Приговор № 1-246/2019 от 27 мая 2019 г. по делу № 1-246/2019

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Белгород 28 мая 2019 года

Октябрьский районный суд города Белгорода

в составе: председательствующего судьи Исаенко С.В.,

при секретарях Середенко В.А., Переверзевой Н.И.,

с участием государственных обвинителей – помощника прокурора г. Белгорода Ирининой А.Ю., прокурора Белгородской области Саврун Н.Д.,

потерпевшей Ч.И.В.

подсудимого ФИО1, и его защитника – адвоката Куцына И.А. (удостоверение № 1145, ордер № 013509),

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении ФИО1, <данные изъяты>, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 умышленно причинил М.В.Ю. вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено в г. Белгороде при таких обстоятельствах.

15 августа 2018 года около 21 часа 15 минут пребывания в состоянии алкогольного опьянения, в квартире <адрес> ФИО1 в ходе конфликта с М.В.Ю., имея умысел на причинение тяжких телесных повреждений, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, умышленно нанес М.В.Ю. не менее 4 ударов кулаками обеих рук в область головы и не менее 7 ударов кулаками обеих рук в область живота последнего.

В результате умышленных действий ФИО1 причинил М.В.Ю. следующие телесные повреждения в виде:

- <телесные повреждения> которые являются частями одного травматического процесса и квалифицируются по признаку опасности для жизни человека, как вызвавшие расстройство жизненно важных функций организма, которое не может быть компенсировано самостоятельно, как тяжкий вред здоровью и состоят в прямой причинной связи со смертью М.В.Ю.;

- <телесные повреждения>, которая квалифицируется как причинившая легкий вред здоровью;

-<телесные повреждения>, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются как не причинившие вреда его здоровью.

Смерть М.В.Ю. наступила 15.08.2019 года на месте происшествия в результате <телесные повреждения>.

Между причиненными ФИО1 М.В.Ю. телесными повреждениями в виде закрытой травмы живота и смертью последнего имеется прямая причинно-следственная связь.

ФИО1 не предвидел возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти М.В.Ю., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть такие последствия.

В судебном заседании ФИО1 вину признал частично. Не отрицая нанесения ударов руками в голову и живот потерпевшего, пояснил об отсутствии умысла на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, не предполагал, что может повредить брыжейку, и что его действия приведут к смерти М.В.Ю. По обстоятельствам произошедшего показал, что 15 августа 2018 года на квартире М.В.Ю. по адресу: <адрес> в вечернее время в компании с М.В.Ю., А.С.Н. и К.А.В. употребляли спиртное. Через какое-то время К.А.В. ушел домой, а они оставались. М.В.Ю. стал с ним конфликтовать, всячески оскорблял, требовал покинуть квартиру. А.С.Н. ушел в соседнюю комнату. М.В.Ю. нанес ему два удара по голове, в ответ он нанес ему два удара в живот и два удара в голову. М.В.Ю. упал на пол и потерял сознание. Он пытался привести его в чувства, но безрезультатно. Затем зашел в комнату к А.С.Н. и сообщил, что М.В.Ю. лежит без признаков жизни. А.С.Н. зашел в комнату, затем вышел и вернулся с К.А.В., который сообщил, что М.В.Ю. не дышит. Затем вызвали скорую и полицию. Будучи доставленным в полицию сообщил, что бил М.В.Ю. и написал явку в повинной. О случившемся сожалеет.

В связи с наличием существенных противоречий в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ оглашены показания ФИО1, данные им в ходе следствия, о том, что М.В.Ю. выражаясь в его адрес, подошел схватил его за руки, в следствии чего между ними завязалась драка, в ходе которой он нанес ему не менее 6-7 ударов кулаками рук в живот и около 3 ударов кулаками в голову. М.В.Ю. также пытался нанести ему удары, но у него ничего не получилось (т.2 л.д. 39-42).

Оглашенные показания ФИО1 не подтвердил, пояснив, что нанес М.В.Ю. по два удара в живот и голову, о большем количестве ударов, сообщил следователю, находясь в стрессовом состоянии. Настаивает, что М.В.Ю. его бил.

Показания ФИО1 данные в судебном заседании и предварительном следствии суд признает допустимым доказательством по делу, противоречия, по мнению суда, связаны с избранным им способом защиты.

