Приговор № 1-172/2019 от 4 августа 2019 г. по делу № 1-172/2019

№


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Иркутск 05 августа 2019 года

Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего Крюкова А.А., при секретарях Дмитриевой И.А., Анкудиновой Ж.В. с участием государственного обвинителя Зубовского С.А., подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Ульяновой И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № в отношении

ФИО1, <...>, не судимого,

находящегося на подписке о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное причинение смерти другому человеку при следующих обстоятельствах:

В период времени с 18 часов 00 минут до 19 часов 26 минут 07 декабря 2018 года между ФИО1 и В., находящимися в <адрес> города Иркутска, возникла ссора, в ходе которой В. вооружился имевшимся на месте происшествия ножом хозяйственно-бытового назначения и, производя замахи этим ножом, причинил резаную рану ФИО1, от чего последний испытал физическую боль. После этого ФИО1 отобрал нож у В. и на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, в том числе в связи с причиненным ему телесным повреждением, решил причинить смерть В.

Реализуя свой преступный умысел ФИО1, находясь в указанные выше период времени и месте, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде смерти В., и желая их наступления, вооружившись ножом хозяйственно-бытового назначения, и, применяя его в качестве предмета, используемого в качестве оружия, нанес этим ножом один удар в грудь В., причинив последнему повреждение в виде колото-резаного ранения левой передней поверхности груди с повреждением хрящевой части 2, 3 левых ребер по окологрудинной линии, проникающее в средостение, левую плевральную полость с повреждением дуги аорты, сопровождавшегося острой, массивной кровопотерей, расценивающееся как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В результате умышленных преступных действий ФИО1 смерть В. наступила на месте происшествия.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину не признал и показал, что вечером 07 декабря 2018 года со своим отцом В. и Б. в <адрес> города Иркутска распивал спиртные напитки, В. начал ругаться, взял нож, начал им размахивать и пошел в его сторону. Б. попыталась вмешаться, однако В. ее оттолкнул, от чего последняя упала. Он попытался забрать нож, В. порезал ему руку, он испытал физическую боль. Тогда он отобрал нож, отец остановился. Поскольку В. по-прежнему не отходил и был агрессивно настроен, он решил, что тот продолжает нападение и двумя руками ударил этим ножом отца в грудь. Все получилось случайно, отца убивать не хотел, между ними были прекрасные отношения. В содеянном раскаивается, сожалеет о случившемся, считает, что находился в состоянии необходимой обороны, но превысил ее пределы, поскольку, когда наносил удар ножом, отец был безоружен.

Из оглашенных показаний ФИО1, данных на предварительном следствии 08 и 16 декабря 2018 года, 29 января 2019 года следует, что В. в состоянии алкогольного опьянения вел себя агрессивно, мог кричать на него и выражаться в его адрес нецензурной бранью, однако телесных повреждений ему не причинял. В. служил в Чечне, пьяным мог браться за нож, говорил, что умеет им пользоваться, однако никогда нож не применял.

07 декабря 2018 года в ходе распития спиртных напитков отец стал на него кричать грубой нецензурной бранью, встал из-за стола и начал его толкать в область груди, у них произошла потасовка, они стали толкаться, Б. попыталась их разнять, отец ее оттолкнул, она отлетела в сторону входа в кухню и ударилась лбом о стену. В это время отец резко взял нож в правую руку, стал им размахивать из стороны в сторону, пошел на него, говорил: «Давай, давай!», после чего порезал ему руку. Он отобрал нож, при этом они стояли около двух секунд, отец не пытался нанести ему телесные повреждения, руки были опущены вниз вдоль тела, отец находился от него на расстоянии вытянутой руки, при этом не махал руками, а просто стоял ровно. Далее он с силой вытянул свои руки вперед, то есть выпрямил их в локтевом суставе, при этом лезвие ножа вошло в область грудной клетки В. все получилось случайно, убивать отца не хотел.

(№).

В ходе проверки показаний на месте 08 декабря 2018 года ФИО1 показания, данные на предварительном следствии, подтвердил, показал свое место расположения, а также место расположения В. на кухне в <адрес> в г. Иркутске и с использованием манекена наглядно продемонстрировал, как выхватил у погибшего нож нанес тому ножевое ранение.

(№)

Из протокола следственного эксперимента от 23 января 2019 года следует, что ФИО1 уверенно показал, как нанес колото-резанное ранение в область груди В. находясь по адресу: г. Иркутск, <адрес>, пояснив, что выдернул нож из рук отца и нанес один удар в грудную клетку при этом он держал нож двумя руками.

(№)

Согласно Акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от 07 декабря 2018 года, у ФИО1 установлено состояние опьянения 0, 840 мг/л.

(№)

Из показаний свидетеля Б. в судебном заседании следует, что она часто общалась с В., у которого со своим сыном ФИО1 были хорошие отношения, их общение больше походило на общение братьев. В. часто показывал своему сыну приемы борьбы, чтобы тот в случае чего смог защититься, агрессии, членовредительства не было. Кроме того, В. в состоянии опьянения любил крутить в руке нож, при этом никому не угрожал, ни на кого не нападал, просто показывал свою ловкость. Иногда они могли повздорить и подраться, но потом всегда мирились. 07 декабря 2018 года, вечером, она с В. и ФИО1 распивала спиртные напитки по адресу г. Иркутск <адрес>, у В. и ФИО1 возник словесный конфликт, В. взял нож, стал его крутить и начал двигаться в сторону ФИО1, при этом ударов не наносил, угроз не высказывал. ФИО1 пытался перехватить руку с ножом, при этом отодвигался назад. Она подумала, что они опять играют, отрабатывают приемы. В итоге у ФИО1 закончился путь отхода, он попытался выхватить нож, в итоге порезал руку. Она поняла, что это уже не шутки, попыталась разнять мужчин, В. оттолкнул ее, она отлетела в коридор, ударилась головой. После этого услышала стук падающего тела, подошла, увидела, что В. лежит на полу, в крови, а ФИО1 закрывал рану на груди отца руками, пытался оказать первую помощь, кричал вызвать скорую помощь. Она пошла к соседу и попросила того вызвать скорую помощь. Как ФИО1 нанес удар ножом, она не видела.

Из оглашенных показаний свидетеля Б., данных ею на предварительном следствии в ходе допроса 07 декабря 2018 года и очной ставки с ФИО1 08 декабря 2018 года следует, что 07 декабря 2018 года около 19:00 часов, в ходе драки ФИО1 взял В. за руку и выдернул нож и держал его обеими руками. У В. руки были опущены вниз вдоль тела, он телесных повреждений не наносил, угроз не высказывал, возникла пауза, примерно две секунды, после чего ФИО1 вытянул руки с ножом вперед и нанес В. один удар в область грудной клетки, лезвие ножа было повернуто вперед, то есть в сторону В. и острием лезвия нож был обращен вниз. В. упал на пол, из раны потекла кровь.

(№)

В ходе проверки показаний на месте 29 января 2019 года свидетель Б. показания об обстоятельствах причинения ножевого ранения, данные ею в ходе допросов на предварительном следствии, подтвердила, уверенно показала место расположения потерпевшего В., свое место нахождения, а также месторасположение ФИО2 на кухне в <адрес> в г. Иркутске, на статистах наглядно продемонстрировала, как ФИО1 ножом нанес ранение в область груди В.

(№)

Свидетель Б. в судебном заседании показания о том, что видела, как ФИО1 нанес удар ножом, не подтвердила, пояснила, что во всех протоколах подписи ее, протокол от 07 декабря 2018 года подписала не читая, так как ее допрашивали поздно вечером, и она была уставшей, протокол очной ставки также не читала, поскольку не успела отдохнуть, в ходе проверки показаний на месте говорила следователю, что не видела обстоятельств нанесения удара ножом В., однако следователь все равно записала, будто она все видела.

Из показаний свидетеля З., данных в судебном заседании, следует, что он принимал участие в расследовании этого дела, в протоколе допроса Б. от 07 декабря 2018 года указаны достоверные сведения, свидетель Б. добровольно давала эти показания, фактические обстоятельства ему известны не были, личной заинтересованности не имеет.

Из показаний свидетеля С. данных в судебном заседании, следует, что она расследовала данное дело, личной заинтересованности не имеет, в протоколе проверки показаний на месте от 29 января 2019 года указаны достоверные сведения, свидетель Б. добровольно, самостоятельно указывала, куда проследовать, где находились присутствующие в ходе совершения преступления и кто как действовал.

Из показаний свидетеля Ц., данных в судебном заседании, следует, что 29 января 2019 года он в качестве статиста участвовал в проверке показаний на месте свидетеля Б., по обстоятельствам проверки дал показания, аналогичные показаниям свидетеля С.

Из показаний свидетеля М., данных в судебном заседании, следует, что 29 января 2019 года он в качестве понятого участвовал в проверке показаний на месте свидетеля Б., по обстоятельствам проверки дал показания, аналогичные показаниям свидетеля С.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Я. показал, что работает врачом скорой помощи, 07 декабря 2018 года в районе 19 часов с бригадой прибыл по адресу: г. Иркутск, <адрес>, в квартире увидел тело В., который был уже мертв, ФИО1 пояснил, что во время ссоры с отцом отобрал у того нож и нанес им один удар в грудь, нож вошел легко по рукоятку. ФИО1 очень сильно и искренне переживал по поводу случившегося.

Из оглашенных показаний свидетеля Л., данных на предварительном следствии 24 января 2019 года следует, что он проживает по адресу: г. Иркутск, <адрес>, 07 декабря 2018 года в 19 часов 20 минут, пришла женщина и попросила вызвать скорую помощь в <адрес>, где мужчине нанесли ножевое ранение в грудь. Из указанной квартиры мужчина громко кричал, сто он убил отца и чтобы быстрее вызвали скорую помощь.

(№)

Из показаний свидетеля У., данных в судебном заседании, следует, что он работает полицейским ОБППСП МУ МВД РФ «Иркутское», в конце декабря 2018 года около, вечером, из дежурной части поступило сообщение, что в доме по <адрес> г. Иркутска у мужчины ножевое ранение грудной клетки. С О. поднялись в квартиру, кто-то громко кричал, что убил отца. Внутри квартиры он увидел труп, ФИО1 кричал, что ударил ножом отца в грудь, не ожидал, что будет такой результат, при этом плакал, каялся, руки были в крови. ФИО1 пояснил, что держал рану руками и пытался остановить кровотечение. Также в квартире находилась Б.

Из показаний потерпевшей А., данных ею в судебном заседании, а также на предварительном следствии 23 января 2019 года(№) следует, что погибший В. – ее сын, ФИО1 – ее внук. В. служил в «горячих точках», получил там контузию, после чего злоупотреблял спиртным, в состоянии опьянения часто крутил в руках ножи, но на людей не нападал, вреда никому не причинял. От ФИО1 она узнала, что тот нанес удар ножом В. в ходе ссоры, при этом убивать не хотел, все получилось спонтанно, потерпевший сам наткнулся на нож. Ее внук очень сильно плакал, после содеянного постоянно себя корил, кроме того на руке ФИО1 она видела порезы, тот ей пояснил, что это отец его порезал в ходе драки. ФИО1 ее очень любит, помогает по хозяйству, является единственной ее опорой.Претензий к ФИО1 не имеет, просит строго не наказывать, считает, что преступление совершено случайно, погибший сам спровоцировал подсудимого.

Из показаний свидетеля Г. в судебном заседании и на предварительном следствии от 23 января 2019 года следует(№), следует, что погибший В. – ее бывший муж, ФИО1 – ее сын. В. служил в «горячих точках», получил там контузию, после чего злоупотреблял спиртным, в состоянии опьянения вел себя не адекватно, хватался за ножи, перекидывал нож из рук в руки, крутил им из стороны в сторону, однако на людях не применял. ФИО1 поддерживал отношения с В., любил его, подарил ему автомобиль. 07 декабря 2018 года около 19 часов 00 минут, ей позвонил ее сын ФИО1, просил вызвать скорую помощь, потому что В. получил ножевое ранение и умирает. Со слов сына знает, что ФИО1 и В. распивали спиртное, между ними произошла потасовка, В. взял нож и стал им размахивать из стороны в сторону, надвигался на ФИО1, порезал последнему руку, тот отобрал нож и нанес этим ножом В. один удар в грудную клетку. При этом ФИО1 пояснил, что убивать отца не хотел, все получилось случайно. ФИО1 характеризует положительно, как неагрессивного человека.

Согласно протоколу выемки от 23 января 2019 года, у свидетеля Г. изъята детализация по номеру телефона № которая протоколом осмотра предметов от 23 января 2019 года, осмотрена, после чего приобщена к материалам дела в качестве вещественных доказательств. Согласно детализации и протоколу осмотра, ФИО1 звонил своей матери в 19:14 час., а та в 19:15 час. позвонила по № «103». Г. пояснила, что она по просьбе ФИО1 вызывала «скорую помощь».

(№)

Оценивая показания допрошенных лиц, суд приходит к следующему.

Приведенные показания свидетелей, в части установленных судом обстоятельств произошедшего, и показания следователей, свидетелей Ц., М., об обстоятельствах производства следственных действий, суд признает допустимыми и достоверными, поскольку они добыты законным путем, логичны, согласуются между собой, подтверждаются другими доказательствами, существенных противоречий не содержат, оснований сомневаться в их правдивости не имеется.

Показания подсудимого ФИО1 в судебном заседании в части того, что у него произошла ссора с отцом, в ходе которой он отобрал у того нож, от удара этим ножом наступила смерть В. суд также признает достоверными, поскольку эти показания логичны, последовательны, стабильны, соответствуют показаниям свидетеля Б., его собственным показаниям на предварительном следствии, существенных противоречий не содержат. Показания свидетеля Б. в судебном заседании в части того, что у ФИО1 произошла ссора с отцом, в ходе которой он отобрал у В. нож, от удара этим ножом наступила смерть В. суд также признает достоверными, поскольку эти показания логичны, последовательны, стабильны, соответствуют показаниям подсудимого, ее собственным показаниям на предварительном следствии, существенных противоречий не содержат.

Протоколы, в которых содержатся показания подсудимого ФИО1 и свидетеля Б., данные на предварительном следствии (№), составлены правильно, надлежащим должностным лицом, заявлений и замечаний не содержат, правильность сведений, изложенных в протоколах, заверена подписями участников процесса, что уже исключает недостоверность содержащейся там информации. Свидетелю Б. разъяснялись ее права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, 56 УПК РФ, она предупреждалась, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательств и в случае последующего отказа от них. Подсудимый ФИО1 всегда допрашивался в присутствии защитника, который участвовал в деле на основании заявления самого ФИО1 (№) и ордера (№), ему разъяснялись права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, 47, 46 УПК РФ. Он допрашивался в разные дни, всегда подтверждал первоначальные показания о том, что нанес удар ножом в грудь отца.

Доводы Б. о том, что информация в протоколе ее допроса от 07 декабря 2018 года и очной ставки от 08 декабря 2018 года, а также в ходе проверки показаний на месте не соответствует действительности в части того, что она видела, при каких обстоятельствах был нанесен удар ножом потерпевшему, нельзя признать состоятельными.

Она была очевидцем произошедшего, допрошена 07 декабря 2018 года с 23:00 до 23:55 час. следователем З., второй очевидец – подозреваемый ФИО1, допрошен следователем С. 08 декабря 2018 года с 00:12 до 01:45 час. Соответственно, на момент допроса следователю З. не были известны фактические обстоятельства произошедшего, поэтому суд приходит к выводу, что информация, содержащаяся в протоколе допроса, зафиксирована только со слов свидетеля Б. Эту информацию она впоследствии подтвердила в ходе очной ставки и проверки показаний на месте, которые проводились следователем С. 08 декабря 2018 года (с 15:30 до 16:25 час.) и 29 января 2019 года.На очной ставке сам ФИО1 давал аналогичные показания. Проверка показаний на месте проводилась только со слов Б., что подтвердили следователь, свидетели Ц., М., оснований не доверять показаниям которых у суда не имеется.

Поэтому суд признает показания подсудимого ФИО1 и свидетеля Б., которые они давали на предварительном следствии, допустимыми доказательствами и доверяет изложенным в них сведениям.

Показания ФИО1 о том, что В. сам наткнулся на нож, что он, когда отобрал у отца нож, реально опасался потерпевшего, показания свидетеля Б. о том, что она не видела обстоятельств, при которых В. получил ножевое ранение, не достоверны, поскольку не последовательны, не логичны, противоречат их собственным показаниям, которые они давали на предварительном следствии.

Устное заявление, сделанное ФИО1 сотрудникам полиции, прибывшим на место происшествия о своей причастности и обстоятельствах преступления, суд оценивает как явку с повинной, поскольку это заявление сделано добровольно, до возбуждения уголовного дела, и в нем содержатся правдивые сведения, ранее не известные сотрудникам правоохранительных органов.

Помимо показаний, вина подсудимого в совершенном преступления подтверждается другими исследованными в ходе судебных заседаний письменными доказательствами:

Рапортом об обнаружении признаков преступления от 07 декабря 2018 года, согласно которому в 07.12.2018 в следственный отдел по Ленинскому району г. Иркутск СУ СК России по Иркутской области из ОП № МУ МВд России «Иркутское» поступило сообщение об обнаружении трупа В. по адресу: г. Иркутск, <адрес>.

(№)

Сообщением о происшествии, согласно которому в 19 часов 26 минут 07 декабря 2018 года в дежурную часть ОП № МУ МВД России «Иркутское» поступило сообщение о том, что у В. ножевое ранение грудной клетки.

(№)

Сообщением о происшествии, согласно которому в 19 часов 35 минут 07 декабря 2018 года от Г. поступило сообщение о том, что у В. ножевое ранение в грудную клетку.

(№)

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 07 декабря 2018 года, осмотрена <адрес>, г. Иркутска. В ходе осмотра зафиксирована обстановка, установлено место происшествия, изъяты нож с черной рукояткой со следами вещества бурого цвета, нож маленький с рукояткой черного цвета, футболка В. с повреждением ткани, со следами бурого цвета, сотовый телефон марки «Айфон», следы вещества бурого цвета, фрагменты покрытия с веществом бурого цвета, 2 отрезка ленты скотч со следами пальцев рук, дактокарта В. Протоколом осмотра от 17 декабря 2018 года изъятые при осмотре места происшествия предметы осмотрены, после чего признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств.

(№)

Согласно протоколу опознания предметов от 28 января 2019 года, ФИО1 опознал нож, которым он нанес удар по телу В.

(№)

Согласно протоколу опознания предметов от 29 января 2019 года, свидетель Б. опознала нож, которым ФИО1 нанес удар В.

(№)

Согласно заключению эксперта № от 20 января 2019 года, нож, который опознали подсудимый и свидетель, изготовлен промышленным способом, относится к группе ножей хозяйственных и бытового назначения, холодным оружием не является.

(№)

Согласно заключению эксперта № от 29 января 2019 года, на футболке В. с лицевой стороны имеется сквозное колото-резаное повреждение, которое могло быть оставлено клинком ножа, представленным на экспертизу.

(№)

Согласно протоколу выемки от 17 декабря 2018 года, в служебном кабинете ИОБСМЭ у медрегистратора Е. изъяты образец крови и кожный лоскут с повреждением с раны трупа В.

(№)

Согласно копии карты вызова скорой медицинской помощи от 07 декабря 2018 года, в 19 часов 16 минуты поступил вызов, что по адресу: г. Иркутск, <адрес> В. ножевое ранение грудной клетки. Констатирована смерть до приезда скорой помощи. В ходе осмотра трупа В. обнаружено колото-резаное повреждение грудной клетки в третьем межреберье. Указано, со слов ФИО1, что во время ссоры с отцом схватил кухонный нож и нанес удар в область сердца, нож вошел легко по рукоятку.

(№)

Согласно заключению эксперта № от 19 декабря 2018 года, смерть В. последовала от колото-резанного ранения левой передней поверхности груди с повреждением хрящевой части 2,3 левых ребер по окологрудинной линии, проникающие в средостение, левую плевральную полость с повреждением дуги аорты на 1/4 диаметра, сопровождавшегося острой, массивной кровопотерей. Наступление смерти находится в причинной связи с указанным повреждением, которое возникло незадолго до наступления смерти от воздействия плоским, колюще-режущим травмирующим предметом и расценивается как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Длина раневого канала составила около 11 см.

