Апелляционное постановление № 10-4276/2020 от 25 августа 2020 г. по делу № 1-140/2020

Дело № 10-4276/2020 судья Лыжина В.И.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 26 августа 2020 г.

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего Шкоркина А.Ю.,

при ведении протокола помощником судьи Ушпик И.А.,

с участием прокурора Ефименко Н.А.,

осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Бухаровой А.С., действующей с полномочиями по удостоверению № 2229 и ордеру № 33462 от 05 августа 2020 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению (с дополнениями) государственного обвинителя Савельевой Д.А. и апелляционным жалобам адвоката Колесникова И.В. и осужденного ФИО2 на приговор Миасского городского суда Челябинской области от 09 июня 2020 года, которым

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, не судимый, но осужденный 16 октября 2019 года Миасским городским судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Челябинского областного суда от 11 декабря 2019 года) по ч. 3 ст. 290 УК РФ (четыре события преступления), ч. 1 ст. 292 УК РФ (три события преступления), ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (одно событие преступления), с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет со штрафом в размере 400 000 рублей. Приговор вступил в законную силу 11 декабря 2019 года,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 290 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 1 (один) год с удержанием 10 % из заработной платы, с лишением права занимать должности в государственных и муниципальных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий в этой сфере на срок 3 (три) года.

На основании ч. 5 ст. 69, п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ путем частичного сложения по совокупности наказания за настоящее преступления и преступления по приговору от 16 октября 2019 года окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет 3 (три) месяца, со штрафом в размере 400 000 рублей, с лишением права занимать должности в государственных и муниципальных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий в этой сфере на срок 3 (три) года.

Местом отбывания наказания определена колония общего режима.

В отношении осужденного избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Срок отбывания наказания исчислен с момента вступления приговора в законную силу. В срок отбывания наказания зачтены периоды нахождения под стражей в рамках отбытия наказания и исполнения меры пресечения, а именно: с 29 марта 2019 года до 11 декабря 2019 года, с 11 декабря 2019 года до 09 июня 2020 года, с 09 июня 2020 года до вступления приговора в законную силу.

С учетом положений п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ периоды с 29 марта 2019 года до 11 декабря 2019 года, с 09 июня 2020 года до вступления приговора в законную силу, исчислены из расчета полтора дня в исправительной колонии общего режима за один день содержания под стражей.

Этим же приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Шкоркина А.Ю., выступление осужденного ФИО2 и адвоката Бухаровой А.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Ефименко Н.А., поддержавшей доводы апелляционного представления (с дополнением), суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 признан виновным и осужден за то, что он 11 сентября 2018 года, находясь на территории <адрес>, совершил покушение на получение взятки, при этом преступление не довел до конца по независящим от него обстоятельствам.

Преступление совершено при обстоятельствах подробно описанных в приговоре.

Выражая несогласие с приговором, государственный обвинитель Савельева Д.А. в апелляционном представлении (с дополнениями), просит приговор изменить, уточнив вводную часть судебного решения. В частности, государственный обвинитель акцентировал свое внимание на то, что суд первой инстанции необоснованно указал во вводной части ссылку на приговор Миасского городского суда Челябинской области от 16 октября 2019 года как на судебное решение, которое порождает возникновение судимости. Приводя мотивы к возникшим возражениям, пояснил, что в период совершения преступления по настоящему приговору ФИО2 судимостей не имел. Кроме того, указала на отсутствие обоснования назначения дополнительного наказания в максимальных его пределах, что является нарушением положений ст. 6, 60 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Колесников И.В., просит приговор отменить, оправдав его подзащитного. В обоснование указанной позиции, автор жалобы обратил внимание на представленные доказательства, анализ которых свидетельствует, что его подзащитный лишь совершил законные действия в порядке имевшегося у него исполнительного производства. Действия ПАС носили самостоятельный характер и были обусловлено желанием личной выгоды, что подтверждается изъятием именно у него переданных ВЕВ денежных средств.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2, просит приговор пересмотреть, дав надлежащую оценку имеющимся в деле доказательствам, вынести законное решение.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО2 в покушении на получение взятки, при указанных в приговоре обстоятельствах, соответствуют материалам дела и подтверждены совокупностью исследованных и приведенных в приговоре доказательств, надлежаще оценены судом в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 88 УПК РФ.

Допрошенный в судебном заседании и в ходе предварительного расследования свидетель ПАС сообщил, что в июле 2018 года к нему обратился его знакомый ВЕВ, который спросил, может ли он помочь решить вопрос с прекращением исполнительного производства. Поскольку ранее он работал в службе судебных приставов, у него остались знакомые там. Он позвонил ФИО2, который занимал <данные изъяты> сообщив о поступившей просьбе. ФИО2 указал, что данный вопрос можно разрешить законным способом и для этого необходимо лишь съездить домой к ВЕВ для составления акта, но за эти действия последний должен будет отдать тому сумму в размере 20 000 рублей. Сообщив о данном разговоре ВЕВ, последний ответил согласием на требования ФИО2, при этом попросил сначала прекратить производство, с последующей передачей денег. ФИО2 сообщил ему, что не возражает против того, чтобы деньги были переданы позже. По достигнутой договоренности он возил ФИО2 к дому ВЕВ, где был произведен осмотр и составлен соответствующий акт. Где-то в середине сентября 2018 года ему позвонил ФИО2 и сообщил, что вынес решение о прекращении исполнительного производства, при этом за указанные действия ВЕВ должен ему передать оговоренные денежные средства, о чем он сообщил последнему. После этого он дал ФИО2 и ВЕВ номера друг друга, чтобы они могли сами созваниваться и решать возникающие у них вопросы между собой. В последующем оговоренную сумму ВЕВ передал ему для того, чтобы он, в свою очередь, передал ее ФИО2, но он деньги последнему так и не передал. Деньги он ФИО2 не отдал, так как последний много пил, имел проблему в семье. Кроме того, он оказывал помощь ФИО2, в связи с чем тратил на того деньги.

Допрошенная в судебном заседании и в ходе предварительного расследования свидетель САЮ пояснила, что осужденный ФИО2 приходится ей бывшим мужем, при этом в исследуемый период времени, последний состоял в должности <данные изъяты> От мужа ей было известно, что тот помог с окончанием исполнительного производства ВЕВ, с которым она также была знакома. Кроме того, сам ВЕВ сообщал ей об оказании ФИО2 ему помощи по работе, за что тот должен был последнему еще 3 000 рублей. Содержание указанного разговора она передала супругу, с целью выяснить передавались ли ВЕВ тому деньги, но ФИО2 отрицал указанный факт.

Допрошенный в судебном заседании и в ходе предварительного расследования свидетель ВЕВ в целом дал пояснения аналогичные тем, что сообщили свидетели ПАС и САЮ при этом дополнительно указал, что с самим осужденным он разговоров по поводу передачи денежных средств не вел. Когда после возобновления исполнительного производства он в разговоре с САЮ сообщил о факте обращения в Миасский ГОСП по данному вопросу, тот очень бурно отреагировал, указав на необходимость разрешения подобных проблем непосредственно через него. Вместе с тем, в разговоре с САЮ по поводу оказания ему осужденным помощи за денежное вознаграждение, та сказала, что он не первый и не последний кому тот помогал. Также обратил внимание на то, что он не был осведомлен о том, передал ли ПАС оговоренную сумму САЮ, но последний к нему каких-либо претензий по этому поводу не высказывал. Обратил внимание на то, что ПАС был жадным, поэтому не исключает вероятности, что деньги могли и не дойти до осужденного.

Допрошенный в судебном заседании и в ходе предварительного расследования свидетель ХАВ пояснил, что он с 25 сентября 2018 года занимает должность <адрес>. В период с октября 2016 года до 25 сентября 2018 года он состоял в должности <данные изъяты>. Исполнительное производство №-ИП, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ в отношении ВЕВ в октябре 2016 года было передано по территориальности осужденному ФИО2, который занимал должность судебного пристава-исполнителя в их отделе. В период нахождения указанного производства у ФИО2 последний в течение практически двух лет не осуществлял активных действий по его исполнению. Затем ДД.ММ.ГГГГ в базе АИС ФССП появляется информация об акте (произвольном), что означает акт выхода судебного пристава-исполнителя ФИО2 по месту жительства должника. И уже ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 было вынесено постановление об отмене постановления об обращении взыскания на денежные счета ВЕВ и окончании в этот же день исполнительного производства по основанию, предусмотренному п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона «Об исполнительном производстве», то есть в связи с отсутствием имущества у должника ВЕВ

На основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон, в суде первой инстанции оглашены показания свидетеля МАВ, которые последняя давала в ходе предварительного расследования. Из содержания оглашенных показаний следует, что она вероятно в сентябре 2018 года совместно с КЕС принимала участие в качестве понятой при осмотре судебным приставом жилища ВЕВ

На основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, в связи с существенными противоречиями, оглашены показания осужденного ФИО2, которые последний давал в ходе предварительного расследования. Содержание показаний осужденного соответствует тем пояснениям свидетеля ПАС, которые приведены выше. Подтвердил, что свидетель ПАС денежные средства, которые для него были переданы свидетелем ВЕВ, ему не отдал.

Также в обоснование выводов о виновности осужденного ФИО1, судом первой инстанции обоснованно положены письменные материалы дела, в том числе:

- приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО2 принят на государственную <данные изъяты> с указанной даты;

- приказ №-к от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 по истечении срока действия срочного служебного контракта;

- должностной регламент судебного пристава-исполнителя Миасского ГОСП УФССП по Челябинской области, с которым ДД.ММ.ГГГГ был ознакомлен осужденный, о чем имеется соответствующая отметка;

- табель учета <данные изъяты> в сентябре 2018, согласно которому <данные изъяты> ФИО2 04 и 11 сентября 2018 года находился на рабочем месте;

- протокол осмотра предметов от 24 января 2020 года, объектом исследования которого явился CD-R диск с аудиозаписями телефонных переговоров. В ходе прослушивания указанных переговоров установлены разговоры между осужденным ФИО2 и свидетелями ПАС и ВЕВ, при этом содержание данных переговоров содержит сведения по обстоятельствам совершенного преступления, в том числе обсуждение вопроса материального вознаграждения осужденного;

- протокол осмотра предметов от 28 января 2020 года, объектом исследования которого явился CD-R диск, содержащий детализацию телефонных соединениях осужденного ФИО2 (абонентские номера №, №), свидетеля ПАС (абонентский №), свидетеля ВЕВ (абонентские номера №, №). Данные детализации содержат сведения о наличии значительного количества телефонных соединений между описанными выше абонентами;

- копия исполнительного листа № № по гражданскому делу № от ДД.ММ.ГГГГ по иску ОАО <данные изъяты>!» к ВЕВ о взыскании задолженности по кредитному договору;

- заявление представителя ОАО <данные изъяты> о принятии к исполнению исполнительного листа с приложением доверенности;

- постановление судебного пристава-исполнителя о возбуждении исполнительного производства от ДД.ММ.ГГГГ №-ИП. Предметом исполнения настоящего производства является задолженность по кредитным платежам в размере 172 544 рубля 48 копеек в отношении должника ВЕВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в пользу ОАО <данные изъяты>»;

- постановления судебных приставов-исполнителей об обращении взыскания на денежные средства ВЕВ, находящиеся в банке или иной кредитной организации от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ на сумму задолженности;

- акт о совершении исполнительных действий от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено, что имущество, принадлежащее должнику на праве собственности, за исключением описанного в ст. 446 ГПК РФ, у ВЕВ не установлено;

- постановления об отмене постановлений об обращении взысканий на денежные средства от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенные судебным приставом-исполнителем ФИО2;

- постановление судебного пристава-исполнителя об окончании и возвращении исполнительного документа взыскателю от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенное на основании п. 4 ч. 1 ст. 46, п. 3 ч. 1 ст. 47, ч. 1 ст. 46, ч. 1 ст. 47, ст. 6 ФЗ «Об исполнительном производстве». Мотивом вынесения соответствующего решения явилось отсутствие у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание;

- акт о наличии обстоятельств, в соответствии с которыми исполнительный документ возвращается взыскателю от ДД.ММ.ГГГГ;

Суд первой инстанции привел и оценил показания всех свидетелей по обстоятельствам, имеющим значение для доказывания, которые существенных противоречий не содержат, согласуются с приведенными в приговоре и частично в данном определении доказательствами. Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей, оснований для оговора ими осужденного, несмотря на доводы об обратном, в материалах уголовного дела не содержится и суду апелляционной инстанции не представлено.

Протоколы процессуальных и следственных действий, несмотря на доводы об обратном, составлены с соблюдением требований действующего законодательства, что подтверждается подписями участвующих лиц, и содержат сведения об обстоятельствах, подлежащих доказыванию.

Учитывая указанные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно признал их допустимыми и достоверными, дал надлежащую оценку, признав несостоятельными доводы стороны защиты о порочности проводимых следственных действий.

Доказательства, полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий, также обоснованно положены в основу приговора, как соответствующие требованиям закона, поскольку обстоятельства преступления, установленные в ходе судебного разбирательства, свидетельствуют о наличии у осужденного умысла на получение взятки, который сформировался независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений.

Этот вывод подтверждается и тем, что осужденные самостоятельно совершил все оговоренные с ним взяткодателем действия, необходимые для реализации противоправного умысла.

Порядок проведения оперативно-розыскных мероприятий соблюден, результаты получены законно, переданы следователю в соответствии с законом, о чем свидетельствует наличие соответствующих процессуальных решений. Имеющихся документов достаточно для положительного разрешения вопроса о процессуальной допустимости представленных результатов в качестве доказательств по уголовному делу.

При этом апелляционная инстанция обращает внимание на то, что материалы дела содержат и постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, поскольку указанное мероприятие является негласным.

Все собранные доказательства оценены в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности обоснованно признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Приходя к указанному выводу, суд апелляционной инстанции обращает внимание на нижеследующее.

По мнению апелляционной инстанции, обстоятельства преступления, установленные в ходе судебного разбирательства и изложенные в приговоре, свидетельствуют о том, что действия ФИО2 верно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 290 УК РФ.

Основания для оправдания осужденного в инкриминируемом ему преступлении обоснованного отвергнуты судом первой инстанции, при этом не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Приходя к указанному выводу, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что, как следует из толкования закона уголовная ответственность по ч. 1 ст. 290 УК РФ наступает при получении должностным лицом лично или через посредника взятки в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, если указанные действия входят в служебные полномочия должностного лица.

Более того, ответственность за получение взятки наступает независимо от времени получения должностным лицом взятки – до или после совершения им описанных выше действий.

Как верно установлено судом первой инстанции и подтверждается вышеприведенными доказательствами ФИО2, будучи должностным лицом, за обещанное денежное вознаграждение совершил действий, которые согласно должностному регламенту, входят в его служебные полномочия.

Обстоятельства разрешение вопроса о прекращении возбужденного в отношении ВЕВ исполнительного производства, помимо показаний непосредственных участников, подтверждаются, безусловно, объективными материалами, содержание которых осужденный в судебном заседании не оспаривал.

Вместе с тем, несмотря на доводы защиты об обратном, суд апелляционной инстанции находит обоснованными выводы о наличии корыстного умысла у осужденного при выполнении указанных действий. Так, данный факт подтверждается пояснениями свидетеля ПАС, сообщившего о наличии таковых требований со стороны осужденного, а также показаниями последнего на стадии предварительного расследования, который этого не оспаривал. Кроме того, об осведомленности осужденного о материальной составляющей оплаты его действий, также свидетельствует и телефонный разговор между ФИО2 и свидетелем ВЕВ, из содержания которого следует, что осужденный высказывал недовольство в адрес последнего по поводу сообщения информации об оплате его действий бывшей супруге. Свидетель САЮ сообщила о наличии такового разговора, как со свидетелем ВЕВ, так и с осужденным ФИО2

То обстоятельство, что ФИО2 в разговоре со свидетелем оспаривал передачу ему денег, не ставит под сомнение пояснения ПАС., которые в целом имеют последовательный и непротиворечивый характер. Подобная позиция, как верно указано стороной обвинения, есть ничто иное как способ защиты с последующей возможностью избежать уголовной ответственности.

Кроме того, учитывая содержание предъявленного обвинения и квалификацию действий по приговору, тот факт, что свидетель ПАС не передал осужденному ФИО2 причитающиеся ему денежные средства, не свидетельствует об отсутствии в действиях последнего состава преступления.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденного недопустимых доказательств, не установлено. Равно – не добыто сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов. Как видно из протокола судебного заседания, выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им.

Согласно протоколу судебного заседания, отвечающему нормам УПК РФ, судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением уголовно-процессуального закона: в соответствии со ст. 15 УПК РФ, судом были созданы все необходимые условия для реализации сторонами прав и исполнения процессуальных обязанностей; право на защиту осужденного обеспечено и реализовано, позиция осужденного и позиция стороны защиты, равно как и позиция стороны обвинения по делу доведены до суда и учтена при оценке квалификации; судебное следствие проведено в объеме, заявленном сторонами, а ходатайства участников процесса разрешены судом, принцип состязательности сторон соблюден.

При назначении наказания суд первой инстанции учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, смягчающие и отсутствие отягчающих обстоятельств, о чем подробно указал в приговоре.

Суд первой инстанции обоснованно признал в качестве обстоятельств смягчающих наказание: признание вины на стадии предварительного расследования по делу, наличие одного малолетнего ребенка и одного несовершеннолетнего иждивенца, который являлся ребенком его бывшей супруги, состояние здоровья осужденного и его близких родственников, которым, в том числе, он оказывал посильную помощь.

Оснований для отнесения к числу обстоятельств смягчающих наказание активного способствования, как верно указано судом первой инстанции не имеется, что разделяет и суд апелляционной инстанции.

Смягчающих обстоятельств, которые были исследованы, но оставлены без внимания суда, из материалов дела не усматривается, в апелляционной жалобе осужденной не приведены.

Суд, исходя из содержания положений ст. 56 УК РФ, пришел к обоснованному выводу о назначении осужденному наказания виде исправительных работ.

Также обоснованными являются и выводы о назначении исправительных работ реально и об отсутствии оснований для применения положений ст. 64, ст. 73 УК РФ.

Между тем приговор подлежит изменению исходя из следующих обстоятельств.

Согласно содержанию разъяснений, приведенных в пункте 28 постановления Пленума Верховного суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» установление обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, имеет важное значение при назначении лицу, совершившему преступление, как основного, так и дополнительного наказания.

Суд первой инстанции установил у осужденного ФИО2 совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, однако назначил дополнительное наказание в максимальном размере, что нельзя признать справедливым. В этой части приговор подлежит изменению путем смягчения назначенного осужденному дополнительного наказания.

Порядок назначения окончательного наказания по правилам, предусмотренным ч. 5 ст. 69 УК РФ, п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ отвечает требованиям закона и содержит соответствующие мотивы принятого решения. Принцип назначения окончательного наказания отвечает требованиям ст. 6 УК РФ о справедливости и неотвратимости назначенного наказания.

Вид исправительного учреждения судом первой инстанции определен в соответствии с положениями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Кроме того, суд апелляционной инстанции находит обоснованными и доводы представления об отсутствии оснований отражать во вводной части указания на наличие судимости, ссылка на которую обоснованно отсутствует в описательно-мотивировочной части. Фактически наличие данного приговора свидетельствует лишь об осуждении ФИО2, при этом учитывая неверное отображения сведений по данному приговору, вводная часть подлежит уточнению.

Наличие данного несоответствия является не более чем технической ошибкой, в связи с чем, внесение указанного уточнения, не требует внесение изменений в части назначенного ФИО2 наказания.

Таким образом, нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.

Руководствуясь 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Миасского городского суда Челябинской области от 09 июня 2020 года в отношении ФИО2 изменить:

- изложить вводную часть приговору по вопросу предыдущего осуждения в следующий редакции: не судимого, но осужденного 16 октября 2019 года Миасским городским судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Челябинского областного суда от 11 декабря 2019 года) по ч. 3 ст. 290 УК РФ (четыре события преступления), ч. 1 ст. 292 УК РФ (три события преступления), ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (одно событие преступления), с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 5 лет со штрафом в размере 400 000 рублей. Приговор вступил в законную силу 11 декабря 2019 года;

- смягчить назначенное ФИО2 за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 290 УК РФ, дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в государственных и муниципальных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий в этой сфере на срок до 2 (двух) лет 9 (девяти) месяцев;

- на основании ч. 5 ст. 69, п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ путем частичного сложения по совокупности наказания за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 290 УК РФ, и преступлений по приговору от 16 октября 2019 года окончательно назначить наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет 3 (три) месяца, со штрафом в размере 400 000 рублей, с лишением права занимать должности в государственных и муниципальных органах, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий в этой сфере на срок 2 (два) года 9 (девять) месяцев.

В остальной части этот же приговор в отношении ФИО2 оставить без изменения, доводы апелляционных ходатайств – без удовлетворения.

Председательствующий: