Приговор № 1-23/2025 1-287/2024 от 3 февраля 2025 г. по делу № 1-23/2025

КОПИЯ

№

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

г. Самара 04 февраля 2025 года

Красноглинский районный суд г. Самары в составе:

председательствующего судьи Беляковой В.В.,

при секретаре судебного заседания Кузнецовой С.Н.,

с участием государственного обвинителя Хайбрахманова Р.М.,

потерпевшего потерпевший,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Ереминой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело № в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119, ч.1 ст.111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

фролов М.В. совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, при следующих обстоятельствах.

Так, фролов М.В., будучи в состоянии алкогольного опьянения, в период времени с 23 часов 20 минут <дата> по 02 часа 30 минут <дата>, более точное время не установлено, находился в <адрес>, совместно со своим знакомым потерпевший, с которым они распивали спиртные напитки. В ходе распития спиртного между фролов М.В. и потерпевший на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений возник конфликт. В ходе конфликта у фролов М.В. внезапно возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, в отношении потерпевший Сразу после этого, фролов М.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения, умышленно, будучи озлобленным и агрессивно настроенным, осознавая опасность своих действий и желая наступления опасных для жизни и здоровья последствий, в комнате вышеуказанной квартиры, в ходе конфликта, находясь в непосредственной близости к потерпевший, стал высказывать ему словесную угрозу убийством, фролов толкнул потерпевший, от чего последний упал на кровать, после чего, продолжая реализовывать свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, фролов М.В., стал удерживать за руки потерпевший, чтобы последний не смог оказать ему активного сопротивления, а фролов, обеими руками взял потерпевший за голову и пальцами рук с силой стал давить на правый глаз потерпевший, от чего последний почувствовал сильную физическую боль.

Своими умышленными действиями фролов М.В. причинил потерпевший телесные повреждения, согласно заключениям экспертов №э/2387 от <дата> и №э/3594 от <дата>, в виде: травмы правого глаза, включающей в себя: кровоподтек на веках, рану склеры («массивный разрыв») с выпадением оболочек, кровоизлияния в конъюнктиве, в передней камере и стекловидном теле, отслойку сосудистой оболочки сетчатки, с последующей его энуклеацией (удалением) вследствие нежизнеспособности, которая согласно «Примечаниям» к п. 24 «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности …» - приложение к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждены Приказом М. З. и социального развития Российской Федерации от <дата> № н) №. «При удалении глазного яблока, обладавшего до повреждения зрением…, процент стойкой утраты общей трудоспособности увеличивается на 10 процентов», которое привело к потере зрения и энуклеации глазного яблока, вследствие его нежизнеспособности, опасным для жизни не являлось, вызвало значительную стойкую утрату общей трудоспособности в размере 45% и в соответствии с п. 24 «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности» и причинило здоровью потерпевший тяжкий вред.

В судебном заседании подсудимый фролов М.В. показал, что с 30 на <дата> он приехал в гости к потерпевший, с собой привез водку и закуску. Они с ним сидели, выпивали, общались, также с ними в квартире была Свидетель №1, она не пила. В ходе общения между ним и потерпевший произошел конфликт из-за службы в армии, потерпевший сказал, что он (фролов) прятался от службы. Эти слова его огорчили, и между ними завязалась драка. Что именно было, он не помнит, так как находился в состоянии алкогольного опьянения. Помнит, что потерпевший его разбудил и попросил уйти, сказав, что скоро приедет полиция. На лице у потерпевший он увидел подбитый правый глаз, спросил, откуда это повреждение, на что потерпевший ответил, что это сделал он (фролов). Однако он (фролов) ничего не помнит. Он предложил потерпевший выпить, примириться, но потерпевший отказался. Тогда он ушел из квартиры, выходя из подъезда, он встретил сотрудника полиции, который заходил в подъезд. 12 или <дата> к нему на работу приехали сотрудники полиции и сообщили, что потерпевший стал инвалидом, потерял глаз, он удивился этому, так как не думал, что все так серьезно. После этого его задержали. Он признает вину в том, что причинил потерпевший тяжкий вред, раскаивается в содеянном, обязуется помогать потерпевшему. Вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, не признает, так как убийством он потерпевшему не угрожал.

Помимо признательных показаний подсудимого фролов М.В. его вина в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств.

