Решение № 2-1160/2017 2-1160/2017~М-11/2017 М-11/2017 от 25 апреля 2017 г. по делу № 2-1160/2017

Дело № 2-1160/2017 г.


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации.

Рыбинский городской суд Ярославской области

в составе председательствующего судьи Голубиной Н.Г.

при секретаре Барановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Рыбинске 26 апреля 2017 года гражданское дело по иску ФИО9 ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 к Акционерному обществу «ОДК-Газовые турбины» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, задолженности по выплате выходного пособия, вознаграждения по итогам работы за год, расходов на медицинские услуги, компенсации морального вреда, судебных расходов.

установил:

29.12.2016 г. ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 обратились в суд с исковым заявлением к Акционерному обществу «ОДК-Газовые турбины» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, задолженности по выплате выходного пособия, вознаграждения по итогам работы за год (годовую премию), расходов на медицинские услуги, компенсации морального вреда, судебных расходов.(т.1 л.д.131-159)

Цена иска по 63 пунктам требований составляет <данные изъяты>.

Исковые требования мотивированы тем, что истцы являлись сотрудниками обособленного структурного подразделения АО "ОДК-ГТ" - ОКБ СМП. В связи с переводом с 01.11.2016 года производственной деятельности и рабочих мест обособленного структурного подразделения опытного конструкторского бюро системы магнитного подвеса, находящегося по адресу: <адрес> на производственные площади по месту регистрации АО «ОДК-ГТ»: <адрес> произошли изменения существенных условий, заключенных с истцами трудовых договоров, а именно изменилось местонахождение структурного подразделения опытного конструкторского бюро системы магнитного подвеса и соответственно местонахождение рабочих мест. Условия перевода не обсуждались. Договор аренды расторгнут 1.11.2016 г. ОКБ СМП снято с налогового учета до перевода подразделения на новое место.

31 октября 2016 года был издан Приказ № 340 с уведомлением о направлении ОКБ СМП в простой с 01.11.2016 года. На период простоя с 01.11.2016 года до 12.12.2016 года заработная плата истцов была уменьшена до 2/3 среднего заработка.

12 декабря 2016 года истцы были уволены по п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового Кодекса РФ с выплатой выходного пособия ? от среднего заработка.

При сокращении не выплачена годовая премия, не предложено ни одной вакантной должности. Истцам причинен моральный вред.

Истец ФИО9 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате за время простоя с 1.11.2016 по 12.11.2016 г. в размере <данные изъяты>, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя <данные изъяты>, выходное пособие <данные изъяты> рублей, годовую премию <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> руб., моральный вред в размере <данные изъяты> рублей.

Истец ФИО10 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате за время простоя с 1.11.2016 по 12.11.2016 г. в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя <данные изъяты> рублей, выходное пособие <данные изъяты> рублей, годовую премию <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

Истец ФИО11 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате за время простоя с 1.11.2016 по 12.11.2016 г. в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя <данные изъяты> рублей, выходное пособие <данные изъяты> рублей, годовую премию <данные изъяты> рублей., компенсацию за непредоставление услуги по ДМС в 2016 году в размере <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

Истец ФИО12 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя <данные изъяты> р., выходное пособие <данные изъяты> рублей, годовую премию <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

Истец ФИО13 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя<данные изъяты> рублей, выходное пособие <данные изъяты> рублей, годовую премию <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

Истец ФИО14 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя<данные изъяты> рублей, выходное пособие <данные изъяты> рублей, годовую премию <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

Истец ФИО15 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя<данные изъяты> рублей, выходное пособие <данные изъяты> рублей, компенсацию за непредоставление услуги по ДМС в размере <данные изъяты> руб., годовую премию <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

Истец ФИО16 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате за время простоя с 1.11.2016 по 12.11.2016 г. в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя <данные изъяты> рублей, выходное пособие <данные изъяты> рублей, компенсацию за непредоставление услуги по ДМС в размере <данные изъяты> руб., годовую премию <данные изъяты> рублей, задолженность по заработной плате за 2 месяца (увольнение после простоя в нарушение законодательства) <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

Истец ФИО17 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате в размере <данные изъяты> рублей, компенсацию за неиспользованный отпуск в связи с уменьшением заработной платы из-за простоя<данные изъяты> рублей, выходное пособие <данные изъяты> рублей, годовую премию <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

Истец ФИО18 просит взыскать с АО «ОДК-ГТ», задолженность по заработной плате за время простоя с 1.11.2016 по 12.11.2016 г. в размере <данные изъяты> рублей, выходное пособие <данные изъяты> рублей, годовую премию <данные изъяты> рублей, оплату юридических услуг в размере <данные изъяты> рублей, моральный вред в размере <данные изъяты> руб.

В судебное заседание истцы не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно.

В судебном заседании представитель истцов ФИО19 А.С.( по постоянным доверенностям) иск поддержал в первоначальной редакции от 29.12.2016 г. (л.д.131-159 т.1).

Представитель ответчика АО «ОДК-ГТ» ФИО20, ФИО21 (по постоянным доверенностям) иск не признали, поддержали письменные возражения от 26.04.2017 и от 9.03.2017 г. (т.2 л.д.7-12, т.3 л.д.211-216).

Заслушав стороны, свидетелей управляющего директора ФИО1, технического директора ФИО2., инженера отдела технической документации ФИО3., главного конструктора ФИО4., начальника БТиЗ ФИО5., изучив материалы дела, показания бухгалтеров расчетного отдела ФИО6., ФИО7., суд полагает иск оставить без удовлетворения.

Согласно ст. 56, 60 ГПК РФ каждая сторона должна доказать обстоятельства на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

В соответствии со статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации одним из основных принципов правового регулирования является сочетание государственного и договорного регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений. Государство в своих нормативных правовых актах устанавливает минимальные гарантии трудовых прав и свобод граждан (статья 1 Трудового кодекса Российской Федерации). Требование к трудовым договорам, которые также осуществляют регулирование трудовых отношений, те же самые - не снижать уровень прав и гарантий работника, который установлен трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами (статья 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

По делу установлено следующее.

В 2014 году в ОАО «ОДК-ГТ» согласно приказу управляющего директора №211 от 27 июня 2014 года в Службе главного конструктора было создано новое структурное подразделение - опытное конструкторское бюро системы магнитного подвеса (ОКБ СМП) (т.1 л.д.78).

С истцами были заключены бессрочные трудовые договоры с 14 июля 2014 года:

- с ФИО9 по должности главного специалиста по электронике (т.2 л.д.107),

- с ФИО11 по должности инженера математика (т.2 л.д.129),

- с ФИО10 по должности главного специалиста по автоматике (т.2 л.д.151),

- с ФИО12 по должности ведущего инженера по монтажу магнитного подвеса (т.2 л.д.171),

- со ФИО13 по должности инженера по монтажу магнитного подвеса (т.2 л.д.191),

- с ФИО14 по должности инженера (т.2 л.д.211),

- с ФИО16 по должности начальника опытно-конструкторского бюро системы магнитного подвеса (т.2 л.д.231),

- с ФИО17 по должности заместителя начальника опытно-конструкторского бюро системы магнитного подвеса (т.3 л.д.1),

- с ФИО15 по должности главного конструктора по разработке и сопровождению системы магнитного подвеса (т.3 л.д.22),

- с ФИО18 по должности ведущего инженера-конструктора (т.3 л.д.44).

Рабочие места ОКБ СМИ были организованы в г.Москве, в целях их размещения ОАО «ОДК-ГТ» заключило договор аренды помещения по адресу: <адрес>

Истцы работали у ответчика в обособленном структурном подразделении АО «ОДК-ГТ» - ОКБ СМП (цех 427), находящемся в <адрес> 14.07.2014 года по 12.12.2016 год, местонахождение рабочего места было указано в условиях трудовых договоров, заключенных с истцами, в соответствии с нормами ст.57 ТК РФ.

В соответствии с приказом ЗГД-УД № 317 от 10.10.2016 года производственная деятельность и рабочие места работников ОКБ СМП с 01.11.2016 года были переведены на производственные площади по месту регистрации АО «ОДК-ГТ»: <адрес>.(т.1 л.д.88). С приказом истцы ознакомлены 10.10.2016 г. (т.1 л.д.90).

31 октября 2016 года был издан Приказ № 340 заместителя генерального директора – управляющего директора ФИО1. с уведомлением о направлении работников ОКБ СМП в простой с 01.11.2016 года с освобождением на период действия простоя от обязанности присутствовать на рабочих местах (т.1 л.д.92).С приказом истцы ознакомлены 31.10.2016 г. (т.1 л.д.95).

На период простоя с 01.11.2016 года до 12.12.2016 года заработная плата истцам начислялась и выплачивалась в размере двух третей среднего заработка работника, находящегося в простое.

В данном приказе в п.3 работникам предложено прибыть 12.12.2016 г. для оформления дополнительного соглашения к трудовому договору о продолжении работы в АО «ОДК-ГТ» в новых условиях, а в случае отказа от продолжения работы в новых условиях – для оформления прекращения трудового договора на основании п.7 ч.1 ст.77 ТК РФ.

Все истцы были письменно уведомлены ответчиком об изменении местонахождения структурного подразделения ОКБ СМП и соответственно его рабочего места, а также об организационных причинах, вызвавших указанные изменения.

В уведомлении истцам предлагалось в срок не позднее 12 декабря 2016 года заключить дополнительные соглашения об изменении местонахождения рабочего места и указывались права истца и обязанности.

Вакантные должности на тот момент в г. Москве отсутствовали. В день расторжения трудовых договоров, истцам была произведена выплата, всех положенных сумм.

12 декабря 2016 года все истцы были уволены из цеха 427 ОКБ Системы магнитного подвеса г.Москва по п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового Кодекса РФ в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора с выплатой выходного пособия ? от среднего заработка.

Истцами в судебном порядке не оспариваются : Приказ №317 от 10.10.2016 года о переводе рабочих мест, приказ №340 от 31.10.2016 г. о направлении в простой и приказы об увольнении по п. 7 ч. 1 ст. 77 Трудового Кодекса РФ.

Такое право разъяснено истцам в определении об оставлении искового заявления без движения от 13.01.2017 г. (т.1 л.д.128) и в определении о подготовке дела к судебному разбирательству от 15.02.2017 г. (т.1 л.д.3).

Поскольку указанные приказы не оспариваются, не имеется оснований для удовлетворения производных требований: для перерасчета сумм рабочего времени оплаченного как простой, выходных пособий и компенсации за неиспользованные дни отпуска, а также компенсации морального вреда, которые истцы связывают с указанными выплатами.

В день расторжения трудовых договоров с истцами 12 декабря 2016 года ответчиком в соответствии со ст. 140 ТК РФ была произведена выплата всех сумм, причитающихся истцам, а именно: оплата периода простоя в декабре (64 часа), выходное пособие при увольнении в размере недельного среднего заработка и компенсация за неиспользованные дни отпуска. Истцам выданы трудовые книжки.

Истцы не предоставили в суд копии трудовых книжек с записями за период с увольнения от ответчика по день рассмотрения спора в суде.

Со слов свидетелей и представителя истца известно, что с 13.12.2016 года все истцы трудоустроены в другое юридическое лицо, где рабочие места им организованы в г.Москве по прежнему адресу, они работают по той же тематике с прежнем уровнем заработка.

Поскольку трудовые договоры были расторгнуты с истцами по п.7 части первой ст.77 ТК РФ, то согласно ст. 178 ТК РФ размер выходного пособия, выплачиваемого при расторжении трудового договора в связи с отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных условий трудового договора, составил двухнедельный средний заработок.

В связи с увольнением по указанному основанию не имеется правовых оснований для расчета и выплаты выходного пособия в размере месячного среднего заработка, а также двухмесячного заработка по требованиям ФИО22.

Компенсация за все неиспользованные дни отпуска была рассчитана каждому истцу, исходя из среднего дневного заработка, исчисленного в соответствии со ст. 139 ТК РФ за последние 12 календарных месяцев, и с учетом количества всех неиспользованных дней отпуска за весь период работы у ответчика.

Раскрытый расчет исковых сумм истцами не предоставлен.

Расчеты выплаченных истцам сумм судом проверены в судебном заседании с участием сторон и бухгалтеров-расчетчиков.

Ответчик предоставил по всем истцам раскрытые расчеты (т.2 л.д.122-251, т. 3 л.д.15-63), которые являются правильными.

Ошибочны доводы представителя истца о том, что в состав заработка в расчетном периоде не включены суммы спорной годовой премии и включены заниженные суммы оплаты в связи с простоем. Работодатель обоснованно учел только начисленные суммы заработка. Время простоя с 1.11.2016 г. по 12.12.2016 г. из расчетного периода исключены, поскольку их включение в расчет среднего заработка для исчисления компенсации за отпуск и выходных пособий ухудшали бы положение работника. Об этом пояснили свидетели – работники расчетного отдела.

Представитель истцов не смог пояснить какое значение в расчетах ответчик применил неверно.

Не подлежат удовлетворению требования о взыскании расходов на услуги по ДМС.

Страхование работников осуществлялось на основании п.17.1 условий трудовых договоров с работниками путем включения работников, подлежащих страхованию, в перечень застрахованных лиц в договор со страховой компанией. На 2016 год страхование истцов ФИО11, ФИО15, ФИО16 действовало по 30.06.2016 г. При заключении договора страхования (30.08.2016 г.) данные лица в перечень застрахованных лиц включены не были. АО «ОДК-ГТ» услуги по ДМС не предоставляет. Трудовой договор не предусматривает каких-либо компенсационных выплат, а содержит только сведения о лимите страховой ответственности по ДМС. Указанный текст п.17.1 включен в договоры с ФИО11 (т.2 л.д.130), ФИО22 (т.2 л.д.232), ФИО15 (т.3 л.д.23), Страхования работников подразумевает оказание работникам услуг за счет страховой компании в случае наступления страхового случая.

Кроме того, в суд представителем истца ФИО19 предоставлен только один чек ЗАО «<данные изъяты>» от 23.11.2016 г. на сумму <данные изъяты> руб., выданный ФИО16 Других документов о произведенных расходов не предоставлено.

Не подлежат удовлетворению исковые требования истцов о взыскании годовой премии (вознаграждения по итогам работы за 2016 г.).

Часть 1 ст. 129 Трудового кодекса РФ определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) и дает понятия тарифной ставки, оклада (должностного оклада), базового оклада (базового должностного оклада), базовой ставки заработной платы.

Статьей 135 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Условия оплаты труда, в том числе размер оклада работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты являются обязательными для включения в трудовой договор (абз. 5 ч. 2 ст. 57 Трудового кодекса РФ).

Согласно пунктов 15 трудовых договоров истцов «работнику на момент заключения договора устанавливается заработная плата в размере… руб. в месяц, в том числе оклад…. руб., и переменная часть в размере …. руб., которая начисляется и выплачивается в соответствии с действующим в организации Положением об оплате труда руководителей и главных специалистов. Размер переменной части не может быть снижен за невыполнение установленных показателей деятельности и невыполнение плана по реализации продукции (п.5.1 и пп.1 п.5.2 Положения об оплате труда руководителей и главных специалистов).»

Согласно пунктов 17.1 условий трудовых договоров, заключенных с истцами (Барановым – т.2 л.д.108, Демешкевич – т.2 л.д.152, ФИО12 – т.2 л.д.172, ФИО13 – т.2 л.д.192, ФИО14 – т.2 л.д.212, ФИО22 – т.3 л.д.2, «при выполнении работником ключевых показателей эффективности (КПЭ), устанавливаемых ежегодно приказом Управляющего директора, при отсутствии дисциплинарных взысканий в течение календарного года, организация обязуется выплачивать работнику вознаграждение по итогам работы за год, размер вознаграждения в каждом договоре указан в твердой денежной сумме.»

Указанный текст включен в договоры с ФИО11 (т.2 л.д.130), ФИО22 (т.2 л.д.232), ФИО15 (т.3 л.д.23), ФИО18 (т.3 л.д.45) с указанием пункта 17.2.

Часть 1 ст. 191 Трудового кодекса РФ закрепляет право работодателя поощрять работников, добросовестно исполняющих свои обязанности, создавая тем самым дополнительный стимул к высокопроизводительному труду, предоставляет работодателю возможность максимально эффективно использовать труд своих работников в целях ведения экономической деятельности.

На предприятии действует Положение об оплате труда руководителей и главных специалистов, утв. в 2008 году (т.3 л.д.250).

Указанное Положение распространяется на истцов, за изъятием пунктов (п.5.1 и пп.1 п.5.2, указанных в п.15 трудовых договоров.

Основными критериями принятия решения о премировании работника являются согласно п. 5 Положения: выполнение установленных показателей деятельности, качественное выполнение работ, соответствующих функций возглавляемого подразделения (курируемых вопросов), выполнение должностных обязанностей, соблюдение правил внутреннего трудового распорядка (т.3 л.д.251).

Исходя из указанного Положения и трудовых договоров истцов годовое вознаграждение выплачивается при совокупности следующих условий :

- выполнение работником ключевых показателей эффективности (КПЭ), устанавливаемых ежегодно приказом Управляющего директора,

- отсутствие дисциплинарных взысканий

- издание приказа Управляющим директором о выплате годовой премии.

Ежегодный приказ об установлении ключевых показателей эффективности (КПЭ) на 2016 года для работников опытного конструкторского бюро системы магнитного подвеса Управляющим директором «ОДК-Газовые турбины» не издавался.

С 2014 года управляющим директором являлся ФИО8. (т.3 л.д.219), а с 11 марта 2016 г.по настоящее время – ФИО1. (т.3 л.д.224).

Дисциплинарных взысканий у истцов не имеется.

В спорный период работодатель в лице Управляющего директора не принимал решение о выплате истцу выплат спорных выплат стимулирующего характера в виде годовой премии (вознаграждения по итогам работы за год).

Из положений ст. 129 Трудового кодекса РФ и вышеуказанного локального нормативного акта следует, что переменная часть заработной платы относится к выплатам стимулирующего характера, выплата которой является правом работодателя, а не его безусловной обязанностью.

Заслуживают внимания доводы ответчика о том, что условиями трудовых договоров не предусмотрена пропорциональная выплата годовой премии в зависимости от выполнения отдельных показателей КПЭ, с учетом процента фактического выполнения, поскольку для работодателя выполнение отдельных показателей не представляло экономической ценности, а ценность представляла собой совокупность выполненных показателей и достижение конечного результата. Показатели КПЭ для истцов на 2016 год Управляющим директором АО «ОДК-ГТ» не утверждались. Результаты по выполнению КПЭ, заявленные Истцами в отчете о выполнении КПЭ за 2016 год, не были утверждены Управляющим директором, и были признаны ответчиком не приносящими экономического эффекта. Работы, указанные в отчете Истцов, входили в их должностные обязанности и являлись текущей работой, за которую истцы получали заработную плату, и ежемесячную премию в связи с чем приказ о выплате вознаграждения по итогам работы за 2016 год по результатам выполнения КПЭ ответчиком не издавался.

Доводы о том, что годовая премия за 2014, 2015 год выплачивалась при отсутствии ключевых показателей эффективности (КПЭ), устанавливаемых ежегодно приказом Управляющего директора и при отсутствии приказа Управляющего директора о ее выплате в виде бонусов, то есть с нарушением установленной процедуры (т. 3 л.д. 258-265), не является основанием для удовлетворения иска.

Должностное лицо, которое ранее инициировал выплату годовой премии (главный конструктор ФИО2, а с 11 мая 2016 г. – технический директор ФИО2.) не наделен полномочиями устанавливать ключевые показатели эффективности.

Стороны предоставили в суд разные варианты перечней целей на 2016 г. и отчетов по целям на 2016 год для ОКБ СМП. Не является юридически значимым обстоятельством установление содержания оригиналов указанных документов - перечня целей на 2016 г. и отчетов по целям на 2016 год, поскольку эти документы не устанавливали Управляющим директором ключевые показатели эффективности на 2016 г., от выполнения которых и зависит принятие Управляющим директором отчета о выполнении целей и как следствие – принятие им управленческого решения о выплате годовой премии.

При таких обстоятельствах требования истцов о взыскании спорной премии и компенсации морального вреда в связи с ее невыплатой удовлетворению не подлежат.

Оснований для удовлетворения иска не имеется.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Оставить без удовлетворения исковые требования ФИО9, ФИО23, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 к Акционерному обществу «ОДК-Газовые турбины» о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, задолженности по выплате выходного пособия, вознаграждения по итогам работы за год, расходов на медицинские услуги, компенсации морального вреда, судебных расходов.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ярославский областной суд через Рыбинский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья Н.Г. Голубина

Решение в окончательной форме изготовлено 03 мая 2017 г.