Апелляционное определение № 33-1088/2026 от 17 мая 2026 г.

УИД 68RS0017-01-2025-000491-49 (№2-351/2025 ~ М-314/2025)

Дело № 33-1088/2026

Судья Денисов С.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 мая 2026 года город Тамбов

Судебная коллегия по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:

председательствующего судьи Туевой А.Н.,

судей Абрамовой С.А., Мжельского А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Маркосян Я.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Сельта», ИП ФИО2 и ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда и материальных расходов, связанных с погребением,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Никифоровского районного суда Тамбовской области от 10 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Абрамовой С.А., объяснения представителя ответчика ООО «Сельта» и АО «Тандер» ФИО4, возражавшей против удовлетворения жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Тандер», ООО «Восток Трансгроупп» и ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, материальных расходов, связанных с погребением, в обоснование заявленных требований указав, что *** около 23 час. 00 мин. на *** *** произошло ДТП с участием транспортных средств: автомобиль МАН, гос. номер ***, с прицепом, принадлежащего АО «Тандер», под управлением водителя ФИО5, автобуса Сетра, гос. номер ***, принадлежащего ООО «Восток Трансгроупп», под управлением ФИО6, автомобиля ВАЗ 2112, под управлением ФИО3 и пешехода ФИО7, в результате которого ФИО7 скончалась до приезда скорой помощи. Во время ДТП водитель ФИО5 управляя грузовым автомобилем МАН, а также водитель ФИО6, управлявший автобусом Сетра, выполняли трудовую функцию. Автомобиль ВАЗ 2112 является личной собственностью ФИО3 По данному факту 22.06.2024 вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ, которое после проведения автотехнической экспертизы прекращено постановлением следователя от 25.04.2025.

Указал, что является сыном погибшей ФИО7, в связи с чем причиненный ему моральный вред он оценивает в сумму *** рублей. Расходы на погребение ФИО7 составили *** рублей, частичное погашение которых планируется за счет компенсационной выплаты со стороны страховой компании. Следовательно, размер неоплаченных расходов на погребение составит *** рублей, которые должны возместить ответчики.

Определением Никифоровского районного суда Тамбовской области от 14 октября 2025 г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ООО «Сельта» и ИП ФИО2

С учетом заявления об уточнении иска, ФИО1 просил взыскать в солидарном порядке с ООО «Сельта», ИП ФИО2 и ФИО3 компенсацию морального вреда в размере *** рублей, и расходы, связанные с погребением, в размере *** *** рублей

Определением суда от 25 ноября 2025 г. производство по делу в части иска ФИО1 к АО «Тандер» и ООО «Восток Трансгроупп» прекращено, в связи с отказом от иска.

Решением Никифоровского районного суда Тамбовской области от 10 декабря 2025 года исковые требования ФИО1 к ООО «Сельта» и ИП ФИО2 удовлетворены частично.

Взыскана в солидарном порядке с ООО «Сельта» и ИП ФИО2 в пользу ФИО1 компенсация морального вреда в размере *** *** руб. и расходы на погребение в размере *** руб.

В остальной части иска ФИО1 к ООО «Сельта» и ИП ФИО2 отказано.

Исковое заявление ФИО1 к ФИО3 оставлено без удовлетворения.

Взыскана с ООО «Сельта» госпошлина в доход местного бюджета в размере 3 638 рублей.

Взыскана с ИП ФИО2 госпошлина в доход местного бюджета в размере 3 638 руб.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит изменить решение суда, увеличить размер компенсации морального вреда до *** руб., в остальной части решение суда оставить без изменения.

Не согласен с выводами суда о том, что в действиях потерпевшего имеется грубая неосторожность, считает, что в действиях ФИО7 была простая неосмотрительность.

Полагает, что судом необоснованно занижен размер компенсации морального вреда только по той причине, что сын, который перенес потерю матери, не явился в суд и не рассказал о своем горе; при определении размера компенсации морального вреда не учтены требования разумности и справедливости; не учтено, что ответчиками являются юридические лица, которые не оказали посильной помощи истцу, не помогли при данных обстоятельствах самостоятельно, не оказали помощь по оплате услуг по погребению ФИО7, несмотря на свою обязанность возместить вред, причиненный ДТП; не учтены требования соразмерности той степени физических и нравственных страданий, которые испытаны им в связи с потерей самого близкого человека – матери. Указал, что не мог участвовать в судебном процессе в связи с сильными душевными переживаниями.

В возражениях на апелляционную жалобу ООО «Сельта» просит оставить решение Никифоровского районного суда Тамбовской области без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Считает, что истцом пропущен срок на подачу апелляционной жалобы, судом при восстановлении срока не учтено, что истцом не представлено доказательств наличия объективных исключительных обстоятельств, препятствующих подаче жалобы в установленный срок. Отмечает, что суд первой инстанции сделал однозначный вывод о том, что в действиях потерпевшей имела место грубая неосторожность. Оценивая действия водителя ФИО5 можно прийти к выводу о том, что его действия соответствовали Правилам дорожного движения РФ и не находятся в причинной связи с имевшим место ДТП. Как следует из заключения эксперта ***Т-24 от 6 сентября 2024 г. при судебно-химическом исследовании крови и почки от трупа ФИО7 обнаружен этиловый спирт в количестве 2,5 промилле в крови и 2,6 промилле в почке. Постановлением следователя следственного отдела МО МВД России «Мичуринский» от 25 апреля 2025 г. уголовное дело в отношении ФИО5,, ФИО3, ФИО6 прекращено в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Указывает, что при определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции учтены требования разумности и справедливости. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие факт того, что истец испытывал физические и нравственные страдания.

Истец ФИО1, ответчики ФИО3, ФИО2, представители ответчиков ООО «Восток Трансгроупп», прокурор, третьи лица ФИО5, ФИО6, представители третьих лиц САО «РЕСО-Гарантия», СПАО «Ингосстрах», ООО РСО «Евроинс» в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения дела в соответствии с положениями ст. 113 ГПК РФ, об уважительных причинах неявки судебную коллегию не известили, об отложении судебного заседания не просили.

В представленных в ответ на запрос суда апелляционной инстанции письменных объяснениях истец ФИО1 указал, что проживал совместно с ФИО7 до момента смерти, она являлась единственным его близким родственником, так как ни отца, ни братьев, ни сестер не имеет; взаимоотношения с ней были хорошие, любящие, на момент смерти она работала в г.Москве неофициально; они финансово друг другу помогали; в браке он не состоит и не состоял, детей не имеет, с февраля 2026г. работает в г.Москве неофициально, до этого был устроен официально. Просил взыскать моральный ущерб в полном объеме, т.к. потерял единственного близкого человека для него.

Исходя из принципа диспозитивности сторон, согласно которому стороны самостоятельно распоряжаются своими правами и обязанностями, осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе (ст. ст. 1, 9 ГК РФ), а также исходя из принципа состязательности, суд вправе разрешить спор в отсутствие лица, участвующего в деле, извещенного о времени и месте судебного заседания, и не представившего доказательства отсутствия в судебном заседании по уважительной причине.

С учетом данных обстоятельств, судебная коллегия в силу ст.ст. 167, 327 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса, извещенных о рассмотрении дела.

Проверив материалы дела, заслушав объяснения представителя ответчиков, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В силу положений ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:

1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;

2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;

3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела;

4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Неправильным применением норм материального права являются:

1) неприменение закона, подлежащего применению;

2) применение закона, не подлежащего применению;

3) неправильное истолкование закона.

Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Такие нарушения судом первой инстанции при вынесении по делу оспариваемого решения допущены не были.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ***, примерно в 23 часа 00 минут на *** *** произошло ДТП с участием автомобиля МАН, гос. рег. номер ***, с прицепом КАРГОБУЛ, с г.р.з. ***, принадлежащего АО «Тандер», под управлением водителя ФИО5, автобуса СЕТРА, гос. рег. номер ***, принадлежащего ООО «Восток Трансгроупп», под управлением ФИО6, автомобиля ВАЗ 2112, гос. рег. номер ***, под управлением (он же собственник) ФИО3 и пешехода ФИО7, в результате которого ФИО7 скончалась на месте ДТП.

Обстоятельства ДТП выразились в том, что грузовой автомобиль МАН в указанную дату и время двигался в сторону г. Москвы по правой полосе движения (автодорога на данном участке имеет две полосы движения в каждом направлении, которые разделены металлическим отбойником). Водитель данного грузового автомобиля ФИО5 заметил в 8-10 метрах впереди себя стоящую в крайней правой полосе, ближе к разделительной разметке, женщину, обращенную к нему лицом с поднятыми руками, после чего произошло столкновение с ней. От удара женщину отбросило на левую полосу попутного направления, где почти сразу после этого по лежащей женщине проехал автобус СЕТРА, гос. рег. номер ***. Через непродолжительный промежуток времени по женщине проехал автомобиль ВАЗ 2112, г.р.з. ***.

Исходя из протоколов допроса свидетеля ФИО8, несовершеннолетнего свидетеля ФИО9, ***рожд., 15.07.2024г. ближе к 16 ч. к своей сестре ФИО8 и крестнице ФИО9 пришла ФИО7 и предложила поехать с ней в г.Москву, пожить у нее и посмотреть город, с этой целью ФИО9 совместно с ФИО7 и ФИО10, который является сожителем ФИО7, сели на автобус на *** и направились до г.Тамбова, чтобы пересесть на автобус до Москвы. В г.Тамбове они около 20 часов сели в легковой автомобиль, чтобы добраться до Москвы, по пути между ФИО7 и ФИО10 произошел конфликт, в ходе которого, ФИО7 пролила пиво на обшивку сидения автомобиля, после чего водитель высадил их на обочине автодороги около 23 часов. ФИО10 решил привлечь в траве за обочиной, т.к. был пьян, а ФИО7 решила остановить попутный транспорт, сначала вышла на край проезжей части, после этого продолжила идти по проезжей части далее, потом остановилась, раскинула руки и стояла на проезжей части. ФИО9 увидела грузовой автомобиль Ман, который приближался на большой скорости, начала кричать, чтобы ФИО7 уходила, но она никаких мер не предприняла, произошло столкновение. Было темно, данный участок местности не освещается.

В соответствии с заключением эксперта Мичуринского межрайотделения ТОГБУЗ «Бюро СМЭ» *** Т-24 от ***, смерть ФИО7, *** г.р., наступила от сочетанной травмы тела. Повреждения образовались незадолго до наступления смерти, вероятнее всего одномоментно и/или в течение короткого промежутка времени, исчисляемого единицами секунд, в результате ударных и скользящих воздействий тупого(-ых) твердого(-ых) предмета(-ов), оцениваются в комплексе единой травмы, как причинившие тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, состоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, имевшим место *** и со смертью ФИО7

При судебно-химическом исследовании крови и почки от трупа ФИО7, обнаружен этиловый спирт в количестве 2,5 промилле в крови и 2,6 промилле в почке.

По факту данного ДТП было возбуждено уголовное дело *** по ч.3 ст. 264 УК РФ.

Постановлением следователя СО МОМВД России «Мичуринский» от *** указанное уголовное дело в отношении ФИО5, ФИО3 и ФИО6 прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в их деянии состава преступления.

Согласно заключению эксперта межрайонной ЭКГ (по обслуживанию МОМВД России «Первомайский») ЭКЦ УМВД России по Тамбовской области *** от 18.04.2025, по результатам проведенной в рамках поименованного выше уголовного дела автотехнической экспертизы, водитель автомобиля Man ФИО5 и водитель автобуса Setra ФИО6 не располагали технической возможностью предотвратить наезд на пешехода. Действия водителя автомобиля Man ФИО5 в заданной ситуации соответствовали требования ПДД и не находятся в причинной связи с имевшим место ДТП. Действия водителя автобуса Setra ФИО6 в заданной ситуации не соответствовали требованиям ПДД РФ, но данные несоответствия не находятся в причинной связи с имевшим место ДТП. Несоответствие заключается в том, что он двигался со скоростью более 90 км/ч, однако при немедленном принятии мер к снижению скорости водителем автобуса, торможение автобуса началось бы после наезда на пешехода, следовательно, водитель автобуса не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

Судом установлено, что владельцем источника повышенной опасности - автомобиля МАН, гос. рег. номер ***, принадлежащего на праве собственности АО «Тандер», на момент ДТП было ООО «Сельта», с которым АО «Тандер» заключен договор аренды транспортных средств без экипажа *** от 31.12.2022. Срок договора с 31.12.2022 по 31.12.2025. Согласно п. 7.3 Договора, за вред, причиненный третьим лицам объектом аренды, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 ГК РФ. На момент ДТП ФИО5 выполнял служебные обязанности водителя-экспедитора ООО «Сельта», что подтверждается трудовым договором № ***-л от *** (заключен на неопределенный срок), приказом о приеме работника на работу № ***-л от 24.10.2016, путевым листом грузового автомобиля от ***.

Владельцем источника повышенной опасности - автобуса СЕТРА, гос. рег. номер ***, принадлежащего ООО «Восток Трансгроупп», являлся ИП ФИО2, с которым собственник заключил договор безвозмездного пользования автомобилем *** от 01 марта 2023 г., переданным арендатору (ИП ФИО2) на срок с 01.03.2023 по 28.02.2053. В соответствии с п. 4.4 договора, ответственность за вред, причиненный автомобилем третьим лицам в период срока действия данного договора, несет арендатор. Арендодатель не отвечает за вред причиненный автомобилем в период срока действия настоящего договора. В соответствии с трудовым договором б/н, заключенным между ФИО2(работодатель) и ФИО6 (работник), последний принят на работу с 13.01.2007 на бессрочный срок водителем автобуса на междугородний маршрут. Факт выполнения ФИО6 своих трудовых обязанностей на момент ДТП, подтверждается путевым листом № *** с 15.07.2024 по 17.07.2024.

Также судом установлено, что истец ФИО1, *** г.рожд., приходился погибшей ФИО7 сыном.

15.07.2024 истцом был заключен договор с ИП ФИО11 на оказание услуг по погребению на сумму *** рублей, что подтверждается как самим договором, так и накладной (нарядом-заказом) на ритуальные принадлежности и услуги от 15.07.2024, кассовым чеком с перечнем соответствующих товаров от 29.05.2025г.

Гражданская ответственность ФИО5, как водителя транспортного средства MAN, была застрахована в САО «РЕСО-Гарантия», страховой полис ФИО12

По результатам рассмотрения заявления ФИО13, представителя ФИО1, о наступлении страхового случая, истцу выплачено страховое возмещение в максимальном размере – *** рублей, из которых *** рублей – страховая выплата за причинение вреда жизни потерпевшего, *** рублей страховая выплата по погребению.

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено судам в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных федеральным законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из п. 14 указанного постановления Пленума следует, что под нравственными страданиями следует понимать - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Таким образом, истец ФИО1, являясь сыном погибшей в ДТП ФИО7, имеет право на возмещение работодателями ООО «Сельта» и ИП ФИО2 компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого истцу человека.

Согласно п. 2 ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от степени вины нарушителя, характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, который оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Пунктом 2 ст. 1083 ГК РФ предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда членам семьи потерпевшего в случае его смерти необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этим лицам физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Размер возмещения вреда также может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда (гражданина). При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд первой инстанции учел обстоятельства совершенного ДТП, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, вызванных потерей близкого человека, отсутствие вины работников ООО «Сельта» и ИП ФИО2 в ДТП, характер родственных связей между потерпевшим и истцом и определил к взысканию с ответчиков в солидарном порядке в пользу истца в счет компенсации морального вреда *** руб., а также расходы на погребение в размере *** руб. (за вычетом выплаченного страхового возмещения). При определении размера компенсации морального вреда суд учел наличие в действиях потерпевшей ФИО7 грубой неосторожности. Отказывая в удовлетворении иска к ФИО3, суд исходил из того, что на момент наезда автомобиля под управлением ФИО3 на ФИО7, она была уже мертва.

Решение суда обжаловано лишь истцом в части снижения судом заявленного им размера компенсации морального вреда (*** руб.), поэтому в оставшейся части решение не является предметом оценки судебной коллегии (ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ).

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным сторонами доказательствам, исследованным в судебном заседании.

Доводы апелляционной жалобы о том, что потерпевшей допущена лишь простая неосмотрительность, а не грубая неосторожность, судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям.

В силу п.4.1, п.4.6 Правил дорожного движения, утв. постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090, пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств. Выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения.

Как следует из материалов дела, пешеход ФИО7, находясь в состоянии тяжелого алкогольного опьянения, в соответствии с пунктами 4.1, 4.6 Правил дорожного движения РФ, в темное время суток не должна была находиться на проезжей части, должна была, находясь вне населенного пункта, иметь при себе предметы со светоотражающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств и не создавать опасности для движения. Тем самым, потерпевшей создана аварийная ситуация, которая находятся в причинной связи с фактом события ДТП и с неизбежностью вызывала возникновение дорожно-транспортного происшествия, учитывая, что исходя из заключения автотехнической экспертизы, водитель автомобиля Man ФИО5 и водитель автобуса Setra ФИО6 не располагали технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения иска о взыскании компенсации морального вреда в предъявленном размере (3 500 000 руб.), посчитав данную сумму завышенной. Незначительной взысканная судом денежная сумма не является. Доводов о том, какие именно обстоятельства, по мнению истца, неверно учтены судом при определении размера компенсации морального вреда, ни в апелляционной жалобе, ни в ходе слушания дела в суде апелляционной инстанции, не приведено.

Доводы жалобы о том, что ответчики не оказали посильной помощи истцу, не помогли самостоятельно, не оказали помощь по оплате услуг по погребению, на правильность выводов суда о размере компенсации морального вреда не влияют.

Судом первой инстанции, равно как и судом апелляционной инстанции, предлагалось истцу представить дополнительные доводы в обоснование заявленного размера компенсации морального вреда, сведения о его индивидуальных особенностях, взаимоотношениях с матерью, семейном и материальном положении и т.п., однако в суде первой инстанции его представитель полагал достаточным для взыскания компенсации морального вреда в заявленном размере сам факт наличия родственных отношений с погибшей. В суд апелляционной инстанции, которым слушание дело было отложено для предоставления истцом дополнительных объяснений, истец представил приведенные выше письменные объяснения, из содержания которых не следует, что имеются какие-либо обстоятельства, которые не были оценены и учтены судом первой инстанции при принятии решения. Истец ФИО1, *** г.рожд., является совершеннолетним трудоспособным лицом.

Безусловно, безвременная утрата близкого для истца человека, которая являлась для него единственным близким родственником – матерью, причинила ему нравственные страдания, привела к утрате семейных связей, переживаниям, связанным с гибелью близкого члена семьи. Судебная коллегия приходит к выводу, что данные обстоятельства судом при определении размера взыскиваемой компенсации морального вреда учтены.

Сам по себе тот факт, что на момент своей смерти ФИО7 оставалась зарегистрированной по месту жительства с истцом по одному адресу в д.***, при этом она работала в г.Москве вахтами неофициально, истец также работал в г.Москве, - не свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения жалобы.

Иная, чем у суда, оценка истцом степени физических, нравственных страданий, критериев разумности и справедливости, не указывает на то, что выводы суда первой инстанции являются ошибочными, в данном случае судом размер компенсации морального вреда правильно определен по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела, а также с учетом грубой неосторожности потерпевшей. Взысканная судом сумма компенсации морального вреда является разумной и справедливой, обеспечивающей баланс прав и законных интересов сторон, способствует восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчикам.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, изложенных в решении, направлены на иную оценку доказательств, оснований для которой не имеется.

Нарушений норм материального либо процессуального права, влекущих отмену вынесенного решения суда, не допущено.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене по доводам апелляционной жалобы не усматривается.

Руководствуясь статьями 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Никифоровского районного суда Тамбовской области от 10 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 16.06.2026 г.