Решение № 2-1053/2018 2-1053/2018~М-357/2018 М-357/2018 от 16 октября 2018 г. по делу № 2-1053/2018

24RS0002-01-2018-000958-43

№ 2-1053/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 октября 2018 года г. Ачинск.

Ачинский городской суд Красноярского края

в составе председательствующего судьи Корявиной Т.Ю.,

с участием истца ФИО1,

при секретаре Рыженковой Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Ачинская межрайонная больница», обществу с ограниченной ответственностью «Благотворительный фонд санитарно – эпидемиологического благополучия населения» о признании незаконными результаты проведения специальной оценки условий труда на рабочем месте <данные изъяты>, установлении удлиненного основного отпуска и дополнительного отпуска, сокращенной рабочей недели, установлении компенсационной выплаты, взыскании денежных средств, суд,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 с учетом уточнений, обратилась в суд с иском к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Ачинская межрайонная больница», обществу с ограниченной ответственностью «Благотворительный фонд санитарно – эпидемиологического благополучия населения» о признании незаконными результаты проведения специальной оценки условий труда на рабочем месте <данные изъяты>, установлении удлиненного основного отпуска и дополнительного отпуска, сокращенной рабочей недели, установлении компенсационной выплаты, взыскании денежных средств, мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ между нею и ответчиком заключен трудовой договор. Согласно п. 3.3. трудового договора, ей был установлен ежегодный оплачиваемый основной отпуск 28 календарных дней, дополнительный 22 календарных дня, без указания оснований предоставления этих дней отпуска. Согласно разделу 4 «оплата труда», ей были установлен должностной оклад в размере 3874 рубля для 11 разряда ЕТС, надбавка в размере 30% (районный коэффициент), надбавка за непрерывный стаж работы на предприятиях Красноярского края и иные надбавки, предусмотренные положением об оплате труда и коллективным договором. Ей была установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями - субботой и воскресеньем и продолжительностью рабочего дня 03 часа 40 минут, включая перерыв для отдыха и питания. По настоящему договору продолжительность рабочей недели составляла 18 часов, продолжительность основного оплачиваемого отпуска - 56 календарных дней. 01.01.2017 года между нею и ответчиком заключен трудовой договор № согласно которому, она принята на работу на должность <данные изъяты> первичного сосудистого отделения на неопределенный срок. Ей также была установлена 18 часовая рабочая неделя, отпуск в количестве 56 календарных дней: основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней, дополнительный отпуск продолжительностью 8 календарных дней, за работу в южных районах Красноярского края, в соответствии со ст. 14 Закона РФ от 19.02.1993 года №4520-1), дополнительный отпуск продолжительностью 20 календарных дней (для работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в соответствии со ст. 117 Трудового кодекса РФ). Согласно разделу 5 договора № ей был установлен должностной оклад в сумме 5067 рублей в соответствии с профессиональной квалификационной группе ПКТ 12, уровню 2 и надбавки к должностному окладу: районный коэффициент – 30%, за стаж за работу в южных районах Красноярского края – 30%; за работу с вредными и (или) опасными условиями труда -25%. Ранее ответчик на рабочем месте <данные изъяты> аттестации рабочего места не проводил, дополнительная надбавка за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, а также дополнительные дни отпуска устанавливались в соответствии с внутренними локальными актами. Должность <данные изъяты> согласно штатному расписанию включена в состав первичного сосудистого отделения отнесена к прочему персоналу, однако деятельность <данные изъяты> первичного сосудистого отделения напрямую была связана с обеспечением медико – педагогической деятельностью. 14.12.2017 года в учреждении утверждены результаты СОУТ, согласно которым на её рабочем месте установлен класс условий труда -2.0 и так как на карте СОУТ от 01.12.2017 № по должности <данные изъяты> первичного сосудистогоотделения не установлено право на повышенный размер оплаты труда, установленный ст. 147 ТК РФ, то с ДД.ММ.ГГГГ данная выплата ей была отменена. ДД.ММ.ГГГГ ей было предъявлено для ознакомления и подписания уведомление об изменений условий трудового договора (без изменения трудовой функции) с 01.02.2018 года в части предоставления ежегодного отпуска продолжительность: основной отпуск – 28 календарных дней, дополнительный отпуск – 8 календарных дней. Из чего следует, что рабочее место <данные изъяты> относится к рабочему месту с оптимальными и допустимыми условиями труда и соответственно, не является рабочим местом с вредными и опасными условиями труда. Уведомление от 31.11.2017 года об изменении условий трудового договора (без изменения трудовой функции) с 01.02.2018 года направлено в ей адрес до утверждения отчета о проведении специальной оценки условий труда, что является грубым нарушением. Считает, что специальная оценка условий труда на её рабочем месте проведена с нарушением требований Федерального закона от 28.12.2013 года №426-ФЗ «О специальной оценке условий труда». Так в нарушении закона, она не была уведомлена работодателем о времени и месте проведения специальной оценки условий труда на её рабочем месте, в связи с чем, она не могла реализовать свой право на присутствие при её проведении и лишена реальной возможности более детально пояснить и показать специалистам особенности своего трудового процесса. Оценка биологического фактора была проведена поверхностно, а оценка постоянной нагрузки на голосовой аппарат вообще не проводилась. Проведенная специальная оценка условий труда не отражает объективные, достоверные и фактические условия труда <данные изъяты> первичного сосудистого отделения, не соответствуют государственным требованиям охраны труда, в связи с чем, результаты проведенной специальной оценки условий труда нельзя признать законными и обоснованными. Отмена льгот и компенсаций на рабочем месте <данные изъяты> произведено без изменения каких – либо организационных и технологических условий труда и связана с изменением нормативных документов, а также с некачественным проведением специальной оценки условий труда. Кроме того, она не согласна с позицией ответчика о том, что <данные изъяты> учреждения здравоохранения, не имеющего лицензии на осуществление общеобразовательной деятельности в качестве дополнительного вида деятельности, имеет право на отпуск, продолжительностью 28 календарных дней, а при наличии лицензии – 56 календарных дней. Ответчик не оказывает населению дополнительного вида услуг в виде образовательной деятельности при участии <данные изъяты>, при которой наличие лицензии было бы обязательным. Согласно штатного расписания, <данные изъяты> включен в состав первичного сосудистого отделения. Это значит, что при лицензировании медицинской деятельности, должность <данные изъяты> была включена в состав первого сосудистого отделения как должность, которая должна быть в структуре данного отделения и без наличия которой в штатном расписании учреждение могло бы лицензироваться по своей основной – медицинской деятельности. В настоящее время должность <данные изъяты> в учреждениях здравоохранения не относится к должностям медицинских работников, но в то же время, несмотря на то, что деятельность <данные изъяты> является неотъемлемой частью медицинской реабилитации, по формам и методам работы она сохраняет свой педагогический характер. Считает, что на работника, работающего по должности <данные изъяты> учреждения здравоохранения устанавливается нома часов учебной (преподавательской) работы в размере 18 часов в неделю, а продолжительность ежегодного основного удлиненного оплачиваемого отпуска составляет 56 дней. В связи с чем, просит признать результаты проведения специальной оценки условий труда (СОУТ) на рабочем месте <данные изъяты> первичного сосудистого отделения (неврологического отделения для больных с ОНМК) КГБУЗ «Ачинская МРБ» незаконными и подлежащими отмене, обязать КГБУЗ «Ачинская МРБ» установить продолжительность рабочей недели 18 часов, установить ежегодный оплачиваемый отпуск с 01.02.2018 года, в том числе, основной удлиненный отпуск продолжительностью 56 дней, дополнительный отпуск за работу с вредными и (или) опасными условиями труда в количестве 7 дней, дополнительный отпуск за работу в южных районах Красноярского края в количестве 8 календарных дней, итого, общей продолжительностью 71 календарный день, установить ежемесячную компенсационную выплату за работу с тяжелым и (или) опасными и иными особыми условиями труда – в размере 25% минимального оклада с 01.02.2018 года по настоящее время, обязать выплатить денежную компенсацию за переработанное время за период с 01.02.2018 года по настоящее время (вместо 18 часов установлено 40 часов), обязать произвести расчет компенсационных ежемесячных выплат за работу во вредных условиях труда с 01.02.2018 года, взыскать компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей (т.1 л.д. 3-9, т.4 л.д. 11-12, 13, 72, 90)

Определением суда от 20 сентября 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Благотворительный фонд санитарно – эпидемиологического благополучия населения»( т. 4 л.д. 74).

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные требования, ранее в ходе рассмотрения дела указала, что с января 2013 года она работает <данные изъяты> первичного сосудистого отделения по основной работе. Её работа связана с обследованием больных, работой в ротовой полости, проведением восстановительной работы в период реабилитации после лечения и острый период, то есть она работает с людьми, которые находятся в первые дни после инсульта. Выявляет речевые нарушения, нарушения глотания, проводить массаж ротовой полости, работает в маске и перчатках. Считает, что с её работой связаны вредные факторы. Также считает, что её деятельность связана наполовину с медицинской, наполовину с педагогической деятельностью. 30 ноября 2017 года ей принесли уведомление об изменении количества дней отпуска, указав, что ей необходимо получить лицензию на занятие педагогической деятельностью. С февраля 2018 года ей перестали выплачивать компенсацию за вредные условия труда, которая составляла 1300 рублей, также ранее её отпуск составлял 56 дней, в настоящее время 36 дней. Кроме того с 01.02.2018 года по настоящее время она должна работать 40 часов в неделю, вместо 18 часов. Доплата за вредные условия труда ей не начисляется с середины февраля 2018 года. Считает, что изменение условий её труда является незаконным и необоснованным как и проведенная специальная оценка условий труда. Также указала, что именно КГБУЗ « Ачинска МРБ» как её работодатель несет ответственность по качественному проведению специальной оценки условий труда и является надлежащим ответчиком по данному делу. Просила взыскать с ответчика недополученную заработную плату, с учетом за период с 01 февраля 2018 года по 30 сентября 2018 года.

Представитель ответчика КГБУЗ « Ачинска МРБ», извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, главный врач учреждения ФИО2 просил дело рассмотреть без участия представителя, указав, что 40 часовая рабочая неделя была введена ФИО1 с февраля 2018 года, вместо 18 часовой рабочей недели, а также ежегодный оплачиваемый отпуск истца стал составлять 36 дней, вместо ранее установленных 56 дней, в связи тем, что <данные изъяты> в медицинском учреждении не занимается учебной (преподавательской деятельностью) (т. 4 л.д. 133). Ранее в ходе рассмотрения дела представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности от 09.01.2018 года сроком действия один год, указала, что специальная оценка на рабочем месте <данные изъяты> проводилась по результатам заключенного договора между КГБУЗ «Ачинская МРБ» и ООО «БФ санэпидемблагополучия населения» по результатам проведенных торговых процедур 17.07.2017 года. При заключении договора был проверены все документы указанного юридического лица, дающие право на проведение специальной оценки условий труда. Внесение изменений в условия в условия труда работников проводится на основании специальной оценки условий труда. Также указала, что должность <данные изъяты> предусмотрена для организаций сферы здравоохранения и социального обслуживания, осуществляющих образовательную деятельность в качестве дополнительного вида деятельности. Следовательно, если медицинское учреждение имеет лицензию на осуществление образовательной деятельности, то <данные изъяты> устанавливается нома часов учебной (преподавательской) работы 18 часов в неделю за ставку заработной платы. Если лицензии нет, продолжительность рабочего времени составляет 40 часов в неделю. Аналогично и с продолжительностью отпуска <данные изъяты>. Таким образом, <данные изъяты> учреждения здравоохранения, не имеющий лицензии на осуществление образовательной деятельности в качестве дополнительного вида деятельности, имеет право на отпуск продолжительностью 28 календарных дней, а при наличии лицензии 56 календарных дней. В уставе учреждения четко прописаны те услуги, которые в нем оказываются, образовательных услуг там нет, так как деятельность учреждения находится в сфере медицинских, а не образовательных услуг. Медицинское учреждение не оказывает услуг образовательного характера с реализацией каких – либо образовательных программ и выдаче документов об образовании, а выполняет лечебные функции, а значит, лицензия на <данные изъяты> деятельность в данном случае не требуется. Также указала, что в части требований о признании результатов СОУТ на рабочем месте <данные изъяты> ПСО незаконными и подлежашими отмене, о признании недействительным отчета о проведении СОТУ учреждение не является надлежащим ответчиком. Кроме того, считает, что истцом пропущен срок исковой давности на обращение в суд по данному спору, просила отказать истцу в удовлетворении заявленных требований. Представила письменные возражения по заявленным исковым требованиям (т.3 л.д. 133-134).

Ранее представитель истца ФИО4, действующая на основании доверенности № от 12.03.2018 года в ходе рассмотрения указала, что поскольку <данные изъяты> относится к «прочему персоналу» в учреждении, биологический фактор не оценивался. В результате СОУТ выявлено, что условия труда <данные изъяты> признаны оптимальными, допустимыми, вредных условий труда не выявлено ни по каким параметрам. На основании результатов специальной оценки условий труда у истца отменена доплата в размере 25% за вредные условия труда.

Представитель ответчика ООО «Благотворительный фонд санитарно – эпидемиологического благополучия населения» в судебное заседание не явился. Ранее в ходе рассмотрения дела представитель ответчика ФИО5, действующий на основании доверенности от 02.07.2018 года и директор общества ФИО6, действующий на основании устава, против исковых требований возражали, указав, что не согласны с результатами государственной экспертизы, поскольку выводы экспертов не логичны. Общество проводило специальную оценку на основании данных, представленных работодателем. Про биологический фактор знает только работодатель, так как общество не имеет информации о том, что должность истца подразумевает биологический фактор. Прежде всего, учреждение, как заказчик, должно предоставить всю информацию обществу о характере и об условиях работы на определенном рабочем месте.

Выслушав истца, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению в следующем объеме по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить в том числе проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда.

01 января 2014 года вступили в силу Федеральные законы от 28 декабря 2013 года N 426-ФЗ "О специальной оценке условий труда" и от 28 декабря 2013 года N 421-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О специальной оценке условий труда", которыми установлены правовые и организационные основы и порядок проведения специальной оценки условий труда, определены правовое положение, права, обязанности и ответственность участников специальной оценки условий труда, а также внесены изменения в Трудовой кодекс Российской Федерации, определяющие размеры, порядок и условия предоставления гарантий и компенсаций работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Согласно ч. 1 ст. 3 Федерального закона N 426 специальная оценка условий труда является единым комплексом последовательно осуществляемых мероприятий по идентификации вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса и оценке уровня их воздействия на работника с учетом отклонения их фактических значений от установленных уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти нормативов (гигиенических нормативов) условий труда и применения средств индивидуальной и коллективной защиты работников.

Специальная оценка условий труда проводится в соответствии с методикой ее проведения, утверждаемой федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (ч. 3 ст. 8 данного Закона).

В силу ч. 2 ст. 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 426-ФЗ работник вправе обжаловать результаты проведения специальной оценки условий труда в судебном порядке.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с Краевым государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» с 09 января 2013 года. ФИО1 принята в учреждение на должность <данные изъяты> первичного сосудистого отделения по основной работе. Истцу был установлен ежегодный оплачиваемый основной отпуск в количестве 28 календарных дней, а также дополнительный отпуск в количестве 22 календарных дня, кроме того, были установлены следующие надбавки: 30% районный коэффициент, 30% процентная надбавка к заработной плате, надбавка за медстаж в размере 20%с 21.01.2016 года, с 21.01.2018 года в размере 30% (л.д. 13-14).

При этом 21 января 2013 года вынесен приказ о приёме на работу ФИО1 на должность <данные изъяты> 11 разряда постоянно, с тарифной ставкой окладом 3784 рубля, районным коэффициентом в размере 30%, процентной надбавкой в размере 30% и надбавкой за медицинский стаж в размере 20% с 21.01.2016 года, а с 21.01.2018 года в размере 30%( т.2 л.д. 33).

01 января 2017 года с ФИО1 был заключен трудовой договор, согласно которому она принята на должность <данные изъяты> первичного сосудистого отделения по основной работе. ФИО1 был установлена 18 часовая рабочая неделя, основной отпуск продолжительностью 28 календарных дней, дополнительный отпуск продолжительностью 8 календарных дней за работу в юных районах Красноярского края, дополнительный продолжительностью 20 календарных дней. Кроме того, ФИО1 были установлены выплаты компенсационного характера, а именно, районный коэффициент в размере 30%, процентная надбавка в размере 30%, надбавка за работу с вредными и (опасными) условиями труда в размере 25%, а также выплаты стимулирующего характера за продолжительность непрерывной работы в учреждениях здравоохранения с 01.01.2017 года в размере 20%, а с 21.01.2018 года в размере 30%. Данным трудовым договором также установлено, что все ранее действовавшие условия, изложенные в трудовом договоре от 09.01.2013 года утрачивают свою силу и устанавливаются новые условия, определенные настоящим трудовым договором( т. 1 л.д. 15-16).

Согласно должностной инструкции <данные изъяты> первичного сосудистого отделения, утвержденной главным врачом учреждения, <данные изъяты> относится к категории специалистов. На должность <данные изъяты> назначается лицо, имеющее высшее педагогическое образование по специальности «дефектология» и имеющее сертификат специалиста. В функции <данные изъяты> входит проведение психологического <данные изъяты>( т.1 л.д. 17).

ФИО1 имеет диплом о высшем образовании, ей присуждена квалификация «Учитель - <данные изъяты>, учитель – олигофренопедагог» по специальности «<данные изъяты>»( т.1 л.д. 12).

На рабочем месте <данные изъяты> первичного сосудистого отделения ( неврологического отделения для больным ОНМК) была проведения специальная оценка условий труда в соответствии с контрактом № от 17 июля 2017 года, заключенным между Краевым государственным бюджетным учреждением «Ачинская межрайонная больница» и обществом с ограниченной ответственностью «Благотворительный фонд санитарно – эпидемиологического благополучия населения».

Согласно данному контракту, исполнитель ООО «Благотворительный фонд санитарно – эпидемиологического благополучия населения» обязался оказать учреждению услуги по проведении специальной оценки условий труда( т. 2 л.д. 50 -54).

16 августа 2018 года главным врачом Краевого государственного бюджетного учреждения «Ачинская межрайонная больница» вынесен приказ №-ахв, которым утвержден график проведения специальной оценки условий труда в учреждении, создана комиссия по проведению специальной оценки условий труда, комиссии поручено обеспечить доступ экспертов организации, оказывающей услуги по проведению специальной оценки условий труда к рабочим местам, обеспечить им предоставление необходимой информации, материалов и документации, относящейся к специальной оценки условий труда( т.2 л.д. 32).

Согласно техническому заданию на оказание услуг по проведению специальной оценки условий труда, должность <данные изъяты> первичного сосудистого отделения (неврологическое отделения для больных ОНМК) включена в перечень должностей для которых проводилась оценка условий труда на основании контракта от 17 июля 2017 года(т. 2 л.д. 54).

Заключением эксперта ООО «Благотворительный фонд санитарно – эпидемиологического благополучия населения» №-ЗЭ от 04.12.2017 года условия труда рабочего места <данные изъяты> по результатам исследований и измерений вредных и (или) опасных производственных факторов, признаны оптимальными или допустимыми (т. 2 л.д. 5).

14 декабря 2017 года по результатам проведения специальной оценки условий труда, председателем комиссии по проведению специальной оценки условий утвержден отчет ( т.2 л.д. 4). 14 декабря 2017 года по результатам проведения специальной оценки условий труда, председателем комиссии по проведению специальной оценки условий утвержден отчет ( т.2 л.д. 4).

Согласно представленной карте № специальной оценки условий труда, составленной 01.12.2017 года, <данные изъяты> первичного сосудистого отделения установлен 2 итоговый класс условий труда, при этом, гарантии и компенсации предоставляемые работнику, занятому на данном рабочем месте, а именно, повышенная оплата труда, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, сокращенная продолжительность рабочего времен не были установлены. Воздействие биологического фактора на рабочем месте также не установлено ( т. 1 л.д. 19-20, т. 2 л.д. 44-45).

Между тем, согласно перечню рабочих мест на которых проводилась СОУТ воздействие биологического фактора установлено на рабочих местах работников первичного сосудистого отделения (неврологического отделения больных с ОНМК): <данные изъяты>

При этом, в ходе рассмотрения дела ФИО1 указывала на выполнение ею работ с пациентами по <данные изъяты>

11.01.2018 года ФИО1 была ознакомлена с результатами специальной оценки условий труда и указала что не согласна с результатами, поскольку не учтен биологический фактор (т. 1 л.д. 20), в связи с чем, обратилась с настоящими исковыми требованиями в суд.

Определением суда от 10 мая 2018 года по настоящему делу была назначена судебная государственная экспертиза условий труда, производство которой было поручено Агентству труда и занятости населения Красноярского края (т. 4 л.д. 46-47).

Заключением госудраственной экспертизы условий труда №-СОУТ от 16.08.2018 года, установлено, что при проведении экспертизы в целях оценки качества проведения СОУТ на рабочем месте <данные изъяты> первичного сосудистого отделения для больных с ОНМК) КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница, выявлены несоответствия государственным нормативным требованиям охраны труда в представленных документах. Качество проведения СОУТ на рабочем месте <данные изъяты> первичного сосудистого отделения не соответствует требованиям законодательства о СОУТ. Отсутствие оценки условий труда при воздействии на работника биологического фактора( возможном контакте с носителями патогенных микроорганизмов) способствует изменению итогового класса условий труда и влияет на объем гарантий и компенсаций, предоставляемых работнику по результатам СОУТ). Фактические условия труда <данные изъяты> первичного сосудистого отделения ( неврологического отделения для больных с ОНМК) КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» не соответствуют результатам СОУТ). ( т.4 л.д. 58-66).

В соответствии с пунктом 29 Методики проведения специальной оценки условий труда, утвержденной приказом Минтруда России от 24 января 2014 г. N 33н (далее - Методика), отнесение условий труда к классу (подклассу) условий труда при воздействии биологического фактора (работы с патогенными микроорганизмами) осуществляется в соответствии с приложением N 9 к Методике независимо от концентрации патогенных микроорганизмов и без проведения исследований (испытаний) и измерений, на что указано в заключении экспертов. Кроме того, в исследовательской части заключения также указано, что в целях обеспечения объективной и достоверной оценки условий труда работников, при оценке условий труда, целесообразно учитывать, в том числе, возможный контакт с носителями патогенных микроорганизмов. Перечень рабочих мест работников, осуществляющих работы с патогенными микроорганизмами, контактирующими с их носителями, с указанием конкретных групп, формируется работодателем.

Экспертиза проведена органом, наделенным в силу закона полномочиями по осуществлению проверки качества специальной оценки условий труда. Оснований сомневаться в выводах, содержащихся в заключении, у суда, не имеется.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что результаты проведенной специальной оценки условий <данные изъяты> первичного сосудистого отделения (неврологического отделения для больных с ОНМК) КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» не соответствуют требованиям Федерального закона от 28.12.2013 года №426-ФЗ «О специальной оценки условий труда».

В соответствии с дополнением к Положению об оплате труда работников КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница», утвержденным главным врачом МБУЗ «Ачинская центральная районная больница ФИО2 31.10.2017 года ( т.1 л.д. 70-74), Перечнем структурных подразделений и должностей учреждения, за работу в которых устанавливается выплата за работу с тяжелыми, вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда в размере 25% от оклада, предусмотрена должность <данные изъяты> неврологического отделения для больных с нарушением мозгового кровообращения ( п. 4.3). Какие – либо изменения в указанное положение работодателем не вносились.

В связи с изложенным, принимая во внимание положения п. 4 ст. 17 Федерального закона от 28.12.2013 N 426-ФЗ "О специальной оценке условий труда", предусматривающего, что в случае проведения внеплановой специальной оценки условий труда, предусмотренном пунктом 2 части 1 настоящей статьи, на период до утверждения отчета о ее проведении не допускается ухудшение положения работников, занятых на рабочих местах, в отношении которыхпроводится внеплановая специальная оценка условий труда, в части предоставляемых им гарантий и компенсаций за работу с вредными и (или) опасными условиями труда по сравнению с их положением до проведения специальной оценки условий труда, результаты которой получены с нарушениями требований настоящего Федерального закона, а также того обстоятельства, что компенсационные выплаты ФИО1 в виде надбавки 25% оклада, прекращены с февраля 2018 года, суд считает необходимым обязать учреждение восстановить ФИО1 указанную компенсационную выплату с 01 февраля 2018 года и взыскать с ответчика недополученную заработную плату за период с 01 февраля 2018 года до 30 сентября 2018 года, в период, заявленный истцом.

В силу части 1 статьи 392 ТК РФ (в редакции до внесения изменений Федеральным законом от 03.07.2016 N 272-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нарушения законодательства в части, касающейся оплаты труда") работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Поскольку результаты специальной оценки условий труда были утверждены 14 декабря 2017 года, а ФИО1 обратилась в суд 08 февраля 2018 года срок по заявленным требованиям истцом не пропущен.

Что касается требований истца об установлении ей основного удлиненного отпуска продолжительность 56 календарных дней, а также дополнительного отпуска за работу с вредными и (или) опасными условиями труда в количестве 7 календарных дней, суд исходит из следующего.

Как указано работодателем, 40 часовая рабочая неделя была введена ФИО1 с февраля 2018 года вместо 18 часовой рабочей недели в связи с тем, что <данные изъяты> в медицинском учреждении не занимается учебной (преподавательской) деятельностью. Кроме того из отпуска ФИО1 были исключены 20 дней, установленные за учебную (преподавательскую деятельность), в связи с тем, что в медицинском учреждении <данные изъяты> не занимается преподавательской деятельностью.

Так, 30 ноября 2017 года работодателем ФИО1 направлено уведомление об изменений условий трудового договора, в котором уведомил об изменении условий трудового договора (без изменения трудовой функции) с 01.02.2018 года в части изменения количества дней отпуска, указав, что отпуск истца составит 36 календарных дней (28 календарных дней основного отпуска и 8 календарных дней дополнительного отпуска), мотивированное тем, что согласно постановлению Правительства РФ от 08.08.2013 года № должность «<данные изъяты>» относится к должностям педагогических работников. В связи с тем, что педагогические работники, чья деятельность не связана с реализацией на основе лицензии образовательных программ и не соотносится с педагогической деятельностью, не могут претендовать на удлиненный отпуск в соответствии с требованиями ст. 74 Трудового кодекса РФ по причинам, связанным изменением организационных условий труда, а именно, в связи с признанием утратившими силу постановлениями Правительства РФ от 01.10.2002 №, от 29.11.2003 №, от 11.05.2007 № от 16.06.2009 №, от 21.05.2012 года №( т. 1 л.д. 18).

26 января 2018 года работодателем ФИО1 было предложено подписать дополнительное соглашение к трудовому договору от 01.01.2017 года об установлении ей 40 часовой рабочей недели (т.2 л.д.40), однако ФИО1 отказалась подписать указанное соглашение, в связи с чем, комиссией был составлен акт, в котором указано, что истцу разъяснено, что занимаемая ею должность в штатном расписании, отнесена к прочему персоналу, следовательно, рабочее время ФИО1 составляет 40 часов в неделю. ( т.2 л.д.1).

С 01 февраля 2018 года, согласно пояснениям истца и представителям ответчика, ФИО1 установлена 40 часовая рабочая неделя, при этом истец, несмотря на не подписание дополнительного соглашения, продолжила работу по предложенному работодателем режиму рабочего времени, что подтверждается представленными табелями учета рабочего времени( т.4 л.д. 123 -131).

Частями первой и второй ст. 74 ТК РФ установлено, что в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника. О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено данным кодексом.

Частью первой ст. 333 ТК РФ предусмотрено, что для педагогических работников устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени не более 36 часов в неделю.

В зависимости от должности и (или) специальности педагогических работников с учетом особенностей их труда продолжительность рабочего времени (нормы часов педагогической работы за ставку заработной платы), порядок определения учебной нагрузки, оговариваемой в трудовом договоре, и основания ее изменения, случаи установления верхнего предела учебной нагрузки педагогических работников определяются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (часть третья ст. 333 ТК РФ).

Пунктом 21 ст. 2 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. N 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об образовании") установлено, что педагогическим работником является физическое лицо, которое состоит в трудовых, служебных отношениях с организацией, осуществляющей образовательную деятельность, и выполняет обязанности по обучению, воспитанию обучающихся и (или) организации образовательной деятельности.

В соответствии с п. 18 ст. 2 Федерального закона "Об образовании" образовательная организация - некоммерческая организация, осуществляющая на основании лицензии образовательную деятельность в качестве основного вида деятельности в соответствии с целями, ради достижения которых такая организация создана.

