3 ст. 79 ТК РФ. При этом у работодателя с 18.04.2014 имелись сведения о намерении <данные изъяты> выйти на работу с 25.04.2017, о чем онзаранее уведомил истца.

Доводы истца о необоснованном заключении дополнительного соглашения от 22.02.2016 являются несостоятельными. Из материалов дела следует и не оспаривалось истцом то обстоятельство, что истец заблаговременно была извещена о проведенных организационно-штатных мероприятиях, в соответствии с которыми должность ведущий юрисконсульт правовой группы была выведена из штатного расписания и введена должность юрисконсульта первой категории правовой группы с должностным окладом 6851 руб. Соглашаясь с указанными изменениями в штатном расписании, истец добровольно заключила дополнительное соглашение от22.02.2016 к трудовому договору, из которого следует, что истец принята на работу в должности юрисконсульта первой категории правовой группы, должностной оклад 6851 руб. Доводы истца о том, что работая по срочному трудовому договору, она сохраняла место работы основного работника <данные изъяты> работодатель не вправе был в отсутствие основного работника изменять штатное расписание, размер должностного оклада и она вправе претендовать на заработную плату, исчисленную из должностного оклада юрисконсульта ведущей категории правовой группы в размере 7396 руб., который был установлен при выходе на работу <данные изъяты> основаны на неверном толковании норм права. Нормы действующего трудового законодательства не содержат положений, которые не позволяли бы работодателю осуществлять организационно-штатные мероприятия в связи с временным отсутствием работника.

Возражая против доводов истца, представитель ответчика заявила о пропуске истцом сроков обжалования дополнительного соглашения от 22.02.2016. Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей, они могут быть восстановлены судом.

Ст. 14 ТК РФ закреплено, что течение сроков, с которыми связано возникновение прав (в частности, на обращение в суд), начинается с той календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав.

Материалами дела подтверждено то обстоятельство, что оспариваемое дополнительное соглашение от 22.02.2016 ФИО1 было подписано в указанный день, т.е. 22.02.2016. В установленный законом срок истец не оспаривала его условия. Довод истца о том, что о нарушенном праве ей стало известно только в ходе судебного разбирательства 28.06.2017 при ознакомлении с представленными ответчиком документами, судом во внимание не принимаются ввиду их явной несостоятельности. Из смысла ч. 1 ст.56 ТК РФ следует, что трудовой договор является соглашением между работодателем и работником, обусловленным достижением договоренности об осуществлении определенной трудовой деятельности на согласованных сторонами условиях. Исследованные судом доказательства в своей совокупности свидетельствуют о том, что между сторонами были достигнуто соглашение обо всех существенных условиях трудового договора, в том числе о занимаемой истцом должности, выполняемой ею трудовой функции, размере должностного оклада. При несогласии с условиями дополнительного соглашения от 22.02.2016 истец вправе была оспорить его содержание в срок до 22.05.2016.

Суд полагает обоснованными доводы стороны ответчика о том, что при выходе на работу основной работник <данные изъяты> в установленном законом порядке будет уведомлена об изменении основных условий трудового договора и трудовой договор с <данные изъяты> будет изменен.

По изложенным основаниям суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к ФКУ «Центр хозяйственного и сервисного обеспечения МВД по Республике Бурятия» об отмене дополнительного соглашения, внесении изменений в приказ, изменения даты увольнения, обязании выплатить заработную плату, взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия через Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: С.Л.Доржиева

Решение суда в окончательной форме принято 14.08.2017.