(№)

Согласно заключению эксперта № от 29 января 2019 года, давность наступления смерти В.составляет не более 3-4-х часов ко времени исследования трупа в морге.

(№)

Согласно заключению эксперта № от 28 января 2019 года, колото-резанное ранение, повлекшее смерть В., могло возникнуть при обстоятельствах, указанным обвиняемым ФИО1 в ходе допросов, проверки показаний на месте и в ходе следственного эксперимента. Показания свидетеля Б. также не исключают причинение смерти при вышеуказанных обстоятельствах.

(№)

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов №от 18 января 2019 года, ФИО1 хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдал, в настоящее время не страдает и в период исследуемой юридически значимой ситуации вышеперечисленных психических расстройств не обнаруживал. В период, относящийся к совершению инкриминируемого преступления, он находился в состоянии простого (непатологического) опьянения, о чём свидетельствуют целенаправленность его действий, отсутствие признаков расстроенного сознания, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций), он сохранил воспоминания того периода времени. По своему психическому состоянию в момент совершения преступления ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время по своему психическому состоянию он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может участвовать во время проведения следственных действия и судебных процессах. ФИО1 в момент правонарушения не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение.

(№)

Приведенные в приговоре экспертизы проведены в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, на основе непосредственного исследования доказательств (трупа, первичной медицинской документации, материалов дела, предметов, беседы с обвиняемым), с применением научно-обоснованных методик, надлежащими субъектами с большим стажем работы по своим специальностям, их компетентность у суда не вызывает сомнений. Каких-либо нарушений требований УПК РФ при назначении и производстве экспертиз судом не установлено, стороны не оспаривали порядок назначения и производства экспертизы, с выводами согласились, поэтому суд признает приведенные в приговоре заключения экспертов допустимыми доказательствами и доверяет изложенным в них сведениям.

Оценив все исследованные в судебном заседании доказательства, как в отдельности, так и в совокупности, суд находит их относимыми, так как они подтверждают имеющие значение по данному уголовному делу факты, допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями УПК РФ и соблюдением конституционных прав участников судопроизводства, достоверными – в части установленных судом обстоятельств преступления, а в совокупности - достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

ФИО1 на учёте у врача нарколога и психиатра не состоит (№), работает, проживает с сожительницей, имеет среднее специальное образование, в судебном заседании психических расстройств у себя не отмечает, его поведение адекватно судебной ситуации, он понимает происходящие события, отвечает на вопросы, защищает свои интересы. Наблюдая поведение подсудимогов судебном заседании, исследовав характеризующие его материалы, суд, с учетом заключения экспертов №от 18 января 2019 года, признаёт его вменяемым и способным, в силу ст. 19 УК РФ, нести уголовную ответственность за совершенное преступление.

Из приведенных доказательств следует, чтоФИО1 с 18 часов 00 минут до 19 часов 26 минут 07 декабря 2018 года, находясь в <адрес> города Иркутска, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, вызванных противоправным поведением потерпевшего, выразившегося в том, что тот учинил ссору, порезал его кисть ножом, отобрал данный нож у В., и, применяя его в качестве предмета, используемого в качестве оружия, нанес этим ножом один удар в грудь В., причинив ему повреждение, от которого наступила смерть.

ФИО1 является взрослым вменяемым лицом, в момент преступления ни в каком особом эмоциональном состоянии, существенно влияющем на сознание и поведение не находился, действовал целенаправленно, признаков расстроенного сознания, бреда, галлюцинаций не обнаруживал, поэтому суд приходит к выводу, что ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти, и желал их наступления. Действия ФИО1 находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде смерти, поскольку именно в результате его действий у потерпевшего образовались телесные повреждения, от которых наступила смерть, и данные повреждения не были обусловлены никакими другими, помимо действий ФИО1 обстоятельствами.

Доводы защиты о том, у ФИО1 отсутствовал умысел на убийство, нельзя признать состоятельными. Об умысле на убийство и желании ФИО1 причинить смерть потерпевшему свидетельствуют орудие совершения преступления – нож, обладающий повышенной поражающей способностью; локализация причиненных телесных повреждений, механизм и целенаправленный характер действий подсудимого – ФИО1 удар нанес в место расположения жизненно важных органов – в грудь потерпевшего; удар был проникающим, длина раневого канала составила около 11 см, рана 4, 8х1,2 см.

Доводы о том, что мотив на убийство у ФИО1 отсутствовал (у него с отцом были хорошие отношения, конфликтов не было, подсудимый всегда помогал своему отцу), не состоятельны, поскольку преступление совершено в ходе ссоры, мотив – личные неприязненные отношения, сформировался из-за того, что Ш. начал ссору и причинил подсудимому телесное повреждение ножом. Наличие хороших отношений подсудимого и потерпевшего свидетельствует о том, что не было заранее спланированного преступления, и не влияет на вывод суда о наличии указанного мотива на убийство. Доводы о том, что ввиду незначительного промежутка времени между тем, как ФИО1 отобрал нож и нанес удар, ему не был ясен момент прекращения посягательства, не состоятельны.

По смыслу закона, действия не могут признаваться совершенными в состоянии необходимой обороны, если вред посягавшему лицу причинен после того, как посягательство было предотвращено, пресечено или окончено и в применении мер защиты явно отпала необходимость, что осознавалось оборонявшимся лицом.

Потерпевший служил в «горячих точках», владел приемами ножевого боя, поэтому для подсудимого было очевидно, что отец не намеревается ему причинить смерть. Когда ФИО1 забрал нож, отец стоял с опущенными руками, агрессивных движений не совершал, угроз не высказывал. Кроме того, из показаний свидетелей, знакомых с В., а также показаний самого подсудимого, следует, что В. хотя и вел себя агрессивно в состоянии опьянения, однако насилия ни к кому не применял. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что когда ФИО1 осознавал, что его жизни и здоровью в момент, когда он нанес удар ножом, ничего не угрожало. Мотивом выступили внезапно возникшие личные неприязненные отношения к потерпевшему, а не стремление спасти свои жизнь и здоровье. Состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта) в момент совершения преступления у ФИО1 отсутствовало.

Поэтому суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

То обстоятельство, что в предпоследнем абзаце первого листа постановления о привлечении в качестве обвиняемого, при описании общественно-опасных последствий указано «с повреждением дуги аорты на 1/4 диаметра, сопровождавшегося острой…», а следующий лист начинается словами «Таким образом, своими умышленными действиями ФИО1 совершил…», а в обвинительном заключении после слов «с повреждением дуги аорты на 1/4 диаметра, сопровождавшегося острой…» имеется фраза «сопровождавшегося острой, массивной кровопотерей, расценивающееся как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни», не нарушает права ФИО1 на защиту, поскольку в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении формулировка предъявленного обвинения изложена в соответствии с требованиями закона, указано существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Кроме того, согласно ответу эксперта Х., производившего экспертизу трупа, указание размера повреждения дуги аорты не влияет на оценку последствий как тяжкий вред здоровью, поскольку сам факт повреждения аорты, не зависимо от диаметра, расценивается как тяжкий вред здоровью. Сам ФИО1 осознавал, что смерть потерпевшего наступила от того, что он нанес отцу удар ножом, причинив повреждения, не совместимые с жизнью.

Обсуждая вопрос о виде и размере наказания, суд, руководствуясь ст. ст. 6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, а также смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности подсудимого, влияние наказания на его исправление, предупреждение совершения преступлений, влияние назначенного наказания на условия жизни его семьи.

Преступление, совершенное ФИО1, согласно ч. 5 ст. 15 УК РФ, относится к категории особо тяжких, совершено из личных неприязненных отношений, в связи с противоправным поведением потерпевшего.

ФИО1 не судим, проживает с сожительницей, работает, по месту работы характеризуется положительно, участковым уполномоченным и соседями по месту жительства характеризуется исключительно положительно – неконфликтный, алкоголем не злоупотребляет, соседям помогает, ухаживает за пожилой бабушкой. Наркотики не употребляет, тяжелыми хроническими заболеваниями не страдает, участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно (№).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признает и учитывает, в соответствии с п.п. «з», «и», «к» ч. 1 ст.61 УК РФ - противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; явку с повинной, активное способствование расследованию и раскрытию преступления, которое выразилось в том, что он добровольно сообщил правдивые сведения об обстоятельствах совершенного преступления, принял участие в проверке показаний на месте, очных ставках и других следственных действиях; оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления (зажимал рану, просил вызвать скорую помощь); в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд в качестве смягчающих обстоятельств признает и учитывает отсутствие судимостей, молодой возраст, состояние здоровья, полное признание фактических обстоятельств и раскаяние в содеянном, положительные характеристики, состояние здоровья его бабушки.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено, совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения ФИО1, как следует из предъявленного обвинения, не вменяется.

Суд не установил наличие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления или личности виновного, для применения ст. 64 УК РФ и назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено законом. Принимая во внимание способ преступления, которое совершено умышленно, преступный результат в виде смерти наступил, преступление совершено с применением предметов, используемых в качестве оружия, в ходе ссоры, из личных неприязненных отношений, суд не установил фактических обстоятельств, свидетельствующих о меньшей степени общественной опасности преступления, и не усматривает оснований для снижения категории тяжести преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

На основании вышеперечисленных обстоятельств, суд назначаетФИО1 наказание в виде лишения свободы на определенный срок, и считает, что цели уголовного наказания - восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, могут быть достигнуты только в местах лишения свободы, и не усматривает оснований для применения в отношении него условного осуждения. С учетом всех смягчающих обстоятельств, суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

При назначении наказания суд применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку в действиях ФИО1 установлены смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные п.п. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и не установлено отягчающих обстоятельств.

В связи с тем, что ФИО1 назначено реальное наказание в виде лишения свободы, меру пресечения с подписки о невыезде ему следует, на основании ч. 2 ст. 97 УПК РФ, изменить на заключение под стражу, до вступления приговора в законную силу; в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывать наказание ФИО1 следует в колонии строгого режима.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства: хранящиеся в камере хранения СО по Ленинскому району г. Иркутск СУ СК России по Иркутской области - нож большой черный, нож маленький, нож большой с черной рукоятью с клепками, футболку синего цвета ФИО1, футболку темно-синего цвета В. мастерку темно-синего цвета с красными лампасами В., образец крови обвиняемого ФИО1, слюны обвиняемого ФИО1, образец крови В., кожный лоскут с повреждением, дактокарту ФИО1, дактокарту В., два отрезка ленты-скотч, фрагмент со следами вещества бурого цвета, фрагмент со следами вещества бурого цвета,– уничтожить, сотовый телефон марки «Айфон» - вернуть законному владельцу ФИО1 детализацию телефонных переговоров абонентского номера №, хранящуюся в материалах уголовного дела – оставить в материалах дела.

На основании изложенного, руководствуясь требованиями ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок шесть лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с момента провозглашения приговора, то есть с 05 августа 2019 года.

Меру пресечения ФИО1 изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении на содержание под стражей, до вступления приговора в законную силу, после чего – отменить; взять ФИО1 под стражу в зале суда.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства: хранящиеся в камере хранения СО по Ленинскому району г. Иркутск СУ СК России по Иркутской области - нож большой черный, нож маленький, нож большой с черной рукоятью с клепками, футболку синего цвета ФИО1, футболку темно-синего цвета В., мастерку темно-синего цвета с красными лампасами В., образец крови обвиняемого ФИО1, слюны обвиняемого ФИО1, образец крови В., кожный лоскут с повреждением, дактокарту ФИО1, дактокарту В., два отрезка ленты-скотч, фрагмент со следами вещества бурого цвета, фрагмент со следами вещества бурого цвета,– уничтожить, сотовый телефон марки «Айфон» - вернуть законному владельцу ФИО1, детализацию телефонных переговоров абонентского номера №, хранящуюся в материалах уголовного дела – оставить в материалах дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья А.А. Крюков