Организацией, осуществляющей обучение, является юридическое лицо, осуществляющее на основании лицензии наряду с основной деятельностью образовательную деятельность в качестве дополнительного вида деятельности (п. 19 ст. 2 Федерального закона "Об образовании").

Для осуществления образовательной деятельности организацией в ее структуре создается специализированное структурное образовательное подразделение, деятельность которого регулируется положением, разрабатываемым и утверждаемым такой организацией (ч. 6 ст. 31 Федерального закона "Об образовании").

Приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 22 декабря 2014 г. N 1601 "О продолжительности рабочего времени (нормах часов педагогической работы за ставку заработной платы) педагогических работников и о порядке определения учебной нагрузки педагогических работников, оговариваемой в трудовом договоре" установлена продолжительность рабочего времени (нормы часов педагогической работы за ставку заработной платы) педагогических работников согласно приложению N 1 к этому приказу.

Согласно п. 2.8.1 приложения N 1 к приказу Министерства образования и науки Российской Федерации от 22 декабря 2014 г. N 1601 норма часов педагогической работы 18 часов в неделю за ставку заработной платы устанавливается <данные изъяты> медицинских организаций и организаций социального обслуживания;

По смыслу указанного приказа, норма часов педагогической работы устанавливается педагогическим работникам медицинских организаций и организаций социального обслуживания, осуществляющих образовательную деятельность в качестве дополнительного вида деятельности

В силу ст. 115 ТК РФ ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью более 28 календарных дней (удлиненный основной отпуск) предоставляется работникам в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно ст. 334 ТК РФ педагогическим работникам предоставляется ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск, продолжительность которого устанавливается Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 мая 2015 г. N 466 "О ежегодных основных удлиненных оплачиваемых отпусках" ежегодные основные удлиненные оплачиваемые отпуска предусмотрены для замещающих должности педагогических работников, а также руководителей образовательных организаций, заместителей руководителей образовательных организаций, руководителей структурных подразделений этих организаций и их заместителей согласно приложению.

Должности педагогических работников предусмотрены в разделе I номенклатуры должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, должностей руководителей образовательных организаций, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 8 августа 2013 г. N 678 "Об утверждении номенклатуры должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, должностей руководителей образовательных организаций". В названную номенклатуру должностей включена должность <данные изъяты>, как должность иного педагогического работника.

При этом согласно примечанию к указанной номенклатуре, наименование должности "<данные изъяты>" предусмотрено для организаций сферы здравоохранения и социального обслуживания, осуществляющих образовательную деятельность в качестве дополнительного вида деятельности.

Согласно п. 2 раздела IV "Организации, осуществляющие обучение" приложения к постановлению Правительства Российской Федерации от 14 мая 2015 г. N 466 "О ежегодных основных удлиненных оплачиваемых отпусках" продолжительность ежегодного основного удлиненного оплачиваемого отпуска для педагогических работников, должности которых указаны в разделе I номенклатуры должностей, работающих в организациях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, организациях, осуществляющих лечение, организациях, осуществляющих социальное обслуживание, а также в центрах психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи, создаваемых в соответствии со ст. 42 Федерального закона "Об образовании", составляет 56 дней.

Из приведенного выше правового регулирования следует, что педагогическим работникам, в том числе <данные изъяты> (согласно номенклатуре должностей, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 8 августа 2013 г. N 678), состоящим в трудовых отношениях с медицинской организацией, имеющей лицензию на осуществление образовательной деятельности, и выполняющим обязанности по обучению, воспитанию обучающихся и (или) организации образовательной деятельности, устанавливается норма часов педагогической работы 18 часов в неделю за ставку заработной платы, а также предоставляется ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 дней.

Как установлено судом, КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» в трудовых отношениях с которым состоит ФИО1 в должности <данные изъяты>, является учреждением здравоохранения, основным видом является медицинская деятельность и не имеет лицензии на осуществление образовательной деятельности.

Ввиду того, что в силу приведенных выше нормативных положений право на предоставление удлиненного ежегодного оплачиваемого отпуска и сокращенную продолжительность рабочего времени имеют педагогические работники, состоящие в трудовых отношениях с медицинской организацией, имеющей лицензию на осуществление образовательной деятельности, доводы истца о том, что такое право связано с родом деятельности работника и не зависит от наличия у организации лицензии на осуществление образовательной деятельности, суд считает основанным на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения. Указанная правовая позиция Верховного суда РФ изложена в обзоре судебной практики Верховного суда РФ №1 за 2018 год.

На основании изложенного, суд считает не подлежащими удовлетворению требования истца об установлении ей 18 часовой рабочей недели и удлиненного отпуска продолжительностью 56 календарных дней.

Между тем, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 11.05.2012 N 694-О указал, что ч. 1 ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривая, в исключение из общего правила об изменении определенных сторонами условий трудового договора только по соглашению сторон (ст. 72 данного Кодекса), возможность одностороннего изменения таких условий работодателем, в то же время ограничивает данное право случаями невозможности сохранения прежних условий вследствие изменений организационных или технологических условий труда. Одновременно законодателем в той же статье Трудового кодекса Российской Федерации установлены гарантии, предоставляемые работнику в случае одностороннего изменения работодателем условий трудового договора, в том числе определение минимального двухмесячного (если иной срок не предусмотрен данным Кодексом) срока уведомления работника о предстоящих изменениях и о причинах, их вызвавших (часть вторая).

В ходе рассмотрения дела установлено, что при изменении продолжительности рабочей неделю, срок уведомления работника ответчиком не соблюден, несмотря на уведомление ФИО1 об изменении условий труда в части увеличения часовой продолжительности рабочей недели 26.01.2018 года, уже с 01 февраля 2018 года (а не 27 марта 2018 года), ФИО1 изменены условия труда, а именно, установлена 40 часовая продолжительность рабочего времени.

Таким образом, по мнению суда, в период с 01 февраля 2018 года по 26 марта 2018 года ФИО1 по инициативе работодателя выполнялась сверхурочная работа, которая должна быть оплачена работодателем в соответствии с требованиями ст. 152 ТК РФ, а именно, за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере.

Так, в феврале 2018 года, согласно табелю рабочего времени истцом ФИО1 отработано пять рабочих дней (поскольку истцу были предоставлено 14 дней отдыха в связи со сдачей крови)(т. 4 л.д. 119).

Таким образом, количество часов переработки за указанные дни составила 22 часа( 40 часов-18 часов).

В соответствии с требованиями ст. 152 ТК РФ, переработка в полуторном размере -10 часов, переработка в двойном размере -12 часов. Таким образом, с учетом доплаты за вредность 25% за февраль 2018 года в пользу истца подлежит взысканию 7156 руб. 10 коп., исходя из следующего расчета:

Оклад, руб.

1386,84

Вредность 25%, руб.

376,71

Медицинский стаж 30%, руб.

416, 71

Переработка с вредностью в 1, 5 размере (10 часов за месяц), руб.

1442,62=(1386,84:18х10х1,5+25%)

Переработка с вредностью в 2 размере (12 часов за месяц), руб.

2311,4=(1386,84:18х12х2+25%)

Медицинский стаж за переработку, руб.

508,51

Итого, руб.

10262,61=6414,13х1,6

Фактически начисленная сумма, руб.

3106,51

Недополученная сумма с учетом надбавки за вредность и оплаты переработки, руб.

7156,1

В марте 2018 года, согласно табелю рабочего времени и расчетному листку, истцом ФИО1 отработано 20 рабочих дней ( т.4 л.д. 119).

Таким образом, количество часов переработки за период с 01 марта по 26 марта 2018 (за 16 рабочих дней) составила 69 час. 24 мин.( 127 часов- 57 час. 36 мин.).

В соответствии с требованиями ст. 152 ТК РФ, переработка в полуторном размере -32 часа, переработка в двойном размере – 37 час. 24 мин. Таким образом, с учетом недоплаты доплаты за вредность в размере 25%, за март 2018 года, в пользу истца подлежит взысканию доплата за сверхурочную работу за период с 01 марта 2018 года по 26 марта 2018 года в размере 23 407 руб. 61 коп., исходя из следующего расчета:

Оклад, руб.

5270

Вредность 25%, руб.

1317,5

Медицинский стаж 30%, руб.

1581,0

Переработка с вредностью в 1, 5 размере (32 часа за месяц), руб.

4622,22=(5270:69час.24мин.х32х1,5+25%)

Переработка с вредностью в 2 размере (37 час. 24 мин. за месяц), руб.

7100,06=(5270:69 час. 24 мин.х37 час. 24 мин.х2+25%)

Медицинский стаж за переработку, руб.

1589,98

Итого, руб.

34369,21=21480,76х1,6

Фактически начисленная сумма, руб.

10961,6

Недополученная сумма с учетом надбавки за вредность и оплаты переработки, руб.

28034,61

С учетом не начисления работодателем ФИО1 компенсационной выплаты в размере 25% от оклада за спорный период, суд считает необходимым взыскать с ответчика недополученную заработную плату (за период с 01 марта 2018 года по 30 сентября 2018 года) в сумме 12 437 руб. 42 коп., исходя из следующих начислений: за апрель 2018 года- 5270 х 25% х 1,6=2108 рублей; за май 2018 года - 5270 х 25% х 1,6 = 2108 рублей за июнь 2018 года-5270х25%х1,6=2108 рублей; за июль 2018 года-5270х25% х1,6=2108 рублей, за август 2018 года-5270х25%х1,6= 2108 рублей; за сентябрь 2018 года – 4743(18раб.дн.) х 25%х1,6=1897руб. 42 коп.

Итого, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию недополученная сумма заработной платы в общей сумме: 7156,1+28034,61+12437,42=47 628 руб.13 коп.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности суд считает необоснованным, поскольку на основании ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Что касается требований истца об установлении дополнительного ежегодно оплачиваемого отпуска продолжительностью 7 календарных дней, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 116 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а также в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Статья 117 Трудового кодекса Российской Федерации в первоначальной редакции, гарантировавшая право работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, предусматривала, что перечни производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, а также минимальная продолжительность этого отпуска и условия его предоставления утверждаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Федеральным законом от 30 июня 2006 года N 90-ФЗ "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации, признании не действующими на территории Российской Федерации некоторых нормативных правовых актов СССР и утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации была изложена в новой редакции, которая отражала изменение законодательного подхода к регулированию порядка предоставления работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, - отказ от централизованного утверждения перечней производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск, в связи с вредными и (или) опасными условиями труда.

Статья 117 Трудового кодекса Российской Федерации в этой редакции, действовавшей до 1 января 2014 года, предусматривала, что ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда: на подземных горных работах и открытых горных работах в разрезах и карьерах, в зонах радиоактивного заражения, на других работах, связанных с неблагоприятным воздействием на здоровье человека вредных физических, химических, биологических и иных факторов. Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, и условия его предоставления устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Данная норма подлежала применению во взаимосвязи с принятым в ее развитие постановлением Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008 года N 870 "Об установлении сокращенной продолжительности рабочего времени, ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска, повышенной оплаты труда работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда" (далее - постановление Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2008года N 870), действовавшим с 6 декабря 2008 года до 11 августа 2014 года, п. 1 которого определял в качестве компенсаций, предоставляемых работникам, занятым на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, по результатам аттестации рабочих мест сокращенную продолжительность рабочего времени - не более 36 часов в неделю в соответствии со ст. 92 Трудового кодекса Российской Федерации, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск - не менее 7 календарных дней и повышение оплаты труда - не менее 4 процентов тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

По смыслу приведенной редакции ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации, равно как действующей в настоящее время редакции указанной нормы трудового права, основанием для предоставления ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска и, соответственно, компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, признаются конкретные условия труда, определяемые по результатам аттестации рабочих мест (специальной оценки условий труда), а не включение профессии, должности в какой-либо список или перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на соответствующие компенсации.

Такое правовое регулирование, предполагающее предоставление ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска на основании оценки объективно существующих условий труда на каждом рабочем месте, а не в зависимости от сугубо формального критерия - включения или невключения наименования соответствующей работы, профессии или должности в перечень производств, работ, профессий и должностей, работа в которых дает право на дополнительный оплачиваемый отпуск в связи с вредными и (или) опасными условиями труда, - также выступает гарантией обеспечения конституционных прав работников на безопасные условия труда, отдых и охрану здоровья и согласуется с целями трудового законодательства (ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Поскольку Правительством Российской Федерации соответствующее правовое регулирование установлено не было, в силу ч. 2 ст. 423 Трудового кодекса Российской Федерации продолжало применяться постановление Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от ДД.ММ.ГГГГ N 298/П-22 "Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день" (далее - Список), в соответствии с которым по некоторым профессиям медицинских работников учреждений здравоохранения предусматривалось предоставление дополнительного оплачиваемого отпуска. Наименование должности <данные изъяты> в данном списке отсутствует.

Кроме того, как указано в п. 3 ст. 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 421-ФЗ при реализации в соответствии с положениями Трудового кодекса Российской Федерации (в редакции названного Федерального закона) в отношении работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда), порядок и условия осуществления таких мер не могут быть ухудшены, а размеры снижены по сравнению с порядком, условиями и размерами фактически реализуемых в отношении указанных работников компенсационных мер по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона при условии сохранения соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Для реализации в отношении конкретного работника положений указанной нормы (запрет на ухудшение порядка и условий осуществления компенсационных мер, запрет на снижение размеров компенсационных мер) необходимо наличие совокупности следующих юридически значимых обстоятельств: 1) занятость работника на работах с вредными и (или) опасными условиями труда; 2) фактическая реализация работодателем в отношении работника по состоянию на день вступления в силу названного Федерального закона (1 января 2014 года) компенсационных мер, направленных на ослабление негативного воздействия на их здоровье вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса (сокращенная продолжительность рабочего времени, ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск либо денежная компенсация за них, а также повышенная оплата труда); 3) сохранение соответствующих условий труда на рабочем месте, явившихся основанием для назначения реализуемых компенсационных мер.

Как следует из представленных документов и пояснений представителей медицинского учреждения, право истца на дополнительный оплачиваемый отпуск было связано лишь с педагогической деятельностью истца, при этом предоставление последней дополнительного отпуска не было закреплено коллективным договором, утвержденным общим собранием коллектива КГБУЗ «Ачинская межрайонная больница» 17 января 2014 года и действующими до 29 февраля 2019 года, так, в списке профессий и должностей с вредными условиями труда, должности <данные изъяты>, не имеется ( т.3 л.д. 244-245).

Таким образом, поскольку фактически работодателем ранее не была установлена компенсационная мера истцу в виде предоставления дополнительного оплачиваемого отпуска, как в отношении работника, занятого на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, оснований для удовлетворения требований истца об установлении ей ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска в количестве 7 дней, не имеется.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Несмотря на то, что специальная оценка условий труда проводилась организацией, аккредитованной в установленном порядке, признание проведения специальной оценки условий труда незаконным, а результатов проведенной специальной оценки условий труда – недействительными в данном случае свидетельствует о наличии вины в действиях работодателя, являющейся обязательным условием для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда в порядке статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку как установлено в ходе рассмотрения дела, работодателем не была предоставлена полная и достоверная информация о характере работы истца.

При этом обществу с ограниченной ответственностью «Благотворительный фонд санитарно – эпидемиологического благополучия населения» не является работодателем в отношении истца и не обязан в силу ст. 237 Трудового кодекса РФ выплачивать компенсацию морального вреда работнику.

Согласно п.63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд полагает возможным удовлетворить исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда. Вместе с тем, заявленную истцом сумму в 10 000 рублей, суд полагает завышенной и с учетом обстоятельств дела и требований разумности и справедливости определяет к взысканию с ответчика в счет компенсации морального вреда – 3000 рублей.

Итого, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию: 47 628 руб.13 коп.(недополученная сумма заработной платы за период с 01 февраля 2018 года по 30 сентября 2018 года) + 3000 рублей(компенсация морального вреда)= 50628 руб. 13 коп.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскивается с ответчика пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с учетом суммы удовлетворенных исковых требований, а также требований о компенсации морального вреда, с ответчика в доход местного бюджета следует взыскать государственную пошлину в сумме 1928 руб. 85 коп.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать результаты специальной оценки условий труда на рабочем месте <данные изъяты> первичного сосудистого отделения (неврологического отделения для больных с ОНМК) краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» незаконными, не соответствующими требованиям Федерального закона от 28.12.2013 года №426-ФЗ «О специальной оценки условий труда».

Обязать краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» восстановить ФИО1 ранее предусмотренную компенсационную меру в виде доплаты к заработной плате в размере 25% за работу с вредными условиями труда на условиях трудового договора с 01 февраля 2018 года.

Взыскать краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» в пользу ФИО1 заработную плату за период с 01 февраля 2018 года по 30 сентября 2018 года в сумме 47 628 руб. 13 коп., компенсацию морального вреда в сумме 3000 рублей, а всего 50 628 (пятьдесят тысяч шестьсот двадцать восемь) руб. 13 коп.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Назаровский» в доход муниципального бюджета г. Ачинска государственную пошлину в сумме 1928 руб. 85 коп.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ачинский городской суд.

Судья Корявина Т.Ю.

Мотивированное решение изготовлено 22 октября 2018 года.