Решение № 2-641/2019 2-641/2019~М-588/2019 М-588/2019 от 1 августа 2019 г. по делу № 2-641/2019

УИД: 35RS0006-01-2019-000981-85 2-641/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Великий Устюг 02 августа 2019 г.

Великоустюгский районный суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Бобковой А.Н.,

с участием помощника Великоустюгского межрайонного прокурора Ивойлова В.Н.,

при секретаре Каниной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «СК Гарант» об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «СК Гарант» об установлении факта трудовых отношений, внесении записи в трудовую книжку, восстановлении на работе, взыскании задолженности по заработной плате, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск и компенсации морального вреда.

В обоснование требований указал, что 01 октября 2017 г. он был принят на работу в ООО «СК Гарант» на должность сторожа. В тот же день с ним был заключен трудовой договор и он фактически приступил к работе. По условиям заключенного с ним трудового договора он был заключен для него по основному месту работы, на срок до 31 декабря 2018 г., с установлением заработной платы: оклад 10 000 рублей, надбавки и ежемесячная премия - в соответствии с Положением об оплате труда и премирования работников, а также доплата в виде начисления районного коэффициента в размере 15% за работу в местности с особыми климатическими условиями. Также условиями трудового договора установлена 40-часовая рабочая неделя, выходные дни - суббота и воскресенье, продолжительность ежедневной работы (смены) с понедельника по четверг - 8 час. 12 мин., в пятницу -7 час. 12 мин., установлены время начала и окончания рабочего дня, время перерыва для отдыха и питания. Его рабочим местом фактически являлась территория производственной базы ООО «СК Гарант» по адресу: <...>. 01 июня 2018 г. по указанию руководства ООО «СК Гарант» заключенные с ним и другими работниками-сторожами трудовые договоры были переоформлены на договоры гражданско-правового характера, и он, чтобы фактически сохранить работу и единственный источник дохода, был вынужден написать заявление об увольнении с работы по собственному желанию, а также подписать новый договор на возмездное оказание услуг по выполнению сторожевых работ от 01 июня 2018 г. При этом намерения увольняться из ООО «СК Гарант» у него не было. После переоформления указанных договоров он фактически продолжил прежнюю работу в ООО «СК Гарант» в должности сторожа, трудовая функция и условия труда фактически никак не изменились, перерыва в работе не было. Работу сторожем в ООО «СК Гарант» он осуществлял вплоть по 30 апреля 2019 г., когда работодатель вручил ему уведомление об одностороннем расторжении договора на возмездное оказание услуг и отстранил его от работы. Считает, что отношения между ним и ООО «СК Гарант» в период выполнения им работы сторожем с 01 июня 2018 г. по 30 апреля 2019 г. являлись трудовыми. В рассматриваемый период между ним и ООО «СК Гарант» было достигнуто соглашение о личном выполнении им работы по должности сторожа, к данной работе он был фактически допущен, выполнял эту трудовую функцию как в период наличия оформленных трудовых отношений с 01 октября 2017 г. по 31 мая 2018 г., так и после оформления гражданско-правового договора с 01 июня 2018 г. по 30 апреля 2019 г., данную трудовую функцию он осуществлял в интересах, под контролем и управлением работодателя, подчиняясь правилам внутреннего трудового распорядка и графику сменности работы. При таких обстоятельствах факт трудовых отношений между ним и ООО «СК Гарант» в период с 01 июня 2018 г. по настоящее время должен быть установлен в судебном порядке с возложением на ответчика обязанности внести в трудовую книжку соответствующую запись. В связи с тем, что ответчик необоснованно отстранил его от работы с 30 апреля 2019 г., он должен быть восстановлен на работе с 30 апреля 2019 г. с возложением на ответчика обязанности выплатить ему заработную плату за время вынужденного прогула за период с 30 апреля 2019 г., по день вынесения решения суда. Кроме того, ответчик за весь период работы выплачивал ему заработную плату не в полном объеме - в размере, меньшем 1 МРОТ, что недопустимо в соответствии с требованиями ст.ст. 133, 133.1 ТК РФ. Также ответчиком не выплачена ему компенсация за неиспользованный отпуск за 2018 год. Незаконными действиями ответчика, повлекшими существенное нарушение его трудовых прав, ему был причинен моральный вред, который также подлежит возмещению ответчиком в соответствии со ст.237 ТК РФ. Учитывая характер незаконных действий ответчика, а также степень причиненных ему нравственных страданий, компенсацию морального вреда он оценивает в 30 000 руб.

С учетом уточнения иска от 25.07.2019 г. просит: установить факт трудовых отношений между ним и ответчиком с 01 июня 2018 г. по настоящее время; обязать ответчика внести запись в его трудовую книжку о признании недействительной записи № 30 от 31 мая 2018 г. об его увольнении; восстановить его на работе в ООО «СК Гарант» с 01 мая 2019 г.; взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 01 мая 2019 г. по 02 августа 2019 г. в сумме 37 098 рублей 02 копеек; задолженность по заработной плате за период с 1 октября 2017 г. по 30 апреля 2019 г. в сумме 33 365 рублей 60 копеек, составляющей разницу между 1 МРОТ с учетом 15% районного коэффициента ежемесячно и фактически выплаченной зарплатой; денежную компенсацию за неиспользованный отпуск за 2018 год в сумме 5 017 рублей 69 копеек; компенсацию морального в размере 30 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, сославшись на изложенные в иске доводы.

Представитель ответчика – ООО «СК Гарант» ФИО3 с иском не согласен, указав, что в суд истец обратился только 24.06.2019 г., тем самым пропустив, предусмотренный ст. 392 ТК РФ срок для защиты своего права.

Выслушав лиц участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению в части, суд приходит к следующему.

Согласно статье 15 ТК РФ трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу статьи 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 ТК РФ).

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ).

Исходя из системного анализа действующего трудового законодательства, регулирующего спорные правоотношения, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 ТК РФ возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Данная норма ТК РФ направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в РФ как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции РФ).

В силу части 3 статьи 19.1 ТК РФ неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Судом установлено, что 01 октября 2017 г. истец ФИО1 был принят на работу в ООО «СК Гарант» на должность сторожа, что подтверждается записью № 16 в трудовой книжке истца. С ним был заключен трудовой договор от 01 октября 2017 г., в тот же день он фактически приступил к работе. По условиям трудового договора от 01 октября 2017 г., договор заключен для ФИО1 по основному месту работы, на срок до 31 декабря 2018 г., с установлением заработной платы: оклад 10 000 рублей, надбавки и ежемесячная премия - в соответствии с Положением об оплате труда и премирования работников, а также доплата в виде начисления районного коэффициента в размере 15% за работу в местности с особыми климатическими условиями. Также условиями трудового договора установлена 40-часовая рабочая неделя, выходные дни - суббота и воскресенье, продолжительность ежедневной работы (смены) с понедельника по четверг - 8 час. 12 мин., в пятницу -7 час. 12 мин., установлены время начала и окончания рабочего дня, время перерыва для отдыха и питания.

31 мая 2018 г. по собственному желанию ФИО1 был уволен из ООО «СК Гарант», что подтверждается записью в трудовой книжке № 17 об увольнении по собственному желанию. 01 июня 2018 г. между ООО «СК Гарант» и ФИО1 был заключен договор на возмездное оказание услуг по выполнению сторожевых работ, то есть договор гражданско-правового характера. Согласно которому исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги (пункт 1 статьи 779 ГК РФ).

К договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702-729 ГК РФ) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739 ГК РФ), если это не противоречит статьям 779-782 этого кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ).

По смыслу данных норм ГК РФ, договор возмездного оказания услуг заключается для выполнения исполнителем определенного задания заказчика, согласованного сторонами при заключении договора. Целью договора возмездного оказания является не выполнение работы как таковой, а осуществление исполнителем действий или деятельности на основании индивидуально-конкретного задания к оговоренному сроку за обусловленную в договоре плату.

От договора возмездного оказания услуг трудовой договор отличается предметом договора, в соответствии с которым исполнителем (работником) выполняется не какая-то конкретная разовая работа, а определенные трудовые функции, входящие в обязанности физического лица - работника, при этом важен сам процесс исполнения им этой трудовой функции, а не оказанная услуга. Также по договору возмездного оказания услуг исполнитель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; исполнитель по договору возмездного оказания услуг работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Из объяснений истца следует, что после заключения договора на возмездное оказание услуг он фактически продолжил прежнюю работу в ООО «СК Гарант» в должности сторожа, при этом его трудовая функция и условия труда фактически никак не изменились.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей С.В., И.С. суду показали, что с 01 октября 2017 г. по 30 апреля 2019 г. работали в ООО «СК Гарант». Всего в ООО «СК Гарант» было 6 сторожей. Они охраняли объекты, материалы, которые там находились, проводили обход территории. Режим работы был сутки через двое. Подчинялись мастеру и прорабу. Сторожей приняли на работу официально по трудовому договору, а потом выдали трудовые книжки и заключили с ними другой договор. Намерения увольняться не было. После переоформления договора ничего в работе не изменилось: зарплата осталась 10 000 рублей в месяц, работали на том же объекте, график остался прежним, трудовые обязанности не изменились. Заявление об увольнении с работы по собственному желанию, а также новый договор на возмездное оказание услуг подписали вынужденно, чтобы сохранить работу.

Таким образом, факт продолжения трудовых отношений между ООО «СК Гарант» и ФИО1 с 01 июня 2018 г. подтвержден совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе подробными и последовательными объяснениями истца ФИО1, которые полностью согласуются с показаниями свидетелей, отвечающими критериям относимости, допустимости и достаточности и свидетельствуют о наличии между сторонами отношений, носящих природу трудовых; штатным расписанием ООО «СК Гарант» по состоянию на 01 июня 2018 г. и на 01 октября 2018 г., где, как и в штатном расписании на 15 января 2018 г., указаны 6 единиц сторожей, выплатой вознаграждения за труд в том же объеме, что и до 01 июня 2018 г., при этом работа носила постоянный характер, было определено место работы (то же, что и с 01 октября 2017 г. до 01 июня 2018 г.), трудовая функция и условия труда не изменились, перерыва в работе не было. При этом гражданско-правовой характер выполнения истцом работы не нашел своего объективного подтверждения. Доказательств обратному ответчиком не представлено. На основании изложенного, суд находит требования об установлении факта трудовых отношений между ООО «СК Гарант» и ФИО1 с 01 июня 2018 г. по 30 апреля 2019 г. подлежащими удовлетворению.

После установления наличия трудовых отношений между сторонами, они подлежат оформлению в установленном трудовым законодательством порядке, а также после признания их таковыми у истца возникает право требовать распространения норм трудового законодательства на имевшие место трудовые правоотношения, и в частности, требовать взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении и предъявлять другие требования, связанные с трудовыми правоотношениями. Из материалов дела следует, что ответчиком в адрес истца направлено уведомление о том, что договор на возмездное оказание услуг от 01 января 2019 г. с ним расторгается, датой расторжения договора следует считать 30 апреля 2019 г.

Поскольку судом установлено, что ФИО1 на 30 апреля 2019 г. состоял с ООО «СК Гарант» в трудовых отношениях, а основания для увольнения по инициативе работодателя, предусмотренные ст. 81 ТК РФ, отсутствовали, порядок увольнения не соблюден, исковые требования о восстановлении ФИО1 на работе с 01 мая 2019 г. подлежат удовлетворению.

Исковые требования истца об обязании ответчика внести запись в его трудовую книжку о признании недействительной записи № 30 от 31 мая 2018 г. об его увольнении, удовлетворению не подлежат, поскольку с приказом об увольнении №00000000007 от 31 мая 2018 года ФИО1 ознакомился в тот же день- 31 мая 2018 года, а с иском в суд о защите трудовых прав обратился 24 июня 2019 г., т.е. по истечении срока, предусмотренного ст. 392 ТК РФ.

Уважительные причины пропуска установленного законом срока обращения в суд, не установлены.

Разрешая требования истца о взыскании заработной платы, суд исходит из следующего.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений относится обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Согласно статье 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии со статьей 133 ТК РФ минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения. Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда(трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

Федеральным законом от 7 марта 2018 г. № 41-ФЗ с 1 мая 2018 г. МРОТ был установлен в сумме 11 163 рубля в месяц; Федеральным законом от 25 декабря 2018 г. № 481 с 1 января 2019 г. МРОТ установлен в сумме 11 280 рублей в месяц. Ответчиком по запросу суда представлены сведения о заработной плате ФИО1 за период его работы с 01 октября 2017 г. по 30 апреля 2019 г. Из справок о доходах физического лица ФИО1 за 2017 г. № 10, 2018 г. № 11, 2019 г. от 15 июля 2019 г. следует, что с мая 2018 г. работодателем истцу выплачивалась заработная плата, не соответствующая требованиям трудового законодательства.

Учитывая, что о предполагаемом нарушении своих прав истец ФИО1 должен был знать каждый месяц при получении заработной платы в соответствии со ст. 136 ТК РФ, то обратившись в суд, соответственно, 24 июня 2019 г. с требованием о взыскании заработной платы за период с 01 октября 2017 г. по 30 апреля 2019 г., истец пропустил установленный ст. 392 ТК РФ срок на обращение в суд за защитой нарушенных трудовых прав за период с октября 2017 г. по май 2018 г., что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении искового заявления в данной части.

В связи с чем требования истца о взыскании задолженности по заработной плате за период с 01 июня 2018 г. по 30 апреля 2019 г. в сумме, составляющей разницу между 1 МРОТ с учетом 15% районного коэффициента ежемесячно и фактически выплаченной зарплатой, подлежат удовлетворению.

Стороной истца представлен расчет задолженности по заработной плате, который проверен судом. Расчеты произведены правильно, контрасчет ответчиком не представлен. На основании изложенного с ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность по заработной плате в размере 27 428 рублей 15 копеек: июнь 2018 г.: 11 163 + (11 163 х 15%) - 6000 = 6837,45 июль 2018 г.: 11 163 + (11 163 х 15%) -10 000 = 2837,45 август 2018 г.: 11 163 + (11 163 х 15%) -11 000 = 1837,45 сентябрь 2018 г.: 11 163 + (11 163 х 15%) -10 000 = 2837,45 октябрь 2018 г.: 11 163 + (11 163 х 15%) -11 000 = 1837,45 ноябрь 2018 г.: 11 163 + (11 163 х 15%) -10 000 = 2837,45 декабрь 2018 г.: 11 163 + (11 163 х 15%) -10 000 = 2837,45 январь 2019 г.: 11 280 + (11 280 х 15%) – 11 500 = 1472 март 2019 г.: 11 280 + (11 280 х 15%) - 11 500 = 1472,

апрель 2019 г.: 11 280 + (11 280 х 15%) - 10 350 = 2622. Признание увольнения незаконным, является основанием к удовлетворению требований истца о взыскании заработной платы в размере среднего заработка за время вынужденного прогула.

Средний заработок для оплаты за время вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 ТК РФ.

Представителем истца представлен расчет среднего дневного заработка ФИО1, согласно которому средний дневной заработок составил 628 рублей 78 копеек, исходя из размера минимальной заработной платы, количества отработанных смен и выплаченных работодателем сумм, который проверен судом. Расчеты произведены правильно, контрасчет ответчиком не представлен.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за период с 01 мая 2019 г. по 02 августа 2019 г. в сумме 37 098 рублей 02 копеек (628,78 руб. х 59 дней).

Суд не усматривает правовых оснований для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск.

В соответствии со ст. 126 ТК РФ замена денежной компенсацией ежегодного основного отпуска и дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, не допускается.

Право на получение компенсационной выплаты за неиспользованный отпуск в соответствии со ст. 127 ТК РФ возникает у работника лишь при увольнении, тогда как ФИО1 восстановлен на работе данным решением суда.

В соответствии со статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку судом установлено, что ответчиком допущены нарушения трудовых прав истца, выразившиеся в незаконном увольнении и вытекающих из него последствий, выплате заработной платы не в полном объеме, что само по себе предполагает наличие нравственных страданий, суд считает подлежащим удовлетворению требования ФИО1 в части компенсации морального вреда. Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ООО «СК Гарант» в пользу истца, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, характер нарушений, допущенных ответчиком, степень причиненных истцу нравственных и физических страданий, принцип разумности и справедливости и полагает возможным удовлетворить требования ФИО1 в данной части в размере 3 000 рублей. Правовых оснований, для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, суд не усматривает. В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, в размере 2435 рублей 79 копеек (2135,79 + 300). В силу ст.211 ГПК РФ решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 198, 211 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ООО «СК «Гарант» и ФИО1 в период с 1 июня 2018 года по 30 апреля 2019 года в должности сторожа.

Восстановить ФИО1 на работе в ООО «СК «Гарант» с 01 мая 2019 года в должности сторожа.

Взыскать с ООО «СК «Гарант» в пользу ФИО1 заработную плату за дни вынужденного прогула за период с 01 мая 2019 года по 02 августа 2019 года в сумме 37 098 рублей 02 копеек; задолженность по заработной плате за период с 01 июня 2018 года по 30 апреля 2019 года в сумме 27 428 рублей 15 копеек, всего 64 526 рублей 17 копеек.

Взыскать с ООО «СК «Гарант» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей.

Взыскать с ООО «СК «Гарант» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 2435 рублей 79 копеек.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Решение суда в части восстановления на работе ФИО1 и взыскании заработка подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Великоустюгский районный суд в месячный срок с даты вынесения в окончательной форме.

Судья- Бобкова А.Н.

Мотивированное решение изготовлено 06 августа 2019 года.