Приговор № 1-13/2021 1-326/2020 от 11 марта 2021 г. по делу № 1-13/2021

Дело № 1-13/2021

СК №12002340011000044


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Кострома 12 марта 2021 года

Свердловский районный суд г. Костромы в составе:

председательствующего судьи Кулаковой Т.С.,

с участием государственного обвинителя прокуратуры г. Костромы Грязновой С.Б.,

подсудимого ФИО2,

защитника – адвоката Огнева Н.В., ордер №230072, удостоверение № 221,

потерпевшей ФИО4,

при секретаре Смирновой Н.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

Шелудченко ФИО22, ...

содержащегося под стражей с <дата>,

в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

В период с 00 часов 00 минут по 08 часов 00 минут <дата> (более точное время не установлено) ФИО2, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь совместно со своим сыном ФИО5 по адресу: <адрес>, испытывая к ФИО5 внезапно возникшую неприязнь, обусловленную совместным с ним употребления спиртных напитков, взял находившийся в указанной квартире нож, относящийся к гражданскому холодному оружию, после чего умышленно, с целью убийства ФИО5 нанес последнему не менее 12 целенаправленных ударов вышеуказанным ножом в область жизненно – важных органов головы, брюшной полости и грудной клетки.

Своими вышеуказанными умышленными преступными действиями ФИО2 причинил ФИО5 следующие телесные повреждения:

- множественные колото-резаные раны передней поверхности грудной клетки (7), проникающие (6) в грудную и брюшную полость с повреждением рукоятки и тела грудины, ребер, правого легкого, сердца, диафрагмы, печени; множественные колото-резаные раны мягких тканей лица (2), левого плеча и левой кисти (3), которые сопровождались развитием массивной кровопотери (угрожающее жизни состояние), являются опасными для жизни, причинили тяжкий вред здоровью.

От полученных в результате вышеуказанных преступных действий ФИО2 множественных колото-резаных ран грудной клетки, лица, левого плеча и левой кисти, с повреждением грудины, ребер, правого легкого, сердца, диафрагмы, печени, с последующим развитием массивной кровопотери ФИО5 скончался на месте происшествия.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении указанного выше преступления признал частично, считал, что его действия подлежат квалификации по ст.107 ч.1 УК РФ, пояснил, что не наносил такое количество ударов, меняя свои показания, указывал от 3-7 ударов ножом, отрицал наличие ссоры с сыном ФИО5

Показал, что его сын периодически злоупотреблял спиртными напитками, выпивая по 7-10 дней. Две ночи он ночевал вместе с сыном у него дома, присматривая, чтобы он не ушел из дома, за его самочувствием, в это время ФИО4 находилась на работе на дежурстве. <дата> ФИО4 пришла с работы, между нею и ФИО5 произошла ссора, поскольку он втайне взял ее карту и купил спиртное. Тогда он предложил забрать сына к себе домой, поскольку у него входная дверь запирается на ключ изнутри, поэтому ФИО3 не мог бы выйти из дома без его ведома. Находясь у него дома, они вместе выпили, он выпил около 100 грамм водки, пива, запьянел, но чувствовал себя адекватно. ФИО3 лег спать, он также уснул около 22.00 часов на одной кровати с сыном, чтобы контролировать его. Входную дверь в квартиру он запер, ключи убрал. Ночью проснулся от того, что его кто-то будит. Он не понял, кто его будит, так как считал, что сын лежит за спиной на кровати, не узнал мужчину, который стоял перед ним, поскольку у него была борода, цепочка на шее, перстни на руках. Мужчина называл его «батей», требовал выпить, смеялся ему в лицо, говорил «батя, ты что, меня не узнаешь», голос у мужчины был грубый. При этом мужчина тряс его рукой за плечо, угроз не высказывал. Испугавшись, он взял из ящика тумбочки нож в целях самообороны, ударов наносить не хотел. В этот момент мужчина покачнулся, видимо запнувшись, стал падать, упал на нож, после чего он нанес еще несколько ударов ножом в область груди мужчины, мужчина упал на кровать. Он подошел, включил свет, незнакомый мужчина лежал на кровати, а его сына дома не было. Сколько времени он просидел в комнате не знает, затем позвонил Потерпевший №1 и сказал, что кого-то убил. Нож помыл и убрал, куда – не помнил. Неоднократно в суде пояснял, что этого бы не произошло, если бы он (ФИО2) был «адекватным и потрезвее». Ударов кулаками сыну не наносил, только отмахивался от мужчины ножом, считает, что не мог причинить такое количество повреждений, наносил удары только в левую часть груди, предположил, что над трупом его сына издевались в морге либо эксперт находился в состоянии опьянения, когда писал заключение.

Из оглашенных в судебном заседании в связи с наличием противоречий показаний подозреваемого ФИО2, данных в ходе предварительного следствия с участием защитника, следует, что около 14 часов он совместно с сыном приехали к нему домой, стали употреблять спиртное, выпив на двоих примерно 0.25 литра водки. Затем его сын лег спать, а вечером они вновь продолжили употреблять спиртные напитки, выпив примерно 5 бутылок водки на двоих. Около 21 часа они легли спать на одну кровать, до этого ссор и конфликтов между ними не было, в квартире больше никто не находился. Ночью он проснулся от того, что его кто-то будит. Он не понял, кто находится перед ним, так как считал, что его сын лежит за спиной на кровати, при этом голос у мужчины был грубым, не похожим на голос сына. Мужчина сказал: «Выпить дай, где алкоголь». Он ответил, что алкоголя нет. Мужчина стоял перед ним, взялся обеими руками за его (ФИО2) одежду и стал трясти его, требовал спиртное. Он, не понимая, кто стоит перед ним и что от него хотят, т.к. был еще пьян, при этом только проснулся, не правильно воспринял сложившуюся ситуацию, подумал, что в его квартире находятся посторонние люди, которые могут причинить ему вред. Испугавшись, он достал охотничий нож из ящика комода и нанес мужчине, стоящему перед ним, удар ножом в область груди, от которого мужчина отпустил его и упал на кровать спиной вниз, после чего он нанес ему еще не менее 2-3 ударов ножом в область груди. Мужчина при этом никаких угроз ему не высказывал, ударов не наносил, но требовал спиртное и тряс за одежду. Наносил ли он удары кулаком, не помнит, однако когда ложились спать, на лице у сына телесных повреждений, включая синяков, не было. Далее он включил в комнате свет и подошел к мужчине, который в этот момент признаков жизни уже не подавал, не понял, что это его сын, лицо мужчины показалось ему не знакомым. После этого он пошел на кухню, вымыл в раковине нож, которым наносил удары, вставил его в ножны и куда-то положил. Затем он вновь стал осматривать труп мужчины, так как не понимал кто это, но предполагал, что это возможно его сын. Он посмотрел, что находится у него в карманах, есть ли шрам от аппендицита, но так и не смог понять, кто это. При этом входная дверь была заперта изнутри. Спустя какое-то время он позвонил жене сына - ФИО4 и спросил, где ФИО3. Она ответила, что ФИО3 домой не приходил. Тогда он рассказал ФИО4, что у него на кровати лежит труп мужчины и по-видимому он по ошибке убил сына (т. 1, л.д. 108-112).

В ходе проверки показаний на месте подозреваемый ФИО2 пояснил, что в ночь с <дата> на <дата> находился в своей квартире совместно с сыном ФИО5, спали, входная дверь в квартиру была заперта на ключ. Ночью сын стал будить его, требовать спиртное, сказал: «Батя, дай выпить», тряс его за рубашку. Он не узнал сына, поскольку в комнате было темно, голос и внешность не были похожи на его сына, поэтому он решил, что к нему в квартиру проник посторонний. Испугавшись за свою жизнь, схватил нож, лежащий в комоде, расположенном рядом с кроватью, и нанес им удар в область груди мужчине. Последний от удара упал на кровать, на спину, после чего он (ФИО2) нанес мужчине еще два удара ножом в грудь, по-прежнему считая, что перед ним неизвестный ему мужчина. Не исключил возможность того, что мог нанести больше ударов, затем он помыл нож, убрал его в ножны, однако не помнит, куда потом положил нож. Далее он включил свет и обнаружил, что на кровати лежит мужчина, а его сына нет, поэтому он позвонил ФИО4, спросил, где ФИО3, та ответила, что ФИО3 должен быть вместе с ним. После этого он сообщил ФИО4, что кого-то убил, но не знает кого (т.1, л.д. 113-123).

После оглашения показаний, данных в ходе проверки показаний на месте и при допросе в качестве подозреваемого, ФИО2 пояснил, что правдивыми являются показания, данные в судебном заседании, что он выпил только две стопки водки, и после того, как ФИО5 упал на кровать, ударов ножом он ему не наносил. Противоречия в показаниях объяснил ошибкой следователя, а также своим шоковым состоянием.

Потерпевшая ФИО4 показала, что проживала совместно с мужем Шелудченко ФИО23, <дата> года рождения, и двумя малолетними детьми. Ее муж периодически злоупотреблял спиртными напитками, при этом спиртное употреблял постоянно на протяжении 5-10 дней, после чего мог полгода не пить. ФИО5 неоднократно кодировался, бывало, что он несколько лет не выпивал, однако затем вновь срывался. Находясь в состоянии алкогольного опьянения, он был всегда тихим, спокойным, замкнутым, конфликтов не провоцировал, выпивал всегда один, однако нуждался в присмотре со стороны ее или его отца, поскольку у него были проблемы с сердцем. <дата> она находилась на суточном дежурстве, вернулась домой <дата>, ее муж ночевал дома, был под присмотром своего отца ФИО2 На следующий день ей снова нужно было заступить на сутки, поэтому она попросила ФИО2 в месте с ее мужем переночевать у него дома, чтобы дать ей возможность отдохнуть перед дежурством, на что они согласились. Отношения между ФИО2 и ее мужем были хорошие, конфликтов не было. В течение дня она неоднократно звонила ФИО2, спрашивала, как у них дела, он пояснял, что все хорошо. Около 21 часа к ней приехала ее подруга Свидетель №1, поскольку ее досрочно попросили съехать с квартиры, которую она снимала. Около 08.00 часов <дата> ей позвонил ФИО2 и сказал: «ФИО24 у меня в квартире труп». Она испугалась, что ее мужу стало плохо на фоне длительного употребления спиртного, однако ФИО2 далее пояснил, что убил «какого-то мужика», а его сына ФИО3 в квартире нет. Потом он сказал, что не может понять, является ли убитый мужчина его сыном. Она находилась в шоковом состоянии, спрашивала у ФИО2, почему он не может узнать, ФИО3 это или нет, однако ничего конкретного на ее вопросы он не отвечал. Приехав на машине такси к ФИО2 домой, она зашла в квартиру, ФИО2 сидел в кресле, а на кровати лежал ее муж без признаков жизни. ФИО2 пытался у нее спросить ФИО3 ли это, есть ли у него крестик, шрам от аппендицита. После того, как она сказала, что это ФИО3, ФИО2 пояснил: « Я убил своего сына». Что произошло в ту ночь, ей неизвестно, она не может понять, почему ФИО2 не узнал сына, от чего он оборонялся, если ФИО3 никогда не проявлял агрессии, просто мог выпрашивать спиртное, по какой причине они вместе выпивали, если ФИО2 знал о проблемах сына и должен был помочь ему выйти из состояния «запоя». Выйдя на улицу, она позвонила своим родителям, вызвала сотрудников полиции, при осмотре квартиры не присутствовала, т.к. плохо себя чувствовала, не могла находиться в квартире. Со слов следователя ей было известно, что они не нашли нож, которым были нанесены повреждения. Придя в квартиру по месту жительства ФИО2 через 2-3 дня совместно с собственником квартиры, чтобы забрать вещи мужа, в неработающем холодильнике за пакетами она нашла нож в ножнах, о чем сообщила следователю.

Свидетель Свидетель №1 показала, что является подругой ФИО4, в ночь с <дата> на <дата> ночевала у нее дома. Со слов ФИО4 ей было известно, что муж последней находится у отца, поскольку длительное время употреблял спиртное, отец должен был помочь ему выйти из данного состояния. Утром около 08 часов ФИО4 позвонил отец мужа, сказал, что кого-то убил, вроде как своего сына. ФИО4 на такси уехала к подсудимому, когда вернулась, пояснила, что ее муж мертв, подробностей произошедшего не рассказывала. Через несколько дней она вместе с ФИО4 поехали в квартиру по месту жительства подсудимого, чтобы забрать вещи погибшего, находившиеся там, и в холодильнике среди вещей и пакетов обнаружили охотничий нож, о чем сообщили следователю. Пояснила, что ФИО5, когда употреблял спиртное, вел себя тихо, замыкался в себе, находился один в комнате, агрессии не проявлял.

Свидетель Свидетель №2 показал, что работает оперуполномоченным ОУР ОП№2 УМВД России по г. Костроме. Около 08 часов, получив сообщение о совершенном преступлении, совместно с Свидетель №3 проследовали по месту жительства подсудимого. У подъезда дома находилась жена погибшего, вместе с которой они прошли в квартиру. На момент их прихода к квартире был ФИО2, на кровати в комнате лежал труп мужчины с многочисленными ножевыми ранениями в области груди. ФИО2 пояснил, что находился в состоянии опьянения, постоянно повторял, что убил своего сына, говорил, что в квартире они находились вдвоем, описывал нож, с помощью которого совершил преступление, однако не мог пояснить, куда положил данный нож, поэтому изначально в ходе осмотра места происшествия данный нож не был обнаружен и изъят. В квартире был беспорядок, однако следов борьбы не было, труп мужчины находился на кровати лицом вверх, в области груди было не менее 5-6 ножевых ранений, два из которых - глубокие, в области сердца. У подсудимого видимых телесных повреждений не имелось, доводов о самообороне он не приводил.

Свидетель Свидетель №3 – оперуполномоченный ОУР ОП№2 УМВД России по г. Костроме дал аналогичные свидетелю Свидетель №2 показания об обстоятельствах выезда на место происшествия, а также указал, что ФИО2 пояснял, что с сыном они в квартире находились вдвоем, выпивали спиртное, ночью сын его разбудил и стал просить выпить, он ему не дал, достал из тумбочки нож и нанес несколько ударов сыну, сказав, что не узнал его ночью, думал, что в квартире посторонние. ФИО2 находился в квартире, плакал, говорил, что убил сына, подошел к умершему, подняв футболку, показал раны на его теле – около 6-7 резаных ран в области грудной клетки.

Свидетель Свидетель №4 показала, что ей на праве собственности принадлежит квартира по адресу: <адрес>, в которой длительное время проживал ФИО2, охарактеризовала его с положительной стороны, пояснила, что не замечала, чтобы он злоупотребляя спиртным. О случившемся в ее квартире ей сообщили соседи, в связи с чем она поехала в отдел полиции, где ей выдали ключи от квартиры. Впоследствии вместе с ФИО4 она приехала в квартиру, чтобы последняя забрала вещи погибшего, а также чтобы навести там порядок. В неработающем холодильнике ФИО4 нашла нож, который находился в ножнах. Впоследствии в ее присутствии данный нож был изъят следователем.

Из оглашенных в судебном заседании в связи с согласием сторон показаний свидетеля Свидетель №7, данных в ходе предварительного следствия, следует, что <дата> в 8:45 часов совместно с фельдшером Свидетель №5 заступив на дежурство, прибыла по адресу: <адрес>, где на улице находилась жена погибшего. Об обстоятельствах произошедшего она пояснить ничего не могла, находилась в шоковом состоянии. Они с Свидетель №5 поднялась на второй этаж в <адрес>, где в комнате находились двое сотрудников полиции, мужчина возраста около 60 лет, а на кровати лежал труп мужчины с множественными ножевыми ранениями в области груди и живота. Пожилой мужчина в этот момент находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, сказал, что «зарезал» сына большим охотничьим ножом, был спокоен, однако его поведение было странным, он не совсем адекватно понимал, что случилось, не мог вспомнить, куда положил нож (т. 1, л.д. 86-88).

Свидетель Свидетель №5, показания которой оглашены в судебном заседании в связи с согласием сторон, в ходе предварительного следствия дала алогичные свидетелю Свидетель №7 показания (т. 1, л.д. 89-91).

Из оглашенных в судебном заседании в связи с согласием сторон показаний свидетеля Свидетель №6, данных в ходе предварительного следствия, следует, около 17 лет она поддерживала отношения с ФИО6, приезжая к нему в гости около 2-х раз в неделю. <дата> ФИО2 ушел к своему сыну ФИО3, так как последний злоупотреблял спиртными напитками, а ФИО2 хотел помочь вывести его из этого состояния, остался там ночевать. <дата> она уехала на работу в «Заволжский дом-интернат», где в связи с пандемией работала вахтовым методом по 2 недели. <дата> около 8 часов утра ей позвонил ФИО2 и сообщил, что убил сына, сказав: «Я убил сына, но этого я не хотел, у меня что-то переклинило, я его любил». Подробности произошедшего ей не известны. Пояснила, что ранее она с ФИО2 проживали с его сыном, тот действительно мог встать среди ночи и просить выпить, однако агрессии при этом не проявлял ( т.1, л.д. 92-94).

Также вина ФИО2 подтверждается исследованными судом материалами уголовного дела:

<дата> в 08:30 часов в дежурную часть ОП№2 УМВД России по г. Костроме поступило сообщение от ФИО4 об обнаружении трупа мужа в квартире, которая пояснила, что ночью у него была драка с отцом (т.1 л.д.29).

В ходе осмотра места происшествия - <адрес>, проведенного <дата> с 10.15 до 13.35 часов, установлено, что запорные устройства входной металлической и деревянной дверей в квартиру повреждений не имеют. В комнате на кровати обнаружен труп Шелудченко ФИО25, <дата> года рождения, который лежит лицом вверх косо-поперечно по отношению к длине кровати, головой в сторону стены. В левой верхней, нижней части, рукавах толстовки, одетой на трупе ФИО5, имеется около 10 щелевидных повреждений длиной от 01 до 06 см. Соответственно повреждениям на одежде имеются раны - 7 на передней поверхности груди, 1 - в верхнем отделе живота, 2 - на левом плече. В ходе осмотра изъяты смывы вещества бурого цвета, в том числе с холодильника в коридоре, стола, стенок ванны, отпечатки пальцев рук, ножи (т.1 л.д.14- 27).

В последующем в связи с поступившим от ФИО4 сообщением об обнаружении ножа <дата> был проведен дополнительный осмотр места происшествия - <адрес>, в ходе которого в неработающем холодильнике, расположенном в комнате, на нижней полке за пакетами с вещами, обнаружен нож в ножнах (т.1 л.д.37-47).

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи от <дата> вызов поступил в 08:44 часа, на момент приезда бригады в квартире находились сотрудники полиции, ФИО2 пояснил, что ближе к 3 часам ночи он нанес ножевые ранения в область грудной клетки, после чего его сын перестал дышать, а утром он позвонил в полицию. В ходе смотра ФИО5 обнаружены колотые ножевые ранения грудной клетки, констатирована смерть (т.1 л.д.49).

В ходе выемки <дата> у ФИО2 были изъяты трусы (т.1 л.д. 142-145), а также в тот же день с участием специалиста получены образцы крови для сравнительного исследования, о чем составлен соответствующий протокол (т.1 л.д.148-149).

<дата> в период с 22.05 до 22.40 часов было проведено медицинское освидетельствование ФИО2 на предмет нахождения его в стоянии опьянения, при этом внешних признаков алкогольного опьянения у него не имелось, результат освидетельствования с использованием технического средства « Алкотест 6820» - 0,15 мг/литр, состояние опьянения не установлено (т.1 л.д.152-155).

В ходе выемки <дата> в морге ОГБУЗ «БСМЭ по Костромской области» были изъяты образцы крови, срезы с ногтей и одежда с трупа ФИО2 (т.1 л.д. 158-160).

На основании решения Свердловского районного суда <адрес> от <дата> получены сведения о телефонных соединениях ФИО2 и ФИО5 за период с 21 по <дата>, которые были осмотрены следователем <дата>, в ходе осмотра установлено, что абонентский номер ФИО5 с 13 часов 46 минут <дата> до 13 часов 00 минут <дата> (передачи телефона ФИО4) находился в зоне действия базовой станции, расположенной по адресу: г Кострома, <адрес>, что свидетельствует о том, что он мог находиться в квартире своего отца ФИО2 С абонентского номера ФИО2 были осуществлены вызовы: <дата> в 21 час 59 минут на номер Свидетель №6 в зоне действия базовой станции, расположенной по адресу: г Кострома, <адрес>, корпус <адрес> соединение осуществлено <дата> в 07 часов 56 минут исходящий звонок на номер потерпевшей ФИО4 При этом вызов также осуществлялся в зоне действия базовой станции по адресу: <адрес> Изложенное свидетельствует о том, что в ночь с 22 на <дата> ФИО2 также находился по месту жительства и не покидал его (т.1 л.д.168-180).

Согласно протоколу осмотра предметов от <дата> был произведен осмотр смывов веществ бурого цвета с ложа трупа, с холодильника, с пола, ножей, обнаруженных в комнате и на кухне квартиры по месту жительства подсудимого, срезов с ногтей с трупа; ножа, изъятого в ходе дополнительного осмотра места происшествия, длина которого составляет 305 мм, длина клинка – 171 мм, максимальная ширина клинка 65 мм, сравнительных образцов крови, смывов с рук; трусов ФИО2; одежды, срезов с ногтей рук с трупа ФИО5, которые признаны вещественными доказательствами по делу (т.2, л.д. 184-189, 190-192).

Согласно заключению медицинской судебной экспертизы № от <дата> на трупе ФИО5 обнаружены следующие телесные повреждения: множественные колото-резаные раны передней поверхности грудной клетки (7), проникающие (6) в грудную и брюшную полость с повреждением рукоятки и тела грудины, ребер, правого легкого, сердца, диафрагмы, печени; направление раневых каналов: спереди-назад, несколько слева-направо; длина раневых каналов - от 1,0 до 6,0- 7,0-10,0-11,0см, множественные колото-резаные раны мягких тканей лица (2), левого плеча и левой кисти (3). Эти повреждения могли образоваться за несколько десятков минут (1-1,5 часа - по данным гистологического исследования) до наступления смерти от 12 травматических воздействий острым, плоским, колюще-режущим предметом (типа клинка ножа), имеющего острие, обушок, острую режущую кромку лезвия, сопровождались развитием массивной кровопотери (угрожающее жизни состояние), являются опасными для жизни, причинили тяжкий вред здоровью и состоят в прямой причинной связи с наступившей смертью,

- царапины (6) на лице. Эти повреждения могли образоваться незадолго до смерти, от 6 травматических воздействий твердым предметом с острым краем, не расцениваются как вред здоровью, т.к. не вызывают кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и в причинной связи с наступившей смертью не состоят.

- кровоподтеки (2) на лице, ссадина на передней поверхности шеи, кровоподтеки (3) левой верхней конечности; очаговое кровоизлияние в мягкие ткани левой височной области. Эти повреждения могли образоваться в течение суток до смерти, от действия тупого твердого предмета или о таковой (в том числе, при падении с высоты собственного роста), не расценивается как вред здоровью, т.к. не вызывают кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и в причинной связи с наступившей смертью не состоят.

Смерть ФИО5 наступила от множественные колото-резаных ран грудной клетки, лица, левого плеча и левой кисти, с повреждением грудины, ребер, правого легкого, сердца, диафрагмы, печени, с последующим развитием массивной кровопотери.

Смерть наступила в пределах 4-8 часов до исследования трупа на месте происшествия.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО5 обнаружен этиловый спирт в концентрации: в крови- 5,23%о и в моче- 5,78%о: в момент наступления смерти находился в состоянии алкогольного опьянения (т. 1, л.д. 199-208).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от <дата> у ФИО2 имеются следующие телесные повреждения: ссадины - 2 и кровоподтек на задней поверхности правого локтевого сустава; ссадины на тыле правой кисти в проекции дистального межфалангового сустава 5-го пальца -1 и в проекции проксимальной фаланги 3-го пальца -1; поверхностные раны на тыле левой кисти у основания 2-го пальца -1 и в проекции 1-й пястной кости -1. Эти телесные повреждения как в совокупности, так и каждое в отдельности вреда здоровью не причинили, т.к. не влекут кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности. Повреждения в области правого локтевого сустава образовались более, чем за 5-7 суток до обследования, повреждения на кистях рук образовались не более, чем за сутки до обследования (проведено <дата>). Повреждения, имевшиеся у ФИО2, не являются характерными или специфичными для борьбы или самообороны, находятся на участках, легко доступных для собственной руки (т.1, л.д. 216-217).

Согласно заключению судебной медико-криминалистической экспертизы № МК от <дата> при исследовании предметов одежды и препарата кожи от трупа ФИО5 обнаружены множественные колото-резаные повреждения: Десять (10) повреждений на переде и левом рукаве фуфайки, три (3) повреждения на переде майки, три (3) раны на препарате кожи. Данные повреждения причинены вероятно одним плоским клинком типа ножа, имеющим: длину более 100 мм; острое лезвие (режущую кромку); довольно выраженное острие; наибольшую ширину следообразующей (погрузившейся) части около 45 мм; П - образный в поперечном сечении обух, с асимметричными неравномерно выраженными ребрами, по толщине близкий к 2,5 мм. Раны №№,2 на препарате кожи и соответствующие им повреждения №№,3 фуфайки и №№,2 майки причинены клинком представленного самодельного ножа или другим клинком со сходными конструктивными, технологическими и эксплуатационными особенностями. Рана № на препарате кожи, повреждения №№,4-10 фуфайки и повреждение № майки образовались, вероятно, от действий того же ножа. В момент образования большей части повреждений, нижние отделы фуфайки и майки были смещены вверх, а трикотаж фуфайки образовывал складки. Индивидуальные признаки травмировавшего орудия в повреждениях одежды и ранах кожи не отобразились (не обнаружены). Обнаружение и молекулярно-генетическая идентификация наложений крови на клинке ножа как произошедшей именно от потерпевшего, повышают вероятность того, что ранения ФИО5 причинены клинком именно этого ножа (ножа, обнаруженного в ходе дополнительного осмотра места происшествия) (т. 1, л.д. 226-244).

Согласно заключению судебно-биологической экспертизы № от <дата> на поверхности лезвия ножа, изъятого из холодильника, обнаружена кровь, принадлежащая ФИО5 На поверхности рукояти ножа обнаружены эпителиальные клетки, принадлежащие ФИО2 (т. 2, л.д. 7-23).

Согласно заключению молекулярно-генетической экспертизы № от <дата> на поверхности трусов, изъятых в ходе выемки у ФИО2 <дата>, обнаружена кровь, принадлежащая ФИО5 (т. 2, л.д. 32-44).

Согласно заключению судебной биологической экспертизы № от <дата> при исследовании ножа из комнаты, смыва с ложа трупа, смыва с ванной, майки из стиральной машины, срезов с ногтей с правой и левой руки трупа ФИО5, смыва с правой ступни подозреваемого ФИО2, джинсов с ремнем, трусов, майки, толстовки, одного носка с трупа ФИО5 обнаружена кровь человека, которая может принадлежать как ФИО2, так и ФИО5 (т.2, л.д. 53-59).

Согласно заключению судебной дактилоскопической экспертизы № от <дата> следы пальцев рук, изъятые в ходе осмотра места происшествия, оставлены ФИО2 и ФИО5 (т.2 л.д.84-88).

Согласно заключению судебной криминалистической экспертизы № от <дата> нож, изъятый в ходе проведения дополнительного осмотра места происшествия от <дата> по адресу: <адрес>, изготовлен самодельным способом по типу охотничьих ножей общего назначения, соответствует требованиям ФИО20 51500 - 99 «Ножи и кинжалы охотничьи. Общие технические условия» с изменением № (пр. №-СТ от <дата>), и относится к гражданскому холодному оружию ( т. 2, л.д. 97-99).

Суд согласен с каждым из приведенных заключений экспертиз по причине мотивированности, научной обоснованности выводов, сделанных экспертами. Проведенные в ходе экспертиз исследования и их выводы опираются на нормативные критерии определения степени тяжести вреда здоровью человека. Экспертизы в ходе предварительного следствия назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в их совокупности – достаточности, суд приходит к выводу, что вина ФИО2 в совершении указанного выше преступления нашла свое полное подтверждение.

В ходе судебного следствия на основании исследованных в судебном заседании доказательств достоверно установлено, что в период с 00.00 часов 00 минут до 08.00 часов <дата> ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения совместно со своим сыном ФИО5 по адресу: <адрес>, испытывая к ФИО5 внезапно возникшую неприязнь, обусловленную совместным с ним употреблением спиртных напитков, умышленно, с целью убийства ФИО5 нанес последнему не менее 12 целенаправленных ударов ножом, относящимся к гражданскому холодному оружию, в область жизненно – важных органов головы, брюшной полости и грудной клетки, осознавая возможность наступления в результате своих противоправных действий смерти ФИО5 В результате вышеуказанных действий ФИО2 потерпевшему ФИО5 были причинены телесные повреждения, опасные для жизни, причинившие тяжкий вред здоровью, от которых на месте происшествия наступила его смерть.

Не отрицая своей причастности к совершению преступления, ФИО2 вину признал частично, считая, что находился в состоянии необходимой обороны, а также нанес не более трех ударов ножом в левую область груди незнакомого ему мужчины, не узнав сына, считая, что перед ним находится посторонний, который ночью проник в его квартиру.

К доводам подсудимого о частичном признании вины суд относится критически, расценивая их как желание преуменьшить свою вину, как способ защиты, имеющий целью скрыть действительные обстоятельства совершения преступления и избежать привлечения к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление.

Показания ФИО2 не являлись последовательными в ходе предварительного следствия и в суде, ФИО2, меняя показания, в судебном заседании привел явно надуманные доводы об обстоятельствах, при которых были причинены большая часть из колото-резаных ран (после смерти сына в ходе проведения экспертизы), отрицал факт нанесения умышленных ударов ножом, о чем неоднократно указывал в ходе предварительного следствия, подтверждая свои показания при проведении проверки показаний на месте.

Судом достоверно установлено, что в ночь с 22 на <дата> ФИО2 и ФИО5 находились в квартире одни, употребляя до этого совместно спиртные напитки. Входная дверь в квартиру была заперта на ключ, посторонних лиц в квартире не находилось, о чем указывал как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании подсудимый. Сведения о телефонных соединениях подсудимого и ФИО5 также подтверждают факт их совместного нахождения к квартире подсудимого. Судом также установлено, что мотивом преступления явилась ссора, возникшая на почве личных неприязненных отношений после совместного употребления спиртного.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания сомневаться в том, что именно подсудимый нанес указанные выше телесные повреждения ФИО5 поскольку, как установлено в ходе судебного следствия, в квартире находились только подсудимый и погибший; квартира была заперта на замок; в квартире посторонних кроме погибшего и подсудимого не было.

Также судом достоверно установлено, что именно ФИО2 с применением ножа, относящегося к гражданскому холодному оружию, нанес ФИО5 не менее 12 ударов в область жизненно-важных органов головы, брюшной полости и грудной клетки, что подтверждается протоколами осмотра места происшествия, заключениями биологической, судебно-медицинской, молекулярно-генетической экспертиз.

Нож, которым были нанесены удары ФИО5, был изъят в ходе дополнительного осмотра места происшествия. На поверхности лезвия данного ножа, изъятого из холодильника, обнаружена кровь, принадлежащая ФИО5, а на поверхности рукояти ножа обнаружены эпителиальные клетки, принадлежащие ФИО1, что подтверждает факт использования его в качестве орудия преступления подсудимым, согласуется с заключением медико-криминалистической экспертизы, согласно которому не исключена возможность причинения телесных повреждений потерпевшему именно данным ножом с учетом его характеристик.

О значительном количестве (6-7) ран в области грудной клетки дали показания допрошенные свидетели – Свидетель №2, Свидетель №3, 10 повреждений обнаружено экспертом на фуфайке потерпевшего, что согласуется со сведениями, содержащимися в карте вызова скорой медицинской помощи, а также в протоколе осмотра места происшествия - в левой верхней, нижней части, рукавах толстовки, одетой на трупе ФИО5, имеется около 10 щелевидных повреждений длиной от 01 до 06 см. Соответственно повреждениям на одежде имеются раны - 7 на передней поверхности груди, 1 - в верхнем отделе живота, 2 - на левом плече.

Все телесные повреждения в виде колото-резаных ран имеют схожие характеристики, как установлено судом – причинены одним орудием – ножом, изъятым в ходе осмотра места происшествия, в короткий промежуток времени до наступления смерти, т.е. прижизненно.

Согласно п.3 Постановления Пленума Верховного суда РФ №1 от 27.01.1999 года «О судебной практике по делам об убийстве» при решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Об умысле ФИО2 на убийство ФИО5 свидетельствует место нанесения ударов - жизненно-важные органы потерпевшего, глубина раневых каналов до 11 см, использование для нанесения повреждения ножа, который согласно заключению эксперта является гражданским холодным оружием с длиной клинка 17,1 см, а также безразличное отношение ФИО2 к последствиям причиненных ФИО5 ранений, который не предпринял мер к своевременному оказанию медицинской помощи, при этом совершил целенаправленные действия по сокрытию следов преступления - помыл и спрятал нож.

Между нанесенными потерпевшему ФИО5 ножевыми ранениями и последствиями в виде его смерти имеется прямая причинная связь.

При этом суд исключает из объема обвинения причинение действиями ФИО2 царапин на лице, а также кровоподтеков и ссадин, указанных в заключении судебно-медицинской экспертизы, поскольку очевидцы преступления отсутствовали, ФИО2 отрицал факт нанесения ударов кулаками своему сыну, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы кровоподтеки могли образоваться не только от ударов тупыми предметами, но и при ударах о таковые. Поскольку достоверно судом обстоятельства причинения ФИО5 повреждений в виде царапин и кровоподтеков не установлены, они не находятся в причинной связи со смертью потерпевшего, то все сомнения должны быть истолкованы в пользу подсудимого.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление" общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. Непосредственная угроза применения насилия, опасного для жизни обороняющегося или другого лица, может выражаться, в частности, в высказываниях о намерении немедленно причинить обороняющемуся или другому лицу смерть или вред здоровью, опасный для жизни, демонстрации нападающим оружия или предметов, используемых в качестве оружия, взрывных устройств, если с учетом конкретной обстановки имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Исследовав и проанализировав все имеющиеся доказательства по делу, у суда нет оснований полагать, что подсудимый действовал в состоянии необходимой обороны или по неосторожности. Как установлено судом, какое-либо посягательство либо непосредственная угроза применения насилия со стороны потерпевшего ФИО5 в отношении подсудимого отсутствовали. Его действия, связанные в тем, что он подошел к отцу, просил у него выпить, разбудил его, не свидетельствует о совершенном в отношении ФИО2 нападении либо о существовании ситуации, в которой он мог реально опасаться за свою жизнь и здоровье, находясь по месту своего жительства совместно с сыном, не пытаясь позвать на помощь, разбудить сына (если следовать доводам подсудимого, что тот спал у стены), а при отсутствии каких-либо угроз, нападения, достав нож и нанеся им множественные, целенаправленные удары в область жизненно-важных органов. Наличие резаных ран на левой кисти пострадавшего, свидетельствует о том, что он пытался защищаться от нападения. При этом обращает на себя внимание и тот факт, что у ФИО2 телесных повреждений, характерных для борьбы и самообороны, обнаружено не было.

Таким образом, действия ФИО2 по причинению потерпевшему телесных повреждений были обусловлены не необходимостью защиты от посягательства, а совершены из чувства внезапно возникшей личной неприязни к нему в связи с употреблением спиртных напитков, поэтому не являются необходимой обороной или превышением ее пределов в соответствии с положениями ст. 37 УК РФ.

Также судом установлено, что подсудимый в момент совершения преступлении не находился в состоянии аффекта, поскольку согласно заключениям комплексной психолого-психиатрической экспертизы и дополнительной психолого-психиатрической экспертизы ФИО2 в состоянии аффекта не находился. Кроме того, поведение ФИО2 и после совершения преступления, во время сокрытия следов преступления, носило весьма рациональный характер, что также подтверждает обоснованность выводов экспертов об отсутствии у него в момент совершения преступления признаков, характерных для состояния аффекта.

Судом достоверно установлено состояние опьянения ФИО2 в момент совершения преступления, что следует из его показаний, в том числе данных в ходе предварительного следствия, о количестве выпитого спиртного. Освидетельствование на состояние опьянения ФИО2 проводилось спустя длительный период времени после совершения преступления, однако несмотря на это было установлено наличие этанола в выдыхаемом им воздухе.

С учетом изложенного, действия ФИО2 суд квалифицирует по ст. 105 ч.1 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Согласно заключению комплексной психолого-психиатрической экспертизы № от <дата> в период, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишающим его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, ФИО2 не страдал, как и не страдает ими в настоящее время. Обнаруживает психическое расстройство в форме органического расстройства личности в связи с сосудистым заболеванием головного мозга (Р 07.01). По психическому состоянию в настоящее время ФИО2 также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По психическому состоянию ФИО2 в настоящее время может принимать участие в следственных действиях, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания.

В момент совершения инкриминируемого преступления ФИО2 в состоянии аффекта, в каком-либо другом эмоциональном состоянии, приравненном по силе дизрегулятивного влияния к аффекту, не находился. Его поведение в этот момент определялось состоянием алкогольного опьянения У ФИО2 выявлены следующие индивидуально-психологические особенности: упорство в достижении цели, тенденция к доминированию, самостоятельность в принятии решений, уверенность в себе, наступательность в межличностных отношениях, стремление к независимой позиции, категоричность суждений, вспыльчивость и нетерпимость к критике в конфликтных ситуациях (т.2, л.д. 69-72).

Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО14 подтвердила выводы, изложенные в заключении, показала, что клинических симптомов, на основании которых комиссия мы могла бы дать заключение о том, что у ФИО2 было какое-то временное состояние, выявлено не было. Его состояние расценено как простое алкогольное опьянение с выводом о том, что по психическому состоянию, с учетом всех особенностей, возраста, болезней, алкогольного опьянения, он мог в полной мере осознавать и руководить своими действиями.

Аналогичные выводы содержатся и в заключении повторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № от <дата>, проведенной по ходатайству стороны защиты.

Суд согласен с мотивированными и обоснованными заключениями квалифицированных экспертов. Каких-либо сомнений относительно вменяемости подсудимого у суда не имеется.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, данные о его личности, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Подсудимым совершено преступление, относящееся к категории особо тяжких.

В судебном заседании установлено, что совершению инкриминируемого ему преступления предшествовало употребление алкоголя совместно с потерпевшем и что именно алкогольное опьянение, до которого он сам себя довел, сняло контроль за его поведением, привело к совершению преступления после распития спиртных напитков.

С учетом изложенного, а также характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, данных о личности ФИО2 суд признает отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, а также в силу п. «к» ч.1 ст.63 УК РФ совершение преступления с использованием оружия.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает: состояние здоровья подсудимого, его пожилой возраст, активное способствование расследованию преступления, которое было отмечено следствием в обвинительном заключении, и проявилось в том, что в ходе предварительного следствия ФИО2 давал подробные показания, участвовал в проверке показаний на месте, указывая обстоятельства, при которых были нанесены удары ФИО5, учитывая, что преступление совершено в условиях неочевидности, в связи с чем несмотря на частичное признание вины сообщенные ФИО2 сведения были использованы как следственным органом, так и судом в процессе доказывания. Оснований для признания объяснения от <дата> (т.1 л.д.34-35) явкой с повинной и учете его в качестве самостоятельного смягчающего обстоятельства не имеется, поскольку подсудимый ФИО2 не подтвердил сведения, изложенные нем, указанное объяснение было дано им в отсутствие защитника, после задержания, в судебном заседании ФИО2 возражал против оглашения данного объяснения.

Аморального или противоправного поведения потерпевшего суд не усматривает, поскольку каких-либо противоправных действий в отношении подсудимого ФИО2 не совершал, что достоверно установлено судом, угроз не высказывал, ударов не наносил, о чем также пояснял ФИО2 как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании.

ФИО2 на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т.2, л.д. 111, 112), к уголовной и административной ответственности не привлекался (т.2, л.д. 109, 110), по месту жительства в целом характеризуется положительно (т.2, л.д. 108), является военным пенсионером.

С учетом данных о личности подсудимого, конкретных обстоятельств дела – совершения особо тяжкого преступления в отношении близкого родственника (сына), способа совершения преступления, примененного орудия, количества и локализации ударов, суд считает, что наказание ФИО2 должно быть назначено только в виде лишения свободы, не усматривая оснований для применения положений ст.73 и ст. 64 УК РФ, несмотря на наличие ряда смягчающих наказание обстоятельств, совокупность которых не является исключительной.

При определении размера наказания суд учитывает принципы справедливости наказания и его соразмерности содеянному.

С учетом наличия смягчающих ответственность обстоятельств суд не усматривает оснований для применения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

С учетом конкретных обстоятельств совершения преступления, наличия отягчающих наказание обстоятельств оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую не имеется.

С учетом данных о личности подсудимого, конкретных обстоятельств дела суд в соответствии с ч.2 ст.97 УПК РФ для обеспечения исполнения приговора в отношении ФИО2 считает необходимым оставить без изменения избранную в отношении него меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу, поскольку, опасаясь отбытия реального наказания в виде лишения свободы, он может скрыться от суда.

В соответствии со ст. 81, п. 12 ч. 1 ст. 299, п. 2 ч. 1 ст. 309 УПК РФ суд разрешает вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Постановлением следователя следственного отдела по Центральному району г. Костромы СУ СК РФ по Костромской области ФИО7 от <дата> адвокату Огневу Н.В. выплачено вознаграждение за осуществление защиты ФИО2 в период предварительного расследования по назначению следователя в общей сумме 10000 рублей.

С учетом того, что ФИО2 является пенсионером, источником его дохода является только пенсия, учитывая сведения о состоянии его здоровья, материальном положении, суд считает, что имеются достаточные основания для полного его освобождения от возмещения расходов на выплату вознаграждения защитнику.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд,

ПРИГОВОРИЛ:

Шелудченко ФИО22 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч.1 УК РФ, и назначить ему наказание в виде десяти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу ФИО2 оставить прежней в виде заключения под стражей.

Срок наказания ФИО2 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть время содержания под стражей с <дата> по день, предшествующий дню вступления приговора в законную силу включительно, в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу:

- смывы с веществом, ножи, срезы с ногтей, образцы крови, трусы, джинсы, майку, толстовку, носки – уничтожить,

- сопроводительные письма из ПАО «МегаФон» и ПАО «Вымпелком»; CD-диски с информацией о телефонных соединениях – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Костромского областного суда через Свердловский районный суд г. Костромы в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО2, содержащимся под стражей, - в тот же срок с момента получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья Т.С. Кулакова

Копия верна: судья -