Решение № 2-1105/2018 2-1105/2018~М-414/2018 М-414/2018 от 7 октября 2018 г. по делу № 2-1105/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

8 октября 2018 года <адрес>

Куйбышевский районный суд <адрес> в составе: председательствующего – судьи Мишиной Л.Н., при секретаре Булаевой А.С.,

с участием истца <ФИО>1 и его представителя <ФИО>14, представителей ответчика <ФИО>15, <ФИО>5, <ФИО>3, помощника прокурора <адрес><ФИО>4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело <номер> по иску <ФИО>1 к МУП <адрес> «<данные изъяты>» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

<ФИО>1 обратился в суд с иском к МУП <адрес> «<данные изъяты>» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, указав, что <дата> был принят на работу в МУП «<данные изъяты>» на должность водителя 2 класса по 5 разряду. За время работы в должности водителя нареканий по исполнению им должностных обязанностей от руководства не поступало, взысканий за нарушение трудовой дисциплины за весь период работы не имел. С мая 2017 года ходил на работу, но работу начальник смены не предоставлял, говорил об отсутствии работы, с июня 2017 года не получал заработную плату.

<дата> написал заявление в Государственную инспекцию труда в <адрес>. Из полученного ответа узнал, что уволен <дата> по собственному желанию, по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника). Они лично никакого заявления об увольнении ответчику не писал. <дата> он обратился к ответчику с заявлением о выдаче ему копии заявления об увольнении от <дата>. После ознакомления с заявлением он понял, что подпись на заявлении выполнена не им.

С приказом об увольнении он не был ознакомлен, и до настоящего времени не ознакомлен, трудовую книжку ему не выдали.

Увольнение считает незаконным, т.к. заявление об увольнении не писал и не подписывал, намерений увольняться с организации ответчика у него не было. Более того, в апреле 2017 года он получал заработную плату за апрель. Данное обстоятельство подтверждает тот факт, что он не был уволен <дата>.

В связи с потерей работы он испытал моральные и нравственные страдания в связи с отсутствием постоянного заработка и средств на содержание семьи. Моральный вред, причиненный в результате незаконного увольнения, он оценивает в 50000 рублей.

О нарушенном праве и о том, что уволен из организации ответчика, он узнал в декабре 2017 года.

Истец <ФИО>1 просил восстановить его на работе в МУП «<данные изъяты>» в должности водителя, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с мая 2017 года по день восстановления на работе, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей.

В ходе рассмотрения дела, в порядке ст. 39 ГПК РФ, истец <ФИО>1 заявленные требования уточнил, дополнительно просил признать незаконным приказ об увольнении <номер> от <дата>. Другие требования истцом оставлены без изменений.

В судебном заседании истец <ФИО>1 и его представитель <ФИО>14, действующая по доверенности от <дата>, заявленные требования поддержали.

Истец <ФИО>1 суду пояснил, что писал работодателю только одно заявление – о приёме на работу, а также объяснения по топливу. Заявление об увольнении он не писал. В мае 2018 года он работал 4 дня: в ночь с 7 на 8 число, 11 и 12 числа, он был на работе, находился в агрегаторном цехе. Транспортное средство ему предоставлено не было. Механик говорил ему: «будет работа, позвоним». Он сидел дома и ждал звонка. Руководство хотело, чтобы он уволился, поэтому не предоставляло работу. Его дочь, от его имени, в сентябре 2017 года написала в Государственную инспекцию труда в <адрес> заявление, ему пришел ответ. После получения этого ответа, <дата>, в среду, ему позвонили из отдела кадров Автодора и попросили прийти за трудовой книжкой, сообщив, что он уволен по собственному желанию. Тогда он решил подать в суд. Трудовую книжку он не забрал до настоящего времени, т.к. ждет решения суда.

Представители ответчика: <ФИО>15, действующая по доверенности от <дата>, <ФИО>5, действующий по доверенности от <дата>, <ФИО>3, действующая по доверенности от <дата>, исковые требования не признали, заявили о пропуске истцом срока давности для обращения в суд.

Представитель ответчика <ФИО>5 суду пояснил, что <ФИО>1 работал в МУП «<данные изъяты>» на ЗИЛах и КАМАЗах, ранее работал на крановой установке, которую разбил на работе. Автомашина ЗИЛ, на которой он работал в последнее время, часто ломалась. В феврале 2017 года автомашина ЗИЛ сломалась, её поставили на ремонт «на яму». <ФИО>1 сказал ему, что прыгнул в яму и сломал ногу, пойдет в травмпункт. Через две недели, <дата>, <ФИО>1 вышел на работу, больничный лист не предъявил и сказал, что будет увольняться, написал заявление, поставил свою подпись. Это происходило в его рабочем кабинете. Он объяснил <ФИО>1, что уволить сегодняшним днем <дата> невозможно, т.к. необходимо время для оформления документов в бухгалтерию. <ФИО>1 кинул ему заявление. Тогда он сам поставил дату на заявлении «с 20.03.», о чем сообщил <ФИО>1, на что <ФИО>1 ответил «пиши, что хочешь». Больше <ФИО>1 на работу не выходил. В мае 2017 года всем работникам предприятия, в том числе и <ФИО>1, была выдана 13-я заработная плата за 2016 год. Заработная плата на предприятии перечисляется работникам 2 раза в месяц: 30 числа перечисляется аванс, а 15 числа – заработная плата. Заработная плата перечисляется на карту через банк. <дата><ФИО>1 получил заработную плату, а <дата> окончательный расчет при увольнении. Поэтому <ФИО>1 было известно о его увольнении с <дата>. Табель рабочего времени составляет он, в апреле и мае 2017 года <ФИО>1 в табеле не указан, т.к. последний его рабочий день – <дата>, путевой лист автомобиля ему не выдавался. <дата><ФИО>1 явился на предприятие, в отдел кадров, вместе с дочерью. Подписать приказ об увольнении и получить копию трудовой книжки <ФИО>1, под давлением и некорректным поведением дочери, отказался.

Выслушав истца <ФИО>1, его представителя <ФИО>14, представителей ответчика <ФИО>15, <ФИО>5, <ФИО>3, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора <ФИО>4, полагавшей, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, что <ФИО>1 был принят на работу в МУП <адрес> «<данные изъяты>» в структурное подразделение автоколонну <номер> АМБ водителем 2 класса с <дата>, что подтверждается приказом (распоряжением) о приеме работника на работу <номер>-к от <дата> (л.д.35). С <ФИО>1 был заключен трудовой договор <номер> от <дата> (л.д.7), дополнительное соглашение к трудовому договору от <дата>.

Приказом (распоряжением) <номер>-к от <дата> (л.д.31) действие трудового договора прекращено с <дата> по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ на основании личного заявления <ФИО>1

Суду представлено заявление <ФИО>1 на имя директора МУП «<данные изъяты>» <ФИО>6 от <дата>, из которого следует, что истец просил уволить его по собственному желанию с 20.03.

При рассмотрении дела истец <ФИО>1 утверждал, что не писал данного заявления, не подписывал его, и намерений увольняться с работы не имел, ходил на работу в апреле и нескольких числах мая 2017 года.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

В соответствии со ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80) ТК РФ.

Из разъяснений, содержащихся в подп. «а» п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник вправе в любое время расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, предупредив об этом работодателя заблаговременно в письменной форме. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по собственному желанию должно являться добровольным и должно подтверждаться исключительно письменным заявлением работника.

Статьей 56 ГПК РФ установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Проверяя довод истца об отсутствии его волеизъявления на расторжение трудового договора, по его ходатайству суд назначил по делу судебную почерковедческую экспертизу документа.

По заключению эксперта ФБУ Иркутской лаборатории судебной экспертизы <ФИО>7 от <дата>, рукописная запись «Прошу уволить по собственному желанию» в заявлении <ФИО>1 от <дата> на имя директора МУП «<данные изъяты>» об увольнении по собственному желанию «с 20.03.» - выполнена <ФИО>1. Рукописная запись «с 20.03.» в заявлении <ФИО>1 выполнена не <ФИО>1, а другим лицом. Разрешить вопрос: самим <ФИО>1 или другим лицом выполнена подпись от имени <ФИО>1, расположенная под текстом заявления в строке справа от даты «17 03 2017», не представилось возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения. Исследуя подпись <ФИО>1, эксперт пришел к выводу, что имеются как отдельные совпадения, так и различия общих и частных признаков подписного почерка, недостаточные для какого-либо определенного (положительного или отрицательного) вывода об исполнителе подписи.

Оценивая заключение эксперта <ФИО>7, суд приходит к выводу, что оно дано квалифицированным специалистом в области почерковедения, заключение не содержит сомнений и неточностей, поэтому суд принимает его в качестве допустимого доказательства по делу.

Допрошенные в ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей работники предприятия: <ФИО>8, <ФИО>9, <ФИО>10 суду пояснили, что видели, как <ФИО>1 лично писал заявление в кабинете у начальника автоколонны <ФИО>5, т.к. по рабочим вопросам заходили к начальнику. Дата увольнения <ФИО>1 свидетелям не известна. На территории предприятия <ФИО>1 они больше не видели.

Суд оценивает показания свидетелей как достоверные, т.к. не доверять свидетелям у суда оснований не имеется, их показания согласуются с другими, исследованными в ходе рассмотрения дела, доказательствами.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу, что заявление об увольнении по собственному желанию был написано самим <ФИО>1. При этом истец не доказал, что подпись на заявлении ему не принадлежит. В связи с чем, доводы истца <ФИО>1 о том, что он не писал и не подписывал заявление об увольнении по собственному желанию, не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела.

Вместе с тем, судом установлено, что дата на заявлении об увольнении «с 20.03» выполнена не <ФИО>1

В судебном заседании представитель ответчика <ФИО>5 пояснил, что запись «с 20.03» в заявлении об увольнении выполнил он сам, поставив об этом <ФИО>1 в известность, т.к. дату на заявлении <ФИО>1 не поставил. Вместе с тем, указанное обстоятельство не влияет на выводы суда о наличии добровольного волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, т.к. своим правом отозвать заявление об увольнении по собственному желанию в любое время в течение двухнедельного срока, установленного трудовым законодательством, не воспользовался. Дата увольнения имеет юридической значение для работодателя.

Исследованными при рассмотрении дела доказательствами подтверждается, что <ФИО>1 после <дата> на работу не выходил, свои трудовые обязанности не выполнял.

Так, из табеля учета рабочего времени по автоколонне <номер> за март 2017 года следует, что последним рабочим днем <ФИО>1 являлось <дата>. В табеле учета рабочего времени за апрель 2017 года <ФИО>1 в списке работников предприятия не значится.

Истец при рассмотрении дела утверждал, что он находился на работе с 7 на 8 мая в ночь, 11 и <дата>.

В судебном заседании судом обозревались представленные ответчиком журнал предрейсовых медицинских осмотров, которые <ФИО>1 обязан был проходить перед выходом в рейс, а также путевые листы автомобилей.

Как следует из представленных суду путевых листов на автомобиль ЗИЛ <данные изъяты> гос.номер <данные изъяты>, которым, по утверждению истца, он управлял, видно, что с в период с 1 по <дата> на автомобиле работали <ФИО>11 и <ФИО>12, с 16 апреля по <дата> транспортное средство находилось на переоборудовании, в связи чем, путевые листы не выдавались, показания спидомера автомобиля от <дата> и от <дата> – 206509 км – совпадают. После <дата> на автомашине ЗИЛ также работали <ФИО>11 и <ФИО>12

При изучении журналов предрейсовых медицинских осмотров судом установлено, что <ФИО>1 проходил предрейсовый медицинский осмотр <дата>, других записей о прохождении им предрейсовых медицинских осмотров в изученных судом журналах за апрель, май 2017 года не имеется.

Окончательный расчет при увольнении истец <ФИО>1 получил <дата>, о чем свидетельствует выписка из лицевого счета, представленная истцом, за период с <дата> по <дата> (л.д.11,12). При этом выплат заработной платы в апреле 2017 года не производилось. <дата> истцу была перечислена сумма 10904,21 руб., которая является вознаграждением по итогам работы за 2016 год (13-я заработная плата). Данный факт подтверждается расчетным листком за май 2017 года, а также приказом по предприятию <номер> от <дата>.

Таким образом, доводы истца о том, что он работал в апреле 2017 года, с 7 на 8 мая, 11,<дата> – не находят своего подтверждения при рассмотрении дела. О том, что трудовые отношения между истцом <ФИО>1 и МУП <адрес> «<данные изъяты>» прекращены по состоянию на <дата> свидетельствуют вышеперечисленные доказательства.

В ходе рассмотрения спора представителями ответчика сделано заявление о применении срока давности.

Рассматривая данное заявление, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ч.1 ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Таким образом, статьей 392 Трудового кодекса РФ установлен момент, с которого следует исчислять месячный срок, то есть с момента со дня вручения истцу копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки,

Частью 3 этой же статьи предусмотрено, что при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой и второй настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <дата><номер> «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», в п. 5 разъяснено, что, признав причины пропуска срока уважительными, суд вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Судом установлено, что истец <ФИО>1 уволен из МУП <адрес> «<данные изъяты>» <дата>. В день увольнения работодатель произвел с ним окончательный расчет по заработной плате. С приказом об увольнении под роспись <ФИО>1 ознакомлен не был, копия трудовой книжки в день увольнения ему не выдана. Указанные нарушения трудового законодательства были установлены Государственной инспекцией труда в <адрес> в ходе проверки по обращению <ФИО>1 (л.д.13-15).

Ответчик представил суду уведомление от <дата><номер>, направленное в адрес <ФИО>1, о необходимости забрать трудовую книжку. Однако доказательств его получения истцом суду не представлено. Повторное уведомление в адрес истца о необходимости забрать трудовую книжку было направлено <дата> заказной почтой, которое было возвращено работодателю как неполученное, о чем свидетельствует отчет об отслеживании отправления с официального сайта «Почта России». В третий раз уведомление в адрес истца о необходимости получить трудовую книжку, было направлено работодателем <дата>, и получено истцом <дата>.

В ходе рассмотрения дела по вопросу ознакомления с приказом и получения трудовой книжки истец <ФИО>1 давал противоречивые пояснения. В частности, в судебном заседании <дата> истец пояснил, что приехал с дочерью в МУП «<данные изъяты>» в ноябре 2017 года после телефонного звонка <дата> из отдела кадров. В судебном заседании <дата> истец <ФИО>1 свои показания изменил, пояснив, что приехал с дочерью в МУП «<данные изъяты>» в декабре 2017 года, после получения <дата> уведомления от работодателя о необходимости явиться за получением трудовой книжки.

Работодателем суду представлен акт от <дата> об отказе от получения трудовой книжки работником, и акт от <дата> об отказе в ознакомлении с приказом «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении).

Из указанных актов следует, что <дата> в 15 часов 10 минут, в кабинете отдела кадров МУП «<данные изъяты>» по адресу – <адрес> бывшему работнику предприятия – <ФИО>1 было предложено получить трудовую книжку и ознакомиться с приказом об увольнении. От получения трудовой книжки и от ознакомления с приказом об увольнении <ФИО>1 отказался.

Факт отказа от ознакомления с приказом об увольнении, а также факт отказа от получения трудовой книжки истец <ФИО>1 подтвердил при рассмотрении дела.

Поскольку истец не представил суду других достоверных сведений о дате обращения к работодателю за получение трудовой книжки или ознакомлением с приказом об увольнении, суд при рассмотрении настоящего спора принимает во внимание акты от <дата>, представленные ответчиком. Оснований не доверять данным актам у суда оснований не имеется.

Следовательно, с исковым заявлением о восстановлении на работе истец <ФИО>1 должен был обратиться в суд не позднее <дата>. Фактически с исковым заявлением истец обратился в суд только <дата>, т.е. с пропуском установленного ст.392 Трудового кодекса РФ срока.

Истец <ФИО>1 просил суд восстановить ему срок по трудовому спору, мотивируя тем, что <дата> подал работодателю заявление о предоставлении ему копии заявления об увольнении для представления в суд. Ответ на заявление был получен его представителем <дата>, после чего, <дата> он обратился в суд.

Суд указанную причину пропуска срока для обращения в суд по данному трудовому спору находит неуважительной, т.к. отсутствие заявления об увольнении не препятствовало истцу своевременно обратиться в суд. Кроме того, в соответствии с требованиями ст.57 ГПК РФ, суд по заявлению истца мог оказать ему содействие в сборе доказательств. Других уважительных причин пропуска процессуального срока для обращения в суд истцом не заявлено, и соответствующих доказательств не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что объективных препятствий для реализации в течение предусмотренного законом срока права на обращение за судебной защитой у истца не было, убедительных доказательств пропуска срока обращения в суд по уважительным причинам истцом не представлено. Пропуск срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является самостоятельным и безусловным основанием к отказу в удовлетворении исковых требований.

Принимая во внимание изложенное, исковые требования <ФИО>1 к МУП <адрес> «<данные изъяты>» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования <ФИО>1 к МУП <адрес> «<данные изъяты>» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд <адрес> в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме, т.е. <дата>.

Судья Л.Н.Мишина