Апелляционное постановление № 10-10/2019 от 2 июня 2019 г. по делу № 10-10/2019

Дело № 10-10/19


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

«3» июня 2019 г. г. Хабаровск

Центральный районный суд г. Хабаровска в составе

председательствующего судьи Подолякина А.В.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

с участием:

государственного обвинителя – помощника прокурора Центрального района г. Хабаровска ФИО4,

оправданной ФИО1,

защитника – адвоката ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело в отношении

ФИО1 Яны ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки г.Хабаровска, гражданина РФ, зарегистрированной по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, работающей директором ООО «Юридический советник», имеющей высшее образование, незамужней, не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ,

по апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО4, апелляционной жалобе потерпевшего Потерпевший №1, апелляционной жалобе защитника ФИО5 на приговор мирового судьи судебного района «<адрес>» на судебном участке № ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ,

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи судебного района «<адрес>» на судебном участке № ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.319 УК РФ – за отсутствием в её действиях состава преступления.

Стороной обвинения ФИО1 обвинялась в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, а именно, в том, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 8 часов 35 минут до 9 часов 15 минут в <адрес> в <адрес>, во время проведения обыска по месту её жительства, ФИО1, действуя умышленно, в присутствии посторонних лиц ФИО20 и ФИО7 выражалась в адрес Потерпевший №1, являвшегося оперуполномоченным отделения по борьбе с преступлениями в сфере жилищно-комунального хозяйства, оборонно-промышленного комплекса, промышленности и строительства отдела экономической безопасности и противодействия коррупции УМВД России по <адрес>, и непосредственно производившего обыск в указанном жилище, грубыми словами и высказываниями, унижающими и оскорбляющими его честь и достоинство, то есть, совершила унижение его чести и достоинства, выраженное в унизительной оценке, тем самым, публично оскорбила представителя власти, находящегося при исполнении своих должностных обязанностей, и в связи с их исполнением.

Мировой судья пришла к выводу, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 8 часов 35 минут до 9 часов 15 минут по адресу: <адрес>, в ходе обыска, производимого следователем ФИО11 с участием оперуполномоченного Потерпевший №1, главного эксперта отдела технических экспертиз ЭКЦ УМВД России по <адрес> ФИО12 и с участием понятых ФИО8, ФИО7, в присутствии указанных лиц ФИО1 выразилась в адрес Потерпевший №1 словами «дебил», «козел», «свинья», которые реализуют в себе унизительную оценку лица, в адрес которого они были высказаны, однако не содержат в себе неприличную форму такого выражения, в связи с чем, не установлен оскорбительный характер высказываний ФИО1 в адрес Потерпевший №1.

Государственным обвинителем подано апелляционное представление на приговор, в котором она просит отменить приговор вследствие неправильного применения уголовного закона, нарушения требований уголовно-процессуального закона, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела и направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда, поскольку суд необоснованно пришёл к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ. Так, оправдывая ФИО1 суд указал, что высказанные ею в адрес потерпевшего Потерпевший №1 слова «дебил, козёл, свинья» реализуют в себе унизительную оценку лица, в адрес которого они были высказаны, однако, не содержат в себе неприличную форму, оскорбительный характер высказываний подсудимой в адрес потерпевшего не установлен. В основу такого вывода суд положил заключение эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, но в нарушение ст. 87 УПК РФ не сопоставил данное доказательство с другими доказательствами. В нарушение положений п. 3.4 ч. 1 ст. 305, п. 2 ст. 307 УПК РФ, в приговоре не дана надлежащая оценка всем исследованным в судебном заседании доказательствам. Эксперт ФИО9 в судебном заседании пояснила, что слова «дебил, козёл, урод» относятся к бранной лексике, которая является оскорбительной. Специалист ФИО10 в судебном заседании пояснила, что адресованные сотрудникам полиции высказывания имеют неприличную форму, включены в группу оскорбительной лексики, а одно из значений слова «козёл» имеет крайне оскорбительную оценку; указанные слова унижают честь и достоинство лица и являются оскорбительными. Судом не дана оценка исследованным письменным доказательствам. В нарушение ст. 74 и ч.ч. 1. 2 ст. 144 УПК РФ в качестве доказательств привёл объяснения Потерпевший №1, ФИО11, ФИО12 и ФИО8. В нарушение ч. 2 ст. 207 УПК РФ суд отказал в удовлетворении ходатайства потерпевшего Потерпевший №1 о проведении повторной судебно-лингвистической экспертизы по делу.

