Апелляционное постановление № 22-831/2024 от 12 мая 2024 г.

Судья Воищева Ю.И. Дело № 22-831


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 13 мая 2024 года

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего Леденевой С.П.,

при секретаре Тетеря Я.Ю.,

с участием прокурора отдела областной прокуратуры Асадовой Т.И., защитника – адвоката Чуприна В.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвоката ФИО7 на приговор Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 18 сентября 2023 года, которым:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, гражданка РФ, не судимая,

осуждена по ч. 1 ст. 172 УК РФ к наказанию в виде 2 (двух) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях сроком на 2 года.

На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 (два) года, в течение которого она своим поведением должна доказать свое исправление.

Возложены на ФИО1 обязанности: в период испытательного срока периодически являться на регистрацию в специализированный государственный орган, ведающий исполнением наказаний, с периодичностью, устанавливаемой указанным органом, не менять без разрешения соответствующих органов своего места жительства.

Срок наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях, постановлено исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу ФИО1 оставлена без изменения.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Этим же приговором осуждена ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в отношении которой приговор не обжалуется.

Доложив содержание судебного решения, апелляционных жалоб и возражений, выслушав выступление защитника - адвоката ФИО7, поддержавшего доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Асадовой Т.И., возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, полагавшей, что приговор является законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признана виновной и осуждена за осуществление совместно с ФИО2 (в отношении которой приговор не обжалуется) группой лиц по предварительному сговору в г. Воронеже в период времени с 1 января 2018 года по 20 марта 2020 года банковской деятельности (банковских операций) без регистрации и без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, и это деяние сопряжено с извлечением дохода в крупном размере, в общей сумме не менее 6744815,65 рублей, с использованием расчетных счетов подконтрольных им организаций <данные изъяты>

Обстоятельства совершения преступления, подробно изложены в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденной ФИО1 адвокат ФИО7 выражает несогласие с приговором, считает его подлежащим изменению в связи с несправедливостью, вследствие чрезмерной суровости, неправильным применением уголовного закона и существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает, что принимая решение о назначении ФИО1 дополнительного наказания, суд первой инстанции формально сослался на характер и степень общественной опасности совершенного преступления и личности виновной, не привел каких-либо конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о необходимости применения к ФИО1 дополнительного наказания, вывод в этой части не мотивировал. Кроме того, назначив ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях сроком на 2 года, суд не обсудил вопрос о целесообразности его применения в отношении лица, для которого соответствующая деятельность связана с его единственной профессией и возможностью жизнеобеспечения. Полагает, что описательно-мотивировочная часть приговора вступает в противоречие с его резолютивной частью, а также содержит неопределенность относительно вида дополнительного наказания, так как суд признал невозможным сохранение за ФИО1 права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Между тем лишить права занимать определенные должности можно только в отношении должности на государственной службе или в органах местного самоуправления. Также в приговоре суд первой инстанции необоснованно отождествил поведение обоих подсудимых во время или после совершения преступления как одинаковое, что с учетом разных позиций подсудимых не соответствует действительности, формально сослался на фактические обстоятельства и степень общественной опасности преступления, не привел каких-либо конкретных обстоятельств дела и сведений о личности ФИО1, которые бы свидетельствовали о невозможности применения к ней положений ст. 64 УК РФ. Отмечает, что по делу установлена совокупность смягчающих обстоятельств, которые свидетельствуют об уменьшении степени общественной опасности преступления, а также указывают на наличие исключительных обстоятельств, которые позволяют назначить ФИО1 более мягкое наказание в виде штрафа с применением положений ст. 64 УК РФ. Просит приговор изменить, смягчить ФИО1 наказание, назначив его в виде штрафа с применением положений ст. 64 УК РФ, а также исключить назначение дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях сроком на 2 года.

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат ФИО7, ставя вопрос об изменении приговора, указывает, что суд не дал оценку имеющимся сведениям и показаниям свидетелей о том, что организации реально выполняли работы и вели финансово-хозяйственную деятельность. Полагает, что инкриминировать размер ущерба, исходя из общей суммы денежных средств, поступивших на расчетные счета организаций от контрагентов за определенный период нельзя, поскольку из общей суммы указанных денежных средств необходимо исключить суммы по реально выполненным работам, в этой части уголовное преследование ФИО1 необходимо прекратить. Обращает внимание, что в судебном заседании свидетель Свидетель №1 показала, что работала с ФИО1 по транспортным грузоперевозкам крупногабаритного груза, свидетель Свидетель №2 показала, что услуги реально выполнялись, обналичиванием она не занималась, свидетель Свидетель №3 показала, что ООО «Путешественник» легально работает с момента открытия счета и до настоящего времени. Другие свидетели сообщили, что не знают достоверно, вели организации деятельность или нет, ничего не слышали про обналичивание. Свидетель Свидетель №7 не подтвердил в судебном заседании не соответствующие действительности показания, которые он был вынужден подписать в ходе предварительного следствия, а при проведении процессуальной проверки в отношении <данные изъяты> директор данной организации Свидетель №7 показал, что организация осуществляла реальную финансово-хозяйственную деятельность. В ходе судебного разбирательства стало очевидным, что следственный орган необоснованно, искусственно добавлял в протоколы допросов сведения об обналичивании ФИО1 денежных средств, а 5% размер комиссионного вознаграждения ничем не подтвержден, то есть определен произвольно. Согласно показаний ряда допрошенных в суде свидетелей, они не подтверждали такие сведения в судебном заседании. Также приговор не содержит описания преступного деяния, установленного судом, в описательно-мотивировочной части суд изложил копию обстоятельств преступления, изложенную следователем в обвинительном заключении, собственных выводов об обстоятельствах преступления, признанного судом доказанным, не приведено. По ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены показания свидетелей обвинения Свидетель №12, Свидетель №4, Свидетель №14, Свидетель №11, ФИО12, Свидетель №7, Свидетель №5, которые не были допрошены в судебном заседании. Подсудимая ФИО1 и ее защитник возражали против оглашения показаний, не явившихся свидетелей, причины неявки вышеуказанных свидетелей, судом не выяснялись, каких-либо мер, направленных на обеспечение участия неявившихся свидетелей, судом принято не было. В связи с чем, ФИО1 не имела возможности получить информацию и допросить указанных свидетелей, задать им необходимые вопросы, поскольку суд нарушил требования закона о равноправии сторон в исследовании доказательств, не создал необходимых условий для реализации защитой предоставленных ей законом прав, лишив ФИО1 возможности защищаться от предъявленного обвинения всеми предусмотренными законом способами, а также нарушил принцип непосредственного исследования доказательств в судебном разбирательстве. При этом в ходе предварительного следствия между обвиняемой ФИО1 и данными свидетелями очные ставки не проводились. Для обоснования вывода о виновности ФИО1 суд скопировал из обвинительного заключения показания лиц, которые были допрошены в судебном заседании, скрыв существенную часть показаний, данных в судебном заседании и свидетельствующих в пользу стороны защиты, оставил их без анализа и оценки, вместе с тем, перекопированные в приговор из обвинительного заключения показания допрошенных в судебном заседании лиц существенно отличаются от показаний, данных на предварительном следствии. В качестве доказательств вины ФИО1 суд изложил показания свидетеля ФИО2, указав, что об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний она не предупреждалась. Между тем, данные выводы суда не соответствуют действительности, так как в протоколах содержатся сведения о разъяснении свидетелю ФИО2 перед допросами прав, обязанностей и ответственности, в связи с чем показания ФИО2, данные ею в качестве свидетеля и не подтвержденные в суде, нельзя признать допустимыми доказательствами и они должны быть исключены из приговора. Также в качестве доказательства вины ФИО1 суд указал рапорт об обнаружении признаков преступления от 13 января 2021 года, составленный следователем по ОВД ФИО18, сопроводительное письмо замначальника полиции ФИО14 от 05 февраля 2021 года, постановление от 05 февраля 2021 года о предоставлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд, сопроводительные письма исх. 04-31/02044 от 26 августа 2021 года и 04-31/0619 от 01 июля 2021 года, однако данные документы не имеют доказательственного значения и не могут быть взяты за основу вынесения обвинительного приговора, поскольку не являются доказательствами. Также в качестве доказательств вины ФИО1 суд указал постановления о признании и приобщении к уголовному делу в качестве вещественных доказательств изъятых предметов, документов и осмотренных следователем сопроводительных писем, указанные постановления вытекают из составленных следователем протоколов осмотров и свидетельствуют о признании изъятых, а также полученных по запросу предметов и документов в качестве вещественных доказательств, которые этим же постановлением приобщаются к уголовному делу. В связи с чем просит исключить их из числа доказательств, смягчить осужденной ФИО1 наказание, назначив его в виде штрафа с применением ст. 64 УК РФ, и исключить назначение ей дополнительного наказания.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Андреев А.В. считает, что приговор необходимо оставить без изменения, как законный и обоснованный, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Выслушав мнения участников процесса, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вина осужденной ФИО1 в совершении преступления, за которое она осуждена оспариваемым приговором, помимо признательных показаний самой осужденной, которая на стадии предварительного следствия подробно рассказывал об обстоятельствах совершения преступления, в полной мере подтверждается положенными в основу приговора показаниями осужденной ФИО2, данными в ходе предварительного следствия, свидетелей ФИО12 Свидетель №19, Свидетель №17, Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО15, Свидетель №5, Свидетель №14, Свидетель №8, Свидетель №18, Свидетель №4, ФИО16, Свидетель №9, ФИО17, Свидетель №20 Свидетель №10, Свидетель №3, Свидетель №6, Свидетель №11, Свидетель №12, Свидетель №7, а также письменными доказательствами, в том числе результатами оперативно-розыскной деятельности, протоколами осмотра мест происшествия, осмотра предметов, изъятых по месту регистрации осужденных, а также по месту нахождения офиса, в котором они осуществляли свою деятельность, заключениями экспертов по результатам проведения судебно-бухгалтерских экспертиз, документами, представленными Центральным Баком РФ, налоговым органом, Управлением государственного технического надзора в отношении юридических лиц, другими доказательствами, исследованными в судебном разбирательстве, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Суд обоснованно положил указанные выше доказательства в основу приговора, предварительно, как того требуют положения ч.1 ст.88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности для вынесения обвинительного приговора.

