Приговор № 1-4/2017 1-82/2016 от 2 февраля 2017 г. по делу № 1-4/2017

Дело № 1-4/2017


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«03» февраля 2017 года г. Родники

Родниковский районный суд Ивановской области в составе председательствующего судьи Голятина А.О.,

с участием государственного обвинителя – прокурора Родниковского района Ивановской области Чернышенко К.В.,

защитника - адвоката адвокатской палаты Ивановской области Буракова М.В., представившего удостоверение № 319, ордер № 071,

подсудимой ФИО1,

потерпевшего Ш.Д.,

при секретаре Васильевой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1,, <данные изъяты> не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах:

01 октября 2016 года ФИО1 в период времени между 16 часами и 20 часами находилась по месту фактического проживания своей матери М.Н. по адресу: <адрес>, где совместно с последней, а также её сожителем - Ш. и своим сожителем - К. распивала спиртные напитки.

В указанные дату, время и месте между ФИО1 и Ш., находившимися в одной из комнат квартиры в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, возник конфликт по причине нежелания Ш. нахождения в его квартире по обозначенному выше адресу ФИО1 и К. В ходе возникшей ссоры Ш. стал выгонять ФИО1 из квартиры, толкая её и хватая за волосы. При этом ФИО1 пыталась оказывать сопротивление Ш., отталкивая его от себя. В результате указанных действий обоюдного характера ФИО1 и Ш. причинили друг другу физическую боль, а также ФИО1 были причинены повреждения в виде кровоизлияния в области ногтевого ложа и скола ногтевой пластины 3-го пальца левой кисти, кровоподтёка на правой кисти, ссадин в правой подвздошной и левой поясничной областях, относящихся к категории не причинивших лёгкого вреда здоровью, а Ш. были причинены телесные повреждения в виде ссадин на лице, передней поверхности грудной клетки слева, относящиеся к категории повреждений, не причиняющих легкого вреда здоровью и к причине смерти последнего отношения не имеющие.

Далее в ходе конфликта Ш. втолкнул ФИО1 в помещение кухни квартиры. В целях оказания Ш. сопротивления ФИО1 взяла со стола кухни, рядом с которым находилась, нож хозяйственно-бытового назначения. Данным ножом она стала угрожать Ш., направляя в его сторону клинок, требуя к ней не подходить. Однако, Ш. угрозу ФИО1 проигнорировал и стал двигаться в её направлении, замахнувшись в её сторону своей рукой. При этом Ш. угроз в адрес ФИО1 не высказывал, о целях и направленности своих дальнейших действий ей не сообщал.

В связи с указанными обстоятельствами, у ФИО1 в период времени между 16 часами и 20 часами 01 октября 2016 года, на почве личной неприязни к Ш., обусловленной, в частности, его аморальным и противоправным поведением, возник преступный умысел, направленный на убийство последнего. В целях реализации своего преступного умысла в указанные дату, время и месте ФИО1, находясь в кухне квартиры Ш. в непосредственной от него близости в целях убийства, из личной неприязни, в условиях отсутствия реальной и фактической опасности со стороны последнего жизни и здоровью ФИО1 клинком обозначенного выше ножа нанесла Ш. целенаправленный удар в область груди, в место расположения жизненно важного органа - сердца, причинив Ш. своими действиями следующие повреждения:

- колото-резаную рану передней поверхности грудной клетки в проекции 5-го ребра по левой окологрудинной линии на расстоянии 130 см. от уровня подошв, проникающую в грудную полость с повреждением сердца. Данное ранение сопровождалось кровотечением в сердечную сумку с развитием тампонады её полости кровью, относится к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью, опасный для жизни и находится в прямой причинной связи со смертью Ш.

В связи с полученным повреждением Ш. был доставлен в ОБУЗ «Родниковская ЦРБ», где по прошествии непродолжительного периода времени скончался.

Причиной смерти Ш. явилось колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева, проникающее в грудную полость с повреждениями сердца, сопровождавшееся кровотечением в сердечную сумку и развитием тампонады её полости кровью.

Подсудимая ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ей преступления не признала и показала, что 01 октября 2016 года в период времени с 16.00 до 17.00 часов она вместе с К.. пришли в гости к её матери М.Н., которая проживала совместно с Ш. по адресу: <адрес>. При этом она находилась в незначительной степени алкогольного опьянения, так как ранее они находились в гостях у её отца, где распивали алкогольные напитки. Придя к М.Н. и Ш., они все вместе продолжили в одной из комнат квартиры употреблять алкогольные напитки. На этот момент Ш. и К. уже находились в состоянии сильного алкогольного опьянения. В ходе общения никаких конфликтов между присутствующими не возникало, какие-либо основания для возможного конфликта также отсутствовали. Находясь в состоянии опьянения, К. уснул, а Ш. и её мать вышли на балкон. Через непродолжительный период времени её мать вернулась и пояснила, что ей (ФИО1) с К. пора уходить, так как этого желает Ш. Она ответила, что К. поспит и после этого они уйдут. Как она полагает данные слова её мать передала Ш., так как последний пришёл в комнату в возбуждённом состоянии, стал кричать, оскорблять её, выражаться в её адрес нецензурной бранью, требуя, чтобы она с К. покинули его квартиру. Она спокойно попыталась выяснить причину такого поведения Ш., что последнего ещё более разозлило, он стал хватать её за одежду, волосы, дёргая их и обеими руками пригибая её к полу. При этом он высказывал в её адрес угрозы причинения вреда её здоровью. Её мать М.Н. пыталась успокоить Ш., но безрезультатно. В это время, проснувшись, К. вышел из комнаты, а Ш., продолжая свои действия, за волосы вытащил её в коридор, где продолжил высказывать в её адрес угрозы. Её мать пыталась защитить её, но результатов это также не принесло, так как Ш. отталкивал М.Н. Находясь в согнутом положении, она просила отпустить её, сопротивлялась, пыталась освободиться от рук Ш., царапая последнего по лицу. Увидев происходящее, К.., оттолкнул от неё Ш., после чего вышел из квартиры. Она также стала одеваться, намереваясь уйти из квартиры. В это время Ш. вновь стал кричать, схватил её руками за волосы, ударил ногой в область поясницы и втолкнул её в помещение кухни, где продолжил дёргать её руками за волосы, оскорблять и угрожать причинением вреда её здоровью. Данные угрозы она воспринимала, как реально осуществимые, так как считала, что Ш. намерен либо избить её, либо скинуть с балкона по направлению к выходу на который он её оттеснял. Испытывая чувство страха за свою жизнь и здоровье, находясь в помещении кухни в согнутом положении, она левой рукой взяла со стола неизвестный ей предмет, переложила его в правую руку и увидела, что это был нож, общей длиной около 20 см. В этот момент Ш., отпустив её, стоял перед ней на близком расстоянии. Держа нож в правой руке клинком в направлении Ш., она решила напугать последнего и сказала: «Не подходи, а то ударю». Она полагала, что после того, как выскажет Ш. угрозу нанесения удара ножом, последний испугается и прекратит свои действия. Вместо этого Ш. сказал: «Ну, давай, попробуй», стал приближаться к ней и замахнулся на неё правой рукой. Её мать М.Н. в это время находилась сзади Ш., пытаясь оттащить его, но Ш. оттолкнул М.Н. и она упала. Видя, что Ш. сделал шаг по направлению к ней и замахнулся рукой, она, держа нож в руке клинком в направлении Ш., закрыла глаза и присела. Никаких дальнейших действий по отношению к ней от Ш. не последовало, ударов он ей не наносил, стал отходить от неё, держась за левый бок, и сказал: «Зачем ты это сделала?», на что она ответила: «А что ты меня трогаешь». При этом, что произошло, она не поняла. Ш. прошёл в комнату, где сел на диван, а далее держась за левый бок, сполз на пол. Её мать закричала, что бы она вызвала «скорую помощь». Она выбежала из квартиры, пыталась вызвать бригаду «скорой медицинской помощи». Затем вернувшись в квартиру, она пыталась выяснить у М.Н., что произошло, на что последняя отвечала, что Ш. сам.

Вместе с тем подсудимая показала, что после того, как Ш. приблизившись, замахнулся на неё, она поняла, что клинок ножа воткнулся в тело Ш. в области его груди. После того, как Ш. стал отходить от неё, нож по-прежнему находился у неё в руке, который она протёрла изнаночной стороной куртки и положила на стол. Зачем она вытерла нож, пояснить не может. Умышленных ударов ножом она Ш. не наносила, полагает, что он сам, приблизившись к ней, наткнулся на клинок ножа, который она, не успев убрать, держала в руке.

Также подсудимая показала, что в ходе данных событий она поняла, что нанесла ножом Ш. ранение. Однако умысла на убийство Ш. у неё не было. Если бы она желала убить его, то могла бы нанести ещё удар, так как препятствий к этому никаких не было. В сложившейся ситуации она защищалась от действий Ш.

Затем подсудимая показала, что удар ножом Ш. она не наносила, одновременно пояснив, что в сложившейся ситуации защищалась от действий последнего.

После того, как она окончательно ушла из квартиры Ш. ей позвонила её сестра Ч., которой она сказала, что ранила дядю Серёжу. Также находясь в баре, она сообщила об этом К.

В ходе данного конфликта она находилась в крайне взволнованном состоянии, так как ранее в отношении её насилие никто не применял. Она предполагала, что Ш. относится к ней недоброжелательно, но никогда конфликтов между ними не было. Считает, что состояние её опьянения явилось одной из причин избранной ею защиты от действий Ш. Находясь в трезвом состоянии, она вообще избежала бы данного конфликта.

Судом исследован протокол явки с повинной гр-ки ФИО1 от 02.10.2016 года (том 1, л.д.45) из содержания которого следует, что она 01.10.2016 года, находясь по адресу: <адрес>, с целью обороны нанесла ножевое ранение, а именно один удар в область груди гр-ну Ш. Убивать Ш. она не хотела, собиралась припугнуть. Вину в случившемся признает полностью, в содеянном раскаивается.

Также судом исследован протокол явки с повинной гр-ки ФИО1 от 02.10.2016 года (том 1, л.д.187) из содержания которого следует, что 01.10.2016 она в ходе конфликта с Ш., находясь в помещении кухни, взяла со стола левой рукой кухонный нож и переложила его в правую руку. Руку с ножом она вытянула в сторону Ш., так как он стал подходить к ней. Она хотела его данным ножом припугнуть, и сказала, чтобы он не подходил, иначе она может воспользоваться ножом. Однако, Ш. подошёл ближе и сказал мол, ну давай. При этом она увидела, что он вроде бы стал поднимать свою руку. Она не знала точно, что он хотел ею сделать, может схватить её, может ударить. Учитывая, что до этого он её толкал, ударял ногой и хватал за волосы, она ничего нормального от Ш. не ожидала, поэтому, опасаясь за себя, сразу же ударила клинком ножа в грудь Ш. слева. Это произошло очень быстро. Она мгновенно среагировала. Куда именно пришелся удар ножом, она не помнит. Никуда специально она не целилась. Удар она ему нанесла, так как он не воспринял её угрозы и хотел в отношении её что-то сделать своей рукой. Она реально опасалась его действий. После удара нож остался у неё в руке. Далее Ш. от неё отошел и спросил о том, зачем она так сделала. Она ему ответила, что опасалась его. После этого он просил вызвать ему «скорую». Впоследствии Ш. отвезли в больницу, где он скончался. Ножевое ранение Ш. причинила именно она, однако убивать Ш. умысла у неё не было. Она лишь хотела напугать Ш., а затем испугалась его возможных действий, когда он стал поднимать на неё свою руку. В связи с этим она ножом защищалась, так как её угроз ножом Ш. в серьёз не воспринял. В содеянном признается и раскаивается.

При допросе в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой ФИО1 показала, что 01.10.2016 года она вместе с К. находились в гостях по месту жительства её матери М.Н. и Ш. В какой то момент после распития алкогольных напитков мать ей стала говорить, чтобы они с К. уходили, так как это желание Ш. Затем, как она полагает, её мать рассказала Ш., что они не уходят. После этого в комнату вошёл Ш., стал на неё (ФИО1) кричать, и прогонять. Она стала ему говорить, что они уйдут, но К.. нужно еще немного отоспаться, и им надо дождаться 20 часов. Несмотря на её просьбы, Ш. не успокаивался, вёл себя агрессивно. Поняв, что он не отступится, она разбудила К.., и они стали собираться. Ш. в это время стал хватать её за футболку, выталкивать из комнаты, хватать и тащить за волосы. В какой-то момент, когда она собирала вещи, Ш. пнул её один раз по спине ногой, от чего она испытала физическую боль. Её мать в это время находилась рядом, была за спиной Ш., пыталась оттолкнуть его от неё. Проснувшийся К. также попытался её защитить, оттолкнул от неё Ш. После этого К. оделся и вышел на лестничную площадку, а она задержалась в квартире, так как ей надо было забрать свою сумку. Ш. опять стал на неё накидываться, толкать, хватать за волосы. Она ему поясняла, что сейчас уйдёт, но он её не слышал. Он пошёл на неё, от чего она стала пятиться назад и вошла в помещение кухни. В какой-то момент она своей левой рукой нащупала на столе кухонный нож длиной около 20 см., взяла его и переложила в правую руку. Взяв нож в правую руку, она вытянула его в сторону Ш., сказала ему, чтобы он не подходил, иначе она ткнёт им его. Тем самым она хотела припугнуть Ш., чтобы он ушёл от неё. Не смотря на это, Ш. пошёл в её сторону, и как ей показалось, стал на неё замахиваться своей рукой. Учитывая, что до этого Ш. её хватал, толкал, стукал, она посчитала, что на этом его агрессия не закончилась, и он может её ударить или схватить. Побоявшись за свою жизнь и здоровье, она как-то машинально воткнула клинок ножа в грудь Ш. Куда именно пришёлся удар, сказать не может, конкретно она никуда не целилась. Произошло это всё очень быстро. Сразу же после того, как она воткнула ему нож в грудь, она его вытащила, обтёрла рукоятку об свою куртку, и бросила нож обратно на стол. Для чего она обтёрла нож, точно сказать не может, просто она сильно испугалась того, что произошло. В то время, когда Ш. шёл на неё, и она ему воткнула нож в грудь, её мать находилась всё это время за спиной Ш. и пыталась его остановить, Ш. её отталкивал. После того, как она вытащила нож, Ш. пошёл в комнату, в которой они сидели, взявшись рукой за грудь. Он её (ФИО1) спросил, зачем она это сделала, на что она пояснила, что испугалась его, не знала, чего ждать в дальнейшем. Перед тем как она ушла из квартиры, у неё с матерью состоялся разговор, в ходе которого они договорились сообщить, что Ш. сам нанёс себе данный удар. Признаёт, что она нанесла ножевое ранение Ш. При этом убивать Ш. у неё не было цели, она хотела его напугать. Делала она это только потому, что испугалась его поведения, вёл он себя неадекватно, проявлял агрессию по отношению к ней. В содеянном признаётся, раскаивается (том 1, л.д.197-201).

В ходе проверки показаний на месте подозреваемая ФИО1 продемонстрировала последовательность и механизм действий, воспроизвела на месте обстановку и обстоятельства совершённого ею деяния 01 октября 2016 года по адресу: <адрес>, о которых дала аналогичные показания при допросе в качестве подозреваемой 02.10.2016 года, а также при заявлении о явке с повинной. Кроме того в ходе проверки показаний на месте подозреваемая ФИО1 конкретизировала и продемонстрировала, что удар ножом Ш. она нанесла после того, как последний замахнулся на неё своей правой рукой, что следует из протокола проверки показаний на месте от 02.10.2016 года (том 1, л.д.202-217).

При допросе в качестве обвиняемой 10.10.2016 года ФИО1 дала показания в целом аналогичные показаниям при допросе её в качестве подозреваемой и при проверке показаний на месте. При этом уточнила, что переложив в свою правую руку нож, она сказала Ш., чтобы он не подходил, а то она за себя не ручается. Она просто хотела его напугать, но Ш. начал замахиваться и начал к ней подходить. Тут в какой-то момент она ему попала в левую часть груди, умысла у неё не было его убивать, просто хотела его напугать, она защищалась (том 1, л.д.221-228).

При дополнительном допросе в качестве обвиняемой 22.11.2016 года ФИО1 показала, что подтверждает показания, данные ею ранее. 01 октября 2016 года в ходе конфликта с Ш., находясь в помещении кухни, она взяла рукой нож. Когда Ш. приближался к ней, она ему сказала не подходи, иначе ударю ножом. Не смотря на это, он замахнулся на неё рукой, как она считает, желая схватить её за волосы. В это время она нанесла Ш. удар ножом в левую часть его груди. Сделала она это в связи с тем, что испугалась, что Ш. может схватить её или ударить. В это время за спиной Ш. находилась её мать, которая пыталась оттащить Ш в сторону. После нанесения удара Ш. нож она из него вытащила и положила обратно на стол, предварительно обтерев об куртку (том 1, л.д.232-237).

По существу явок с повинной и показаний в качестве подозреваемой и обвиняемой подсудимая ФИО1 в ходе судебного разбирательства пояснила, что после её задержания сотрудниками полиции она добровольно, без какого-либо давления обратилась с явкой с повинной. В ходе предварительного следствия, в том числе при проверке её показаний на месте, она находилась в стрессовом состоянии, поэтому поясняла о своих действиях и демонстрировала их не точно, не придавая значения деталям и не осознавая в полной мере произошедшее. Также полагает, что она неверно могла выразить свои мысли, либо следователь не точно занесла её показания в протокол, так как она давала следователю показания о том, что она не наносила Ш. удар ножом. В ходе судебного разбирательства она дала наиболее полные и достоверные показания.

Вина подсудимой ФИО1 в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Потерпевший Ш.Д. суду показал, что его отец Ш. проживал вместе с М.Н. по адресу: <адрес>. Ш. часто употреблял алкогольные напитки, в том числе, вместе с М.Н. В состоянии опьянения его отец становился вспыльчивым, агрессивным, мог начать кричать и ругаться. В результате событий произошедших 01 октября 2016 года его отец скончался от нанесённого ему ножевого ранения. Впоследствии от М.Н. ему стало известно, что данное ранение его отцу нанесла её дочь ФИО1 Ему известно, что Ш. и ФИО1 недолюбливали друг друга. Вместе с тем полагает, что причиной смерти его отца явилось неблагоприятное стечение обстоятельств. Претензий материального и морального характера он к ФИО1 не имеет, на строгом наказании не настаивает.

При допросе в ходе предварительного следствия потерпевший Ш.Д. показал, что от М.Н. ему стало известно, что его отец якобы как-то сам себя зарезал. При этом она была сильно пьяна, и ничего толком объяснить не могла. Он в эту версию не верит. Случайно это произойти не могло, а мыслей о самоубийстве у его отца никогда не было (том 1, л.д.62-64).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, потерпевший Ш.Д. подтвердил, пояснив, что действительно не верит в версию о самоубийстве.

Свидетель М.Н. суду показала, что 01 октября 2016 года она вместе с Ш. в дневное время суток находились по месту их жительства по адресу: <адрес>, где они совместно распивали алкогольные напитки. Около 17.00 часов к ним в гости пришли её дочь ФИО1 и К.. После этого они вчетвером, находясь в одной из комнат квартиры, продолжили употребление алкогольных напитков. Через непродолжительный период времени, находясь в состоянии алкогольного опьянения, К. и ФИО1 уснули на кровати в комнате, а она вместе с Ш. вышли на балкон. Находясь на балконе, Ш. стал выказывать ей своё недовольство пребыванием в квартире ФИО1 и К., требуя чтобы последние уезжали к себе домой. Какова была причина данного требования Ш., она не знает, никаких предшествующих этому конфликтов между ними не было. После этого Ш. прошёл в комнату и в грубой форме потребовал от ФИО1 покинуть его квартиру. ФИО1 пояснила, что они уедут через некоторое время. После чего Ш. стал кричать на ФИО1, которая в ответ заявила, что она (М.Н.) более с ним не останется и уедет вместе с ней. Данные слова ещё более разозлили Ш., он стал оскорблять ФИО1, выражаться в её адрес нецензурной бранью, схватил её руками за волосы и стал нагибать её по направлению к полу. Она (М.Н.) пыталась оттащить Ш. от ФИО1, последняя также сопротивлялась, пытаясь освободиться от Ш. Проснувшийся К.., оттолкнул Ш. от ФИО1 После этого конфликт закончился, но как только К. вышел из комнаты Ш. вновь схватил ФИО1 руками за волосы и стал угрожать ей убийством. В ходе конфликта они переместились в коридор, где Ш. вновь продолжил нецензурно оскорблять ФИО1, держа её руками за волосы, толкал последнюю в направлении кухни, высказывая угрозы расправы над ней, если она вновь придёт в его квартиру. В ходе данного конфликта ФИО1, прося Ш. отпустить её, переместилась в помещение кухни, а Ш. находился на входе в помещение кухни. В это время она (М.Н.), находясь сзади Ш., пыталась удержать его, не давая последнему нападать на ФИО1 Однако Ш. оттолкнул её, она упала в коридоре и что далее происходило между Ш. и ФИО1 в помещении кухни не видела. Каких-либо фраз высказанных ФИО1 в адрес Ш., она также не слышала. В тот момент, когда она поднялась с пола, из кухни вышел Ш., который прижимал руку к области левой части груди. Пройдя в комнату, Ш. сел на диван и попросил вызвать «скорую помощь». Она видела в области груди Ш. следы крови. Не смотря на то, что она не понимала причины для вызова «скорой помощи» она крикнула находящимся в подъезде дома ФИО1 и К. о необходимости вызова «скорой помощи». Более ФИО1 в этот день она не видела и ни о чём с ней не говорила.

Далее свидетель показала, что в тот момент, когда ФИО1 находилась в помещении кухни, Ш. пытался схватить её за волосы и угрожал ей немедленной расправой. При этом ФИО1, отталкивая Ш., отходила к выходу на балкон, а Ш. шёл на неё. Угроз при этом в адрес Ш. ФИО1 не высказывала, каких-либо предметов в руках у последней она не видела.

Далее свидетель показала, что она видела, как Ш., приближаясь в помещении кухни к ФИО1, замахивался на неё руками, после чего, высказав в адрес ФИО1 угрозу убийством, нанёс последней удар правой рукой в левое плечо. После этого она пыталась оттащить Ш. от ФИО1, но Ш. оттолкнул её и она упала.

При допросе в ходе предварительного следствия, свидетель М.Н. показала, что 01.10.2016 года примерно в 16-17 часов к ним пришли ФИО1 и К.., которые находились в состоянии алкогольного опьянения. Она с Ш. также были сильно выпивши. В комнате квартиры они вчетвером продолжили распивать спиртные напитки. После того, как Ш. на балконе стал говорить ей, чтобы она выпроваживала ФИО1 и К.., она вернулась с балкона в комнату, и предложила ФИО1 уезжать, но ФИО1 говорила, что они поедут позже. Узнав об этом, Ш. ещё больше разозлился, стал агрессивным, начал кричать, обзывать ФИО1, хватать её за руки, вытаскивал её из комнаты, тащил за волосы. Конфликт между ФИО1 и Ш. перешёл в коридор около входа в кухню. Ш. продолжал вести по отношению к ФИО1 себя агрессивно, можно сказать, налетал на неё. Когда Ш. в очередной раз пошёл на ФИО1, она стала пятиться назад, вошла в кухню. При этом Ш. шёл на неё. Она (ФИО2) в это время шла за Ш., была за его спиной. Она пыталась его удержать, чтобы он не подходил и не трогал ФИО1, но он её отталкивал. В какой-то момент она услышала, что ФИО1 закричала Ш. фразу примерно следующего содержания: «не подходи, а то я воткну в тебя его». Так как она находилась за спиной Ш., то не могла видеть, что у ФИО1 находилось в руках. В какой-то момент Ш. замахнулся на ФИО1 рукой, а буквально через 1-2 секунды повернулся в её (М.Н.) сторону, держался рукой за грудь в области сердца. У него в этом месте была кровь, которая пропитала его одежду. Сразу же после этого Ш. пошёл в комнату, где они распивали спиртные напитки, и попросил вызвать «скорую помощь». Придя в комнату, Ш. упал где-то в области дивана на пол. Сразу же после случившегося ФИО1 ушла из квартиры. Когда ФИО1 уходила, она (М.Н.) предложила говорить, что Ш. воткнул нож в себя сам, чтобы о случившемся никто не узнал (том 1, л.д.73-76).

Кроме того, при допросе в ходе предварительного следствия, свидетель М.Н. показала, что в тот момент, когда они все втроём находились на кухне в квартире, она стояла за спиной Ш. ФИО1 стояла перед ним. Расстояние между ними было небольшое. Она видела, как Ш. замахнулся на ФИО1 В это время в руке у него ничего не было. Никаких угроз Ш. не высказывал, о направленности своих действий не говорил. Что именно он хотел сделать, замахиваясь рукой, было непонятно, может он хотел толкнуть ФИО1 или схватить её за волосы, как делал это в коридоре. Буквально через 1-2 секунды после того, как он замахнулся на ФИО1, Ш. развернулся, в это время он уже держался за грудь. Развернулся на кухне Ш. на том же месте, что и тогда, когда делал замах рукой, вперед в сторону ФИО1 он в этот момент не шагал, оставался на одном и том же месте. Что именно сделала ФИО1, она не видела, так как Ш. загораживал её своей спиной. При этом Ш. на ФИО1 не падал. Никаких резких движений в её сторону по типу падения на неё или резкого шага в её сторону, он не делал. В тот момент, когда он замахивался на ФИО1, она (М.Н.) находилась сзади него, пыталась оттащить его на себя от ФИО1 В этот вечер Ш. действительно сильно ругался, кричал матом, накидывался на ФИО1, хватая её за волосы. Что он этим хотел добиться, она не знает, просто было проявление агрессии с его стороны. Угроз убить, скинуть с балкона или сделать ещё что-нибудь подобное, не было. Ш. никогда не высказывался в отношении ФИО1 с намерением её убить, искалечить. По поведению Ш. и крикам нельзя было понять, что он собирается дальше делать (том 1, л.д.77-79).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, свидетель М.Н. первоначально подтвердила, пояснив, что они зафиксированы в протоколах с её слов и являются достоверными. После чего пояснила, что давала показания в ходе предварительного следствия об истинных причинах конфликта и угрозах, в том числе убийством, высказанных Ш. в адрес ФИО1, о том, что в помещении кухни Ш. нанёс удар ФИО1, о том, что следы крови у Ш. она увидела лишь в комнате. Однако следователь не занесла в протокол данные показания. Кроме того, показаний о том, что ФИО1 произнесла фразу: «не подходи, а то я воткну в тебя его», она в ходе предварительного следствия не давала, так как данной фразы не слышала. О наличии в протоколе её допроса показаний о произнесении ФИО1 данной фразы она узнала в ходе судебного разбирательства. ФИО1 лишь просила Ш. не трогать её. Также свидетель уточнила, что разговор между ней и ФИО1 относительно того, что Ш. сам наткнулся на нож, состоялся не в квартире, а возле подъезда дома. В остальной части показания изложены верно. При этом с зафиксированными следователем показаниями она самостоятельно не знакомилась, полноту и достоверность их занесения в протокол проверить не могла. О наличии в протоколе её допроса показаний о произнесённой ФИО1 фразе «не подходи, а то я воткну в тебя его», она узнала в ходе судебного разбирательства.

При оценке доказательств – показаний свидетеля М.Н. суд с недоверием относится к её показаниям в суде в части причин произошедшего конфликта, угроз убийством, высказанных Ш. в адрес ФИО1, в том числе в помещении кухни, а также относительно нанесения удара рукой Ш. в левое плечо ФИО1 в помещении кухни и отсутствии высказанной последней в адрес Ш. угрозы применения ножа. Суд признаёт данные показания недостоверными, и принимает во внимание в данной части показания, данные ею в ходе предварительного следствия, считая их достоверными, являющимися допустимыми доказательствами по делу. Принимая во внимание непоследовательность объяснений свидетеля М.Н. относительно достоверности показаний данных ею в ходе предварительного следствия, явно надуманным суд видит довод свидетеля М.Н. об искажении следователем её показаний, данных в ходе предварительного расследования, полноту и достоверность которых она проверить не могла, так как данный довод опровергается показаниями свидетеля К.. показавшей суду, что в ходе производства предварительного расследования по данному уголовному делу ею дважды проводился допрос свидетеля М.Н. Перед началом допроса выяснялось отсутствие обстоятельств, связанных с состоянием здоровья свидетеля, которые могли бы воспрепятствовать проведению допроса. Препятствий допросу не имелось. Свидетелю были разъяснены её права, в том числе, право не свидетельствовать против своего близкого родственника. После чего в свободном рассказе М.Н. изложила известные ей обстоятельства, которые затем уточнялись. Все показания свидетеля в полном объёме были зафиксированы в протоколах с её слов. М.Н. была ознакомлена с содержанием протоколов её допроса, какие-либо замечания и дополнения по существу зафиксированных в протоколах показаний от неё не поступали.

Свидетель К.. суду показал, что 01 октября 2016 года в вечернее время суток он вместе с ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, пришли в гости к матери последней М.Н., которая проживала совместно с Ш. Находясь в гостях, они продолжили распитие алкогольных напитков. Через непродолжительный период времени он уснул. Проснулся он от криков ФИО1 и Ш., между которыми происходил конфликт в коридоре квартиры. Причина конфликта ему не известна. Он увидел, что находящийся в состоянии алкогольного опьянения Ш. в ходе данного конфликта хватает ФИО1 за одежду, в связи с чем, он оттолкнул Ш. от ФИО1, которая после этого сказала, что нужно собираться и уходить. Он вышел из квартиры, следом за ним вышла ФИО1, вместе с которой они ушли в бар, где были задержаны сотрудниками полиции. Разговаривали ли они с ФИО1 о произошедшем между ней и Ш. конфликте он пояснить не может.

При допросе в ходе предварительного следствия, свидетель К. показал, что проснулся он от криков ФИО1, которая кричала на Ш., чтобы последний отстал от неё. Суть происходившего между ними конфликта он не понял, только помнит, что Ш. в коридоре около входа в кухню хватал ФИО1 за руки, за плечи, оскорблял её нецензурной бранью. Они оба в этот момент находились в стоянии алкогольного опьянения, были агрессивны, кричали друг на друга. Он подошёл к ним из комнаты, развёл Ш. и ФИО1 в разные стороны, после чего ФИО1 прошла в кухню, а Ш. остался стоять в коридоре. После его непродолжительного отсутствия ФИО1 сказала, чтобы он собирался, что они уходят. После этого они ушли с ФИО1 в какое-то кафе, где продолжили употреблять спиртные напитки. Когда они находились в кафе, ФИО1 ему сказала, что нанесла Ш. удар ножом, ткнув им последнего. Куда она нанесла удар, она не поясняла, а он не спрашивал (том 1, л.д.80-83).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, свидетель К.. подтвердил в полном объёме, пояснив, что они являются достоверными. На момент судебного разбирательства ряд обстоятельств он забыл.

Свидетель В.Г. суду показала, что 01 октября 2016 года в период времени с 20 до 21 часа ей позвонила ФИО1, которая была взволнованна, кричала, просила вызвать «скорую помощь» и сказала, что она зарезала Ш. После этого с ФИО1 разговаривала её дочь Ч., от которой ей (В.Г.) стало известно, что между ФИО1 и Ш. произошёл конфликт, в ходе которого Ш. оскорблял ФИО1, схватил её за волосы, последняя вырвалась от него и в помещении кухни ударила его ножом. ФИО1 она характеризует с положительной стороны, как человека, всегда готового придти на помощь. Алкогольными напитками ФИО1 не злоупотребляла, а случаи употребления алкоголя никак негативно не сказывались на её эмоциональном состоянии. Напротив Ш. злоупотреблял алкоголем, нигде не работал, применял физическую силу по отношению к М.Н., испытывал неприязнь к ФИО1, в связи с тем, что последняя заступалась за свою мать.

Свидетель Т.А. суду показала, что 01 октября 2016 года в период времени с 19 до 20 часов ей позвонила её сестра ФИО1, которая плакала и просила вызвать «скорую помощь», так как она ударила Ш. за то, что последний ударил её и хватал за волосы. После этого она (Т.А.) позвонила своей матери М.Н., которая находилась в состоянии опьянения и сказала, что Ш. умер в результате ножевого ранения. Кто именно причинил ему данное ранение, она не объясняла. Свою сестру ФИО1 она характеризует, как человека не агрессивного, в том числе и в состоянии опьянения. Ш. испытывал неприязнь к ФИО1, но никаких открытых конфликтов между ними не было.

При допросе в ходе предварительного следствия, свидетель Т.А. показала, что позвонившая ей ФИО1 была сильно взволнована, плакала, кричала в трубку. Она разговаривала взахлёб, всё, что она поняла из её слов это то, «что она зарезала Ш., который полез на неё драться». Она сразу же позвонила матери, та тоже плакала, по разговору было слышно, что она находится в состоянии алкогольного опьянения, кричала, в ходе разговора с её слов она поняла, что ФИО1 в ходе ссоры, воткнула в Ш. нож, из-за чего его увезли в больницу на «скорой помощи». Так же мать ей сказала, что ФИО1 нанесла ему удар ножом тогда, когда он полез на неё драться (том 1, л.д.103-105).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, свидетель Т.А. подтвердила в полном объёме, пояснив, что они соответствуют действительности. Подробности произошедших событий она забыла.

Свидетель Б. суду показала, что 01 октября 2016 года её сын К.. вместе с ФИО1 уехали в <адрес> в гости к матери последней. Обратно её сын вернулся один и пояснил, что ФИО1 задержали, в связи с тем, что она нанесла ножевое ранение Ш., от которого он скончался. ФИО1 она характеризует с положительной стороны, как доброго, заботливого и уравновешенного человека. Состояние алкогольного опьянения не сказывается отрицательно на её поведении.

Свидетель М.Ю. суду показал, что 01 октября 2016 года в дневное время суток к ним в гости пришла его дочь ФИО1 с её молодым человеком по имени К.. По данному поводу они употребили алкогольный напиток. Около 17 – 18 часов ФИО1 и Максим от него ушли, намереваясь зайти в гости к матери ФИО1 – М.Н. При этом ФИО1 находилась в незначительной степени алкогольного опьянения. Около 02.00 часов ночи 02 октября 2016 года ему позвонила его дочь Т.А. и сообщила, что ФИО1 задержана, а Ш. скончался. Какие-либо иные обстоятельства произошедшего ему не известны. ФИО1 он характеризует с положительной стороны, как доброго и весёлого человека. Проявления агрессии со стороны ФИО1, в том числе при употреблении алкогольных напитков, он никогда не наблюдал.

При допросе в ходе предварительного следствия, свидетель М.Ю. показал, что уже ночью с 01.10.2016 года на 02.10.2016 года ему от старшей дочери стало известно, что ФИО1 нанесла удар ножом Ш. (том 1, л.д.112-114).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, свидетель М.Ю. подтвердил, пояснив, что они соответствуют действительности. В ходе судебного заседания данное обстоятельство он забыл.

Свидетель Г. суду показала, что 01 октября 2016 года в дневное время суток к ним в гости пришла ФИО1 вместе с её молодым человеком по имени <данные изъяты>. Находясь у них в гостях, ФИО1 употребила незначительное количество алкоголя, что отрицательно не отразилось на её эмоциональном состоянии. В период времени с 17.00 до 18.00 часов последние ушли, собираясь зайти в гости к М.Н., которая проживала совместно с Ш. Ранним утром 02 октября 2016 года ей от Т.А. стало известно, что Ш. схватил ФИО1 за волосы, она вырвалась, убежала на кухню, где взяла нож и затем порезала Ш. ФИО1 она характеризует положительно, как доброго и уважительного человека.

При допросе в ходе предварительного следствия свидетель Ш.Н. показала, что её отец Ш. проживал в квартире по адресу: <адрес> совместно с М.Н. Ей известно, что её отец мог как-то эмоционально высказаться к другим людям, если его что-то не устраивало. При этом случаев, чтобы отец проявлял к кому-то агрессию, поднимал руку, при ней никогда не было. С М.Н. у них всегда были напряженные отношения, они часто ругались, все это было на фоне употребления спиртных напитков. С дочерью М.Н. - ФИО1 у него отношения не сложились, ему не нравилось, когда она приходила к нему в квартиру. 02.10.2016 года ей от матери стало известно, что отца кто-то порезал, и он умер в больнице. Уже в последующем ей стало от М.Н. известно, что ФИО1 01.10.2016 года вечером воткнула нож в её отца, после чего его госпитализировали в больницу, где он умер. Сказала ей это М.Н. не сразу, сначала говорила, что отец порезался сам (том 1, л.д.122-124).

При допросе в ходе предварительного следствия свидетель Ш.Т. показала, что ранее она состояла в браке с Ш. Ш. по характеру был вспыльчивый, мог кричать, ругаться, если его что-то не устраивало. При этом она не может сказать, каким по характеру он был последнее время, так давно его не видела и не общалась. Но в целом, он вёл аморальный образ жизни, не работал, употреблял спиртные напитки. 02.10.2016 года ночью ей от сына стало известно, что Ш. умер в больнице (том 1, л.д.128-130).

Свидетель С. суду показал, что 01 октября 2016 года в вечернее время суток он в составе бригады «скорой медицинской помощи» выезжал в один из домов <адрес>, в связи с поступившим сообщением о причинении мужчине ножевого ранения. Прибыв по указанному в вызове адресу, он увидел, что в одной из комнат квартиры на полу лежит мужчина. При осмотре было установлено, что у мужчины имеется рана, предположительно ножевая, на передней поверхности грудной клетки. Состояние мужчины оценивалось им, как тяжелое. Находился ли мужчина в состоянии алкогольного опьянения, он достоверно пояснить не может. При выяснении обстоятельств произошедшего, мужчина пояснил, что он сам. Относительно того, что говорила находящаяся в квартире женщина, он не помнит. Данный мужчина был доставлен в «Родниковскую ЦРБ» и передан врачу хирургу. Впоследствии от сотрудников полиции ему стало известно, что данный мужчина скончался.

При допросе в ходе предварительного следствия, свидетель С. показал, что 01.10.2016 года в 19 часов 50 минут в отделение СМП «Родниковская ЦРБ» поступило сообщение от женщины, которая сообщила, что у её сожителя - Ш., резаная рана. Приехав по указанному женщиной адресу: <адрес>, он увидел, что на полу в комнате на правом боку лежал мужчина, находящийся в состоянии алкогольного опьянения. При осмотре пациента было установлено, что у него имелось ножевое ранение грудной клетки по середине. Ножа в ране не было. Кроме больного в квартире также присутствовала его сожительница. Она находилась в состоянии алкогольного опьянения, и несколько раз повторяла, что Ш. наткнулся на нож сам. Каким способом она не рассказывала. После оказания первой медицинской помощи на месте, Ш. был доставлен в приёмное отделение ОБУЗ «Родниковская ЦРБ», откуда, как ему известно, направлен в хирургическое отделение. В приёмном отделении он ещё раз поинтересовался у Ш., кто его порезал, на что последний ответил: «не скажу» (том 1, л.д.146-148).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, свидетель С. подтвердил в полном объёме, пояснив, что они соответствуют действительности, некоторые обстоятельства произошедшего он забыл, в связи с истечением значительного периода времени и в виду неединичного вызова «скорой помощи».

При допросе в ходе предварительного следствия свидетель Т. показал, что 01.10.2016 года в 20 часов 10 минут в приёмное отделение ОБУЗ «Родниковская ЦРБ» на «скорой помощи» поступил Ш., <данные изъяты> Пациент поступил с проникающим колото-резаным ранением грудной клетки в области сердца. Ш. на момент поступления находился в тяжелом состоянии, не разговаривал, находился в сознании. При этом Ш. также был в состоянии сильного алкогольного опьянения. В ходе осмотра Ш. с учётом локализации ранения и резким ухудшением состояния пациента в операционной ОБУЗ «Родниковская ЦРБ» было установлено, что у Ш. имелся проникающий характер ранения грудной клетки, не исключалось ранение сердца. Пациенту требовалась операционное вмешательство. В ходе предоперационной подготовки в 21 час 30 минут состояние Ш. ухудшилось, а в 22 часа он скончался в операционной. Имеющееся у Ш. ранение с учётом его локализации, глубины раневого канала, направленности входного отверстия, прямо указывает на то, что данное ранение было нанесено им не самим, а иным лицом (том 1, л.д.134-136).

При допросе в ходе предварительного следствия свидетель В. показала, что над её квартирой, в квартире <адрес> проживал Ш., который в целом вёл аморальный образ жизни, постоянно употреблял спиртные напитки, нигде не работал. Вместе с Ш жила его сожительница Нина. Спиртные напитки они употребляли вместе. В те дни, когда они выпивали, они часто ругались, из квартиры доносилась ругань. Ш часто ругался с кем-либо из своих знакомых у подъезда, кричал, мог нагрубить. Из-за этого у неё о нём сложилось впечатление, как о неспокойном, вспыльчивом человеке. 01.10.2016 года она находилась дома, около 20-21 часа она услышала, что в квартире Ш в очередной раз что-то происходит, раздался какой-то шум, как будто что-то упало, были слышны женские крики. В тот день у Ш в квартире была дочь его сожительницы и молодой человек. После услышанного шума из квартиры Ш, она увидела, как из подъезда кого-то вынесли на носилках в машину «скорой помощи». Уже позже ей стало известно, что Ш было причинено ножевое ранение (том 1, л.д.150-154).

При допросе в ходе предварительного следствия свидетель С.З. показала, что в соседней с ней квартире проживал Ш.. 01.10.2016 года в вечернее время около 21 часа в квартире Ш. возник конфликт, были слышны крики, женский голос. Содержание криков разобрать было нельзя. Голоса Ш. она не слышала. На конфликт в квартире Ш. она не обратила внимания, не придала этому знания, так как ссоры из их квартиры раздавались часто (том 1, л.д.155-159).

Свидетель С.Х. суду показал, что в один из дней зимы 2016 года около 20.00 часов он слышал женский крик, доносившийся из <адрес>, где проживали Ш. и М.Н. По его мнению женщина кого-то ругала. Ранее также он слышал, что между Ш. и М.Н. происходили конфликты.

При допросе в ходе предварительного следствия, свидетель С.Х. показал, что женские крики из квартиры Ш. он слышал 01.10.2016 года около 20-21 часа (том 1, л.д.160-164).

Показания, данные в ходе предварительного следствия, свидетель С.Х. подтвердил, пояснив, что дату произошедших событий он забыл.

При осмотре помещения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> что следует из протокола осмотра места происшествия от 01 октября 2016 года в комнате - спальне на столе обнаружен кухонный нож с деревянной ручкой коричневого цвета. На комоде в комнате обнаружен складной нож в чехле зелёного камуфлированного цвета. В помещении кухни на столе обнаружены два ножа кухонного назначения, один с деревянной ручкой коричневого цвета, второй с ручкой коричневого цвета из синтетического материала. В миске, стоящей на раковине, среди различных предметов посуды обнаружен кухонный нож с деревянной ручкой коричневого цвета, лезвие которого изогнуто. Данные ножи с места осмотра изъяты и упакованы в бумажные свертки. Нож с изогнутым лезвием упакован в бумажный свёрток № 4. Все свёртки с изъятыми ножами опечатаны фрагментами бумаги с оттисками печати Дежурной части МО МВД РФ «Родниковский» (том 1, л.д.19-24).

Согласно заключению эксперта № 130 от 02.11.2016 года, на основании данных судебно-медицинской экспертизы трупа Ш., <данные изъяты>, с учётом результатов дополнительных исследований эксперт пришёл к следующим выводам:

1. При судебно-медицинском исследовании трупа Ш. обнаружены следующие повреждения:

1.1 Колото-резаная рана передней поверхности грудной клетки в проекции 5-го ребра по левой окологрудинной линии на расстоянии 130 см. от уровня подошв, проникающая в грудную полость с повреждением сердца; раневой канал длиной 10,5 см., ориентирован спереди назад горизонтально, под небольшим углом справа налево. Указанное ранение образовалось в результате одного воздействия какого-либо колюще-режущего орудия (возможно, клинка ножа), на что указывают линейная форма, ровные края раны, преобладание длины раневого канала над размерами раны. Ранение сопровождалось кровотечением в сердечную сумку с развитием тампонады её полости кровью и относится к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, находится в прямой причинной связи со смертью Ш. Возможность совершения пострадавшим передвижений после получения данного ранения, не исключена. Принимая во внимание характер повреждений, отсутствие видимых признаков воспалительной реакции в мягких тканях, эксперт полагает, что рана имеет давность образования в пределах от нескольких десятков минут до 3 часов на момент смерти пострадавшего.

1.2 Ссадины на лице, передней поверхности грудной клетки слева, которые образовались в результате, как минимум, семи воздействий тупых предметов, индивидуальные особенности которых не отобразились в характере повреждений, и относятся к категории повреждений, не причиняющих легкого вреда здоровью, к причине смерти Ш. отношения не имеют. Западающая поверхность ссадин не исключает давности образования данных повреждений в пределах одних суток на момент смерти Ш. Ввиду отсутствия обоснованных критериев определить последовательность причинения всех повреждений не представляется возможным. Каких-либо посмертных повреждений при исследовании трупа не обнаружено.

2. Причиной смерти Ш. явилось колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева, проникающее в грудную полость с повреждением сердца, сопровождавшееся кровотечением в сердечную сумку и развитием тампонады её полости кровью. Каких-либо заболеваний, имеющих отношение к причине смерти, при судебно-медицинском исследовании трупа Ш. не выявлено.

3. При судебно-химической экспертизе крови из трупа Ш.B. обнаружен этиловый спирт в количестве 2,10%о. Содержание этилового спирта в крови в указанной концентрации могло соответствовать средней степени алкогольного опьянения. При проведении судебно-химической экспертизы крови из трупа Ш. в крови наркотические средства, психотропные вещества и сильнодействующие лекарственные вещества не обнаружены (том 2, л.д.6-8).

Согласно заключению эксперта № 258 от 03.11.2016 года у ФИО1 при осмотре 02.10.2016 года в 17 часов 45 минут обнаружены следующие повреждения. Кровоизлияние в области ногтевого ложа и скол ногтевой пластины 3-го пальца левой кисти, кровоподтёк на правой кисти, ссадины в правой подвздошной и левой поясничной областях, которые образовались в результате, как минимум, четырёх воздействий тупых предметов, индивидуальные особенности которых не отобразились в характере повреждений. Все повреждения относятся к категории не причинивших легкого вреда здоровью. Красно-синюшный цвет кровоподтёков, западающая поверхность ссадин, синюшно-зеленоватый цвет кровоподтёков, с наличием отёка мягких тканей, наличие у ссадин западающих поверхностей не исключает давности образования всех повреждений в пределах одних суток на момент осмотра (том 2, л.д.13).

Согласно протоколу выемки от 02.10.2016 года (том 2, л.д.74-77) врачом терапевтом ОБУЗ «Родниковская ЦРБ» К.В. в присутствии понятых добровольно выданы предметы одежды Ш., а именно мужские джинсы синего цвета, майка-тельняшка в чёрно белую полоску, ремень мужской черный, носки мужские, мужские плавки.

Согласно протоколу выемки от 06.10.2016 года (том 2, л.д.79-83) экспертом П. в присутствии понятых добровольно выдан кожный лоскут с трупа Ш. с пояснительной запиской, срезы краёв ногтевых пластин с правой и левой рук трупа Ш.

В ходе осмотра с участием понятых трупа Ш., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что следует из протоколу осмотра трупа от 03.10.2016 года, установлено, что на передней поверхности грудной клетки в проекции пятого ребра по левой окологрудинной линии имеется рана линейной формы, ориентированная вертикально, ушитая тремя хирургическими лигатурами. На лице в области лба, носа, в области наружного края правой глазницы, а также на передней поверхности грудной клетки слева имеются ссадины с красно-бурой западающей поверхностью (том 2, л.д.97-103).

Согласно заключению эксперта № 212 от 14.11.2016 года одно повреждение на майке-тельняшке и раны на кожном лоскуте от трупа Ш., с учётом данных судебно-медицинского исследования трупа, совпадают друг с другом по локализации и ориентации, являются колото-резаными и образовались в результате одного воздействия (удара) какого-либо плоского колюще-режущего орудия (том 2, л.д.46-53).

В ходе осмотра предметов, что следует из протокола осмотра предметов от 10.10.2016 года (том 2, л.д.104-117), с участием понятых произведён осмотр следующих предметов:

- Кожный лоскут с наибольшими размерами 4 х 4 см., имеющий повреждение в виде разреза с ровными краями размером 2,3 см. Кожный лоскут приклеен на картонку, имеющую пояснительную рукописную запись. Также осмотрена пояснительная записка, содержащая выписку из заключения эксперта № 130.

- Мужская майка-тельняшка в бело-чёрную полоску. На момент осмотра майка разрезана – вертикальные разрезы по обеим лямкам, горизонтальный разрез по левому боку. В области груди с небольшим смещением в левую сторону имеется повреждение в виде вертикального разреза размером 1,8 см. В области данного разреза в радиусе около 7 см. майка пропитана веществом тёмно-бурого цвета. Майка грязная, ношеная, с передней и задней своей частей имеет следы вещества тёмно-бурого цвета.

В ходе осмотра предметов, что следует из протокола осмотра предметов от 10.10.2016 года (том 2, л.д.118-126), с участием понятых произведён осмотр следующих предметов:

1. Нож хозяйственно бытового назначения. Клинок ножа выполнен из металла серого оттенка. Рукоять ножа выполнена из дерева тёмно коричневого оттенка. В ходе осмотра применяются тест полоски «HEMOPHAN», которые при контакте с поверхностью клинка ножа никакой реакции не дали.

2. Складной однопредметный нож, находящийся в тряпичном футляре защитного цвета на креплении в виде липучки. В ходе осмотра применяются тест полоски «HEMOPHAN», которые при контакте с поверхностью клинка ножа никакой реакции не дали.

3. Нож хозяйственно бытового назначения. Клинок ножа выполнен из металла серого оттенка. Рукоять ножа выполнена из дерева тёмно-коричневого оттенка. В ходе осмотра применяются тест полоски «HEMOPHAN», которые при контакте с поверхностью клинка ножа никакой реакции не дали.

4. Нож хозяйственно бытового назначения. Клинок ножа выполнен из металла серого оттенка. Рукоять ножа выполнена из дерева тёмно-коричневого оттенка. В ходе осмотра применяются тест полоски «HEMOPHAN», которые при контакте с поверхностью клинка ножа никакой реакции не дали.

5. Нож хозяйственно бытового назначения, который находится в бумажном свёртке, на котором находится пояснительная бирка «Свёрток № 4 Кухонный нож с изогнутым лезвием. <адрес> 01.10.2016». Общая длина ножа составляет 23 см., длина клинка 11,5 см., длина рукояти 11,5 см. Клинок ножа выполнен из металла серого оттенка. Рукоять ножа выполнена из дерева светло-коричневого оттенка. Клинок ножа по всей своей длине имеет равномерную ширину равную 1,8 см., в области острия заужено. Клинок ножа однолезвенный с двухсторонней заточкой. Острие клинка образовано плавным схождением лезвия. Обушок клинка П образной формы с хорошо выраженными краями. Лезвие ножа изогнуто в левую сторону (как смотреть со стороны обушка ножа). С обеих сторон лезвия ножа обнаружены следы вещества тёмно-бурого цвета. В ходе осмотра применяются тест полоски «HEMOPHAN», которые при контакте со следами тёмно-бурого цвета, обнаруженными в области клинка ножа дают соответствующую реакцию, приобретают сине-зелёный окрас, что свидетельствует о наличии в обнаруженных на ноже пятнах вещества тёмно-бурого цвета эритроцитов и гемоглобина, являющихся компонентами крови.

Согласно заключению эксперта № 772 от 03.11.2016 года кровь Ш. и ФИО1 одинакова по системе АВО и относится к группе О??. На представленных на исследование марлевом тампоне с места происшествия (объект 1), ноже (объект 2), майке-тельняшке (объекты 3-7), футболке (объект 8), куртке (объекты 9,10) обнаружена кровь человека О?? группы, что не исключает возможности её происхождения в пятнах этих объектов, как от Ш., так и от ФИО1, имеющих одинаковую О?? группу крови.

На представленных на исследование срезах ногтевых пластин с пальцев рук Ш. и ФИО1 кровь не обнаружена.

На представленных на исследование срезах ногтевых пластин с пальцев рук Ш. обнаружены клетки кожного эпителия, при определении групповой принадлежности которых выявлен антиген Н. Клетки кожного эпителия на срезах ногтевых пластин с пальцев рук Ш. принадлежали человеку с группой крови О??, что не исключает возможности их происхождения как от самого Ш., так и от ФИО1, имеющих одинаковую О?? группу крови.

На представленных на исследование срезах ногтевых пластин с пальцев рук ФИО1 клетки кожного эпителия не обнаружены (том 2, л.д.34-40).

Оценив данное заключение эксперта с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд учитывает, что заключение эксперта, кроме соответствия требованиям изложенным в ч.1 ст.204 УПК РФ должно отвечать требованиям относительно его формы, закреплённым в ст.25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», согласно которым, на основании проведённых исследований с учётом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью государственного судебно-экспертного учреждения.

Вместе с тем заключение эксперта № 772 от 03.11.2016 не содержит удостоверения печатью государственного судебно-экспертного учреждения ни одной подписи эксперта, проведшего исследование вещественных доказательств, что является существенным нарушением установленных требований и порождает сомнения в достоверности данного заключения эксперта, в связи с чем, суд, руководствуясь ч.2 ст.50 Конституции РФ, п.3 ч.2 ст.75 УПК РФ признаёт заключение эксперта № 772 от 03.11.2016 года недопустимым доказательством и исключает его из числа доказательств по данному уголовному делу.

Анализ и оценка совокупности собранных и исследованных в судебном заседании доказательств по делу привели суд к убеждению о доказанности виновности подсудимой ФИО1 в совершении преступления.

Судом исследованы и проанализированы показания подсудимой ФИО1, не признавшей вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и установлено, что показания ФИО1, данные на стадии предварительного следствия и в ходе судебного разбирательства о событиях произошедших 01 октября 2016 года в помещении кухни <адрес> являются частично непоследовательными и противоречащими друг другу. При этом суд учитывает, что, как в ходе предварительного, так и судебного следствия ФИО1 не отрицала, что в результате конфликта, инициированного Ш., при её непосредственном участии последнему было причинено ножевое ранение в области груди, в результате чего наступила смерть Ш. При этом при допросе с участием защитника в качестве подозреваемой, а также в ходе проверки показаний на месте ФИО1 показала и продемонстрировала, как в ходе указанного конфликта, находясь в помещении кухни, она высказала в адрес Ш. угрозу применения находящегося у неё в руке ножа, а после того, как Ш. замахнулся на неё рукой, нанесла ему один удар клинком ножа в область груди (том 1, л.д.197-201, 202-217), что также подтвердила при допросах с участием защитника в качестве обвиняемой (том 1, л.д.221-228, 232-237). Вместе с тем, в ходе судебного следствия подсудимая, не отрицая факт высказанной ею угрозы применения ножа в отношении пострадавшего Ш., показала, что, умышленно удар клинком ножа в область груди Ш. она не наносила, заявив, что она вообще не поняла, что произошло после того, как Ш. замахнулся на неё рукой в помещении кухни. Вместе с тем показала, что поняла, что клинок ножа воткнулся в тело Ш. в области его груди. Полагает, что Ш., приблизившись к ней, самостоятельно наткнулся на клинок ножа, который она держала в руке. Также в ходе судебного разбирательства подсудимая показала, что в ходе данных событий она поняла, что защищаясь от действий Ш., нанесла ножом ему ранение. При наличии у неё умысла на убийство ничто не препятствовало ей нанести Ш. ещё удар ножом.

Суд с недоверием относится к непоследовательным показаниям подсудимой, данным в ходе судебного следствия, в части намерения и обстоятельств нанесения ею удара клинком ножа в область груди Ш., так как данные показания опровергаются совокупностью показаний, данных ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемой, обвиняемой и при проверке её показаний на месте, о нанесении ею удара клинком ножа в область груди пострадавшего, что согласуется с содержанием протоколов явки с повинной ФИО1 от 02.10.2016 года (том 1, л.д.45,187) и позволяет суду придти к выводу о том, что удар клинком ножа в область левой части груди пострадавшего был нанесён подсудимой ФИО1 умышленно. При этом суд учитывает показания подсудимой о том, что с явками с повинной она обратилась добровольно, без какого-либо давления. Довод подсудимой о том, что при её допросе в качестве подозреваемой и при проверке показаний на месте 02 октября 2016 года она могла не точно отразить обстоятельства произошедшего, так как находилась в стрессовом состоянии, суд признаёт неубедительным, так как показания ФИО1, данные в качестве подозреваемой и результаты проверки данных показаний на месте, ФИО1 подтвердила и при допросах в качестве обвиняемой, проведённых 10 октября и 22 ноября 2016 года. Также суд признаёт несостоятельным довод подсудимой о том, что в ходе предварительного следствия она давала показания о том, что она не наносила Ш. удар ножом, но следователь не точно занесла её показания в протокол. Суд учитывает, что допрос ФИО1, как в качестве подозреваемой, так и в качестве обвиняемой и проверка её показаний на месте проходили с участием защитника, с протоколами данных следственных действий ФИО1 и её защитник были ознакомлены, никаких замечаний по существу содержания протоколов от них не поступило, что подтверждается отсутствием замечаний о дополнении и уточнении протоколов. Указанные показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия с признанием ею вины в совершении преступления, а так же в части не противоречащей им показания подсудимой, данные в ходе судебного разбирательства, суд признаёт допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами по делу и берёт их за основу обвинительного приговора, так как они в полной мере подтверждаются показаниями свидетеля - очевидца совершенного преступления М.Н., данными ею в ходе предварительного следствия (том 1, л.д.73-76, 77-79), об отсутствии со стороны Ш. угроз убийством ФИО1, о высказанной подсудимой ФИО1 в помещении кухни угрозе применения ножа в отношении пострадавшего Ш., о получении последним сразу же после того, как он рукой замахнулся на ФИО1, ножевого ранения в области груди и о невозможности самостоятельного получения пострадавшим данного ранения, так как он на ФИО1 не падал, никаких резких движений в её сторону не делал. Совокупность данных показаний с учётом показаний свидетеля С., данных в ходе судебного разбирательства и предварительного следствия (том 1, л.д.146-148), свидетеля Т., данных в ходе предварительного следствия (том 1, л.д.134-136), локализации и характера раны у пострадавшего Ш., нашедшей свое описание в заключении эксперта № 130 от 02.11.2016 года (том 2, л.д.6-8), приводит суд к выводу, что колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева, проникающее в грудную полость с повреждением сердца, сопровождавшееся кровотечением в сердечную сумку и развитием тампонады её полости кровью, относящееся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, находящееся в прямой причинной связи со смертью Ш., причинено именно умышленными преступными действиями подсудимой ФИО1

Кроме того, вина подсудимой подтверждается показаниями свидетеля К.., данными в ходе судебного разбирательства и предварительного следствия (том 1, л.д.80-83), которому непосредственно после совершения преступления от ФИО1 стало известно, что она нанесла Ш. удар ножом, ткнув им последнего, показаниями свидетеля Т.А., данными в ходе судебного разбирательства и предварительного следствия (том 1, л.д.103-105), свидетелей В.Г., Г., указавших источник своей осведомлённости, о произошедшем между Ш. и ФИО1 конфликте, в результате которого последняя ударила Ш. ножом. Также вина подсудимой подтверждается показаниями потерпевшего Ш.Д., данными в ходе судебного разбирательства и предварительного следствия (том 1, л.д.62-64), свидетелей Б., ФИО3, данными им в ходе судебного разбирательства и предварительного следствия (том 1, л.д.112-114), Ш.Н. и Ш.Т., данными последними в ходе предварительного следствия и исследованными судом (том 1, л.д. 122-124, 128-130), а также протоколом осмотра места происшествия от 01.10.2016 года (том 1, л.д.19-24) в ходе которого в помещении кухни были изъяты три ножа, протоколами выемки от 02.10.2016 года и от 06.10.2016 года (том 2, л.д.74-77, 79-83), протоколом осмотра трупа от 03.10.2016 года (том 2, л.д.97-103) с зафиксированной локализацией раны на передней поверхности грудной клетки, заключением эксперта № 212 от 14.11.2016 года (то 2, л.д.46-53), подтвердившим совпадение повреждений на майке-тельняшке, в которую был одет Ш., и раны на кожном лоскуте от трупа Ш., протоколом осмотра предметов от 10.10.2016 года (том 2, л.д.104-117) и протоколом осмотра предметов от 10.10.2016 года (том 2, л.д.118-126) с зафиксированным осмотром ножа хозяйственно-бытового назначения общей длиной 23 см. со следами вещества тёмно-бурого цвета, обнаруженными в области клинка ножа, которые содержат компоненты крови, происходящей, по мнению суда, от пострадавшего Ш., так как какое-либо кровотечение у подсудимой ФИО1 во время рассматриваемых событий отсутствовало.

Изложенные доказательства являются допустимыми и образуют систему взаимно подтверждающихся доказательств, в совокупности являются достаточными для достоверного вывода о доказанности вины ФИО1 в совершении данного преступления.

Судом проанализированы показания подсудимой и довод защитника о том, что ФИО1 не имела умысла убивать Ш. При этом суд при решении вопроса о направленности умысла виновной исходит из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывает наличие конфликта между Ш. и ФИО1 непосредственно перед совершенным преступлением, что подтверждается показаниями подсудимой, свидетелей М.Н., К., С.Х., исследованными показаниями свидетелей В. и С.З. (том 1, л.д. 150-154, 155-159), принимая во внимание показания свидетеля К.., данные в ходе предварительного следствия (том 1, л.д.80-83) о том, что во время конфликта ФИО1 была агрессивна, что с учётом орудия совершения преступления, которым явился нож хозяйственно-бытового назначения, высказанной ФИО1 угрозой его применения непосредственно перед нанесением Ш. удара клинком данного ножа, принимая во внимание характер и локализацию причиненной раны, проникающую в грудную полость, длиной раневого канала 10,5 см. с повреждением жизненно важного органа, которым в данном случае явилось сердце, принимая во внимание показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия (том 1, л.д.232-237) о том, что удар ножом Ш. она нанесла, так как испугалась, что Ш. может её схватить или ударить, суд приходит к выводу о том, что подсудимая ФИО1, нанося удар клинком ножа в область передней поверхности грудной клетки слева Ш. действовала с умыслом на причинение смерти последнему. При этом, согласно заключению комиссии судебных психолого-психиатрических экспертов № 1645 от 20.10.2016 года ФИО1 во время совершения данного преступления могла осознавать, в том числе и в полной мере, фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (том 2, л.д.19-27).

Исследованные и проанализированные судом доказательства по делу не вызывают у суда сомнений о наличии в действиях пострадавшего Ш. противоправности и аморальности поведения, явившегося поводом для преступления, что выразилось в том, что он развязал конфликт, выгоняя в грубой форме ФИО1 из принадлежащей ему квартиры, хватал её руками за волосы, наклоняя её к полу, нанёс удар ей ногой в область поясницы, что кроме показаний подсудимой и свидетелей, подтверждается заключением эксперта № 258 от 03.11.2016 года (том 2, л.д.13). Вместе с тем, не смотря на наличие в действиях пострадавшего Ш. противоправности и аморальности поведения, суд учитывает, что ФИО1 находилась в состоянии эмоционального возбуждения, оказавшем влияние на её поведение в криминальной ситуации, но не нарушившем её саморегуляцию, в связи с чем, в момент совершения преступления ФИО1 не находилась в состоянии аффекта, что следует из заключения комиссии судебных психолого-психиатрических экспертов № 1654 от 20.10.2016 года (том 2, л.д.19-27).

Также суд не усматривает оснований позволяющих признать причинение ФИО1 смерти Ш. в результате необходимой обороны. Так как необходимая оборона характеризуется защитой от реально начавшегося общественно опасного посягательства.

Судом проанализированы показания подсудимой ФИО1, данные в ходе предварительного следствия о том, что в помещении кухни квартиры непосредственно после высказанной ею в адрес Ш. угрозы применения в отношении его ножа, Ш. каких-либо угроз в её адрес не высказывал, а лишь замахнулся на неё рукой без зажатого в ней предмета, что подтверждается показаниями свидетеля М.Н., данными в ходе предварительного следствия, и позволяет суду сделать вывод, что посягательство со стороны Ш. на жизнь или здоровье ФИО1 в данный момент отсутствовало и в применении средств защиты необходимости не имелось. А показания ФИО1 о том, что действия Ш. представляли опасность для неё, так как она полагала, что он намерен избить её или сбросить с балкона, свидетельствуют о мнимости реального посягательства, порождённого лишь воображением подсудимой, в связи с чем, суд также не усматривает в действиях ФИО1 превышения пределов необходимой обороны. Довод защиты, что исследуемая ситуация явилась для ФИО1 остроконфликтной, действия Ш. характеризовались высоким уровнем агрессивности и могли представлять реальную опасность для её здоровья, суд также не признаёт в качестве основания для вывода о совершении ФИО1 преступления в состоянии необходимой обороны, так как реальная опасность для жизни ФИО1 была лишь в её собственном восприятии (том 2, л.д.26).

Факт нахождения ФИО1 во время совершения данного преступления в состоянии опьянения в соответствии со ст.23 УК РФ не исключает её ответственности за содеянное.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

ФИО1 осознавала, что, нанося удар клинком ножа в область груди пострадавшего, совершает деяние, опасное для жизни человека и действовала с умыслом, направленным на причинение смерти другому человеку.

При назначении наказания подсудимой суд, на основании ч.3 ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления и личность виновной, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённой.

ФИО1 совершила особо тяжкое преступление.

Она не судима (<данные изъяты>

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1645 от 20.10.2016 года ФИО1 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает и нет оснований полагать, что страдала ими в период совершения инкриминируемого ей правонарушения. <данные изъяты>

<данные изъяты>.

Суд, принимая во внимание обстоятельства совершённого преступления, поведение подсудимой после совершения преступления, а также в суде, соглашается с мнением врачей, и пришёл к выводу, что ФИО1 подлежит уголовной ответственности в соответствии со ст.19 УК РФ.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд, согласно ч.ч. 1,2 ст.61 УК РФ, признаёт: явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, принятие мер, направленных на оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, состояние здоровья подсудимой.

В соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ, учитывая, что состояние опьянения явилось причиной снижения уровня сдерживающего фактора при совершение ФИО1 данного преступления, что следует из показаний самой подсудимой и не исключается экспертом (том 2, л.д.26), суд признаёт обстоятельством отягчающим наказание подсудимой, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в связи с чем, наказание ФИО1 назначается без учёта требований ч.1 ст.62 УК РФ.

С учётом характера и степени общественной опасности, совершённого ФИО1 преступления, отнесенного законодателем к особо тяжким, объектом которого является жизнь человека, принимая во внимание, что преступление совершено ею в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, что признано судом обстоятельством отягчающим наказание, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений, справедливым наказанием для подсудимой за совершённое преступление, суд считает лишение свободы, ибо менее строгое наказание не сможет обеспечить достижения целей наказания, в связи с чем, не усматривает возможности применения более мягкого вида наказания, как и не усматривает возможности назначения минимального срока наказания в виде лишения свободы. Кроме того, учитывая данные обстоятельства, суд приходит к выводу, что исправление ФИО1 не может быть достигнуто без реального отбывания наказания, в связи с чем, суд не усматривает оснований для применения ст.73 УК РФ.

В то же время, при назначении подсудимой наказания в виде реального лишения свободы, принимая во внимание личность подсудимой, положительно характеризующейся, как по месту регистрации, по месту фактического проживания, так и по месту прохождения учёбы, что подтверждается представленными характеристиками и показаниями свидетелей В.Г., Т.А., Б., М.Ю. и Г., учитывая отсутствие фактов привлечения её к административной ответственности, смягчающие наказание обстоятельства, а именно явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, принятие мер, направленных на оказание медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, состояние здоровья подсудимой, а также приняв во внимание мнение потерпевшего, не настаивающего на строгом наказании, суд полагает возможным не назначать за совершение данного преступления срок наказания в виде лишения свободы приближенный к максимальному.

С учётом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности суд не считает возможным изменить категорию совершённого ФИО1 преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ. Оснований для применения ст.64 УК РФ, суд не усматривает.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершённого ФИО1 преступления, в целях исправления подсудимой и предупреждения совершения ею новых преступлений, учитывая отсутствие у подсудимой ФИО1 возможности проживать по адресу регистрации, в связи с техническим состояние дома, что следует из протокола осмотра жилища от 15.11.2016 года (том 2, л.д.60-65), суд полагает целесообразным назначение ей дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ суд устанавливает подсудимой ФИО1 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осуждённая ФИО1 будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённой наказания в виде ограничения свободы.

Вид исправительного учреждения осужденной ФИО1 суд избирает в соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ – исправительная колония общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в целях исполнения приговора, а также с учётом опасности совершённого преступления и необходимостью отбывания ею наказания в виде лишения свободы, а также с учётом возможности осуждённой скрыться, суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - заключение под стражу.

Вещественные доказательства: кожный лоскут с трупа Ш., майку-тельняшка с трупа Ш., нож с изогнутым лезвием со следами вещества тёмно-бурого цвета, марлевый тампон (смыв) с веществом тёмно-бурого цвета, срезы ногтевых пластин с левой и правой кистей трупа Ш., срезы ногтевых пластин с левой и правой кистей ФИО1, образцы крови ФИО1 и Ш., дактилокарты с оттисками рук ФИО1 и Ш., надлежит уничтожить.

Женскую футболку, куртку красного оттенка, надлежит выдать ФИО1

Гражданский иск по делу не заявлен.

Руководствуясь ст.ст. 297-299, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет с ограничением свободы сроком на 1 (один) год с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

После отбытия основного наказания в период ограничения свободы установить ФИО1, следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осуждённая ФИО1 будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждённой наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на осуждённую ФИО1, обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждённой наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации, в день установленный этим органом.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы исполнять самостоятельно.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1, оставить прежнюю - заключение под стражу, с содержанием в ФКУ СИЗО № 1 г. Иваново.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять с 03 февраля 2017 года, зачесть в срок отбывания наказания содержание ФИО1 в порядке ст. 91 УПК РФ с 02 по 03 октября 2016 года, заключение её под стражу в период с 03 октября 2016 года по 03 февраля 2017 года.

Вещественные доказательства: кожный лоскут с трупа Ш., майку-тельняшка с трупа Ш., нож с изогнутым лезвием со следами вещества тёмно-бурого цвета, марлевый тампон (смыв) с веществом тёмно-бурого цвета, срезы ногтевых пластин с левой и правой кистей трупа Ш., срезы ногтевых пластин с левой и правой кистей ФИО1, образцы крови ФИО1 и Ш., дактилокарты с оттисками рук ФИО1 и Ш. - уничтожить.

Женскую футболку, куртку красного оттенка - выдать осуждённой ФИО1

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Ивановского областного суда в течение десяти суток со дня провозглашения через Родниковский районный суд, осуждённой ФИО1 в тот же срок с момента вручения копии приговора.

При подаче апелляционной жалобы осуждённая вправе ходатайствовать об участии в заседании суда апелляционной инстанции. Такое ходатайство может быть заявлено осуждённой в течение 10 суток со дня вручения ей копии приговора – в апелляционной жалобе, либо в тот же срок со дня вручения копии апелляционной жалобы или представления прокурора, затрагивающих её интересы, - в отдельном ходатайстве либо возражениях на жалобу или представление.

Судья: Голятин А.О.