Потерпевший потерпевший суду показал, что <дата> к нему в гости приехал фролов, они с ним распивали спиртные напитки, также дома была его гражданская жена Свидетель №1. В ходе общения между ним и фролов произошел конфликт из-за армии, выяснилось, что фролов не служил, и он сказал ему, что тот прячется за спинами людей, фролов эти слова взбесили, он вцепился в него и между ними завязалась драка. Сначала они толкались, потом фролов его повалил на кровать, сказал: «Я тебя сейчас убью», стал душить, он сопротивлялся, тогда фролов зажал его руки своими ногами и стал давить на глаз своим большим пальцем, выдавливая его. Он пытался сопротивляться, но был пьян и его руки были зажаты. Угрозу он воспринял реально. Свидетель №1 все видела, но так как она передвигается на инвалидной коляске, она никак не могла ему помочь, она кричала, просила фролов отпустить его. От боли он потерял сознание. Около 6 утра он очнулся, был весь в крови, глаз заплыл, не видел, фролов спал на полу, он разбудил фролов и выгнал из квартиры. После чего пришли сотрудники полиции, которых вызвала Свидетель №1. За медицинской помощью он обратился на 3 день, сразу не обратился, так как после выпитого алкоголя плохо себя чувствовал и думал, что пройдет само. В больнице ему сделали операцию, глаз сохранить не удалось. До произошедшего его глаз видел хорошо.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием противоречий показаний потерпевшего потерпевший, данных им в ходе предварительного следствия, следует, что <дата> примерно в 20 часов, он находился дома вместе с сожительницей. К ним в гости пришел фролов М. со спиртными напитками. Находясь дома, он, ФИО1 и Свидетель №1 начали распивать спиртные напитки и общаться на различные темы. После того как они с фролов выпили две бутылки водки, объемом 0.7 литра, между ними зашел разговор про службу в армии. Он спросил ФИО1, служил ли тот в армии. На что ФИО1 ответил отказом. фролов он ему сказал: «что прячешься за чужими спинами». После чего ФИО1 сильно разозлился, встал из-за стола и сказал, что сейчас его убьет и глаза выдавит. Так как они находились втроем в одной комнате, Свидетель №1 была на инвалидной коляске, ему стало страшно, и он воспринял данные слова, как угрозу жизни и его здоровью. ФИО1 был среднего телосложения, подошел к нему вплотную, было очень маленькое пространство, маневра для отхода у него не было. Он испугался. фролов ФИО1 взял его своими руками за обе его руки и начал сильно давить так, что он выбраться никак не мог. Так как он был в состоянии сильного алкогольного опьянения, ФИО1 повалил его на кровать, сел сверху, зажав ему обе руки, в связи с чем он не смог сопротивляться. После чего тот взял его за голову и своими большим пальнем правой руки начал давить ему на правый глаз, попутно произнося фразу, что убьет его и он его больше не увидит. Он закричал от боли, из глаза у него пошла кровь и он потерял сознание. Он чувствовал, что правым глазом больше не видит. Свидетель №1 также сильно испугалась, но не могла ничего сделать, так как боялась, что ФИО1 также может что-то сделать подобное и с ней. ФИО1, после того, как он потерял сознание, со слов его сожительницы, отпустил его. Когда он пришел в сознание, было примерно 04 часа 20 минут, увидел, что ФИО1 лежит на полу, он ему кричал чтобы тот уходил из дома и больше не появлялся. фролов, как ни в чем не бывало, встал, оделся и ушел. Были вызваны сотрудники полиции, <дата> он был госпитализирован в глазную больницу Ерошевского, где ему сделали операцию по удалению глаза (том 1 л.д. 157-159).

В ходе дополнительного допроса на предварительном следствии потерпевший потерпевший дополнительно пояснил, что <дата>, когда к нему в гости пришел знакомый фролов, между ними и последним, в ходе распития спиртного произошел словесный конфликт, на почве службы в армии. В ходе конфликта фролов, который сидел рядом с ним на кровати, резко встал, злобно сказал ему, что убьет его, при этом данную угрозу он воспринял как реально осуществимую, т.к. фролов его превосходит по телосложению и росту (фролов выше его), после с силой толкнул его на кровать, сел сверху на него, руками зажал его руки, после чего зажал руки ногами, далее фролов схватил его за голову и большим пальцем стал с силой давить на правый глаз, от чего он (потерпевший) почувствовал сильную физическую боль. фролов кричал, что убьет его и не хочет его видеть. После у него из глаза пошла кровь, он потерял сознание от боли. Все происходящее видела его сожительница Свидетель №1, которая просила фролов отпустить его. Когда он пришел в себя, то фролов спал. Во время распития спиртного, они сидели втроем, никто не приходил, они никуда не выходили, дверь в квартиру была закрыта. Изначально он думал, что травма глаза не серьезная, все заживет, в связи с чем, в медучреждение обращаться не стал, но когда глаз стал болеть и совсем перестал видеть, то обратился в больницу. После травмы он, т.е. до <дата> никуда не выходил (том 1 л.д. 229-234).

Оглашенные показания потерпевший потерпевший подтвердил.

Свидетель Свидетель №1 пояснила суду, что с 30 на <дата> она, потерпевший и фролов М.В. находились у них с потерпевший дома, мужчины выпивали. У них зашел разговор про армию, кто служил, выяснилось, что фролов не служил, потерпевший ему сказал, что он прячется за юбками, после чего меду ними началась словесная перепалка и борьба. Сначала они толкали другу друга, потом фролов повалил потерпевший на живот, на кровать, сел на него сверху, своими ногами зажал ноги потерпевший и стал его душить цепочкой, потом стал давить руками на глаза потерпевший, говорил: «Глаза люблю выдавливать, глаза выдавлю», потерпевший в это время мычал, потом замолчал. Когда она увидела у потерпевший кровь, то сразу позвонила по номеру 112 и вызвала полицию. Она звала но помощь, кричала, но никто не реагировал. Когда фролов слез с потерпевший, он взяла полотенце и стала вытирать кровь на лице потерпевший, последний был без сознания. Очнулся потерпевший в 5 утра и выгнал фролов из дома. Пока потерпевший был без сознания, фролов просил его не выдавать. Скорую помощь потерпевший просил не вызвать, сказал, обойдется, по этой же причине не сразу написал заявление в полицию. На 3 день они все-таки поехали в больницу, так как потерпевший стало намного хуже. После случившегося и до обращения в больницу потерпевший не пил, никуда из дома не выходил.

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что <дата>, примерно в 23 часа, к ним в гости пришел знакомый ФИО1, которого потерпевший и она знают длительное время. фролов уже находился в состоянии опьянения, с собой принес спиртное – водку. После чего фролов и потерпевший стали распивать спиртное. Она спиртное с ними не употребляла. Они все сидели в комнате (квартира однокомнатная). Она сидела в инвалидной коляске, фролов и потерпевший сидели вместе на кровати, за журнальным столом. В ходе распития спиртного между фролов и потерпевший возник конфликт на почве службы в армии. В ходе конфликта, фролов, в какой-то момент резко встал с кровати и рукой толкнул потерпевший на кровать. Все произошло очень быстро. Она сама потерпевший помочь не могла, ввиду физического состояния. После фролов сел на лежащего на кровати потерпевший, зажал сначала своими руками руки последнего, потом ногами руки потерпевший, схватил последнего руками за голову и стал пальцами давить на правый глаз потерпевший. потерпевший не мог сопротивляться, т.к. был пьян, а также был зажат фролов. Последний кричал, что убьет потерпевший, высказывал угрозу убийством перед тем, как повалить потерпевший на кровь, говоря, что выколет потерпевший глаза и убьет его. Она очень сильно испугалась. В какой–то момент потерпевший потерял сознание. Она видела, что лицо последнего было в крови, с правого глаза вытекала кровь. фролов, когда увидел кровь, перестал давить на глаз, успокоился, далее встал на колени перед ней и стал просить прощение, просил никому об этом не говорить. Она сказал, что сообщит в полицию. После фролов сел на кровать. фролов лег и усн<адрес> фролов утром, около 5 утра, после ушел из квартиры. В ходе распития спиртного, к ним в квартиру никто не приходил, дверь в квартиру была закрыта, никто из квартиры не выходил. До <дата> у потерпевший телесных повреждений не было, на здоровье тот не жаловался. Сразу за медпомощью потерпевший обращаться не стал, думал, что все не серьезно, пройдет, лежал дома. Когда ему стало хуже, он перестал видеть правым глазом, то обратился в больницу им. Ерошевского. фролов она более не видела, тот не приходил и потерпевший не звонил (том 1 л.д. 224-228).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №1 подтвердила за исключением того, что подсудимый говорил: «убью», такого она не помнит, в этой части показания не подтверждает. Почему в протоколе так написано, объяснить не может, протокол она не читала.

Свидетель Свидетель №2 суду пояснил, что с 30 на <дата> в дежурную часть поступило сообщение, что на <адрес> конфликт или драка. Выехали на место происшествия несвоевременно, так как был один наряд на весь район. Когда зашли в подъезд увидели мужчину около батареи, потом зашли в квартиру, там была женщина на инвалидной коляске и потерпевший, который прикрывал глаз платком. На вопрос что произошло, сказал: «ерунда, претензий нет». Он видел, что у потерпевшего вокруг глаза было все темное, белок был красный. На вопрос была ли скорая помощь, пояснили, что была, от госпитализации он отказался.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в связи с наличием противоречий показаний свидетеля Свидетель №2, данных им в ходе предварительного следствия усматривается, что с <дата> на <дата> он находился на суточном дежурстве в ДЧ ОП по <адрес>. <дата> примерно в 23 часа 30 минут, точное время он не помнит, в ДЧ ОП по <адрес> от гр-ки Свидетель №1 поступила информация о том, что в <адрес>. 21 по <адрес> в <адрес> «дерутся знакомые». После чего, он совместно с водителем ДЧ ОП по <адрес> выехали по данному адресу. Уточняет, что на данный адрес они прибыли через некоторое время, в связи с тем, что ими отрабатывались и другие адреса которые находились в некоторой удаленности от данного адреса. По прибытию в <адрес>. 21 по <адрес> в <адрес>, дверь в квартиру открыла женщина, она была в инвалидной коляске, представилась Свидетель №1. Квартира однокомнатная, в комнате находились две кровати, журнальный стол посередине, у стены справа тумба с телевизором. Также в квартире находился мужчина, его данные он не помнит, представился П., другие данные не помнит, у последнего из правого глаза текла кровь, на данном глазу была гематома, глаз тот периодически прижимал платком. Свидетель №1 пояснила, что к ним в гости пришел знакомый, с которым они распивали спиртное, данные он уже не помнит. В ходе распития между П. и его знакомым произошел конфликт, в ходе которого они подрались и знакомый нанес повреждения П. в область правого глаза. Однако, последний пояснил, что т.к. телесные повреждения ему нанес знакомый, сказал, что думает, что травма не серьезная и все пройдет само, в связи с чем отказался писать какие-либо заявления, а также в опросе указал, что травму получил по собственной неосторожности. Писала ли Свидетель №1 какие-либо заявления, он уже не помнит (том 1 л.д. 213-214).

Оглашенные показания свидетель Свидетель №2 подтвердил.

Из заявления потерпевший от <дата> следует, что он просит привлечь к установленной ответственности его знакомого ФИО1, <дата> г.р., который <дата> нанес ему телесные повреждения, повредив правый глаз, от чего он получил острую боль (том 1 л.д. 4).

Согласно заявлению потерпевший от <дата> он просит привлечь к установленной ответственности ФИО1, который находясь <дата> по адресу: <адрес> совершил угрозу его жизни и здоровья (том 1 л.д. 60).

В ходе осмотра места происшествия от <дата> была осмотрена <адрес>, расположенная по адресу: <адрес> были изъяты: футболка с веществом бурого цвета, две стеклянные рюмки (том 1 л.д. 6-13).

Согласно протоколу получения образцов для сравнительного исследования от <дата> на основании постановления следователя у потерпевший изъяты образцы буккального эпителия и срезы с ногтей обоих рук (том 1 л.д. 43,44).

На основании постановления Красноглинского районного суда <адрес> от <дата> о разрешении производства выемки <дата> была произведена выемка из ГБУЗ СО «СОКОБ им. Т.И. Ерошевского» медицинской карты стационарного больного на имя потерпевший (том 1 л.д. 116-119).

На основании постановления Красноглинского районного суда <адрес> от <дата> о разрешении производства выемки <дата> была произведена выемка из ГБУЗ «Самарская городская больница №» медицинской карты амбулаторного больного № на имя потерпевший (том 1 л.д. 193-194, 195-196).

В ходе выемки от <дата> у потерпевший изъята медицинская карта амбулаторного больного на имя потерпевший и выписной эпикриз от <дата> на имя потерпевший (том 1 л.д. 201-204).

Согласно выводам заключения эксперта № от <дата> на одной из рюмок, изъятых в квартире потерпевший, обнаружены смешанные следы ДНК, исследование которых установлено, что они происходят от фролов М.В. и неизвестного лица. На фрагментах ногтевых пластин фролов М.В. обнаружена ДНК, исследованием которой установлено, что она происходит от фролов М.В. (том 1 л.д. 102-109).

Из заключений экспертов №э/2387 от <дата> и №э/3594 от <дата> следует, что у потерпевший установлено повреждение в виде: травмы правого глаза, включающей в себя: кровоподтек на веках, рану склеры («массивный разрыв») с выпадением оболочек, кровоизлияния в конъюнктиве, в передней камере и стекловидном теле, отслойку сосудистой оболочки сетчатки, с последующей его энуклеацией (удалением) вследствие нежизнеспособности, которая согласно «Примечаниям» к п. 24 «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности …» - приложение к «Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утверждены Приказом М. З. и социального развития Российской Федерации от <дата> № н) №. «При удалении глазного яблока, обладавшего до повреждения зрением…, процент стойкой утраты общей трудоспособности увеличивается на 10 процентов», которое привело к потере зрения и энуклеации глазного яблока, вследствие его нежизнеспособности, опасным для жизни не являлось, вызвало значительную стойкую утрату общей трудоспособности в размере 45% и в соответствии с п. 24 «Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности» и причинило здоровью потерпевший тяжкий вред (том 1 л.д. 148-152, 205-210).

В ходе осмотра предметов (документов) от <дата> были осмотрены: медицинская карта стационарного больного на имя потерпевший, амбулаторные карты 2 шт. на имя потерпевший, выписной эпикриз от <дата> на имя потерпевший (том 1 л.д. 215-220).

Иные исследованные судом доказательства, не имеющие доказательственного значения, судом в приговоре не приводятся.

Оценив в совокупности собранные по делу доказательства, представленные стороной обвинения, суд в соответствии со ст.87 УПК РФ и ст.88 УПК РФ каждое из доказательств считает относимым, допустимым, достоверным, а все собранные доказательства в совокупности сопоставимыми между собой, источник каждого из доказательств установлен судом и все доказательства являются достаточными для вывода о виновности фролов М.В. в совершении инкриминируемого ему преступления.

В основу приговора суд кладет показания потерпевшего потерпевший, свидетелей обвинения Свидетель №1, Свидетель №2, поскольку они последовательны, стабильны и не имеют каких-либо существенных противоречий в части юридически значимых обстоятельств.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей обвинения, так же как и сведений о том, что они оговорили подсудимого судом не установлено. Какой-либо заинтересованности в исходе дела они не имеют, ранее с подсудимым конфликтов у них не было, неприязни к нему не испытывают, напротив, как потерпевший, так и Свидетель №1 охарактеризовали фролов М.В. с положительной стороны, как человека, с которым у них были дружеские отношения, он им помогал, в том числе деньгами. Кроме того, потерпевший и свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Оценивая незначительные противоречия в показаниях потерпевшего потерпевший и свидетеля Свидетель №1, суд связывает их с давностью происходящих событий, которые на момент допроса в суде указанные лица могли позабыть, в связи с чем, суд принимает во внимание и кладет в основу приговора показания, данные ими в ходе предварительного следствия, которые последние поддержали, а показания данные ими в ходе судебного следствия суд принимает в части не противоречащей показаниям, данным ими в ходе предварительного следствия.

Несмотря на то, что свидетель Свидетель №1 не подтвердила свои показания в ходе предварительного следствия в части того, что фролов М.В. высказал потерпевший угрозу убийством, суд принимает ее показания в данной части и кладет в приговор, поскольку в данном протоколе на каждом листе имеются подписи свидетеля, что подтверждает факт ознакомления ее с содержанием изложенных в нем показаний, а также ее показания в данной части согласуются с показаниями потерпевшего, который также указывал, что подсудимый высказывал ему угрозы убийством.

Показания потерпевшего и свидетелей подтверждаются письменными доказательствами, в том числе протоколами осмотра места происшествия, предметов и документов, выемок, заключениями проведенных по делу экспертиз.

Кроме того, сам подсудимый фролов М.В. в судебном заседании не оспаривал факт того, что именно от его действий потерпевший получил травму правого глаза, вину признал.

К показаниям подсудимого о том, что он не высказывал угрозы убийством потерпевший, суд относится критически, и расценивает их как способ защиты от обвинения, поскольку его показания в этой части опровергаются показаниями потерпевшего и свидетеля Свидетель №1, при этом суд обращает внимание на то, что, как пояснил сам подсудимый, он не помнит подробности конфликта и обстоятельства произошедшего, так как был сильно пьян. Таким образом, факт высказывания угроз убийством судом установлен.

При определении степени вреда здоровья потерпевшего потерпевший суд принимает во внимание заключения эксперта №э/2387 от <дата> и №э/3594 от <дата>, поскольку экспертизы были назначены и проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства в государственном экспертном учреждении, экспертом, обладающим достаточной квалификацией, компетенция которого не вызывает сомнений у суда, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и у него была отобрана подписка о разъяснении прав и обязанностей, предусмотренных ст. 57 УПК РФ. Эксперт ответил на все поставленные перед ним вопросы, подробно мотивировав и аргументировав свои выводы, которые не противоречат себе и другим доказательствам. Выводы эксперта представляются ясными и понятными, в связи с чем, суд принимает данные заключения как допустимые доказательства и кладет их в основу приговора.

Все следственные действия проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, каких-либо существенных нарушений, влекущих признание протоколов следственных действий недопустимыми доказательствами судом не установлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что все доказательства по делу получены в соответствии с требованиями закона и обстоятельств, свидетельствующих об ограничении и нарушении прав подсудимого на стадии предварительного следствия, не установлено.

Переходя к правовой оценке содеянного суд приходит к следующим выводам.

Органом предварительного следствия действия фролов М.В. были квалифицированы как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего за собой потерю зрения, утрату органа и утрату органом его функций и вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Согласно диспозиции ч. 1 ст. 111 УК РФ квалифицирующими признаками тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в отношении тяжкого вреда, являются: вред, опасный для жизни человека; потеря зрения, речи, слуха либо какого-либо органа или утрата органом его функций; прерывание беременности; психическое расстройство; заболевание наркоманией либо токсикоманией; неизгладимое обезображивание лица; значительная стойкая утрата общей трудоспособности не менее чем на одну треть; полная утрата профессиональной трудоспособности.

Признаки тяжкого вреда здоровью определяются в соответствии с Правилами определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> № и Медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденными приказом Министерства З. и социального развития Российской Федерации от <дата> №н (далее Медицинскими критериями).

Согласно пункту 6.3 Медицинских критериев потеря зрения - это полная стойкая слепота на оба глаза или такое необратимое состояние, когда в результате травмы, отравления либо иного внешнего воздействия у человека возникло ухудшение зрения, что соответствует остроте зрения, равной 0,04 и ниже. Потеря зрения на один глаз оценивается по признаку стойкой утраты общей трудоспособности.

В соответствии с пунктом 6.6 Медицинских критериев потеря какого-либо органа или утрата органом его функций:

6.6.1. потеря руки или ноги, т.е. отделение их от туловища или стойкая утрата ими функций (паралич или иное состояние, исключающее их функции); потеря кисти или стопы приравнивается к потере руки или ноги;

6.6.2. потеря производительной способности, выражающаяся у мужчин в способности к совокуплению или оплодотворению, у женщин - в способности к совокуплению или зачатию, или вынашиванию, или деторождению;

6.6.3. потеря одного яичка.

Как следует из заключения эксперта №э/3594 от <дата> повреждение в виде травмы правого глаза, включающей в себя: кровоподтек на веках, рану склеры («массивный разрыв») с выпадением оболочек, кровоизлияния в конъюнктиве, в передней камере и стекловидном теле, отслойку сосудистой оболочки сетчатки, с последующей его энуклеацией (удалением) вследствие нежизнеспособности, опасным для жизни не являлось, вызвало значительную стойкую утрату общей трудоспособности в размере 45% и причинило здоровью потерпевший тяжкий вред.

Поскольку телесных повреждений, которые следует квалифицировать как тяжкий вред здоровью по признаку утраты органа и утраты органом своих функций (п. 6.6. Медицинских критериев) экспертом не установлено, а травма правого глаза, включающая в себя: кровоподтек на веках, рану склеры («массивный разрыв») с выпадением оболочек, кровоизлияния в конъюнктиве, в передней камере и стекловидном теле, отслойку сосудистой оболочки сетчатки, приведшая к потере зрения и энуклеации глазного яблока вследствие его нежизнеспособности, в соответствии п. 6.3 Медицинских критериев отнесена им к тяжкому вреду по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, который учтен при правовой оценке деяния фролов М.В., и экспертом полная потеря зрения (обоих глаз), также как и потеря органа и утрата органом своей функции не установлена, указание в обвинении на «потерю зрения», «утрату органа» и «утрату органом его функций» как на признаки причинения тяжкого вреда здоровью является безосновательным и подлежит исключению из обвинения.

Учитывая изложенное, действия фролов М.В. суд квалифицирует по ч. 1 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Кроме того органом предварительного следствия фролов М.В. было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ - совершение угрозы убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводиться только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

При выступлениях в судебных прениях государственный обвинитель, полагал, что обвинение по ч. 1 ст. 119 УК РФ было вменено излишне, поскольку данные действия фролов М.В. охватывались составом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ.

В силу ст. 246 и ст. 254 УПК РФ, полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение обвинения в сторону смягчения предопределяет принятие судом соответствующего решения.

Судом установлено, что фролов М.В. в ходе конфликта с потерпевший, находясь в непосредственной близости к нему, стал высказывать словесную угрозу убийством, фролов толкнул потерпевший на кровать, после чего стал удерживать за руки потерпевший, а фролов обеими руками взял потерпевший за голову и пальцами рук с силой стал давить на правый глаз потерпевшему.

Принимая во внимание отсутствие разрыва во времени между высказыванием фролов М.В. угроз потерпевшему и выдавливанием глаза, действия подсудимого совершены в одном и том же месте в отношении одного и того же лица, а также учитывая, что по смыслу уголовного закона действия виновного, начатые как менее тяжкое преступление (угроза убийством), а фролов переросшие в более тяжкое (причинение тяжкого вреда здоровью), квалифицируются по норме закона, предусматривающей более строгое наказание, и дополнительной квалификации не требуют, суд соглашается с государственным обвинителем и считает квалификацию действий фролов М.В. по ч. 1 ст. 119 УК РФ излишней, поскольку противоправные действия подсудимого в отношении потерпевшего полностью охватываются составом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, а потому обвинение по ч. 1 ст. 119 УК РФ подлежит исключению как излишне вмененное.

Обсуждая вопрос о вменяемости подсудимого, суд учитывает заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов № от <дата>, согласно выводам которого ФИО1 в настоящее время не страдает и в период совершения преступления не страдал хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики. ФИО1 может в настоящее время отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими и мог в период совершения преступления осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера (предусмотренных ст. 97 УК РФ) не нуждается. ФИО1 может самостоятельно осуществлять свои процессуальные права в ходе предварительного следствия. ФИО1 не страдает наркоманией, страдает синдромов зависимости от алкоголя, нуждается в обязательном лечении и медико-социальной реабилитации у врача-нарколога (предусмотренных ст. 72.1 УК РФ), противопоказаний не имеет (том 1 л.д. 125-126).

Оснований не согласиться с выводами заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов, равно как и сомневаться в компетентности лиц, проводивших исследование, суд не усматривает. С учётом данного заключения суд приходит к выводу, что вышеуказанное преступление было совершено фролов М.В. в состоянии вменяемости, при этом его психическое состояние сомнений у суда не вызывает.

Согласно ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

При определении вида и размера наказания суд в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ принимает во внимание характер и степень общественной опасности содеянного. Судом так же учитываются влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого, условия жизни его семьи и иные предусмотренные законом цели наказания, личность подсудимого фролов М.В., который является иностранным гражданином, регистрации на территории РФ не имеет, согласно его не опровергнутым показаниям работал неофициально в рыбном хозяйстве, где и проживал, имеет на иждивении малолетнего ребенка, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, со слов здоров, положительно характеризуется потерпевшим и свидетелем Свидетель №1

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание фролов М.В., суд признает в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие малолетнего ребенка у виновного, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ - признание вины, раскаяние в содеянном, выразившееся в неоднократном принесении извинений потерпевшему, мнение потерпевшего, который просил строго подсудимого не наказывать, частичное признание подсудимым исковых требований, оказание помощи близким родственникам.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого фролов М.В., судом не установлено.

Также судом не установлено противоправного или аморального поведения со стороны потерпевшего, которое бы послужило поводом для совершения преступления. Высказывание потерпевшего в адрес подсудимого о том, что он не служил в армии и прятался за спинами, таковым не является.

Совокупность обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, не является исключительной, связанной с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, в связи с чем, оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении наказания суд не находит.

Судом достоверно установлено, что в момент совершения преступления фролов М.В. находился в состоянии алкогольного опьянения, о чем свидетельствуют показания потерпевшего потерпевший, свидетеля Свидетель №1 и не отрицал сам подсудимый. При этом, как пояснил подсудимый фролов М.В., именно алкогольное опьянение повлияло на его поведение, и он совершил преступление, будучи в трезвом состоянии он никогда бы не причинил вред другому лицу.

Учитывая, что состояние опьянения повлияло на совершение фролов М.В. преступления, снизило возможность надлежащего контроля за своим поведением, суд в соответствии с ч.1.1 ст. 63 УК РФ признает фролов М.В. в качестве отягчающего наказание обстоятельства - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, при этом суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности свершенного преступления, обстоятельства его совершения, влияние состояния опьянения на поведение фролов М.В. в процессе совершения преступного деяния и данные о личности виновного.

Иных отягчающих обстоятельств судом не установлено.

Во исполнение требований закона о строго индивидуальном подходе к назначению наказания и, в частности, положений ст. 6 УК РФ, согласно которым справедливость назначенного подсудимому наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, разрешая вопрос о назначении вида и меры наказания подсудимому фролов М.В., учитывая совокупность вышеуказанных по делу смягчающих и отягчающего обстоятельств, данные о личности подсудимого, а также влияние назначенного наказания на его исправление, в целях предупреждения возможности совершения других преступлений, суд приходит к выводу о необходимости назначения фролов М.В. за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 111 УК РФ, безальтернативного вида наказания, предусмотренного санкцией статьи, – лишение свободы, при этом, не находит оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, поскольку считает, что с учетом обстоятельств преступления, характера и степени его общественной опасности, последствий, условная мера наказания для него не достигнет целей уголовного наказания, то есть не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, не приведет к исправлению виновного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Правовые основания для применения ч. 2 ст. 53.1 УК РФ отсутствуют.

Принимая во внимание общественную опасность совершенного подсудимым преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, закрепленные в уголовном законодательстве РФ принципы гуманизма и справедливости, фактические обстоятельства его совершения, учитывая смягчающие обстоятельства и наличие отягчающего обстоятельства, суд не находит фактических и правовых оснований для применения в отношении подсудимого положения ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменения ему категории преступления на менее тяжкую.

Оснований для освобождения подсудимого от уголовной ответственности, а так же для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания, судом не установлено, равно как не установлено обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния.

Мера пресечения в виде заключения под стражу подлежит сохранению с целью направления осужденного в исправительную колонию общего режима, которую суд определяет в соответствии с требованиями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Потерпевшим потерпевший заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого фролов М.В. морального вреда в размере 1000 000 рублей.

Вина подсудимого в причинении потерпевшему нравственных и физических страданий нашла свое подтверждение, в связи с чем, его требования о компенсации морального вреда заявлены обосновано. Вместе с тем, гражданский иск потерпевшего в части компенсации морального вреда суд полагает необходимым удовлетворить частично по следующим основаниям.

Абзац десятый статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ (ст. 1099 ГК РФ).

Частью 2 ст. 151 ГК РФ установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Таким образом, в силу положений статей 151, 1101 ГК РФ, определение размера компенсации морального вреда находится в компетенции суда, разрешается судом в каждом конкретном случае с учетом характера спора, конкретных обстоятельств дела, индивидуальных особенностей потерпевшего, которому причинены нравственные или физические страдания, а также других факторов.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, в том числе связанных с последствиями от полученной травмы, а также степень вины подсудимого, его материальное и семейное положение, и с учетом указанных обстоятельств, принципов разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с подсудимого в пользу потерпевшего, денежные средства в размере 500000 рублей.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии со ст.ст. 81, 82 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-310 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения фролов М.В. в виде заключения под стражу, сохранять до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть фролов М.В. в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы время содержания под стражей с момента его фактического задержания, а именно с <дата> до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Гражданский иск потерпевшего потерпевший о возмещении компенсации морального вреда, причинённого преступлением удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

Вещественные доказательства после вступления приговора суда в законную силу – медицинская карта стационарного больного на имя потерпевший, переданная на ответственное хранение в ГБУЗ «Самарская областная клиническая офтальмологическая больница», амбулаторные карты 2 шт. на имя потерпевший, выписной эпикриз от <дата> на имя потерпевший, переданные на ответственное хранение потерпевший, оставить хранить по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Самарский областной суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным содержащимся под стражей - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: подпись В.В. Белякова

Копия верна:

Судья В.В. Белякова