Приговор № 2-15/2020 от 27 мая 2020 г. по делу № 2-15/2020

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Иркутск 28 мая 2020 года

Иркутский областной суд в составе председательствующего – судьи Макарова С.Д., при секретаре судебного заседания Рыбкиной Е.А., с участием государственных обвинителей Лескова А.С., Степановой Т.И., потерпевшей А., ее представителя – адвоката Сивковой С.Н., обвиняемых ФИО1 и ФИО2, их защитников – адвокатов Коробовского В.Ю., Колтуновой С.С., Ананьева П.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело №2-15/2020 в отношении:

ФИО1, родившегося <...> в <...>, со средним образованием, холостого, военнообязанного, официально не трудоустроенного, работающего в «<...>», имеющего малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающего по адресу: <...>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «е», «ж» ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 222 УК РФ,

ФИО2, родившегося <...> в <...>, с высшим образованием, женатого, имеющего малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, невоеннообязанного, работающего в ООО «<...>», зарегистрированного по адресу: <...>, проживающего по адресу: <...>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «е», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 и ФИО2 совершили убийство при превышении пределов необходимой обороны. ФИО1 также совершил незаконное ношение огнестрельного оружия и боеприпасов.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

В период времени с 24 часов 5 февраля и до 00 часов 30 минут 6 февраля 2019 года Д., осведомленный о нахождении в ресторане «Пекин» по адресу: <...>, ФИО2, ФИО1, К., к которым испытывал неприязненные чувства, с целью совершения насильственных действий в отношении лиц из этой компании прибыл к данному ресторану с иными лицами, рассчитывая на их поддержку в своих действиях, располагая наличием в этой компании деревянной битой, кастетом, ножом, травматическим оружием.

Обнаружив на территории автостоянки недалеко от входа в ресторан К., Д. с иными лицами на автомобиле «Субару Импреза» подъехал к данному месту и напал на К. В ходе чего, применяя насилие, опасное для здоровья К., сбил его с ног ударом в голову, с участием другого лица стал наносить множественные удары по голове и телу К. деревянным предметом (битой), руками и ногами в голову, по телу, конечностям. В результате указанных насильственных действий и нанесения не менее 20 ударов К. были причинены повреждения в виде: раны в теменной области головы справа, ушибов мягких тканей нижней и верхней губы, с кровоизлиянием, с травматической экстракцией (потерей) 2 зуба на нижней челюсти слева, причинившие легкий вред здоровью; кровоподтеков на нижнем веке правого глаза, левого бедра, правой и левой голени.

В этот момент ФИО2, находящийся в помещении ресторана «Пекин», имея при себе огнестрельное оружие, увидел насильственные действия указанных лиц в отношении К., с целью их пресечения, сообщил об этом ФИО1, позвал его, и вместе они, имея при себе оружие, направились к выходу из ресторана.

При этом они вооружились находящимся при них оружием, а именно ФИО2 вооружился гражданским гладкоствольным огнестрельным оружием – самозарядным карабином модели «ФИО3 2» («Сайга») с номером №, зарегистрированным на его имя, снаряженным патронами с пулевыми снарядами, а ФИО1 вооружился огнестрельным нарезным оружием – пистолетом с номером № снаряженным патронами с пулевыми снарядами, не имея специального разрешения на право ношения данного огнестрельного оружия и боеприпасов.

Выйдя на крыльцо ресторана и расположившись рядом, понимая, что они находятся в общественном месте, где присутствуют люди, в том числе посетители и работники ресторана, иные лица, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти Д., и желая этого, с целью пресечения действий Д., который в это время с битой в руке направился в их сторону, ФИО1 и ФИО2 совместно и прицельно произвели множественные выстрелы из имеющегося у них оружия по телу и конечностям бегущего в их сторону Д., который в момент причинения ему огнестрельных ранений не имел при себе огнестрельного оружия и активно уклонялся от выстрелов. При этом ФИО1 и ФИО2 произвели не менее 5 выстрелов каждый, в том числе по телу и конечностям Д.

В результате совместных умышленных действий ФИО1 и ФИО2 потерпевшему Д. причинены телесные повреждения в виде: огнестрельного пулевого слепого ранения груди справа: входная рана с правой подмышечной области: многооскольчатый перелом 7-8 ребер справа; повреждение пристеночной плевры, нижней доли правого легкого, диафрагмы, правой доли печени, правой почки, тела пятого поясничного позвонка; двусторонний гемоторакс, причинившего тяжкий вред здоровью человека, опасного для жизни, и состоящего в прямой причинной связи с наступлением смерти; огнестрельного пулевого слепого ранения левой голени: входная рана области левого коленного сустава, повреждение медиального мыщелка и диафиза левой большеберцовой кости, мягких тканей голени, причинившая тяжкий вред здоровью человека, вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3; а также огнестрельных пулевых сквозных ранений: дельтовидной области; правого плеча; касательного ранения левого локтевого сгиба; левой подвздошной области; передней брюшной стенки, каждое из которых причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком менее 3-х недель.

Смерть потерпевшего Д. наступила от умышленных совместных действий ФИО1 и ФИО2 06.02.2019 в 02 часа 00 минут в Черемховской городской больнице № по адресу: <...>, в результате огнестрельного пулевого слепого ранения груди справа с входной раной правой подмышечной области, повреждениями органов груди и живота с развитием обильной кровопотери.

Кроме того, ФИО1, осознавая, что не имеет в соответствии с Федеральным законом РФ «Об оружии» специального разрешения на ношение огнестрельного оружия и боеприпасов, и общественную опасность своих действий, умышленно и незаконно носил при себе пистолет с номером № переделанный неустановленными лицами самодельным способом из списанного (охолощенного) оружия – пистолета калибра 10ТК, модели ПМ Р-411 (Россия), пригодный для стрельбы патронами калибра 9х18 мм и относящийся к огнестрельному нарезному оружию, и боеприпасы к нему в количестве не менее 5 патронов.

Так, в период времени с 17 часов 5 февраля 2019 года ФИО1 умышленно и незаконно принес вышеуказанный пистолет и боеприпасы к нему, не менее 5 патронов, в здание ресторана «Пекин» по адресу: <...>, где незаконно в своей одежде и при себе носил указанный пистолет до 02 часов 00 минут 06.02.2019, то есть до момента производства выстрелов из этого оружия в Д., после чего принял меры к сокрытию указанного огнестрельного оружия с целью уклонения от уголовной ответственности за содеянное.

Подсудимые ФИО1 и ФИО2 вину в инкриминируемом убийстве Д. не признали, не отрицали участие в рассматриваемом событии. ФИО1 считает, что причинил тяжкий вред здоровью потерпевшего при превышении пределов необходимой обороны. ФИО2 пояснил о причинении смерти Д. по неосторожности, так как после ранения от боли был в шоке и дезориентирован, непроизвольно нажал на спусковой крючок.

По обвинению в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 222 УК РФ, ФИО1 вину признал в полном объеме.

В судебном заседании ФИО1 показал, что проживает с родителями, неофициально работает у брата в <...> снабженцем, имеет малолетнего сына, занимается его воспитанием, помогает материально.

По существу обвинения в убийстве пояснил, что 5 февраля 2019 года после 17 часов находился на дне рождения ФИО2 в ресторане «Пекин» в компании с ФИО2, И., З., К., С. и другими. Употреблял спиртное, однако был в адекватном состоянии. Перед уходом в ожидании такси он надел куртку, в кармане которой находился пистолет. ФИО9 сообщил, что на улице бьют К.. Когда спускался к выходу, оружие в руках у ФИО2 не заметил, о наличии у него оружия не знал, об убийстве Д. не договаривался, умысла на его убийство у него не было. На улице Д. и другие люди избивали К.. Потом Д. с битой в правой руке и с пистолетом в левой бежал в его сторону, кричал, угрожал убить. ФИО1 опасался за себя, что Д. нанесет ему увечья, поэтому достал из кармана куртки пистолет и произвел около 5 выстрелов прицельно по конечностям Д.: по рукам и ногам на расстоянии 5-6 метров. На расстоянии 2 метров Д. упал, и чтобы он не вставал, Полетаев произвел несколько выстрелов рядом с ним. Потом Д. встал и ушел. В спину ему никто не стрелял. Позже сказал официанту забрать и спрятать биту. На автомобиле сотрудника ресторана отвезли ФИО2 в больницу с ножевым ранением. Там он передал пистолет брату. Что было с этим оружием позже, и как он оказался у С., он не знает. О производстве выстрелов ФИО2 и получении им ножевого ранения пояснить не может.

Со стороны стоянки автомашин с расстояния 15 метров в их направлении также производились выстрелы. ФИО4 видел 2 огневые точки. Пояснил, что сам владеет приемами рукопашного боя и боевого самбо, владеет навыками стрельбы, в том числе по движущимся целям. Примерно за год до этого в конфликте Д. ножом ударил в живот Б. и причинил небольшое ранение ФИО7 После этого Б. лечился в больнице. ФИО7 в больницу и органы внутренних дел не обращался, так как ранение было небольшое. Поэтому испытывал к нему неприязненные отношения, опасался его.

Подтвердил достоверность видеозаписи с места происшествия, где он находился в красной куртке, производил выстрелы, в результате чего причинил ранения конечностей Д.

По поводу оружия и боеприпасов пояснял, что пистолет, из которого он производил выстрелы, он ранее, в октябре 2016 года, взял из бардачка автомобиля знакомого П. Сас после его гибели, когда ФИО1 попросили перегнать его автомобиль. В пистолете было 5-6 патронов. Понимал, что это боевое оружие, не имел разрешения на приобретение, хранение и ношение данного оружия. Позже хранил его в разных местах, в том числе на участке местности в сарае и по месту жительства. 5 февраля 2019 года, примерно в 17 часов, собираясь на день рождения ФИО2 в ресторан «Пекин», он надел куртку, в кармане которой находился этот пистолет. О наличии у него оружия он никому не рассказывал. Из этого пистолета он производил выстрелы по ногам и рукам Д..

8 февраля 2019 года добровольно явился в следственный комитет, знал, что Д. умер.

С исковым заявлением и возмещением процессуальных издержек не согласен, так как инкриминируемое деяние не совершал, вынужден был защищаться.

На предварительном следствии ФИО1 показывал, что стрелял в Д. из травматического пистолета, не пояснял о наличии у Д. пистолета, не говорил о каком-либо конфликте с ним, но опасался применения потерпевшим биты и угроз, также в них стреляли два человека от автомобиля «Субару». Позже признал применение им огнестрельного оружия - пистолета с номером №», который достался ему от знакомого. (т. 3 л.д. 104-111, 168-172; т. 7 л.д. 89-97, 125-133, 205-210, 237-243)

Изменение показаний на предварительном следствии и в суде пояснил линией защиты, подавленным состоянием от случившегося и переживаниями.

Таким образом, ФИО1 давал и изменял показания в соответствии с избранной позицией защиты и с учетом доказательств по делу. Поэтому суд признает их достоверными в той части, где они согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе о производстве выстрелов в потерпевшего при указанных выше обстоятельствах. Его же показания в части отрицания согласованности действий с ФИО2, степени опасности действий Д., как и его первоначальные показания о применении травматического оружия суд признает недостоверными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, поэтому отвергает их.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 показал, что с Д. был знаком, конфликтов с ним не было. 05.02.2019 с 17 часов отмечал день рождения в ресторане «Пекин» в зале на втором этаже, где присутствовали его жена – Л., семья З., С. и его девушка Э., ФИО7 и И., Е., Н., Ф., семья О., К.. У него с собой было охотничье ружье «Сайга» с боеприпасами в магазине в специальной сумке, так как утром собирался на охоту. Около полуночи собирались домой. Встретил в кафе В. с Ж.. С. и К. пошли прогревать автомашины. На автостоянку подъехал автомобиль «Субару» из которого вышли 4 человека, один с битой. Они стали избивать К.. ФИО9 сообщил об этом ФИО4, побежал на улицу, чтобы предотвратить избиение К.. ФИО4 выбежал на улицу первым, поэтому оружие у ФИО9 не видел. Он хотел выстрелом остановить нападавших. Он остановился на крыльце в проходе, слева был ФИО4. Д. бежал в их сторону, а второй человек продолжал избивать К.. Два человека стреляли в их сторону. Д. бежал с битой и пистолетом в руках, кричал и угрожал. ФИО9 опасался Д., поэтому выстрелил под ноги Д. 1-2 раза. Потом он почувствовал боль, ему причинили ножевое ранение, толкнули, он по неосторожности выстрелил и попал в Д., спустился с крыльца, выстрелил в крыльцо и в сторону, откуда стреляли. Когда Д. проходил мимо, навел на него оружие, но не стрелял, в спину Д. не стрелял. Выстрел в Д. произвел по неосторожности, так как от боли от ножевого ранения нажал на спусковой крючок. Причину нападения Д. и других на К. не знает. Считает, что Д., В. другие лица договорились совершить нападение на них, избить К., своими выстрелами он спасал себя. В тот вечер с Д. о встрече не договаривался. Видел автомашины на автостоянке перед рестораном. Знает, что ранее Б. причиняли ножевое ранение, он лежал в больнице, а также был конфликт у К..

С исковым заявлением и возмещением процессуальных издержек не согласен, так как инкриминируемое деяние не совершал.

На предварительном следствии ФИО2 пояснял, что выстрелы производил после того, как его порезали, потом стрелял в сторону автомобиля «Субару», откуда в них стреляли. Подтверждал и уточнял свои показания с учетом предъявленных ему доказательств. Утверждал, что ФИО4 не видел у него оружие, и он не знал о наличии оружия у ФИО4, убивать потерпевшего они не договаривались, выстрел в потерпевшего произвел после ранения, так как был дезориентирован. Высказал о желании в той ситуации прекратить избиение К. и об опасениях за свою жизнь и здоровье. (т. 4 л.д. 124-129, т. 7 л.д. 125-133, 218-223; т. 8 л.д. 93-98)

Таким образом, подсудимый ФИО2 признает, что смерть потерпевшего наступила от его выстрела. Его же показания об отрицании согласованности действий с ФИО1 и умышленного причинения смерти потерпевшему суд признает недостоверными, направленными на смягчение ответственности, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, поэтому отвергает их.

Вместе с тем вина подсудимых в совершении инкриминируемых деяний при изложенных выше обстоятельствах подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании следующих доказательств.

Потерпевшая А. суду показала, что 5 февраля 2019 года сын – Д. находился дома. Примерно в 22 часа 30 минут он сказал, что поедет к своей девушке и уехал. За ним заехали на машине. Около 1 часа ночи по телефону сообщили, что он находится в больнице на операции. Потом хирург сообщил, что он умер. Удовлетворительно характеризовала сына, который занимался спортом, спиртное не употреблял, по характеру был вспыльчивым. Он дружил с В. и другими. О каких-либо конфликтах сына с кем-либо ей неизвестно.

В судебном заседании потерпевшей заявлен гражданский иск о возмещении материального ущербы в связи с расходами на ритуальные услуги на сумму 223 340 рублей и о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей в связи с душевными и нравственными страданиями по поводу гибели сына от неправомерных действий подсудимых.

Просила о взыскании процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения своему представителю – адвокату.

В судебном заседании и на предварительном следствии свидетель В. показал, что Д. был его близким другом, положительно характеризовал его. Он был ранее судим, отбывал наказание в местах лишения свободы. В конфликтных ситуациях мог за себя постоять. В целях личной безопасности всегда носил с собой деревянный кастет, который сделал сам. (т. 2 л.д. 101-106)

Ночью с 5 на 6 февраля 2019 года В. с Ж. находились в ресторане «Пекин», где также находились ФИО8, ФИО7 и другие. Услышал о драке на улице, ФИО8 позвал ФИО4, тот ответил, что выходит. Когда спускался по лестнице, услышал выстрелы. У двери спиной к входу стоял ФИО8 и стрелял из карабина. Одновременно с этим ФИО7 произвел 3-5 выстрелов из пистолета. Он сказал ФИО8: «Дэн, ты что творишь?». Понимая, что ФИО8 поворачивается в его сторону с карабином в руках, опасаясь, что тот может выстрелить в него, он нанес ножом один удар в ягодицу ФИО8, руками оттолкнул его от входа и убежал. Позже у больницы № от знакомых узнал, что в результате стрельбы пострадал Д. Знает, что ФИО8, ФИО7 и И., К., С., Б. общаются в одной компании, они друзья. Ранее между Б. и Д. был конфликт, Д. «порезал» Б., поэтому у Д. с этой компанией были напряженные негативные отношения. Однако перед этой ситуацией никаких угроз в адрес Д. не поступало.

При дополнительных допросах с использованием видеозаписи из ресторана «Пекин» и видеозаписи на прилегающей территории подтвердил, что ФИО6, спускаясь по лестнице, быстро достает карабин из чехла, перезаряжает его и бежит в сторону выхода из кафе. Следом за ним шел ФИО7 в пуховике красного цвета. Спустившись, у входа В. увидел, что ФИО8 стреляет с крыльца, а слева от него стрелял ФИО7 (т. 2 л.д. 194-199, 200-204; т. 3 л.д. 63-66, т. 7 л.д. 226-229).

При проверке показаний на месте свидетель В. показал о производстве выстрелов ФИО9 и ФИО7, нанесении ножевого ранения ФИО2, от чего тот упал, а сам убежал с места происшествия. (т. 6 л.д. 8-13)

Видеозапись допроса свидетеля и проверки показаний на месте подтверждают добровольность его показаний и содержание в той части, где он был непосредственным очевидцем происшедшего, в том числе о производстве выстрелов ФИО1 и ФИО2

На очных ставках с ФИО2 и ФИО1 В. подтвердил свои показания о нанесении удара ножом ФИО9, когда тот производил выстрелы, и о выстрелах ФИО7 в сторону, где стояли автомашины. (т. 6 л.д. 71-75, 96-105)

Разногласия в показаниях свидетеля В. о количестве, очередности и направленности выстрелов подсудимых являются несущественными, поскольку он наблюдал происходящее непродолжительное время, покинул место происшествия. В то же время он подтверждает достоверность видеозаписи в той части, что сам непосредственно наблюдал, подтвердил производство выстрелов каждым из подсудимых.

Свидетель Ж. подтвердил, что с В. находился в ресторане «Пекин», когда ФИО8 посмотрел в окно и крикнул: «Полетай, выходи, там драка», взял сумку, спустился по лестнице. Полетаев последовал за ним. За ними также последовали несколько девушек, В. и Ж. Услышал выстрелы и увидел, что ФИО8 стрелял из оружия, похожего на карабин «Сайга». Рядом находился ФИО7 с пистолетом. В. спросил у ФИО8: «Дэн, что ты творишь?», а когда тот стал поворачиваться, ножом нанес удар в область ягодицы, оттолкнул его и выбежал через центральный вход. Слышал всего 6-7 выстрелов. Ж. испугался и покинул ресторан через запасный выход. Сам дружил с Д., вместе занимались спортом. (т. 2 л.д. 187-192)

Свидетель Т. суду и на предварительном следствии показал, что вечером 05.02.2019 катался по городу на автомобиле марки «Субару» синего цвета, с Д. и Г. Проезжая мимо ресторана «Пекин» Д. сказал, что нужно подъехать и поговорить. Д. вышел первым и направился в сторону ресторана «Пекин». Около машин перед зданием ресторана у него возник конфликт с парнем по имени К.). Д. ударил его рукой в область головы и лица, а когда тот упал, Т. нанес ему несколько ударов руками в голову, а Д. - битой по телу. Рядом находился Г.. Затем из ресторана выбежали ФИО8 и ФИО7 предложил им поговорить и побежал в их сторону с битой в руках. ФИО8 и ФИО7 стали стрелять. Т. спрятался за машину, слышал много выстрелов. Потом помог Д. дойти до машины, доставили его в больницу. Он сказал, что его ранили из боевого оружия. К. является другом ФИО8, Б., И.. Не смог пояснить о мотивах насилия в отношении К. с их стороны. (т. 2 л.д. 81-85; т. 6 л.д. 40-45)

На очной ставке с ФИО2 (т.6 л.д. 64-70), ФИО1 (т. 6 л.д. 86-95), К. (т. 7 л.д. 98-101) – а также при проверке показаний на месте (т. 7 л.д. 102-106) свидетель Т. подтвердил свои показания о том, что когда он и Д. наносили удары К., из ресторана вышли ФИО7 и ФИО8. Д. направился в их сторону. ФИО7 стрелял из пистолета, ФИО8 – из карабина. Что делал Д., он не видел, так как спрятался за машиной

В ходе дополнительного допроса после исследования видеозаписи с места происшествия Т. высказывал мнение о том, что ФИО9 стрелял в направлении В., затем в лежащего около крыльца Д., а затем в сторону машины «Субару Импреза». (т. 7 л.д. 119-123)

Суд признает показания свидетеля Т. достоверными в той части, где они подтверждаются совокупностью других доказательств по делу, в том числе о характере и участниках насильственных действий в отношении К., о направленности и количестве выстрелов, произведенных ФИО8 и ФИО7, так как на время спрятался за автомобилем, а также о производстве выстрелов с противоположной стороны, где в то же время находились Т., Г., хотя свидетель это отрицает.

Из показаний свидетеля Г. в судебном заседании и на предварительном следствии видно, что 05.02.2019 он, Д. и парень по имени С1 катались на автомобиле. У входа в ресторан «Пекин» стояли люди, знакомые Д., который почему-то злился на них, нервничал. Д. сказал притормозить. Они остановились около двух автомобилей «Тойота Камри» темного цвета. Д. и С1 выбежали из машины. Д. стал драться с каким-то парнем нерусской национальности. Затем Д. побежал в сторону крыльца ресторана «Пекин», где было много народу, после чего стали раздаваться выстрелы. В ходе перестрелки у его автомобиля разбилось заднее пассажирское стекло. После чего он увидел идущего ему навстречу Д., тот шатался, а потом потихоньку завалился на снег. Г. с целью защиты, так как опасался и за свою жизнь, произвел 2-3 выстрела из пневматического пистолета «Стример 9 мм» в воздух. Потом Д. доставили в Черемховскую городскую больницу №. (т. 2 л.д. 72-77). В судебном заседании свидетель подтвердил свои показания. О причине драки Д. он не знает. Выстрелом было повреждено стекло его автомобиля. Следователь осматривал его автомобиль, пистолет он выдал следователю.

Свидетель П1 показал, что проезжая мимо ресторана «Пекин», видел автомобиль «Субару Импреза» синего цвета, который принадлежит его другу Г. Затем слышал не менее 4 хлопков, похожих на выстрелы. Позже Г. ему рассказал, что на парковке у ресторана «Пекин» сначала был конфликт, они дрались, потом неизвестное лицо стреляло в Д., Г. тоже стрелял в незнакомых ему людей в целях самообороны из своего травматического пистолета. (т.2 л.д. 59-63; т. 8 л.д. 50-53)

Свидетель Г1 в судебном заседании положительно характеризовал своего брата – Д., который был справедливым, трудолюбивым человеком, помогал родителям, занимался спортом. У него был свой круг общения. Что Д. делал на месте происшествия и с кем там находился, свидетель не знает. Подтвердил, что ранее у свидетеля был конфликт с Б.

В судебном заседании И1 показал, что поддерживал дружеские отношения с Д., удовлетворительно характеризовал его, однако опроверг показания подсудимого ФИО2, так как на месте происшествия с Д. не был.

Таким образом, свидетели В., Ж., Т., Г. состояли в дружеских отношениях с Д., находились на месте происшествия. Т. и Г. подтвердили причинение К. телесных повреждений, в том числе Д. с применением деревянной биты, Г. – производство выстрелов из травматического пистолета, что согласуется с показаниями подсудимых в этой части, а также с показаниями П1. В. и Ж. указали, что после слов о драке на улице ФИО4 и ФИО9, по предложению последнего, вооружились, вышли из ресторана, производили выстрелы в сторону от входа в ресторан, в ходе чего В., не имея личных причин, сзади нанес удар ножом в ягодицу ФИО9, после чего В. и Ж., опасаясь преследования, покинули место происшествия. Вместе с тем свидетели не пояснили о какой-либо причине, непосредственно предшествовавшей нападению на К., а также о необходимости их вооруженности битой, кастетом, пистолетом, ножом, и наблюдения за компанией ФИО9, ФИО4, К. и других лиц. В. и Ж. не пояснили об основаниях опасаться ФИО9 и ФИО4, если сами в избиении К. не участвовали, личных конфликтов с ними не имели, но, являясь другом Д., В. причинил телесное повреждение ФИО9, затем они покинули место происшествия.

Свидетель М. положительно характеризовала сына – ФИО7 как доброго, хорошего человека. Он имеет награды и грамоты за период службы, занимался боксом. Имеет сына <...> года рождения. В тот день он собирался на день рождения к ФИО8, с которым поддерживал нормальные отношения. О каких-либо конфликтах сын не рассказывал. У него был травматический пистолет для самообороны после того, как порезали З., который был знакомым Павла. (т. 5 л.д. 131-135)

Свидетель У. положительно характеризовала своего сына - ФИО8 как спокойного, неконфликтного человека. Он имеет семью, любит ребенка. Накануне он забрал ружье из сейфа, так как собирался на охоту.

В судебном заседании и на предварительном следствии свидетель К. показал, что вечером 05.02.2019 в ресторане «Пекин» отмечал день рождения ФИО2 Свою машину «Тойота Камри» оставил на стоянке у ресторана. Примерно в 00 час. 20-30 мин. 06.02.2019 он с С. пошел на улицу прогреть автомобиль. Когда подходил к автомобилю, к нему резко подъехал автомобиль «Субару Импреза» синего цвета, остановился примерно в 1 метре. Из машины выскочил знакомый Д. с черной битой в руке. К. побежал в сторону ресторана, но от удара в затылок упал и сразу сгруппировался. Почувствовал, как его стали бить в область головы битой и пинать ногами. Д. бил его битой, а кто-то второй пинал по лицу. Видел у Д. в левой руке деревянную биту, а в правой он держал пистолет темного цвета, но не понял, какой именно марки и модели. Д. кричал и угрожал убийством, нецензурно выражался, не называя конкретную причину. От телесных повреждений у него побежала кровь изо рта, носа, головы. Д. крикнул кому-то: «Стреляй, стреляй!». Услышал звуки стрельбы от входа в ресторан, крики мужчин. Он, испугавшись за свою жизнь, поднялся и побежал в здание ресторана. (т. 2 л.д. 160-167; т. 7 л.д. 67-73)

На очной ставке К. опроверг показания свидетеля Т. и показал, что Д. не разговаривал с ним, а сразу ударил битой по голове, отчего он упал на землю, а Д. стал его избивать. Показал о выстрелах со стороны ресторана «Пекин» и с другой стороны, то есть со стороны автомобиля «Субару Импреза». (т. 7 л.д.98-101)

На очной ставке с ФИО1 и ФИО2 также подтвердил свои показания об избиении его Д., в том числе битой темного цвета. Поскольку ударов по голове было много, он, лежа на земле, сгруппировался и не видел происходящее вокруг. Считает, если бы ФИО7 и ФИО8 не вышли и не приняли мер, то Д. его бы убил. (т. 7 л.д. 77-88, 134-139)

При оценке показаний свидетеля суд учитывает, что он непосредственно подвергся нападению, характер и тяжесть телесных повреждений подтверждаются показаниями подсудимых, свидетелей С., Л., Н., Т., Г., заключением экспертов, протоколами осмотра, поэтому в этой части суд кладет их в основу настоящего приговора. Вместе с тем его же показания о наличии у Д. пистолета, что могло бы свидетельствовать и о наличии у него оружия, когда он направился в сторону ресторана, суд находит недостоверными, поэтому не принимает во внимание, поскольку данное обстоятельство, как и показании подсудимых и свидетелей в этой части, опровергается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе видеозаписью происходящего, показаниями свидетелей Т., Г., Х., Р.. Кроме того, суд принимает во внимание обстановку происходящего, когда свидетель укрывался, а рядом с Д. находились иные лица, в том числе производившие выстрелы из травматического оружия.

Свидетель Л. суду показала, что когда собирались уходить из ресторана, кто-то крикнул, что на улице драка. Видела, что возле автостоянки избивали К., в том числе битой. Муж позвал ФИО4, и они спустились к выходу из ресторана. Слушала выстрелы и видела, что стреляли от автомобиля «Субару». Потом муж вернулся, в руках держал оружие, сказал, что его ранили, была кровь на правой ягодице. К. сказала, что мужа порезал В.. Считает, что муж защищал свою жизнь, а также ее жизнь и жизнь друзей.

Свидетель Н. также присутствовала в ресторане, когда ФИО8 позвал ФИО7 на выход, слышала выстрелы. Когда они вернулись, у ФИО9 была повреждена правая нога, бежала кровь. У К. были повреждения на лице, голове. Когда ехали в больницу на машине, Полетав П. сидел сзади за передним пассажирским сидением. (т. 7 л.д. 17-21)

Свидетель Е. также слышала выстрелы, ФИО9 спускался к выходу из ресторана, а вернулся с раной на ноге, сказал, что его ударили ножом. У К. были разбиты губы, голова.

Свидетель С. на предварительном следствии и суду показал, что когда находился у своего автомобиля, увидел, что к автомобилю К. подъехал автомобиль «Субару Импреза» синего цвета, из него выскочили парни. Затем услышал выстрелы в районе входа в ресторан «Пекин», следом послышались крики мужчин, поехал в сторону выстрелов. Со стороны ресторана двигались двое парней, один из них поддерживал второго. Они сели в автомобиль «Субару Импреза». Он стал преследовать их автомобиль, допустил столкновение с ним, затем вернулся в ресторан. Там увидел, что ФИО8 ранен, у К. голова была в крови. Девушки были в панике, кричали. Когда уезжали от ресторана, кто-то положил в его машину ружье. Делал из него предупредительный выстрел у больницы. Позже в другой больнице, где оказывали помощь К., ФИО8, отдал ФИО8 в чехле оружие в виде карабина «Сайга». Позже в ходе обыска в квартире по адресу: <...>, где он проживал, изъято оружие, которое ему ранее передал мужчина, который работает кальянщиком в ресторане «Пекин» и передвигается на машине «Тойота Камри». В судебном заседании показал, что пистолет ему передал неизвестный мужчина. Считает, что ситуация с пистолетом в отношении него спровоцирована. (т. 3 л.д. 114-122; т. 6 л.д. 228-231; т. 7 л.д. 108-112)

Свидетель К. показала, что когда ФИО7 и ФИО8 пошли к выходу из ресторана, она пошла следом. За ней спускался В. ФИО9 стоял в двери, когда В. ударил его ножом, прозвучали выстрелы. Оружие на В. ФИО8 не направлял. Д. бежал в сторону ресторана, приседая из стороны в сторону, повернулся и пошел в сторону стоянки автомашин. В больнице оказывали помощь К. и ФИО9. Позже по месту жительства с С. изъяли пистолет и патроны, С. сказал, что ему их передали.

Свидетели Х. и Р. показали, что находились в автомобиле «Ниссан АД» у ресторана «Пекин», ожидали работников ресторана. Рядом стоял мужчина, на которого налетели и стали избивать мужчины, подъехавшие на автомобиле «Субару». У одного в руках была дубинка черного цвета, которой он наносил удары в область головы и лица упавшего мужчины, ударил 5-10 раз. Мужчина руками закрывал голову и лицо. Второй парень наносил удары ногами. С ними был еще третий парень. В это время из ресторана «Пекин» вышли двое мужчин, прозвучали выстрелы. Х. наклонился и не видел, что там происходило, слышал выстрелы. Обнаружил на лобовом стекле дыру. Также было повреждено стекло автомобиля Щ.. Р. уточнила, что первым из ресторана вышел парень в красной куртке, и когда началась стрельба, парень с дубинкой сразу побежал в сторону ресторана, звучали выстрелы, увидела искры со стороны мужчины в красной куртке. После первого или второго выстрела что-то попало в лобовое стекло их автомобиля, и образовалась дырка в стекле. (т. 3 л.д. 232-237, 239-244)

Таким образом, свидетели указывают о насильственных действиях в отношении К., производство выстрелов в их направлении и повреждении лобового стекла автомобиля, но не подтверждают наличие у Д. пистолета.

В судебном заседании свидетель Щ. показал, что работал кальянщиком в ресторане «Пекин», его автомобиль «Тойота Камри», черного цвета, № оставил недалеко от входа. После выстрелов обнаружил повреждение лобового стекла на автомобиле. Также было повреждено лобовое стекло автомобиля «Ниссан АД», водитель которого с девушкой в момент выстрелов находился в машине. Л. попросила отвезти в больницу ФИО8. Также в машину сели еще одна девушка и ФИО7, который сидел на заднем сидении за передним пассажирским сиденьем. Примерно через 2 недели ему позвонили и сказали, что под сиденьем в машине находится вещь, которую они заберут. Под передним пассажирским сидением обнаружил пистолет, похожий на пистолет «Макарова», передал его неизвестному человеку. В полицию не сообщал, так как ему поступали звонки и просили никому не сообщать, поэтому опасался.

Показания свидетеля согласуются с показаниями свидетелей Л., Н. о следовании ФИО7 в указанном автомобиле и свидетельствуют об оставлении в нем пистолета, который он ранее незаконно носил и из которого производил выстрелы в Д.

Специалист Я. не исключил образование повреждения лобового стекла автомобиля «Тойота Камри» в результате выстрела. (т. 9 л.д. 163-166)

Работник ресторана О. показал, что в день происшествия в ресторане отдыхала компания, среди которых знает ФИО7. Видел драку на стоянке автомобилей. После выстрелов в ресторан зашел мужчина с пробитой головой, а за ним мужчина с повреждением правой ноги, была кровь. На улице обнаружил биту, которую ФИО7 сказал спрятать. Позже биту выдал следователю. (т. 5 л.д. 34-38).

Свидетель Ч. от работников ресторана узнал о перестрелке, а брат – О. рассказал, что после этого подобрал и спрятал биту. (т. 5 л.д. 30-33)

Свидетель Ю. суду показала, что работала в ресторане «Пекин», где ФИО2 в компании с ФИО7 и другими отмечал день рождения <...>. Оружие не видела, конфликтов не было, они спокойно общались, употребляли спиртное. В то же время в ресторан несколько раз приходил В. Потом официанты сказали о выстрелах, видела одного мужчину с травмой головы, у ФИО9 текла кровь. Она вызвала скорую помощь, но они не стали дожидаться и уехали на автомобиле.

Суду и на предварительном следствии свидетель И. показал, что <...> вместе с братом – Павлом и другими лицами был в ресторане «Пекин». С собой у него был карабин, так как планировал поехать на охоту. Карабин был в чехле черно-красного цвета. У ФИО2 с собой был такой же чехол. Когда уже был дома, позвонил брат Павел и сообщил, что на них напали, стреляли, Дениса порезали. В больницу приехал с Б. Там врачи осматривали ФИО2. У К. были повреждения на лице, голова была в крови. Он говорил, что били по голове битой или палкой. Там же брат передал ему пистолет и попросил спрятать, так как у него есть разрешение на травматическое оружие. Позже он выдал пистолет полиции. После случившегося он опасался за свою жизнь, уехал из города. (т. 3 л.д. 32-38)

Свидетели Ф., Б., З. П., О. суду показали, что были на дне рождения ФИО8, с которым у них дружеские отношения. Из ресторана ушли до указанных событий, о случившемся узнали позже. Б. показал, что ночью узнал о перестрелке, был в больнице, где видел ФИО8 с ножевым ранением и К. с травмами головы. Показал, что ранее (20 марта 2018 года) у него произошел конфликт с Г1, а Д. ударил его ножом в живот, а также причинил ножевое ранение ФИО7 После этого с Д. не общался. О причине нападения Д. на К. свидетелю неизвестно. У Д. был свой круг общения.

Свидетель Ф. также сообщил о том, что ранее Д. «порезал» Б. (т. 2 л.д. 135-140)

Таким образом, подсудимые ФИО1 и ФИО2, свидетели К., С., И., Б., подтвердили о дружеских отношениях в указанной группе, с одной стороны, и в группе лиц Д., В., Т. и других, с другой стороны, что эти группы состояли в сложных конфликтных отношениях, сопровождавшихся и ранее выяснением отношений с применением насилия и предметов, используемых в качестве оружия. В данной ситуации Д. и иные лица неожиданно и без какого-либо явного повода, относящегося именно к этому времени, напали на К., а затем Д. с признаками агрессии направился в сторону ФИО8 и ФИО7

Свидетель Ц. подтвердил оказание медицинской помощи ФИО2 в связи с колото-резаной раной правой ягодицы. (т. 4 л.д. 182-186)

Сотрудники Ш. и И. подтвердили факт обнаружения, выемки приобщенной к делу видеозаписи с места происшествия в помещении ресторана «Пекин» и на прилегающей территории.

Некоторые разногласия в показаниях свидетелей о порядке выемки данных материалов не ставят под сомнение законность полученных доказательств, поскольку процессуальные действия проводились в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, содержание записи соответствует показаниям участников происшествия и сторонами не оспаривается.

Кроме того, суд заслушал и не учитывает показания свидетелей в той части, где они не являлись непосредственными очевидцами происшествия, являются предположением и личным мнением, не содержат ссылки на источник осведомленности, в том числе при ссылке на информацию социальных сетей.

Объективным подтверждением виновности подсудимых являются следующие доказательства.

Осмотром места происшествия – на прилегающей территории к ресторану «Пекин» по адресу: <...>, обнаружены и изъяты 13 гильз разного калибра, в том числе у входа в ресторан и на значительном удалении от него. В помещении ресторана обнаружены и изъяты следы вещества бурого цвета, видеорегистратор и другие предметы. (т. 1 л.д. 93-127)

При осмотре места происшествия в «Черемховской городской больнице № 1» на трупе Д. обнаружены огнестрельные повреждения. Среди его вещей обнаружены и изъяты кастет и иные предметы. Произведена выемка 2-х пуль, образцы крови Д., медицинская карта на его имя. Предметы и документы осмотрены и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств, подвергались экспертному исследованию. (т. 1 л.д. 39-56; 78-83, 85-88, 89-92, 132-143)

Согласно заключениям эксперта № и №-А - смерть Д. наступила 06.02.2019 в 02.00 от огнестрельного пулевого слепого ранения груди справа с повреждением органов груди и живота, включая: многооскольчатый перелом 7-8 ребер справа, повреждение пристеночной плевры, правого легкого, диафрагмы, печени, правой почки, пятого поясничного позвонка, с развитием обильной кровопотери, в результате однократного выстрела из огнестрельного оружия пулевым снарядом и расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью человека, опасный для жизни. На теле Д. также обнаружены: огнестрельное пулевое слепое ранение левой голени, причинившее тяжкий вред здоровью; огнестрельные пулевые ранения: дельтовидной области, правого плеча; левого локтевого сгиба; левой подвздошной области; передней брюшной стенки, каждое из которых причинено в результате выстрела из огнестрельного оружия пулевым снарядом и расценивается как причинившее легкий вред здоровью.

Локализация огнестрельных ран и направление раневых каналов указывают, что в момент травматизации потерпевший был обращен передней и правой боковой поверхностью тела к дульному срезу оружия и находился уровнем ниже стрелявшего.(т.8 л.д. 110-116, 131-136)

Заключением эксперта № у ФИО2 установлено повреждение в виде обширного кровоподтека с колото-резаным ранением мягких тканей правой ягодичной области, которое образовалось от воздействия колюще-режущего орудия, чем мог быть нож, и могло быть получено в ночь с 5 на 6 февраля 2019 года, причинившее легкий вред здоровью. ( т. 9 л.д. 147-148)

Заключением эксперта № у ФИО1 телесных повреждений не обнаружено. (т. 9 л.д. 134)

Согласно заключению эксперта № (от 07.02.2019) - у К. имелись повреждения в виде: раны в теменной области головы справа, которая могла быть причинена в результате ударного воздействия (не менее одного) битой в область головы, причинившей легкий вред здоровью; ушибов мягких тканей нижней и верхней губы, с кровоизлиянием, с травматической экстракцией (потерей) 2 зуба на нижней челюсти слева, которые образовались от воздействий твердых предметов, в результате ударного воздействия битой либо ногой человека, обутой в плотную обувь, в область лица, причинившие легкий вред здоровью; кровоподтеков на нижнем веке правого глаза, в области левого бедра (3), которые образовались от воздействия твердого тупого предмета, чем могла быть нога человека, обутая в плотную обувь; полосовидных кровоподтеков в области правой голени, задней поверхности левого бедра, в области левой голени, которые образовались от воздействий твердых тупых предметов с ограниченной поверхностью, удлиненной формы, чем могла быть бита, и могли быть получены при указанных обстоятельствах. (т. 9 л.д. 204-205)

Заключения экспертов о характере и тяжести вреда здоровью, причиненного Д., К., ФИО2 подготовлены надлежащими специалистами на основании обследований и медицинских документов, не вызывают сомнений, поэтому суд кладет их в основу настоящего приговора в этой части.

Согласно заключению эксперта № - представленная на экспертизу пуля (№ 1) является частью патрона калибра 9х18 мм, предназначенного для нарезного боевого огнестрельного оружия указанного калибра (пистолет Макарова (ПМ) и другие), пуля выстреляна из оружия калибра 9 мм, у которого ствол либо изготовлен самодельным способом, либо канал ствола данного оружия имеет сильную степень изношенности.

Пуля (№2) и три гильзы являются частями патронов калибра 366 ТКМ, предназначенного для гражданского гладкоствольного огнестрельного оружия указанного калибра (Сайга TG2 и другие). Шесть гильз являются частями патронов калибра 9x18 мм, предназначенных для стрельбы из боевого и служебного огнестрельного нарезного оружия указанного калибра (пистолета Макарова (ПМ) и других). Следы бойка на гильзах пригодны для идентификации оружия, из которого они были стреляны.

Гильзы калибра 9х18 мм и пуля калибра 9 мм используются при снаряжении одного вида патронов. Гильзы калибра 366 ТКМ и пуля калибра 9,5 мм используются при снаряжении одного типа патронов калибра 366 ТКМ.(т. 8 л.д.159-164)

Согласно заключению эксперта № - на поверхности пистолета (№) и обоймы от пистолета - обнаружены следы пота К.

На поверхности карабина «Сайга» - обнаружены следы биологического происхождения, которые могли произойти от ФИО2, а также смешанные следы пота от двух или более лиц, в том числе от К.

На поверхности деревянной биты (изъятой у О.) обнаружены следы крови К. На поверхности кастета обнаружены потожировые следы Д. На поверхности кроссовок Д. – обнаружена его кровь.

На поверхности фрагментов марли со следами вещества, изъятого с места происшествия, ОБГУЗ ЦРБ №1, - обнаружена кровь Д.

На поверхности фрагмента марли с веществом, изъятым возле ресторана «Пекин», на поверхности стула обнаружена кровь ФИО2, К., с веществом, изъятым около ресторана «Пекин», с ручки двери ресторана, на салфетках, изъятых в ресторане, обнаружена кровь К. (т. 8 л.д. 180-214)

Согласно заключению экспертов № - четыре гильзы являются частями травматических патронов калибра 9 мм Р.А., предназначенных для стрельбы из огнестрельного оружия ограниченного поражения.

Пуля №3 является частью патрона калибра 366 ТКМ, предназначенного для гражданского гладкоствольного огнестрельного оружия указанного калибра (Сайга TG2 и другие).

Три гильзы калибра 366 ТКМ и пули №2 и №3 стреляны из карабина модели «Kalashnikov TG 2» с номерными обозначениями №, который является самозарядным карабином калибра 366 ТКМ (9,5х38 мм) и относится к гражданскому гладкоствольному огнестрельному оружию, исправен и пригоден для стрельбы.

Гильзы №2 и №3 калибра 9 мм Р.А. (обнаруженные на месте происшествия в районе стоянки автомобилей), стреляны из пистолета модели «STEAMER-2014» с номерными обозначениями №

Гильзы №1 и №4 стреляны не из представленных на экспертизу пистолетов, а из другого оружия калибра 9 мм Р.А.

На одежде Д., а также на одежде и в смывах с рук ФИО1 и ФИО2 присутствуют следы продуктов выстрела из огнестрельного оружия.

На поверхностях пуль №1,2,3, гильз 1-4 (9 мм Р.А.), гильз (366 ТКМ), гильз (9x18), на внутренних поверхностях каналов стволов представленных пистолетов и карабина присутствуют следы продуктов выстрела.

Пули №2,3 могли быть частью патронов, гильзы которых представлены на исследование (366 ТКМ), могли быть выпущены из представленного на исследование карабина. Пуля №1 могла быть как частью патрона, гильзы которых представлены на исследование (9xl8).

Повреждения на куртке Д. могли быть образованы при стрельбе из представленного карабина или другого оружия.

Пистолет «№ (Г.) является пистолетом модели «STREAМER-2014» калибра 9 мм Р.А., относится к гражданскому огнестрельному оружию ограниченного поражения. К категории огнестрельного оружия не относится, исправен и пригоден для стрельбы.

Повреждения на одежде Д. являются огнестрельными, образованными в результате механического воздействия метаемых снарядов. Повреждения № 2, 3, 5, 7, 12, 13 являются входными, повреждение №1 – касательным, повреждения № 4, 6, 8, 14 - выходными. Повреждения № 1- 4, 9 - 15 и 17 образовались в результате попадания снаряда по направлению справа вниз налево относительно низа куртки (пояса спортивных брюк). Повреждения № 5- 8 образовались в результате попадания снаряда под встречным углом менее 90 градусов относительно вертикали. (т. 9 л.д. 2-41)

При производстве экспертизы исследовались иное оружие и предметы, принадлежность которых к данному делу не установлена.

Согласно заключению экспертов № – пистолет «№» переделан самодельным способом из списанного (охолощенного) оружия - пистолета калибра l0TK, модели ПМ Р-411 (Россия), пригоден для стрельбы патронами калибра 9х18 мм, и относится к огнестрельному нарезному оружию. Из него производились выстрелы после последней чистки. Пуля патрона калибра 9х18, представленная на экспертизу, выстреляна из данного пистолета. (т. 9 л.д. 117-122)

В ходе экспертизы № произведены исследование, улучшение и запись фрагментов видеозаписи на приобщенных к делу носителях, изъятых с места происшествия. (т. 9 л.д. 95-100)

Таким образом, заключения экспертов подтверждают причину смерти потерпевшего от огнестрельного повреждения, количество и локализацию огнестрельных ран и направление раневых каналов, которые указывают положение потерпевшего передней и правой боковой поверхностью тела к дульному срезу оружия, когда он находился уровнем ниже стрелявших, причинение ему огнестрельных повреждений пулевыми снарядами из карабина № и пистолета №», что согласуется с показаниями подсудимых о производстве выстрелов из указанного оружия. Кроме того, подтверждается производство выстрелов из травматического оружия Г., использование иного травматического оружия, гильзы которого обнаружены на месте происшествия, наличие значительного количества оружия и боеприпасов у лиц из круга общения подсудимых и потерпевшего.

Вещественные доказательства, оружие и иные предметы, исследованные при производстве экспертиз, получены в ходе осмотра места происшествия, выемки, обыска в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в том числе получены в ходе обыска, выемки: у Ш. - ДВД–диска с записью с камер видеонаблюдения ресторана «Пекин» (т. 1 л.д. 161-166); у И. - флеш-карты, видеозаписывающего устройства (т. 4 л.д. 34-39; т. 3 л.д. 185-189); по адресу: <...> - куртки (ФИО2), иных предметов и оружия (т. 1 л.д. 206-214); у Л. – карабина с номером «17420263» (т. 4 л.д. 105-108); по адресу: <...>- пистолета с номером № (т. 6 л.д. 198-204); у О. - биты черного цвета (т. 5 л.д. 41-47); у Г. - пистолета с номером № (т. 3 л.д. 82-85); у ФИО1 - куртки красного цвета и другой одежды (т. 3 л.д. 96-101); получены смывы с рук ФИО1, ФИО2 (т. 4 л.д. 222-225).

Изымались, осматривались и приобщались к делу автомобили и предметы, свидетельствующие о повреждении лобовых стекол автомобилей «Нисан АД» (Х.) и «Тойота Камри» (Щ.), о повреждениях на автомобилях «Субару Импреза» (Г.) и «Тойота Марк 2» (С.).

Протоколами следственных действий об обыске, выемке и осмотре вещественных доказательств установлено наличие газового, травматического и огнестрельного оружия у И., Б., С., П1

При исследовании протоколов выемки и осмотра предметов (пуль) в СМО ГБУЗ ИОБСМЭ в протоколе осмотра (т. 1 л.д. 89-91) ошибочно указан адрес проведения следственного осмотра, что не ставит под сомнение допустимость данного протокола, поскольку данное обстоятельство и производство данных следственных действий в судебном заседании подтвердили следователь О1 и понятая А1

Таким образом, протоколы следственных действий также подтверждают наличие в компании Д. биты, кастета, травматического пистолета, а также наличие и применение подсудимыми огнестрельного оружия: карабина №», пистолета №

В судебном заседании исследовалась видеозапись с места происшествия с участием лиц, личность которых установлена на основании показаний подсудимых, свидетелей В., Ж., Т., Г., К., согласуется с протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертов.

При исследовании видеозаписи в судебном заседании установлено присутствие ФИО1 и ФИО2 на месте происшествия, где после 00 часов 06.02.2019 ФИО2, а за ним - ФИО1 следовали к выходу, когда ФИО2 достал из сумки карабин непосредственно перед ФИО1, пропустил его, и проследовал за ним к выходу. Через 4-5 секунд за ними к выходу проследовали В. и Ж. Последний вскоре вернулся и поднялся в помещение вверх по лестнице.

На прилегающей территории около автомобилей мужчина (К.) подвергся нападению, которое последовало сразу же после остановки автомобиля «Субару Импреза», без какого-либо общения с ним нападавших. В течение 18 секунд его избивают двое человек, один из которых (Д.) вооружен длинным предметом (битой), держа его одной рукой, перекладывая в руках, и двумя руками со значительным замахом наносит не менее 14 ударов по голове и другим частям тела лежащего К. К ним подходит третий мужчина, который производит движение рукой, как бы прицеливаясь в лежащего мужчину. После появления на выходе из помещения ресторана ФИО1 и ФИО2 Д. указал битой в их сторону и направился к ним быстрым шагом, уклоняясь от направленного в его сторону оружия. По мере его приближения ФИО1 и ФИО2 производят в него выстрелы. Второй мужчина продолжает удерживать на земле К. и наносит ему удары, после третьего выстрела убегает за автомашины. В течение 5 секунд они производят неоднократные выстрелы в направлении Д., который после очередных выстрелов ФИО1 приседает и наклоняется, затем после выстрелов ФИО2 и ФИО1 он упал в непосредственной близости от них на землю. После чего выстрелы в него не производились. Через 3 секунды после последнего выстрела и падения Д., в просвете на выходе появляется силуэт В. ФИО2 сбегает по пандусу с крыльца, производит выстрел, след от которого образовался в районе крыльца, когда потерпевший находится на земле спиной к нему. В это время производит выстрел и ФИО1. ФИО8Ф дважды стреляет в направлении стоянки автомашин, у одной из которых светятся фары, удерживая ружье в горизонтальном положении. Д. поднимается и в полусогнутом состоянии направляется в сторону автомашин. ФИО9 сопровождает его направленным на него ружьем. Детализация записи указывает, что по мере приближения к стрелявшим потерпевший приседал и наклонялся, в том числе, когда стрелявшие находились выше него на крыльце здания. Это согласуется с заключением эксперта о направлении раневого канала от выстрела из карабина справа вниз влево.

Это подтверждает, что ФИО1 и ФИО2 действовали согласованно, группой лиц, так как одновременно проследовали к выходу, вооружились, находясь в непосредственной близости, поочередно и одновременно производили неоднократные выстрелы в одного потерпевшего, затем согласованно покинули место происшествия, приняли меры к сокрытию оружия. После ранения ФИО2 не выглядел дезориентированным, произвел еще 3 выстрела, в том числе рядом с Д. в крыльцо, контролируя ситуацию, и, как сам утверждал, сделал это намеренно.

В то же время видеозапись не подтверждает наличие у Д. оружия и производство им выстрелов в направлении ФИО1, ФИО2 или других лиц, а также показания В. о ранении ФИО2, когда тот поворачивался в его сторону

Некоторые разногласия в показаниях подсудимых и свидетелей об обстоятельствах дела суд считает несущественными, в том числе в силу скоротечности (в течение 35 секунд) и характера происходящего, количества участников, обстановки и освещенности на месте происшествия, поэтому разрешает их на основании данных материалов, относимость, достоверность и допустимость которых у суда сомнений не вызывают.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов – ФИО1 в период инкриминируемых деяний мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может участвовать в следственных и судебных действиях и давать показания. (т. 9 л.д. 75-81)

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов – ФИО2 в период инкриминируемого ему деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может участвовать в следственных и судебных действиях. (т. 9 л.д. 56-62).

Заключения экспертов даны на основании обследования подсудимых надлежащими специалистами, их выводы научно обоснованы, соответствуют материалам дела о психическом состоянии и поведению в судебном заседании, поэтому суд приходит к выводу о вменяемости каждого из подсудимых в отношении инкриминируемых деяний, в связи с чем они подлежит уголовной ответственности за содеянное.

Доказательства, положенные в основу данного приговора, тщательно и всесторонне исследованы в судебном заседании, в соответствии со ст. 88 УПК РФ признаны судом относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку собраны в строгом соответствии с уголовно-процессуальным законом, в совокупности являются достаточными для квалификации преступления и решения других вопросов, подлежащих разрешению при постановлении приговора.

В судебном заседании государственный обвинитель Степанова Т.И. квалифицировала деяние подсудимых (по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ) как совершение убийства группой лиц, поскольку предварительный сговор подсудимых нашла недоказанным, а также исключила из квалификации деяния ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ признак незаконного хранения огнестрельного оружия и боеприпасов, также полагая данных признак не нашедшим подтверждения, в остальном обвинение поддержала.

Сторона защиты просила о квалификации действий ФИО2 как причинение смерти по неосторожности, действий ФИО1 – как причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего при превышении пределов необходимой обороны.

Оценив в совокупности все исследованные в судебном заседании доказательства, а также учитывая позицию государственного обвинителя, выслушав мнение потерпевшей и ее представителя, мнение стороны защиты об оценке содеянного подсудимыми, суд приходит к убеждению, что вина подсудимых в указанных деяниях доказана и квалифицирует:

действия ФИО1 и ФИО2:

-по ч. 1 ст. 108 УК РФ - убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны;

действия ФИО1:

-по ч. 1 ст. 222 УК РФ – незаконное ношение огнестрельного оружия и боеприпасов.

При квалификации деяний суд учитывает следующее.

При производстве выстрелов в потерпевшего каждый из них осознавал общественную опасность своих действий, которые явно выходили за пределы необходимой обороны, как не соответствующие характеру и степени опасности посягательства, предвидел наступление смерти потерпевшего и желал этого, о чем свидетельствуют их согласованные насильственные действия, связанные с выбором огнестрельного оружия и боеприпасов с пулевыми снарядами в качестве орудия преступления, одновременные неоднократные прицельные выстрелы в жизненно важные части тела потерпевшего, которые производили и после причинения вреда здоровью, пока потерпевший не упал, затем стал покидать место происшествия, а ФИО1 и ФИО2 скрылись с места происшествия.

Убийство Д. совершено группой лиц, так как, обнаружив противоправные действия Д. и других лиц, ФИО2 вооружился и предложил ФИО1, также вооруженному, проследовать к выходу из ресторана к месту нахождения Д., где они согласованно и одновременно производили выстрелы в потерпевшего, совместные действиями причинили ему смерть, поэтому основания для самостоятельной квалификации действий каждого из подсудимых не имеется.

Вместе с тем, производя выстрелы в потерпевшего, ФИО1 и ФИО2 находились в обстановке агрессивных насильственных действий со стороны Д. и других лиц, которые, действуя в группе лиц, вооруженные битой, кастетом, травматическим оружием, прибыли к месту отдыха ФИО2, ФИО1, К. и других лиц в общественном месте, где без какого-либо явного повода, неспровоцированно, используя численное превосходство, внезапно напали на К., сбили его с ног, нанесли ему множественные удары битой, руками и ногами в голову и другие части тела. После появления ФИО1 и ФИО2 на крыльце здания Д., вооруженный битой, рассчитывая на поддержку лиц с его стороны, направился в их сторону, в том числе и после производства выстрелов в него. Иное лицо продолжало удерживать и наносить удары К., после третьего выстрела стал удаляться за автомобили. По мере приближения ФИО10 и ФИО2 производили в него неоднократные выстрелы, в том числе и когда после полученных ранений он стал приседать и наклоняться, находился в положении, соответствующим моменту получения им огнестрельного ранения, повлекшем его смерть, и других ранений. Через 3 секунды после этого В., обратившись к ФИО2 по поводу произведенных им выстрелов, ударил его ножом в область ягодицы, толкнул, освобождая выход, сам покинул место происшествия. Использование травматического оружия и производство из него выстрелов на расстоянии более 15 метров от подсудимых подтверждается протоколом осмотра места происшествия и заключением эксперта.

Данные обстоятельства подтверждаются причинением легкого вреда здоровью К., наличием многочисленных следов крови, агрессивным поведением вооруженного битой Д., направленным в сторону ФИО1 и ФИО2, скоротечностью происшедшего. Наличие и применение Д. огнестрельного и иного оружия при совершении указанных действий материалами дела не установлено. Использование другими лицами травматического оружия на таком расстоянии по конструктивным особенностям не предназначено для причинения смерти, не могло причинить тяжкий вред здоровью, и фактически не причинило каких-либо повреждений ФИО1 и ФИО2, не оставило следов на их одежде, на здании, автомобилях и иных предметах в районе их нахождения, свидетельствующих о такой угрозе.

Таким образом, в условиях посягательства, хотя и не сопряженного с насилием, опасным для их жизни и жизни других лиц, но причинившим легкий вред здоровью К. и угрожавшего причинением вреда их здоровью, действия ФИО1 и ФИО2 при производстве выстрелов в потерпевшего с целью пресечения его противоправных действий явно не соответствовали характеру и опасности посягательства, так как каждый из них обладал знаниями и навыками применения огнестрельного оружия, при его применении в отношении человека на близком расстоянии использовал боеприпасы с пулевыми снарядами, предполагающими летальный исход для потерпевшего, вместе произвели неоднократные выстрелы в жизненно важные части тела потерпевшего, выстрелы прекратили после падения Д. Применение такого оружия стало неожиданностью и для потерпевшего, о чем после ранения он сообщил Т. и Г.

Умышленный характер действий ФИО1 и ФИО2 также подтверждается ношением при себе огнестрельного оружия в общественном месте и готовностью его применить в ситуации любого конфликта в качестве максимально возможного средства защиты, пренебрегая иными, нелетальными, средствами. Кроме того, огнестрельное оружие находилось в их компании и у других лиц. Позднее оружие передавалось другим лицам, применялось через непродолжительное время у лечебного учреждения на месте нахождению знакомых Д.. Осознанность такого поведения сопровождалась и последующими действиями людей по сокрытию оружия и информации о случившемся. При таких обстоятельствах действия Д. нельзя признать полной неожиданностью для подсудимых, их готовность противостоять этому была осознанной.

Наличность и действительность угрозы причинения им вреда здоровью Д. и другими лицами подтверждают насильственные действия напавших и причинивших К. легкий вред здоровью, а также агрессивные высказывания и приближение к ним вооруженного битой Д., производство выстрелов из травматического оружия на некотором удалении. Локализация огнестрельных ранений на передней и правой боковой поверхности тела потерпевшего к дульному срезу оружия также подтверждают факт причинения ему указанных ранений в момент активного продвижения в направлении подсудимых. Кроме того, основанием для опасения насильственных действий Д. и неприязненного к нему отношения являются состоявшиеся ранее конфликты и ранение Б. и ФИО1

Иных обстоятельств, которые бы свидетельствовали о том, что подсудимые не только превысили пределы необходимой обороны, но и умышленно причинили смерть за рамками какой-либо опасности для себя и других лиц, в связи с чем их действия подлежали бы квалификации по ст. 105 УК РФ, судом не установлено.

Суд учитывает данные о личности подсудимых, которые не свидетельствуют о криминальной направленности их деятельности, что могло бы являться поводом для указанного противоправного поведения Д. либо спровоцировать его на такое поведение в целях умышленного причинения ему смерти.

Не являются основанием для квалификации, предложенной стороной обвинения, и доводы о специальных навыках ФИО1, поскольку в силу ч. 3 ст. 37 УК РФ положения о необходимой обороне в равной мере распространяются на всех лиц независимо от их профессиональной или специальной подготовки.

Вопреки мнению стороны защиты нет оснований для квалификации действий ФИО2 по ч. 1 ст. 109 УК РФ, так как он умышленно производил выстрелы до причинения ему ранения, а сам факт причинения ему таким способом легкого вреда здоровью не свидетельствовал о желании В. причинить ему более тяжкие последствия, в том числе смерть.

С учетом приведенных выше обстоятельств суд не находит оснований и для признания действий подсудимых в пределах необходимой обороны, что в силу ст. 37 УК РФ исключало бы преступность их деяния, поскольку их действия, сопровождавшиеся согласованным применением огнестрельного оружия, производством неоднократных выстрелов в потерпевшего, явно не соответствовали характеру и опасности посягательства Д. и других лиц.

В силу требований ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны при защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Судом с достоверностью установлено, что действия Д. и других лиц с его стороны такой опасности для жизни ФИО1, ФИО2 и других лиц не представляли.

Вместе с тем в соответствии с ч. 2 ст. 37 УК РФ защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Действуя указанным образом, ФИО1, ФИО2 прибегли к таким способам и средствам, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства со стороны Д. и других лиц, то есть без необходимости умышленно причинили смерть посягавшему, поэтому подлежат уголовной ответственности за содеянное.

С учетом изложенного доводы стороны защиты об иной оценке содеянного суд находит не основанными на законе, поэтому отвергает их.

Деяние подсудимыми совершено группой лиц и с применением огнестрельного оружия в общественном месте, где, производя выстрелы в разные направления, они создавали угрозу причинения вреда иным лицам, находящимся на месте происшествия, о чем свидетельствуют следы выстрелов, повреждения автомобилей, в которых находились и укрывались люди.

Кроме того, ФИО1 незаконно носил огнестрельное оружие и боеприпасы к нему, не имея соответствующего разрешения, применил его при совершении преступления.

В соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению при квалификации деяния ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ суд исключает ссылку на незаконные приобретение и хранение оружия и боеприпасов, поскольку конкретные обстоятельства таких действий ему не вменялись.

Изменение фактических обстоятельств и юридической оценки инкриминируемых деяний по ч. 1 ст. 108 УК РФ не ухудшает положение подсудимых и не нарушает их право на защиту, поскольку не выходит за пределы предъявленного им обвинения и соответствует обстоятельствам, установленным в судебном заседании с их участием.

Решая вопрос о назначении наказания подсудимым, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений каждым из подсудимых, а также личность виновных, состояние здоровья, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Подсудимый ФИО1 характеризуется удовлетворительно: официально не трудоустроен, работал в <...> проходил службу в Вооруженных Силах Российской Федерации, внутренних войсках МВД России, поощрялся за инициативу, усердие и отличие в службе, высокие показатели в боевой подготовке, награжден медалью ветерана ВДВ, является активным участником мероприятий патриотического воспитания, спокойный, доброжелательный, ответственный и трудолюбивый человек, имеет малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, являются предусмотренные п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка, а также в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ – наличие заболевания, положительные характеристики, награды и поощрения за период службы, добровольная явка в следственные органы для дачи показаний.

Обстоятельствами, отягчающими наказание ФИО1 ч. 1 ст. 108 УК РФ, являются предусмотренные п.п. «в», «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ – совершение преступления в составе группы лиц, а также с использованием оружия, боевых припасов, поскольку при совершении указанных действий он действовал согласованно с ФИО2, по его предложению проследовал к месту происшествия, вооружился, одновременно производил неоднократные выстрелы из пистолета боевыми патронами в потерпевшего в общественном месте, в присутствии людей.

При назначении наказания по ч. 1 ст. 222 УК РФ отягчающих обстоятельств не имеется.

Подсудимый ФИО2 характеризуется удовлетворительно как спокойный, неконфликтный человек, исполнительный и добросовестный работник, трудолюбивый, тактичный к людям, имеет малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, являются предусмотренные п.п. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка, в содержании и воспитании которого он принимает участие, а также явка с повинной, поскольку в период его розыска добровольно явился в правоохранительные органы, давал показания, был задержан и заключен под стражу.

Обстоятельствами, отягчающими наказание ФИО2, в соответствии с п.п. «в», «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ являются: совершение преступления в составе группы лиц, а также с использованием оружия, боевых припасов, поскольку при совершении преступления действовал согласованно с ФИО1, одновременно и согласованно производил неоднократные выстрелы из оружия в потерпевшего в общественном месте, в присутствии людей.

Оснований для признания в качестве отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч. 1.1. ст. 63 УК РФ - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не имеется, поскольку такое состояние ФИО2, а также влияние состояния ФИО1 на поведение при совершении указанных действий судом не установлено.

На основании изложенного, с учетом обстоятельств дела, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, суд приходит к убеждению, что каждому из подсудимых должно быть назначено справедливое наказание в пределах санкции уголовного закона, в том числе по ч. 1 ст. 108 УК РФ – в виде лишения свободы, а ФИО1 по ч. 1 ст. 222 УК РФ - в виде лишения свободы, а также с четом его трудоспособного возраста, состояния здоровья и материального положения со штрафом.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание подсудимыми должно отбываться в колонии-поселении.

Учитывая обстоятельства инкриминируемых деяний, наличие отягчающих обстоятельств, оснований для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ, а также для условного осуждения и для изменения категории преступлений не имеется.

В силу ст. 72 УК РФ время содержания подсудимых под стражей подлежит зачету в срок наказания, который должен исчисляться со дня задержания ФИО1 – с 8 февраля 2019 года, ФИО2 – с 12 февраля 2019 года.

При исчислении срока наказания, подлежащего отбытию, суд учитывает время содержания подсудимых под стражей, вид и размер назначенного наказания, подлежащего отбытию в полонии-поселения, исчисляет его с учетом положений ст. ст. 71, 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

С учетом исчисления срока назначенного наказания и зачета отбытого наказания следует разрешить вопрос и о мере пресечения в отношении осужденных.

Вещественные доказательства следует определить по принадлежности, а являющиеся оружием и иными предметами, используемыми при совершении преступления, не представляющие материальной ценности и не востребованные - уничтожить. В судебном заседании исследованы процессуальные документы об оценке действий Д. и других лиц, окончательное решение в отношении которых не принято, поэтому бита, кастет и иные предметы, приобщенные к данному делу, могут иметь значение и для разрешения указанного материала, поэтому подлежат передаче в распоряжение следственного органа. Аналогично следует разрешить вопрос и в отношении оружия иных предметов, которые имеют значение и для рассмотрения ситуации с действиями иных лиц, в том числе при столкновении автомобилей, производстве выстрелов около медицинского учреждения, так как данные обстоятельства находятся за пределами предмета данного судебного разбирательства.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

С учетом изложенного иск потерпевшей А. о возмещении имущественного ущерба подлежит удовлетворению в полном объеме, то есть в размере 223 340 рублей, поскольку факт причинения смерти Д. умышленными действиями подсудимых нашел свое подтверждение. Материальный ущерб в связи с расходами на ритуальные услуги подтверждается финансовыми документами на указанную сумму, размеры указанных расходов являются разумными.

В силу ст. 151 ГК РФ компенсация морального вреда гражданину в денежном выражении возлагается на виновное лицо, действиями которого такой вред причинен.

Рассматривая исковые требования потерпевшей А. о компенсации морального вреда, причиненного умышленными противоправными действиями ФИО1 и ФИО2, суд учитывает характер нравственных страданий потерпевшей А. в связи с гибелью близкого человека – сына Д., в связи с чем она испытывает тяжелые моральные и психологические страдания.

Руководствуясь ст.ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ, при определении размера такой компенсации суд учитывает обстоятельства дела, роль подсудимых в инкриминируемых деяниях, характер причиненных нравственных страданий, которые потерпевшая испытывает, а также, исходя из принципа разумности и справедливости, считает необходимым удовлетворить исковые требования А. частично: в размере 1 000 000 рублей, взыскав в ее пользу с ФИО1 – 500 000 рублей, с ФИО2 – 500 000 рублей.

Согласно п. 1.1. ч. 2 ст. 131 УПК РФ суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, относятся к процессуальным издержкам.

С учетом этого расходы потерпевшей А. по оплате услуг представителя на период судебного разбирательства подлежат возмещению судом, с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства.

Материалами дела, в том числе договором, ордером и заявлением потерпевшей, квитанциями об оплате № на сумму 70 000 рублей и № на сумму 80 000 рублей, протоколами следственных действий и судебного заседания подтверждается участие адвоката Сивковой С.Н. в качестве представителя потерпевшей на предварительном следствии и в судебном заседании, поэтому указанное возмещение потерпевшей в размере 150 000 рублей суд считает разумным и оправданными, подлежащим возмещению.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ суд считает необходимым взыскать с подсудимых указанные процессуальные издержки в полном объеме с учетом их трудоспособности, возраста, обстоятельств дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 108, ч. 1 ст. 222 УК РФ, в соответствии с санкцией которых назначить ему наказание:

-по ч. 1 ст. 108 УК РФ – 1 год 6 месяцев лишения свободы;

-по ч. 1 ст. 222 УК РФ - 2 года лишения свободы, со штрафом 40 000 (сорок тысяч) рублей.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить 2 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, со штрафом в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.

Зачесть в срок отбывания наказания содержание ФИО1 под стражей с 08.02.2019г. до вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

В соответствии с п. 2 ч. 5, п. 2 ч. 6 ст. 302 УПК РФ, с учетом того, что время содержания под стражей, засчитанное на основании ч. 3.1 статьи 72 УК РФ, поглощает срок назначенного наказания, ФИО1 от отбывания наказания освободить, в силу п. 3 ст. 311 УПК РФ меру пресечения в виде заключения под стражу отменить, из-под стражи немедленно освободить в зале суда.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, в соответствии с санкцией которой назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 1 год 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО2 под стражей с 12.02.2019 г. до вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

В соответствии с п. 2 ч. 5, п. 2 ч. 6 ст. 302 УПК РФ, с учетом того, что время содержания под стражей, засчитанное на основании ч. 3.1 статьи 72 УК РФ, поглощает срок назначенного наказания, ФИО2 от отбывания наказания освободить, в силу п. 3 ст. 311 УПК РФ меру пресечения в виде заключения под стражу отменить, из-под стражи немедленно освободить в зале суда.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

-смывы с рук С., ФИО1, ФИО2; кровь, слюну, срезы ногтей с руки ФИО1, образцы крови и слюны ФИО2, К., образцы слюны Б., К.; П1; образцы крови трупа Д.; гильзы, изъятые около ресторана «Пекин»; пулю № 3, изъятую 14.02.2019; пули № 1, №2 (из трупа Д.); изъятые при осмотре места происшествия у ресторана «Пекин»: соскобы вещества бурого цвета № 1, 2, соскобы крови; вещество красно-бурого цвета, соскоб с ручки двери, салфетки, пуговицу, зубочистку, стекло, стеклянную бутылку; полимерную бутылку, кожные лоскуты - уничтожить; стул - вернуть в ресторан «Пекин»;

-полотенце; карабин с номером «17420263», изъятый у Л.; пистолет с номером «1844203857», 5 патронов, изъятых по адресу: <...> - уничтожить;

-вещи ФИО2: куртку черного цвета; ключ с магнитом, брелками; чек на сумму 17680 рублей; 20 рублей; жвачку, обувь, тетрадь, записную книжку - вернуть ФИО2;

-вещи ФИО1: куртку; джинсы; рубашку; трусы; носки; ботинки – вернуть ФИО1;

-вещи С.: куртку, кофту, джинсы – вернуть С.;

-вещи Д.: носки, куртку, майку, трико, кальсоны, перчатки, кроссовки, 2110 рублей – вернуть потерпевшей А.;

Передать в распоряжение следственного органа (СО по г. Черемхово СУ СК по Иркутской области): смыв с двери ОГБУЗ ЧГБ № 1 (ОМП от 06.02.2019); биту черного цвета; кастет деревянный; вещи Б1: кофту черного цвета, кофту-термобелье; фару; биту красного цвета; пулю, изъятую после операции В1; от автомобиля «Субару Импреза»: два подголовника, накидку, коврик, вырез ткани, фрагмент бампера; фрагмент лакокрасочного покрытия с а/м «Тойота Марк II»; мобильный телефон «Хуавей»; видеорегистратор; пистолет, изъятый у свидетеля Г.; сотовый телефон Самсунг; 2 зарядки черного цвета, записку, зажигалку зеленного цвета;

-флеш-карту с видеозаписью с магазина «Золотой Ларец»; ДВД-диск с видеозаписью из ресторана «Пекин»; ДВД–диск с видеозаписью (свидетеля Д1); ДВД- диски (3) с информацией о соединениях абонентов; ДВД–диск и флеш-карту с видеозаписью, изготовленные в судебном заседании, - хранить при деле;

-медицинские карты – вернуть в медицинское учреждение (Черемховскую городскую больницу №1).

Иные предметы, возвращенные органом следствия их владельцам – оставить в их распоряжении.

На основании п. 1.1. ч. 2 ст. 131 УПК РФ возместить процессуальные издержки потерпевшей А., связанные с выплатой вознаграждения представителю – адвокату Сивковой С.Н. в сумме 150 000 рублей за счет средств федерального бюджета.

В соответствии со ст. 132 УПК РФ в счет возмещения процессуальных издержек взыскать с осуждённого ФИО1 – 75 000 рублей, с осужденного ФИО2 – 75 000 рублей.

Гражданский иск потерпевшей А. о возмещении материального ущерба удовлетворить в полном объеме. На основании ст. 1064 ГК РФ взыскать с ФИО1 и ФИО2 солидарно в пользу А. в счет возмещения ущерба – 223 340 рублей.

Гражданский иск А. о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

На основании ст.ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ в счет компенсации морального вреда взыскать в пользу потерпевшей А. с осужденного ФИО1 – 500 000 рублей, с осужденного ФИО2 – 500 000 рублей.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции через Иркутский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённые вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий

судья С.Д. Макаров