Апелляционное постановление № 10-4831/2025 от 11 сентября 2025 г.

Дело № 10-4831/2025 судья Ерофеева И.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ постановление

г. Челябинск 12 сентября 2025 года

Челябинский областной суд в составе судьи Иванова С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Беленковым В.Н.,

с участием:

прокурора Поспеловой З.В.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Куликова Д.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционным жалобам (с дополнениями) осужденного и его защитника – адвоката Данилюка О.Л. на приговор Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области (постоянное судебное присутствие в г. Нязепетровске) от 13 февраля 2025 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>,

судимый Верхнеуфалейским городским судом Челябинской области:

26 октября 2022 года по ч. 1 ст. 157 УК РФ к наказанию в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием 5% из заработной платы в доход государства, неотбытая часть которого заменена постановлением того же суда от 12 января 2024 года наказанием в виде лишением свободы на 12 дней, отбытого 23 января 2024 года;

19 июня 2023 года по ч. 1 ст. 264. 1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 10 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года, с признанием осуждения к лишению свободы условным с испытательным сроком продолжительностью 1 год;

26 июня 2024 года осужденный Верхнеуфалейским городским судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Челябинского областного суда от 03 сентября 2024 года) по ч. 2 ст. 264.1, ч. 1 ст. 166 УК РФ с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 4 месяца с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 10 месяцев, в соответствии ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ (в отношении наказания по приговору от 19 июня 2023 года) окончательно – к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 10 месяцев с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года 4 месяца,

осужден по ч. 1 ст. 166 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 5 месяцев; в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения данного наказания и наказания, назначенного по приговору от 26 июня 2024 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 1 месяц с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года 4 месяца.

Срок наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу, до наступления которого мера пресечения изменена на заключение под стражу.

Постановлено зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей в период с 13 февраля 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы, а также период отбывания наказания по приговору от 26 июня 2024 года – с 10 октября 2024 года по 12 февраля 2025 года.

Заслушав выступления сторон, просивших об изменении приговора по доводам жалоб, которое осужденный и адвоката поддержали полностью, прокурора – в части применения норм п. «г» ч. 1 ст. 61 ип. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за неправомерное завладение без цели хищения автомобилем Потерпевший №1 – угон, совершенный в период с 09:04 до 10:50 31 марта 2024 года при обстоятельствах, приведенных в обжалуемом приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный, оспаривая приговор как незаконный, необоснованный и несправедливый, просит учесть, что он длительное время сожительствовал с Потерпевший №1, ведя общее хозяйство и «совместный бизнес», они совместно вносили кредитные платежи за автомобиль, в связи с чем считает, что потерпевшая из личной неприязни в состоянии алкогольного опьянения заявила об угоне автомобиля, а он, в свою очередь, не осознавал последствий своих действий, так как фактически «взял свой автомобиль» и приехал на нем к месту жительства, где его задержали. При этом он <данные изъяты>, и ввиду <данные изъяты>, он не осознавал всей серьезности последствий содеянного для себя, «своей семьи» и общества, поскольку за совершение предыдущего угона, имевшего место еще в 2023 году, он осужден только 26 июня 2024 года, в связи с чем считает возможным применение к нему принудительных мер медицинского характера в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 97, п. «а» ч. 1 ст. 99 УК РФ.

Наряду с этим, по мнению осужденного, совокупность смягчающих обстоятельств, включая полное признание им вины, принесение извинений потерпевшей, не настаивавшей на строгом наказании, наличие двоих малолетних детей, являлась исключительной и позволяла суду назначить минимально возможное наказание с применением ст.ст. 64 и 73 УК РФ, и не применять положения ч. 5 ст. 69 УК РФ. Осужденный акцентирует внимание на том, что 11 февраля 2025 года у него родился сын, вследствие чего «жена» нуждается в его моральной и материальной поддержке и помощи, а также ненадлежащий учет данного обстоятельства судом.

Кроме того, считает, что судом первой инстанции допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, влекущее безусловную отмену приговора, выразившееся в противоречии между описательно-мотивировочной и резолютивной частями судебного решения относительно указания на порядок зачета срока содержания под стражей: так как для отбывания наказания ему определена колония-поселение, то правильной является кратность зачета – день за два, а не день за полтора дня отбывания наказания.

В апелляционной жалобе адвокат Данилюк О.Л., полагая приговор несправедливым, просит его изменить, назначив ФИО1 более мягкое наказание.

Защитник просит применить положения ст.ст. 64 и 73 УК РФ, установив самостоятельный порядок исполнения приговора от 26 июня 2024 года, обращая внимание, что его подзащитный свою вину признал полностью, раскаялся, просил строго не наказывать и дать возможность быть дома рядом с новорожденным сыном.

Со стороны обвинения приговор не обжалован, в связи с чем проверка его законности и обоснованности осуществляется судебной коллегией в соответствии с ч. 1 ст. 389.19 УПК РФ с учетом требования ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалобы защиты, суд апелляционной инстанции находит их частично обоснованными, а приговор подлежащим изменению по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УК РФ.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 166 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит обоснованными, поскольку они полностью подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании с участием сторон.

Так, в суде ФИО1 вину признал, пояснив, что действительно, решив покататься, он управлял автомобилем, принадлежащим Потерпевший №1, которая ему на это разрешения не давала и напротив, уже после того как он начал поездку, требовала вернуть машину на место. Также подсудимый сообщил, что в ходе следствия вину он не признавал, но решил рассказать правду, так как сожительница беременна и ей нужна его помощь.

Суд первой инстанции, оценив показания осужденного, по итогам судебного разбирательства полностью признавшего вину в угоне, дал им надлежащую правовую оценку, обоснованно базируясь на правильном анализе совокупности доказательств, представленных сторонами и приведенного в приговоре.

Версия ФИО1 о непричастности к преступлению и наличии у него алиби ввиду того, что он угона не совершал, а спал в доме по месту их фактического проживания с Потерпевший №1, выдвинутая в ходе следствия при допросе в качестве подозреваемого и очных ставок с потерпевшей и изобличающими его свидетелями – ФИО10 и ФИО7 (т. 2, л.д.11-15, 23-28, 33-36, 37-41, 42-46, 47-50), судом проверялась и обоснованно опровергнута.

Так, из показаний потерпевшей в суде следует, что ФИО1 являлся ее сожителем, с которым они проживали вместе около трёх лет. До знакомства с ним она в кредит приобрела автомобиль марки «Renault Kaptur», которым управлять подсудимому не разрешала, но бывало, что тот, находясь в состоянии алкогольного опьянения, делал это самовольно, за один из таких случаев, когда он повредил ее автомобиль, его уже привлекли к уголовной ответственности.

Ночью 31 марта 2024 года она находилась в своем в баре, где ФИО1 «был управляющим», а ее машина была припаркована у дома. После ссоры с последним, тот покинул бар вместе с ФИО10, позднее она поехала к себе домой на такси, по пути увидев свою машину на улице, попросила водителя такси подъехать к ней. ФИО1 вышел из ее автомобиля со стороны пассажирского места, вел себя агрессивно, подходить к нему она не стала, потребовав вернуть машину на место, после чего уехала на такси. Когда приехала к дому, то своей машины там не обнаружила и позвонила своему знакомому ФИО18, который раньше работал в ГАИ и попросила сообщить о произошедшем. Последний, перезвонив, сообщил ей, что ее машину сотрудники ГАИ преследуют на дороге в г. Верхний Уфалей.

Через некоторое время ее разбудили дети, на улице она увидела, что у дома находится ее машина с работающим двигателем, на другой стороне дороги стояли ФИО2, ФИО19 и сотрудники ГАИ. Она подошла к машине, обнаружила, что в баке нет бензина, заглушила двигатель, на вопросы сотрудников полиции, сообщила, что ее автомобиль угнали, после чего ее повезли в отдел полиции и опросили (т. 3, л.д. 5-9).

Ссылки осужденного на оговор его Потерпевший №1 надуманы.

На момент обращения с сообщением о преступлении потерпевшая с учетом известных ей событий и сведений, которые она узнала от сотрудников ГАИ, указала об угоне ее транспортного средства ФИО10, что отражено в протоколе принятия устного заявления о преступлении от 31 марта 2024 года (т. 1, л.д. 21).

При этом показания потерпевшей, которыми опровергается первоначальная версия ФИО1 о том, что он не находился в доме потерпевшей, где спал, полностью подтверждаются и показаниями иных свидетелей, которыми подтвержден тот факт, что ФИО1 непосредственно находился в автомобиле потерпевшей и управлял им, о чем сама потерпевшая изначально осведомлена не была.

Из показаний ФИО10 усматривается, что 31 марта 2024 года он с 03:00 находился «в принадлежащем Потерпевший №1 и ее сожителю ФИО1» кафе, где употреблял пиво. Когда между последними произошел конфликт, то ФИО1 предложил уехать и дальше распивать спиртное. На такси под управлением ФИО7 они уехали к дому Потерпевший №1, у которого была припаркована автомашина «Renault Kaptur», которая, как он считал, являлась общим автомобилем ФИО1 и Потерпевший №1

При этом в ходе поездки на данном автомобиле, которым управлял ФИО1, они обогнали такси под управлением ФИО7, которому он помахал рукой с пассажирского сиденья. В какой-то момент автомобиль остановился, к нему на такси подъехала Потерпевший №1, но выходил ли к ней ФИО1, он не помнит, но может пояснить, что после разговора с ней ФИО3 резко тронулся и поехал, Потерпевший №1 побежала за ними. Далее ФИО3 предложил съездить в г. Верхний Уфалей, для чего он сам решил попросить своего знакомого ФИО8 свозить их туда, они проехали к нему домой около 10:00, но тот отказался их возить. Далее они с ФИО3, который управлял автомобилем «Renault Kaptur», поехали в г. В. Уфалей. По пути они подъехали к дому последнего, он зашел в дом, через минуту вышел и сказал ему, что Потерпевший №1 спит. По пути в г. В. Уфалей и обратно они употребляли пиво, он периодически засыпал, после того, как они вернулись в г. Нязепетровск к дому ФИО1, то подъехали сотрудники ГАИ. Сам он транспортным средством не управлял.

О том, что у ФИО1 отсутствует право на управление транспортными средствами, ему не было известно, так как он не является его другом, они «просто знакомые» (т. 1, л.д. 209-213).

Из показаний ФИО7 следует, что он как таксист около 09:00 31 марта 2024 года подъехал на заказ к кафе, около которого между Потерпевший №1 и ФИО1 был словесный конфликт, после чего он увез ФИО10 и ФИО1 к дому, у которого был припаркован автомобиль «Renault Kaptur».

Он видел, что ФИО1 подошел к этому автомобилю с «водительской» стороны, а ФИО10 – с «пассажирской», как они садились в него не наблюдал.

Вскоре его автомашину обогнал данный автомобиль, из машины ему рукой помахал ФИО10, который сидел на пассажирском сиденье(т. 1, л.д. 206-208).

Из показаний свидетеля ФИО11 усматривается, что он подрабатывает в службе такси «ФИО20», 31 марта 2024 года около 09:00 он повез ранее ему знакомую Потерпевший №1 от кафе к ней домой. Когда та садилась к нему в автомашину, то увидели как проехал автомобиль «Renault Kaptur», принадлежащий Потерпевший №1, которую он сам и ранее неоднократно видел за управлением данным транспортным средством. Когда они отъезжали от кафе, то увидели, что автомобиль Потерпевший №1 остановился на перекрестке. Последняя попросила подъехать к своему автомобилю, около которого находился ФИО1 Был ли кто-то ещё в автомобиле Потерпевший №1, он не знает, равно как и не заметил с какой стороны из автомобиля вышел ФИО1 Потерпевший №1 вышла к нему, они о чем-то поговорили «на повышенных тонах» на улице и разъехались. После разговора с ФИО1 Потерпевший №1 переживала, что тот управляет ее автомобилем, была этим недовольна. Он успокаивал ее тем, что, скорее всего, ФИО1, поехал к ней домой, но когда они приехали туда, автомобиля не было, после чего Потерпевший №1 очень расстроилась и пошла к себе (т. 1, л.д. 203-205).

Согласно показаниям ФИО8 утром 31 марта 2024 года к нему приехали ФИО10 и ФИО1, которые, ссылаясь на то, что оба находятся в состоянии алкогольного опьянения, попросили их «покатать» на автомобиле «Renault Kaptur», который как он знает принадлежит Потерпевший №1 – сожительнице ФИО1 Он отказал им, после чего видел из окна своей квартиры, что ФИО3 сел за руль автомобиля, а ФИО10 – на переднее пассажирское сиденье, после чего автомобиль уехал. Больше в нем никого не было, что было видно, поскольку окна в автомобиле не тонированы (т. 1, л.д. 188-190).

Из показаний свидетеля ФИО12 – инспектора ДПС ОГИБДД Отделения МВД России по Нязепетровскому муниципальному району Челябинской области следует, что 31 марта 2024 года в 10:50 он, осуществляя патрулирование на служебном автомобиле, увидел автомобиль марки «Renault Kaptur ASRB A6» с государственным регистрационным знаком №, которым управлял ФИО10 Ему было известно, что ФИО10 лишен права управления транспортными средствами, поэтому попытался остановить данное транспортное средство, и начато его преследование. Водитель автомобиля проигнорировал их требование, и они потеряли его из вида. Позднее им стало известно, что этот автомобиль движется из г. В.Уфалей в сторону г. Нязепетровска по автодороге «Касли – Красноуфимск». Совместно с начальником ОУР ФИО13 на служебных автомобилях выдвинулись навстречу данному автомобилю для его задержания, но несмотря на то, что они заблокировали проезжую часть, автомобиль, объехав их по обочине, проигнорировав требование об остановке. После этого осуществлялось преследование автомобиля до дома <адрес> г. Нязепетровска, где из него вышел ФИО10, а из правой передней пассажирской двери – ФИО1

Из названого дома вышла Потерпевший №1, спросила, что происходит, ей объяснили ситуацию, сообщили, что ее транспортным средством управлял ФИО10 Потерпевший №1 сообщила, что не разрешала управлять своим транспортным средством ни ФИО10, ни ФИО1(т. 1, л.д. 195-198).

Свидетель ФИО13 сообщил, что утром 31 марта 2024 выезжал к кафе, где произошел конфликт между Потерпевший №1 и ФИО1, около здания кафе видел автомобиль «Renault Kaptur ASRBA6», который принадлежит Потерпевший №1, за рулем которого сидел другой человек, чему он не придал значения. После разговора с ним ФИО1 прошел к названному автомобилю и сел в него на переднее пассажирское сиденье, решив, что ФИО1 посадил за руль трезвого водителя. Далее он проехал к Потерпевший №1, стал выяснять суть конфликта, сообщил ей, что он уехал на ее автомобиле, после чего она стала нервничать, говорить, что у нее угнали автомобиль, она никому не разрешала его брать, тем более ФИО1, так как у него нет и никогда не было водительского удостоверения, и она ему не разрешала управлять своим автомобилем, предположила, что за рулем мог быть ФИО10, так как в то утро он был с ФИО1 Об обстоятельствах задержания автомобиля совместно с сотрудниками ГАИ свидетель дал аналогичные показания, указав, что узнал ФИО10 как водителя, которого он видел у кафе за рулем автомобиля Потерпевший №1 (т. 1, л.д. 199-202).

Таким образом, оснований сомневаться в показаниях не только потерпевшей и ФИО10, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование как по настоящему делу в связи с угоном, так и самостоятельное производство по факту совершения преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, но и иных очевидцев управления ФИО1 транспортным средством, не имеется.

Протоколы допросов и иных следственных действий, положенные в основу приговора, оформлены с соблюдением требований, предъявляемых уголовно-процессуальным документам такого рода, в том числе в части удостоверения правильности и достоверности и полноты зафиксированных в них сведений.

Приведенные в приговоре показания свидетелей ФИО7 и ФИО8 достаточно детализированы, последовательны и логически непротиворечивы. Они не касаются тех обстоятельств, о которых сообщала потерпевшая, и подтверждают факт управления ФИО1 автомобилем, принадлежащим Потерпевший №1, в двух разных местах и в разное время. Мотивов для оговора кем-либо из этих и иных свидетелей осужденного не установлено, равно как не усматривается и признаков самооговора ФИО1, признавшего в ходе судебного разбирательства вину в совершении преступления в части фактически совершенных им действий по управлению автомобилем.

Каких-либо признаков применения к ФИО1 или изобличившим его свидетелям противоправных форм и методов расследования, а равно по иным причинам, повлиявшим на достоверность их показаний в части фактически совершенных им действий, не усматривается.

Не доверять Потерпевший №1 в части ее последовательных показаний о том, что она запрещала ФИО1 управлять ее транспортным средством, поскольку у него не было права управления транспортным средствами, ранее он уже угонял ее машину, повредив ее, а также о том, что она требовала от него поставить машину на место непосредственно в ночь 31 марта 2024 года – не имеется. Эти показания сообразуются и с данными о том, что в полисе ОСАГО единственным лицом, допущенным к управлению транспортным средством «Renault Kaptur ASRBA6» с государственным регистрационным знаком №, является его собственник – Потерпевший №1 (т. 1, л.д. 172).

Указания осужденного о наличии у него психического расстройства и недопонимание всей тяжести последствий, равно как и ссылки на ведение совместного хозяйства и траты на уплату автокредита (что потерпевшей не подтверждено) носят явно надуманный характер.

Так, согласно заключению комиссии экспертов № от 17 мая 2024 года у ФИО1 при наличии <данные изъяты> не выявлено состояний психики, обуславливающих наличие медицинских критериев невменяемости либо ограниченной вменяемости, а обнаруженные изменения психики выражены у него не столь значительно, что исключает сомнения в том, что в период инкриминируемого ему деяния он мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, что также исключает необходимость в применении принудительных мер медицинского характера. По психическому состоянию он мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания (т. 2, л.д. 69-74).

Выводы экспертов, приведенные в заключении, являются ясными и понятными, в нем приведены примененные методики исследования, смысл и значение установленных применительно к исследуемой юридической ситуации фактов, критерии их оценки, с учетом которых сформулированы ответы на все поставленные следователем вопросы. В этой связи оснований для проведения каких-либо новых, повторных или дополнительных экспертиз по уголовному делу судом апелляционной инстанции не установлено. Фактов нарушения процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве судебной экспертизы, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов и допустимость соответствующих экспертиз, не выявлено.

При этом уголовное преследование по факту угона автомобиля Потерпевший №1 20 июня 2023 года, за которое ФИО1 был осужден приговором от 26 июня 2024 года (т.2, л.д. 183-190), было начато до совершения преступления, за которое он был осужден настоящим приговором, итоговое обвинение по нему предъявлено 20 декабря 2023 года, а его существо в части обстоятельств угона – совершения поездки на том же автомобиле и той же потерпевшей без ее разрешения.

При этом при допросах по предыдущему делу в октябре 2023 года он пояснял, как следует из копии приговора от 26 июня 2024 года, вступившего в законную силу, что вину признает, сообщил о том, что «с Потерпевший №1 проживал с весны 2021 года, бюджет у них разный, однако, он бывает, что помогает Потерпевший №1. У Потерпевший №1 есть в собственности автомобиль «Reno Kaptur» с государственным регистрационным знаком №, который она приобретала в 2020 года. В страховку ФИО1 не вписывала, так как он никогда не получал водительское удостоверение. Потерпевший №1 никогда не разрешала ему управлять автомобилем».

При таких обстоятельствах, не конкретизированные доводы осужденного о том, что он не осознавал последствий своих действий, так как фактически «взял свой автомобиль» и приехал на нем к месту жительства, где его задержали, суд апелляционной инстанции расценивает как выработанную форму защиты, направленную на уменьшение степени своей ответственности.

По обстоятельствам дела совместное проживание осужденного с потерпевшей, притом, что автомобиль, явившийся предметом угона, был приобретен до его начала, и при прямом запрете на его использование со стороны Потерпевший №1, учитывая, что обстоятельства, связанные с правом собственности на транспортное средство, были известны осужденному в связи с его привлечением к уголовной ответственности за тождественное преступление, то утверждение осужденного о том, что он в силу заблуждения, связанного с якобы имевшим место участием в расходах на данный автомобиль, является явно надуманным и не влечет переоценки его действий.

Таким образом, проверка и оценка доказательств по уголовному делу осуществлена судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст. 85-88 УПК РФ, а уголовный закон правильно применен с учетом тех установленных фактических обстоятельств, которые нашли свое полное подтверждение и не носят предположительного характера. Выводы суда должным образом мотивированы, в том числе относительно установления всех обязательных признаков состава преступления, вмененного ФИО1

Действия подсудимого в соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ квалифицированы верно по ч. 1 ст. 166 УК РФ как неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон).

Как следует из содержания приговора, при назначении наказания суд обоснованно и в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного умышленного преступления средней тяжести, направленного против собственности, конкретные обстоятельства его совершения, данные о личности виновного, включая обстоятельства, смягчающие наказание, при отсутствии обстоятельств, отягчающих наказание.

Судом в должной мере в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, учтены признание им вины, раскаяние в содеянном, беременность сожительницы, состояние здоровья, <данные изъяты>, а также мнение потерпевшей, которая на строгом наказании подсудимому не настаивает.

Наличие и правильность установления данных обстоятельств сторонами не оспаривается и в этой части приговор подлежит оценке с учетом требований ст. 389.24 УПК РФ.

Также суд признал смягчающим наказание обстоятельством в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие малолетнего ребенка у виновного.

При этом судом были проигнорированы заявления подсудимого о том, что у него 11 февраля 2025 года родился ребенок, что подтверждено в заседании суда апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ надлежит признать обстоятельством, смягчающим наказание осужденного, наличие у него малолетних детей, что влечет внесение соответствующих изменений во вводную часть обжалуемого приговора с соразмерным смягчением наказания, назначенного осужденному по ч. 1 ст. 166 УК РФ, в том числе, с учетом влияния наказания на условия жизни его близких.

Смягчая наказание, суд апелляционной инстанции учитывает также всю совокупность смягчающих наказание обстоятельств, установленных судом первой инстанции, а также то обстоятельство, что осужденным заявлялось ходатайство о рассмотрении уголовного дела в порядке гл. 40 УПК РФ.

Иных обстоятельств, прямо предусмотренных в ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих, достоверные сведения о которые имеются в материалах дела, но не учтенных при назначении наказания, равно как и других обстоятельств, которые применительно к совершенному деянию и личности осужденного в данном конкретном случае должны были бы быть признаны смягчающими наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Нет оснований полагать, что судом первой инстанции не были приняты во внимание и конкретные данные, характеризующие личность ФИО1 Они достаточно полно и подробно приведены в приговоре в части касающейся его возраста, рода занятий, семейного положения, характеристик, состояния здоровья, а также всех иных юридически значимых обстоятельств.

Осужденному в качестве основного наказания назначен наиболее строгий вид наказания, предусмотренный санкцией ч. 1 ст. 166 УК РФ, в размере более близком к ее минимальной границе, что соответствует как установленным данным о личности виновного, включая совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, так и фактическим обстоятельствам совершения преступления, его цели, длительности, игнорировании требований о прекращении посягательства со стороны потерпевшей, а также характере его общественной опасности, связанной как с посягательством на собственность, так и безопасность дорожного движения.

С учетом отсутствия каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с поведением ФИО1 во время и непосредственно после преступления, а равно иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, суд первой инстанции обоснованно не счел возможным применить по уголовному делу положения ст. 64 УК РФ.

Исходя из того, что степень общественной опасности преступного деяния определяется именно конкретными обстоятельствами его совершения, в частности, способом, видом умысла, а также обстоятельствами, смягчающими наказание, относящимися к преступлению, оснований для переоценки данного вывода, в том числе с учетом вносимых изменений, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Каких-либо оправдывающих поведение осужденного мотивов или цели совершения им преступления по уголовному делу также не установлено.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции также не имеется оснований для применения положений ст. 64 УК РФ.

Вывод суда о возможности исправления осужденного только в условиях реального отбывания наказания верно мотивирован в приговоре и сделан с учетом требований ч. 2 ст. 73 УК РФ, в силу которой при оценке возможности признания осуждения условным надлежит учитывать характер и степень общественной опасности совершенного преступления и данные о личности виновного, оснований для признания осуждения ФИО1 условным не усматривается.

Все положительные данные о личности осужденного, включая и обстоятельства, смягчающие наказание, за исключением рождения второго ребенка, имели место и на момент совершения им преступления, в связи с чем не усматривается каких-либо оснований полагать, что исправление осужденного возможно без реального отбывания наказания.

Таким образом, в целом мотивы избрания вида и срока наказания, назначенного ФИО1, приведены в приговоре и основаны на требованиях закона. Оно соответствует характеру и степени общественной опасности преступления, в котором он признан виновным, фактическим обстоятельствам его совершения и личности осужденного, поэтому оснований для иного смягчения наказания, помимо уменьшения сроков наказания в виде лишения свободы, назначенного осужденному как по ч. 1 ст. 166 УК РФ, так и по совокупности преступлений в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Окончательное наказание ФИО1 подлежит назначению с учетом требований ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Доводы защиты о неправильном применении нормы п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ обоснованы, поскольку ею предусмотрено, что время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, а не полтора, как это указано судом, в связи с чем приговор в этой части подлежит изменению.

Кроме того в силу ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ, если суд для отбывания лишения свободы назначил осужденному колонию-поселение и постановил, что в исправительное учреждение осужденный должен следовать самостоятельно, как это и установлено приговором от 26 июня 2024 года, и с исчислением срока отбывания наказания со дня прибытия его в колонию-поселение, то в срок отбытия наказания в виде лишения свободы засчитывается время следования его к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы из расчета один день за один день, что не учтено судом при постановлении настоящего приговора.

Согласно истребованным судом апелляционной инстанции сведений, ФИО1 самостоятельно проследовал в колонию-поселение 08 октября 2024 года и прибыл в исправительное учреждение в соответствии с предписанием 09 октября 2024 года, что следует учесть при решении о зачете отбытого срока наказания согласно положениям ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы поставить под сомнение законность и обоснованность обжалуемого приговора, влекущих необходимость его отмены в целом или внесения в него иных изменений, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области (постоянное судебное присутствие в г. Нязепетровске) от 13 февраля 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, наличие двух малолетних детей, дополнив правильным указанием об этом вводную часть данного приговора.

Смягчить наказание в виде лишения свободы, назначенное ФИО1 по ч. 1 ст. 166 УК РФ, до 1 года 2 месяцев.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения данного наказания и наказания, назначенного приговором Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 26 июня 2024 года, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года с отбыванием в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года 4 месяца.

Срок наказания в виде лишения свободы исчислять с 12 сентября 2025 года.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ зачесть в окончательно назначенное ФИО1 наказание часть наказания в виде лишения свободы, назначенного приговором Верхнеуфалейского городского суда Челябинской области от 26 июня 2024 года, отбытую в период с 08 октября 2024 года по 12 февраля 2025 года.

В соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 13 февраля 2025 года до 12 сентября 2025 года из расчета один день содержания под стражей за два дня лишения свободы.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, отбывающего наказание, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья