Решение № 2-30/2019 2-30/2019~М-7/2019 М-7/2019 от 19 февраля 2019 г. по делу № 2-30/2019

Дело № 2-30/2019


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

20 февраля 2019 года с. Угловское

Угловский районный суд Алтайского края, в составе

председательствующего судьи Воробьевой Е.В.,

при секретаре Лединой С.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – ФИО2, удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица – заместителя прокурора Угловского района Лебедева А.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Алтайскому краю о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности,

у с т а н о в и л :

истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Алтайскому краю, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое позже было соединено с уголовным делом, возбужденным в отношении ФИО3, К. по ч. 3 ст. 30, п.«а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. ДД.ММ.ГГГГ ему было предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, он был допрошен в качестве обвиняемого. Приговором Угловского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ он был оправдан по предъявленному обвинению в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В ходе почти семимесячного предварительного расследования по делу и в судебных заседаниях он был неоднократно допрошен как подозреваемый и обвиняемый, у него были изъяты автомобиль «ГАЗ-6611» и бензопила «Хускварна 55», он был длительное время лишен возможности заготовить дрова на зимний период и вынужден был приобретать их за наличный расчет. Он был подвергнут наркологической экспертизе, эта унизительная процедура вызвала у него сильнейшие нравственные страдания. Просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю солидарно денежную компенсацию морального вреда в размере 80000 руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 5000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ истец дополнил заявленные требования, указав, что после вынесения оправдательного приговора он пытался поступить на работу в магазин «Мария РА» в качестве истопника, но ему отказали по той причине, что он был привлечен к уголовной ответственности. Все знакомые жители <адрес> считают его судимым. Эти обстоятельства также вызвали у него нравственные страдания.

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивал на заявленных требованиях по основаниям, указанным в исковом заявлении, дополнительно пояснил, что когда он устраивался на работу в магазин Мария РА», его проверяла служба безопасности, сказали сначала, что не возьмут, так как он судим. Он принес приговор, которым был оправдан, но тогда его попросили принести справку военкомата, так как у него утерян военный билет. Он принес справку, но она их не устроила, а других справок военкомат не выдает. Ему отказали в приеме на работу, он понял, что это произошло из-за этого уголовного дела. Письменного либо устного отказа в приеме на работу не было, просто они требовали справку, которую не возможно было представить. После этого он больше не пытался устроиться на работу. Во время следствия у него изъяли машину и бензопилу, от этого он испытывал нравственные страдания, так как знал, что отняли все незаконно, знал, что его незаконно обвиняют. Чтобы оказать на него давление, следователь взял в больнице справку о том, что он состоит на учете у нарколога с хроническим алкоголизмом. Следователь говорил, что на основании данной справки суд лишит его водительских прав, в связи с этим он по постановлению следователя поехал на наркологическую экспертизу. Следствие по делу длилось год, следователь и дознаватель его неоднократно вызывали на допросы, предъявляли обвинение, он переживал по этому поводу, все это действовало на психику, он нервничал, злился, переживал, будет ли экспертиза проведена объективно. При ознакомлении с материалами дела он также испытывал негодование, злость от безысходности. Полагает, что 80000 руб. будет достаточной суммой компенсации морального вреда.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по указанным в исковом заявлении основаниям, просил учесть при принятии решения и определении размера компенсации морального вреда не только индивидуальные особенности истца, но и длительность психотравмирующей обстановки – 10 месяцев 12 дней, неоднократные его допросы, безосновательное направление на наркологическую экспертизу, изъятие имущества, повлекшее лишение истца средств к существованию, так как ФИО1 с использованием машины и бензопилы зарабатывал на жизнь. Полагает, что заявленный размер компенсации морального вреда истцом занижен, а позиция ответчика по судебным расходам не состоятельна.

Представитель третьего лица – заместитель прокурора Угловского района Лебедев А.П. в судебном заседании, не оспаривая право истца на компенсацию морального вреда в связи с реабилитацией и на возмещение судебных расходов, просил учесть при вынесении решения требования ч. 1, п. 3 ч. 2 ст. 133, ст. 88, 94, 100, 102, 103 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, положения ст.ст. 1070, 1071, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения, изложенные в п.21 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве». Полагает, что оценивая обоснованность заявленных ФИО1 требований, необходимо принимать во внимание то, что само по себе право на реабилитацию не влечет автоматически удовлетворение требований о компенсации морального вреда. Такое требование может быть удовлетворено только в том случае, когда истцу действительно были причинены моральные и нравственные страдания в связи с незаконным уголовным преследованием. ФИО1 в порядке ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не задерживался, в отношении него не избиралась мера пресечения, срок предварительного расследования по делу составил 6 месяцев 20 суток, такая продолжительность расследования обусловлена тем, что по данному делу к уголовной ответственности привлечены еще два лица, в отношении которых постановлен обвинительный приговор, судебное следствие продолжалось с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Также считает, что истцом не приведено доказательств в подтверждение доводов о том, что в результате изъятия у него автомобиля и бензопилы он испытал нравственные страдания. Также ФИО1 не мотивированно, почему проведение в отношении него наркологической экспертизы вызвало нравственные страдания. Полагает, что заявленный размер компенсации морального вреда является явно завышенным, подлежит уменьшению с учетом принципов разумности, соразмерности и справедливости. Истец не судим, холост, детей на иждивении не имел, не работал, иной информации об индивидуальных особенностях истца, которые в силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации могут повлиять на размер компенсации морального вреда, истцом не представлено. Кроме того, полагает необходимым учесть: длительный период (более четырех с половиной лет с момента вынесения судом реабилитирующего решения) не принятия истцом мер к обращению в судебном порядке с заявлением о компенсации морального вреда, что свидетельствует о том, что для ФИО1 понесенные физические и нравственные страдания не являются столь значимыми; отсутствие подтверждения доказательственным путем причинно-следственной связи между фактом незаконного привлечения истца к уголовной ответственности и причинением ему физических и нравственных страданий; ФИО1 не содержался под стражей; неизбрание органом предварительного расследования в отношении ФИО1 меры пресечения не препятствовало ему жить полноценной жизнью и осуществлять свою трудовую деятельность, права ФИО1 на свободу передвижения не ограничивались. Считает, что заявление ФИО1 подлежит удовлетворению, однако размер компенсации морального вреда подлежит уменьшению.

Представители ответчиков Министерства финансов Российской Федерации, Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не информировали.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено без участия представителей ответчиков.

От ответчика Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю представлен отзыв на иск, согласно которому Управление Федерального казначейства по Алтайскому краю не является финансовым органом, следовательно, не может привлекаться к участию в деле в качестве ответчика, выступает только от имени Министерства финансов Российской Федерации, которое требования истца считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению. По их мнению истцом не представлено достаточно доказательств в объёме заявленных требований. Проведение наркологической экспертизы было обусловлено необходимостью установления потребности в лечении от алкогольной зависимости в связи с длительным нахождением истца на диспансерном учёте у врача нарколога с диагнозом «хронический алкоголизм». Экспертиза проводится в течение короткого периода времени и заключается в опросе гражданина специалистами-наркологами и его визуальной оценке. Полагают, что непродолжительная беседа истца со специалистами-наркологами не могла вызвать сильного душевного расстройства и причинить ему сильнейшие нравственные страдания. Её результат наоборот должен был обрадовать человека и укрепить веру в себя. Лишение возможности заготовки дров и их приобретение за наличный расчет материалами дела не подкреплено, является субъективным суждением истца. Изъятие автомобиля и бензопилы не может рассматриваться как препятствие к заготовке дров. Исковые требования ФИО1 чрезмерно завышены. Так как в настоящее время вопрос компенсации морального вреда еще находится на рассмотрении суда, то требования о возмещении судебных издержек преждевременны. Просит отказать истцу в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении иска по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации гарантирует охрану государством достоинства личности, право на свободу и личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, защиту своей чести и доброго имени (ст.ст. 21-23).

Статья 53 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В процессе рассмотрения дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ Угловским районным судом Алтайского края в отношении ФИО1, которому предъявлялось обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч.2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, вынесен оправдательный приговор. Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

По ходатайству представителя истца в судебном заседании исследованы материалы уголовного дела № в отношении К., К.., ФИО1:

- из постановления о возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ следует, что возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО1(л.д. 62);

- из объяснений ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ следует, что он рассказал о событиях, произошедших в лесном массиве ДД.ММ.ГГГГ и обстоятельствах задержания его автомобиля (л.д. 63-64, 65-66);

- из товарной накладной и счет-фактуры от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3 оплатил дрова (л.д. 67);

- из протокола допроса подозреваемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он рассказал, как заготавливал и грузил дрова в лесном массиве, вину в краже древесины не признавал (л.д. 68-70);

- из постановления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что по уголовному делу назначена наркологическая экспертиза в отношении ФИО1, для определения нуждаемости его в лечении от алкоголизма (л.д. 72);- из акта судебно-наркологической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 алкоголизмом не страдает и в лечении не нуждается (л.д. 73-75);

- из протокола дополнительного допроса подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, как и из протокола допроса обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ФИО1 от дачи показаний отказался (л.д. 76-78, 86-88);

- из постановления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что уголовное дело в отношении ФИО1 соединено с уголовным делом в отношении К., К. в одно производство (л.д. 79);

- из уведомления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 уведомлен о соединении уголовных дел (л.д. 80);

- из постановлений от ДД.ММ.ГГГГ следует, что произведена выемка бензопилы «Хускварна», которая признана вещественным доказательством по делу и приобщена к уголовному делу, помещена на хранение в комнату хранения вещественных доказательств <адрес> (л.д. 81, 82-83);

- из постановления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 84-85);

- из протоколов ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, обвинительных заключений следует, что ФИО1 и его защитник знакомились с материалами дела после составления обвинительного заключения (л.д. 89-90, 91-93, 97-98, 99-101);

- из постановления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что уголовное дело возвращено следователю для производства дополнительного следствия и устранения выявленных недостатков (л.д. 94-96);

- из протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ следует, что изъят автомобиль марки «ГАЗ 6611» с государственным регистрационным знаком № (л.д. 104-107);

- из постановления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что автомобиль марки «ГАЗ 6611» с государственным регистрационным знаком № признан вещественным доказательством и приобщен к материалам дела с определением его места хранения у ФИО1 (л.д. 108);

- из расписки ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он получил на хранение автомобиль марки «ГАЗ 6611» с государственным регистрационным знаком № (л.д. 109).

Иных доказательств по иску ФИО1 не представил.

Оценивая представленные истцом письменные доказательства в совокупности с основаниями иска, суд приходит к выводу о том, что с октября 2013 года по июнь 2014 года в отношении ФИО1 велось уголовное преследование, истец обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, допрашивался в качестве подозреваемого два раза, в качестве обвиняемого один раз, в отношении него проводилась судебно-наркологическая экспертиза, применялась мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, а также были изъяты бензопила и автомобиль, последний возвращен ФИО1 через две недели после изъятия. Факт отказа в приеме на работу истцом никакими доказательствами не подтвержден.

Из представленных материалов следует, что приговор, которым оправдан ФИО1 за отсутствием в его действиях состава преступления, был постановлен ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО1 признано право на реабилитацию с требованием о возмещении имущественного и морального вреда в соответствии со ст. 135, 136, 138 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Вещественное доказательство по делу – бензопила «Хускварна 55» возвращена ФИО1

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статья 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 20 декабря 1994 года «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что на требования о компенсации морального вреда исковая давность не распространяется, поскольку они вытекают из нарушения личных неимущественных прав и других материальных благ.

По мнению суда, необоснованное привлечение истца к уголовной ответственности, безусловно, причинило ему нравственные страдания, поскольку в силу состоявшегося со стороны органа предварительного следствия уголовного преследования, истец, вынужденно подвергся мерам процессуального принуждения.

Поскольку в отношении ФИО1 судом был постановлен оправдательный приговор, последний имеет право на компенсацию морального вреда, который подлежит взысканию с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

При разрешении вопроса о компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что необоснованное привлечение к уголовной ответственности причинило ФИО1 нравственные страдания, поскольку уголовное преследование осуществлялось органом, обладающим властными полномочиями, истец подвергался уголовному преследованию в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации, относящегося в соответствии со ст. 151 Уголовного кодекса Российской Федерации, к категории средней тяжести.

Таким образом, истец имеет право на компенсацию морального вреда, выразившегося в нравственных страданиях.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства деяния, ставшего основанием начала уголовного преследования в отношении истца, категорию преступления, в совершении которого подозревался, обвинялся ФИО1, а также степень переживаний истца по поводу привлечения к уголовной ответственности.

Также судом учитывается общий срок уголовного преследования – более одиннадцати месяцев, и установление факта изъятия у него автомобиля и бензопилы, ограничивавшего для него свободное пользование принадлежащим ему имуществом.

Длительное необоснованное уголовное преследование, привлечение к уголовной ответственности по обвинению в совершении преступления, безусловно повлекло угнетение морального состояния истца, ограничивало его право на доброе имя.

Между тем, с учетом фактических обстоятельств дела, даты обращения в суд с заявлением о компенсации морального вреда (по истечении 4 лет с момента оправдания), суд приходит к выводу, что требуемая сумма компенсации морального вреда в размере 80000 руб. является завышенной.

Решая вопрос о глубине переживаний истца вследствие необоснованного уголовного преследования, суд также учитывает индивидуальные особенности истца (не судим, негативно относится к нарушению закона), его семейное положение (холост, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет, не работает), и, на основании изложенного, исходя из принципов разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 20000 руб.

Суд соглашается с позицией представителя ответчика Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю по отсутствию оснований для предъявления иска к нему на основании положений ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 6 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст. 166.1, 167, 241.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, и отказывает в удовлетворении требований ФИО1, заявленных к данному ответчику.

В соответствии с ч. 4 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подп. 10, 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации Министерство финансов Российской Федерации освобождено от уплаты государственной пошлины как государственный орган Российской Федерации, и не может быть отнесено к числу субъектов, являющихся в установленном законом порядке плательщиками государственной пошлины, в связи с чем понесенные судом расходы при рассмотрении данного дела, от уплаты которых истец был освобожден, взысканию с ответчика не подлежат.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов гражданского дела установлено, что представитель истца ФИО1 – ФИО2 в связи с участием в судебных заседаниях при рассмотрении дела в суде первой инстанции получил от ФИО1 оплату за составление иска и представление его интересов в размере 5000 руб., что подтверждается представленной квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению судебные расходы на оплату услуг представителя истца подлежат взысканию в разумных пределах.

Суд также принимает во внимание категорию спора и уровень его сложности, фактический объем и сложность проделанной представителем работы, а также количество времени, затраченного представителем с целью участия при рассмотрении спора, объем получившего защиту нарушенного права, определяя размер возмещения расходов на оплату услуг представителя в сумме 3000 руб., учитывая вышеуказанные обстоятельства, средние расценки оплаты услуг представителя, сложившиеся на территории Алтайского края, а также требования разумности и справедливости.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, в размере 20000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 3000 руб.

Исковые требования ФИО1 к Управлению Федерального казначейства по Алтайскому краю о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Угловский районный суд в течение месяца с момента его вынесения в окончательной форме, то есть с 25.02.2019.

Судья: Е.В. Воробьева