Решение № 2-1926/2019 2-1926/2019~М-1618/2019 М-1618/2019 от 8 сентября 2019 г. по делу № 2-1926/2019

Дело № 2-1926/2019


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

09 сентября 2019 г. г. Белгород

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Кирилловой Е.И.,

при помощнике судьи Гнидкиной Е.С.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1,

ответчика Дерипаска (до брака ФИО2) Е.А.,

в отсутствие ответчика ФИО3, представителей третьих лиц

Управления Росреестра по Белгородской области, АО «БИК»,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Дерипаска (до брака ФИО2) Елене Анатольевне, ФИО3 о признании недействительным договора дарения земельного участка,

установил:

ФИО5 состоял в зарегистрированном браке с ФИО6 с 10.04.2010 года по 04.11.2016 года. В период брака сторонами приобретен земельный участок для индивидуального жилищного строительства № 820, площадью (информация скрыта) кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), по адресу: (адрес обезличен) на основании договора с ОАО «БИК» от 05.10.2012 года.

09.06.2015 года указанный земельный участок на основании договора дарения, заключенного между ФИО6 и ФИО3, отчужден без наличия нотариально удостоверенного согласия супруга ФИО4

Дело инициировано ФИО4, обратившимся с требованиями к ФИО6, ФИО3 о признании договора дарения земельного участка от 09.06.2015 года недействительным, ссылаясь на нарушение ответчиками требований ст.35 СК РФ.

В судебное заседание истец не явился, его представитель по доверенности ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме по обстоятельствам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что истец своего согласия на отчуждение спорного земельного участка путем заключения договора дарения не давал, имеющееся в регистрационном деле нотариальное согласие датировано 24.06.2015 года, в то время как договор дарения между ФИО6 и ее матерью ФИО3 подписан 09.06.2015 года. Просил суд учесть, что при рассмотрении Октябрьским районным судом г.Белгорода гражданского дела по иску ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества супругов, ФИО6 умышленно скрыла это соглашение и не предъявила его суду первой инстанции. Представление нового доказательства в суде апелляционной инстанции нарушает один из основополагающих принципов гражданского процессуального законодательства – состязательность. Просил суд признать преюдициальным решение Октябрьского районного суда г.Белгорода от 12.05.2017 года по иску ФИО4 к ФИО6 о разделе совместно нажитого имущества без учета изменений апелляционной инстанции Белгородского областного суда, освободив его от доказывания обстоятельств, установленных данным решением.

Ответчик ФИО7 заявленные требования не признала в полном объеме, указав, что согласие супруга на заключение договора дарения было оформлено в соответствии с действующим законодательством нотариально, договор оформлен 09.06.2015 года, но подписан и зарегистрирован в Управлении Росреестра по Белгородской области 01.07.2015 года. Просила применить срок исковой давности, так как именно с этой даты истцу было известно о состоявшемся дарении.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещалась своевременно и надлежаще, о чем имеются сведения в материалах дела. О причине неявки суду не сообщила, заявлений и ходатайств не представила.

Представитель Управления Росреестра по Белгородской области в судебное заседание не явился, представив письменный отзыв на иск с ходатайством о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель АО «БИК» в судебное заседание так же не явился, будучи извещенным своевременно и надлежаще, заявлений и ходатайств не представил.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст.167 ГПК РФ.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии с п.1 ст.256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Аналогичная норма закреплена и в п. 1 ст.33 СК РФ.

К имуществу, нажитому супругами во время брака, согласно п.2 ст.34 СК РФ относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу ч.2 ст.35 СК РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Согласно ст.167 ГПК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Исходя из системного толкования положений ст.166, 168 ГК РФ, совершенная одним из супругов сделка по распоряжению недвижимостью, требующая государственной регистрации, без нотариально удостоверенного согласия другого супруга является сделкой оспоримой и недействительна только в случае признания ее таковой судом.

Из пояснений сторон в судебном заседании и представленных доказательств судом установлено, что ФИО8 состоял в зарегистрированном браке с ФИО6 с 10.04.2010 года по 04.11.2016 года.

В период брака сторонами приобретен земельный участок для индивидуального жилищного строительства № 820, площадью (информация скрыта) кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), по адресу: (адрес обезличен)

Факт приобретения объекта недвижимости в понимании ст.ст.130, 131 ГК РФ подтвержден копией договора купли-продажи земельного участка № 820/72, заключенного 05.10.2012 года между ОАО «Белгородская ипотечная корпорация» и ФИО6 Договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по Белгородской области 17.10.2012 года.

10.09.2015 года ФИО4 оформлено нотариальное согласие на расторжение супругой ФИО6 заключенного с ОАО «Белгородская ипотечная корпорация» договора купли-продажи земельного участка (номер обезличен), площадью (информация скрыта) кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), по адресу: (адрес обезличен)

09.06.2015 года указанный земельный участок отчужден на основании договора дарения, заключенного между ФИО6 и ФИО3

Обратившись в суд с требованием о признании договора дарения недействительным, истец ссылается на тот факт, что им было дано согласие на расторжение договора купли-продажи спорного земельного участка с ОАО «БИК», согласия на дарение объекта недвижимости матери супруги ФИО3 он не давал, чем нарушены требования ст.35 СК РФ.

В соответствии с Федеральным законом от 13.07.2015 г. N 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Пунктом 29 Методических рекомендаций по порядку проведения государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, утвержденных Приказом Министерства юстиции РФ № 184 от 01.07.2002 года, в установленных законодательством случаях на государственную регистрацию предъявляется нотариально удостоверенное согласие супруга для совершения одним из супругов сделки по распоряжению совместно нажитой недвижимостью.

Как следует из содержания Дела правоустанавливающих документов (номер обезличен), представленного Управлением Росреестра по Белгородской области, 25.06.2015 года ФИО6 подано заявление о регистрации перехода права собственности на земельный участок (номер обезличен), площадью (информация скрыта) кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), по адресу: (адрес обезличен) на нового собственника ФИО3

К заявлению представлен договор дарения земельного участка от 09.06.2015 года, заключенный между ФИО6 и ФИО3, а так же нотариально оформленное согласие ФИО4 от 24.06.2015 года. Согласно содержанию указанного документа, истцом дано согласие супруге ФИО6 на дарение ФИО3 нажитого во время брака земельного участка (номер обезличен), площадью (информация скрыта) кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), по адресу: (адрес обезличен)

На основании представленных документов Управлением Росреестра по Белгородской области произведена регистрация договора дарения 01.07.2015 года, регистрационная запись (номер обезличен)

Таким образом, в судебном заседании установлен факт совершения отчуждения совместного недвижимого имущества сторон в строгом соответствии с требованиями ст.ст. 8.1, 131 ГК РФ, ст.35 СК РФ и Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости».

Нотариально оформленное согласие истца от 24.06.2015 года не оспорено и не отменено, недействительным в установленном законом порядке не признано.

Возражения представителя истца ФИО1 относительно того, что договор оформлен значительно раньше нотариального согласия, не имеет правового значения, так как датой совершения сделки по переходу права собственности на объект недвижимости, является дата подписания договора и его государственной регистрации.

Как установлено из пояснений ответчика ФИО7, договор дарения был подписан не в момент его оформления 09.06.2015 года, а в момент обращения в Управление Росреестра по Белгородской области. Данное утверждение согласуется с имеющимся в регистрационном деле заявлением дарителя о регистрации перехода права собственности, датированным 25.06.2015 года, а так же датой регистрации договора дарения, произведенной 01.07.2015 года. Указанные обстоятельства не вызывают у суда сомнений, так как в силу положений Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» и Методических рекомендаций по порядку проведения государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, утвержденных Приказом Министерства юстиции РФ № 184 от 01.07.2002 года, регистрационная запись не была бы выполнена при отсутствии нотариального согласия супруга дарителя.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющей принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом, бремя доказывания того, что другая сторона в сделке, получая по этой сделке право требования, знала или заведомо должна была знать о несогласии второго супруга на совершение данной сделки, по смыслу абз.2 п.2 ст.35 СК РФ, возложено на супруга, заявившего требование о признании сделки недействительной.

В нарушение указанных положений истцом не представлено доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, подтверждающих, что ФИО6 распорядилась земельным участком без согласия ФИО4

Ходатайство представителя истца о признании судом преюдициальности решения Октябрьского районного суда г.Белгорода от 12.05.2017 года по иску ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества и освобождении стороны истца от обязанности доказывания, не подлежит рассмотрению судом и не принимается во внимание, так как в силу положений ст.ст.56,59, 67 ГПК РФ, суд самостоятельно определяет какие обстоятельства, имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Кроме того при разрешении в Октябрьском районном суде г.Белгорода гражданского дела по иску о разделе совместно нажитого имущества сторон, истцом не ставился вопрос о разделе спорного земельного участка, как и вопрос об оспаривании договора дарения.

Помимо установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, суд принимает во внимание и заявление ФИО7 о применении срока исковой давности.

В силу ст.ст.196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты нарушенного права лица.

Согласно ч.2 ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, ФИО4 пропущен срок исковой давности на обращение в суд с заявленным требованием, так как им собственноручно подписано нотариальное согласие на заключение договора дарения земельного участка 24.06.2015 года, следовательно, с указанного момента ему было известно о состоявшемся переходе права собственности на спорный объект недвижимости. Более того, при рассмотрении требований ФИО4 о разделе совместно нажитого имущества, указанный договор дарения заложен в основу решения Октябрьского районного суда г.Белгорода от 12.05.2017 года, что так же свидетельствует об истечении срока давности.

В силу положений ст.199 ГК РФ, исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре до вынесения решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Стороной истца доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности в порядке ст. 205 ГК РФ, не представлено.

Таким образом, с учетом совокупности всех обстоятельств дела, представленных и исследованных доказательств, а так же истечения срока исковой давности, суд считает требования ФИО4 необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО4 к Дерипаска (до брака ФИО2) Елене Анатольевне, ФИО3 о признании недействительным договора дарения земельного участка, заключенного между ФИО6 и ФИО3 09 июня 2015 года, признать не обоснованным, в удовлетворении отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья