Приговор № 1-32/2019 1-543/2018 от 15 января 2019 г. по делу № 1-32/2019

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Иркутск 15 января 2019 года

Иркутский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Слепцова А.С., при секретаре Бахтиной Д.П., с участием государственных обвинителей: помощника прокурора Иркутского района Иркутской области Якимовой А.М., старшего помощника прокурора Иркутского района Иркутской области Коденевой Г.А., подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Ушаренко И.И., предоставившей удостоверение № и ордер №, а также потерпевшей Пт1, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-32/2019 в отношении

ФИО1, родившегося ~~~, не судимого, находящегося под стражей с **/**/****,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО1, действуя при превышении пределов необходимой обороны, совершил убийство, при следующих обстоятельствах:

В период времени с 20 часов **/**/**** до 03 часов **/**/**** ФИО1, Св1, Св2, Св3, Пт, Пт1 распивали спиртные напитки по адресу: ...., .... муниципальное образование (далее по тексту – МО), ..... После чего, Св1 и ФИО1 направились домой, где по дороге между ними произошел конфликт, в результате которого ФИО1 нанес один удар по лицу Св1

Затем, **/**/****, в период времени с 03 часов до 05 часов 20 минут, находясь в доме по адресу: ...., .... МО, ...., Св1 сообщила посредством мобильной связи о том, что ФИО1 ее избивает, Пт1, которая рассказала об этом Пт, Св2 и Св3 После чего, Пт, Св2 и Св3 через некоторое время пришли в указный дом, чтобы избить ФИО1

**/**/****, в указанный период времени, находясь в доме по вышеназванному адресу ФИО1, увидев в окно, что к нему с целью избить идут Пт, Св2 и Св3, желая обеспечить свою безопасность, вооружился ножом, чтобы их напугать для предотвращения своего избиения, и сел на лавку у печи в кухне дома.

Первым в дом вбежал Св2, который, увидев нож у ФИО1, испугался и стал выходить. В этот момент с целью разобраться за Св1 с ФИО1 и избить последнего в дом вбежал Пт, которого Св2 на входе попытался остановить, преградив рукой путь и сказав, что у ФИО1 нож. Однако Пт вырвался от Св2 и, подбежав к сидящему ФИО1, напал на него, нанеся ФИО1 сперва удар ногой, а затем попытался нанести удар рукой, от которого ФИО1 увернулся. После чего, ФИО1 встал, Пт его схватил руками и потянул на улицу, в процессе чего ФИО1, имея право на защиту своей личности и здоровья, обоснованно сделав вывод о том, что имеется реальная угроза его избиения Пт, Св2 и Св3, однако, избрав при этом несоразмерный способ своей защиты, действуя при превышении пределов необходимой обороны по отношению к невооруженному потерпевшему, имея умысел, направленный на убийство Пт с целью предотвращения своего избиения, умышленно, осознавая, что своими преступными действиями может причинить смерть Пт и, желая наступления этих общественно опасных последствий, имевшимся при нем ножом нанес множественные удары потерпевшему.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Пт телесные повреждения в виде: колото-резанной раны передней поверхности груди справа в подключичной области (рана 1), колото-резанной раны передней поверхности груди справа в проекции 7-8-го ребер (рана 2), колото-резанной раны передней поверхности живота в левом подреберье (рана 3), колото-резанной раны передней поверхности живота в левом подреберье (рана 4), колото-резанной раны передней поверхности живота слева (рана 5), колото-резанной раны задней поверхности груди в левой лопаточной области (рана 9), колото-резанной раны задней поверхности груди в левой лопаточной области (рана 10), колото-резанной раны задней поверхности груди в левой лопаточной области (рана 12), колото-резанной раны задней поверхности груди слева в нижней трети (рана 13), которые оцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; слепое колото-резанное ранение левого надплечья (рана 6), слепое колото-резанное ранение задненаружной поверхности в проекции левого плечевого сустава (рана 7), слепое колото-резанное ранение задней поверхности груди по срединной линии в проекции остистых отростков 1,2-го грудных позвонков (рана 11) с повреждением мягких тканей и кровоизлияниями в стенки канала, резаная рана ладонной поверхности левой кисти (рана 14) с повреждением мягких тканей и кровоизлияниями, которые оцениваются, как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком менее 21-го дня; слепое колото-резанное ранение левой дельтовидной области (рана 8), оценивающиеся, как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; ссадину правой боковой поверхности шеи, оценивающуюся, как не причинившую вред здоровью.

Смерть Св4 наступила в результате умышленных действий ФИО1 от множественных колото-резанных ранений груди, живота с повреждением внутренних органов, развитием острой массивной кровопотери, на месте происшествия по адресу: ...., .... МО, .....

В судебном заседании подсудимый ФИО1 изначально заявил, что вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, он признает полностью, раскаивается в содеянном, при этом от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ.

Судом в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, ввиду отказа от дачи оказаний в судебном заседании, оглашены показания ФИО1, полученные в ходе производства предварительного расследования.

Так, будучи допрошенным по уголовному делу в качестве подозреваемого **/**/**** ФИО1 пояснил, что **/**/**** Пт1 позвала его и Св1 в гости, они согласились. По дороге они встретили Пт, с которым он в тот момент познакомился. В гости они пришли около 20 часов, он с Пт прошли в дом, а Пт1 и Св1 отправились в магазин за водкой. Пока девушки ходили в магазин, они с Пт курили и разговаривали, просто беседовали о жизни, никаких конфликтов у них не было, они ни о чем не спорили. Вскоре пришли Пт1 с Св1, и они стали распивать спиртные напитки. Через некоторое время пришли Св2 и Св3 Все вместе продолжили распивать спиртные напитки. Он находился в сильном алкогольном опьянении, захотел спать и не мог самостоятельно идти, поэтому попросил Св1 проводить его до дома. После чего они направились к ней домой. Рядом с домом она сказала, что пойдет назад продолжить распивать спиртные напитки. Он сказал, что не пустит ее обратно, на что она стала от него убегать. Ему это не понравилось, он ее догнал и ударил рукой, сжатой в кулак, в область губы, от чего у нее побежала кровь, она стала плакать и побежала к себе домой. Он побежал за ней, а она забежала домой и стала звонить дочери Пт1, которой рассказала, что он ее бьет и не отпускает к ним. Через некоторое время в дом вбежали Пт с женой и дочерью, Св2 и Св3 Когда он увидел, через окно, что бегут люди, то схватил нож, который лежал в банке на подоконнике. Он схватил нож машинально, поскольку увидел, как бежит много людей, и боялся, что они все его изобьют. Он взял нож, чтобы напугать их. Две бабушки Св1 видели, как он схватил нож, однако он не слушал их и не клал нож обратно. Когда в дом забежали все указанные лица, он сидел возле печки и у него в руках находился нож. Св2 и Св3 увидели нож, и кто-то из них закричал: «уходите, у него нож». В этот момент Пт прорвался вперед всех и замахнулся на него рукой, сжатой в кулак, в это время он уже стоял, однако он увернулся. Пт схватил его за руку, в которой находился нож, а потом обхватил его своими руками за туловище. Он пытался вырваться и нанес Пт удар ножом. Сколько он нанес Пт ударов в таком положении, он не помнит. В какой-то момент ему удалось повернуться лицом к Пт, и он продолжил наносить удары в область живота, однако, куда именно и сколько он не помнит, помнит, что нанес множество ударов, точно более трех. Куда бить, он не смотрел. В этот момент у него смутило голову, и он не думал ни о чем. Кроме того, он наносил удары в область спины, стоя лицом к лицу к Пт Св1 пыталась их разнять. Остальные, где были, он не видел. Был шум вокруг и крик, кричали, чтобы они успокоились. Он наносил удары Пт ножом, потому что тот продолжал его удерживать и хватку не ослаблял. Он не думал о том, что может убить Пт Он ни о чем не думал вообще. Изначально он боялся, что они его изобьют. В какой-то момент Пт стал падать и терять сознание, ослабил хватку, и он сразу прекратил наносить удары и положил Пт аккуратно на пол. Он просто хотел напугать. Все произошло очень быстро. Он хотел нанести Пт телесные повреждения ножом, чтобы освободиться от захвата, а убивать не хотел, не хотел наносить так много ударов, почему же нанес столько ударов, он не знает. Когда Пт держал его, а он наносил ему удары, они каким-то образом перемещались от печки к правому углу от входа, и в ходе этого перемещения он наносил удары, при этом он считал, что Пт пытается его вытолкнуть из дома на улицу, где находились Св2 и Св3, чтобы там расправиться с ним, и боялся этого (том 1 л.д. 65-70).

Свои показания ФИО1 подтвердил и в ходе их проверки на месте происшествия, проводившейся **/**/****. При этом ФИО1 конкретизировал, что бить его прибежали Пт, Св2 и Св3 Он вооружился ножом, так как испугался, увидев бегущих через окно, что его изобьют. Также подозреваемый уточнил, что Пт пытался его, сидящего на стуле, ударить рукой, после чего обхватил своими руками за тело, а он начал на это наносить удары потерпевшему ножом, нанес примерно 5 ударов в спину. Пт его потащил к двери, поэтому он продолжал потерпевшему наносить удары ножом, нанес несколько ударов в живот (т. 1 л.д. 72-80).

В целом аналогичные показания ФИО1 дал в ходе своего допроса в качестве обвиняемого **/**/****, указав при этом, что свою вину признает полностью. В части механизма нанесения ударов ножом потерпевшему уточнил, что когда Пт замахнулся на него рукой сжатой в кулак, в это время он уже стоял, от удара увернулся. После чего Пт обхватил его руками за туловище, он, пытаясь вырваться, нанес потерпевшему удар ножом, почувствовал, как нож вошел в мягкую ткань, но куда нанес удар, он не видел. Сколько он нанес Пт ударов в таком положении, он также не помнит. В какой-то момент ему удалось повернуться лицом к Пт, и он продолжил наносить удары в область живота, однако куда именно и сколько он не помнит, помнит, что нанес множество ударов, точно более трех, куда бил, он не смотрел. Кроме того, он наносил удары в область спины, стоя лицом к лицу Пт Он наносил удары Пт ножом, потому что тот продолжал его удерживать и хватку не ослаблял (т. 1 л.д. 117-121).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого **/**/**** ФИО1 также признал вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, и пояснил, что вооружился ножом машинально, когда увидел в окно бегущих Пт, Св2 и Св3 Первый удар ножом нанес потерпевшему, пытаясь вырваться, после того, как Пт схватил его за руку с ножом, а затем обхватил руками за туловище. Сколько всего нанес ударов, сказать не может, поскольку находился в эмоциональном состоянии. Их никто не разнимал. Когда он почувствовал, что Пт ослабевает руки и теряет сознание, то перестал наносить удары ножом. Он взял в руки нож, так как боялся, что они его могут избить, поскольку их было трое, а он один. Когда Пт подбежал к нему и попытался выбить нож, то он начал наносить удары, обороняясь. Когда он в окно увидел, что в дом бегут трое мужчин, то он очень сильно испугался, так как предположил, что они идут его бить. Кроме того, данных мужчин он практически не знал, при этом они также находились в состоянии алкогольного опьянения, в связи с этим он и взял в руки нож для самообороны, и, в случае конфликта, он полагал, что они испугаются ножа и не станут его бить. Алкогольное опьянение не является причиной, по которой он причинил Пт телесные повреждения. После того, как Пт обхвати его за талию, при этом он стоял спиной к лицу потерпевшего, Пт пытался выбить из его руки нож, одновременно подталкивая к стене возле выхода. Он в это время полагал, что Пт хочет его вытащить к выходу, а именно на улицу, где находились Св2 и Св3 В связи с этим, он в период перемещения от печки до стены наносил удары клинком ножа в область спины потерпевшего для того, чтобы Пт ослабил свою хватку и перестал толкать его к выходу. При этом, в момент нанесения этих ударов, он по-прежнему находился спиной к Пт и наносил ему удары наотмашь, заводя свою руку с ножом назад. Затем, когда они подошли к стене, Пт ослабил хватку, и он смог развернуться лицом к потерпевшему, при этом, Пт продолжал снова его удерживать, из-за чего он продолжал наносить Пт удары ножом в живот. И после того, как Пт ослабил хватку, он перестал наносить удары (т. 1 л.д. 225-235).

После оглашения показаний подсудимого ФИО1, данных при производстве предварительного расследования, последний подтвердил их в полном объеме, при этом заявил, что вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, он не признает, поскольку считал, что лица, находящиеся на улице представляют для него опасность, так как прибежали в его дом, чтобы его избить. Такой вывод он сделал из разговора Св1 по телефону, которая просила прийти парней с ним разобраться.

Отвечая на дополнительные вопросы, ФИО1 пояснил суду, что Св1 вышла к прибежавшим мужчинам на улицу, ее защищать уже не было необходимости, то есть они могли уйти, но не сделали этого, поэтому он и решил, что раз прошли в дом, то будут его бить. Он видел в дверях Св2 и Св3, один из которых крикнул, что у него нож, и они выбежали, но тут же в дом забежал Пт, который обхватил его руками сзади и стал тащить к выходу. Он ножом, который был в правой руке, клинок ножа выходил со стороны мизинца, стал наносить удары, бил за спину. Нанес так больше одного удара, сколько всего – не помнит. В какой-то момент ему удалось развернуться лицом к потерпевшему, и он нанес еще два удара ножом в живот. Наносил ли он еще удары в спину, менял ли при этом хватку ножа – не помнит. Как только потерпевший ослабил свою хватку, он перестал наносить удары. У него не было объективных оснований полагать, что Св2, Св3 и Пт могут причинить ему смерть или тяжкий вред здоровью, он думал, что они его хотят избить. Нож взял изначально только, чтобы напугать, надеялся, что они увидят нож и не станут его трогать.

После проведения судом следственного эксперимента, когда было установлено, что физиологически невозможно было причинить потерпевшему телесные повреждения в области спины при обстоятельствах, которые демонстрирует ФИО1, подсудимый заявил, что он никогда не помнил, как именно нанес Пт удары ножом в спину, давал показания об этом, поскольку его спрашивали, и он считал, что, отвечая что-либо, сделает лучше для себя. В действительности он никогда: ни в ходе предварительного расследования, ни в суде не помнил, как наносил Пт удары ножом в спину, но при этом, согласен с тем, что кроме него, больше никто этого сделать не мог.

Анализируя показания подсудимого ФИО1, суд приходит к выводу о том, что они в части обстоятельств нанесения ударов ножом потерпевшему в спину не были стабильными на протяжении всего производства по делу. На разных этапах следствия и в судебном заседании подсудимый по-разному описывал произошедшие события в этой части.

Сравнительный анализ показаний ФИО1 между собой дает понять, что они были всегда стабильны в части мотивации его действий – вооружился ножом, чтобы напугать прибежавших Св2, Св3 и Пт для предотвращения своего избиения; субъективного отношения к происходящему – опасался применения физического насилия со стороны потерпевшего, Св3 и Св2; начала нанесения ударов ножом потерпевшему – только после того, как Пт попытался его ударить рукой и схватил, начав вытягивать на улицу; скоротечности происходящего – минуты; окончания нанесения ударов – после того, как Пт ослабил хватку.

С учетом того, что показания ФИО1 в вышеприведенной части подтверждаются и согласуются с иными исследованными судом доказательствами, в том числе и очевидцев произошедшего Св2 и Св3, суд оценивает их как достоверные, а позицию ФИО1 по уголовному делу, как полное признание своей вины в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах.

Суд, выслушав подсудимого, допросив свидетелей, исследовав материалы уголовного дела, приходит к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления при изложенных выше обстоятельствах.

Вина подсудимого ФИО1 помимо его собственных показаний, подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства в рамках состязательного процесса.

Так, из оглашенных с согласия сторон показаний потерпевшей Пт1 судом установлено, что Пт являлся ее сожителем. Она была знакома с Св1, у которой был молодой человек – ФИО1, с ним она лично знакома не была. **/**/**** Св1 около 18 часов предложила сходить до ее (ФИО2) дома, чтобы отпроситься у ФИО1, посидеть еще у нее в гостях, так как они приехали в поселок вместе. Они с ее дочерью и Св1 пошли домой к последней. Когда они пришли к Св1, в доме находились прабабушка и ФИО1, с которым они лично познакомились. Они все вместе пошли к ним в баню. По дороге они встретили знакомых молодых людей Св2 и Св3, с которыми они разговаривали, и в этот момент подошел Пт, который шел с работы. Далее они оставили мужчин разговаривать, а сами с Св1 пошли в магазин, чтобы купить водки, купили 1 бутылку и пошли домой. Когда пришли домой, ее муж уже находился в бане, а ФИО1 сидел у них дома. После чего они все помылись в бане и сели за стол, где стали распивать водку. Когда бутылка закончилась, они решили пойти за второй в магазин, они пошли с Св1 и ФИО1 вместе. Все было хорошо, никто не ругался, они купили в магазине такую же бутылку и пошли снова домой, по дороге встретили Св2, которого пригласили в гости и последний пошел с ними. Дома они уже впятером распивали водку, все было спокойно, они разговаривали, общались, никто не ругался. Через некоторое время пришел Св3, который с ними стал распивать спиртное, пил пиво, которое сам принес. После этого ФИО1 позвал ее на улицу и попросил проводить домой, она удивилась, почему он попросил именно ее, однако не стала отказывать и пошла домой одеться, в это время на крыльцо вышли все мужчины и Св1, а она зашла домой. Через некоторое время, когда она вышла из дома, мужчины ей пояснили, что Св1 и ФИО1 ушли домой. Затем они зашли в дом. В это время домой зашла ее дочь и сказала, что звонила Св1, которая пояснила, что ее (ФИО2) избивает ФИО1 и просила прийти Св2 или Св3, на что Св2 сразу же побежал из дома, а за ним Св3, которого она пыталась удержать, а также ее муж, чтобы те не наделали глупостей, решил пойти и разобраться в сложившейся ситуации. Она с дочерью собрались и пошли следом. Когда она подбежала к дому Св1, то увидела, что возле дома стоят Св3 и Св2, которые подошли к ней и сказали, чтобы она не заходила в дом, на что она стала спрашивать почему, и они ей сказали, что ФИО1 убил ее мужа. Тогда она сразу же побежала в дом, где увидела, что ее муж лежит в кухне на полу, он находился в сознании. Она кричала и трясла его, куртка была расстегнута, а также была задрана на пояснице и она видела ножевые ранения на его животе, раны был накрыты тряпкой, на которой была видна кровь. ФИО1 сидел в это время на деревянном стуле возле печки. Через несколько минут Пт перестал подавать признаки жизни еще до приезда скорой помощи (т. 1 л.д. 147-151).

Судом, с согласия сторон, в связи с неявкой на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля Св3 от **/**/****, согласно которым Пт ему знаком всего пару недель, Св1 его соседка, она ему знакома, однако они не общались, ФИО1 он видел в деревне пару раз. **/**/**** он совместно с Св2 находились в гостях у Пт, было это около 02 часов. Кроме него в доме Пт находился ФИО1, Пт1, Св2, Св1, они распивали спиртные напитки, пили пиво и водку. ФИО1 показался ему нормальным парнем, желающих конфликтовать за столом не было. Через некоторое время Св1 совместно с ФИО1 пошли домой. Примерно через 20-30 минут дочь Пт1 позвонила Пт1 и пояснила, что Св1 избивает ФИО1 Тогда он совместно Пт и Св2 пошли заступиться за Св1 и посмотреть, что происходит у них. Он шел медленно, его обогнали Пт и Св2 Он в дом не заходил, а курил на улице. Через некоторое время выбежал Св2 и пояснил, что у ФИО1 в руке нож. Тогда он зашел в дом, а Св2 остался на улице. Когда он зашел в дом, то увидел, что в правом углу от входа в дом стояли Пт и ФИО1, которые были обращены лицом друг другу. В правой руке у ФИО1 он увидел нож. Пт держал ФИО1 за плечи руками, а последний нанес при нем около двух ударов в область живота Пт, удары наносил под углом, с силой. Пт не издавал ни одного звука, не кричал, пытался оттолкнуть ФИО1, но не получалось. После чего Пт стал падать и терять сознание, упал на пол. Затем он нанес ФИО1 удар в область головы рукой, сжатой в кулак. ФИО1 от удара присел на лавку возле печки. Он стал вызывать скорую помощь, все бегали, кричали (т. 1 л.д. 81-85).

Ввиду возникновения дополнительных вопросов, после обеспечения явки Св3 в судебное заседание, последний пояснил, что сразу после слов Пт1 о том, что Св1 избивает ФИО1, Св2 и Пт сорвались с места и побежали к ФИО1 разбираться. Ему было понятно, что Св2 и Пт хотели избить ФИО1, так как они сказали, что ФИО1 нужно «уработать» и «настучать» последнему. Он пошел следом за ними за компанию, остановился через дорогу от дома ФИО1, чтобы покурить, а Св2 и Пт забежали в дом. Примерно через 3 минуты Св2 выбежал из дома и сказал, что у ФИО1 нож. Он сразу забежал в дом и увидел, что справа в углу кухни ФИО1 и Пт, где расположен умывальник, боролись, «бодались» друг с другом: они были обращены лицом друг к другу, при этом Пт держал, обхватив двумя руками, ФИО1 за шею. В этот момент он увидел, как ФИО1 ударил Пт ножом в нижнюю правую часть живота. После этого, он подбежал к ним, схватив руками со спины, оттолкнул ФИО1, а Пт сделал пару шагов и после этого упал на пол. Почему он на следствии говорил о том, что Пт пытался оттолкнуть ФИО1, но это не получалось, он не знает, может только точно утверждать, что видел, как Пт был в плотную лицом к лицу с ФИО3, при этом руки потерпевшего были в «замке» на шее подсудимого. Хотел ли таким образом Пт оттолкнуть ФИО3 или сделать что-то иное, он пояснить не может. Удар рукой ФИО1 в голову он точно не наносил, почему так отражено в протоколе – не знает, видимо, его пояснения неверно были отражены, а он невнимательно прочитал протокол. Настаивает на достоверности показаний данных суду.

В связи с неявкой, с согласия сторон, на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ судом оглашены показания свидетеля Св2 от **/**/****, согласно которым **/**/**** около 01 часа он с Св3 находились на остановки общественного транспорта ...., в это время мимо проходила его знакомая Пт1, которая позвала его к себе в гости, с целью поседеть и выпить спиртное. Затем он и Пт1 пошли домой к последней, Св3 остался на остановке. Дома у Пт1 находился её супруг Пт, дети их уже спали, кроме них дома находилась Св1 и сожитель последней ФИО1 Они все вмести пили пиво, сидели всю ночь. **/**/****, около 05 часов, ФИО1 и Св1 пошли домой. Примерно спустя 20 минут к ним подошла дочь Пт1 и пояснила, что позвонила Св1, которая сказала, что ее (ФИО2) избивает ФИО1, после чего телефон передала Пт1, которая поговорив с Св1, сказала, что ФИО1 избивает сожительницу. Они все вместе обсудили данную тему и решили пойти к ним для того, чтобы помочь Св1 Он вместе с Пт побежал к дому, где проживают Св1 и ФИО1, он прибежал первый, вторым за ним находился Пт Он постучался в калитку ворот. Сразу же выбежала к ним и открыла калитку Св1, которая сказала им, что ФИО1 её бьет. Он сразу же прошел в ограду, за ним шел Пт Зайдя в дом, возле печки с левой стороны от входа он увидел ФИО3, который сидел на лавочке. В руках у ФИО3 был нож, он видел только лезвие ножа. В это время в дом зашел Пт, он попытался остановить Пт и сказал последнему, что у ФИО1 в руках нож, но тот вырвался и прошел в дом. Как только Пт увидел в руках ФИО1 нож, то Пт ногой попытался выбить нож из рук ФИО1, но не смог. В это время вскочил на ноги ФИО1 и в область живота стал тыкать ножом Пт ФИО1 нанес два удара ножом в область груди и живота, после чего от этого Пт отошел к стенке. От увиденного он сильно испугался и вышел из дома. На улице стоял Св3, которому он сказал, что у ФИО1 нож. Затем Св3 забежал в дом. В это время к ограде прибежала Пт1, которой он сказал, что её мужа потыкал ножом ФИО1, от этого Пт1 потеряла сознание, он попытался привести её в чувства. Спустя десять минут Пт1 пришла в сознание, и он с ней зашел в дом. Дома на полу лежал Пт, лежал на спине, из-под спины он видел кровь (т. 1 л.д. 91-95).

После обеспечения явки Св2, при допросе в судебном заседании он дал в целом аналогичные показания, конкретизировав и уточнив следующее. Когда Св1 позвонила дочке Пт, чтобы кто-нибудь спас ее, так как ФИО1 ее избивал, все присутствующие это слышали. Пт1 держала Св3, чтобы он не пошел разбираться с ФИО1, и он выбежал один, кто побежал за ним – он не знает. Прибежал к дому, где был ФИО1, первым. Около дома стояла Св1, которая сказала, чтобы он не заходил. Он решил зайти в дом, чтобы поговорить с ФИО1, объяснить, что нельзя бить Св1 Когда он зашел, то по левой стороне от входа на расстоянии около 2 м возле печки сидел на лавочке ФИО1 с ножом в правой руке. ФИО1 ничего не говорил, сидел, смотрел на него, ничего не делал. Увидев нож, он стал пятиться назад, чтобы выйти на улицу. В этот момент Пт забежал в дом. Он выставил руку в дверном проеме, чтобы остановить Пт и не дать последнему пробежать к ФИО1, однако Пт выбил его руку, подбежал к ФИО1 и ударил правой ногой в правое плечо ФИО1 ФИО1 от удара откинулся назад, затем встал. ФИО1 и Пт были лицом друг к другу. ФИО1 нанес удар ножом в живот Пт После этого он сразу выбежал на улицу, где сказал Св3 о том, что у ФИО1 нож. Они вместе зашли в дом спустя пару минут, чтобы помочь. За это время из дома никто не выходил. Пт стоял рядом с ФИО1 ФИО4 в их присутствии больше он не видел, видел, как Пт упал.

Несмотря на имеющуюся противоречивость в деталях, которая объясняется нахождением свидетелей на момент исследуемых событий в состоянии алкогольного опьянения, в целом показания Св3 и Св2 между собой согласуются и позволяют установить суду общую картину произошедшего, а именно факты того, что все участвующие лица накануне произошедшего распивали спиртное, ранее у Пт конфликтов и личных неприязненных отношений с ФИО1 не было, после поступления информации об избиении Св1 Св2, Пт и Св3 побежали разбираться с ФИО1, намереваясь применить в отношении последнего физическое насилие.

Ни Св3, ни Св2 не заинтересованы в том, чтобы приуменьшать роль и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, между тем, из их показаний следует, что со стороны потерпевшего в отношении ФИО1 первым были совершены противоправные действия: когда Пт, забежал в дом, то напал на подсудимого, нанеся удар ногой.

Оба свидетеля говорят об относительной скоротечности произошедших событий, исчисляемой несколькими минутами, начало которых видел Св2, а окончание – Св3 При этом, последние тем самым подтвердили показания подсудимого о том, что ФИО1 начал наносить удары ножом потерпевшему в ответ на нападение Пт, а после того, как Пт отпустил ФИО1, потерпевшему больше ударов ножом не наносил.

Противоречие в показаниях свидетеля Св2 и подсудимого ФИО1 в части того, что первый утверждает, что потерпевший нанес удар ногой, а второй говорит только про удар рукой, суд оценивает как незначительное, обусловленное как состоянием опьянения данных лиц на момент произошедшего, так и особенностями памяти и восприятия самих Св2 и ФИО1 Между тем, эти показания устанавливают один и тот же факт – со стороны потерпевшего имелось нападение на подсудимого с попыткой применения физического насилия в отношении ФИО1 посредством нанесения ударов, что создавало наличие реальной угрозы избиения подсудимого - посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося.

Учитывая показания еще одного очевидца начала совершения преступления – свидетеля Св6, которая подтвердила показания Св2 о том, что потерпевший первым нанес удар ногой, суд делает вывод о том, что Пт сперва нанес ФИО1 удар ногой (который подсудимый не запомнил), а затем попытался нанести удар рукой (который уже не видел свидетель Св2, так как стал убегать из дома, но о котором стабильно поясняет подсудимый).

Из показаний свидетелей Св3 и Св2 судом установлено, что Пт был агрессивно настроен по отношению к подсудимому. Необходимости защищать Св1, которая на момент прибытия Св2 и потерпевшего, находилась на улице, у Пт не было. Последний забежав в дом, вырвался от Св2, пытавшегося его остановить и сообщившего о наличии ножа у ФИО1, напал на сидящего подсудимого, который находился у себя в жилище и никаких активных действий не предпринимал. Следовательно, исходя из обстоятельств произошедшего и фактических действий потерпевшего, целью Пт было применение физического насилия по отношению к ФИО1, что полностью согласуется с показаниями подсудимого.

Данные выводы суда подтверждают и исследованные с согласия сторон на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показания свидетеля Св1 от **/**/****, согласно которым она с сожителем ФИО1 проживает на протяжении 3 лет. Охарактеризовать его может, как спокойного, уравновешенного. Спиртные напитки употребляет не часто, в состоянии алкогольного опьянения ведет себя агрессивно, конфликтно, может даже ударить. **/**/**** ее сожитель ФИО1 приехал к ней домой. **/**/**** около 19 часов она пошла в гости к ее знакомым Пт1 и Пт Когда она с Пт1 вернулась к себе домой, чтобы она переоделась, то она позвали ФИО1 в гости к Пт1, на что тот согласился. По дороге они зашли в магазин, в котором Пт1 купила бутылку водки. Придя в гости, она, ФИО1, Пт1 и Пт расположились на кухне и начали распивать водку. Примерно через 15-20 минут домой к Пт1 пришли Св3 и Св2, которые совместно с ними стали распивать спиртное. Спустя час она увела ФИО1 домой, так как назревал конфликт между ним и Св3, поскольку последний начал оскорблять ФИО1 Дойдя домой, у нее с ФИО1 произошел конфликт, так как он не отпускал ее обратно. Он ударил ее по лицу, а именно в область губ ладонью. После чего она позвонила дочери Пт и сообщила ей, что они поссорились, и что ФИО1 ее ударил. Также она попросила, чтобы отправили за ней Св3 и Св2 и забрали ее из дома, так как ФИО1 ее не выпускал. Примерно через 10-15 минут она услышала, что кто-то за окном свистит. Она поняла, что это пришли Св3 и Св2, и вышла на улицу. Затем они сказали ей, что сейчас зайдут домой и изобьют ФИО1 по причине того, что он ударил ее, но она не впустила их домой. После чего появился Пт, который прошел мимо них и направился в дом, где находился ФИО1 Следом за ним вошел Св2, она осталась с Св3 Далее из дома вышел Св2 и пояснил, что у ФИО1 в руках нож. Они совместно с Св3, Св2 направились в дом. Зайдя в дом, она увидела, что ФИО1 и Пт стоят возле умывальника, также она заметила, что на бочке стоявшего около умывальника имеется кровь. Св3 и Св2 разняли ФИО1 и Пт, после чего Пт упал на пол, и тогда она увидела, что он был в крови, и на нем имеются ножевые ранения на животе, также на полу имелась кровь. Когда ФИО1 оттаскивали и посадили на лавочку, расположенную около печки, она увидела у него в руке нож. Далее пришла Пт1, которой пояснили, что ФИО1 убил ее мужа (т. 1 л.д. 87-90).

Показания свидетеля Св1 согласуются с показаниями свидетеля Св3 и подсудимого ФИО1 относительно того, что Св3, Св2 и Пт намеривались избить ФИО1 При этом, для Св3, Св2 и Пт было очевидно, что Св1 на тот момент ни в какой защите от ФИО1 не нуждается, поскольку она находилась уже на улице и, более того, просила их не заходить в дом. То есть Св2 и Пт прошли в жилище против воли Св1, а, следовательно, Пт уже с того момента начал действовать неправомерно.

Сведения сообщенные Св1 о том, что в процессе распития спиртного между ФИО1 и Св3 назревал конфликт, не могу свидетельствовать о наличии личных неприязненных отношений между потерпевшим и подсудимым.

По причине неявки, с согласия сторон, на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ судом оглашены показания свидетеля Св6 от **/**/****, согласно которым у неё есть внучка Св1, которая проживала с сожителем ФИО1 около 3 лет. Иногда они приезжали к ним в гости с ночёвкой. ФИО1 может охарактеризовать, как спокойного, тихого, доброго парня. В алкогольном опьянении также спокойный, добрый, ведет себя адекватно, хозяйственный. Св1 и ФИО1 были у неё дома, приехали они к ним **/**/****. В вечернее время **/**/**** Св1 и ФИО1 ушли в гости к ФИО5, с которыми у них были хорошие отношения, общались, когда приезжали к ним в гости. Вернулись домой около 03 часов, в состоянии сильного алкогольного опьянения. Св5 открыла им калитку. После чего Св1 и ФИО1 стали ругаться, из-за чего точно она не знает, но как она поняла, ФИО1 приревновал Св1 При этом они просто словестно ругались, руку на Св1 ФИО1 не поднимал. В какой-то момент Св1 стала звонить дочери Пт и сказала, что её бьет ФИО1 Через некоторое время, к ним домой прибежали Пт, Св3 и Св2 В это время ФИО1 сидел возле печи и держал в руке нож. Пт ударил ногой в грудь ФИО1, при этом кто-то из них крикнул, что у ФИО1 в руке нож. После чего Св3 и Св2 вышли из дома, а между ФИО1 и Пт произошла драка. При этом Пт зажал ФИО1 возле стены, где расположен умывальник, и начал наносить ФИО1 удары по различным частям тела. В какой-то момент ФИО1, видимо, не выдержал и начал наносить множественные удары Пт сначала в спину, затем в живот. Сколько ударов было нанесено, сказать затрудняется, так как она не считала. От полученных ударов Пт стал падать на пол, а ФИО1 отошел от Пт и сел на стул (т. 1 л.д. 195-200).

По причине возникших дополнительных вопросов к свидетелю, после обеспечения явки в судебное заседание, Св6 пояснила, что в ночь с 23 на **/**/**** она находилась у себя дома. Там же была ФИО6, ФИО6 ФИО1 сидел возле печки, никому ничего не говорил. Пришли три человека: Св3, Св2 и Пт, чтобы бить ФИО1 Она так решила в связи с тем, что Св1 позвонила до этого своей подруге, сообщила, что ФИО1 ее избивает. Св1 вышла из дома еще до того, как пришли указанные лица. На кухне остались она, Св5 и ФИО1 К ФИО1, сидящему без ножа возле печки в 2-2,5 м от входа, первым проскочил Пт и ударил ногой ФИО1 в лицо. Пт был агрессивно настроен. После этого ФИО1 встал и взял нож со стола, находящегося в двух шагах. Однако лично она этот момент не видела. Предполагает, что так было, поскольку нож лежал на этом столе, а потом ножа не стало. Св3 и Св2, увидев ФИО1 с ножом, сразу выбежали на улицу. ФИО1 и Пт схватились, Пт прижал ФИО1 к умывальнику в углу, держа за грудки обеими руками, спрашивал о том, зачем ФИО1 бьет Св1 В этот момент ФИО1 начал наносить удары, как она затем поняла ножом. Они были обращены лицом друг к другу. Каким образом ФИО1 держал нож, и в какой руке, сколько нанес ударов – ей видно не было, так как она находилась со стороны спины Пт По времени это продолжалось около получаса. Все это время ФИО1 и Пт не разнимались. Однако она видела не весь процесс их схватки, так как выходила на улицу кормить куриц или покурить. В момент, когда ФИО1 и Пт схватились, Св1 зашла в дом, начала оттаскивать Пт со спины за куртку. Пт отпустил ФИО1 и начал падать, его поддержала Св1, уложила на пол. ФИО1 на тот момент жил в ее доме, это было и его жилище.

Оценивая показания данного свидетеля, суд исходит из того, что они не были стабильными и последовательными, Св6 по-разному описывает на следствии и в суде хронологию произошедших событий, называет разные места, куда Пт нанес удар ногой ФИО1, указывает различный момент, когда вооружился ножом ФИО1, в ходе допроса на следствии называет последовательность нанесения ударов ножом потерпевшему, а в суде заявляет, что ударов вообще не видела.

Имеющиеся в показаниях Св6 противоречия объясняются, как пожилым возрастом свидетеля, так и желанием последней, в силу имеющихся хороших отношений с сожителем своей внучки, помочь ФИО1 приуменьшить степень общественной опасности совершенного им преступления.

Названный Св6 временной промежуток произошедшего – около 30 минут, противоречит показаниям остальных очевидцев совершения преступления и самого ФИО1, которые в этой части все стабильно утверждают, что ситуация развивалась короткий промежуток времени – 2-3 минуты. Также, суд критически расценивает заявление Св6 о том, что она не видела момента нанесения ударов в спину Пт, поскольку выходила в этот момент кормить кур или покурить. Это заявление опровергается показаниями свидетелей Св3 и Св2, которые пояснили суду, что из дома никто не выходил, и объясняется желанием Св6 не давать показания против ФИО1, который являясь сожителем ее внучки, фактически приходится родственником Св6

При таких обстоятельствах, суд оценивает показания свидетеля Св6 достоверными только в той их части, которая согласуется с остальными исследованными судом доказательствами и соответствует установленным на их основе обстоятельствам совершенного ФИО1 преступления. Так, Св6 подтвердила суду, что ФИО1 находился у себя в жилище, сам никаких активных действий не предпринимал, вооружился ножом, так как полагал, что его будут избивать, стал наносить удары в ответ на нападение потерпевшего, захват подсудимого Пт был непрерывным и продолжался до тех пор, пока последний не начал падать.

Судом с согласия сторон в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, в связи с неявкой, в судебном заседании оглашены показания свидетелей Св7 и Св8

Из показаний свидетеля Св7 следует, что ФИО1 является его родным братом. ФИО1 на протяжении около 3 лет встречается с Св1 ФИО1 по характеру не вспыльчивый, не конфликтный, однако бывает по настроению, редко может вспылить. Он находился на вахте с 18 апреля по **/**/****, а когда вернулся, примерно **/**/****, Св1 и ФИО1 поехали к ее бабушке в ...., чтобы помочь по хозяйству. **/**/**** в 03 часа 17 минут ему позвонил ФИО1 По голосу он понял, что ФИО1 плачет. ФИО1 пояснил, что подрезал мужика, однако, какого именно он не знает. ФИО1 ему не рассказывал, пояснял, что они с Св1 поругались, а когда пришел домой, прибежали трое мужчин, которые хотели его (ФИО1) избить, последний испугался и взял нож, которым подрезал одного мужчину. Кроме того, ему брат пояснил, что вызвал скорую помощь и полицию, а также сообщил, что мужчина в настоящее время жив. Подробностей ФИО1 не рассказывал, по голосу он слышал, что ФИО1 испугался и переживал. Кроме того, брат пояснил, что до этого они вместе сидели в доме убитого, и все было нормально, а потом они поругались с Св1, когда пошли домой, и потом уже прибежали эти мужчины, с которыми ранее ФИО1 сидел в гостях. После чего около 06 часов ему позвонил брат и сообщил, что мужчина умер, однако от чего именно он не знает. Ему также известно, что его брат нанес мужчине 13 ножевых ранений, однако он не знает, зачем брат это сделал, он считает, что ФИО1 испугался, что его (ФИО1) изобьют и просто захотел защититься (т. 1 л.д. 138-141).

Приведенные показания свидетеля Св7 полностью согласуются с показаниями подсудимого, подтверждая вывод о стабильности позиции ФИО1, который изначально – сразу после совершения им преступления позвонил брату и сообщил о том, что вооружился ножом, так как был напуган, поскольку явившиеся трое мужчин намеривались его (ФИО1) избить.

По оглашенным показаниям свидетеля Св8 следует, что у её соседей есть внучка Св1, которая иногда приезжает в гости одна или со своим парнем ФИО1, которого она может охарактеризовать, как спокойного, адекватного, работящего, хозяйственного. В ночь с 24 по **/**/**** она находилась дома, спала, проснулась примерно в начале четвертого ночи от криков, кричала женщина: «Убили моего». После чего она выбежала на улицу. На улице она увидела своего сына Св3, который стоял со всеми. Затем она увидела, что к ним подошла Пт1 со своей дочерью, которая кричала, что убили Пт К ним она не заходила, а вернулась домой, так как Св3 ей сказал, что ей не нужно туда идти, так как убили Пт (т. 1 л.д. 204-207).

Изложенные выше показания потерпевшей и свидетелей об известных каждому из них обстоятельствах совершения подсудимым ФИО1 преступления суд находит достоверными, соответствующими действительности, они не содержат существенных противоречий, которые могли бы повлиять на вывод суда о виновности подсудимого в убийстве, совершенном при превышении пределов необходимой обороны.

Имеющиеся в показаниях допрошенных лиц противоречия обусловлены нахождением ФИО1, Св3, Св2, Св1 в состоянии алкогольного опьянения на момент исследуемых судом событий. Вместе с тем, наличие таких противоречий, которые не касаются существенных обстоятельств, не препятствует суду на основе данных показаний установить истинную картину произошедших событий, которая отражена выше при описании обстоятельств совершенного ФИО1 преступления.

В своей совокупности, приведенные показания подсудимого, потерпевшей и свидетелей с достоверностью свидетельствуют о том, что между ФИО1 и Пт никогда конфликтов не было. Подсудимый к потерпевшему личных неприязненных отношений не испытывал. ФИО1 обоснованно полагал о том, что потерпевший вместе с Св2 и Св3 по просьбе Св1 придут его избивать, поскольку последняя по телефону просила их об этом. В целях предотвращения этих противоправных действий со стороны потерпевшего, Св2 и Св3 ФИО1, находясь в своем жилище, вооружился ножом, при этом сам никаких активных действий не предпринимал – сидел на лавочке. Забежавший в дом потерпевший Пт напал на подсудимого, нанес удары, схватил ФИО1, начал выталкивать из дома. В ответ на данные действия потерпевшего ФИО1 нанес Пт множественные удары ножом в область живота и спины, от которых наступила смерть потерпевшего на месте преступления.

Установленные на основе показаний подсудимого, потерпевшей и свидетелей фактические обстоятельства преступления подтверждают и объективные доказательства, исследованные в судебном заседании.

Место преступления установлено протоколом осмотра места происшествия от **/**/****, согласно которому осмотрена ...., расположенном по адресу: ..... Дом представляет собой одноэтажное деревянное строение, вход в который осуществляется через деревянную дверь, при входе в дом обнаружена веранда, после чего имеется дверь деревянная коричневого цвета, ведущая непосредственно в дом. При входе в дом обнаружена большая комната - кухня, в которой посредине обнаружен труп Пт Труп лежит на спине на полу, ногами к правому углу, расположенного с правой стороны от входной двери. Чуть нижи груди, с левой стороны, обнаружено проникающее ранение, с правой стороны обнаружено проникающее ранение, посредине между двумя ранами имеется еще рана побольше. На спине трупа чуть ниже шеи обнаружено 6 ножевых ранений, на левой боковой части имеются одно ножевое ранение. Ранение на момент осмотра кровоточат. С правой стороны от входа расположена пластмассовая фляга белого цвета с красной крышкой, на крышке имеются пятна бурого цвета, на стене передней имеются потеки бурого цвета. С пластмассовой фляги специалистом изымается смывы капель бурого цвета на марлевый тампон, который упаковывается. После осмотра труп Пт направляется в ИОБСМЭ отделение экспертизы трупов с постановлением о поправлений судебно-медицинской экспертизы (т. 1 л.д. 9-26).

Проколом выемки от **/**/**** зафиксировано изъятие образцов крови от трупа Пт (т. 1 л.д. 132-137).

По протоколу выемки от **/**/**** судом установлено, что в архиве биологического отделения ИОБСМЭ были изъяты кожные лоскуты с повреждениями с трупа Пт (т. 1 л д. 154-159).

Изъятые по делу предметы осмотрены протоколом от **/**/****, признаны и приобщены в качестве вещественных доказательств по уголовному делу (т. 1 л.д. 160-177, 178).

Данным протоколом также осмотрена детализацию телефонных соединений ФИО1 за период с **/**/**** по **/**/****, которая объективно подтверждает, как показания подсудимого, так и показания свидетеля Св7, относительно того, что ФИО1 сразу после совершения им преступления позвонил в 03 часа 36 минут **/**/**** по местному времени на номер телефона своего брата № (т. 1 л.д. 178).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от **/**/****, следует, что смерть Пт последовала от множественных проникающих колото- резанных ранений груди, живота с повреждением внутренних органов, развитием острой массивной кровопотери.

При исследовании трупа обнаружены следующие повреждения:

А. Множественные колото-резанные ранения груди, живота. Колото-резанная рана передней поверхности груди справа в подключичной области (рана №). Раневой канал повреждает мягкие ткани, проникает в правую плевральную полость, верхнюю долю правого легкого с кровоизлияниями по ходу канала. Направление раневого канала спереди назад, сверху вниз, справа налево. Колото-резанная рана передней поверхности груди справа в проекции 7-8-го ребер (рана №). Раневой канал повреждает мягкие ткани, с кровоизлияниями по ходу канала. Направление раневого канала спереди назад справа налево, чуть сверху вниз. Колото-резанная рана передней поверхности живота в левом подреберье (рана №). Раневой канал проходит спереди назад, слева направо, чуть снизу вверх, повреждает мягкие ткани, проникает в брюшную полость, повреждает желудочно-ободочную связку и слепо заканчивается в сальниковой сумке, сопровождается кровоизлияниями по ходу канала. Колото-резанная рана передней поверхности живота в левом подреберье (рана №). Раневой канал повреждает мягкие ткани левого подреберья, проникает в брюшную полость, где слепо заканчивается, сопровождается кровоизлияниями по ходу. Направление спереди назад, слева направо, чуть сверху вниз. Колото-резанная рана передней поверхности живота слева (рана №). Раневой канал проникает в брюшную полость, повреждая мягкие ткани, насквозь петлю тонкой кишки и ее брыжейку, с кровоизлиянием по ходу раневого канала. Направление раневого канала спереди назад, снаружи внутрь, чуть снизу вверх. Колото-резанная рана задней поверхности груди в левой лопаточной области (рана №). Раневой канал проникает в левую плевральную полость, повреждая мягкие ткани, верхнюю долю левого легкого, сопровождается кровоизлияниями по ходу канала. Направление раневого канала сзади наперед, чуть сверху вниз. Колото-резанная рана задней поверхности груди в левой лопаточной области (рана №). Раневой канал проникает в левую плевральную полость, повреждая мягкие ткани, 4-е ребро, верхнюю долю левого легкого, где слепо затухает, сопровождается кровоизлияниями в мягкие ткани. Направление раневого канала сзади наперед, чуть справа налево, сверху вниз. Колото-резанная рана задней поверхности груди в левой лопаточной области (рана №). Раневой канал проникает в левую плевральную полость, сзади наперед, сверху вниз, чуть справа налево, повреждая мягкие ткани, слепо заканчивается в левой плевральной полости, сопровождается кровоизлияниями по ходу канала. Колото-резанная рана задней поверхности груди слева в нижней трети (рана №), проникающая в забрюшинное пространство, повреждает мягкие ткани, сопровождается кровоизлиянием по ходу канала, слепо заканчивается в левой подвздошно-поясничной мышце. Направление раневого канала сзади наперед, сверху вниз, чуть слева направо. Данные повреждения образовались незадолго до наступления смерти, от воздействий колюще-режущим предметом (предметами), чем в том числе, мог быть нож (ножи), каждое от однократного воздействия, в совокупности оцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Б. Слепое колото-резанное ранение левого надплечья (рана №). Раневой канал повреждает мягкие ткани наружной поверхности левого плеча в верхней трети, проходит в направлении сверху вниз, сзади наперед и слепо заканчивается под кожей левого плеча на границе верхней и средней третей. Это повреждение образовалось от воздействия колюще-режущим предметом, чем в том числе мог быть нож, незадолго до наступления смерти, оценивается как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком менее 21-го дня.

В. Слепое колото-резанное ранение задненаружной поверхности в проекции левого плечевого сустава (рана №). Раневой канал повреждает мягкие ткани левого надплечья и надлопаточной области, сопровождается кровоизлияниями в стенки канала, слепо заканчивается у основания ости левой лопатки. Направление раневого канала сверху вниз, сзади наперед, слева направо. Это повреждение образовалось от воздействия колюще-режущим предметом, чем в том числе мог быть нож, незадолго до наступления смерти, оценивается как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком менее 21-го дня.

Г. Слепое колото-резанное ранение левой дельтовидной области (рана №). Раневой канал повреждает мягкие ткани левого надплечья, проходит сзади наперед, слева направо, в левую надключичную область и на левую переднебоковую поверхность шеи, где слепо заканчивается в виде поверхностного рассечения нижнего полюса левой доли щитовидной железы с кровоизлияниями по ходу канала. Это повреждение образовалось от воздействия колюще-режущим предметом, чем в том числе мог быть нож, незадолго до наступления смерти, оценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Д. Слепое колото-резанное ранение задней поверхности груди по срединной линии в проекции остистых отростков 1,2-го грудных позвонков (рана №) с повреждением мягких тканей и кровоизлияниями в стенки канала. Раневой канал проходит сзади наперед и слева направо и слепо, повреждает мягкие ткани, сопровождается кровоизлияниями в мягкие ткани, слепо затухает у позвоночного конца правого 5-го ребра. Это повреждение образовалось от воздействия колюще-режущим предметом, чем в том числе мог быть нож, незадолго до наступления смерти, оценивается как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком менее 21-го дня.

Е. Резанная рана ладонной поверхности левой кисти (рана №) с повреждением мягких тканей и кровоизлияниями - образовалась от воздействия плоским удлиненным предметом, имеющим острый (режущий) край, чем в том числе мог быть нож, оценивается как причинившая легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья сроком менее 21-го дня.

ФИО7 правой боковой поверхности шеи. Это повреждение образовалось от воздействия тупым твердым предметом, незадолго до наступления смерти, расценивается как не причинившее вред здоровью.

З. С-ны тыльной поверхности правой кисти, передней поверхности правой голени. Эти повреждения образовались от воздействия тупым твердым предметом (предметами), свыше 5-ти суток к моменту наступления смерти, расцениваются как не причинившие вред здоровью.

ФИО7 спинки носа Это повреждение образовалось от воздействия тупым твердым предметом, посмертно, признаков прижизненности не имеет, судебно-медицинской оценке по степени причиненного вреда здоровью не подлежит.

3. Согласно результатам медико-криминалистического исследования кожных лоскутов в ранами, установлено, что общегрупповые сходства морфологических признаков основных разрезов повреждений дают основание указать о возможности их причинения одним односторонне острым плоским колюще-режущим травмирующим предметом, имеющим острую режущую кромку (лезвие) и П-образной формы обух с достаточно хорошо выраженными ребрами. Ширину клинка на уровне следообразований можно: предположить в пределах 14-18 мм.

4. Смерть Пт состоит в причинной связи с множественными колото-резаными ранениями груди и живота, указанных в п.2 А. настоящих выводов.

5. При судебно-химическом исследовании крови от трупа Пт обнаружен этиловый алкоголь в крови 1,6 % (т. 1 л.д.31-37).

В соответствии с заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы №-А/18 от **/**/**** следует, что учитывая локализацию, направление раневых каналов и морфологических особенности повреждений, от которых последовала смерть Пт, а именно множественных колото-резанных ранений груди и живота (п.2.А. выводов заключения эксперта №), не исключено их образование в срок и при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1, в представленных материалах дела. Принимая во внимание локализацию, повреждений, указанных в п.2., под литерами Б, В, Г, Д, выводов заключения эксперта №, направление раневых каналов, также не исключено образование указанных повреждений в срок и при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1 в представленных материалах дела (т. 2 л.д. 1-6).

Анализ приведенных заключений, с учетом проникающего характера ранений, их количества и локализации – живот и спина, значительной глубины раневых каналов, в сопоставлении с показаниями подсудимого, позволяет суду сделать вывод о том, что колото-резанные повреждения образовались в результате именно нанесения ФИО1 ударов ножом Пт с силой, с целью причинения смерти потерпевшему, что опровергает версию подсудимого о том, что он Пт убивать не хотел.

Вместе с тем, приведенные заключения одновременно подтверждают и показания подсудимого относительно того, что потерпевший был пьян, ножевые повреждения были причинены Пт в короткий промежуток времени незадолго до наступления смерти. Факт того, что все ножевые ранения являются прижизненными, согласуется с пояснениями ФИО1 о том, что он перестал наносить удары ножом, как только Пт ослабил хватку.

Допрошенная судом эксперт З.Л.А., в целях разъяснения данных ею заключений, пояснила, что вывод о возможности причинения повреждений Пт в спину (заднюю поверхность грудной клетки), при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО1, был сделан ею, в первую очередь, на основании видеозаписи к проверке показаний на месте, на которой было зафиксировано такое взаимное расположение ФИО1 и манекена, когда были доступны зоны повреждений на спине манекена для ФИО1

При проведении следственного эксперимента в условиях судебного заседания эксперт З.Л.А. пояснила, что, учитывая физиологически ограниченную подвижность руки, образование телесных повреждений, имеющихся у Пт на спине, при обстоятельствах, указываемых ФИО1, из положения, продемонстрированного им при помощи статиста, невозможно.

Таким образом, следственный эксперимент с участием статиста позволил суду более реально воссоздать взаимное расположение подсудимого и потерпевшего, нежели когда был использован манекен в ходе проверки показаний на месте, что позволяет прийти к категоричному выводу о невозможности образование телесных повреждений, имеющихся у Пт на спине, при обстоятельствах, указанных подсудимым.

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № от **/**/**** установлено, что кровь от трупа Пт относится у О (Н) ?? группе. Группа крови обвиняемого ФИО1 – АВ. На джинсах, правом кроссовке, кофте ФИО1 и на смыве с пластикового бочка обнаружена кровь человека О (Н) ?? группы. Кровь могла произойти от Пт и не могла от ФИО1 (т. 2 л.д. 13-18).

Наличие крови потерпевшего на пластиковом бочке подтверждает показания ФИО1 о том, что они с Пт перемещались по кухне во время захвата со стороны потерпевшего, что было расценено подсудимым, как попытка потерпевшего вытянуть его на улицу, где находились Св2 и Св3

По заключению эксперта № от **/**/**** судом установлено, что на передней и задней поверхности куртки с трупа Пт имеются множественные повреждения в количестве 13: 12 из которых по морфологическим признакам носят колото-резаный характер и 1 повреждение носит резаный характер. Колото-резаные повреждения могли быть причинены односторонне острым плоским колюще-режущим предметом, имеющим острую режущую кромку (лезвие) и обух в поперечном сечении П-образной формы, шириной до 2 мм, с достаточно хорошо выраженными ребрами. Резаное повреждение на спинке куртки могло быть причинено воздействием острого травмирующего предмета, обладающего режущими свойствами, и не исключается возможность причинения острым лезвием колюще-режущего предмета, чем мог быть нож. На трех кожных лоскутах от трупа потерпевшего, изъятых с передней и задней поверхностей груди, имеется 3 повреждения, которые по морфологическим признакам носят колото-резаный характер. Сравнительным анализом выявленные общие групповые сходства морфологических признаков данных трех повреждений дают основание указать о возможности их причинения одним односторонне острым плоским колюще-режущим травмирующим предметом, имеющим острую режущую кромку (лезвие) П-образной формы обух, шириной до 2 мм, с достаточно хорошо выраженными ребрами. Ширину клинка на уровне следообразований можно предположить в пределах 14-18 мм (т. 2 л.д. 25-47).

Согласно заключению эксперта № от **/**/**** следует, что при осмотре ФИО1 в ИОБСМЭ у него видимых наружных телесных повреждений, относящихся ко времени **/**/**** с 03.00 ч. до 05.20 ч., не обнаружено (т. 2 л.д. 54-55).

Данное заключение объясняет противоречие между показаниями подсудимого ФИО1 и свидетелей Св6, Св2 в части нанесения первого удара потерпевшим ногой, который подсудимый не запомнил, поскольку этот удар никаких телесных повреждений ФИО1 не причинил. Также приведенное заключение подтверждает показания ФИО1 относительно того, что второй удар рукой Пт не достиг своей цели, после чего потерпевший, выполняя захват за шею подсудимого, больше ударов ФИО1 не наносил, одновременно опровергая показания Св6 о том, что Пт наносил ФИО1 удары по различным частям тела.

Суд, оценивая заключения экспертиз, назначенных и проведенных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а потому являющихся допустимыми доказательствами, наряду с приведенными выше доказательствами, приходит к объективному выводу о том, что в результате специальных познаний, с учетом собранных по делу сведений, установлено, что в результате умышленных действий ФИО1 потерпевшему Пт был причинен тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, повлекший его смерть. Выводы экспертов научно обоснованы, не противоречат другим доказательствам по делу.

Таким образом, судом с соблюдением требований ст. 240 УПК РФ в ходе судебного следствия проверены все представленные сторонами доказательства. У суда не имеется оснований не доверять показаниям свидетелей, потерпевшей и подсудимого в той их части, которая положена в основу выводов суда. Указанные показания не противоречат между собой в части существенных обстоятельств, они подтверждаются заключениями судебных экспертиз, другими письменными доказательствами, полученными на основе требований закона.

Оценивая все проверенные судом доказательства, сопоставляя их между собой, суд находит их совокупность достаточной для разрешения уголовного дела. Проанализировав доказательства, суд находит вину подсудимого ФИО1 установленной и доказанной.

Переходя к вопросу о юридической оценке содеянного ФИО1, суд исходит из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств, согласно которым подсудимый, будучи в состоянии алкогольного опьянения, опасаясь за свое здоровье, вооружился ножом, которым, находясь в состоянии обороны, умышленно нанес потерпевшему множественные удары в область передней и задней поверхности груди, живота потерпевшего. При этом, суд руководствуется следующими положениями закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

Часть вторая названной статьи предусматривает, что защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

Согласно ч. 3 ст. 37 УК РФ право на необходимую оборону принадлежит лицу независимо от возможности избежать общественно опасного посягательства или обратиться за помощью к другим лицам или органам власти.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от **/**/**** N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление", под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных частью 2 статьи 37 УК РФ, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица (например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья). При этом, состояние необходимой обороны возникает не только с момента начала общественно опасного посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, но и при наличии реальной угрозы такого посягательства, то есть с того момента, когда посягающее лицо готово перейти к совершению соответствующего деяния. Суду необходимо установить, что у обороняющегося имелись основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства.

Органом следствия ФИО1 инкриминируется совершение преступления на почве внезапно возникших в ходе конфликта, произошедшего на фоне алкогольного опьянения, личных неприязненных отношений с Пт, в результате которых у ФИО1 сформировался умысел на убийство Пт, в связи с чем, подсудимый приискал по месту своего жительства кухонный нож, которым с целью причинения смерти Пт, нанес потерпевшему множественные удары в область передней и задней поверхности груди, живота, которые состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего.

В обоснование вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, сторона обвинения в числе доказательств сослалась на показания подсудимого, показания потерпевшей, свидетелей и письменные материалы уголовного дела, в том числе заключения экспертиз, протокол осмотра места происшествия, протоколы осмотра предметов, признанных в последующем вещественными доказательствами.

Между тем, как органом следствия, так и стороной обвинения, были оставлены без должного внимания следующие существенные обстоятельства по делу.

Так, из показаний подсудимого ФИО1 усматривается, что никакого конфликта с Пт у него никогда не было, нож он взял с целью оказания психологического воздействия и защиты от возможного нападения, поскольку полагал, что Пт, Св2 и Св3 его изобьют. Он продемонстрировал нож вбежавшему в его временное жилище Св2, не предпринимая при этом никаких активных действий, что возымело на последнего ожидаемый эффект, и Св2 покинул жилище. Однако потерпевшего демонстрация ножа не остановила. Пт, вбежав в дом, вел себя агрессивно, напал на сидящего на лавке ФИО1, нанес подсудимому удар ногой и попытался нанести удар рукой, схватил руками и начал вытягивать на улицу. Тогда он (ФИО8), полагая, что после того, как Пт вытолкнет его на улицу, где находились Св3 и Св2, все трое начнут его избивать, и чтобы это предотвратить, стал наносить удары ножом потерпевшему.

В этой части показания подсудимого стабильны и последовательны, подтверждаются и согласуются с другими исследованными судом доказательствами.

Никто из допрошенных по делу лиц не сообщал суду о том, что между ФИО1 и Пт имелись какие-либо конфликты, после которых подсудимый решил вооружиться ножом и убить потерпевшего. Напротив, потерпевшая Пт1, свидетели Св3, Св2, Св1 поясняли об обратном. Сами фактические обстоятельства произошедшего (когда ФИО1 познакомился с Пт только накануне вечером за несколько часов до совершения преступления, и за время совместного времяпрепровождения между ними конфликтов не было) позволяют сделать вывод о том, что за непродолжительный промежуток времени между звонком Св1 и прибытием Пт в жилище ФИО1, у последнего не могли сформироваться и не сформировались личные неприязненные отношения к потерпевшему, а единственной целью, по которой ФИО1 до прибытия Пт вооружился ножом, было желание подсудимого напугать нападающих, чтобы предотвратить свое избиение.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что между Пт и ФИО1 произошел конфликт, в ходе которого у последнего внезапно возникли личные неприязненные отношения к потерпевшему, в результате чего подсудимый вооружился ножом с целью причинения смерти ФИО1, суду представлено не было. Данный факт при рассмотрении дела не подтвердился. Напротив, судом установлено, что сначала ФИО1 в целях предотвращения своего возможного избиения вооружился ножом, который уже применил только после совершенного на него нападения потерпевшим. При этом, мотивом его действий были не личные неприязненные отношения к Пт, а желание защититься от посягательства потерпевшего и не позволить себя избить.

Свидетели Св1, Св3, Св6 подтвердили факт того, что Пт, Св3 и Св2 намеривались применить физическое насилие в отношении ФИО1 Аналогичный вывод следует из установленных судом фактических действий потерпевшего, который вел себя агрессивно и первым напал на подсудимого, пнув и попытавшись нанести удар рукой.

Иные свидетели обвинения, а также потерпевшая, чьи показания стороной обвинения положены в основу необходимости квалификации действий подсудимого по ч. 1 ст. 105 УК РФ, не были очевидцами происходящего в жилище и не наблюдали момент нанесения ФИО1 ножевых ранений Пт

Никто из имеющихся по делу свидетелей не видел момента нанесения ФИО1 ножевых ранений Пт в область задней поверхности грудной клетки (спины). Сам подсудимый поясняет, что не помнит того, каким образом причинил потерпевшему эти повреждения. Невозможность установления обстоятельств образования у Пт ножевых ранений на спине, не ставит под сомнение вывод суда об их причинении потерпевшему именно подсудимым, поскольку этот факт признает сам ФИО1, а из исследованных судом доказательств следует вывод, что кроме подсудимого этого больше никто сделать не мог.

Согласно положениям ст. 14 УПК РФ бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подсудимого, лежит на стороне обвинения; все сомнения в виновности подсудимого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном уголовно-процессуальным кодексом, толкуются в пользу подсудимого; обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Однако, как видно из приведенного анализа доказательств, стороной обвинения не опровергнуты доводы ФИО1 о том, что активные действия потерпевшего, направленные на выдворение подсудимого из его жилища, не прекращались на момент причинения Пт ножевых ранений в спину.

Одно лишь предположение стороны обвинения, основанное на количестве и локализации телесных повреждений на задней поверхности грудной клетки Пт, не может являться обстоятельством исключающим наличие состояния обороны у ФИО1

Толкуя неустранимые сомнения, касающиеся предъявленного обвинения в убийстве, в пользу подсудимого, суд из указанных обстоятельств усматривает, что ножевые ранения Пт подсудимым нанесены после нападения потерпевшего, в момент, когда ФИО1 пытался освободиться от захвата Пт Нанесение ударов ножом ФИО1 прекратил сразу после того, как Пт его отпустил, то есть по окончанию противоправного посягательства со стороны потерпевшего. Следовательно, на момент нанесения повреждений потерпевшему в спину у ФИО1 в применении мер защиты не отпала необходимость, поскольку сохранялось наличие реальной угрозы посягательства – избиения подсудимого потерпевшим, Св2 и Св3, что осознавалось оборонявшимся лицом.

Указанные обстоятельства нанесения ножевых ранений Пт установлены из показаний Св2, который видел нанесение первого удара ножом в живот, и Св3, который видел последний удар в живот, после чего потерпевший упал, и ФИО1 больше Пт никаких ударов не наносил. Из чего следует, что все остальные телесные повреждения были причинены подсудимым потерпевшему в промежутке между ударами ножом, которые видели, соответственно, Св2 и Св3, при этом во время нанесения данных ударов Пт свои активные действия по нападению на ФИО1 не прекращал, поскольку на момент последнего удара подсудимый еще удерживался потерпевшим руками за шею.

Данные обстоятельства нанесения ФИО1 ножевых ранений потерпевшему нашли свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства и не были опровергнуты стороной обвинения.

Таким образом, установленные обстоятельства дела, когда подсудимый, находясь у себя в жилище, увидев в окно прибежавших Пт, Св2, Св3 и обоснованно сделав вывод о том, что его намерены избить трое агрессивно настроенных мужчин, находящихся в состоянии алкогольного опьянения, после того как взял нож, не пытался применить его к кому-либо, в том числе и к потерпевшему, лишь демонтировал оружие окружающим, тогда как, именно Пт первый напал на сидящего ФИО1, свидетельствуют о том, что последний находился в состоянии необходимой обороны, но превысил ее пределы, прибегнув к защите от посягательства со стороны потерпевшего такими средствами, применением которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства со стороны Пт, и без необходимости причинил смерть нападавшему.

Нанесение Пт подсудимому удара ногой, попытка удара рукой, захват и выталкивание из дома не были сопряжены с насилием, поскольку не причинили какого-либо вреда здоровью или физической боли ФИО1, но они достоверно свидетельствовали о готовности посягающего лица реализовать свои намерения и перейти к избиению подсудимого, если тот, не будет защищаться. У обороняющегося ФИО1 имелись все основания для вывода о том, что имеет место реальная угроза посягательства: агрессивные действия Пт, наличие на улице Св2 и Св3, прибывших вместе с Пт по просьбе Св1, пренебрежение Св2 и Пт правом на неприкосновенность жилища. Все это свидетельствует о том, что ФИО1 находился в состоянии обороны.

Вместе с тем, обороняясь, ФИО1 совершил преступление, поскольку осознавал, что Пт, Св2 и Св3 не могут причинить ему тяжкий вред здоровью либо смерть. Таких намерений никто в адрес подсудимого не высказывал, потерпевший вооружен не был. Посягательство Пт для ФИО1, который заранее вооружился для его предотвращения, было ожидаемым, подсудимый мог за время с момента звонка Св1 и до прибытия Пт и остальных лиц объективно оценить степень и характер опасности возможного нападения. В результате действий Пт, Св2 и Св3 ФИО1 могли быть причинены только побои, легкий или средней тяжести вред здоровью. Оснований полагать о возможности наступления в результате нападения потерпевшего более тяжких последствий у ФИО1 не было, следовательно, он действовал при превышении пределов необходимой обороны.

Способ совершенного ФИО1 преступления, целенаправленный характер действий подсудимого, избранное им орудие для обороны – нож, обладающий повышенной поражающей способностью, механизм причинения – нанесение ударов со значительной силой, подтвержденной заключением эксперта о проникающем характере причиненных повреждений, количество нанесенных ножевых ранений и их локализация, свидетельствуют об умысле подсудимого на причинение смерти Пт в ходе защиты от посягательства потерпевшего. ФИО1 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти Пт и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом. Между действиями ФИО1 и наступившими последствиями – наступлением смерти потерпевшего Пт имеется прямая причинная связь.

Вопреки мнению стороны обвинения, отсутствие со стороны ФИО1 действий по вызову сотрудников полиции, обращению за помощью к третьим лицам, а также факт того, что подсудимый, имея к тому возможность, не убежал до прибытия потерпевшего, не исключают наличие у ФИО1 состояния обороны. В силу положений ст. 22 Конституции Российской Федерации и ст. 37 УК РФ ФИО1 имел право на защиту своей личной неприкосновенности любым доступным ему способом, достаточным и необходимым для предотвращения или пресечения общественно опасного посягательства Пт Поскольку же, судом установлено, что ФИО1 избрал способы и средства, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства Пт, и без необходимости умышленно причинил посягавшему смерть, подсудимым было допущено превышение пределов необходимой обороны.

Суд не находит оснований для квалификации действий подсудимого по ст. 107 УК РФ. В судебном заседании установлено, что ФИО1 осознавал происходящее, действовал последовательно и целенаправленно, после совершенного преступления адекватно соотносил свои действия с объективными требованиями ситуации, что свидетельствует об отсутствии признаков аффективного состояния.

Согласно выводам эксперта-психолога, изложенным в заключении комплексной психолого-психиатрической экспертизы № от **/**/****, психологический анализ материалов уголовного дела и данные целенаправленной ретроспективной беседы позволяют сделать вывод о том, что ФИО1 в момент правонарушения не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение. Об этом свидетельствует отсутствие специфической, для физиологического аффекта и состояний, приравненных к нему, динамики фаз эмоциональных реакций. В частности, отсутствует фаза постаффективного психического и физического истощения, не отмечалось выраженных резких изменений сознания, не отмечалось спада психической активности. Кроме того, его эмоциональное возбуждение возникло на фоне алкогольного опьянения, что исключает квалификацию аффекта или иного эмоционального состояния, способных оказать существенное влияние на сознание и деятельность подэкспертного, т.к. поведение в таком случае регулируется изменениями в психической деятельности под воздействием алкоголя. Физиологический аффект и состояния, приравненные к нему, возникают на основе естественных нейродинамических процессов (т. 2 л.д. 62-68).

При изложенных обстоятельствах, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 108 УК РФ, как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, что не выходит за рамки предъявленного обвинения и, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 252 УПК РФ, не ухудшает положение подсудимого, не нарушает его право на защиту.

Разрешая вопрос о психическом состоянии подсудимого, суд принимает во внимание заключение судебной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы № от **/**/****, согласно которому у ФИО1 выявляется ~~~. Об этом свидетельствуют данные анамнеза, материалов уголовного дела: наследственность, отягощенная пьянством родителей, наличие в детстве гипердинамического синдрома (двигательная расторможенность, неусидчивость) и пароксизмальных эквивалентов в форме сноговорения, что свидетельствует о наличии минимальной мозговой дисфункции, перенесенный в 5-ти летнем возрасте испуг с последующим логоневрозом, задержка психического развития в детстве с последующей слабой школьной успеваемостью с дублированием классов и обучением по коррекционной программе, присущая ему эмоционально¬волевая неустойчивость (малообщительность, вспыльчивость, повышенная раздражительность, импульсивность) с асоциальным поведением (дисциплинарные нарушения, склонность к совершению преступлений) с постановкой на учёт в ИДН; систематическое злоупотребление спиртными напитками, со снижением количественного и ситуационного контроля, с признаками психической и физической зависимости от спиртного, наличием синдрома отмены (абстинентный синдром), заострение личностных особенностей на фоне алкоголизации, низкая социальная адаптация. Данное заключение подтверждается результатами настоящего клинического психолого-психиатрического обследования, выявившее у подэкспертного на фоне резидуально-органической неврологической микросимптоматики нерезкое снижение когнитивных функций по органическому типу, преимущественно алкогольную направленность интересов, наличие зависимости от спиртного и эмоционально-волевую неустойчивость. Однако, имеющиеся у подэкспертного изменения психики выражены не резко, не сопровождается выраженными мнестико-интеллектуальными и эмоционально-волевыми расстройствами, бредом, галлюцинациями, нарушениями критических и прогностических способностей. Кроме того, как видно из материалов уголовного дела в сопоставлении с данными настоящего клинического психолого-психиатрического исследования в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он также не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения, о чём свидетельствует факт употребления им алкоголя, последовательность и целенаправленность его действий с учётом конкретной ситуации, отсутствие в его поведении и высказываниях признаков расстроенного сознания, бреда, галлюцинаций и иной психотической симптоматики, он ориентировался в окружающем, лицах, поддерживал адекватный речевой контакт, сохранил воспоминания о произошедшем. Следовательно, в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, ФИО1 мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может принимать участие в судебно-следственных действиях. В принудительном лечении в настоящее время по своему психическому состоянию он не нуждается, так как не представляет социальной опасности для себя, либо других лиц, либо для причинения им иного существенного вреда. Как лицо, страдающее алкогольной зависимостью средней стадии, подэкспертный нуждается в лечении и медико-социальной реабилитации, которые ему не противопоказаны (т. 2 л.д. 62-68).

Суд доверяет заключению экспертов, экспертиза проведена высококвалифицированными специалистами, выводы которых мотивированы, обстоятельств, позволяющих поставить их под сомнение, не установлено. Подсудимый адекватно вел себя в судебном заседании, отвечал на вопросы, правильно ориентировался в окружающей обстановке. Суд полагает, что преступление ФИО1 совершено вне какого-либо расстройства психической деятельности, в силу чего, в отношении инкриминируемого деяния его следует считать вменяемым, подлежащим уголовной ответственности за совершенное преступление.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ учитывает признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, его состояние здоровья и молодой возраст.

Суд не может согласиться с позицией стороны защиты относительно того, что в действиях ФИО1 наличествует смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ. По мнению защитника, поведение Пт, являлось противоправным и послужило поводом для совершения в ее отношении преступления, что должно быть учтено судом как самостоятельное смягчающее обстоятельство. Безусловно, поведение Пт: проникновение в чужое жилище, нападение на подсудимого, нанесение последнему ударов, носило явно выраженный противоправный характер и, действительно, явилось поводом для совершения преступления, однако оно не может быть признано самостоятельным смягчающим обстоятельством, поскольку является элементом состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, а, следовательно, двойному учету подлежать не может.

Кроме того, согласно п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от **/**/**** N 58 (ред. от **/**/****) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом "и" части 1 статьи 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления (например, указало место нахождения орудий преступления, иных предметов и документов, которые могут служить средствами обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела).

Следовательно, активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, если лицо представило органам следствия информацию о совершенном с его участием преступлении, ранее им не известную. Мотивы, побудившие лицо активно способствовать раскрытию и расследованию преступлений, не имеют правового значения.

Как видно из материалов дела, ФИО1 никакой информации о совершенном им преступлении, которая не была бы известна органам следствия из других источников (показаний свидетелей Св2 и Св3) не сообщал, а обстоятельства причинения ножевых ранений потерпевшему в спину, о которых пояснял подсудимый, оказались не соответствующими действительности.

Таким образом, вопреки мнению защитника и государственного обвинителя, ФИО1 только признавал свою вину в совершении преступления и сообщал информацию уже известную органам предварительного следствия, что не может расцениваться как активное способствование подсудимого в расследовании уголовного дела.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

ФИО1 совершил преступление, будучи в состоянии алкогольного опьянения. Согласно положениям п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от **/**/**** N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания" следует, что в соответствии с частью 1.1 статьи 63 УК РФ само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является единственным и достаточным основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. Учитывая, что при рассмотрении уголовного дела судом не было установлено того, что состояния опьянения оказало существенное влияние при совершении преступления на поведение подсудимого, формирование которого, в первую очередь, было обусловлено действиями потерпевшего, суд не находит оснований для признания такого отягчающего наказание подсудимого обстоятельства, как совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Согласно ч. 2 ст. 15 УК РФ совершенное подсудимым преступление относится к категории небольшой тяжести, направлено против личности, что учитывается судом при определении характера общественной опасности преступления.

В числе данных о личности подсудимого суд учитывает, что участковым уполномоченным полиции ФИО1 характеризуется удовлетворительно (т. 2 л.д. 92), а допрошенными по делу свидетелями – в большей мере положительно.

Определяя вид наказания, суд исходит из санкции ч. 1 ст. 108 УК РФ, предусматривающей альтернативные виды наказаний, и учитывает положения ч. 1 ст. 56 УК РФ, из которых следует, что ФИО1 не может быть назначено наказание в виде лишения свободы, так как он впервые совершил преступление небольшой тяжести и в его действиях отсутствуют отягчающие обстоятельства, полагает необходимым, исходя из принципа социальной справедливости, в целях исправления виновного и предупреждения совершения новых преступлений, назначить подсудимому за совершение данного преступления наказание в виде ограничения свободы.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, позволяющих назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрено санкцией статьи, не установлено, в силу чего не имеется оснований для применения ст. 64 УК РФ.

При определении срока наказания суд исходит из санкции статьи, предусматривающей ответственность за содеянное, учитывает конкретные обстоятельства преступления, совокупность смягчающих обстоятельств.

В целях исполнения приговора суд считает необходимым меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменить с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении, после чего - отменить.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по Иркутскому району СУ СК России по Иркутской области:

- 5 ножей, изъятые в ходе осмотра места происшествия **/**/****; кроссовки черно-красно-белого цвета, джинсы синего цвета, кофту черно-белого цвета, сотовый телефон марки Samsung LaFleur в корпусе белого цвета, изъятые у ФИО1 в ходе выемки **/**/****, в соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ - передать законным владельцам по принадлежности;

- смыв с бочки, изъятый в ходе осмотра места происшествия **/**/****; куртку Пт, изъятую с трупа Пт в ходе осмотра места происшествия **/**/****; отрезок ленты скотч размером 40*73 мм, изъятый в ходе осмотра места происшествия **/**/****; образец крови и слюны, изъятые в ходе получения образцов для сравнительного исследования **/**/**** у ФИО1; образец крови с трупа Пт, изъятый в ходе выемки **/**/****; кожные лоскуты с трупа Пт, изъятые в ходе выемки **/**/****, на основании п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ – уничтожить;

- детализацию звонков ФИО1 за период с **/**/**** по **/**/****, полученную в ходе осмотра предметов **/**/**** – в силу п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 года 10 месяцев ограничения свободы.

На период исполнения назначенного наказания установить ФИО1 следующие ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования по месту жительства, и возложить обязанность: четыре раза в месяц являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию, без согласия которой не менять постоянного места жительства.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ засчитать в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей с **/**/**** до **/**/**** из расчета один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы.

Меру пресечения ФИО1 – заключение под стражу изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении, которую по вступлении приговора в законную силу отменить. ФИО1 освободить из-под стражи немедленно в зале суда.

Контроль за поведением ФИО1 возложить на филиал ФКУ УИИ ГУФСИН России по Иркутской области по месту жительства осужденного.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств следственного отдела по Иркутскому району СУ СК России по Иркутской области:

- 5 ножей, изъятые в ходе осмотра места происшествия **/**/****, кроссовки черно-красно-белого цвета, джинсы синего цвета, кофту черно-белого цвета, сотовый телефон марки Samsung LaFleur в корпусе белого цвета, изъятые у ФИО1 в ходе выемки **/**/****, в соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ - передать законным владельцам по принадлежности;

- смыв с бочки, куртку Пт, отрезок ленты скотч размером 40*73 мм, изъятые в ходе осмотра места происшествия **/**/****, образец крови и слюны, изъятые в ходе получения образцов для сравнительного исследования **/**/**** у ФИО1, образец крови с трупа Пт, изъятый в ходе выемки **/**/****, кожные лоскуты с трупа Пт, изъятые в ходе выемки **/**/****, на основании п. 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ – уничтожить;

- детализацию звонков ФИО1 за период с **/**/**** по **/**/****, полученную в ходе осмотра предметов **/**/**** – в силу п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Приговор может быть обжалован в Иркутский областной суд в течение десяти суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционных жалоб, представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий А.С. Слепцов