Приговор № 1-12/2018 от 19 июля 2018 г. по делу № 1-12/2018

Дело № 1-12/2018 г.


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Терек, КБР 20 июля 2018 года

Терский районный суд Кабардино - Балкарской Республики в составе:

председательствующего - судьи Багова Л.Х.

с участием государственного обвинителя Мамаева А.М.,

подсудимого ФИО1,

защитника Тарханова Р.И., представившего удостоверение № и ордер № от <дата>,

потерпевшего З.,

его представителя ФИО2, представившего удостоверение № и ордер № от <дата>,

при секретарях Сабановой М.М., Кандроковой А.Х., Шомаховой А.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО1, <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.3 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, управляя автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, при следующих обстоятельствах.

Так, он, <дата> примерно в 18 часов 20 минут, управляя автомашиной марки <данные изъяты>, г/н № регион, следуя по автодороге «<адрес>» со стороны <адрес> в направлении <адрес>, на 45 км. 700 м., совершая маневр «левый поворот», для съезда с проезжей части на гравийную дорогу, не убедившись в безопасности совершаемого маневра, и в отсутствии сзади попутного движущегося транспортного средства, путь и траекторию которого он пересекает, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, и допустил столкновение с движущейся в попутном направлении автомашиной <данные изъяты> г/н №, под управлением Г. В результате дорожно-транспортного происшествия Г. причинены телесные повреждения в виде: тяжелой сочетанной травмы тела с переломами костей свода и основания черепа, ушиба головного мозга тяжелой степени, вдавленных переломов костей лицевого черепа, ушибленных ран и ссадин головы, ушибов и ссадин верхних и нижних конечностей, осложнившихся травматическим шоком тяжелой степени, повлекших за собой тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни и находящихся в прямой причинной связи с наступлением смерти Г.

Данное дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО1, нарушившего пункт 8.1 Правил дорожного движения РФ в той части, что при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения; пункт 8.2 этих же Правил в той части, что подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности; пункт 11.3 этих же Правил в той части, что водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 в инкриминируемом ему деянии виновным себя признал частично и показал, что <дата> он ехал на своей автомашине со стороны <адрес> в сторону <адрес>. Не доезжая <адрес> хотел совершить маневр «левый поворот», в связи с чем, находясь на правой полосе движения, включил левый поворотный указатель и снизил скорость движения до 20-30 км/ч. Когда включал поворотный указатель, он в зеркало видел, что очень далеко едет машина. Так как не было встречных автомобилей, начал совершать маневр «левый поворот», не посмотрев в зеркало заднего вида. Он занял левую полосу, включил поворотный указатель, но не доехал. Выехав на полосу встречного движения и завершая маневр «левый поворот», не успев выехать за пределы проезжей части на гравийную дорогу, его автомашину за переднее левое крыло задела автомашина марки <данные изъяты> г/н № регион, которая двигалась в попутном направлении на левой полосе движения. В результате столкновения его автомобиль откинуло в сторону, а другая автомашина несколько раз перевернулась и остановилась в нескольких метрах от места ДТП. Когда он подошел к автомашине <данные изъяты> г/н № регион, увидел лежащего на обочине водителя, которого выбросило из салона автомобиля. Он сразу же позвонил в скорую помощь. В ходе данного ДТП, никаких телесных повреждений он сам не получил, в связи с чем отказался от госпитализации. В тот день в больнице он сам сообщил родственникам потерпевшего, что не посмотрел в зеркало заднего вида. Свою вину признает лишь в той части, что в последний момент не посмотрел в зеркало, и что раньше начал поворачивать. Исковые требования потерпевшего также не признает.

Однако, хотя подсудимый ФИО1 виновным себя признал только частично, его вина в инкриминируемом ему деянии в судебном заседании нашла свое подтверждение показаниями потерпевшего, свидетелей и другими исследованными материалами уголовного дела.

