Решение № 2-1461/2020 2-1461/2020~М-1353/2020 М-1353/2020 от 22 сентября 2020 г. по делу № 2-1461/2020

66RS0008-01-2020-002489-31

Дело № 2-1461/2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 сентября 2020 года город Нижний Тагил

Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего судьи Свининой О.В.,

при секретаре судебного заседания Александровой А.А.,

с участием помощника прокурора Дзержинского района города Нижний Тагил Свердловской области ФИО1,

истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности №46 от 31.12.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э Дзержинского о признании приказа незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, возложении обязанности совершить определенные действия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к АО «Концерн «Уралвагонзавод», в котором просит признать приказ №700-2К от 05.06.2020 незаконным, восстановить на работе с 05 июня 2020 года, взыскать с ответчика в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула за период с 03.04.2020 по 31.05.2020 в размере 27 784 рубля 02 копейки, компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, вернуть личные документы, подтверждающие право работать по следующим профессиям «стропальщик», «грузчик», поскольку данные документы находятся в распоряжении работодателя, взыскать судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 26 320 рублей.

Определением суда от 31.08.2020 уточнено наименование ответчика, поскольку верным является Акционерное общество «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э Дзержинского.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с 2003 года работает в АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод». В период с 30 марта по 30 апреля 2020 года не выходил на работу, поскольку на основании Указа Президента РФ были установлены нерабочие дни. После окончания данного периода вышел на работу. Но приказа по цеху о возобновлении трудовой деятельности он так и не видел, его содержание до него никто не довел. С 26.05.2020 вновь прекратил работу. За время работы не нарушал производственную дисциплину, никогда не прогуливал. Известие о том, что его уволили за прогул с 26.05.2020, для него стало неожиданным и очень не приятным. Считает, что действия работодателя нарушают действующее трудовое законодательство.

В судебном заседании истец ФИО2 поддержал заявленные исковые требования, просил их удовлетворить по доводам и основаниям, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснил, что из средств массовой информации узнал о введении режима нерабочих дней, в связи с введенными ограничительными мерами, с целью предотвращения распространения новой коронавирусной инфекции. С 17.05.2020 приступил к работе, неделю находился в цехе. На карантин решил уйти с 26.05.2020, о чем сообщил в табельную. 02.06.2020 к нему домой пришли сотрудники работодателя и сообщили о том, что он будет уволен за прогулы с 26.05.2020, а также потребовали вернуть пропуск. После чего он вышел на работу. 05.06.2020 написал заявление об увольнении по собственному желанию под давлением начальника цеха И.А.В., так как опасался, что будет уволен за прогулы. Заявление об увольнении по собственности желанию писал собственноручно, понимал последствия написания такого заявления. В этот же день был ознакомлен с приказом об увольнении по инициативе работника, а также получил трудовую книжку. 09.06.2020 обратился к юристам, поскольку передумал увольняться, направил обращения в органы прокуратуры и Государственную инспекцию труда в Свердловской области, по вопросу защиты трудовых прав.

Представитель ответчика АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, в удовлетворении требований просила отказать в полном объеме по указанным в письменных возражениях основаниям, а именно в связи с пропуском истцом срока на обращение в суд, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку истцом пропущен месячный срок для обращения в суд по вопросу оспаривания увольнения. Кроме того, указала, что заявление об увольнении по собственному желанию ФИО2 написано самостоятельно, без давления на него со стороны работодателя. В день увольнения он был ознакомлен с приказом об увольнении, ему была выдана трудовая книжка и произведен расчет. Нарушений трудового законодательства при расторжении с истцом трудового договора ответчиком не допущено.

Заслушав пояснения сторон, заключение прокурора, полагавшего не подлежащими удовлетворению исковые требования, исследовав письменные доказательства по делу, оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Как следует из ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании заключенного договора.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом с 16.10.2003 истец ФИО2 состоял в трудовых отношениях с АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод», с 05.07.2013 на основании приказа №775-4к переведен в цех 25 грузчиком (л.д. 55, 70-71).

Приказом №700-2к от 05.06.2020 трудовой договор с ФИО2 расторгнут с 05.06.2020 по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение трудового договора по инициативе работника). Основанием увольнения послужило личное заявление ФИО2

В соответствии с ч. ч. 1 и 2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор, может быть, расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Как указано в подп. «а» п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то эти обстоятельства подлежат проверке и обязанность их доказать возлагается на работника.

Из материалов дела следует, что заявление об увольнении подано и подписано самим истцом, в нем содержится просьба об увольнении с конкретной даты - с 05.06.2020 (л.д. 72). Данное заявление принято работодателем, имеются отметки о его согласовании начальником цеха и начальником отдела кадров, что свидетельствует о достижении соглашения между работником и работодателем об увольнении именно с этой даты.

Более того, из пояснений истца, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что он действительно написал заявление на увольнение с 05.06.2020, был издан приказ об увольнении от 05.06.2020, в тот же день с ним произвели расчет и выдали трудовую книжку.

В совокупности указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию с 05.06.2020. При этом, бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что его увольнение носит вынужденный характер, а также обстоятельств, подтверждающих факт психологического воздействия на истца с целью его увольнения по собственному желанию, в материалы дела не представлено.

Ссылка истца на то обстоятельство, что заявление об увольнении написано им под угрозой увольнения со стороны работодателя об увольнении за прогулы, не может повлечь отмену приказа об увольнении, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о таком намерении ответчика, так же как и об осуществлении, работодателем действий, направленных на инициирование процедуры увольнения истца по иному основанию.

Кроме того, согласно приказам №126 от 19.05.2020 и №129 от 26.05.2020 по цеху готовой продукции дни с 20 мая 2020 года по 02 июня 2020 года не являлись для истца ФИО2 нерабочими днями, о чем имеется его подпись в листе ознакомления с приказом от 19.05.2020 №126.

Как указано представителем ответчика ФИО3, в период с 26.05.2020 по 02.06.2020 ФИО2 не выходил на работу по неуважительным причинам, фактически совершил прогул, самостоятельно объявив для себя режим самоизоляции, о чем указано в объяснительной от 02.06.2020. Никаких прав на самоизоляцию у ФИО2 не было: он не относился к категории лиц, достигших возраста 65+ и имеющих определенные хронические заболевания, по которым этот режим устанавливался.

Вместе с тем, факт отсутствия ФИО2 на рабочем месте в период с 26.05.2020 по 02.06.2020 подтверждается табелем учета рабочего времени и не оспаривается истцом.

При этом суд считает необходимым отметить, попытка избежать увольнения по иным (в том числе порочащим) основаниям путем реализации права на подачу заявления об увольнении по собственному желанию и последующее расторжение трудового договора сами по себе не могут являться подтверждением вынужденного характера увольнения. Подача заявления по собственному желанию в данном случае является избранным работником способом защиты, при том, что законное увольнение работника по порочащим основаниям, а не по собственному желанию, повлекло бы для работника более негативные последствия, что также свидетельствует о добровольности волеизъявления работника (аналогичная позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2012 N 26-КГ12-10).

В данном случае, заявление об увольнении по собственному желанию было написано истцом по избранным им личным мотивам, он осознавал суть написанного заявления и его последствия.

Отсюда следует, что решение об увольнении было принято истцом исходя из субъективной оценки сложившейся на тот момент на работе ситуации, что связано с личностными особенностями характера самого истца, а потому не может свидетельствовать о наличии оказываемого на него давления со стороны ответчика.

Кроме того, при ознакомлении с приказом об увольнении по инициативе работника 05.06.2020, доводов свидетельствующих о несогласии с данным приказом истец ФИО2 не высказал, какие-либо сведения об этом в приказе отсутствуют. С заявлением об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию к работодателю не обращался.

Вместе с тем, доводы истца об увольнении его за прогул, в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения, поскольку приказ об его увольнении в связи с отсутствием работника на рабочем месте более 4 часов, ответчиком не издавался, с таким приказом ответчик не знакомился, доказательств обратного стороной истца не представлено.

Представителем ответчика ФИО3 заявлено о пропуске истцом месячного срока, установленного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, для обращения в суд с иском о восстановлении на работе за защитой нарушенного права, поскольку приказ об увольнении от 05.06.2020, а в суд с настоящим исковым заявлением он обратился 19.08.2020. О наличии уважительных причин пропуска срока истец не сообщил.

В соответствии с ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Вместе с тем, судом установлено, что 09.06.2020 истец ФИО2 обратился в ООО «Гарант» за юридической помощью, в результате чего ему подготовлено исковое заявление в суд о защите трудовых прав, восстановлении на работе, претензия в адрес работодателя, обращение в органы прокуратуры, а также в Государственную инспекцию труда в Свердловской области и ГКУ «Нижнетагильский ЦЗ», о чем свидетельствует договор №10697 об оказании юридических услуг от 09.06.2020 (л.д. 12), а также акт приема-сдачи оказанных услуг от 13.06.2020 (л.д. 13).

Согласно ответу АО «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» от 02.07.2020 №16-54/0445 истцу сообщено, об основаниях и дате расторжения с ним трудового договора, а также о недостоверности сведений об увольнении его за прогул.

На основании уведомления прокуратуры Свердловской области от 10.07.2020 №7р-2020, обращение ФИО2 перенаправлено в прокуратуру Дзержинского района города Нижний Тагил, для рассмотрения по существу.

Согласно ответу прокуратуры Дзержинского района города Нижний Тагил от 17.08.2020 №373ж-2020 по результатам рассмотрения обращения ФИО2 нарушений его трудовых прав не установлено, также ему разъяснен порядок разрешения споров об увольнении и сроки, предусмотренные трудовым законодательством на обращение в суд для разрешения такого спора.

Кроме того, согласно ответу Государственной инспекции труда в Свердловской области от 09.07.2020 №66/7-5116-20-ОБ/10-5477-ОБ/57-263, истцу ФИО2 также даны разъяснения трудового законодательства о порядке разрешения трудовых споров по вопросу привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Между тем, с исковым заявлением истец ФИО2 обратился в суд 21.08.2020 путем передачи в почтовое отделение для направления в суд.

В судебном заседании истец ФИО2 пояснил, что считает срок на обращение в суд им не пропущен, так как он обращался в органы прокуратуры и Государственную инспекцию труда в Свердловской области, для защиты своих трудовых прав.

В силу п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Таким образом, истец в течение месяца с момента расторжения трудового договора обратился в прокуратуру Свердловской области и Государственную инспекцию труда в Свердловской области по вопросам возможного нарушения его трудовых прав работодателем, а также направил в адрес работодателя претензию. По результатам рассмотрения обращений ему были даны разъяснения по порядку и сроку обращения в суд по спорам об увольнении, после чего им было направлено в суд исковое заявление о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При указанных обстоятельствах суд считает, что имеются основания для восстановления истцу срока обращения в суд (ч. 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации), поскольку он через небольшой промежуток времени с момента увольнения обращался в органы прокуратуры и Государственную инспекцию труда в Свердловской области в связи с не согласием с увольнением, после получения ответа из прокуратуры Дзержинского района города Нижний Тагил, в течение 4 дней направил в суд настоящее исковое заявление.

Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд, руководствуясь положениями ст. ст. 77, 80, 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», пришел к выводу о том, что ФИО2 добровольно выразил волеизъявление о расторжении трудового договора по собственному желанию именно с 05.06.2020, между сторонами достигнуто соглашение о дате увольнения, нарушений трудового законодательства при увольнении истца ответчиком не допущено.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд полагает, что оснований для признания увольнения истца незаконным, и как следствие, взыскания с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых прав при увольнении и судебных расходов у суда не имеется, в связи, с чем исковые требования удовлетворению не подлежат.

Кроме того, заявленное истцом требование о возложении на ответчика обязанности вернуть личные документы, подтверждающие право работать по следующим профессиям «Стропальщик», «Грузчик», не подлежит удовлетворению, поскольку данные документы возвращены истцу ФИО2 представителем ответчика ФИО3 в ходе судебного заседания, о получении которых содержится подпись в представленных суду копиях таких документов.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Акционерному обществу «Научно-производственная корпорация «Уралвагонзавод» им. Ф.Э Дзержинского о признании приказа №700-2К от 05.06.2020 незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, возложении обязанности совершить определенные действия – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский районный суд города Нижний Тагил в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья: О.В. Свинина