Приговор № 1-175/2024 1-8/2025 от 15 января 2025 г. по делу № 1-175/2024

УИД 11RS0020-01-2024-001633-07 Уголовное дело № 1-8/2025


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Айкино 16 января 2025 года

Усть-Вымский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Балашенко А.И.,

при секретаре судебного заседания Данелюк Н.В.,

с участием государственного обвинителя Дурнева И.А.,

потерпевшего Ф.И.О.,

подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Лодыгина Р.И., ...,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1...,

по уголовному делу под стражей не содержавшегося, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил нарушение лицом, управляющим автомобилем и находящимся в состоянии опьянения, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при следующих обстоятельствах.

<Дата> с 22:30 до 22:50 водитель ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, управляя технически исправным автомобилем .. г.р.з. <Номер>, перевозя на переднем пассажирском сиденье в салоне автомобиля пассажира Ф.И.О., следовал на ... километре автодороги «...» со стороны <Адрес><Адрес> в направлении <Адрес>, не обеспечил безопасность дорожного движения, не проявляя при этом должной осмотрительности и не заботясь о возможном наступлении общественно-опасных последствий, пренебрег и нарушил требования п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 2.7.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее – ПДД РФ), не выбрал оптимальную скорость движения автомобиля, не принял во внимание особенности и состояние транспортного средства, не обеспечил постоянный контроль за движением транспортного средства, не следил за окружающей обстановкой, проявил преступную неосторожность в форме легкомыслия, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, но без достаточных к тому оснований, самонадеянно рассчитывал на их предотвращение, допустил выезд на полосу движения, предназначенную для движения во встречном направлении, ставя под угрозу жизнь и здоровье пассажира Ф.И.О., проявил невнимательность к дорожной обстановке, не принял необходимых и действенных мер к снижению скорости автомобиля вплоть до его полной остановки, создал опасность для движения, не справился с управлением и допустил съезд автомобиля с дороги на противоположную сторону с выездом за пределы обочины, с последующим опрокидыванием автомобиля.

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля ... Ф.И.О. причинены следующие телесные повреждения: сочетанная травма тела, в состав которой вошли:

- двойной перелом нижней челюсти: открытый перелом нижней челюсти между 31 и 41 зубами и закрытый перелом угла нижней челюсти справа;

- закрытый оскольчатый перелом диафиза правой плечевой кости со смещением;

- закрытая тупая травма живота с разрывом капсулы печени, сопровождающаяся поступлением крови в брюшную полость;

- закрытая тупая травма органов забрюшинного пространства: ушиб почек, гематома в проекции левой почки;

- закрытая тупая травма таза с множественными переломами костей таза, нарушением тазового кольца: перелом крыла подвздошной кости справа со смещением отломков, перелом верхней и нижней ветки левой лонной кости со смещением, нарушение тазового кольца, перелом правой лонной кости в проекции симфиза без выраженного смещения.

Указанная сочетанная травма тела квалифицируется по признаку опасности для жизни как тяжкий вред здоровью.

Наступившие последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью Ф.И.О. состоят в прямой причинно-следственной связи с неосторожными преступными действиями ФИО1, которые в своей совокупности повлекли причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Водитель ФИО1 при совершении дорожно-транспортного происшествия нарушил следующие нормы ПДД РФ:

п. 1.3. Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки;

п. 1.4. На дорогах установлено правостороннее движение;

п. 1.5. Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;

п. 2.7. Водителю запрещается управлять транспортными средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного);

п. 10.1 Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требования Правил.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину не признал, заявил, что <Дата> во второй половине дня распивал вместе с Ф.И.О. спиртное – пиво, до и после чего они вдвоем катались на технически исправном автомобиле ФИО1 ..., ФИО1 по просьбе Ф.И.О. передал тому управление автомобилем ..., Ф.И.О. не справился с управлением и совершил ДТП, в результате которого сам и пострадал, обстоятельств происшествия ФИО1 не помнит, воспоминания заканчиваются моментом, когда Ф.И.О. управляет автомобилем ФИО1, подсудимый настаивал на том, что в момент ДТП автомобилем управлял Ф.И.О., с иском о возмещении потерпевшему морального вреда не согласен, так как не виноват в произошедшем, расстояние от железнодорожного переезда до места ДТП составляет около километра, настаивает на собственной невиновности, так как сотрудники МЧС по уголовному делу сообщили, что извлекли ФИО1 из автомобиля со стороны пассажирского сидения.

Кроме того, подсудимый составил схему, на которой отметил место распития спиртного с Ф.И.О., место ДТП и железнодорожный переезд.

Из содержания протоколов допросов подозреваемого и обвиняемого ФИО1 от <Дата> (т. 1, л.д. 152-155), от <Дата> (т. 1, л.д. 166-168), оглашенных на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, следует, что <Дата> ФИО1 и Ф.И.О. выпили пиво, находились в состоянии алкогольного опьянения, поехали кататься на автомобиле ..., ремнями безопасности не пристегивались, во время одной из остановок распили коньяк, остальных обстоятельств ФИО1 не помнил, в памяти отразились события после того, как он пришел в сознание в больнице <Адрес>, при этом кто, находился за рулем автомобиля в момент ДТП, ФИО1 также не помнил.

<Дата> проведена очная ставка между ФИО1 и потерпевшим Ф.И.О. (т. 1, л.д. 159-162), в ходе которой ФИО1 сообщил, что не помнит обстоятельств, произошедших после распития коньяка на стоянке в <Адрес> перед ДТП, однако помнит, что управление своим автомобилем ... передавал Ф.И.О. в период с 15:00 до 18:00.

