Апелляционное постановление № 22-372/2024 от 28 мая 2024 г. по делу № 1-21/2024

Судья Шебзухов С.И. Дело №22-372 2024 год


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Майкоп 29 мая 2024 года

Верховный Суд Республики Адыгея в составе:

председательствующего – судьи Глуходед Е.В.,

при секретаре судебного заседания Гаджиевой А.Н.,

с участием прокурора Казаковой К.Б.,

лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, – ФИО1 и его защитника – адвоката Горлача В.А., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора Кошехабльского района Зобнина А.А. на постановление Кошехабльского районного суда Республики Адыгея от 29 марта 2024 года, которым постановлено:

прекратить уголовное дело в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ в связи с примирением сторон, на основании ст. 25 УПК РФ.

Избранную в отношении ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, отменить.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Доложив обстоятельства дела, содержание постановления суда, доводы апелляционного представления и возражений на него, заслушав прокурора Казакову К.Б., поддержавшую представление и просившую постановление суда отменить и направить дело в отношении ФИО1 на новое судебное рассмотрение, объяснения ФИО1 и его защитника – адвоката Горлача В.А., возражавших против удовлетворения апелляционного представления, просивших постановление суда оставить без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

ДД.ММ.ГГГГ в Кошехабльский районный суд поступило уголовное дело в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, то есть в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Преступление, согласно материалам дела, имело место ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Республики Адыгея.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении указанного преступления полностью признал. Потерпевшим Потерпевший №1 заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением с подсудимым и полным возмещением причиненного морального вреда.

ФИО1 и его защитник поддержали ходатайство потерпевшего; государственный обвинитель не возражал против прекращения уголовного дела за примирением сторон.

Суд, рассмотрев заявленное ходатайство, вынес постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением сторон, на основании ст. 25 УПК РФ, мотивировав свое решение тем, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления средней тяжести, свою вину полностью признал, примирился с потерпевшим и загладил причиненный вред.

В апелляционном представлении прокурор Кошехабльского района Зобнин А.А., не оспаривая виновности ФИО1 и квалификации содеянного им, полагая постановление суда необоснованным, незаконным и немотивированным, просит его отменить и направить уголовное дело в отношении ФИО1 на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В обоснование доводов представления, ссылаясь на нормы закона, указывает, что суд, придя к выводу о возможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО1 в связи с примирением с отцом погибшего несовершеннолетнего ФИО6, не учел, что преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ, является двухобъектным, основным объектом которого являются общественные отношения в области безопасности движения и эксплуатации транспорта, а дополнительным – жизнь и здоровье человека. Полагает, что возмещение морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, признание вины, принесение извинений потерпевшему не могут устранить наступившие последствия, заключающиеся в гибели несовершеннолетнего ребенка, снизить степень общественной опасности содеянного, либо иным образом загладить вред, причиненный как основному, так и дополнительному объектам преступного посягательства. Кроме того, принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении ФИО1 не только основного наказания, но и дополнительного в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

По мнению автора представления, отсутствие лично у потерпевшего Потерпевший №1 претензий к ФИО1, а также его субъективное мнение о полном заглаживании ему вреда, не могут быть единственным подтверждением возможности снижения степени общественной опасности преступления, которое действительно позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

В возражениях на апелляционное представление ФИО1 просит постановление суда о прекращении уголовного дела оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, доводы апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд находит постановление суда подлежащим отмене в связи с неправильным применением уголовного закона и нарушением уголовно-процессуального закона.

В силу п. п. 2, 3 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17, п. 1 ч. 1 ст. 389.18 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения являются: существенное нарушение уголовно-процессуального закона, а также неправильное применение уголовного закона, в частности, нарушение требований Общей части УК РФ.

На основании ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Обжалуемое постановление указанным требованиям не соответствует.

Согласно положениям ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

В силу ст. 25 УПК РФ суд на основании заявления потерпевшего или его законного представителя вправе прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Как следует из п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 №19 (в редакции от 29.11.2016) «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», при разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 26.10.2017 №2257-0 высказал позицию о том, что различные уголовно наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, и поэтому действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния. Вывод о возможности освобождения лица от уголовной ответственности, к которому может прийти суд, должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании; суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий, личность виновного, а также обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность.

Как усматривается из материалов дела, ФИО1 обвинялся в том, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа 50 минут, управляя технически исправным грузовым бортовым автомобилем марки ГАЗ А21R23 с установленным государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, двигаясь в темное время суток по автодороге Майкоп – Гиагинская – Псебай – Зеленчукская – Карачаевск, проходящей по проезжей части <адрес> Республики Адыгея в сторону <адрес> на 76 километре + 963 метров, вышеуказанной автодороги, в нарушение п.п. 1.5, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, не предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия при соблюдении всех необходимых правил дорожного движения, двигаясь согласно заключению судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, со средней скоростью 45 километров в час, проявив при этом преступную небрежность, неверно оценив дорожные условия, а именно видимость при движении в темное время суток, внутри населенного пункта, где осуществляются дорожные работы, не обеспечил контроль за движением управляемого им вышеуказанного транспортного средства с учетом складывающейся дорожной обстановки и допустил наезд на несовершеннолетнего пешехода ФИО6, двигавшегося в попутном направлении по правому краю проезжей части <адрес> Республики Адыгея. В результате дорожно-транспортного происшествия несовершеннолетний ФИО6 скончался на месте.

Суд первой инстанции, прекращая данное уголовное дело за примирением сторон, сослался на наличие по делу оснований, предусмотренных ст. 25 УПК РФ, а также на то обстоятельство, что принятие решения о прекращении производства по данному делу не ущемит ни чьих прав и интересов, будет способствовать целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Суд апелляционной инстанции с такими выводами согласиться не может.

По мнению суда апелляционной инстанции, судом первой инстанции при принятии решения о прекращении данного уголовного дела за примирением сторон не в полной мере были приняты во внимание характер и степень общественной опасности содеянного, последствия инкриминируемого ФИО1 преступления, максимальное наказание за которое предусмотрено до 5 лет лишения свободы, с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Суд первой инстанции в должной мере не учел также, что преступление, в совершении которого обвинялся ФИО1, несмотря на отнесение его законодателем к категории средней тяжести, повлекло нарушение основополагающего права человека на жизнь, закрепленного в ст. 2 и ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации.

С учетом конкретных обстоятельств дела, связанных с нарушением требований пунктов 1.5, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ, в результате чего погиб несовершеннолетний потерпевший ФИО6, суд апелляционной инстанции полагает, что отсутствие лично у потерпевшего Потерпевший №1 претензий к ФИО1, а также его мнение о полном заглаживании причиненного ему вреда не могут являться единственным подтверждением уменьшения степени общественной опасности содеянного, которое позволило бы суду освободить ФИО1 от уголовной ответственности.

В этой связи, суд апелляционной инстанции полагает, что действия ФИО1 по возмещению морального вреда потерпевшему Потерпевший №1, объективно не снизили и не уменьшили общественную опасность содеянного, заключающуюся в наступлении от этого преступления необратимых последствий – смерти несовершеннолетнего ФИО7

Обжалуемое судебное решение обесценивает человеческую жизнь, неотъемлемое право на которую охраняется Конституцией Российской Федерации и Уголовным законом Российской Федерации.

Кроме того, как обоснованно указано в апелляционном представлении, общественная опасность содеянного ФИО1 заключается в причинении вреда интересам государства и общества в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности. Отсутствие какой-либо оценки обстоятельств заглаживания вреда, причиненного интересам общества и государства – основному объекту преступления, не позволяет суду апелляционной инстанции согласиться с выводами суда о необходимости прекращения уголовного дела в отношении ФИО1

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что допущенные судом первой инстанции нарушения закона, в результате которых лицо, обвиняемое в нарушении Правил дорожного движения, повлекшем смерть несовершеннолетнего потерпевшего, избежало уголовной ответственности, являются фундаментальными, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта справедливости, и на этом основании, учитывая, что допущенные нарушения уголовно-процессуального и уголовного законов, являются неустранимыми в суде апелляционной инстанции, считает необходимым отменить состоявшееся в отношении ФИО1 судебное решение и передать дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции, в ином составе, со стадии подготовки к судебному заседанию.

При новом судебном рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и принять по нему законное, обоснованное и справедливое решение.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.17, 389.18, 389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

апелляционное представление прокурора Кошехабльского района Зобнина А.А. удовлетворить.

Постановление Кошехабльского районного суда Республики Адыгея от 29 марта 2024 года в отношении ФИО1 отменить и материалы дела направить на новое рассмотрение в тот же суд первой инстанции, но в ином составе суда, со стадии подготовки к судебному заседанию.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев.

При подаче жалобы ФИО1 вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материалов уголовного дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий Е.В. Глуходед