Апелляционное определение № 33-3951/2026 от 18 марта 2026 г.

03RS0032-01-2025-001127-38

№ 2-1123/2025 (ФИО1)

Категория 214г

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 33-3951/2026
г. Уфа
19 марта 2026 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Индан И.Я.,

судей Лахиной О.В., Фархиуллиной О.Р.,

при секретаре Насртдинове Р.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Уфа Республики Башкортостан гражданское дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 у ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере неотработанного аванса,

по апелляционной жалобе представителя индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО4 на решение Бирского межрайонного суда Республики Башкортостан от 20 ноября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Индан И.Я., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан

установила:

ИП ФИО2 обратился в суд с иском у ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере неотработанного аванса. Иск мотивирован тем, что в октябре 2024 г. между сторонами велись переговоры по поводу выполнения работ по установке наружного освещения на участке и заключения договора подряда, объем выполняемых работ, вид, сроки, цена обговаривались устно. Договор между истцом и ответчиком заключен не был. Согласно календарному графику производства работ на участке должны быть выполнены работы по устройству фундаментов (бурение, щебеночное основание, установке готовых каркасов, закладных, бетонирование и засыпка, установке опор; светильников с кронштейнами и заземлению опор, установке указательных знаков, ограничителей, по подвеске провода СИП. Ответчик не предоставил данные (ИНН, ОГРНИП), для перечисления суммы аванса указал свои личные реквизиты. 3 октября 2024 г. ответчику была переведена сумма в размере 200 000 руб., 4 октября 2024 г. – 150 000 руб., всего – 350 000 руб. в качестве авансового платежа Ответчик в переписке WhatsApp подтвердил получение денег. 6 октября 2024 г. ответчик отказался от выполнения оговоренных работ. Истец вправе требовать возврата неотработанного аванса в качестве неосновательного обогащения, так как им не получено встречное исполнение обязательства по выполнению работ, равное по стоимости сумме перечисленного аванса. Истец направил в WhatsApp требование о возврате перечисленных ранее денежных средств, однако ответчик перестал выходить на связь. В его адрес была направлена претензия, которую он оставил без удовлетворения.

Просил взыскать сумму неосновательно полученных денежных средств в размере 350 000 руб. и проценты за пользование чужими средствами по состоянию на 16 июня 2025 г. - 50 420,91 руб., по день вынесения судом решения и за период со дня, следующего за днем вынесения судом решения, по день фактической уплаты долга из расчета ключевой ставки, установленной Банком России на этот период; судебные расходы на уплату государственной пошлины в размере 12 511 руб.

Решением Бирского межрайонного суда Республики Башкортостан от 20 ноября 2025 г. в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе представитель ИП ФИО2 – ФИО4 просит об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности. Указывает, что между сторонами возникли правоотношения из договора подряда, истец оплатил услуги, однако ответчик услуги по подряду не исполнил, перестал выходить на связь, доказательств по форме КС-2, КС-3 о выполненных работах и их стоимости, стоимости затрат не предоставил, факт сдачи работ не представлен. Переписка в системе мгновенного обмена текстовыми сообщениями для мобильных платформ WhatsApp, представленная в суд ответчиком, не может рассматриваться как допустимое доказательство исполнения договора. Судом не приняты во внимание доказательства того, что поскольку ответчиком работы не были выполнены (о чем указано и в отзыве ООО «ЭСЭ», и в отзыве ИП ФИО5), с ИП ФИО5 был заключен договор № 73 от 7 октября 2024 г. на выполнение строительно-монтажных работ, работы выполнены надлежащим образом и сданы истцу, в соответствии с актом выполненных работ № 1 от 24 декабря 2024 г. и справкой о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 24 декабря 2024 г., затем работы были сданы истцом субподрядчику ООО «ЭСЭ» 24 декабря 2024 г., согласно акту о приемке выполненных работ от 24 декабря 2024 г., справке о стоимости выполненных работ и затрат от 24 декабря 2024 г., акту переработки материалов заказчика от 24 декабря 2024 г. Суд не принял во внимание пояснения третьих лиц, сославшись на финансовую созависимость, не указав в чем такая созависимость заключается, при том, что все правоотношения с третьими лицами завершены в 2024 г.: согласно Договору № 12 от 3 октября 2024 г. между ИП ФИО2 и ООО «ЭСЭ» срок окончания работ 31 октября 2024 г., согласно Договору № 73 от 7 октября 2024 г. между ИП ФИО2 и ИП ФИО5 срок окончания работ 31 октября 2024 г.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о дате и времени судебного заседания. Участвующие по делу лица также извещались публично путем заблаговременного размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на интернет-сайте Верховного Суда Республики Башкортостан в соответствии со статьями 14, 16 Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». Неявившиеся лица о причинах уважительности неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

В силу требований статей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда проверяется в пределах доводов апелляционной жалобы.

Проверив и оценив фактические обстоятельства дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При рассмотрении данного дела такие нарушения судом первой инстанции не допущены.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 3 октября 2024 г. ФИО6 получил от ФИО2 денежные средства в сумме 200 000 руб.

4 октября 2024 г. ФИО6 получил от ФИО2 денежные средства в сумме 100 000 руб.

Договор в письменной форме между ФИО6 и ФИО2 заключен не был.

Между сторонами велась переписка в мессенджере WhatsApp, в которой обговаривались обстоятельства договора на выполнение работ.

Обращаясь в суд, ИП ФИО2 настаивал, что в октябре 2024 г. между сторонами велись переговоры по поводу выполнения работ по установке наружного освещения на участке и заключения договора подряда, объем выполняемых работ, вид, сроки, цена обговаривались устно. Согласно календарному графику производства работ на участке должны быть выполнены следующие работы: 1. Устройство фундаментов (бурение, щебеночное основание, установка готовых каркасов, установка закладных, бетонирование и засыпка); 2. Установка опор; 3. Установка светильников с кронштейнами с расключением; 4. Заземление опор; 5. Установка указательных знаков; 6. Установка ограничителей; 7. Подвеска провода СИП. Дата начала работ - с даты подписания договора, дата окончания работ - 15 ноября 2024 г., однако работы не выполнены.

В суде первой инстанции представитель истца ФИО7 настаивал, что между сторонами не имелось трудовых отношений, с ответчиком не успели заключить договор, так как он не представил документы, а деньги получил. Что ответчик и его бригада сделала не имеет значения, считают результатом работ норму на сдельную работу по обговоренному плану работ.

В суде первой инстанции ответчик, возражал против иска, не оспаривал, что был устный договор, работы были выполнены на всю сумму, так как он с бригадой работал четыре дня, истец должен был предоставить жилье, но фактически 12 человек ездили по 150 км, еды не было, он решил сам отказаться от дальнейшего выполнения работ. Между ними велась переписка в мессенджере WhatsApp, где данные обстоятельства отражены, истец был доволен выполненной работой.

В суде первой инстанции свидетель ФИО8 пояснил, что 300 000 руб. – это первый транш, который был отработан в полном объеме. Между сторонами заключен договор подряда в устной форме. ФИО6 собрал бригаду из 12 человек, 2 человека с собственными манипуляторами, ФИО6 фактически был бригадиром, договор исполнялся, деньги ФИО10 получал, оплачивал наемным сотрудникам. Природа неосновательного обогащения отсутствует, эти деньги не случайно попали к ФИО6.

В суде первой инстанции свидетель ФИО11 показал, что ФИО6 знает по этой работе, познакомились на трассе, он манипуляторщик. ФИО6 позвонил ему с Авито, пригласил на выполнение работ на трассе М-12, район д. Суккулово, они вешали кабели, светильники, бухты возили, был в составе бригады, их было человек 10 и два манипуляторщика. Всех нанимал ФИО6. ФИО2 он не знает, работали четыре дня. Оплачивал работу ФИО6, должны были дальше работать, но ФИО6 сказал, что нет финансирования и дальше работать не будут. Об условиях работы он не знает, он сам обеспечивал себе еду, за четыре дня он получил 60 000 руб. Он самозанятый.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции указал, что материалы дела подтверждают наличие договорных отношений между ИП ФИО2 и ФИО6, к правоотношениям сторон не могут применяться нормы законодательства, касающиеся неосновательного обогащения: имеются подтверждения выполнения работ. Заслушанный в судебном заседании свидетель пояснял, что работы выполнялись четыре дня, ФИО6 сам лично тоже работал. В качестве доказательств выполнения работ ответчиком представлена переписка посредством мессенджера с истцом. Истцом также представлена переписка. В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре. Недоказанность хотя бы одного их перечисленных обстоятельств, влечет отказ в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.

Суд первой инстанции к отзывам третьих лиц отнесся критически, поскольку данные лица финансово зависимы от истца, тем самым имеют заинтересованность: третьими лицами в суд представлены отзывы на исковое заявление, в которых они указывают на то, что подрядные работы начинались с самого начала, предыдущим субподрядчиком ничего сделано не было.

Суд первой инстанции счел, что у истца отсутствуют доказательства того, что денежные средства неосновательно получены ответчиком.

Основания и мотивы, по которым суд пришел к таким выводам, а также доказательства, принятые судом во внимание, подробно приведены в мотивировочной части решения и оснований считать их неправильными не имеется.

Изложенные выводы суда первой инстанции следуют из анализа всей совокупности представленных сторонами и исследованных доказательств, оцененных в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с которыми соглашается судебная коллегия.

Поверяя доводы апелляционной жалобы истца, судебная коллегия учитывает следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 этого же кодекса.

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества.

Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

Поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 названного кодекса, подлежат применению также к требованиям: о возврате исполненного по недействительной сделке; об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица (статья 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условия договора подряда регулируются нормами главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (пункт 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения. При отсутствии в договоре таких указаний цена определяется в соответствии с пунктом 3 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации. Цена в договоре включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение. Также цена может быть определена путем составления сметы (пункты 1 - 3 статьи 709 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем не допускается заключение гражданско-правового договора, фактически регулирующего трудовые отношения между работником и работодателем (часть 2 статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Поскольку возник спор о взыскании неосновательного обогащения в виде средств, перечисленных за выполнение работ на объекте строительства, юридически значимые обстоятельства могли быть подтверждены в судебном порядке с представлением доказательств, отвечающих требованиям статей 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом, исходя из положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации выводы суда о фактах, имеющих значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.

Эти требования процессуального закона, как усматривается из текста решения, судом при разрешении спора были выполнены.

Изучение материалов дела показывает, что доказательств того, что между сторонами сложились правоотношения по подряду не предоставлено.

Истец ИП ФИО2 (ИНН: №...) зарегистрировал следующие виды деятельности: 70.10 Деятельность головных офисов, 42.21 Строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения, 42.99 Строительство прочих инженерных сооружений, не включенных в другие группировки, 43.11 Разборка и снос зданий, 43.12 Подготовка строительной площадки, 43.13 Разведочное бурение, 43.21 Производство электромонтажных работ, 43.22 Производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха, 43.29 Производство прочих строительно-монтажных работ, 43.31 Производство штукатурных работ, 43.32 Работы столярные и плотничные, 43.33 Работы по устройству покрытий полов и облицовке стен, 43.34 Производство малярных и стекольных работ, 43.39 Производство прочих отделочных и завершающих работ, 43.91 Производство кровельных работ, 43.99 Работы строительные специализированные прочие, не включенные в другие группировки, 70.22 Консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления, 71.12.2 Деятельность заказчика-застройщика, генерального подрядчика, 82.11 Деятельность административно-хозяйственная комплексная по обеспечению работы организации, 82.99 Деятельность по предоставлению прочих вспомогательных услуг для бизнеса.

Реализуя один из видов деятельности в области строительства, ИП ФИО2 (ИНН: №...) с субподрядчиком ООО «ЭСЭ» заключил договор № 12 от 3 октября 2024 г. на выполнение строительно-монтажных работ на наружное освещение на объекте: «М-12 Строительство скоростной автомобильной дороги Казань-Екатеринбург на участке Дюртюли-Ачит», 1 этап км 0 км 140, Республика Башкортостан», согласно которому ИП ФИО2 обязался собственными силами и/или с привлечением субсубсубподрядных организаций (третьих лиц) выполнить комплекс строительно-монтажных работ на наружное освещение на скоростной автомобильной дороге Казань-Екатеринбург на участке – Дюртюли Республики Башкортостан (участок строительства км 0 км 90. 1 участок от ТПІ до ТП12).

Работы выполняться должны были ИП ФИО2 собственными силами и/или с привлечением подрядных организаций (пункт 1.1 раздела «А», пункт 1.1 раздела «С» договора № 12 от 3 октября 2024 г.) (л.д. 56-62).

Истец ИП ФИО2 настаивал в суде первой и апелляционной инстанции, что с ответчиком ФИО3 велись переговоры по поводу выполнения работ по установке наружного освещения на участке, переданном ему в субсубподряд № 12 от 3 октября 2024 г., что стороны имели намерение заключить договор подряда, объем выполняемых работ, вид, сроки, цена обговаривались устно.

Истец указывал, что при наличии устного договора подряда, если подрядчик – ответчик не выполнил работу в полном объеме, не сдал ее результат истцу и отказался от договора в одностороннем порядке, полученный и неотработанный аванс становится неосновательным обогащением.

Однако какой-либо письменный договор между истцом и ответчиком заключен не был.

ФИО3 в суде апелляционной инстанции пояснял, что имеет профессию – электрик, ранее он работал электриком у собственной супруги, она брала подряды, и он их выполнял. Его супруга является индивидуальным предпринимателем.

ФИО3 указывалось, что по просьбе ФИО2 он собрал и привлек к работе бригаду, получал деньги за выполненный объем и выдавал заработную плату работникам. Фактически он приступил к выполнению работ на трассе по установке светильников и подвеске провода СИП, он являлся мастером-электриком на участке, он получал задания от сотрудника ООО «ЭСЭ» - ФИО12, которым ему высылались геоточки с объемом работы, работали в соответствии с распорядком дня (с 8:00 до 20:00 часов ежедневно), утром он расписывался в журнале заданий у ФИО12, ему выдавали материалы для выполнения работ, затем он руководил работами бригады и сам непосредственно выполнял работы в качестве электрика, в конце дня сдавал остатки товарно-материальных ценностей и расписывался в журнале, поэтому КС-2, КС-3 не составлялись не подписывались.

Изучение материалов дела показывает, что фактически истец, получив подряд по договору с ООО «ЭСЭ» от 3 октября 2024 г., взял на себя обязанность собственными силами и/или с привлечением подрядных организаций выполнить работы, но не заключив письменный договор подряда с ФИО3, фактически выполнял эти работы собственными силами, для чего должен был располагать штатом работников, способных исполнять принятые обязательства. Однако и трудовой договор также не был заключен с ответчиком.

Трудовые отношения возникают на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью третьей статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Сложившиеся правоотношения сторон свидетельствуют о допущенных нарушениях со стороны истца по надлежащему, основанному на законе, оформлению отношений с допущенным до выполнения работ ФИО3

Истец ФИО2 настаивал, что ответчик не сдал результат работ в установленном порядке и работы, для которых привлекался ответчик, были выполнены силами третьих лиц, что подтверждается договорами и актами, поэтому полученная сумма (350 000 руб.) является неотработанным авансом и подлежит возврату как неосновательное обогащение.

Ответчик ФИО3 не оспаривал факт получения оплаты, но настаивал, что эти деньги получил в качестве оплаты своего труда и труда членов бригады, так как у ФИО2 не было штата работников для выполнения объема по установке светильников и подвеске провода СИП. Ответчик настаивал на одобрении результатов его работы, которые принимались ежедневно должностным лицом на объекте.

Обстоятельства начала работы зафиксированы на фотографии в мессенджере: изображен манипулятор, работы на высоте около опоры осуществляют члены бригады (л.д. 13).

Заслушанный в суде первой инстанции свидетель также пояснял, что ФИО6 сам лично работал на объекте.

Тот факт, что задание ФИО3 выдавалось ФИО9 подтверждено нарядом от 4 октября 2024 г.: выполнить монтаж проводов СИП-2 сечением 3*35 и 1*50 на участках опор с номерами от 9.1.1 по 9.1.21 по одной стороне трассы Гр 9-1 длиной 840 м; сечением 3*35 и 1*50 на участках опор с номерами от 9.2.1 по 9.2.21 по противоположной стороне трассы Гр 9-2 длиной 840 м; сечением 3*50 и 1*50 на участках опор с номерами от 9.3.1 по 9.3.18 по одной стороне трассы Гр 9-3 длиной 720 м; сечением 3*50 и 1*50 на участках опор с номерами от 9.4.1 по 9.4.18 по другой Гр 9-4 длиной 720 м; в выполнить монтаж светильников на вышеперечисленных номерах опор в количестве 46 шт. (л.д. 55).

Кроме того, ФИО3 и ФИО9 переписывались в мессенджере группы «М12 Башкирия Подрядчики» (л.д. 159).

Из переписки в мессенджере ФИО2 и ФИО3 также следует, что ФИО2 интересовался о том, будет ли тот работать: «Вы работать будете?.. .выходите на площадку?.. .давай работать...», в переписке не идет речь о выполнении обязательств по договору подряда (л.д. 160).

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, факт допущения ответчика к работе, использования его личного труда, выполнение работы с ведома и по поручению должностного лица на объекте с оплатой такого труда, подтвержден совокупностью представленных письменных доказательств, показаниями свидетеля, пояснениями самого ответчика и истца, которые в целом согласуются и не противоречат, взаимно дополняют друг друга.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что отношения между сторонами не основывались на заключенном между ними устном договоре подряда, поскольку положения действующего законодательства не допускают заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, и при установлении в ходе судебного разбирательства характерных признаков трудовых отношений, такие договоры должны толковаться в пользу наличия трудовых отношений.

ФИО2 после окончания работ ФИО3 и невыхода на объект, не зафиксировал состояние объекта, что повлекло за собой соответствующие риски для истца.

Таим образом, суд первой инстанции верно указал, что не смотря на то, что между сторонами есть договорные отношения, нормы о неосновательном обогащении (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации) не применяются в данном случае.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции в названной части судебная коллегия не усматривает.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены в полном объеме и признаются судебной коллегией необоснованными, так как своего правового и документального обоснования в материалах дела не нашли, выводов суда первой инстанции не опровергли. Доводы подателя апелляционной жалобы не свидетельствуют о допущенных судом нарушениях норм материального и процессуального права, и не содержат оснований для отмены либо изменения решения суда в апелляционном порядке.

Предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловных оснований к отмене решения суда первой инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Бирского межрайонного суда Республики Башкортостан от 20 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий: Судьи:

И.Я. И. ФИО13 Фархиуллина

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 2 апреля 2026 г.