Приговор № 1-610/2017 от 21 сентября 2017 г. по делу № 1-610/2017

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Абакан 22 сентября 2017г.

Абаканский городской суд Республики Хакасия в составе

председательствующего судьи Щербаковой Е.Г.,

при секретаре Беккер В.Н.,

с участием

государственного обвинителя – пом.прокурора г.Абакана - Ситниковой Н.В.,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Колеговой Е.Ю.,

потерпевшего Л.С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.105 УК Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 умышленно причинил смерть Л.С.С., при следующих обстоятельствах.

21.11.2016г. в период времени с 21 часа 00 минут до 21 часа 55 минут, ФИО1, находясь в комнате квартиры, расположенной по адресу: <адрес> г. Абакана, Республики Хакасия, действуя с умыслом на убийство Л.С.С., возникшим на почве личных неприязненных отношений в ходе ссоры с последней по бытовым вопросам, нанес Л.С.С. один удар ножом в шею справа, причинив ей телесное повреждение в виде слепого проникающего колото - резаного ранения справа с повреждением кожи, подкожно - жировой клетчатки, правой грудино - ключично - сосцевидной мышцы, правой задней лестничной мышцы, правой наружной сонной артерии, проникающее в заглоточное пространство, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека. Смерть Л.С.С. наступила на месте преступления от массивной кровопотери и гемаррагического шока, развившегося как осложнение слепого проникающего колото - резаного ранения шеи справа с повреждением кожи, подкожно - жировой клетчатки, правой грудино - ключично-сосцевидной мышцы, правой задней лестничной мышцы, правой наружной сонной артерии, проникающего в заглоточное пространство.

Подсудимый ФИО1 вину в причинении смерти Л.С.С. не признал, пояснил, что с октября 2016г. до его задержания, он и Л.С.С. проживали у П.А.В., по адресу: <адрес>, 21.11.2016г. в квартиру они с Л.С.С. вернулись в период с 20 до 21 часа, Л.С.С. начала готовить мясо, между ними произошла ссора, при этом сам он сидел в кресле, потом увидел, что у нее в руках нож, а из шеи течет кровь, П.А.В. в это время сидел на диване, он был пьяный, сам он подбежал к Л.С.С., пытался остановить у нее кровь, не смог, сказал П.А.В. чтобы он вызывал «скорую помощь» и полицию, сам вышел на улицу ожидать их, увидел, что держит в руке нож, который забрал у Л.С.С., выбросил его в мусорный бак, П.А.В. тоже выходил к нему, потом они с П.А.В. вернулись в квартиру, через некоторое время приехал оперативный сотрудник К.С.Р. и увез его и П.А.В. в полицию, «скорая помощь» при нем не приезжала.

Вместе с тем, виновность подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Из показаний потерпевшего Л.С.А., а также из оглашенных в судебном заседании в порядке ч.1 ст.281 УПК Российской Федерации показаний свидетеля Л.Е.В., следует, что погибшая Л.С.С. их дочь, в последнее время проживала с ФИО1, 19-20 ноября 2016г. они разговаривали с ней по телефону, она ни на что не жаловалась, о ее смерти им стало известно 22.11.2016г. (т.1 л.д.136-138).

Свидетель П.А.В. пояснил, что Л.С.С. и ФИО1 проживали у него в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, с октября 2016г., 21.11.2016г. они втроем распивали спиртное, около 18 часов ФИО1 и Л.С.С. ушли, вернулись около 21 часа, ФИО1 стал предъявлять претензии Л.С.С. по поводу мяса, между ними возникла ссора, ФИО1 ударил Л.С.С. ножом и из ее горла хлынула кровь, сам он в этот момент сидел на диване, ФИО1 сказал, чтобы он вызвал полицию и сказал сотрудникам, что он (ФИО1) был на работе, сотрудников полиции по его просьбе вызвала соседка, сотруднику полиции он рассказал правду, что Л.С.С. ударил ФИО1, перед приездом сотрудников полиции и «скорой помощи», они с ФИО1 выходили из дома, но потом вернулись. Свидетель пояснил, что сам он удары Л.С.С. не наносил, никого другого, кроме них троих, в квартире не было, Л.С.С. не говорила о желании закончить жизнь самоубийством.

Из показаний свидетеля К.С.Р., сотрудника полиции, следует, что 21.11.2016г., в вечернее время, он по поступившему заявлению о смерти женщины, прибыл в квартиру по <адрес> в <адрес>, где проживал П.А.В., дверь ему открыл П.А.В., внутри находился ФИО1, в квартире были предметы, свидетельствующие о распитии спиртных напитков тремя людьми, на полу лежало тело Л.С.С. в крови, с признаками насильственной смерти, П.А.В. ему пояснил, что Л.С.С. ударил ножом ФИО1 в ходе ссоры из-за мяса, изначально ФИО1 на месте происшествия говорил, что его не было дома, что он был на работе, но на следующий день в полиции он признался в убийстве Л.С.С., пояснил, что выкинул нож, которым нанес ей удар, в мусорный контейнер, они впоследствии пытались найти нож, но не смогли, так как мусор был вывезен, и баки были пустые.

Свидетель М.Я.О., сотрудник полиции, подтвердил, что 21.11.2016г., находясь на дежурстве, по просьбе оперативного сотрудника доставлял ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения, в дежурную часть полиции от дома по <адрес>.

Свидетель Б.А.Л., фельдшер «скорой помощи» пояснил, что в ноябре 2016г., в вечернее время, он выезжал в квартиру по <адрес>, поверхностно осматривал труп женщины, которая лежала на полу, в крови, констатировал ее смерть.

Согласно рапорту сотрудника полиции 21.11.2016г. в 21 час. 55 мин. в дежурную часть УМВД России по <адрес>, от З.М.Ф., проживающей в доме по <адрес>, поступила информация о том, что мужчина сообщил ей об убийстве кого-то в доме (т.1 л.д.34).

Как следует из карты вызова «скорой медицинской помощи», вызов для неизвестной женщины по имени Светлана на адрес: <адрес>, поступил в «скорую помощь» из полиции 21.11.2016г. в 22 часа 48 минут, по прибытию на место в 23 часа в квартире обнаружена женщина, лежащая на полу на спине в одежде и в крови, ее смерть наступила до приезда «скорой помощи» (т.3 л.д.198).

Согласно протоколу осмотра квартиры по <адрес> в <адрес>, проведенного 22.11.2016г. с 00 час. 05 мин. до 02 час. 07 мин., в кухне и комнате имеются предметы, свидетельствующие о распитии спиртных напитков, в комнате на полу в положении лежа на спине обнаружен труп Л.С.С., одежда которой пропитана кровью, на правой поверхности шеи имеется горизонтальная рана (т.1 л.д.90-102).

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы №, причиной смерти гр.Л.С.С. явилась массивная кровопотеря и гемаррагический шок, развившийся как осложнение слепого проникающего колото-резаного ранения шеи справа с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, правой грудино-ключично-сосцевидной мышцы, правой задней лестничной мышцы, правой наружной сонной артерии, проникающее взаглоточное пространство и слепо заканчивается; при исследовании трупа обнаружено телесное повреждения в виде слепого проникающего колото-резаного ранения шеи справа с повреждением кожи, подкожно-жировой клетчатки, правой грудино-ключично-сосцевидной мышцы, правой задней лестничной мышцы, правой наружной сонной артерии, проникающее взаглоточное пространство и слепо заканчивающегося, которое является прижизненным, состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью, могло быть получено за единицы-десятки минут до момента наступления смерти, в результате однократного действия плоского колюще-режущего орудия (предмета), имевшим острие, одну острую кромку и противоположную тупую. Данное повреждение отнесено к критериям, характеризующим квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека и квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Направление раневого канала слепого проникающего колото-резаного ранения шеи справа - сверху вниз и несколько справа налево, длина раневого канала по зонду около 8,5см., каких-либо повреждений на одежде не обнаружено. Причинение колото-резаного ранения шеи сопровождалось обильным наружным кровотечением с фонтанированием крови. Незадолго до смерти гр.Л.С.С. употребляла алкоголь, о чем свидетельствуют результаты судебно-химического исследования, при котором в крови от трупа найден этиловый спирт в концентрации 2,05 г/л., что по аналогии с живыми, как правило, соответствует средней степени алкогольного опьянения. В заключении указано, что исходя из выраженности трупных изменений и с учетом массивной кровопотери, обнаруженных при судебно-медицинском исследовании трупа, смерть гр.Л.С.С. предположительно наступила в пределах 12-24 часов до момента вскрытия (т.2 л.д.5-10).

В соответствии с заключением медико-криминалистической экспертизы №-мк, рана на лоскуте кожи от трупа г. Л.С.С., является колото-резаной, причинена плоским колюще-режущим орудием (предметом) каковым мог быть клинок ножа, имеющий острие, одну острую кромку и противоположную тупую (т.2 л.д.45-52).

Согласно протоколу осмотра изъятых у ФИО1 предметов одежды, в которых он находился в момент задержания его сотрудниками полиции, на его кроссовках и спортивных штанах обнаружены пятна серовато-буроватого цвета (т.1 л.д.188-191, 197-211).

В соответствии с заключением экспертизы вещественных доказательств № в смыве с пола, изъятом при осмотре квартиры по <адрес> на спортивных штанах и кроссовках ФИО1 обнаружена кровь человека происхождение которой от потерпевшей Л.С.С. не исключается, а ФИО1 не принадлежит (т.2 л.д.35-39).

В соответствии с заключением трасологической экспертизы №, среди изъятых при осмотре квартиры, расположенной по <адрес> следов обуви имеются следы, в т.ч. оставленные кроссовкой на правую ногу, изъятой у ФИО1 (т.2 л.д.59-62).

Свидетель Г.М.Ю., показания которого были оглашены в судебном заседании в порядке ч.1 ст. 281 УПК Российской Федерации, пояснял, что 21.11.2016г. около 19 часов к нему приехали Л.С.С. и ФИО1, они находились в состоянии алкогольного опьянения, вместе они проехали к П.А.В., поскольку он ранее оставил там паспорт, приехали туда около 20 часов, П.А.В. был дома, он забрал паспорт и ушел, а Л.С.С. и ФИО1 остались там, когда он до этого был у П.А.В. с ФИО1 и Л.С.С., он оставлял там свой выкидной нож, который ФИО1 впоследствии ему не отдавал (т.1 л.д.120-122).

Как следует из протоколов осмотра места происшествия, изъятых оттуда девяти ножей, выкидной нож в квартире по <адрес> не был обнаружен (т.1 л.д.90-102, 197-211).

Приведенные в приговоре выводы экспертов у суда сомнений не вызывают, так как они мотивированы, обоснованы, экспертизы проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, регулирующего вопросы проведения судебных экспертиз, выводы экспертов согласуются с другими исследованными в суде доказательствами, в связи с чем, суд использует их в качестве доказательств по настоящему уголовному делу, устанавливающих в т.ч. способ образования телесных повреждений у потерпевшей, их локализацию, количество, тяжесть, а также причины ее смерти, период ее наступления, и причастность к этому подсудимого.

Сведения, содержащиеся в рапорте сотрудников полиции, карте вызова «скорой медицинской помощи», устанавливают обстоятельства, имеющие значения для уголовного дела, получены предусмотренным законом способом, согласуются с другими данными по делу, в связи с чем, суд признает их иными документами и использует в качестве доказательств по настоящему уголовному делу, устанавливающих в т.ч. ограничительный период времени, в который совершено убийство, а также о времени и дате смерти потерпевшей.

Осмотр места происшествия, изъятых предметов, их изъятие, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, в связи с чем, протоколы, составленные по результатам указанных следственных действий, суд признает допустимыми и использует в качестве доказательств по настоящему уголовному делу.

Оценивая приведенные в приговоре показания потерпевшего и свидетелей, суд приходит к выводу, что получены они в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с разъяснением всех прав и ответственности, показания указанных лиц согласуются между собой по существенным для дела обстоятельствам, подтверждаются иными данными, в связи с чем, суд их использует в качестве доказательств по уголовному делу.

Из оглашенных в порядке ч.3 ст. 276 УПК Российской Федерации показаний ФИО1, данных им на досудебной стадии по делу в качестве подозреваемого следует, что ДД.ММ.ГГГГ в промежутке времени с 21 часа до 22 часов он с Л.С.С. вернулись в квартиру П.А.В., последний был дома, между ним (ФИО1) и Л.С.С. произошел словесный конфликт, из-за чего именно, он не помнит, в ходе конфликта он достал из кармана пуховика, в котором был одет складной нож с рукоятью коричневого цвета, клинок из металла светлого цвета, взяв его в левую руку, нажал на кнопку, нож раскрылся, и что происходило далее не помнит, помнит, что Л.С.С. находилась на полу, сидела на корточках, он сидел рядом с ней, у неё с шеи «шла» обильно кровь, он понимает, что нанес Л.С.С. удар в область шеи ножом, находился в шоковом состоянии, впоследствии, до приезда сотрудников полиции и скорой помощи, нож, которым нанес удар, выкинул во дворе дома по <адрес>, в крайний правый мусорный бак, так как он был в крови, в крови была и его рука, когда вернулся в квартиру вместе с П.А.В. увидел, что Л.С.С. уже была без признаков жизни, около неё на полу было много крови, кровь была и на его одежде (т.2 л.д.96-99).

При допросе ФИО1 в качестве обвиняемого 19.04.2017г., он пояснял, что 21.11.2016г. после 21 часа 00 минут он и Л.С.С. приехали к П.А.В., в квартиру по адресу: <адрес>, где они втроем разговаривали на разные темы, при этом не употребляли спиртные напитки, через некоторое время он и Л.С.С. стали ругаться, и после этого он увидел на ее шее кровь, а в ее руке нож «складник», который она всегда носила при себе, кто ей нанес ранение, он не знает, нож он из ее руки забрал и выкинул его в мусорный бак ( т.2 л.д.116-120).

При допросе ФИО1 в качестве обвиняемого 24.04.2017г., он пояснял, что когда они находились в квартире у П.Н.В., Л.С.С. вела себя напряженно, она постоянно ходила из зала в кухню, так как занималась приготовлением пищи - жарила мясо и резала сало, около 22 часов он увидел, что Л.С.С. стоит в зале рядом со столом, у нее в руке складной нож, а из шеи идет кровь, кто ей нанес удар, он не видел, возможно, она сама себя ударила ножом в шею (т.2 л.д.135-138).

При допросе ФИО1 в качестве обвиняемого 26.06.2017г., он пояснял, что 21.11.2016г., около 21 часов 00 минут, они с Л.С.С. вернулись в <адрес>, где проживали совместно с П.А.В., Л.С.С. стала жарить мясо, П.А.В. спал на диване в состоянии алкогольного опьянения, он сам сидел в кресле, алкогольные напитки не употребляли, через некоторое время он стал спорить с Л.С.С., причину спора не помнит, ссора происходила в комнате, в какой-то момент он увидел, что у Л.С.С. из шеи бежит кровь, а в ее правой руке складной нож, П.А.В. по его просьбе вызвал сотрудников полиции и врачей скорой помощи, Л.С.С. в это время лежала на полу, подавала ли признаки жизни, он не обратил внимание, сам он вышел на улицу, покурил сигарету, выкинул в мусорный бак нож, который ранее забрал у Л.С.С., и вернулся в квартиру (т.3 л.д.111-114).

Оценивая показания подсудимого ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, суд обращает внимание, что получены они в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с разъяснением всех прав и последствий, с участием защитника, что исключает оказание на допрашиваемого какого-либо давления, замечаний от участников следственных действий на текст протоколов не поступало, принадлежность проставленных в протоколах подписей ему, ФИО1 не отрицает, протоколы следственных действий содержат детали, которые в т.ч. не влияют на квалификацию деяний подсудимого, и не могли быть известны следователю, оперативные сотрудники при допросах не участвовали, в связи с чем, суд приходит к выводу, что показания ФИО1 на досудебной стадии по делу, в т.ч. и в качестве подозреваемого, вопреки доводам подсудимого об оказании на него давления оперативными сотрудниками полиции, давал в результате свободного волеизъявления.

Показания ФИО1, данные им в ходе судебного разбирательства, а также на досудебной стадии по делу, суд использует в качестве доказательств по делу в той части, в которой они стабильны и не опровергаются иными доказательствами по делу.

Так, суд использует в качестве доказательств по делу сообщенные ФИО1 сведения о времени, дате, месте происшествия, о ссоре с Л.С.С., которая произошла непосредственно перед криминальным актом, о наличии у нее ножевого ранения, которое возникло в ходе ссоры, и от которого она скончалась на месте происшествия, о нахождении при этом в квартире П.А.В., а также о том, что нож, от воздействия которого у Л.С.С. образовалось ножевое ранение, он выбросил до приезда сотрудников полиции.

Пояснения ФИО1 о непричастности к причинению ножевого ранения Л.С.С., суд находит не логичными, противоречивыми, они опровергаются показаниями очевидца преступления – свидетеля П.А.В., совокупностью иных доказательств, в связи с чем, суд показания ФИО1 в указанной части признает недостоверными, не использует в качестве доказательств его невиновности, и объясняет сложившейся у него со временем линией защиты и желанием избежать уголовной ответственности за совершение особо тяжкого преступления.

Доводы стороны защиты о том, что Л.С.С. могла сама причинить себе ножевое ранение, суд также находит не логичными, явно надуманными, они опровергаются совокупностью исследованных в суде доказательств, в т.ч. заключением судебно-медицинской экспертизы о месте расположения ножевого ранения у потерпевшей, о направлении раневого канала (т.2 л.д.5-10), явно исключающих его самопричинение, а также показаниями свидетеля П.А.В. стабильно указывающего на то, что ножевое ранение Л.С.С. причинил ФИО1, в связи с чем, суд приводимые доводы о непричастности ФИО1 к инкриминируемому ему преступлению не использует в качестве доказательств его невиновности и относит к способу защиты.

В соответствии с заключением амбулаторной комплексной судебно-психиатрической экспертизы №, ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдал и не страдает в настоящее время, <данные изъяты>

Научность и обоснованность экспертных исследований у суда сомнений не вызывают, обследование ФИО1 экспертами произведено тщательно, с учетом всех данных о его личности.

Оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для разрешения уголовного дела, суд вину подсудимого в умышленном причинении смерти Л.С.С. при изложенных выше обстоятельствах, находит установленной.

О направленности умысла подсудимого на убийство Л.С.С. свидетельствуют используемое им орудие преступления – нож, т.е. опасный в применении предмет, направленность удара – в область жизненно-важного органа.

Мотив преступления – неприязненные отношения, сложившиеся у подсудимого к потерпевшей на бытовой почве.

Принимая во внимание, что действия ФИО1 во время совершения преступлений (он целенаправленно нанес удар потерпевшей ножом) и после него (он понимал, что произошло, предложил очевидцу вызвать полицию, обдумывал защитные версии произошедшего, избавился от орудия преступления) были достаточно организованы, упорядочены и адекватны создавшейся ситуации, суд приходит к выводу, что ФИО1, совершая преступление, не находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или аффекта, вызванного предшествующими криминальному акту ссорой, он причинил смерть потерпевшей, действуя умышленно, из личных неприязненных отношений.

