Апелляционное определение № 33-2684/2025 33-2684/2026 33-2684/26 от 11 марта 2026 г.

Судья: Мухина И.Г.

№ 33-2684/2025 (2-2022/2025)

Докладчик: Логвиненко О.А.

(УИД 42RS0019-01-2025-000213-69)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 марта 2026 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего Дуровой И.Н.

судей: Логвиненко О.А., Макаровой Е.В.,

при секретаре Гордиенко А.С.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Логвиненко О.А. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО11 на решение Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 17 июня 2025 года

по делу по иску ПАО «Сбербанк» к ФИО11, ФИО12 о взыскании задолженности,

УСТАНОВИЛА:

ПАО «Сбербанк» обратился с иском к ФИО11, ФИО12 о взыскании задолженности по кредитному договору.

Требования мотивированы тем, что ФИО2. выдан кредит на индивидуальных условиях в сумме <данные изъяты> руб. под <данные изъяты>% годовых на срок 63 мес. 08.05.2024 ФИО1 умер, ответчики являются его наследниками. Задолженность по кредитному договору по состоянию на 17.12.2024 составляет 112670,02 руб.

Просит взыскать задолженность по кредитному договору № № от 10.08.2020 по состоянию на 17.12.2024 в размере 112670,02 руб., расходы по уплате госпошлины 4380 руб.

Решением Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 17 июня 2025 года постановлено:

Взыскать с ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (<данные изъяты>), в пользу ПАО «Сбербанк» задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ по состоянию на 17.12.2024 всего в сумме 112670,02 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 4380,10 рублей.

В удовлетворении исковых требований ПАО «Сбербанк» к ФИО12 о взыскании задолженности по кредитному договору отказать.

В апелляционной жалобе ФИО11 просит решение суда отменить, принять новое решение.

Указывает, что судом не отражен тот факт, что она пыталась заключить мировое соглашение с истцом в целях погашения задолженности по всем кредитным договорам, заключенным с умершим ФИО3., с учетом всех долговых обязательств.

Полагает, в действиях истца имеются признаки злоупотребления правом, выражающегося в том, что банк, зная о наличии у наследодателя задолженности по нескольким кредитным договорам, обратился в суд с требованием о взыскании задолженности только по одному кредитному договору, что влечет намеренное увеличение размера задолженности по процентам по иным договорам.

В поступившем в суд апелляционной инстанции дополнении к апелляционной жалобе ФИО11 ссылается на несогласие со взысканием с нее процентов по кредитным обязательствам. Указывает, что в случае смерти заемщика кредитор не вправе начислять неустойки (проценты, штрафы) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства до принятия наследства, но не более 6 месяцев со дня открытия наследства. Проценты, являющиеся мерой ответственности за неисполнение денежного обязательства, не начисляются за время, необходимое для принятия наследства.

Относительно доводов апелляционной жалобы представителем ПАО Сбербанк по доверенности ФИО13 принесены возражения.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений о причинах неявки не представили, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотрение дело без их участия. В соответствии со ст. 14 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы заблаговременно размещалась на интернет-сайте Кемеровского областного суда.

Принимая во внимание положения ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту также- ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ законность и обоснованность решения исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно разъяснениям, данным в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежащее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности: вещи, включая деньги и ценные бумаги, имущественные права (в том числе права, вытекающие из договоров, заключенных наследодателем, если иное не предусмотрено законом или договором, исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации, права на получение присужденных наследодателю, но не полученных им денежных сумм), имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества.

Согласно ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина. Временем открытия наследства является момент смерти гражданина (ч. 1 ст. 1114 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

В соответствии со ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Согласно ст. 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

В силу п. 4 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации. Для приобретения наследства наследник должен его принять.

В соответствии с п. 1 ст. 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации, наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании», наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 60, 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 9 от 29.05.2012 «О судебной практике по делам о наследовании» ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства. При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов обязательствам наследодателя не подлежит удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества. Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена из ответственности по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом.

Поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее).

Учитывая, что наследник отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества, установление объема наследственной массы и ее стоимости имеет существенное значение для определения размера, подлежащего удовлетворению требования кредитора, после возмещения расходов на охрану наследства и управление им.

Таким образом, с учетом положений законодательства об ответственности наследников по долгам наследодателя, при рассмотрении данной категории дел юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению судом, являются: определение круга наследников, состав наследственного имущества, его стоимость, а также размер задолженности, подлежащей взысканию с наследников.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ между ПАО «Сбербанк» (Кредитор) ФИО4. заключен кредитный договор № № на сумму <данные изъяты>. под <данные изъяты> % годовых на срок 63 мес.

Банк свои обязательства выполнил надлежащим образом, предоставив денежные средства в порядке и в сроки, указанные в кредитном договоре.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умер, что подтверждается свидетельством о смерти ДД.ММ.ГГГГ.

Из представленного истцом расчета задолженности и выписки по счету следует, что по кредитному договору № № от ДД.ММ.ГГГГ обязательства надлежащим образом не исполнялись, в связи с чем по состоянию на 17.12.2024 образовалась задолженность в размере 112670,02 руб., в том числе: просроченные проценты - 9799,78 руб., просроченный основной долг - 102870,24 руб.

Расчет задолженности проверен судом и признан обоснованным.

Из представленной нотариусом информации следует, что с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО6 обратилась его супруга ФИО11 Наследник первой очереди ФИО12 подано заявление об отказе от наследства.

Иных наследников по закону или по завещанию у ФИО7 судом не установлено.

В состав наследства после смерти ФИО8. вошли квартира, расположенная по адресу: <адрес> стоимостью <данные изъяты> руб., гараж, расположенный <адрес> стоимостью 224379,25 руб., а также денежные средства на счетах в ПАО Сбербанк, АО «Альфа Банк» и АО Тинькофф банк (л.д. 50).

Установив, что наследником, принявшим наследство после смерти ФИО9. является ФИО11, а стоимость наследственного имущества превышает размер задолженности наследодателя, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО11 в порядке ответственности наследников по долгам наследодателя задолженности по кредитному договору ДД.ММ.ГГГГ от <данные изъяты> в сумме 112670,02 руб., отказав в удовлетворении требований, предъявленных к ФИО12, поскольку она наследником умершего заемщика не является.

Также суд первой инстанции, руководствуясь ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, счел подлежащим взысканию с ответчика ФИО11 в пользу истца расходов по оплате государственной пошлины в размере 4380,10 руб.

С данными выводами судебная коллегия согласна, поскольку они основаны на правильном толковании закона и исследованных судом доказательствах.

Не свидетельствуют о незаконности оспариваемого решения суда довод ответчика о том, что истец, не соглашаясь на заключение мирового соглашения, злоупотребляет правом, данный довод отклоняется судебной коллегией как несостоятельный.

Из материалов дела усматривается, что 15.04.2025 ФИО11 обратилась в ПАО Сбербанк с обращением о заключении мирового соглашения в связи с наличием у умершего заемщика ФИО14 нескольких кредитных обязательств (л.д. 69-73).

По смыслу гражданского процессуального закона, заключение мирового соглашения является правом, а не обязанностью сторон. Отказ от реализации этого права сам по себе не может расцениваться в качестве злоупотребления процессуальными правами, поскольку не преследует цели причинить вред ответчику. Доказательств, подтверждающих недобросовестное поведение истца, материалы дела не содержат.

Судебная коллегия отмечает, что вопреки доводам апелляционной жалобы, отказ стороны от заключения мирового соглашения на условиях, предложенной другой стороной, не свидетельствует о злоупотреблении правом.

Довод апелляционной жалобы о том, что банк своими действиями способствует увеличению суммы задолженности по кредитному договору, не заявив одновременно исковые требования о взыскании задолженности по всем кредитным обязательствам, стороной которых является умерший ФИО14, является необоснованным, поскольку факт необращения банка в суд с иском о взыскании задолженности в течение определенного периода времени сам по себе не может расцениваться, как злоупотребление правом при отсутствии иных доказательств, подтверждающих такое злоупотребление.

В соответствии с п. 81 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» не предъявление кредитором в течение длительного времени после наступления срока исполнения обязательства требования о взыскании основного долга само по себе не может расцениваться как содействие увеличению размера неустойки.

По смыслу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление правом не предполагается, а подлежит доказыванию в каждом конкретном случае.

Обращение истца с иском в суд о злоупотреблении правом не свидетельствует, так как является правом стороны истца на судебную защиту.

С учетом изложенного, тот факт, что ПАО «Сбербанк» обратилось с исковым заявлением о взыскании с наследников ФИО10 задолженности по кредитному договору № № от ДД.ММ.ГГГГ, при наличии иных не исполненных обязательств, не свидетельствует о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом и не является основанием для освобождения ответчика от уплаты процентов за пользование суммой кредита.

Для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). В то же время материалами дела не подтверждается наличие у истца умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда ответчику.

Судебная коллегия отмечает, что досрочное взыскание связано не со смертью заемщика, а ненадлежащим исполнением кредитных обязательств, преследуемый банком интерес не является противоправным, действия кредитора по взысканию задолженности не противоречат условиям кредитного договора и действующему законодательству.

Разрешая заявленные истцом требования, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, дал надлежащую правовую оценку собранным и исследованным в судебном заседании доказательствам и постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для взыскания процентов по кредитному договору судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 5 статьи 14 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», на которую в своей апелляционной жалобе ссылается ФИО11, в случае смерти заемщика кредитор не вправе начислять неустойки (штрафы, пени) за неисполнение или ненадлежащее исполнение заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа) до принятия наследства наследником (наследниками), но не более шести месяцев со дня открытия наследства, если иное не установлено законодательством Российской Федерации или решением суда.

При этом из искового заявления следует, что истцом заявлены требования о взыскании основного долга в размере 102870,24 руб. и предусмотренных условиями договора процентов за пользование кредитными денежными средствами в размере 9799,78 руб. (л.д. 3-5). Требования о взыскании неустойки заявлены не были.

Проценты, уплачиваемые заемщиком на сумму кредита в размере и в порядке, определенных п. 1 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются платой за пользование денежными средствами и подлежат уплате должником по правилам об основном денежном долге (договорные проценты).

Согласно п. 4 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 8 октября 1998 г. № 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395 Кодекса, по своей правовой природе отличаются от процентов, подлежащих уплате за пользование денежными средствами, предоставленными по договору займа (ст. 809 ГК РФ), кредитному договору (ст. 819 ГК РФ) либо в качестве коммерческого кредита (ст. 823 ГК РФ). Поэтому при разрешении споров о взыскании процентов годовых суд должен определить, требует ли истец уплаты процентов за пользование денежными средствами, предоставленными в качестве займа или коммерческого кредита, либо существо требования составляет применение ответственности за неисполнение или просрочку исполнения денежного обязательства (ст. 395 ГК РФ).

По смыслу указанных разъяснений обязательства по уплате процентов за пользование денежными средствами входят в состав наследства, данные проценты продолжают начисляться и после открытия наследства, а проценты, предусмотренные ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, являющиеся мерой ответственности за неисполнение денежного обязательства, не начисляются за время, необходимое для принятия наследства.

Принимая во внимание, что кредитором заявлены требования о взыскании процентов за пользование заемными средствами и данные проценты не являются штрафной санкцией, а являются платой за пользование кредитом, положения ч. 5 статьи 14 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» о недопустимости их начисления в случае смерти заемщика, вопреки доводам апелляционной жалобы, применению не подлежат.

Позиция апеллянта об обратном основана на ошибочном толковании норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и состоятельной коллегией не признается.

Фактически доводы апелляционной жалобы ответчика не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения.

Оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 17 июня 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО11 – без удовлетворения.

Председательствующий И.Н. Дурова

Судьи О.А. Логвиненко

Е.В. Макарова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 марта 2026 года.