Потерпевшим Потерпевший №1 подана апелляционная жалоба на приговор, в которой он просит отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение, поскольку при рассмотрении уголовного дела суд дал неправильную оценку доказательствам. Свидетели ФИО8, ФИО7, ФИО11, ФИО12 подтвердили его показания, что в ходе обыска ФИО1 целенаправленно называла его словами «дебил, козёл, свинья, урод» в связи с проведением им обыска, тем самым оскорбила его в присутствии гражданских лиц, опорочила его честь и достоинство, как сотрудника полиции. Специалист ФИО10 в судебном заседании пояснила, что высказывания «дебил, козёл, свинья, урод» имеют неприличную форму, входят в группу оскорбительной лексики, однако суд необоснованно отдал предпочтение заключению эксперта ФИО9 и сделал вывод, что выражения ФИО1 не содержат неприличной формы. А оскорбительный характер высказываний подсудимой в его адрес не установлен. В нарушение принципа состязательности сторон суд отказал ему в ходатайстве о проведении по делу повторной экспертизы. Эксперт ФИО9 в судебном заседании пояснила, что выражения ФИО1 с юридической точки зрения оскорбительными не являются. Однако. эксперт не вправе давать юридическую оценку действиям ФИО1, поскольку этот вопрос выходит за рамки компетенции эксперта.

Защитником ФИО5 подана апелляционная жалоба на приговор, в которой он просит изменить приговор в части основания оправдания, поскольку в судебном заседании не установлен факт высказывания ФИО1 в адрес Потерпевший №1 каких либо высказываний, в том числе слов «дебил», «козел», «свинья». В действиях ФИО1 отсутствует событие преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ. Так, показания Потерпевший №1 не могут служить доказательствами высказывания в его адрес каких-либо высказываний со стороны ФИО1, поскольку его показания от ДД.ММ.ГГГГ идентичны его объяснению от ДД.ММ.ГГГГ и опровергаются показаниями свидетеля защиты ФИО13 и аудиозаписью разговора Потерпевший №1 с ФИО1, состоявшегося ДД.ММ.ГГГГ, представленной стороной защиты. Показания свидетеля обвинения ФИО11 противоречивы, непоследовательны и опровергаются протоколом обыска от 04.07.2017г.. Показания свидетеля обвинения ФИО12 противоречивы, непоследовательны, неоднократно менялись им в ходе предварительного следствия и не согласуются между собой. Свидетель обвинения ФИО8 заинтересован в даче ложных показаний об исследуемых обстоятельствах, его показания не последовательны, опровергаются видеозаписью, исследованной в судебном заседании и противоречат показаниям других свидетелей, показания свидетеля за ДД.ММ.ГГГГ дублирует его объяснение от ДД.ММ.ГГГГ. Показания свидетеля обвинения ФИО7 не последовательны, хаотичны, были исследованы в судебном заседании в нарушение требований ч. 2 ст. 281 УПК РФ. При этом показания свидетеля за ДД.ММ.ГГГГ полностью опровергаются его объяснением от ДД.ММ.ГГГГ, а в ходе очной ставки с ФИО1 свидетель подтвердил её показания. Показания потерпевшего Потерпевший №1 на очной ставке с ФИО1, показания свидетеля обвинения ФИО11 на очной ставке со свидетелем защиты ФИО14, показания свидетеля обвинения ФИО12 на очной ставке со свидетелем защиты ФИО15, показания свидетеля ФИО8 на очной ставке ДД.ММ.ГГГГ, показания свидетеля ФИО21 р.Ю. на очной ставке с ФИО1 получены с нарушением требований ч. 2 ст. 192 УПК РФ, в связи с чем, являются недопустимыми. Показания свидетелей защиты ФИО18, ФИО15, ФИО16 подтверждают показания оправданной ФИО1, что никаких слов в адрес Потерпевший №1 и иных сотрудников она не произносила, никаких оскорблений, обидных высказываний в адрес сотрудников полиции не допускала.

Государственным обвинителем поданы возражения на апелляционную жалобу защитника, в которых она указала, что показания потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей обвинения ФИО11, ФИО12, ФИО8, ФИО17 являются допустимыми и достоверными, поскольку они не противоречивы, являются логичными, последовательными, подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании. Оснований для оговора подсудимой этими лицами не установлено. Доводы защитника, что показаний свидетелей защиты ФИО18, ФИО15, ФИО19 подтверждают показания оправданной ФИО1, что никаких слов в адрес Потерпевший №1 она не произносила, являются необоснованными, поскольку во время обыска ФИО18, ФИО15, ФИО19 в квартире не находились и не имели возможности наблюдать за ходом обыска. Нарушений требований УПК при проведении следственных действий, в том числе, при проведении очных ставок, следственным органом не допущено.

Защитником поданы возражения на апелляционное представление государственного обвинителя, в которых он указал, что основания для отмены приговора отсутствуют. Действия, которые вменяются в вину ФИО1 были совершены в её же квартире в присутствии двух понятых – ФИО20 и ФИО21, то есть, не являются публичными. Оскорблением, в силу ст. 5.61 КоАП РФ, является унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме. Однако, обвинение, предъявленное ФИО1, содержащееся также в тексте обвинительного заключения, не содержит сведений, что её выражения в адрес Потерпевший №1 были высказаны в неприличной форме. Заключение № от ДД.ММ.ГГГГ дано экспертом государственной экспертной организации, сомневаться в квалификации которой оснований не имеется. Выводы эксперта в заключении научно аргументированы, при проведении экспертизы применена методика, утверждённая ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России. В судебном заседании установлено, что в тех выражениях, которые вменяются в вину ФИО1, отсутствует неприличная форма. Сведения апелляционного представления о показаниях эксперта ФИО22 не основаны на материалах дела, поскольку противоречат протоколу судебного заседания. Специалист ФИО10 не имеет квалификации эксперта в области проведения лингвистических экспертиз.

Защитником также поданы возражения на апелляционную жалобу потерпевшего, в которых он указал, что заключение № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждает отсутствие в словах, адресованных сотрудникам полиции, лингвистических признаков неприличной формы выражения. Экспертиза проведена экспертом государственной экспертной организации, сомневаться в квалификации которой оснований не имеется. Выводы эксперта в заключении научно аргументированы, при проведении экспертизы применена методика, утверждённая ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России. Судом правильно установлено, что в тех выражениях, которые вменяются в вину ФИО1, отсутствует неприличная форма, то есть, отсутствует оскорбление.

В судебном заседании государственный обвинитель и потерпевший доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшего поддержали, просили их удовлетворить. Против доводов апелляционной жалобы защитника и возражений защитника на апелляционное представление и на апелляционную жалобу потерпевшего возражали.

Оправданная ФИО1 и её защитник адвокат ФИО5 доводы апелляционной жалобы защитника и возражений защитника на апелляционное представление и апелляционную жалобу потерпевшего поддержали, настаивали на удовлетворении апелляционной жалобы защитника, просили изменить приговор, поскольку отсутствует событие преступления, вменяемого в вину ФИО1.

Проверив, в соответствие со ст.ст. 389.9, 389.19 УПК РФ законность, обоснованность и справедливость приговора суда первой инстанции, а также производство по уголовному делу в полном объеме, суд апелляционной инстанции находит обжалуемый приговор подлежащим отмене с возвращением дела прокурору по следующим основаниям.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, в том числе, в случае, когда обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

В соответствие с ч. 1 ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает наряду с иными сведениями, в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Диспозицией ст. 319 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей или в связи с их исполнением.

Согласно ст. 5.61 КоАП РФ, оскорблением является унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме.

Однако, существо обвинения, предъявленного ФИО1, указанное следователем в обвинительном заключении, не содержит сведений, что слова и высказывания, которыми ФИО1 выражалась в адрес оперуполномоченного ОЭБиПК УМВД России по <адрес> Потерпевший №1, имели неприличную форму.

Таким образом, формулировка предъявленного ФИО1 обвинения, изложенная следователем в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении, не конкретизирована, тем самым, нарушено предусмотренное п.1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ право обвиняемого, знать, в чем он обвиняется.

Поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований ч. 1 ст. 220 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, то есть, судом апелляционной инстанции выявлено обстоятельство, указанное в ч. 1 ст. 237 УПК РФ, на основании п. 5 ст. 389.15 и п. 7 ч. 1 ст. 289.20 УПК РФ, уголовное дело подлежит возвращению прокурору.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.15, ст.389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор мирового судьи судебного района «Центральный район г. Хабаровска» на судебном участке № 24 ФИО23 от 13.03.2019 г., которым ФИО1 оправдана по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ – отменить.

Уголовное дело по обвинению ФИО1 Яны ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ – возвратить прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционное представление государственного обвинителя, апелляционную жалобу потерпевшего и апелляционную жалобу защитника – считать удовлетворёнными частично.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Председательствующий А.В. Подолякин