Решение № 2-563/2019 2-563/2019~М-504/2019 М-504/2019 от 7 июля 2019 г. по делу № 2-563/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июля 2019 года город Тула

Зареченский районный суд города Тулы в составе:

председательствующего Алехиной И.Н.,

при секретаре Керимовой Е.А.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО4 представителя ответчика по доверенности ФИО8, третьего лица ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-563/2019 по иску акционерного общества «Тулгорводоканал» к ФИО7 о признании мнимой сделки недействительной и применении последствий недействительности сделок

установил:

акционерное общество Тулгорводоканал» обратилось в суд с иском к ФИО7 о признании мнимой сделки недействительной и применении последствий недействительности сделок, указав в обоснование своих требований на то, что решением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ с ФИО7 в пользу АО «Тулагорводоканал» взысканы денежные средства в размере 5 466 699 руб. 48 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 35 533 руб.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 К.Ю. и ФИО7 был заключен договор купли-продажи транспортного средства Мерседес-Бенц, <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ заключен договор дарения земельного участка и здания, расположенные по адресу: <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО1 заключен договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ОСП Зареченского района г. Тулы УФССП России по Тульской области возбуждено исполнительное производство № в отношении ФИО7, в рамках которого установлено, что у должника отсутствует движимое и недвижимое имущество в собственности, официальный доход и денежные средства в банках. ФИО7 после рассмотрения дела по иску АО «Тулагорводоканал» к ФИО7 о взыскании денежных средств, в процессе его обжалования намеренно реализовал принадлежащее ему имущество, тем самым воспрепятствовал действиям ОСП Зареченского района г. Тулы по полному, своевременному исполнению решения суда. Истец имел право на получение возмещения за счет данного имущества. Таким образом, вышеуказанные сделки являются ничтожными (мнимыми), поскольку были совершены без намерения создать соответствующие юридические последствия, с целью избежать возможного обращения взыскания на принадлежащее должнику имущество. Просит признать договор купли-продажи транспортного средства Мерседес-Бенц, <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО7 К.Ю., договор дарения земельного участка и здания, расположенных по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО7 К.Ю., договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО1, ничтожными и в соответствии с п.2 ст. 166 ГК РФ применить последствия недействительности сделок к указанным выше договорам, путем регистрации указанного имущества за ФИО7

В судебном заседании представитель АО «Тулагорводоканал» по доверенности ФИО4 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просила их удовлетворить в полном объеме. При этом пояснила, что соглашение о разделе общего имущества супругов не соответствует нормам действующего законодательства и не может быть принято в качестве доказательства по данному делу, поскольку отчуждение спорного имущества, на которое было возможно обращения взыскания по исполнительному производству произошло после вынесения решения суда о взыскании задолженности, образовавшейся в результате самовольного подключения и пользования системами водоотведения от ДД.ММ.ГГГГ. Дополнительное соглашение б/н от ДД.ММ.ГГГГ., представленное ФИО7 В.Г., в качестве доказательства того, что она в силу подписанного соглашения о разделе общего имущества супругов, перевела на себя кредиты, открытые на имя ФИО7 не является надлежащим доказательством того, что денежные средства, полученные от продажи спорного имущества, были внесены в счет погашения имеющейся задолженности перед банком. Не проживая совместно с ответчиком с ДД.ММ.ГГГГ., подав заявление на развод, ФИО7 В.Г. подписывает дополнительное соглашение с банком, согласно которому безотзывно поручает Банку списывать в безакцепном порядке с ее расчетного счета открытого в Банке денежные средства по требованию ФИО7, что свидетельствует о том, что отношения между супругами, даже после развода, остались семейными. ФИО7 зная, что в отношении него вынесено судебное решение о взыскании задолженности, образовавшейся в результате самовольного подключения и пользования системами водоотведения, намерено реализовал, принадлежащее ему имущество, что в свою очередь свидетельствуют о том, что ответчик совершил сделки, лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, что влечет признание данных сделок ничтожными.

В судебное заседание ответчик ФИО7 не явился, о дне, месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил в суд письменные возражения, в которых указал, что предметом иска является требование истца о признании сделок недействительными (ничтожными), так как они являются мнимыми, поскольку совершены между близкими лицами, лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Спорное имущество было приобретено в период брака с ФИО7 В.Г., которая выдала согласие на его отчуждение. Все договоры содержат все существенные условия для данного вида сделок и не противоречит нормам глав 28, 30 ГК РФ. Сделки фактически были исполнены, спорное имущество реально передано покупателю и одаряемому. Они несут бремя содержания перешедшего к ним имущества, оплачивают все необходимые налоги. Он как бывший собственник за имуществом не осуществляет никакого контроля. Заключение договоров было направлено на достижение определенного правового результата, предусмотренного договором купли-продажи, дарения. Считал, что истец не представил обстоятельств мнимости спорных сделок, наличия между сторонами сделок иных правоотношений, свидетельствующих об их ничтожности, фактов недобросовестного поведения сторон договоров купли-продажи, дарения, намеренный вывод автомобиля, земельных участков, нежилого здания из его собственности или какие-либо иные умышленные действия, совместную направленность действий на совершение сделок без намерения создать соответствующие им правовые последствия.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО7 по доверенности ФИО8 возражала против исковых требований истца, поскольку из материалов дела мнимости и притворности не усматривается, все совершенные сделки были направлены на достижение определенного правового результата, предусмотренного договором купли-продажи, дарения, ответчиком совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права собственности, действительная воля сторон договоров была направлена на создание данных правовых последствий, условия, определенные сторонами в договоре, исполнены ими, переход права собственности от одного собственника к другому произошел, новые собственники пользуются данным имуществом. ФИО1 осваивает земельный участок, его электрифицировала, получила разрешение на строительство, имеет проектную документацию, намерена построить дом и жить там с ребенком. ФИО17 пользуется автомобилем. Супружеские отношения между ФИО7 и ФИО7 В.Г. прекратились в ДД.ММ.ГГГГ, после чего стороны заключили соглашение о разделе совместно нажитого имущества, которое было составлено до вынесения решения суда. Денежные средства от продажи земельного участка получила <данные изъяты> ФИО7 В.Г. согласно соглашению о разделе совместно нажитого имущества и на нее была возложена обязанность по погашению кредитных обязательств ее доверителя. Кредитные обязательства ею оплачиваются. То, что денежные средства от продажи земельного участка единовременно не были внесены ФИО7 В.Г. в счет погашения кредита не является доказательством, что сделка не была совершена и денежные средства не были ею получены. Кредитные договоры долгосрочные и графики выполняются. Считает, что невозможно признать мнимой ту сделку, которая была реально исполнена. Просила суд в иске истцу отказать, поскольку истец не представил обстоятельств мнимости спорных сделок, наличия между сторонами сделок иных правоотношений, свидетельствующих об их ничтожности, а именно, фактов недобросовестного поведения сторон договоров купли-продажи, дарения, намеренный вывод спорного имущества из собственности ФИО7

В судебное заседание третье лицо ФИО7 В.Н. не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом, ранее в судебном заседании пояснила, что отношения с ФИО7 испортились в ДД.ММ.ГГГГ года. С этого периода времени супружеские отношения между ними не поддерживались. О том, что у ФИО7 имеется долг перед АО «Тулагорводоканал» она не знала, никаких повесток и писем не получала. После прекращения семейных отношений, она продолжает проживать по адресу: Тула, <адрес>. Между ней и ФИО7 еще до вынесения решения суда от ДД.ММ.ГГГГ было принято решение оформить все нажитое в период их брака имущество на детей. ФИО1 была замужем, купила земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, на котором собирается строить дом. Второй дочери ФИО17 они решили подарить земельный участок и здание, расположенные по адресу: <адрес>, и продать транспортное средство МЕРСЕДЕС-БЕНЦ <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ было заключено соглашение о разделе общего имущества супругов, по условиям которого в собственности ФИО7 остался уставной капитал в <данные изъяты> Делю Ю.Н. в течение двух месяцев со дня подписания данного соглашения обязался продать их дочери ФИО1 земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, а дочери ФИО17 продать транспортное средство Мерседес-Бенц, <данные изъяты> и подарить земельный участок с кадастровым номером №, и расположенное на нем нежилое здание с кадастровым номером №, которые находятся по адресу: <адрес>. От продажи земельного участка с кадастровым номером № и транспортного средства Мерседес-Бенц, <данные изъяты> она получает денежные средства, которые должна внести в счет погашения кредитных обязательств ФИО7 перед <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ она выдала согласие ФИО7 на отчуждение земельного участка с кадастровым номером №, и ДД.ММ.ГГГГ согласие на заключение договора дарения с ФИО23 земельного участка с кадастровым номером №, и расположенного на нем нежилого здания с кадастровым номером №. Денежные средства от продажи земельного участка были ею получены, и вносятся на погашение кредитов ФИО7

В судебное заседание третье лицо ФИО23. не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом, ранее в судебном заседании пояснила, что исковые требования АО «Тулагорводоканал» не признает, поскольку ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО7 был заключен договор купли-продажи транспортного средства Мерседес-Бенц, <данные изъяты>, регистрационный знак №, стоимостью 2 000 000 руб. Данный автомобиль находился в залоге у банка. Она заплатила денежные средства в указанном размере, в настоящее время пользуется данным автомобилем. ДД.ММ.ГГГГ между ней и отцом ФИО7 был заключен договор дарения земельного участка и здания, расположенных по адресу: <адрес>. Данное помещение находится в обременении у <данные изъяты> и физических лиц, которые состоят на регистрационном учете и проживают по указанному адресу. Она пользуется данным имуществом.

Третье лицо ФИО1 в судебном заседании исковые требования истца не признала, при этом пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО7 был заключен договор купли-продажи земельного участка, с кадастровым номером №, площадью 853 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, стоимостью 970 000 руб. Право собственности перешло к ней. Она земельный участок осваивает, провела свет, воду, получила разрешение на строительство, планирует построить дом и жить там с ребенком.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в их отсутствии.

Представитель третьего лица ОСП Зареченского района г. Тулы УФССП России по Тульской области в судебное заседание не явился о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, причин неявки суду не сообщил, об отложении разбирательства дела либо о рассмотрении дела в свое отсутствие не просил.

Суд счел возможным рассмотреть дело в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав стороны, допросив свидетеля, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (п. 1 ст. 34 СК РФ). Оно признается таковым независимо от того, на имя кого из супругов оформлена вещь либо кем из супругов внесены денежные средства в счет ее оплаты (п. 2 ст. 34 СК РФ).

В силу пункта 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, в период брака между супругами ФИО7 было нажито следующее имущество:

- земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации индивидуального жилого дома с надворными постройками, площадью 853 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>,

- земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административно-деловой обслуживающий комплекс с жилыми помещениями, общей площадью 867 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>.

- нежилое здание с кадастровым номером №, общей площадью 771,9 кв.м., количество этажей 3, в том числе подземных 0, расположенное по адресу: <адрес>,

- транспортное средство Мерседес-Бенц, <данные изъяты>,

-уставной капитал в <данные изъяты>».

Спорные объекты недвижимости являлись совместно нажитым имуществом и до момента заключения соглашения о разделе общего имущества супругов, право собственности на <данные изъяты> долю на эти объекты в силу закона принадлежало ФИО7

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО7 В.Г. заключено соглашение о разделе общего имущества супругов, по условиям которого все имущество делится между супругами следующим образом: в собственности супруга ФИО7 остается уставной капитал в <данные изъяты> который в течение двух месяцев со дня подписания данного соглашения продает ФИО1 земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации индивидуального жилого дома с надворными постройками, площадью 853 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, продает ФИО23 транспортное средство Мерседес-Бенц, <данные изъяты> и дарит ей земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административно-деловой обслуживающий комплекс с жилыми помещениями, общей площадью 867 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> расположенное на нем нежилое здание с кадастровым номером №, общей площадью 771,9 кв.м., количество этажей 3.

Супруга ФИО7 В.Г. получает денежные средства от продажи земельного участка с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации индивидуального жилого дома с надворными постройками, площадью 853 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> транспортного средства Мерседес-Бенц, <данные изъяты>, которые вносит в счет погашения кредитных обязательств супруга ФИО7 перед <данные изъяты>

К моменту заключения соглашения нежилое здание кадастровым номером №, общей площадью 771,9 кв.м., количество этажей 3, расположенное по адресу: <адрес> находится в обременении у <данные изъяты> по договору аренды недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, а также физических лиц, которые состоят на регистрационном учете и фактически проживают по указанному адресу, что подтверждается выпиской из домовой книги. Транспортное средство Мерседес-Бенц, <данные изъяты> находится в залоге у <данные изъяты> на основании кредитного договора.

После подписания данного соглашения супруг ФИО7 сохраняет свое право регистрации и проживания по адресу: <адрес>.

В соответствии с нормами семейного законодательства изменение правового режима общего имущества супругов возможно на основании: заключенного между ними брачного договора (ст. ст. 41, 42 Семейного кодекса Российской Федерации); соглашения о разделе имущества (п. 2 ст. 38 Семейного кодекса Российской Федерации); соглашения о признании имущества одного из супругов общей совместной или общей долевой собственностью (ст. 37 Семейного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, изменение режима общей совместной собственности имущества на основании любого соглашения (договора), а также заключение соглашения о признании имущества одного из супругов общей совместной или общей долевой собственностью не противоречит нормам семейного и гражданского законодательства.

Однако, оценивая данное соглашение, суд приходит к выводу, что оно не соответствует требованиям ч. 2 ст. 38 СК РФ, поскольку нотариально не удостоверено, в связи с чем, не может быть признано допустимым, достоверным и достаточным доказательством того, что между сторонами достигнуто соглашение о разделе совместно нажитого имущества.

Как следует из ст. 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Договор дарения (в данном случае реальный договор) считается заключенный с момента непосредственной передачи дарителем вещи во владение, пользование и распоряжение одаряемого. В соответствии с п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 В.Г. выдала согласие супругу ФИО7 на отчуждение земельного участка с кадастровым номером № категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации индивидуального жилого дома с надворными постройками, площадью 853 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ согласие на заключение договора дарения с ФИО23. земельного участка с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административно-деловой обслуживающий комплекс с жилыми помещениями, общей площадью 867 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> расположенного на нем нежилого здания с кадастровым номером №, общей площадью 771,9 кв.м., количество этажей 3, тем самым выразила свою волю на отчуждение указанных объектов в пользу детей.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО23 и ФИО7 был заключен договор купли-продажи транспортного средства Мерседес-Бенц, GLC 250D 4MATIC, 2016 года выпуска, регистрационный знак <***>, стоимостью 2 000 000 руб. При этом согласия ФИО7 В.Г. на отчуждение транспортного средства в материалах дела не имеется, что является недопустимым.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО1 заключен договор купли-продажи земельного участка, с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации индивидуального жилого дома с надворными постройками, площадью 853 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, стоимостью 970 000 руб. Право собственности зарегистрировано, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Из пункта 3 вышеуказанного договора следует, что сумма в размере 970 000 руб. уплачена продавцом покупателю.

В то же время, из расписки от ДД.ММ.ГГГГ, представленном ФИО7 В.Г. следует, что денежные средства в размере 970 000 руб. за проданный земельный участок с кадастровым номером № передала ей ФИО1

Вышеизложенное свидетельствует о наличии существенных противоречий в сообщенных суду фактических обстоятельствах передачи денежных средств по договору купли-продажи земельного участка, с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации индивидуального жилого дома с надворными постройками, площадью 853 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, что в своей совокупности позволяет суду сделать вывод о том, что расписка была составлена ФИО7 В.Г. без реального получения денежных средств от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО23. и ФИО7 заключен договор дарения земельного участка и здания, расположенных по адресу: <адрес>.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указывает на то, что договоры купли-продажи и дарения, заключенные между ФИО7 и его дочерями являются ничтожными в силу ст. 170 ГК РФ, так как данные сделки были совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания по требованию кредитора, в данном случае истца по делу.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из анализа п. 1 ст. 170 ГК РФ следует, что существенными чертами мнимой сделки являются следующие: стороны совершают эту сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; по мнимой сделке стороны преследуют иные цели, нежели предусмотрены в договоре. Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались, правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 86 постановления от 23.06.2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса РФ" мнимая сделка, это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что решением <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ с ФИО7 в пользу АО «Тулагорводоканал» взысканы денежные средства в размере 5 466 699 руб. 48 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 35 533 руб.

ДД.ММ.ГГГГ ОСП Зареченского района г. Тулы УФССП России по Тульской области возбуждено исполнительное производство № в отношении ФИО7, в рамках которого установлено, что у должника отсутствует движимое и недвижимое имущество в собственности, а также официальный доход и денежные средства в банках. Вышеуказанное решение не исполнено до настоящего времени.

Ответчик ФИО7 является должником в рамках исполнительного производства, задолженность по которому им не погашена.

Задолженность по названному исполнительному производству носит существенный и значительный характер. Никаких реальных источников денежных средств, достаточных для полного погашения задолженности по исполнительному производству, в рамках исполнительного производства ФИО7 не сообщено.

Оспариваемые договоры заключены после постановления указанного выше решения, то есть в период, когда ответчику было известно об обязательствах перед АО «Тулагорводоканал», которые им не исполнены.

Таким образом, ответчик, после постановления решения по гражданскому делу № по иску акционерного общества «Тулагорводоканал» к ФИО7 о взыскании денежных средств, в период его обжалования, не располагая необходимыми для исполнения решения суда финансовыми средствами, тем не менее, распорядился принадлежащей ему долей в имуществе путем заключения возмездных и безвозмездной сделок с дочерями.

Оценивая направленность волеизъявления ответчика при заключении договоров дарения, купли-продажи суд расценивает данные действия как злоупотребление правом, поскольку характер и последовательность действий участников сделок свидетельствуют об их мнимости, действия ответчика были направлены не на распоряжение имуществом, а на его укрытие от обращения на него взыскания в рамках возбужденного в последующем исполнительного производства, по которому ответчик ФИО7 является должником, о чем свидетельствует близкое родство участников сделки, совершение сделки именно после вынесения решения.

Доводы третьего лица ФИО7 В.Г. о том, что они с ФИО7, после того, как перестали поддерживать супружеские отношения с ДД.ММ.ГГГГ, приняли решение передать все нажитое в период брака имущество детям не свидетельствует о действительности заключенных сделок, которые могли быть совершены не после вынесения решения по гражданскому делу о взыскании с ФИО7 задолженности в пользу АО «Тулагорводоканал», образовавшейся в результате самовольного подключения и пользования системами водоотведения, а ранее, в том числе до возбуждения данного гражданского дела.

В судебном заседании свидетель ФИО6 показал, что у него офис находится по адресу: <адрес>, он часто видится с ответчиком, видел, что ответчик с бывшей супругой не живут вместе более двух лет, знает о том, что у ответчика были проблемы с АО «Тулагорводоканал».

Оценивая показания данного свидетеля, суд приходит к выводу о том, что они не свидетельствуют о действительной воли ответчика, при заключении указанных выше сделок, направленной на достижение определенного правового результата, предусмотренного договорами купли-продажи, дарения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при заключении спорных сделок ФИО7 преследовал именно цель, ограничить истца, как кредитора, на удовлетворение его требований по взысканию образовавшейся задолженности за счет реализации данного имущества.

Доводы ответчика о том, что истец не представил в суд доказательств мнимости сделок, предусмотренные ст. 170 п. 1 ГК РФ, а именно, что стороны не намеревались создать правовые последствия заключаемых сделок, фактически их не исполняли, и исполнять их намерений не имели, по мнению суда, являются несостоятельными, поскольку для признания сделки не соответствующей требованиям закона достаточно злоупотребления правом хотя бы одной стороны сделки.

Частью 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25, добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи, с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В настоящем случае ФИО7, зная о своей обязанности по уплате задолженности в пользу АО «Тулагорводоканал», образовавшейся в результате самовольного подключения и пользования системами водоотведения, и принудительном взыскании ее в будущем, злоупотребил правами собственника, совершив действия, направленные на передачу имеющегося у него имущества близким родственникам, не располагая иным имуществом, за счет которого данная задолженность могла бы быть погашена в полном объеме, при этом не мог не осознавать, что его действия, направленные на отчуждение принадлежащей ему доли имущества путем совершения договора дарения, купли-продаж приведут к невозможности удовлетворения требований кредитора из стоимости указанного имущества.

Таким образом, в настоящем случае имеет место сознательное фактическое уклонение ФИО7 от погашения денежных средств по исполнительному производству.

Как указано в постановлении Европейского Суда по правам человека от 07 мая 2002 года по делу "Бурдов против России", "право на суд", одним из аспектов которого является право на доступ к правосудию, было бы иллюзорным, если бы правовая система государства - участника Европейской Конвенции допускала, чтобы судебное решение, вступившее в законную силу и обязательное к исполнению, оставалось недействующим в отношении одной из сторон в ущерб ее интересам (п. 34). Тем самым, всемерная реализация и исполнение вступившего в законную силу судебного решения, принятого судом, должно рассматриваться как составляющая судебного разбирательства, а неисполнение судебного постановления представляет собой форму проявления явного неуважения к суду (ст. 13 ГПК РФ) и злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ, ст. 35 ГПК РФ).

Намеренное неисполнение должником судебного решения в условиях предварительного сознательного отчуждения должником в пользу его близких родственников дорогостоящего имущества, осуществленного после наступления срока исполнения обязательства перед кредитором и возникновения в силу такого обязательства значительной суммы задолженности - целям и задачам судопроизводства по гражданским делам (ст. 2 ГПК РФ) заведомо не отвечает и является согласно закону явно недопустимым, так как по своей правовой природе направлено именно на отрицание законной силы решения суда и имеет целью исключить саму возможность его исполнения и подлинной реализации ради искусственного умаления прав и законных интересов, восстановленных этим судебным решением, указывая на совершение сделки с нарушением требований закона (ст. 1, 10 ГК РФ) и на мнимость соответствующей сделки по отчуждению такого имущества (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

При заключении спорных сделок ФИО7 преследовал именно цель, ограничить истца, как кредитора, на удовлетворение его требований по взысканию образовавшейся задолженности за счет реализации данного имущества.

При помощи заключенных сделок земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации индивидуального жилого дома с надворными постройками, площадью 853 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административно-деловой обслуживающий комплекс с жилыми помещениями, общей площадью 867 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, нежилое здание с кадастровым номером №, общей площадью 771,9 кв.м., количество этажей 3, в том числе подземных 0, расположенное по адресу: <адрес>, транспортное средство Мерседес-Бенц, <данные изъяты> были выведены из имущества, на которое могло быть обращено взыскание по долгу ФИО7, исходя из принципа добросовестности осуществления гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей, в данной ситуации ответчику следовало исполнить свое обязательство по возврату денежной суммы, взысканной судом в пользу истца, а затем распоряжаться своим имуществом.

Оценив изложенные выше доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что ответчик ФИО7 достоверно зная о наличии у него долга перед истцом, не принял мер к его возврату, продал и подарил указанное выше имущество, что свидетельствует о его недобросовестности и мнимости совершенных им сделок.

Доводы представителя ответчика о том, что решение о заключении соглашения о разделе совместно нажитого имущества было принято еще до вынесения решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, все совершенные сделки были направлены на достижение определенного правового результата, предусмотренного договором купли-продажи, дарения, ответчиком совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права собственности, действительная воля сторон договоров была направлена на создание данных правовых последствий, условия, определенные сторонами в договоре, исполнены ими, переход права собственности от одного собственника к другому произошел, новые собственники пользуются данным имуществом, что подтверждается счетом на оплату № от ДД.ММ.ГГГГ, договором № осуществления технологического присоединения к электрическим сетям, договором № <данные изъяты> о подключении (технологическом присоединении к централизованной системе холодного водоснабжения, условиями подключения, актом о подключении объекта, уведомлением о несоответствии указанных в уведомлении о планируемых строительстве от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением о безакцептном списании денежных средств с расчетного счета ФИО7 В.Г. в адрес третьих лиц к договору банковского счета от ДД.ММ.ГГГГ №, кредитными договорами, заключенными между ФИО7 и <данные изъяты>», приходными кассовыми ордерами, выпиской операций по лицевому счету по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, по мнению суда, правового значения не имеют, поскольку цель ответчика при заключении данных сделок была направлена именно на то, чтобы ограничить истца, как кредитора, на удовлетворение его требований по взысканию образовавшейся задолженности за счет реализации данного имущества.

Кроме того, здание, расположенное по адресу: <адрес> подаренное третьему лицу ФИО23 осталось в пользовании ФИО7, который по существу сохранил контроль управления им в качестве члена семьи своей дочери. Став собственником спорного имущества ФИО23. не представила в суд доказательства переоформления договоров аренды, получения от аренды денежных средств, несения бремени содержания имущества за счет собственных средств, что указывает на отсутствие реальных намерений приобрести указанное выше имущество. Приходные кассовые ордера, выписка операций по лицевому счету по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> свидетельствуют лишь о том, что в определенные моменты времени третье лицо ФИО7 В.Г. обладала определенным количеством денежных средств. Доказательств того, что вся сумма, полученная от продажи земельного участка с кадастровым номером 71:30:010601:288 была направлена на погашение, имеющегося у ответчика ФИО7 кредита не представлено. Кроме того, сам представитель ответчика в судебном заседании не отрицала, что ФИО7 В.Г. не внесла всю сумму, полученную от продажи данного земельного участка, поскольку такой обязанности соглашением о разделе имущества не предусмотрено, вносит в счет погашения ФИО3 ФИО7 определенную сумму согласно графику платежей.

Исходя из вышеприведенных норм материального закона, исследованных материалов дела, суд считает, что действия ответчика ФИО7 противоречат основным началам гражданского законодательства РФ. В силу ст. ст. 1, 10 ГК РФ злоупотребление правом, выражающееся в совершении действий в обход закона с противоправной целью (в данном случае с целью избежать возврата задолженности кредитору), извлечение преимущества из своего недобросовестного поведения, не допускается.

Истец АО «Тулагорводоканал», как лицо, не являющееся участником спорных сделок, является заинтересованным лицом, которому, в силу приведенной ст. 3 ГПК РФ в ее нормативном единстве с абзацем 2 пункта 2 ст. 166 ГК РФ предоставлено право на обращение в суд с иском о признании их недействительными, поскольку этими сделками права истца на получение исполнения по судебному решению нарушены вследствие злоупотребления правом ФИО7, тогда как действия указанного ответчика, направленные на распоряжение принадлежащим ему имуществом с целью причинить ущерб правам и охраняемым интересам истца, противоречат закону, что является основанием для признания сделки недействительной (ничтожной), при установлении факта злоупотребления правом, в силу п. п. 2, 3 ст. 10 ГК РФ, права такого собственника не подлежат защите.

При таких обстоятельствах суд полагает, что договор купли-продажи, заключенный между ФИО7 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, договор дарения, заключенный между ФИО7 и ФИО23. от ДД.ММ.ГГГГ, договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО23. являются мнимыми сделками по основаниям ч. 1 ст. 170 ГК РФ, заключенными без намерений создать соответствующие ими правовые последствия, заключены с целью сокрытия имущества от обращения на него взыскания по требованиям истца, являются недействительными в силу ст. ст. 10, 168 ГК РФ, как заключенные вследствие злоупотребления правом, в связи, с чем требования истца о признании данных договоров недействительными обоснованы и подлежат удовлетворению.

Приняв во внимание, что обстоятельства, свидетельствующие о мнимости заключенных ответчиком сделок нашли свое подтверждение в ходе рассмотрения настоящего дела, а также учитывая, что недействительная сделка, в силу положений ст. 166 ГК РФ, не влечет юридических последствий, суд, применяя последствия недействительности ничтожности названных выше сделок приходит к выводу о наличии оснований для аннулирования в ЕГРН записи о переходе права собственности к ФИО1 и ФИО23. в отношении спорного имущества, с восстановлением сведений о государственной регистрации права собственности ответчика ФИО7 на указанное выше имущество.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования акционерного общества «Тулгорводоканал» к ФИО7 о признании мнимой сделки недействительной и применении последствий недействительности сделок удовлетворить.

Признать недействительными (ничтожными):

- договор купли-продажи транспортного средства Мерседес-Бенц, <данные изъяты>, регистрационный знак № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО7 Ксенией ФИО1,

- договор дарения земельного участка и здания, расположенных по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 ФИО2 и ФИО23,

- договор купли-продажи земельного участка, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО1.

Применить последствия недействительности сделок, обязав ФИО23 и ФИО45 возвратить в собственность Доли Ю.Н. вышеуказанное имущество.

Решение суда является основанием для прекращения права собственности ФИО23 на автомобиль Мерседес-Бенц, <данные изъяты>, регистрационный знак №.

Решение суда является основанием для погашения в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ФИО23 на земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административно-деловой обслуживающий комплекс с жилыми помещениями, общей площадью 867 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> нежилое здание с кадастровым номером №, общей площадью 771,9 кв.м., количество этажей 3, в том числе подземных 0, расположенное по адресу: <адрес>, и ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для эксплуатации индивидуального жилого дома с надворными постройками, площадью 853 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, и внесения записи о регистрации права собственности на указанное выше имущество за ФИО7.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тульского областного суда путем подачи жалобы в Зареченский районный суд города Тулы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 12.07.2019 года.

.

.