Несмотря на позицию подсудимого, отрицавшего факт управления им автомобилем в момент ДТП со ссылкой на показаний ряда свидетелей, виновность ФИО1 в совершении преступления установлена иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Из показаний потерпевшего Ф.И.О. в судебном заседании и из протоколов его допросов от <Дата> (т. 1, л.д. 114-116), от <Дата> (т. 1, л.д. 117-118), оглашенных на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, следует, что <Дата> в дневное время Ф.И.О. и ФИО1 катались на автомобиле ... ФИО1 по <Адрес>, периодически Ф.И.О. также управлял автомобилем, в какой-то момент они приобрели бутылку коньяка 0,5 литра и поехали в <Адрес>, где встали в поле, распили коньяк в салоне автомобиля, затем ФИО1 уснул, находясь на пассажирском месте, на водительском месте находился Ф.И.О., а когда проснулся, то вышел из автомобиля, Ф.И.О. также вышел из автомобиля, они покурили, после чего ФИО1 сел за руль автомобиля и начал движение, при этом Ф.И.О. призывал ФИО1 не ездить в состоянии опьянения, на что ФИО1 ответил, что все будет нормально, ФИО1 запустил двигатель автомобиля, они поехали в сторону <Адрес>, выехали с поля, поехали по <Адрес>, затем по <Адрес>, проехали железнодорожный переезд, двигались в сторону <Адрес>, автомобиль под управлением ФИО1 развил скорость около 100-120 км/ч, ФИО1 не справился с управлением, в машине они находились вдвоем, автомобиль вынесло на встречную полосу, затем Ф.И.О. потерял сознание, события помнит смутно, пришел к себя только в реанимационном отделении ГБУЗ РК «<Адрес> ЦРБ», со слов врачей узнал, что попал в ДТП, обстоятельств которого не помнит, был одет в спортивную ветровку красно-бело-синего цвета с тремя синими полосками на рукавах, в результате ДТП Ф.И.О. постоянно испытывает онемение в руке, сильные и продолжительные боли в ротовой полости при респираторных заболеваниях вследствие полученного двойного перелома челюсти, испытывал затруднения при передвижении, утратил возможность безболезненно заниматься тяжелым физическим трудом, испытывал сильные морально-нравственные страдания, обусловленные фактом дорожно-транспортного происшествия, причиненным его здоровью вредом, длительным стационарным и амбулаторным лечением, а также стрессом, связанным с расследованием и уголовного дела и его рассмотрением в суде, гражданский иск о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда поддержал в полном объеме в размере 5000000 рублей.

Из показаний в судебном заседании свидетеля Ф.И.О. – матери потерпевшего – следует, что <Дата> Ф.И.О. попал в ДТП, со слов которого ей известно, что в момент происшествия за рулем автомобиля находился ФИО1, Ф.И.О. располагался на пассажирском сидении и просил снизить скорость автомобиля, на что ФИО1 никак не реагировал, свидетель созванивалась с ФИО1, пыталась выяснить, кто находился за рулем в момент ДТП, первоначально ФИО1 не мог ответить, впоследствии заявлял, что за рулем находился Ф.И.О., она узнала о наличии видеозаписи, осуществленной на железнодорожном переезде, сообщила об этом сотрудникам полиции, а затем и передала им видеозапись.

Свидетели Ф.И.О. – ......... отделения противопожарной службы <Адрес> пожарной части <Номер> и Ф.И.О. – в <Дата> года старший смены пожарного караула пожарной части <Номер> – в судебном заседании сообщили, что <Дата> в 22:50 на пост связи пожарной части поступил вызов от диспетчера .... <Адрес> о ДТП в <Адрес> недалеко от магазина «..», в составе пожарного отделения свидетели выехали к месту ДТП, где увидели лежавший на левом боку со стороны водителя автомобиль темного цвета ..., в 5 метрах от автомобиля лежал на земле поврежденный столб линии электропередач, кузов автомобиля был сильно поврежден, наибольшие повреждения имелись на правой стороне автомобиля, внутри автомобиля были обнаружены два человека без сознания, с целью извлечения из автомобиля пострадавших автомобиль был перевернут, поставлен на колеса, после чего свидетели увидел, что молодой человек в темной куртке и в штанах защитного цвета лежал на левом боку на пассажирском сидении, его правая нога находилась в лобовом стекле, тот пришел в сознание, второй молодой человек был одет в спортивный костюм красно-белого цвета, лежал между передними сидениями, голова повернута направо, изо рта шла кровь, ноги находились в районе педалей места водителя, в связи с чем свидетели предположили, что за рулем автомобиля находился именно молодой человек в спортивном костюме, первым извлекли молодого человека в темной одежде с пассажирского сидения, его нога находилась в лобовом стекле, было, похоже, что ногой тот пробил лобовое стекло, нога застряла, свидетель разрезал переднюю стойку кузова, помог вытащить пострадавшему ногу, затем из автомобиля был извлечен второй молодой человек в спортивном костюме через передние двери с водительской стороны, оба молодых человека ремнями безопасности пристегнуты не были.

Из показаний в судебном заседании свидетеля Ф.И.О. – инспектора ОГИБДД ОМВД России по <Адрес> – следует, что <Дата> вместе с инспектором ОГИБДД ОМВД России по <Адрес> Ф.И.О. он выехал на место ДТП в <Адрес>, водителя и пассажира автомобиля на месте не было, на месте ДТП находились сотрудники МЧС, которые пояснили, что водитель был одет в белую ветровку, а пассажир – в зеленого защитного цвета костюм, затем один из пострадавших – ФИО1, одетый в камуфляжного цвета кофту – самостоятельно вернулся к месту ДТП после госпитализации, ФИО1 был освидетельствован на состояние опьянения на месте ДТП, Ф.И.О. составлен ряд административных протоколов, в которых ФИО1 указан в качестве пассажира автомобиля ..., поскольку Ф.И.О. руководствовался пояснениями сотрудников МЧС о том, кто находился за рулем, а кто располагался на пассажирском сидении, основанных на месте извлечения пострадавших из автомобиля.

Из показаний в судебном заседании свидетеля Ф.И.О. – инспектора по ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по <Адрес> – следует, что в ее производстве находился материал об административном правонарушении в отношении неустановленного водителя, который <Дата> совершил ДТП, в результате которого пострадали Ф.И.О. и ФИО1, по результатам СМЭ установлено, что здоровью Ф.И.О. причинен тяжкий вред, материал проверки передан в следственное отделение ОМВД России по <Адрес> для проведения проверки в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ, диск с видеозаписью с камеры наблюдения, установленной на железнодорожном переезде, была предоставлено Ф.И.О.

Свидетель Ф.И.О., протокол допроса которой от <Дата> (т. 1, л.д. 143-146) был оглашен на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, сообщила, что <Дата> около магазина «...» <Адрес> увидела автомобиль темного цвета, лежавший на боку, о чем она сообщила в полицию, к автомобилю не подходила, в салон не заглядывала, так как испугалась.

Виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления также подтверждается и иными доказательствами:

- рапортом оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по <Адрес> от <Дата> о поступлении <Дата> в 22:50 телефонного сообщения Ф.И.О. о ДТП с пострадавшими около магазина «...» в <Адрес> (т. 1, л.д. 43);

- рапортом оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по <Адрес> от <Дата> о поступлении <Дата> в 23:55 сообщения фельдшера скорой медицинской помощи Ф.И.О. об оказании медицинской помощи Ф.И.О. (т. 1, л.д. 44);

- рапортом оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по <Адрес> от <Дата> о поступлении <Дата> в 23:55 сообщения фельдшера скорой медицинской помощи Ф.И.О. об оказании медицинской помощи ФИО1 с диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, признаки алкогольного опьянения (т. 1, л.д. 45);

- рапортом оперативного дежурного дежурной части ОМВД России по <Адрес> от <Дата>, согласно которому <Дата> в 19:35 поступило сообщение из ГБУЗ РК «..........» об оказании медицинской помощи Ф.И.О., поступившему из ГБУЗ РК «<Адрес> ЦРБ», выставлен диагноз: тяжелая сочетанная травма, множественные переломы костей таза, открытый перелом диафиза правой плечевой кости, закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб правого легкого, тупая травма живота, ушиб печени, правой почки с подкапсульной гематомой, травматический шок 2 степени, подгеморрагическая анемия, острая почечная недостаточность, признаки алкогольного опьянения (т. 1, л.д. 46);

- актом <Адрес> освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от <Дата>, согласно которому <Дата> в 01:23 установлено состояние алкогольного опьянения ФИО1 (т. 1, л.д. 86);

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от <Дата>, согласно которому осмотрен участок ... километра автодороги <Адрес>, установлено, что проезжая часть имеет уклон и подъем, покрыта мокрым асфальтом, дефектов не имеет, дорожное покрытие для двух направлений шириной 6,5 м, справа и слева – обочины, видимость на месте ДТП составляет 100 метров, обнаружен лежащий вдоль обочины столб ЛЭП, с левой стороны автодороги поврежден забор, автомобиль ... г.р.з. <Номер> располагается на левой обочине вдоль забора передней частью кузова в направлении д. <Адрес>, вдоль обочины обнаружены номерной знак, опора ЛЭП, части кузова автомашины, на кузове автомобиля обнаружены повреждения, согласно схеме ДТП автомобиль ... выехал на полосу, предназначенную для движения во встречном направлении (т. 1, л.д. 87-109);

- протоколом осмотра транспортного средства от <Дата>, согласно которому осмотрен автомобиль ... г.р.з. <Номер>, обнаружена деформация всего кузова, наиболее значительные повреждения обнаружены на правой передней части кузова со стороны переднего пассажира (т. 1, л.д. 110);

- протоколом выемки от <Дата>, согласно которому у потерпевшего Ф.И.О. изъята спортивная куртка, в которую, с его слов, он был одет в момент ДТП (т. 1, л.д. 175-177);

- протоколом выемки от <Дата>, согласно которому у Ф.И.О. изъят диск с видеозаписью, предоставленной Ф.И.О. (т. 1, л.д. 179-183);

- протоколом выемки от <Дата>, согласно которому у ФИО1 изъята куртка камуфляжная цвета хаки, в которую, с его слов, он был одет в момент ДТП (т. 1, л.д. 185-189);

- протоколом выемки от <Дата>, согласно которому у ФИО1 изъят автомобиль ... г.р.з. <Номер> (т. 1, л.д. 191-195);

- протоколом осмотра предметов от <Дата> (т. 1, л.д. 196-200), согласно которому осмотрена видеозапись с камеры, установленной в пределах железнодорожного переезда <Адрес> от <Дата>, записанная на диск, изъятый в ходе выемки у свидетеля Ф.И.О., при запуске видеофайла в правом верхнем углу отображается дата <Дата>, время 22:46:05, переезд освещен, в 22:47:46 на видеозаписи появляется проезжающий со стороны <Адрес> в направлении <Адрес> автомобиль, лицо пассажира автомобиля различить не представляется возможным, скриншоты видеозаписи распечатаны в черно-белой цветовой гамме.

В ходе просмотра указанной видеозаписи в судебном заседании установлено, что рассмотреть лицо человека, находившегося в автомобиле, и идентифицировать его с потерпевшим либо с подсудимым по внешним признакам лица и тела, невозможно.

Вместе с тем, установлено, что верхний фрагмент одежды, в которую одет пассажир автомобиля, запечатленного на видеозаписи, выполнен из материала красно-оранжевого цвета.

После просмотра видеозаписи подсудимый заявил, что идентифицировать человека, находившегося в автомобиле, а также определить цвет его одежды, не представляется возможным в силу низкого качества видеозаписи, в то время как потерпевший узнал по цвету одежды себя в человеке, сидевшем в автомобиле.

Следователем осмотрены куртки, изъятые у Ф.И.О. и ФИО1, осуществлено фотографирование, однако фототаблица распечатана в черно-белом цвете, в то время как определение цвета одежды имеет важное значение для рассмотрения уголовного дела и установления обстоятельств преступления, в связи с чем в судебном заседании осмотрены куртки, надетые на Ф.И.О. и ФИО1 в момент ДТП: на куртке Ф.И.О. установлено наличие вставок белого и синего цветов, а также обширных вставок красного цвета в верхней плечевой части куртки, целостность куртки нарушена вследствие разрезания ножницами при оказании медицинской помощи Ф.И.О.

Осмотрена была и куртка, изъятая у ФИО1, цвет куртки - защитно-камуфляжный, зелено-коричневый, вставок красного, оранжевого и иных цветов ярких оттенков куртка не имеет;

- протоколом осмотра предметов от <Дата>, согласно которому осмотрен автомобиль ... г.р.з. <Номер>, установлено наличие многочисленных повреждений, разрушения кузова, преимущественно в правой передней его части (т. 1, л.д. 206-210);

- заключением эксперта <Номер> от <Дата>, согласно выводам которого для обеспечения безопасности движения, до момента потери контроля над управлением автомобиля, водителю автомобиля ... следовало руководствоваться требованиям п. 10.1 абз.1 ПДД РФ, для предотвращения ДТП водителю было достаточно контролировать характер движения своего автомобиля в пределах проезжей части, выбирая такую скорость, которая позволяет безопасно преодолеть участок дороги, по которой двигался автомобиль, при выполнении требований п. 10.1 абз.1 ПДД РФ водитель располагал возможностью предотвратить дорожно-транспортное происшествие (т. 2, л.д. 112-114);

- заключением эксперта <Номер> от <Дата>, согласно выводам которого на момент обращения за медицинской помощью и медицинского обследования <Дата> у ФИО1 объективных признаков телесных повреждений не обнаружено (т. 2, л.д. 37-38);

- заключением эксперта <Номер>Д от <Дата>, согласно выводам которого у Ф.И.О. обнаружена сочетанная травма тела, в состав которой вошли: двойной перелом нижней челюсти: открытый перелом нижней челюсти между 31 и 41 зубами и закрытый перелом угла нижней челюсти справа; закрытый оскольчатый перелом диафиза правой плечевой кости со смещением; закрытая тупая травма живота с разрывом капсулы печени, сопровождающаяся поступлением крови в брюшную полость; закрытая тупая травма органов забрюшинного пространства: ушиб почек, гематома в проекции левой почки; закрытая тупая травма таза с множественными переломами костей таза, нарушением тазового кольца: перелом крыла подвздошной кости справа со смещением отломков, перелом верхней и нижней ветви левой лонной кости со смещением, нарушение тазового кольца, перелом правой лонной кости в проекции симфиза без выраженного смещения, обнаруженные повреждения могли образоваться в результате ударных воздействий твердыми тупыми предметами, возможно в результате ударов о внутренние части салона автомобиля, в условиях дорожно-транспортного происшествия <Дата>, не исключается при управлении автомобилем ФИО1, обнаруженные повреждения квалифицируются по признаку опасности для жизни как тяжкий вред здоровью (т. 1, л.д. 240-246);

- заключением эксперта <Номер><Адрес> от <Дата>, согласно которому обнаруженные у Ф.И.О. телесные повреждения, установленные в заключении эксперта <Номер>Д от <Дата>, могли образоваться в результате ударных воздействий твердыми тупыми предметами, возможно в результате ударов о внутренние части салона автомобиля, в условиях дорожно-транспортного происшествия, при этом эксперт отметил, что наиболее вероятно, что Ф.И.О. являлся пассажиром транспортного средства, о чем свидетельствуют морфологические признаки обнаруженных повреждений, в том числе их локализация, отсутствие характерных повреждений для водителя, а также данные предоставленных материалов уголовного дела: данные протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия с приложением фототаблицы осмотра места дорожно-транспортного происшествия от <Дата> имевшего место на ... км автодороги <Адрес> (т. 2, л.д. 22-30).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Ф.И.О. сообщил, что при проведении экспертизы сопоставил обнаруженные им у Ф.И.О. телесные повреждения с повреждениями автомобиля ..., отраженными в протоколе осмотра места происшествия, поэтому и пришел к выводу о том, что именно Ф.И.О. являлся пассажиром автомобиля ... в момент ДТП, поскольку, с учетом повреждений автомобиля ..., травмы, полученные Ф.И.О., могли быть получены им только в случае, если он располагался на переднем пассажирском сидении указанного автомобиля.

В качестве еще одного довода в пользу своего вывода о нахождении Ф.И.О. на пассажирском сидении эксперт привел отсутствие у Ф.И.О. повреждений, в целом характерных для телесных повреждений, получаемых водителями в результате дорожно-транспортных происшествий.

При этом эксперт смог объяснить отсутствие у ФИО1 телесных повреждений, характерных как для водителя, так и для пассажиров автомобилей в результате ДТП.

По мнению эксперта, указанное обстоятельство обусловлено отсутствием каких-либо значительных повреждений кузовной части автомобиля ... с левой передней водительской стороны.

Кроме того, эксперт пояснил, что факт сохранения ФИО1 возможности самостоятельно передвигаться после его отказа от госпитализации также указывает на то, что именно ФИО1 находился на водительском сидении в момент ДТП, поскольку если бы он в момент ДТП находился бы на пассажирском сидении, то неизбежно получил бы такие повреждения, при которых не смог бы самостоятельно передвигаться.

Эксперт пояснил, что приведенный им вывод является объективным, вероятностным не является, так как основан на сопоставлении повреждений левой и правой передних частей кузова автомобиля AUDI и телесных повреждений, полученных ФИО1 и Ф.И.О.

Также эксперт сообщил, что факт обнаружения ФИО1 сотрудниками аварийно-спасательной службы на переднем пассажирском сидении не может свидетельствовать о том, что ФИО1 являлся пассажиром автомобиля, поскольку во время ДТП, в том числе при переворачивании и опрокидывании автомобиля, не пристегнутые ремнями безопасности лица, находящиеся в автомобиле, под воздействием инерции и иных физических сил двигаются хаотично и непредсказуемо, в результате чего возможно изменение их положения относительно первоначального, имевшего место до ДТП.

Кроме того, эксперт исключил возможность образования обнаруженных у Ф.И.О. телесных повреждений в результате применения спасателями специальных средств и инструментов по причине отсутствия таковых следов на теле потерпевшего.

По ходатайству государственного обвинителя к материалам уголовного дела приобщен его рапорт с расчетами расстояния от железнодорожного переезда до места ДТП, а также времени, за которое автомобиль ... преодолел расстояние от железнодорожного переезда до места ДТП.

Так, согласно данным сервиса «Яндекс. Карты» расстояние от железнодорожного переезда до магазина «....», неподалеку от которого произошло ДТП, по автодороге «<Адрес>» составляет 876 метров.

Используя общеизвестную и не требующую специальных познаний формулу t=s\v, где t – время, s – расстояние, v – скорость, государственный обвинитель рассчитал, что расстояние в 876 метров при скорости движения 100 км/ч, указанную потерпевшим Ф.И.О., автомобиль под управлением ФИО1 преодолел за 31,5 секунды.

Скриншоты приложения «Яндекс. Карты» и порядок расчетов также приобщены к материалам уголовного дела.

Суд, руководствуясь положениями ст. 88 УПК РФ, признает исследованные и приведенные выше доказательства относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела и доказанности виновности ФИО1 в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

В основу приговора суд принимает показания ФИО1, данные в ходе очной ставки, о том, что его автомобилем Ф.И.О. управлял <Дата> с 15:00 до 18:00, а также показания в суде и со стадии предварительного расследования о том, что как ФИО1, так и Ф.И.О. распивали спиртное – пиво и коньяк, оба управляли автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, а также о том, что ФИО1 был одет в кофту защитного камуфляжного цвета.

В основу приговора принимаются показания потерпевшего Ф.И.О. о совместном с ФИО1 распитием коньяка, о нахождении ФИО1 за рулем в момент дорожно-транспортного происшествия, о безуспешных попытках Ф.И.О. удержать ФИО1 от управления автомобилем в состоянии опьянения, о том, что в момент ДТП Ф.И.О. был одет в спортивную куртку красно-бело-синего цветов, о полученных потерпевшим травмах и повреждениях, о перенесенных морально-нравственных страданиях.

Показания свидетелей Ф.И.О. и Ф.И.О. об обнаружении лежащего на левом боку автомобиля, о его переворачивании для облегчения извлечения пострадавших, о преобладании повреждений правой части кузова автомобиля, об извлечении из автомобиля Ф.И.О. со стороны водителя, а ФИО1 – со стороны пассажира, о том, что одной из ног ФИО1 пробил лобовое стекло автомобиля суд также принимает за основу приговора.

За основу приговора принимаются и показания свидетеля Ф.И.О. о неоднозначной позиции ФИО1, касающейся виновника ДТП, первоначально не сообщившего о том, кто был за рулем автомобиля, а затем категорично утверждавшего, что за рулем автомобиля находился Ф.И.О., а также о получении ею видеозаписи с камеры видеонаблюдения, установленной на железнодорожном переезде <Адрес>, о передаче оптического диска с видеозаписью сотруднику полиции Ф.И.О., проводившей административное расследование.

Показания свидетеля Ф.И.О. учитываются судом в части причин указания им в процессуальных документах на ФИО1 как пассажира автомобиля, что, согласно показаниям Ф.И.О., было обусловлено сведениями от сотрудников пожарной части Ф.И.О. и Ф.И.О. об извлечении ФИО1 со стороны пассажирской правой двери.

Показаниями свидетеля Ф.И.О. принимаются во внимание в части обстоятельств передачи ей Ф.И.О. оптического диска с видеозаписью с железнодорожного переезда.

Показаниями свидетеля Ф.И.О. подтверждено нахождение автомобиля после ДТП на левой стороне кузова.

За основу обвинительного приговора принимаются и письменные доказательства – протокол осмотра места ДТП со схемой и фототаблицей, отражающих обстановку на месте ДТП, протокол осмотра автомобиля, отразивший имеющиеся повреждения кузова, заключения судебно-медицинских экспертов об определении степени тяжести вреда здоровью Ф.И.О. и содержащих выводы о том, что он являлся пассажиром автомобиля в момент ДТП, заключение автотехнической экспертизы о необходимости водителю руководствоваться требованиями абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ для предотвращения ДТП, акт освидетельствования на состояние опьянения, согласно которому установлено состояние опьянения ФИО1 в момент ДТП, а также протоколами осмотров оптического диска с видеозаписью, предметов одежды подсудимого и потерпевшего, их просмотра и осмотра непосредственно в судебном заседании.

По ходатайству государственного обвинителя к материалам уголовного дела приобщен его рапорт с расчетами расстояния от железнодорожного переезда до места ДТП, а также времени, за которое автомобиль ... преодолел расстояние от железнодорожного переезда до места ДТП.

В связи с тем, что приведенные государственным обвинителем расчеты могут быть проверены без специальных познаний в области физики и математики, суд также принимает их в качестве доказательства по уголовному делу и учитывает, что расстояние от железнодорожного переезда до магазина «.....», неподалеку от которого произошло ДТП, по автодороге «<Адрес>» составляет 876 метров, которое автомобиль под управление ФИО1 при скорости около 100 км/ч преодолел примерно за 30-32 секунды.

Показания ФИО1 носят непоследовательный и противоречивый характер: так, изначально ФИО1 заявлял о том, что не помнит, кто находился за рулем, затем категорично заявил, что за рулем именно он не находился, после чего выдвинул еще одну версию, согласно которой за рулем автомобиля в момент ДТП находился потерпевший Ф.И.О.

В ходе очной ставки с потерпевшим ФИО1 сообщил, что Ф.И.О. управлял автомобилем с 15:00 до 18:00.

Указанные противоречия ФИО1 объяснил тем, что момент ДТП не помнит, а помнит только то, что непосредственно перед ДТП за рулем автомобиля находился Ф.И.О.

Указанное объяснение критического анализа не выдерживает.

Так, ФИО1 дал подробные показания об обстоятельствах <Дата>, предшествовавших ДТП: сообщил, время, место встречи с Ф.И.О., повод для встречи, количество и разновидность выпитого спиртного, порядок собственных действий и действий Ф.И.О. во время встречи и распития спиртного, подробно сообщил о событиях после его доставления в медицинское учреждение, о мотивах, побудивших его отказаться от госпитализации, о стремлении вернуться к месту ДТП, об обстоятельствах производства в отношении него административных процедур сотрудниками ГИБДД, однако показаний о непосредственном моменте ДТП не дал, сославшись на запамятование этих событий.

Вместе с тем, согласно заключению судебно-медицинского эксперта, объективных признаков телесных повреждений у ФИО1 не обнаружено, что свидетельствует и об отсутствии причин, связанных с получением во время ДТП травм, которые могли бы спровоцировать запамятование обстоятельств ДТП.

В судебном заседании ФИО1 объяснил, что его убежденность в собственной невиновности в совершении инкриминируемого преступления, помимо уверенности в том, что перед ДТП за рулем находился Ф.И.О., основана на показаниях свидетелей Ф.И.О. и Ф.И.О. – сотрудников аварийно-спасательной службы, которые сообщили, что Ф.И.О. был обнаружен между водительским и пассажирским креслом, ноги – в районе педального узла, ФИО1 был обнаружен на переднем пассажирском сидении, при этом одна из его ног прошла сквозь лобовое стекло, что, по мнению подсудимого и его защитника, безусловно свидетельствует о том, что ФИО1 находился на пассажирском, а не на водительском сидении в момент ДТП.

Приведенная позиция стороны защиты опровергнута представленными суду доказательствами.

Так, Ф.И.О. как в ходе предварительного расследования, так и в суде, давал последовательные и логически непротиворечивые показания о том, что в момент ДТП, произошедшем <Дата> около 22:50, он автомобилем не управлял.

Показания потерпевшего в указанной части подтверждаются показаниями ФИО1, данными им в ходе очной ставки с Ф.И.О. <Дата> (т. 1, л.д. 159-162), в ходе которой ФИО1 сообщал, что передавал управление автомобилем Ф.И.О. с 15:00 до 18:00, а не во момент ДТП <Дата> около 22:50.

Сопоставляя результаты просмотра видеозаписи, произведенной <Дата> после 22:45 на железнодорожном переезде в <Адрес> по направлению движения автомобиля ФИО1, в ходе которого установлено, что пассажир автомобиля, пересекшего железнодорожный переезд, был одет в одежду из красного или ярко-оранжевого материала, и осмотра предметов – куртки Ф.И.О., верхняя часть которой выполнена из материала красного цвета, куртки ФИО1, выполненной из материала камуфляжного защитного цвета без ярких элементов, суд, исходя из идентичности цветов одежды на видеозаписи и одежды Ф.И.О., приходит к выводу о том, что пассажиром автомобиля являлся Ф.И.О., в ходе просмотра видеозаписи подтвердивший, что на ней запечатлен автомобиль ФИО1, двигавшийся через железнодорожный переезд, расположенный на расстоянии около 1 километра до места ДТП.

Опровергают позицию стороны защиты о том, что ФИО1 являлся пассажиром, а не водителем автомобиля ... в момент ДТП, и заключения судебно-медицинского эксперта Ф.И.О. и его показания в судебном заседании, из которых следует, что именно Ф.И.О. являлся пассажиром автомобиля ..., на что указывают отсутствие характерных для водителя повреждений, а также обнаруженные у него телесные повреждения, соответствующие деформации и повреждениям кузова автомобиля с передней правой стороны.

Кроме того, из показаний эксперта Ф.И.О. следует, что в условиях произошедшего ДТП при отсутствии третьих лиц в автомобиле, на что указывали как Ф.И.О., так и ФИО1, водителем автомобиля ... мог быть только ФИО1, у которого не обнаружено признаков телесных повреждений, что соответствует отсутствию существенных повреждений кузова автомобиля с левой стороны.

Таким образом, наличие у Ф.И.О. обнаруженных телесных повреждений указывает на то, что именно он был пассажиром автомобиля в момент ДТП, в то время как отсутствие у ФИО1 телесных повреждений, в том числе характерных для водителей, соответствующих отсутствию значительных повреждений левой передней стороны кузова автомобиля, сохранение возможности самостоятельно передвигаться, указывает на то, что именно ФИО1 управлял автомобилем ... в момент ДТП.

Факт обнаружения ФИО1 после ДТП на переднем пассажирском сидении, а Ф.И.О. – в пространстве между водительским и пассажирским сиденьями с ногами, размещенными в районе педального узла, стороной обвинения не опровергнут.

Вместе с тем, показания Ф.И.О. и Ф.И.О. об указанных выше обстоятельствах сами по себе о невиновности ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления и о том, что он был пассажиром автомобиля, не свидетельствуют.

Так, представленными доказательствами: показаниями ФИО1, Ф.И.О., Ф.И.О. и Ф.И.О. установлено, что ни ФИО1, ни Ф.И.О. ремнями безопасности во время ДТП пристегнуты не были.

Указанное обстоятельство в совокупности с высокой скоростью движения и произошедшим опрокидыванием автомобиля свидетельствует о возможности хаотичного и непрогнозируемого изменения положения тел Ф.И.О. и ФИО1 по время ДТП.

Соответствующий вывод суда основан на показаниях эксперта Ф.И.О., который при допросе в судебном заседании допустил возможность изменения положения тел Ф.И.О. и ФИО1 в условиях дорожно-транспортного происшествия.

Эксперт Ф.И.О. имеет высшее медицинское образование, значительный опыт работы в сфере судебной медицины.

Вместе с тем, Ф.И.О. и Ф.И.О., несмотря на обширный опыт работы в аварийно-спасательной сфере, соответствующим образованием, позволяющим соотнести телесные повреждения с повреждениями автомобиля, не обладают, в своей практике ни разу не сталкивались со случаями перемещения лиц по салону автомобиля во время ДТП.

Выводы эксперта Ф.И.О. основаны на полном и всестороннем анализе всех обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, а также наступивших последствий, в то время как выводы Ф.И.О. и Ф.И.О. о том, что водителем был Ф.И.О., а пассажиром – ФИО1, основаны исключительно на месте их извлечения из автомобиля.

Таким образом, суд отвергает выводы Ф.И.О. и Ф.И.О. о том, что водителем автомобиля был Ф.И.О., а пассажиром – ФИО1, и руководствуется выводами эксперта о том, что пассажиром автомобиля ... в момент ДТП был Ф.И.О.

Принимая во внимание показания ФИО1 о том, что Ф.И.О. управлял автомобилем с 15:00 до 18:00, в то время как ДТП имело место около 22:50, идентификацию по цвету одежды пассажира автомобиля, пересекшего железнодорожный переезд, как Ф.И.О., незначительное расстояние (около 876 метров) от железнодорожного переезда до места ДТП, незначительное количество времени (30-32 секунды), прошедшее от момента пересечения железнодорожного переезда до момента ДТП, а также принимая во внимание вышеприведенные выводы эксперта о занимаемых подсудимым и потерпевшим местах в салоне автомобиля в момент ДТП, суд приходит к выводу о том, что пассажиром автомобиля ... в момент ДТП, вопреки позиции стороны защиты, являлся не подсудимый ФИО1, а потерпевший Ф.И.О.

Исходя из показаний Ф.И.О., ФИО1, Ф.И.О., Ф.И.О. о том, что в салоне автомобиля находилось только 2 человека, учитывая, что Ф.И.О. являлся пассажиром, суд приходит к выводу о том, что в момент ДТП автомобилем ... управлял подсудимый ФИО1

Из показаний Ф.И.О. следует, что ФИО1 проигнорировал просьбу потерпевшего отказаться от идеи кататься на автомобиле в состоянии опьянения после употребления коньяка, ответив, что все будет нормально.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1 понимал возможность наступления от своих действий общественно-опасных последствий в виде дорожно-транспортного происшествия, и без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий.

Допросы подсудимого, очная ставка с потерпевшим, допросы потерпевшего и свидетелей по уголовному делу проведены в соответствии с УПК РФ, оснований для их признания недопустимыми доказательствами не имеется.

Все экспертизы по уголовному делу проведены в соответствии с требованиями гл. 27 УПК РФ – на основании постановлений следователя, с которыми ФИО1 совместно с защитником были ознакомлены, при этом ходатайств о постановке перед экспертом новых или дополнительных вопросов не заявлялось, ходатайств о проведении дополнительной или повторной экспертизы также не заявлялось, экспертизы проведены уполномоченными лицами, квалификация и наличие специального образования которых подтверждены материалами уголовного дела, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УПК РФ, заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, неясностей и противоречий в выводах экспертов не содержится, поскольку экспертами даны ответы на поставленные следователем вопросы, сомнений в обоснованности заключений у суда также не имеется по указанным выше причинам.

Показания потерпевшего Ф.И.О. являются последовательными, логичными и непротиворечивыми, согласуются с иными доказательствами по уголовному делу – заключениями судебно-медицинских экспертиз, показаниями эксперта, протоколами осмотров места ДТП, поэтому суд отдает предпочтение им, а не показаниям подсудимого, которые противоречат иным доказательствам по уголовному делу, приведенным выше.

Государственными обвинителем предъявленное подсудимому обвинение поддержано по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 совершил инкриминируемое ему преступление при обстоятельствах, приведенных в описательной части приговора.

Суд считает доказанным, что причинение потерпевшему Ф.И.О. обнаруженных в ходе проведения экспертиз телесных повреждений, квалифицированных как тяжкий вред здоровью, произошло в результате ударов о внутренние части салона автомобиля, в условиях дорожно-транспортного происшествия <Дата> с учетом заключений экспертов №<Номер> от <Дата> (т. 1, л.д. 240-246), <Номер> от <Дата> (т. 2, л.д. 22-30).

Таким образом, между нарушением ФИО1 ПДД РФ и причинением тяжкого вреда здоровью Ф.И.О. установлена и доказана прямая причинно-следственная связь.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» дорожно-транспортное происшествие - событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

События, установленные в ходе рассмотрения уголовного дела судом по существу, соответствуют определению дорожно-транспортного происшествия.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 утверждены Правила дорожного движения, предписывающие соблюдать определенный порядок движения на дороге, в том числе лицом, управляющим транспортным средством.

ФИО1, являясь участником дорожного движения, в силу требований п. 1.3 ПДД РФ обязан знать и соблюдать требования Правил дорожного движения, сигналов светофоров, знаков и разметки; согласно п. 1.4 ПДД РФ руководствоваться тем, что на дорогах установлено правостороннее движения, во исполнение требований п. 1.5 ПДД РФ он должен действовать так, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Кроме того, ФИО1 обязан соблюдать предусмотренный п. 2.7 ПДД РФ запрет на управление транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного).

Факт управления автомобилем в состоянии алкогольного опьянения подтверждается показаниями ФИО1 и Ф.И.О., сообщивших о значительном количестве выпитого алкоголя – пива и коньяка – перед тем, как произошло ДТП, а также из акта <Адрес> освидетельствования на состояние опьянения, согласно которому у ФИО1 имелись признаки алкогольного опьянения в виде запаха алкоголя изо рта, а по результатам освидетельствования установления состояние опьянения ФИО1, с результатами освидетельствования подсудимый был согласен.

Таким образом, квалифицирующий признак совершения преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения, подтвердился в ходе судебного следствия.

По смыслу положений абз. 1 п. 10.1 ПДД РФ ФИО1 должен был вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать ФИО1 возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требования Правил.

Таким образом, суд признает виновность ФИО1 доказанной и квалифицирует его действия по п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения.

Оснований сомневаться во вменяемости ФИО1 не имеется.

При назначении наказания суд руководствуется требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося в соответствии с ч. 3 ст. 15 УК РФ к категории преступлений средней тяжести, данные о личности ФИО1, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 не судим, .....

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает наличие малолетнего ребенка, ......

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства активного способствования раскрытию преступления либо явки с повинной признательных объяснений ФИО1 от <Дата> (т. 1, л.д. 84-85) не имеется, поскольку на момент опроса сотрудникам правоохранительных органов о причастности ФИО1 к совершению преступления сообщил потерпевший Ф.И.О.

Причиненный преступлением вред ФИО1 путем принесения извинений не загладил, оснований для признания принесения извинений потерпевшему смягчающим наказание обстоятельством не имеется.

Заявления ФИО1 на стадии предварительного расследования и в ходе рассмотрения дела судом по существу о готовности возместить затраты, связанные с лечением Ф.И.О., в качестве смягчающего наказание обстоятельства также не могут быть учтены, поскольку каких-либо реальных действий, направленных на возмещение вреда, причиненного преступлением, ФИО1 не предпринял.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

С учетом фактических обстоятельств преступления, его характера и степени общественной опасности оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Исключительных обстоятельств, указанных в ст. 64 УК РФ, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время и после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, не имеется, в связи с чем основания для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ отсутствуют.

Принимая во внимание вывод об отсутствии оснований для применения при назначении наказания ст. 64 УК РФ, санкцию ч. 2 ст. 264 УК РФ, а также характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, наличие смягчающих обстоятельств, несмотря на отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что цели наказания в виде восстановления социальной справедливости, исправления ФИО1 и предупреждение совершения им новых преступлений могут быть достигнуты только при назначении основного наказания в виде лишения свободы.

Учитывая данные о личности ФИО1, не судимого, по месту жительства характеризующегося удовлетворительно, трудоустроенного, состоящего в браке, а также принимая во внимание совокупность смягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что исправление ФИО1 возможно без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, и заменяет ему в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы принудительными работами.

Санкцией ч. 2 ст. 264 УК РФ предусмотрено дополнительное наказание к основному наказанию в виде принудительных работ в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, в связи с чем суд, принимая во внимание обстоятельства и объект преступления, характер и степень общественной опасности совершенного деяния, приходит к выводу о невозможности сохранения за ФИО1 права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, поэтому считает необходимым для усиления профилактического воздействия назначить подсудимому дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Официальная трудовая деятельность ФИО1 непосредственно не связана с управлением транспортными средствами, сведений о том, что деятельность по управлению транспортными средствами является основным источником его дохода, не представлено.

Оснований, предусмотренных главой 12 УК РФ для освобождения ФИО1 от наказания, суд не усматривает, сведений о заглаживании вреда, причиненного преступлением потерпевшему Ф.И.О., не представлено.

Потерпевшим Ф.И.О. заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 5000000 рублей, в обоснование исковых требований потерпевший Ф.И.О. заявил, что в результате дорожно-транспортного происшествия и причинения тяжкого вреда его здоровью он испытал физические и нравственные страдания, которые выразились в продолжительном лечении в учреждениях здравоохранения, длительном сохранении болей, онемении и утрате чувствительности руки, сильных болях в ротовой полости при респираторных заболеваниях из-за перенесенного двойного перелома челюсти, утрате возможности заниматься тяжелым физическим трудом, а также в стрессе, обусловленном расследованием уголовного дела и его рассмотрением судом по существу.

Разрешая исковые требования, суд приходит к следующему.

Согласно положениям ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается, в том числе, на гражданина, который владеет источником повышенной опасности, в том числе, на праве собственности.

Из показаний ФИО1, а также из карточки учета транспортного средства (т. 2, л.д. 55) следует, что собственником автомобиля ... г.р.з. <Номер> по состоянию на <Дата> являлся и в настоящее время является подсудимый ФИО1

Таким образом, ФИО1, являясь владельцем источника повышенной опасности на момент ДТП, должен нести ответственность за вред, причиненный гражданскому истцу.

По делу установлено, что в результате деяния ФИО1 причинен вред принадлежащим Ф.И.О. нематериальным благам – его здоровью, поэтому исковые требования потерпевшего заявлены обоснованно.

При определении размера компенсации морального вреда Ф.И.О. суд руководствуется положениями ст.ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, учитывает характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, выразившихся в продолжительном лечении в учреждениях здравоохранения, длительном сохранении болей, онемении и утрате чувствительности руки, сильных болях в ротовой полости при респираторных заболеваниях из-за перенесенного двойного перелома челюсти, утрате возможности заниматься тяжелым физическим трудом, стрессе, переживаниях, также суд учитывает степень вины подсудимого ФИО1, его материальное положение, наличие источника дохода, возможность получения заработка с учетом его трудоспособного возраста и состояния здоровья, конкретные обстоятельства дела, требования разумности и справедливости.

С учетом вышеизложенного суд считает правильным удовлетворить исковые требования частично, постановив взыскать с ФИО1 в счет возмещения морального вреда в пользу потерпевшего Ф.И.О. 600000 рублей.

При производстве предварительного расследования понесены процессуальные издержки в размере ... рубля в виде оплаты труда адвоката Лодыгина Р.И. за оказание юридической помощи ФИО1 по назначению следователя.

На основании ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Разрешая вопрос о распределении процессуальных издержек, суд учитывает, что ФИО1 трудоустроен, трудоспособен, заболеваний, исключающих осуществление трудовой деятельности, не имеет, однако имеет на иждивении малолетнего ребенка, супруга ФИО1 находится в отпуске по уходу за ребенком, а также – в состоянии беременности, что указывает на то, что взыскание с ФИО1 процессуальных издержек негативно скажется на условиях жизни его малолетнего ребенка, поэтому суд считает правильным освободить ФИО1 от возмещения процессуальных издержек, обусловленных оплатой труда адвоката Лодыгина Р.И. в ходе предварительного расследования.

Для обеспечения исполнения наказания мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменению не подлежит.

По вступлении приговора в законную силу вещественными доказательствами надлежит распорядиться в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 03 лет лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы заменить на 03 года принудительных работ с удержанием из заработной платы 10 % в доход государства, а также назначить дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на 02 года 06 месяцев.

Срок принудительных работ исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

Срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, распространить на все время отбывания основного наказания, при этом срок дополнительного наказания исчислять с момента отбытия основного наказания.

К месту отбывания наказания ФИО1 следует самостоятельно в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы о направлении к месту отбывания наказания, которое он обязан получить по вступлении приговора в законную силу в Усть-Вымском межмуниципальном филиале ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Коми по адресу: Республика Коми, <...>.

В силу положений ст. 60.2 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) в случае уклонения осужденного к принудительным работам от получения предписания, указанного в ч. 2 ст. 60.2 УИК РФ, в том числе в случае неявки за получением предписания, или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск территориальным органом уголовно-исполнительной системы и подлежит задержанию на срок до 48 часов. Данный срок может быть продлен судом до 30 суток.

Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Гражданский иск потерпевшего Ф.И.О. удовлетворить частично, взыскать с осужденного ФИО1 в пользу Ф.И.О. компенсацию морального вреда в размере 600000 (шестьсот тысяч) рублей.

Процессуальные издержки в виде оплаты труда адвоката Лодыгина Р.И. в размере .. рубля в ходе предварительного расследования возместить за счет средств федерального бюджета, от возмещения процессуальных издержек ФИО1 освободить.

По вступлении приговора в законную силу вещественными доказательствами распорядиться следующим образом:

- оптический диск с видеозаписью с железнодорожного переезда от <Дата> – хранить при уголовном деле;

- куртку красно-бело-синего цвета – вернуть законному владельцу Ф.И.О.;

- куртку камуфляжную защитного цвета – вернуть законному владельцу ФИО1;

- автомобиль ..... г.р.з. <Номер> – считать возвращенной законному владельцу ФИО1

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного суда Республики Коми через Усть-Вымский районный суд Республики Коми в течение 15 суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии, а также об участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в апелляционной жалобе. Ходатайство об участии также может быть заявлено осужденным в течение 10 суток со дня вручения ему жалобы или представления, затрагивающих его интересы.

При вступлении приговора в законную силу итоговое судебное решение может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб (представления) через суд первой инстанции (в данном случае – Усть-Вымский районный суд Республики Коми) в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, при условии, что итоговое судебное решение являлось предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. В случае пропуска установленного срока, отказа в его восстановлении либо если приговор не был обжалован в апелляционном порядке кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Председательствующий – А.И. Балашенко