Так, потерпевший З. показал, что <дата> примерно в 18 часов 40 минут, ему позвонили и сообщили, что его сын Г. попал в ДТП между <адрес> и <адрес>, на автомашине <данные изъяты> г/н № регион, которая принадлежала его брату З. Г. был госпитализирован в реанимационное отделение <адрес> районной больницы. В ночь с <дата> Г. скончался от полученных травм в больнице. Позже ему стали известны обстоятельства ДТП с участием второго водителя ФИО1 на автомашине <данные изъяты> г н № регион. Какой-либо материальной помощи ему не оказали, не извинились. Свои исковые требования поддерживает в полном объеме и в качестве компенсации нанесенного морального (страдания) вреда просит взыскать с подсудимого ФИО1 <данные изъяты> рублей.

Свидетель З. показал, что в конце <дата> года к нему домой приехал погостить на несколько дней племянник Г.. <дата> примерно в 09 часов, Г. сказал, что ему нужно поехать в <адрес> по делам и уехал на его автомашине <данные изъяты> г/н № регион. Примерно в 18 часов 40 минут того же дня ему сообщили, что Г. попал в ДТП между <адрес> и <адрес>, когда возвращался домой. Он сразу же поехал к месту ДТП, где увидел бригаду скорой помощи, на которой увезли Г. в больницу <адрес>. На месте ДТП находилась автомашина <данные изъяты> г/н № регион, принадлежащая ФИО1, а также автомашина <данные изъяты> г/н № регион. Позже он узнал, что сотрудникам ГИБДД о случившемся сообщил какой-то осетин, который первым оказался на месте ДТП, а первую медицинскую помощь оказал парень с их села – И.. В ночь с <дата>, Г. скончался в больнице. До ДТП его автомашина находилась в исправном состоянии.

Свидетель Б. показал, что <дата>, в 18 часов 20 минут в ходе дежурства в составе экипажа ДПС №, вместе с инспекторами ДПС А. и Л. от оперативного дежурного поступило сообщение, что на 45 км автодороги «<данные изъяты>», произошло ДТП. Доехав до места ДТП, увидели автомашину <данные изъяты> г/н № регион, которая находилась на левой обочине, относительно движения со стороны <адрес> в сторону <адрес>. Водителем автомашины оказался ФИО1 Недалеко от данной автомашины, на левой обочине находилась автомашина <данные изъяты> г/н № регион, которая лежала на земле левым боком. К их приезду на карете скорой помощи увезли водителя автомашины <данные изъяты> г/н № регион Г. в <адрес> больницу. Так как ФИО1 не получил телесных повреждений, то отказался от госпитализации. К тому времени собралось много людей, однако, очевидцев данного происшествия найти не удалось. Предполагаемое место столкновения им помог определить ФИО1, после чего они составили схему дорожно-транспортного происшествия. На месте происшествия были обнаружены осколки фар. ФИО1 также пояснил, что он поворачивал налево, чтобы заехать на свое поле. Говорил, что включил поворотный указатель перед тем, как повернуть налево, но внезапно появилась автомашина <данные изъяты> и ударила его машину в бок. Погода в тот день была сухая, грязи тоже на дороге не было. Освидетельствование ФИО1, которое было проведено на месте, выявило трезвое состояние водителя. Через несколько дней стало известно, что Г. умер от полученных в результате ДТП травм.

Свидетели А. и Л. в судебном заседании дали показания, аналогичные показаниям свидетеля Б.

Из протокола осмотра места происшествия со схемой и фототаблицей от <дата>, следует, что осмотрен участок проезжей части, расположенный на 45 км 700 м автодороги «<данные изъяты>», на территории <адрес>, где по вине водителя ФИО1 произошло столкновение автомашины <данные изъяты> г/н № регион с автомашиной <данные изъяты> г/н № регион, под управлением Г. Столкновение произошло на полосе встречного движения обоих автомашин на расстоянии 0,8 м до левой обочины по ходу их движения. (л.д. 6-19)

Из протокола осмотра предметов от <дата> с фототаблицей, следует, что на территории двора ОМВД РФ по <адрес>, расположенном по адресу: <адрес>, осмотрены автомашина <данные изъяты> г/н № регион и автомашина <данные изъяты> г/н № регион, с механическими повреждениями в результате столкновения. (л.д. 143-151)

Согласно заключению автотехнической экспертизы № от <дата>, в рассматриваемой дорожной ситуации по представленным на экспертизу материалам ДТП и исходным данным, водитель автомобиля <данные изъяты> г/н № регион Г. не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты> г/н № регион, путем принятия им мер к снижению скорости вплоть до полной остановки своего автомобиля до места столкновения. И в этом случае, с технической точки зрения, в действиях водителя Г. несоответствий требованиям ПДД РФ не усматриваются.

В данной дорожной ситуации по представленным материалам ДТП и исходным данным, действия водителя автомобиля <данные изъяты> г/н № регион ФИО1 не соответствовали требованиям п.п. 8.1, 8.2 и 11.3 ПДД РФ.

В рассматриваемой дорожной ситуации предотвращение столкновения с автомобилем <данные изъяты> г/н № регион, для водителя автомобиля <данные изъяты> г/н № регион ФИО1, зависело не от наличия у него технической возможности, а от выполнения им, с технической точки зрения, требований п.п.8.1, 8.2 и 11.3 ПДД РФ. (л.д.55-62)

Согласно заключению эксперта № от <дата>, у Г. на момент госпитализации имелась тяжелая сочетанная травма тела с переломами костей свода и основания черепа, ушибом головного мозга тяжелой степени, вдавленными переломами костей лицевого черепа, ушибленными ранами и ссадинами головы, ушибами и ссадинами верхних и нижних конечностей, осложнившаяся травматическим шоком тяжелой степени, которая получена от действия тупых твердых предметов, либо при соударении тела о таковые, в условиях дорожно-транспортного происшествия, в срок незадолго до госпитализации, повлекла за собой тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни.

Совокупность данных о факте дорожно-транспортного происшествия и медицинских документов с описанием травматических повреждений головы и других частей тела указывают, что смерть Г. наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы с переломами костей свода и основания черепа, множественными вдавленными переломами костей лицевого черепа и ушибом головного мозга тяжелой степени, при этом его смерть стоит в прямой причинной связи с тяжелой травмой головы, полученной в условиях дорожно- транспортного происшествия. (л.д.114-121)

Согласно заключению повторной комплексной автотехнической транспортно-трассологической экспертизы № (1148) от <дата>, вероятный механизм столкновения транспортных средств: автомобиль «<данные изъяты>» в момент перед столкновением двигался на своей полосе движения в направлении <адрес>, намереваясь совершить маневр «левого поворота», в свою очередь автомобиль «<данные изъяты>» располагался несколько позади, двигаясь по полосе встречного движения в попутном направлении, осуществляя маневр «обгона». Далее в процессе движения ТС автомобиль «<данные изъяты>», совершая маневр «левый поворот», выехал на встречную полосу движения, по которой двигался автомобиль «<данные изъяты>». Далее при обнаружении опасности водитель автомобиля «<данные изъяты>» предпринял маневр «увода влево». В последующем в процессе сближения автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» на полосе движения, предназначенной для движения в направлении <адрес>, произошло контактирование передней правой боковой части автомобиля «<данные изъяты>» с левой передней боковой частью автомобиля «<данные изъяты>». Причем угол столкновения в данный момент (угол между продольными осями автомобилей «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>») был близок к 15° ± 3° (см. иллюстрацию №). В результате этого столкновения происходило перераспределение кинетической энергии ТС и переход ее части в энергию, затраченную на деформирование деталей. В результате удара, на вертикальную ось автомобилей «ВАЗ<данные изъяты>» и «<данные изъяты>» воздействовал проворачивающий момент, при этом для автомобиля «<данные изъяты>» он был направлен по ходу часовой стрелки. Автомобиль «<данные изъяты>» продолжил движения до конечного расположения, зафиксированного на схеме. В свою очередь автомобиль «<данные изъяты>» в процессе воздействия на него правоэксцентричного удара, произошло смещение вектора направления центра тяжести от его продольной оси и под действием центробежных сил произошло опрокидывание автомобиля в поперечной плоскости с дальнейшим перемещением до конечного расположения, зафиксированного на схеме ДТП от <дата> Более точно экспертным путем определить вероятный механизм данного происшествия не представляется возможным.

В данной дорожной обстановке водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 8.1, 8.2, 11.3 ПДД РФ.

В данной дорожной обстановке водитель автомобиля «<данные изъяты>» Г. должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1 части 2 ПДД РФ.

В рассматриваемой дорожной ситуации по представленным на экспертизу материалам уголовного дела и исходным данным, водитель автомобиля «<данные изъяты>» Г. не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>».

В рассматриваемой дорожной ситуации на основании представленных материалов уголовного дела, в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» Г. несоответствий требованиям пункта 10.1 части 2 ПДД РФ, которые с технической точки зрения могли находиться в причинной связи с фактом происшествия, не установлено.

При выполнении требований пунктов 8.1, 8.2, 11.3 Правил, водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 располагал возможностью предотвратить столкновение.

В данной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 начал выполнять маневр, связанный с изменением направления движения, не убедившись в его безопасности, создал помеху водителю автомобиля «<данные изъяты>» Г., который двигался в попутном направлении прямо. Следовательно, на основании вышеизложенного действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 в данной ситуации, согласно представленным материалам уголовного дела, не соответствовали требованиям пунктов 8.1, 8.2, 11.3 ПДД РФ и с технической точки зрения могли находиться в причинной связи с фактом дорожно-транспортного происшествия.

Техническая возможность предотвратить ДТП у водителя автомобиля «<данные изъяты>» Г., в рассматриваемой дорожной ситуации могла быть при условии удаления автомобиля «<данные изъяты>» от места столкновения ТС, на расстояние больше остановочного пути в момент возникновения опасности, то есть при условии, что Sa > So = 67,7 м. (л.д.258-282)

Заключения экспертов суд признает допустимыми доказательствами, потому как выполнены с соблюдением требований уголовно - процессуального законодательства РФ, и их выводы соответствуют установленным обстоятельствам по делу.

Таким образом, совокупностью исследованных в судебном заседании допустимых и достаточных доказательств, вина подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления установлена полностью.

Действия ФИО1 квалифицируются по ст.264 ч.3 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

При назначении подсудимому ФИО1 наказания, суд в качестве смягчающих обстоятельств учитывает, что он раннее к уголовной или административной ответственности не привлекался.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Оснований, предусмотренных ч.6 ст.15 УК РФ для изменения категории преступления, и применения ст.64 УК РФ о назначении наказания ниже низшего предела, судом не усматривается.

С учетом изложенных обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, относящегося к категории средней тяжести, его личности, который положительно характеризуется по месту работы и месту жительства, суд считает возможным назначить ему наказание, связанное с лишением свободы без применения правил ст.73 УК РФ об условном осуждении, с применением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством.

В ходе судебного заседания потерпевшим З. в качестве компенсации морального вреда заявлен гражданский иск о взыскании с подсудимого ФИО1 <данные изъяты> рублей.

Суд находит иск обоснованным, и с учетом требований разумности и соразмерности, подлежащим частичному удовлетворению в размере <данные изъяты> рублей.

Руководствуясь ст.ст.307, 308 и 309 УПК РФ, 1099-1101 ГК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.3 УК РФ и назначить ему наказание в виде двух лет шести месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством сроком на три года.

Разъяснить ФИО1, что он, как осужденный настоящим приговором, должен следовать в колонию-поселение за счет государства самостоятельно. <адрес>а, обеспечение продуктами питания или деньгами на время проезда производится территориальным органом уголовно-исполнительной системы в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Срок наказания исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. При этом время следования осужденного к месту отбытия наказания засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Меру пресечения ФИО1 – подписку о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения.

Гражданский иск З. удовлетворить частично, взыскав с ФИО1 в пользу З. <данные изъяты> рублей.

В целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, наложить арест на движимое и недвижимое имущество подсудимого ФИО1, по вступлении приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по делу: автомашину марки <данные изъяты>, г/н № регион, принадлежащую ФИО1, и автомашину марки <данные изъяты> г/н № регион, принадлежащую З., находящиеся во дворе ОМВД РФ по <адрес>, по вступлении приговора в законную силу, возвратить им же по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда КБР через Терский районный суд КБР в течение 10 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий – Л.Х. Багов

Апелляционным постановлением от 17 сентября 2018 года судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда КБР приговор Терского районного суда КБР от 20 июля 2018 года в отношении ФИО1 оставлен без изменения, апелляционная жалоба адвоката М. – без удовлетворения.