В явке с повинной ФИО1 сообщил, что 15 августа 2018 года около 21 часа находясь в квартире <адрес> руками нанес М.В.Ю. не менее 7 ударов в живот и 3-4 удара в голову, после чего тот умер (т.2 л.д.29).

В судебном заседании ФИО1 подтвердил добровольность написания явки с повинной, сообщив, что указал не верное количество ударов, нанесенных М.В.Ю., так как он нанес два удара по голове и два в живот.

Причастность подсудимого к инкриминируемому деянию, несмотря на занятую позицию, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств: показаниями потерпевшей, свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями судебных экспертиз.

А.С.Н. пояснил, что проживал в квартире М.В.Ю. по адресу: <адрес>. 15 августа 2018 года в послеобеденное время в компании с ФИО1, К.А.В. и М.В.Ю. в его квартире, употребляли спиртное. Около 19 часов К.А.В. ушел. Примерно в 22 часа ФИО1 затеял ссору с М.В.Ю., выражаясь в его адрес нецензурно. Он решил не вмешиваться, и ушел в соседнюю комнату. Через несколько минут из комнаты, где были ФИО1 и М.В.Ю., услышал звуки ударов по телу, затем звук падающего тела. Следом в комнату зашел ФИО1 сказал «пошли, посмотришь, что с ним». В зале М.В.Ю. лежал на полу и не подавал признаков жизни. Так как кроме них в квартире никого не было, он решил, что именно ФИО1 избил М.В.Ю. Он побежал к К.А.В., живущему в соседнем подъезде и сообщил, что М.В.Ю. лежит без сознания. Вернувшись в квартиру, увидел, что М.В.Ю. лежит в той же позе. Спустя некоторое время прибыли сотрудники полиции и скорой помощи.

К.А.В. подтвердил, что около 22 часов 15 августа 2018 года к нему домой прибежал А.С.Н. и сообщил, что ФИО1 избил М.В.Ю., который не подает признаков жизни. Придя в квартиру М.В.Ю., обнаружил его лежавшим на полу в зале. Пульс у последнего не прослеживался. Затем вышли с А.С.Н. на улицу и попросили знакомых вызвать скорую и полицию. А.С.Н. сообщил, что ФИО1 бил М.В.Ю. в квартире, кроме них там никого не было.

Ч.И.В. пояснила, что её отец М.В.Ю. проживал в квартире <адрес>, который в компании своих знакомым периодически употреблял спиртное. 15 августа 2018 года в дневное время она общалась с отцом по телефону, тот находился в состоянии опьянения. В тот же день около 23 часов 30 минут ей позвонила соседка отца З.А.А., которая пояснила, что из квартиры отца слышны шум, затем сообщила, что в квартире все стихло и из нее все вышли, она пошла в квартиру звать отца, но он не ответил. Через некоторое время сотрудники полиции сообщили, что отец умер. Обстоятельства произошедшего ей известны из материалов уголовного дела. Просила взыскать с подсудимого 1500000 рублей в счет возмещения морального вреда причиненного смертью отца и расходы, связанные с его погребением и повреждением двери квартиры в размере 42 200 рублей.

Л.М.Ю. пояснила, что с ФИО1 проживает в течении 12 лет. ФИО1 периодически ходил к М.В.Ю., где они употребляли спиртное.

Приведенные выше показания свидетелей, о времени, месте и механизме причинения подсудимым телесного повреждения потерпевшему объективно подтверждаются и письменными доказательствами:

Сообщением в дежурную часть ОП-№ УМВД России по г. Белгороду, поступившем 15.08.2018 года в 23 часа 30 минут, о том, что по адресу: <адрес> обнаружен труп М.В.Ю. (т.1 л.д. 20).

При осмотре места происшествия – квартиры <адрес> в большой комнате (зале) в положении лежа на полу, обнаружен труп М.В.Ю. с признаками насильственной смерти. Из квартиры изъяты три пластиковых и одна стеклянная бутылки, наволочка по следами вещества бурого цвета. Изъятые предметы в последующем осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. (т.1 л.д. 30-42, т.2 л.д. 1-8, 9-11).

Данные протокола осмотра согласуется с показаниями свидетелей А.С.Н., К.А.В. об обстоятельствах обнаружения трупа М.В.Ю.

Заключением судебно-медицинской экспертизы у М.В.Ю. выявлены следующие телесные повреждения.

<телесные повреждения>, которое не может быть компенсировано самостоятельно, как тяжкий вред здоровью и состоят в прямой причинной связи со смертью М.В.Ю. Для образования указанных повреждений достаточно одного травматического воздействия тупых твердых предметов с ограниченной травмирующей контактирующей поверхностью, какими могли быть кисти рук, сжатые в кулак в период времени около 3-4 часов до наступления смерти.

<телесные повреждения>, которая квалифицируется как причинившая легкий вред здоровью. <телесные повреждения>, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются как не причинившие вреда его здоровью. Данные повреждения образовались от не менее 4-х травматических воздействий тупых твердых предметов с ограниченной травмирующей контактирующей поверхностью, какими могли быть кисти рук, сжатые в кулак в тот же период времени, что и закрытая травма живота.

Между закрытой травмой живота <телесные повреждения> и смертью М.В.Ю. имеется прямая причинно-следственная связь.

Смерть М.В.Ю. наступила около 8 -16 часов до исследования трупа в морге (9 часов 16.08.2018 года) на месте происшествия в результате <телесные повреждения> (т.1 л.д. 107-112).

Выводы эксперта основаны на результатах непосредственного экспертного исследования трупа, научно обоснованы, их правильность и объективность у суда сомнений не вызывает. Исследование проведено и заключение выполнено компетентным специалистом, имеющим специальные познания и многолетний стаж экспертной работы. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Вышеуказанным заключением подтверждаются показания подсудимого ФИО1 о нанесении М.В.Ю. ударов в живот и голову.

Экспертным исследованием на пластиковой бутылке, изъятой к квартире потерпевшего М.В.Ю., обнаружен след пальца руки ФИО1. ( т.1 л.д. 182-186).

Заключением объективно подтверждается факт присутствия ФИО1 на месте происшествия.

Выводами судебно-медицинской экспертизы установлено отсутствие у ФИО1 телесных повреждений. (т.1 л.д. 144).

Все следственные мероприятия проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, сомневаться в их достоверности нет оснований.

Выводы экспертов научно обоснованы, их правильность не вызывает сомнений.

Показания потерпевшей, свидетелей и самого подсудимого согласованны, последовательны, соответствуют обстоятельствам дела и сомневаться в их достоверности оснований не имеется.

Протокол явки с повинной суд признаёт допустимым доказательством, поскольку данные, указанные в нём подсудимым, согласуются с другими доказательствами по делу.

Указанный процессуальный документ составлен в соответствии со ст.ст.141, 142 УПК РФ, протокол подписан ФИО1 и лицом, его составившим. Заявление написано добровольно и собственноручно подсудимым.

Заключение судебно-биологической экспертизы № (т.1 л.д. 172-175), которой на фрагменте наволочки, изъятой в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь М.В.Ю., государственный обвинитель признал не относимым доказательством, так как данных о том, что причиненные ФИО1 М.В.Ю. телесные повреждения, сопровождались кровотечением и он после причинения мог испачкать подушку, не имеется.

Суд считает позицию государственного обвинителя обоснованной и исключает указанное заключение экспертизы из числа доказательств.

Исследованные допустимые и относимые доказательства в своей совокупности с достаточной полнотой изобличают подсудимого в нанесении М.В.Ю. телесных повреждений и наличии причинной связи его действий с наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшего смерть последнего.

Заявление подсудимого о неверной юридической оценке его действий, отсутствии умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, суд находит неубедительными, так как они прямо опровергаются вышеизложенными доказательствами.

В частности, судом достоверно установлено, и самим подсудимым не отрицается факт причинения М.В.Ю. телесных повреждений, в результате умышленного нанесения ударов, ФИО1 должен был предвидеть наступление последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью.

Непосредственной причиной смерти М.В.Ю. стала <телесные повреждения>.

В опасное для жизни состояние потерпевший был приведен именно в результате умышленных действий ФИО1 – нанесения ударов кулаками в область нахождения жизненно-важных органов человека.

Версия защиты о том, что преступление было совершено ФИО1 в результате противоправного и аморального поведения потерпевшего, проявлявшего агрессию в состоянии опьянения, своего подтверждения в ходе исследования доказательств не нашла. ФИО1 пояснил, что знаком с потерпевшим длительное время и тот к нему ранее агрессии не проявлял.

Как показал свидетель А.С.Н., между потерпевшим и ФИО1 действительно имел место словесный конфликт, носящий обоюдный характер. Результатом которого явилось нанесение ФИО1 М.В.Ю. телесных повреждений, в то время как доводы ФИО1 о причинении повреждений потерпевшему в драке, своего подтверждения не нашли. Судебно-медицинский эксперт осмотрев ФИО1 не обнаружил на его теле повреждений. Из установленных обстоятельств следует, что ФИО1 избивал М.В.Ю.

Позицию ФИО1, утверждающего о нападении на него М.В.Ю. и нанесении последним ударов, суд связывает с избранным им способом защиты. Так, в судебном заседании ФИО1 пояснил, что М.В.Ю. дважды ударил его в волосистую часть головы, при проведении ему судебно-медицинской экспертизы, сообщил эксперту о том, что М.В.Ю. нанес ему 2-3 удара по телу, вместе с тем эксперт телесных повреждений у него не обнаружил.

Данных, подтверждающих, что со стороны потерпевшего имело место поведение, свидетельствующее об угрозе посягательства, о возникновении у ФИО1 повода защищаться и нанесения тяжкого телесного повреждения, в судебном заседании не установлено.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Подсудимый действовал с косвенным умыслом, нанося М.В.Ю. удары кулаками в жизненно важные области тела – голову и живот – осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий, в виде причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью, не желал их, но относился к этому безразлично.

К наступившей смерти М.В.Ю. ФИО1 относился небрежно, так как он хотя и не предвидел возможности наступления его смерти, но при должной внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть подобный результат.

Судом достоверно установлено, что инициатором ссоры с М.В.Ю. стал именно подсудимый, а мотивом преступления явилась личная неприязнь из-за поведения в быту.

Заключение стационарной психиатрической экспертизы № установлено, что ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию. ФИО1 в период совершения деяния не находился в состоянии какого-либо временного психического расстройства. В настоящее время ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдает и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию ФИО1 не представляет опасности для себя и других лиц, либо возможности причинения им иного существенного вреда и в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. (т.1. л.д. 237-241).

Заключение эксперта научно обосновано, выводы получены на основе непосредственного экспертного исследования, их правильность сомнений у суда не вызывает, не оспаривается участниками процесса.

ФИО1 совершил особо тяжкое преступление против жизни и здоровья.

При назначении ФИО1 наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и его личность, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

ФИО1 не судим (т.2 л.д. 19-22), привлекался к административной ответственности за правонарушения посягающие на общественный порядок и общественную безопасность (т.2 л.д. 19-20), является иностранным гражданином ( т.2 л.д. 13), на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит (т.2 л.д. 16,18), по месту жительства и работы характеризуется положительно (т.2 л.д. 23,25), находится в фактических брачных отношениях, имеет на иждивении несовершеннолетних детей, двоих родных, а так же воспитывает и содержит имеющую хронические заболевание, несовершеннолетнюю дочь гражданской жены, свидетелями Л.М.Ю. и И.В.Н. характеризован с положительной стороны.

Потерпевший М.В.Ю. не судим, привлекался к административной ответственности (т.1 л.д. 46,48), на учетах у врачей нарколога и психиатра на состоит ( т.1 л.д. 43), Ч.И.В. охарактеризован с положительной стороны.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого, суд признает: явку с повинной, активное способствованием раскрытию и расследованию преступления, выразившиеся в добровольном сообщении сотрудникам полиции об обстоятельствах произошедшего, даче подробных признательных показаний (т.2 л.д. 29), частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья.

Также в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признает наличие у него не иждивении троих малолетних детей, с которыми совместно проживает и занимается их воспитанием и содержанием, а также состояние здоровья дочери (наличие хронических заболеваний).

Несмотря на позицию защиты, суд не признает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого – противоправное поведение потерпевшего, так как указанного обстоятельства по делу не установлено – конфликт с потерпевшим затеял ФИО1, на предложение М.В.Ю. покинуть его квартиру.

Обстоятельств, отягчающих наказание – не установлено.

В судебном заседании установлено, что преступление ФИО1 совершено после совместного употребления спиртного с потерпевшим. Данных о том, что состояние опьянения, каким-либо образом побудило подсудимого к совершению преступления или иным образом способствовало совершению преступления, материалы дела не содержат, и в судебном заседании таковых не добыто.

Исходя из целей наказания и принципа его справедливости, закреплённого в ст.ст.6, 43 УК РФ, принимая во внимание, что подсудимым совершено особо тяжкое умышленное преступление против жизни и здоровья, в результатом которого явилась смерть человека, суд приходит к выводу, что предусмотренные уголовным законодательством цели наказания в виде восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты только при назначении наказания в виде лишения свободы в рамках санкции статьи с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ, так как по делу установлено наличие смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ.

Так как ФИО1 является иностранным гражданином, суд не назначает ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Исходя из степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления против жизни и здоровья, и иных фактических обстоятельств, повода для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и снижения категории преступления до уровня тяжкого суд не находит.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением Богатова во время или после совершения преступления, а также иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень его общественной опасности, которые возможно расценить как основания для применения положений ст.64 УК РФ, назначения более мягкого наказания, чем установлено санкцией статьи, также не усматривается основания для применения положений ст. 73 УК РФ - исправления подсудимого без реального отбывания наказания.

Наказание ФИО1 надлежит отбывать в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ в колонии строгого режима, так как он осуждается за совершение особо тяжкого преступления.

Срок отбывания наказания подсудимому следует исчислять с 28 мая 2019 года, то есть с момента провозглашения приговора.

Учитывая положения ч. 2 ст. 97, п. 17 ч.1 ст. 299 УПК РФ, и назначение ФИО1 наказания в виде лишения свободы, суд считает необходимым для обеспечения исполнения приговора, оставить без изменения меру пресечения в виде содержания под стражей.

На основании с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ в срок наказания ФИО1 следует зачесть время задержания в порядке ст. 91 УПК РФ и под действием меры пресечения в виде содержания под стражей с 16 августа 2018 по день вступления приговора в законную силу.

Потерпевшей Ч.И.В. к ФИО1 заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба, причиненного преступлением.

В соответствии со ст. ст.151, 1099, 1101 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации указанного вреда.

Исковые требования потерпевшей Ч.И.В. о компенсации морального вреда, принимая во внимание причинение истцу нравственных страданий, вызванных невосполнимой потерей близкого человека (отца) при трагических обстоятельствах, суд считает подлежащим удовлетворению, но в меньшем, чем заявлено объёме, отвечающем принципам разумности, соразмерности, а также с учетом материального положения подсудимого.

Потерпевшей Ч.И.В. заявлен иск о возмещении материальных затрат, связанных с погребением погибшего родственника в сумме 39 200 рублей и 5000 рублей стоимости поврежденной двери квартиры. Затраты в сумме 39 200 рублей понесенные Ч.И.В. на погребение М.В.Ю., подтверждены представленными и исследованными в судебном заседании документами и подлежат взысканию с причинителя вреда в полном объеме.

Исковые требования потерпевшей о взыскании с ФИО1, затрат на восстановлении двери квартиры в сумме 5000 рублей, взысканию с последнего не подлежат, так как повреждение двери квартиры потерпевшего, ему в объем обвинения не вменен.

Вещественные доказательства:

- наволочка, три пластиковые и одна стеклянная бутылки, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Белгороду СУ СК РФ по Белгородской области, подлежат уничтожению.

Процессуальных издержек нет.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296-299, 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 Уголовного кодекса РФ и назначить ему по данной статье наказание в виде лишения свободы на срок 8 лет в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу, оставить без изменения, до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания исчислять со дня провозглашения приговора – с 28 мая 2019 года. Зачесть в данный срок время задержания в порядке ст.91 УПК РФ и содержания ФИО1 под стражей с 16 августа 2018 года по день вступления приговора в законную силу, в соответствии с положениями п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ.

Взыскать с ФИО1 в пользу Ч.И.В. в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей, в качестве возмещения материального ущерба 39 200 рублей, в остальной части иска отказать.

Вещественные доказательства по уголовному делу – наволочку, три пластиковые и одну стеклянную бутылки - уничтожить по вступлении приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда через Октябрьский районный суд г. Белгорода в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок с момента получения его копии.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен указать в своей апелляционной жалобе.

Председательствующий подпись С.В. Исаенко

Справка: апелляционным постановлением Белгородского областного суда от 17 июля 2019 года приговор оставлен без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Председательствующий подпись С.В. Исаенко