Апелляционное определение № 33-124/2026 33-1977/2025 от 27 января 2026 г.

Судья – Носова И.А. Дело № 2-78/2025-33-124/2026

УИД 53RS0003-01-2024-001988-54


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 января 2026 года Великий Новгород

Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:

председательствующего – Бобряшовой Л.П.,

судей – Ребровой И.В., Тарасовой Н.В.,

при секретаре – Чаловой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 28 января 2026 года по докладу судьи Тарасовой Н.В. гражданское дело по апелляционному представлению Новгородского межрайонного природоохранного прокурора на решение Валдайского районного суда Новгородской области от 14 октября 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

Заместитель Новгородского межрайонного природоохранного прокурора, действуя в интересах неопределенного круга лиц, обратился в суд с иском к С. В.Ю., с учетом уточнения, о признании отсутствующим права собственности на земельный участок, признании договора купли-продажи жилого дома с земельным участком недействительным, признании образования и установление границ земельного участка недействительными, снятии земельного участка с государственного кадастрового учета, признании объектов капитального строительства – кирпичного хозяйственного блока и беседки самовольными постройками, возложении обязанности освободить береговую полосу озера <...> в пределах 20 метров от береговой линии путем демонтажа ограждения (забора) и снести самовольные постройки, указав, что в ходе проведенной проверки соблюдения водного и земельного законодательства установлено, что ответчик на основании договора купли-продажи от 22 мая 2015 года приобрел дом и земельный участок с кадастровым номером <...>, границы которого установлены в 2012 году. Земельный участок огорожен забором до уреза воды озера <...>, фактическая длина границы не соответствует сведениям, содержащимся в ЕГРН, ответчиком самовольно используется земельный участок, государственная собственность на который не разграничена площадью 114,77 кв.м. без правоустанавливающих документов, на котором размещены спорные постройки. Формирование земельного участка и постановка его на кадастровый учет не соответствует закону, поскольку в границы участка включена береговая полоса водного объекта. Указанными действиями созданы препятствия для свободного доступа граждан к водоему - озеру <...>. Объявленное ответчику предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований последним не исполнено.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Невско-Ладожское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Национальный парк «Валдайский» (далее – ФГБУ «Национальный парк «Валдайский»), К. В.А.

Решением Валдайского районного суда Новгородской области от 14 октября 2025 года исковые требования прокурора удовлетворены частично и постановлено: признать самовольными постройками расположенные на земельном участке с кадастровым номером <...> по адресу: <...>, а также на землях, государственная собственность на которые не разграничена, беседку и кирпичный хозяйственный блок; возложить на С. В.Ю. обязанность в срок до 1 июня 2026 года освободить земли, государственная собственность на которые не разграничена, от перечисленных строений; в удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

В апелляционном представлении прокурор просит решение суда в части отказа в удовлетворении иска отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований, полагая, что судом неправильно применены нормы материального права в части отказа в удовлетворении требований, выводы суда в указанной части, не соответствуют обстоятельствам дела, ссылаясь на то, что ответчиком нарушены права Российской Федерации, как собственника территории береговой полосы <...>, на которой частично сформирован спорный земельный участок. Судом немотивированно отказано в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица межрегионального территориального управления Росимущества в Псковской и Новгородской областях. Срок исковой давности не пропущен, поскольку нарушения земельного и водного законодательства выявлены прокуратурой в 2024 году. Отказывая в удовлетворении иска в части возложения на ответчика обязанности освободить береговую полосу озера <...> в пределах 20 метров от береговой линии озера путем демонтажа ограждения (забора) суд фактически узаконил самовольные действия ответчика по захвату земель неразграниченной собственности, расположенных в береговой полосе <...>.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав прокуроров В. Д.В. и В. С.М., поддержавших представление, С. В.Ю. и его представителя Г. Н.Г., возражавших против удовлетворения представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Отказывая в удовлетворении иска прокурора о признании права отсутствующим, признании недействительным формирования земельного участка и освобождении береговой полосы водного объекта от ограждения, суд сослался на то, что требование прокурора о признании отсутствующим права собственности ответчика на земельный участок является ненадлежащим способом защиты нарушенного права, тогда как все остальные требования, в том числе о признании незаконным образования и установления границ земельного участка ответчика, снятии этого участка с кадастрового учёта и освобождении береговой полосы водного объекта от ограждения и удерживающих это ограждение конструкций являются производными от требования о признании права отсутствующим.

Согласиться с таким выводом суда нельзя.

Из материалов дела следует, что С. В.Ю. на основании договора купли-продажи жилого дома с земельным участком от 22 мая 2015 года, является собственником индивидуального жилого дома с кадастровым номером <...>, площадью 41,4 кв.м. (снят с кадастрового учета 29 мая 2017 года) и земельного участка с кадастровым номером <...>, категории земель – земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, общей площадью 792+/-7 кв.м., расположенных по адресу: <...>.

Право собственности С. В.Ю. на земельный участок зарегистрировано в установленном порядке 4 июня 2015 года.

Ранее упомянутый земельный участок площадью 0,06га принадлежал М. И.А. на основании решения малого Совета Валдайского районного Совета народных депутатов от 26 ноября 1992 года <...>, которому 30 ноября 1992 года Администрацией Валдайского района Новгородской области выдано свидетельства о праве собственности на землю <...>.

Как видно из технического паспорта на жилой дом по состоянию на 5 февраля 1990 года, первоначальная площадь вышеуказанного земельного участка составляла 351 кв.м.

27 июня 2012 года по заказу М. И.А. кадастровым инженером подготовлен межевой план в результате выполнения кадастровых работ в связи с образованием частей земельного участка с кадастровым номером <...>, расположенного по адресу: <...>. По результатам проведения кадастровых работ площадь земельного участка составила 792 ± 7 кв.м.

9 июля 2015 года Администрацией Валдайского муниципального района С. В.Ю. выдан градостроительный план земельного участка с кадастровым номером <...>, расположенного по адресу: <...>.

10 июля 2015 года Администрацией Валдайского муниципального района С. В.Ю. выдано разрешение на строительство № <...> двухэтажного индивидуального жилого дома площадью 72 кв.м., площадью застройки 36 кв.м. на земельном участке с кадастровым номером <...>, расположенном по адресу: <...>.

С. В.Ю. демонтировал расположенные на земельном участке старые строения и в другой части земельного участка возвёл новый дом и хозяйственные постройки.

26 сентября 2017 года на кадастровый учет поставлен принадлежащий ответчику жилой дом по адресу: <...>, площадью 152,5 кв.м., 2017 года постройки, которому присвоен кадастровый номер <...>.

Таким образом, площадь возведённого ответчиком жилого дома более чем в два раза превышает площадь, на которую органом местного самоуправления выдано разрешение на строительство.

Кроме упомянутого жилого дома на земельном участке с кадастровым номером <...> находятся спорные беседка и кирпичный хозяйственный блок, которые частично выходят за границы земельного участка ответчика.

Судом первой инстанции из материалов дела также установлено, что земельный участок огражден забором на фундаменте по всему периметру, расположен в непосредственной близости от водного объекта – озера <...>.

Согласно акту осмотра от 7 июня 2024 года, заместителем Новгородского межрайонного природоохранного прокурора с участием специалистов Управления Росреестра по Новгородской области и Администрации Валдайского муниципального района осуществлен осмотр земельного участка с кадастровым номером <...>, расположенного по адресу: <...>, в ходе осмотра установлено, что указанный земельный участок огорожен забором до уреза воды озера <...>, таким образом имеется наложение указанного земельного участка на береговую полосу озера <...>.

Из акта выездного обследования от 7 июня 2024 года следует, что на земельном участке с кадастровым номером <...>, расположенном по адресу: <...>, установлено несоответствие конфигурации границы и длины земельного участка с южной стороны, в результате чего часть земель неразграниченной собственности включена в состав землепользования вышеуказанного земельного участка.

Согласно заключению проведенной по делу судебной землеустроительной экспертизы <...> от 29 августа 2025 года, сведения о прохождении тыльной границы земельного участка с кадастровым номером <...> (вдоль уреза воды) с 1958 года по 1983 год отсутствуют. Местоположение тыльной границы земельного участка с кадастровым номером <...> в период с 1983 года по 2012 год изменилось, а именно: с 1983 года по 1990 год граница сместилась в сторону озера на 6,10 м., а начиная с 1992 года по 2012 год граница сместилась вглубь участка на 1,39 м. по правой стороне и на 7,10 м. по левой стороне участка.

Территория береговой полосы как территория, возможная для использования под капитальное строительство, не была включена в градостроительный план земельного участка, расположенного по адресу: <...>.

Часть земельного участка с кадастровым номером <...> входит в границу 20-метровой береговой полосы озера <...> по фактическим границам, площадь наложения составляет 595 кв.м., а также по границам, содержащимся в ЕГРН, площадь наложения составляет 532 кв.м.

В границу 20-метровой береговой полосы озера <...> входят: практически весь двухэтажный жилой дом, септик, беседка и каркасный навес.

Кирпичный хозяйственный блок, беседка и кирпичное ограждение (забор), расположенные на земельном участке с кадастровым номером <...>, частично размещены за границами данного земельного участка – на землях, государственная собственность на которые не разграничена. Площадь пересечения кирпичного хозяйственного блока составляет 11 кв.м., беседки – 10 кв.м., ограждения (забора) – 141 кв.м.

Фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером <...> составляет 905 кв.м., что на 113 кв.м. больше площади по сведениям ЕГРН.

Из плана-схемы, являющегося приложением <...> к приведённому экспертному заключению, следует, что большая (существенная) часть спорного земельного участка расположена в береговой полосе водного объекта (из 792 кв.м. площади участка 532 кв.м. расположено в береговой полосе озера <...>). При этом часть ограждения земельного участка на существенной площади выходит за юридические границы этого участка.

Из фототаблицы, являющейся приложением <...> к экспертному заключению, видно, что спорное ограждение земельного участка с фундаментом, установлено непосредственно на кромке воды озера <...>.

Данное заключение по форме и содержанию соответствует требованиям действующего законодательства, составлено экспертами, имеющими надлежащую квалификацию, выводы экспертов согласуются с материалами дела, сторонами не оспаривались, а потому оснований не доверять указанному экспертному заключению не имеется.

Таким образом, из указанного экспертного заключения следует, что спорный земельный участок на площади, составляющей большую часть этого участка была сформирована за счёт береговой полосы озера <...>. При этом ограждение этого участка выходит за его границы, в том числе к линии уреза воды озера.

В соответствии с пунктом 6 статьи 6 Водного кодекса Российской Федерации полоса земли вдоль береговой линии (границы водного объекта) водного объекта общего пользования (береговая полоса) предназначается для общего пользования. Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет двадцать метров, за исключением береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров. Ширина береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров, составляет пять метров.

В статье 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации закреплено, что образование земельных участков не должно приводить к вклиниванию, вкрапливанию, изломанности границ, чересполосице, невозможности размещения объектов недвижимости и другим препятствующим рациональному использованию и охране земель недостаткам, а также нарушать требования, установленные Земельным кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами (пункт 6).

На основании пункта 12 статьи 85 Земельного кодекса Российской Федерации земельные участки общего пользования, занятые площадями, улицами, проездами, автомобильными дорогами, набережными, скверами, бульварами, водными объектами, пляжами и другими объектами, могут включаться в состав различных территориальных зон и не подлежат приватизации.

Согласно пункту 8 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации запрещается приватизация земельных участков в пределах береговой полосы, установленной в соответствии с Водным кодексом Российской Федерации, а также земельных участков, на которых находятся пруды, обводненные карьеры, в границах территорий общего пользования.

В силу положений пункта 8 статьи 28 Федерального закона от 21 декабря 2001 года № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» отчуждению не подлежат земельные участки в составе земель сельскохозяйственного назначения, лесного и водного фондов, особо охраняемых природных территорий и объектов, водоохранного и санитарно-защитного назначения, общего пользования (улицы, проезды, дороги, набережные, парки, лесопарки, скверы, сады, бульвары, водоемы, пляжи и другие).

При таких обстоятельствах, спорный земельный участок не является легально сформированным объектом гражданского оборота, поскольку, в нарушение установленного законом порядка он сформирован за счёт земель береговой полосы, являющейся федеральной собственностью. При этом оставшаяся площадь данного участка, выходящая за пределы береговой полосы водного объекта, в размере 260 кв.м., является меньше установленной органом местного самоуправления для данного вида разрешённого использования минимальной величины (400 кв.м.), что исключает возможность использования такого участка по его назначению.

Указанные обстоятельства являются основанием для снятия с государственного кадастрового учета указанного земельного участка.

Поскольку в данном случае формирование и образование земельного участка из земель общего пользования в границах прибрежной защитной полосы - береговой линии и постановка его на кадастровый учет как объекта недвижимого имущества не соответствует нормам действующего законодательства, владение общедоступным поверхностным водным объектом включая акваторию, береговую полосу, зону санитарной охраны водного объекта Российская Федерация не утратила.

Следовательно, вопреки выводам суда первой инстанции, избранный способ защиты нарушенного права соответствует материальному закону, установленным фактическим обстоятельствам и специфике водного объекта, права на который принадлежат публично-правовому образованию - Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией, приведенной в пунктах 3 и 52 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22, к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, о признании права, об установлении сервитута, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста. Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующим.

В силу пункта 2 части 2 статьи 5 Водного кодекса РФ реки относятся к поверхностным водным объектам, состоящим из поверхностных вод и покрытых ими земель в пределах береговой линии (часть 3 статьи 5 Водного кодекса). Порядок определения береговой линии (границы водного объекта) описан в части 4 статьи 5 Водного кодекса РФ.

Согласно правилу, закрепленному в части 1 статьи 8 Водного кодекса РФ, водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности).

Российская Федерация в лице уполномоченных органов владеет водными объектами федерального уровня собственности, а также их береговыми полосами, являющимися неотъемлемой частью такого водного объекта.

Специфика владения земельными участками публично-правовым образованием состоит в том, что, в отличие от ответчика, публично-правовому образованию нет необходимости доказывать факт держания, исключающий возможность владения иных лиц.

В данном случае необходимо учитывать особенности владения земельными участками публичными собственниками, которое не следует отождествлять с фактическим пребыванием на земельном участке (в его границах) органов (служб) соответствующего публичного образования. Являясь лицом, уполномоченным распоряжаться земельными участками, МТУ Росимущество в Псковской и Новгородской областях тем самым опосредованно владеет земельными участками, находящимися в собственности Российской Федерации и закрепленными за территориальным органом.

Право собственности Российской Федерации на водные объекты и примыкающие территории, правомочиями в отношении которых обладает МТУ Росимущества, являлось ранее возникшим и действует безотносительно данных о его государственной регистрации.

Земли, покрытые поверхностными водами, сосредоточенными в водных объектах (то есть внутри береговой линии), а также земли, занятые гидротехническими и иными сооружениями, расположенными на водных объектах, относятся к землям водного фонда. На землях, покрытых поверхностными водами, не осуществляется образование земельных участков (пункты 1 и 2 статьи 102 Земельного кодекса РФ).

Частью 1 статьи 65 Водного кодекса РФ предусмотрено, что территории, которые примыкают к береговой линии поверхностных водных объектов, являются водоохранными зонами. На указанных территориях устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира.

Правовой режим водоохранных зон не является однородным. В границах водоохранных зон выделяют береговую полосу (часть 6 статьи 6 Водного кодекса РФ) и прибрежные защитные полосы (часть 2 статьи 65 Водного кодекса РФ).

Из материалов дела следует, что озеро <...> соединено протокой <...> с озером <...> (<...>), которые, в свою очередь, являются составными частями водохранилища <...>, внесённого в государственный водный реестр, находящегося на территории национального парка <...>.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 14 февраля 2009г. №197-р, водохранилище <...> включено в перечень водохранилищ, в отношении которых разработка правил использования водохранилищ осуществляется для каждого водохранилища.

Водохранилище <...>, включающее озеро <...>, используется в разных целях, связанных с водорегулированием, рыбохозяйством, туризмом и водоснабжением.

С учётом изложенного, формирование спорного земельного участка в береговой полосе озера <...> не только противоречит требованиям водного законодательства, но и нарушает гарантированное статьёй 42 Конституции Российской Федерации и статьёй 11 Федерального закона от 10 января 2022 года №7-ФЗ «Об охране окружающей среды» право граждан на благоприятную окружающую среду и тем самым затрагивает экологические права неопределённого круга лиц.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о том, что ответчиком представлены доказательства законности формирования спорного земельного участка, являются необоснованными и сделанными без учета указанных выше обстоятельств.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26 августа 2025 года № 18-КГ25-185-К4.

Кроме того, вывод суда о том, что все заявленные прокурором исковые требования являются производными от требования о признании права отсутствующим, противоречит закону и установленным по делу обстоятельствам, в соответствии с которыми требования о признании межевания земельного участка недействительным является самостоятельным, не зависящим от остальных заявленных прокурором требований.

Ответчиком в суде первой инстанции было заявлено о применении последствий пропуска срока исковой давности по всем настоящим требованиям.

В соответствии со ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В абзаце 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ указано, что срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Принимая во внимание, что вышеуказанное нарушение было выявлено в июне 2024 года, а обращение прокурора в суд с настоящим иском последовало 27 ноября 2024 года, тогда как сведений о том, что Российской Федерации в лице её уполномоченных органов об этом нарушении было или должно было быть известно ранее, в материалах дела не имеется, то срок исковой давности по вышеуказанным требованиям прокурором не пропущен.

Факт добросовестности приобретения земельного участка ответчиком на основании гражданско-правовой сделки не является основанием для отказа в удовлетворении таких требований.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 18 ноября 2025 года № 4-КГПР25-48-К1.

В отношении требований о признании недействительной сделки по приобретению земельного участка ответчиком, судебная коллегия полагает, что, в данном случае, имеет место ненадлежащий способ защиты нарушенного права, поскольку, применение последствий недействительности сделки повлечёт возврат земельного участка в собственность одной из сторон сделки (продавца), а не в собственность Российской Федерации.

При таких данных, решение суда в части отклонения иска прокурора о признании сделки недействительной отмене не подлежит

С учётом изложенного, решение суда в части требований прокурора о признании отсутствующим право собственности ответчика на земельный участок, признании незаконным формирования земельного участка и постановки его на кадастровый учёт, освобождении береговой полосы от ограждения, является незаконным и подлежит отмене.

Судебная коллегия принимает в указанной части новое решение об удовлетворении иска прокурора по вышеуказанным основаниям.

На основании ст.206 ГПК РФ, судебная коллегия, принимая во внимание зимний период времени, устанавливает срок для исполнения возложенной на ответчика обязанности по демонтажу ограждения до 1 июня 2026 года.

В части удовлетворения иска решение суда сторонами не обжалуется.

Руководствуясь статьями 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Валдайского районного суда Новгородской области от 14 октября 2025 года в части отклонения исковых требований Новгородского межрайонного природоохранного прокурора о признании отсутствующим право собственности С. В.Ю. на земельный участок, признании незаконным формирования земельного участка и снятии его с кадастрового учёта, освобождении береговой полосы водного объекта от ограждения, отменить, постановив в данной части новое решение, которым указанные исковые требования прокурора удовлетворить.

Признать недействительным межевой план земельного участка с кадастровым номером <...>, площадью 792+/-7 кв.м., расположенного по адресу: <...>, составленный от 27 июня 2012 года.

Признать отсутствующим право собственности С. В.Ю. (СНИЛС <...>) на земельный участок с кадастровым номером <...>, категории земель – земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 792+/-7 кв.м., расположенного по адресу: <...>.

Снять с государственного кадастрового учета земельный участок с кадастровым номером <...>, категории земель – земли населенных пунктов, с видом разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 792+/-7 кв.м., расположенного по адресу: <...>.

Данное апелляционное определение является основанием для Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Новгородской области для погашения в ЕГРН регистрационной записи о праве собственности С. В.Ю. на вышеуказанный земельный участок.

Обязать С. В.Ю. в срок до 1 июня 2026 года демонтировать ограждение (забор) и удерживающие это ограждение конструкции, установленные в пределах береговой полосы озера <...>.

В остальной части то же решение оставить без изменения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.01.2026г.