Кроме того, исследованные доказательства устанавливают, что в момент нанесения ФИО1 смертельного удара потерпевшей, последняя не представляла какую-либо угрозу для жизни подсудимого или иных находившихся с ним лиц, в связи с чем, ФИО1 в момент причинения ранения потерпевшей не находился в состоянии необходимой обороны, равно как и при превышении ее пределов, поскольку действуя целенаправленно, нанес потерпевшей удар ножом в область жизненно важных органов, с целью лишения ее жизни, и совершение указанных действий ФИО1, не вызывалось необходимостью.

Сведения, содержащиеся в административном протоколе о совершении ФИО1 21.11.2016г. в 23 час. 30 мин. административного правонарушения (т.3 л.д.195), на что указывает сторона защиты как на доказательство невиновности ФИО1, не опровергают выводы суда об убийстве им Л.С.С. 21.11.2016г., в период времени с 21 часа до 21 часа 55 минут, сделанные в результате оценки совокупности исследованных доказательств, и не исключают возможность привлечения ФИО1 к уголовной ответственности.

Не обнаружение на досудебной стадии по делу орудия убийства, не освобождает ФИО1 от уголовной ответственности по ч.1 ст. 105 УК Российской Федерации, поскольку совокупность исследованных в суде доказательств устанавливают, что смертельное ранение Л.С.С. причинено именно ножом, от которого впоследствии ФИО1 избавился, желая избежать уголовной ответственности.

Каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, препятствующих вынесению в отношении ФИО1 обвинительного приговора органами предварительного расследования не допущено.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.105 УК Российской Федерации – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

ФИО1 <данные изъяты>, материалов уголовного дела, касающихся личности подсудимого, его поведения в судебном заседании, у суда нет оснований сомневаться в психической полноценности ФИО1 и суд признает его вменяемым в отношении инкриминируемого ему деяния.

При определении вида и меры наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, его состояние здоровья, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

ФИО1 по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т.2 л.д.218), вместе с тем, он неоднократно судим, в т.ч. за совершение тяжких преступлений, в отношении него установлен административный надзор.

К обстоятельствам, смягчающим подсудимому наказание, суд относит признание им вины в причастности к смерти Л.С.С. и раскаяние в этом на досудебной стадии по делу.

Суд не применяет в качестве смягчающих ФИО1 наказание обстоятельств, сообщаемые ФИО1 сведения о том, что он просил П.А.В. вызвать «скорую помощь», о том, пытался оказать помощь Л.С.С., зажимая ее рану, останавливая кровь, поскольку его пояснения в указанной части опровергаются показаниями очевидца – свидетеля П.А.В., отрицающего данный факт, оснований не доверять чему, у суда не имеется.

Учитывая, что ФИО1 имея <данные изъяты> судимости за совершение тяжких преступлений, наказание за что, в виде лишения свободы, отбывал реально, в соответствии с п. «б» ч.3 ст.18 УК Российской Федерации, вновь совершил особо тяжкое преступление, в его действиях по настоящему делу имеется особо опасный рецидив, в связи с чем, в соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК Российской Федерации, рецидив преступлений судом признается обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому.

Оснований для признания в качестве отягчающего подсудимому наказание обстоятельство, указанное в ч.1.1 ст. 63 УК Российской Федерации (совершение преступления в состояние опьянения), суд по настоящему уголовному делу не усматривает, так как исследованные доказательства не позволяют сделать вывод о том, что преступление подсудимым совершено исключительно под воздействием алкоголя.

Учитывая все данные о личности подсудимого, обстоятельства дела, суд приходит к выводу о возможности исправления ФИО1 только в условиях изоляции от общества и назначении ему наказания в виде лишения свободы на определенный срок в исправительной колонии особого режима. Суд полагает, что менее строгий вид наказания не обеспечит достижения предусмотренных ст.43 УК Российской Федерации целей и задач наказания, направленных на исправление осужденного и восстановление социальной справедливости. Оснований для применения в отношении ФИО1 правил ст.ст. 62, 64, ч.3 ст.68, ст.73 УК Российской Федерации по делу не имеется. Кроме того, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, наличия в действиях подсудимого рецидива преступлений, оснований для применения в отношении ФИО1 правил ч.6 ст.15 УК Российской Федерации, предусматривающих при определенных условиях возможность изменения категории совершенного подсудимым преступления на менее тяжкую, также не имеется. Вместе с тем, учитывая все данные о личности подсудимого, обстоятельства дела, суд считает возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы. Вид исправительного учреждения определен судом в соответствии с требованиями п. «г» ч.1 ст.58 УК Российской Федерации.

Срок содержания ФИО1 под стражей, который подлежит зачету в срок наказания, необходимо исчислять с момента его фактического задержания, т.е. с 21.11.2016г., что установлено совокупностью исследованных в суде доказательств.

В связи с назначением адвоката в порядке ст. 50 УПК Российской Федерации, следователем, в производстве которого находилось настоящее уголовное дело, вынесены постановления об оплате труда адвокатам Колеговой Е.Ю. и Ляху Ю.А. за оказание ими юридической помощи при защите интересов ФИО1 в ходе предварительного расследования, соответственно в суммах 20384 руб., 3136 руб. и 3136 руб. (т.3 л.д.44-45, 137, 138). Судом также было вынесено постановление об оплате труда адвоката Колеговой Е.Ю. за оказание юридической помощи при защите интересов ФИО1 в ходе судебного разбирательства в сумме 5280 руб. (т.3 л.д.213).

Согласно ч.5 ст.131 УПК Российской Федерации указанные суммы являются процессуальными издержками. В соответствии с нормами ч.ч.1,2 ст.132 УПК Российской Федерации, процессуальные издержки могут быть взысканы с осужденного. При таких обстоятельствах, учитывая имущественное положение ФИО1, состояние его здоровья, возраст и трудоспособность, способствующие получению стабильного дохода, суд считает возможным взыскать с него процессуальные издержки, связанные с участием в деле адвоката по назначению.

Рассматривая исковые требования потерпевшего Л.С.А. о компенсации ему морального вреда, причиненного убийством его дочери, в размере 1500 000 руб. (т.3 л.д. 185), суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с требованиями ст.ст.151, 1099, 1101 ГК Российской Федерации, иск потерпевшего о компенсации ему морального вреда, подлежит удовлетворению, поскольку, противоправными действиями подсудимого ему, в связи со смертью дочери, наступившей по вине ФИО1, причинены физические и нравственные страдания. Определяя размер денежной компенсации, суд учитывает обстоятельства причинения Л.С.А. морального вреда, степень и характер его физических и нравственных страданий, имущественное положение подсудимого, его возраст, состояние здоровья и трудоспособность, и исходя из требований разумности и справедливости, полагает возможным определить денежную компенсацию морального вреда в сумме 1000 000 руб., взыскав указанную суму с ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.302,304,307-309 УПК Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК Российской Федерации, и назначить ему наказание, в виде лишения свободы сроком 12 (двенадцать) лет в исправительной колонии особого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 22.09.2017г.

Зачесть в срок наказания срок содержания ФИО1 под стражей – с 21.11.2016г. по 21.09.2017г.

Избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения и содержать его в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РХ.

Взыскать с ФИО1 в пользу Л.С.А. 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с участием в деле адвоката по назначению, в размере 31936 (тридцать одна тысяча девятьсот тридцать шесть) рублей.

Вещественные доказательства: мужской пуховик, спортивные штаны, мужские кроссовки, дактилопленки, отрезка липкой ленты, смывы, образец крови ФИО1,- хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г.Абакан СУ СК РФ по РХ, - уничтожить; дело административного поднадзорного ФИО1,- хранящееся у УУП УМВД России по г.Абакану К.В.А., - оставить у него по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда Республики Хакасия в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий Е.Г. Щербакова