Апелляционное постановление № 22К-2426/2025 от 28 августа 2025 г. по делу № 3/1-35/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

29 августа 2025 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым Российской Федерации в составе:

председательствующего – Чернецкой В.В.,

при секретаре – Кудряшовой И.А.,

с участием прокурора – Склярова Ю.А.,

защитника – адвоката Туйсузова А.З.,

обвиняемого – ФИО1,

рассмотрев единолично в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника – адвоката Туйсузова А.З., действующего в защиту интересов обвиняемого ФИО1, на постановление Сакского районного суда Республики Крым от 20 августа 2025 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, со средним профессиональным образованием, женатого, имеющего на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка, являющегося руководителем Межрегиональной общественной благотворительной организации «<данные изъяты>», зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, не судимого,

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 127 УК РФ,

у с т а н о в и л:

Постановлением Сакского районного суда Республики Крым от 20 августа 2025 года в отношении обвиняемого ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 29 суток, то есть по 17 октября 2025 года включительно.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Туйсузов А.З., действующий в защиту интересов обвиняемого ФИО1, выражает несогласие с вышеуказанным постановлением суда, считает, что оно основано на предположениях, ничем не мотивировано, вынесено с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального и материального закона, выводы суда противоречивые и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поэтому оно подлежит отмене.

В обоснование своих доводов указывает о том, что протокол о задержании ФИО1 в порядке ст. 91 УПК РФ без участия защитника составлен 19 августа 2025 года в 11:35 часов, что не соответствует действительности, поскольку фактически он был задержан 19 августа 2025 года в 09:30 часов, когда находился под контролем сотрудников спецподразделения, и не имел возможности самостоятельно передвигаться, принимать решения о своем месте пребывания, после задержания и проведенного досмотра и обыска, обвиняемый был доставлен под конвоем в следственный отдел г. Саки. Кроме того, законные основания для задержания ФИО1 отсутствовали, поскольку он находился под домашним арестом по оконченному уголовному делу по факту вымогательства у ФИО4 денежных средств в размере 8 200 000 рублей при обстоятельствах, указанных в постановлении о возбуждении уголовного дела по признакам ч.3 ст. 127 УК РФ. Таким образом, задержание обвиняемого в рамках настоящего уголовного дела является незаконным, поскольку ни одно из указанных в законе оснований не имело место ввиду того, что ФИО1 не был застигнут на месте преступления или непосредственно после его совершения, на его лице, одежде, при нем или в его жилище не обнаружены явные следы преступления.

Обращает внимание на то, что указание в протоколе задержания о том, что на ФИО1 указал потерпевший, как на лицо, совершившее данное преступление, не отвечает действительности, поскольку потерпевший ФИО4 ранее никаких показаний о том, что его незаконно лишили свободы не давал, а протокол допроса от 19 августа 2025 года составлен в 21:00 часов, то есть после фактического задержания обвиняемого. Из показаний потерпевшего не усматривается, что обвиняемый незаконно лишил его свободы, имеется только указание о том, что он удерживал потерпевшего, при каких обстоятельствах это происходило, в чем конкретно заключалось не раскрыто.

Защитник считает, что все действия обвиняемого по ранее предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 163 УК РФ, охватываются единым умыслом, направленным на вымогательство.

Обращает внимание на то, что потерпевший добровольно сел в автомобиль вместе с обвиняемым и иными лицами, а затем они все прибыли на базу, где потерпевший арендовал склад и хранил стройматериалы, а затем они все вместе отправились в кафе, арендованное потерпевшим в г. Евпатория. При этом ФИО1 никаких требований не выдвигал к потерпевшему, насилия и угроз не применял, своими действиями не лишал его свободы. Он участвовал в качестве водителя и на своем автомобиле перевозил присутствующих лиц.

Полагает, что уголовное дело в отношении обвиняемого возбуждено незаконно, поскольку по ранее возбужденному уголовному делу действия ФИО1 были переквалифицированы на ч.2 ст. 330 УК РФ (самоуправство), потерпевший обратился с заявлением о том, что он никаких претензий не имеет, ущерб погашен и причиненный вред заглажен, в связи с чем, он не возражал против прекращения уголовного дела по примирению сторон. Уголовное дело по ч.2 ст. 330 УК РФ было направлено прокурору Сакского района для утверждения обвинительного заключения. Однако, прокурором дело было возращено ввиду того, что в действиях виновных лиц усматривается состав преступления, предусмотренного ч.3 ст. 163 УК РФ. После предъявления нового обвинения, обвиняемый был приглашен в прокуратуру для вручения обвинительного заключения. Однако 19 августа 2025 года в 09:30 часов обвиняемый и иные лица были задержаны возле здания прокуратуры неизвестными сотрудниками спецподразделения и доставлены в следственный комитет.

Впоследствии стало известно, что настоящее уголовное дело возбуждено на основании постановления прокурора, направившего материалы в порядке ст. 37 УПК РФ.

Полагает, что при возбуждении настоящего уголовного дела прокурором были нарушены требования ст. 221 УПК РФ. Кроме того, настоящее уголовное дело возбуждено на стадии утверждения обвинительного заключения по иному уголовному делу, однако какая-либо прокурорская проверка не проводилась, что указывает на превышение прокурором своих служебных полномочий. Данные действия свидетельствуют о намерении, таким образом, улучшить показатели прокуратуры в работе, то есть необоснованно повлиять на статистику.

Кроме того, материалы уголовного дела не были возвращены следователю ФИО5, а поступили в следственный отдел СК по г. Саки, при этом материалы дела необоснованно не были направлены по территориальности, а именно в СО СК по г. Евпатория, где имело место, исходя из позиции прокурора, незаконное лишение свободы – на территории базы, расположенной по адресу: <адрес>.

Вышеизложенные обстоятельства остались без внимания суда первой инстанции в ходе судебного разбирательства правовая оценка им дана не была.

По мнению защитника, исходя из разъяснений Верховного суда РФ, в настоящее время отсутствуют какие-либо существенные обстоятельства, которые являются достаточными для избрания обвиняемому ФИО1 столь суровой меры пресечения, как заключение под стражу.

В своем постановлении суд не указал, на какие факты и конкретные доказательства он ссылается, делая вывод о том, что ФИО1 может скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу путем воздействия на свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, а также продолжить заниматься преступной деятельностью. Кроме того, судом не обоснованы и не мотивированы выводы относительно отсутствия возможности применения в отношении ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения.

Обращает внимание на то, что суд первой инстанции, в нарушение требований закона, не мотивировал свой вывод о необходимости избрания меры пресечения в виде заключения под стражу и не сослался на результаты исследования в судебном заседании конкретных обстоятельств, обосновывающих избрание ФИО1 меры пресечения, не привел основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, и доказательства, подтверждающие наличие таких обстоятельств, уклонился от оценки сведений о личности обвиняемого, не изложил мотивы принятого решения. Нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные судом первой инстанции, являются существенными, повлиявшими на исход рассмотрения вопроса об избрании меры пресечения, то есть на правильность его разрешения по существу, и служат основанием для отмены постановления суда.

Суд не принял во внимание, что обвиняемый ФИО1 ранее не судим, имеет постоянное место регистрации и жительства на территории Республики Крым в г. Евпатория, тесные социальные связи, проживает в браке, имеет на иждивении малолетнего ребенка, занимается благотворительной деятельностью, по месту жительства характеризуется положительно, страдает хроническими заболеваниями.

Полагает, что судом не была проверена обоснованность предъявленного обвинения и какими доказательствами оно подтверждается, не входя в их оценку. Защита считает, что в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренный как ч.3 ст. 127 УК РФ, так и ч.3 ст. 163 УК РФ ввиду неверной и ошибочной квалификации его действий. По мнению защиты в действиях обвиняемого усматривается самоуправство (ст. 330 ч.1 УК РФ), которое относится к преступлениям небольшой тяжести.

Учитывая изложенные обстоятельства, автор апелляционной жалобы просит суд апелляционной инстанции отменить обжалуемое постановление суда, и избрать в отношении обвиняемого меру пресечения в виде домашнего ареста.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из содержания ч.1 ст. 97 УПК РФ следует, что мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

По смыслу ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным, то есть оно должно соответствовать требованиям закона, содержать законные фактические основания и мотивы, по которым судья принимает конкретное решение.

В соответствии с п.1 ст. 389.15 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре или ином судебном решении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции полагает, что данные требования закона судом в полной мере выполнены не были.

Так, ходатайство следователя об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, мотивировано тем, что обвиняемый ФИО1, находясь на свободе, осознавая тяжесть совершенного им преступления, может скрыться от следствия и суда, во избежание уголовной ответственности. Кроме того, следователь в своем ходатайстве указал, что заключение обвиняемого ФИО1 под стражу позволит в полном объеме обеспечить надлежащее его процессуальное поведение на стадии предварительного расследования, безопасность свидетелей по уголовному делу, а также будет гарантом объективного расследования уголовного дела и вынесения справедливого судебного приговора.

Суд первой инстанции, удовлетворяя ходатайство следователя, пришел к выводу о том, что обвиняемый ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от четырех до восьми лет, находясь на свободе, может скрыться от предварительного следствия или суда под угрозой тяжести наказания, может повлиять на свидетелей, и на данном этапе уголовного судопроизводства избрание иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, не обеспечит надлежащего процессуального поведения обвиняемого, а также беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства, безопасность свидетелей по уголовному делу.

Таким образом, суд первой инстанции при избрании обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, кроме того, что обвиняемый может скрыться от следствия или суда под угрозой тяжести наказания сделан вывод о том, что ФИО1 может повлиять на свидетелей.

Вместе с тем, учитывая указанные обстоятельства, как основание для избрания в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу, суд первой инстанции фактически вышел за пределы доводов следователя, приведенные в ходатайстве, поскольку следователем не приведены какие-либо сведения и доказательства о том, что обвиняемый ФИО1 предпринимал попытки для того, чтобы повлиять на свидетелей, на это обстоятельство следователь в своем ходатайстве не ссылался.

Судом первой инстанции не учтено, что предоставленные следователем материалы не содержат информации о том, что обвиняемый может оказать давление на свидетелей, либо иным образом повлиять на них.

Из разъяснений, которые содержатся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» следует, что исходя из положений статьи 97 УПК РФ ни одна из мер пресечения, предусмотренных в статье 98 УПК РФ, в том числе мера пресечения в виде заключения под стражу, не может быть избрана подозреваемому или обвиняемому, если в ходе судебного заседания не будут установлены достаточные данные полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, либо может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Суд апелляционной инстанции полагает, что указанное нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, поэтому обжалуемое постановление суда нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем, оно подлежит отмене.

В то же время, учитывая то, что допущенные судом первой инстанции нарушения уголовно-процессуального закона могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для передачи дела на новое судебное разбирательство и, в силу положений п.6 ч.1 ст.389.20, ст.389.23 УПК РФ, считает возможным вынести новое судебное решение.

Согласно ч.1 ст.108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. Согласно ст.99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания либо продления меры пресечения и определения ее вида, при наличии оснований, предусмотренных ст.97 УПК РФ, должны учитываться наряду с другими обстоятельствами и такие, как тяжесть преступления, которое инкриминируется обвиняемому, сведения о его личности, его поведение и другие обстоятельства.

Как следует из представленных материалов дела, в производстве следственного отдела по городу Саки Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Крым и городу Севастополю находится уголовное дело №12502350010000050, возбужденное 19 августа 2025 года в отношении ФИО6, ФИО7, ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 127 УК РФ.

19 августа 2025 года ФИО1 задержан в качестве подозреваемого в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ, 20 августа 2025 года ему предъявлено обвинение в совершении вышеуказанного преступления.

20 августа 2025 года следователь следственного отдела по городу Саки Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Крым и городу Севастополю ФИО8 обратился в Сакский районный суд Республики Крым с ходатайством об избрании в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу на 1 месяц 29 суток, то есть до 19 октября 2025 года включительно.

В обоснование своего ходатайства следователь указывает, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, максимальное наказание за которое предусмотрено в виде лишения свободы на срок до восьми лет, в связи, с чем ФИО1, осознавая тяжесть совершенного им преступления, может скрыться от следствия и суда, во избежание уголовной ответственности. Кроме того, содержание под стражей обвиняемого ФИО1 позволит в полном объеме обеспечить надлежащее его процессуальное поведение на стадии предварительного расследования, безопасность свидетелей по уголовному делу, а также будет гарантом объективного расследования уголовного дела и вынесения справедливого судебного приговора, в связи с чем, указанные обстоятельства в совокупности являются исключительными. Оснований для избрания в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения, не связанной с лишением свободы, не имеется.

Так, из ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу следует, что оно представлено в суд надлежащим должностным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, с согласия соответствующего руководителя следственного органа.

Обоснованность имеющихся в отношении ФИО1 подозрений в причастности к совершению преступления была проверена судом при избрании в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что доводы защитника относительно незаконности возбуждения уголовного дела в отношении обвиняемого подлежат проверке в ином порядке, предусмотренном нормами УПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы относительно квалификации действий обвиняемого и недоказанности его вины, а также относительно оценки доказательств суд апелляционной инстанции во внимание не принимает, поскольку вопросы о квалификации содеянного, доказанности вины и оценки доказательств подлежат разрешению судом в ходе рассмотрения уголовного дела по существу.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Туйсузова А.З. о незаконном задержании обвиняемого ФИО1 суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку доказательства, подтверждающие, что ФИО1 фактически был задержан в порядке, предусмотренном ст. ст. 91, 92 УПК РФ, ранее времени, указанного в протоколе задержания от 19 августа 2025 года, в представленных материалах отсутствуют, суду апелляционной инстанции не представлены.

Разрешая вопрос о наличии оснований для избрания в отношении ФИО1 меры пресечения, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В соответствии с разъяснениями, которые содержатся в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» при рассмотрении ходатайства следователя или дознавателя об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу суду надлежит учитывать также обстоятельства, указанные в части 1 статьи 99 УПК РФ: тяжесть преступления, подозрение (обвинение) лица в совершении преступления с применением насилия или угрозой его применения, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства (например, подозрение (обвинение) лица в совершении преступления в отношении членов своей семьи при совместном проживании; поведение лица после преступления, в совершении которого оно подозревается (обвиняется), в частности явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, заглаживание причиненного в результате преступления вреда).

Так, из представленных материалов следует, что ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 127 УК РФ, которое относится к категории тяжких преступлений, и за его совершение предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком от 4 до 8 лет, в связи с чем, имеются основания полагать, что опасаясь возможного наказания в виде лишения свободы обвиняемый ФИО1 может предпринять попытки для того, чтобы скрыться от следствия и суда. Кроме того, в настоящее время предварительное расследование по делу находится на начальном этапе, поэтому по делу не закреплены все необходимые доказательства, допрошены не все свидетели, обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, в полной мере не установлены.

Таким образом, в ходатайстве следователя приведены основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, которые полностью подтверждаются представленными следователем материалами.

Суд апелляционный инстанции в силу ст. 99 УПК РФ учитывает, что ФИО1 является гражданином Российской Федерации, имеет постоянную регистрацию на территории Российской Федерации, проживает по адресу: <адрес>, является руководителем Межрегиональной общественной благотворительной организации «Возрождение», женат, имеет на иждивении одного несовершеннолетнего ребенка. По мнению суда апелляционной инстанции, данные о личности обвиняемого свидетельствуют о наличии у него стойких социальных связей.

Из содержания п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» следует, что решая вопрос об избрании меры пресечения и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсудить возможность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления любой категории иной, более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу.

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности установленные обстоятельства, а именно наличие основания, предусмотренного ст.97 УПК РФ, и обстоятельства, предусмотренные ст.99 УПК РФ, учитывая фактические обстоятельства инкриминируемого деяния, а также стадию досудебного производства по уголовному делу и, исходя из принципов гуманизма и справедливости, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оснований для избрания самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 не имеется и в отношении него возможно избрать меру пресечения в виде домашнего ареста в жилом помещении по адресу: <адрес> (правоустанавливающие документы и согласие собственника на то имеются в представленных материалах), подвергнув ФИО1 запретам, установленным п. п. 4-5 ч. 6 ст.105.1 УПК РФ, возложив контроль за нахождением обвиняемого в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением им наложенных судом запретов на ФКУ Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Крым и г. Севастополю.

Суд апелляционной инстанции полагает, что мера пресечения в виде домашнего ареста может являться гарантией беспрепятственного осуществления предварительного расследования и надлежащего процессуального поведения обвиняемого и соблюдения баланса в реализации прав и обязанностей всех участников при осуществлении досудебного уголовного судопроизводства.

Обстоятельств, свидетельствующих о невозможности содержания обвиняемого под домашним арестом, в том числе связанных с состоянием его здоровья, а также медицинских заболеваний, включенных в перечень заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3, не имеется.

Из содержания ч. 2 ст. 107 УПК РФ следует, что домашний арест избирается на срок до двух месяцев. Срок домашнего ареста исчисляется с момента вынесения судом решения об избрании данной меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого, в связи с чем, суд апелляционной инстанции считает необходимым установить срок домашнего ареста в пределах срока предварительного следствия.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

п о с т а н о в и л:

Постановление Сакского районного суда Республики Крым от 20 августа 2025 года об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 – отменить.

В удовлетворении ходатайства старшего следователя следственного отдела по городу Саки Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Республике Крым и городу Севастополю ФИО8 об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого ФИО1 – отказать.

Избрать в отношении обвиняемого ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, меру пресечения в виде домашнего ареста в жилом помещении по адресу: <адрес>, на 01 месяц 19 суток, то есть до 18 октября 2025 года.

На период домашнего ареста установить обвиняемому следующие запреты:

- общение с лицами, являющимися участниками уголовного судопроизводства по настоящему уголовному делу, за исключением защитников – адвокатов, сотрудников органа предварительного следствия и контролирующего органа, а также близких родственников, круг которых определен законом;

- получение и отправление почтово-телеграфных отправлений;

- использование мобильных средств связи, включая стационарные и мобильные телефоны, электронную почту, за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб, в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, следователем и судом, о каждом звонке информировать контролирующий орган, а также за исключением защитников, встречи с которыми должны проходить по месту домашнего ареста, а также близких родственников, круг которых определен в п. 4 ст. 5 УПК РФ;

- использование информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Контроль за нахождением обвиняемого ФИО1 в месте исполнения меры пресечения возложить на Федеральное казенное учреждение «Уголовно-исполнительная инспекция Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Республике Крым и г. Севастополю – на Филиал по <адрес> ФКУ УИИ УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю».

Обвиняемого ФИО1 освободить из-под стражи немедленно.

Разъяснить обвиняемому ФИО1, что в случае нарушения им меры пресечения в виде домашнего ареста и условий исполнения этой меры пресечения она может быть заменена на более суровую меру пресечения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с положениями главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: