Приговор № 1-240/2024 от 27 мая 2024 г. по делу № 1-525/2023

Дело № 1-240/2024


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Гатчина 28 мая 2024 года

Гатчинский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Ломтева М. А.,

при секретаре Задворьевой А. Ю.,

с участием государственного обвинителя – помощника Гатчинского городского прокурора Будриевой С. В.,

подсудимой ФИО1,

ее защитника - адвоката Ласточкиной Е. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ПАРФЁНОВОЙ Марины Сергеевны, ***, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершила умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия. Преступление совершено ею при следующих обстоятельствах.

С 21 часа 10 минут до 21 часа 20 минут **** ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире ***, умышленно, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, нанесла используемым ею в качестве оружия кухонным ножом один удар в область левой поверхности груди Г., чем причинила ему колото-резаную проникающую слепую рану грудной клетки слева с повреждением левого легкого и перикарда, наличием гемопневмоторакса, осложнившуюся острой кровопотерей, а также шоком тяжелой степени, которая вызвала расстройство жизненно важных функций организма и по признаку опасности для жизни причинила тяжкий вред здоровью Г.

В судебном заседании ФИО1 виновной себя в совершении указанного преступления признала полностью. От дачи подробных показаний об обстоятельствах совершения преступления подсудимая отказалась.

Суд считает вину ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления полностью доказанной совокупностью собранных по делу доказательств.

Согласно телефонограмме ГБУЗ ЛО «Гатчинская КМБ» **** в 02 часа 48 минут «скорой помощью» из квартиры *** доставлен Г. с проникающим ранением грудной клетки, легкого и сердца (том 1 л.д. 21);

Из показаний потерпевшего Г. следует, что **** в вечернее время он и его сожительница ФИО1 распивали алкогольные напитки, по месту жительства, по адресу: ***. Между ними возникла ссора. Дальнейших событий он не помнит. Очнулся он в больнице с ножевым ранением. Претензий к ФИО1 он не имеет, подсудимая извинилась перед ним.

В ходе осмотра места происшествия – коммунальной квартиры *** на полу в коридоре обнаружены пятна вещества красно-бурого цвета и нож с деревянной ручкой; на полу в жилой комнате обнаружены пятна вещества красно-бурого цвета; с места происшествия изъяты нож и соскоб вещества красно-бурого цвета на полу в комнате (том 1 л.д. 28-37);

Заключением эксперта в области криминалистики установлено, что изъятый в ходе осмотра места происшествия - квартиры *** нож является хозяйственно-бытовым ножом общего назначения, а именно, кухонным ножом, не относящимся к категории холодного оружия (том 3 л.д. 56-57);

Из показаний свидетеля Л. следует, что **** около 21 часа 30 минут по месту своего жительства, в коммунальной квартире, по адресу *** она услышала скандал между Г. и его сожительницей ФИО1, которые проживали в соседней комнате. Услышав стук в дверь, она вышла в коридор и увидела лежащего на полу Г., который держался руками за грудь и хрипел, около Г. на полу лежал нож. На ее вопрос о том, кто порезал Г., ФИО1 ответила, что это сделала она и попросила ее (Л.) вызвать скорую помощь. Одевшись, ФИО1 убежала из квартиры, а она сообщила о произошедшем в экстренные службы;

Заключением эксперта в области судебной медицины установлено, что Г. причинена колото-резаная проникающая слепая рана грудной клетки слева с повреждением левого легкого и перикарда, наличием гемопневмоторакса, которая осложнилась острой кровопотерей, а также шоком тяжелой степени. Это повреждение по признаку опасности для жизни, как создающее непосредственную угрозу для жизни и вызвавшее расстройство жизненно важных функций организма, относится к тяжкому вреду, причиненному здоровью человека. Данная рана причинена по механизму острой травмы в результате воздействия предмета (предметов), обладавшего (обладавших) колюще-режущим действием. Локализация и механизм образования повреждения не противоречит сведениям о сроке и обстоятельствах его получения, изложенном в постановлении о назначении экспертизы – нанесение **** не менее одного удара ножом в область груди (том 1 л.д. 241-243);

Свидетели О. и Д. в судебном заседании показали, что **** в вечернее время к ним домой по месту проживания по адресу: *** пришла ФИО1, из одежды на которой были в том числе пижамные штаны светлого цвета. ФИО1 пояснила что поссорилась с сожителем Г. и попросила разрешения переночевать у них. Свидетель Д. пояснила, что на лице ФИО1 был синяк; ФИО1 пояснила что ее ударил Г., а она его "резанула". По просьбе ФИО1 она дала ей переодеться в черные спортивные штаны. На следующий день утром ФИО1 ушла; а к ним домой приехали сотрудники полиции, которые разыскивали ФИО1 и которые изъяли оставленные ФИО1 пижамные штаны светлого цвета;

Обстоятельства изъятия пижамных штанов у свидетеля О. полностью подтвердил свидетель М., являющийся оперуполномоченным ОУР УМВД России по Гатчинскому району Ленинградской области;

Свидетель С. показал, что около 12 часов 00 минут **** по месту его жительства по адресу: *** пришла ФИО3 В разговоре ФИО1 пожаловалась на своего сожителя Г., который во время распития спиртных напитков в квартире по месту их проживания в *** начал избивать ее, а она ударила его ножом. Спустя некоторое время к нему пришли сотрудники полиции, которые задержали ФИО1;

Из показаний оперуполномоченного ОУР УМВД России по Гатчинскому району Ленинградской области Ф. следует, что **** перед помещением ФИО1 в ИВС УМВД России по Гатчинскому району Ленинградской области по подозрению в совершении преступления им было произведено фотографирование ФИО1, фотография ФИО1 сохранена на оптическом носителе;

Указанный в показаниях свидетеля Ф. оптический диск был у него изъят (том 2 л. д. 140-142);

Поскольку задержанная ФИО1 не имела удостоверяющих личность документов по делу была проведена портретная судебная экспертиза, которой установлено, что на фотографии задержанной по данному делу и на фотографии формы № 1П на имя ФИО1 запечатлено одно и то же лицо (том 2 л. д. 108-113);

В ходе следствия у Г. изъяты спортивные брюки серого цвета, пара носков темно-серого цвета, резиновый тапок, трусы (том 2 л.д. 132-137);

Согласно заключению эксперта, проводившего медико-криминалистическое исследование изъятых в ходе следствия предметов: на пижамных штанах ФИО1, на предметах одежды Г. (брюках, трусах, носках, тапке) установлены следы крови, которые принадлежат человеку; на пижамных штанах установлены единичные следы от брызг крови и помарки; на спортивных брюках установлены множественные следы от брызг и потеки крови, участок пропитывания и помарки; на трусах установлены участки пропитывания и помарки; на носках установлены следы от брызг крови и потеки, немногочисленные помарки; на тапке установлены следы от брызг крови. Также эксперт установил, что из представленных на исследование медицинских документов Г. следует, что у него имеется одна колото-резаная рана передней поверхности грудной клетки в 3 межреберье по левой средне-ключичной линии, которая продолжается раневым каналом, проникающим в плевральную полость с повреждением S1-2 сегментов левого легкого, перикарда. Возможность причинения ранения Г. клинком исследованного ножа (изъятого в ходе осмотра места происшествия) экспертом не исключена (том 2 л.д. 66-93);

Экспертом в области биологии установлено: на спортивных брюках серого цвета, паре темно-синих носков, резиновой тапке на правую ногу, трусах Г. обнаружена кровь человека, которая могла произойти от самого потерпевшего; присутствие в них крови ФИО1 возможно только в виде примеси; на штанах от пижамы ФИО1 найдены следы крови, установить групповую принадлежность которых не представляется возможным (том 2 л.д. 11-19);

Согласно заключению эксперта в области генетики: на клинке ножа и соскобе вещества красно-бурого цвета выявлен набор генетических признаков, свойственных генотипу Г., отличающийся от генотипа ФИО1; вероятность происхождения следов крови на клинке ножа и в соскобе от Г. составляет не менее 99,(9)15%; на рукоятке ножа не исключается присутствие биологического материала ФИО1 и Г., количественную оценку вероятности которого генетической идентичности не представляется дать возможным ввиду характера смешения материала не менее двух лиц и отсутствия утвержденных методик расчета; в подногтевом содержимом правой руки ФИО1 не исключается присутствие биологического материала ФИО1 и двух лиц мужского пола, в том числе Г., дать количественную оценку вероятности генетической идентичности которого не представляется возможным ввиду характера смешения материала не менее двух лиц и отсутствия утвержденных методик расчета; в следах с установленным присутствием крови в подногтевом содержимом левой руки ФИО1 не исключается присутствие биологического материала ФИО1 и двух лиц мужского пола; исключить или подтвердить возможность присутствия биологического материала Г. не представляется возможным из-за низкого количественного содержания мужского генетического материала в исходных следах; в смывах с обеих рук ФИО1 не исключается присутствие биологического материала ФИО1 и биологического материала не менее двух лиц мужского пола; данных о присутствии биологического материала Г. в смывах с обеих рук ФИО1 не получено (том 2 л.д. 25-60);

Поступившие после проведения экспертных исследований предметы, одежды Г., ФИО1, нож, оптический носитель с фотографией осмотрены следователем соблюдением действующего законодательства (том 2 л. <...>);

Будучи допрошенной в ходе досудебного производства по уголовному делу в качестве подозреваемой и обвиняемой, ФИО1 давала показания о том, что ****, в вечернее время, она вместе с сожителем Г. по месту жительства, по адресу: ***, распивали алкогольные напитки. Между ней и Г. произошла ссора и Г. ударил ее ладонью по лицу, отчего у нее пошла кровь. Умываясь в ванной комнате, она разозлилась на Г., пошла на кухню, где взяла кухонный нож. Держа нож в правой руке, она вернулась в комнату и нанесла сидящему за столом Г. удар ножом в район грудной клетки с целью напугать последнего. Испугавшись, она убежала из квартиры и направилась к знакомым О. и Д. в ***. На следующий день она пошла к знакомому С., где ее задержали сотрудники полиции;

Участвуя **** в проверке показаний на месте, ФИО1 продемонстрировала, как она, взяв из помещения общей кухни нож, прошла в комнату и нанесла сидящему на стуле Г. удар ножом (том 1 л.д. 74-83);

Из протокола следственного эксперимента следует, что ФИО1 показала, что зайдя в комнату квартиры *** она встала лицом к сидящему на стуле Г. и на расстоянии вытянутой руки нанесла последнему один удар ножом в область грудной клетки слева, держа нож в правой руке. (том 3 л.д. 14-20);

Заключением судебно-медицинского эксперта, проводившего дополнительное исследование с учетом показаний ФИО1 в ходе следственного эксперимента, установлено, что локализация и механизм получения колото-резаной проникающей слепой раны грудной клетки слева с повреждением левого легкого и перикарда, наличием гемопневмоторакса установленной у Г. не противоречат сведениям о ее причинении при обстоятельствах указанных ФИО1 в ходе следственного эксперимента. Эксперт также пришел к выводам, что Г. мог совершать самостоятельные действия в короткий промежуток времени до момента развития угрожающего жизни состояния в виде острой кровопотери и шока тяжелой степени, сопровождавшихся потерей сознания (том 3 л.д. 62-65);

Перечисленные доказательства судом исследованы, проверены, оцениваются как относимые, допустимые и достоверные, а в своей совокупности достаточные для установления вины ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления. У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего Г., свидетелей Ф., Л., М., С., О., Д., поскольку показания данных лиц последовательны, взаимно дополняют друг друга, противоречий, которые могли бы повлиять на выводы о доказанности вины подсудимой, не содержат, согласуются между собой и с письменными материалами уголовного дела.

Заключениям проведенных по делу экспертиз суд доверяет, так как они даны лицами, имеющими соответствующую квалификацию и специальность, противоречий в себе не содержат, а также согласуются с другими собранными доказательствами.

Иные представленные суду доказательства по делу получены также с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, содержание данных доказательств непротиворечиво, носит согласованный между собой характер, а поэтому сомнений у суда не вызывает.

Показания ФИО1, данные ею в ходе досудебного производства по уголовному делу, суд признает достоверными, поскольку они не противоречат иным собранным по делу доказательствам. В частности, показания ФИО1 о механизме и локализации причинения телесных повреждений потерпевшему Г. подтверждаются заключениями судебно-медицинских экспертов, свидетельствующих о возможности получения потерпевшим обнаруженного у него телесного повреждения при обстоятельствах, указанных ФИО1 в ее показаниях, а также в ходе проверки показаний на месте и следственного эксперимента.

Органами предварительного следствия действия ФИО1 были квалифицированы по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство, то есть совершение умышленных действий, непосредственно направленных на причинение смерти другому человеку, которые не были доведены до конца по независящим от нее (ФИО1) обстоятельствам. При этом, согласно предъявленному подсудимой обвинению умысел, направленный на убийство Г. ею (ФИО1) не был доведен до конца, поскольку Г. был своевременно доставлен в медицинское учреждение, где ему была оказана квалифицированная медицинская помощь.

Однако, соглашаясь с обоснованной позицией государственного обвинителя, руководствуясь ч. 7 ст. 246 УПК РФ, а также основываясь на анализе собранных по делу доказательств, суд считает необходимым переквалифицировать содеянное ФИО1 на п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, как совершенное ею умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

При этом суд исходит из того, что показания ФИО1 о том, что удар ножом Г. она нанесла с целью напугать последнего объективно ничем не опровергнуты, а напротив, подтверждаются объективно установленными судом обстоятельствами. Так, судом установлено, что после нанесения потерпевшему одного удара ножом и наблюдая, что Г. подает признаки жизни, ФИО1 дальнейших действий, направленных на причинение смерти потерпевшему не предпринимала, попросила свидетеля Л. вызвать скорую помощь, что подтверждено показаниями последней. При таком положении достаточных оснований полагать, что причиняя Г. телесное повреждение, ФИО1 действовала с прямым умыслом на причинение смерти последнему, не имеется. Собранными доказательствами установлено, что потерпевшему действиями ФИО1 причинен тяжкий вред здоровью, а для нанесения повреждения Г. подсудимая использовала в качестве оружия нож.

Обстоятельств, указывающих на наличие в действиях ФИО1 признаков необходимой обороны либо превышения ее пределов не установлено, поскольку объективных данных о том, что действия потерпевшего Г. носили характер общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни и здоровья ФИО1, либо создавали непосредственную угрозу применения такого насилия в судебном заседании установлено не было. Так, потерпевший Г. при себе какого-либо оружия или предметов, которые могли быть использованы в этом качестве не имел, в момент нанесения подсудимой ему удара ножом никакой реальной угрозы для жизни и здоровья ФИО1 не создавал, активных действий в отношении нее не совершал, угроз не высказывал.

Вместе с тем, судом установлено, что поводом для совершения ФИО1 преступления в отношении Г. явилось противоправное поведение последнего, выразившееся в нанесении им ФИО1 ударов рукой по лицу. Данное обстоятельство помимо показаний подсудимой, объективно подтверждается заключением судебно-медицинского эксперта, согласно которому у ФИО1 установлены повреждения: ссадина области переносицы, кровоподтеки левой верхней конечности (3шт), которые образовались не менее чем от трех травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов), при ударе или соударения и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека (том 2 л.д. 5-6), а также показаниями свидетеля Д., из которых следует, что у ФИО1 имелась гематома на лице, которую как пояснила ФИО1 ей нанес Г.

Из заключения проведенной по делу судебной психиатрической экспертизы следует, что ФИО1 хроническим психических расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдает, у нее имеет место синдром зависимости от алкоголя. ФИО1 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики в период инкриминируемого ей деяния не страдала, а находилась в состоянии простого алкогольного опьянения; могла и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера она не нуждается (том 2 л.д. 99-103).

Заключению судебной психиатрической экспертизы суд доверяет, так как оно не содержит в себе противоречий, дано лицами, имеющими медицинское образование, соответствующую квалификацию и специальность, большой профессиональный опыт работы. При таких обстоятельствах у суда не возникает сомнений в обоснованности заключения экспертов.

Таким образом, с учетом заключения психиатров, поведения подсудимой до и после совершения преступления, суд признает ФИО1 вменяемой.

При назначении наказания подсудимой суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, влияние назначенного судом наказания на ее исправление и на условия жизни ее семьи, ее личность, характеристики.

Судом установлено, что ФИО1: не судима; регистрации по месту жительства не имеет, проживала в жилом помещении, принадлежащем потерпевшему; вдова, малолетних и несовершеннолетних детей не имеет; официально не трудоустроена; участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется как лицо, злоупотребляющее алкогольными напитками; на учетах у нарколога и психиатра не состоит.

Кроме того, установлено, что ФИО1 в ходе предварительного следствия давала подробные и последовательные показания б обстоятельствах совершения ею преступления, добровольно принимала участие в проведении проверки показаний на месте и в следственном эксперименте, достоверно указывая на механизм и локализацию причинения ею потерпевшему телесных повреждений. Суд считает, что указанными действиями ФИО1 оказала активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Принесение подсудимой извинений потерпевшему суд расценивает как действия, свидетельствующие о раскаянии подсудимой в совершенном преступлении, однако, учитывая несоразмерность данных действий характеру причиненного преступлением вреда, суд не находит основания для признания данных действий в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимой.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимой, суд, на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает активное способствование раскрытию и расследованию преступления; на основании п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ – противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, а на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ – полное признание вины и раскаяние в совершенном преступлении.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, суд не усматривает.

При этом суд принимает во внимание, что материалами дела установлено нахождение ФИО1 в момент совершения преступления, в состоянии алкогольного опьянения. Однако, учитывая, что влияние этого состояния на совершение подсудимой преступления достоверно не установлено, суд не считает возможным учесть в качестве отягчающего наказание подсудимой обстоятельства нахождение последней в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом всех вышеперечисленных обстоятельств, суд полагает необходимым назначить подсудимой наказание в виде реального лишения свободы, поскольку, по мнению суда, исправление и перевоспитание ФИО1 возможно только в условиях изоляции ее от общества, а назначение более мягкого вида наказания, не сможет обеспечить целей уголовного наказания, поскольку не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, предупреждению совершения новых преступлений и исправлению ФИО1

Вместе с тем, суд полагает возможным, учитывая, обстоятельства совершения подсудимой преступления, ее личность, характеристики, наличие обстоятельств, смягчающих ее наказание не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Суд не усматривает оснований для применения при назначении наказания подсудимой ФИО1 правил ч. 6 ст. 15, ст. 64, ст. 73 УК РФ с учетом личности подсудимой, фактических обстоятельств совершения ею преступления и степени его общественной опасности.

При этом суд применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку при наличии смягчающего наказание подсудимой обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не установлено.

Согласно правил п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания подсудимой ФИО1 следует определить в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу необходимо оставить без изменения для обеспечения возможности исполнения приговора.

На основании п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок отбытия назначенного ей наказания в виде лишения свободы из расчета один день за полтора дня.

В соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ, учитывая мнения участников процесса, суд считает, что признанные по делу вещественными доказательствами предметы подлежат уничтожению.

Процессуальные издержки, связанные с участием в деле защитника подсудимой, учитывая положения ст.ст. 131, 132 УПК РФ, подлежат взысканию с ФИО1, поскольку обстоятельств, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, в том числе об имущественной несостоятельности подсудимой не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 302, 307-309 УПК РФ,

приговорил:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, на основании которой назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок отбытия ФИО1 наказания исчислять с даты вступления настоящего приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

На основании п. «б» ч. 31 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания время содержания ее под стражей в период с 07 апреля 2023 года до даты вступления настоящего приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства: соскоб вещества бурого цвета, нож, спортивные брюки, носки, резиновый тапок, трусы, оптический носитель с фотографией, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Гатчина СУ СК РФ по ЛО, - уничтожить.

Процессуальные издержки – средства на выплату вознаграждения защитнику подсудимой – адвокату Марисеву А. А. за участие в уголовном судопроизводстве по назначению суда в сумме 7 972 (семь тысяч девятьсот семьдесят два) рубля взыскать с ФИО1 в доход государства.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ленинградский областной суд в течение 15 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: *

*
*

*