Предусмотренных ст. 75 УПК РФ оснований для признания доказательств, на которых основаны выводы приговора, недопустимыми не имеется.

Показания ФИО1 и ФИО2 в ходе следствия, которые суд положил в основу приговора, а также указанных выше свидетелей соответствуют требованиям УПК РФ, согласуются между собой, объективно подтверждаются другими доказательствами.

Данных о том, что показания свидетелей недостоверны или у них имелись основания для оговора осужденных, как и самооговора осужденными, материалы дела не содержат. Мотивы, по которым суд положил указанные показания в основу приговору и иные представленные стороной обвинения доказательства, в приговоре приведены правильно и аргументированы.

Несмотря на то, что на момент допроса статус ФИО2 как обвиняемой не был определен, ей разъяснялось право отказаться свидетельствовать против самой себя, своего супруга и других близких родственников, она была предупреждена о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при ее последующем от них отказе, показания были получены в присутствии защитников, в связи с чем суд наряду с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, положил их в основу приговора.

Доводы стороны защиты ФИО1 о недоказанности фиктивности заключенных с контрагентами сделок проверялись судом первой инстанции и, получив в приговоре надлежащую оценку, обоснованно отвергнуты как несостоятельные со ссылкой на исследованные в судебном заседании доказательства.

Оснований для иной оценки доказательств, о чем по существу ставится вопрос в апелляционной жалобе защитника, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Каких-либо неясностей и противоречий в доказательствах, ставящих под сомнение обоснованность осуждения ФИО1 и в силу ст. 14 УПК РФ подлежащих толкованию в ее пользу, в материалах уголовного дела не содержится.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 297, 303 - 304, 307 - 309 УПК РФ, в нем приведены описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности осужденных, с приведением в необходимой степени конкретизации их роли и действий. Обстоятельства совершения преступления, сумма извлеченного дохода от осуществления незаконной банковской деятельности судом установлены правильно, выводы суда в данной части основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств.

Доводы стороны защиты о том, что приговор в части изложения деяния, признанного доказанным, и показаний свидетелей скопирован с обвинительного заключения, нельзя признать убедительными, поскольку тот факт, что описание преступного деяния осужденных совпадает с его описанием в обвинительном заключении, свидетельствует лишь о том, что обстоятельства, установленные органом предварительного расследования, нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

При этом содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц или иных доказательств таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, равно как и каких-либо объективных данных, которые бы остались без внимания суда и свидетельствовали бы о допущенной ошибке, повлиявшей на правильность выводов суда, либо существенно нарушившей права и законные интересы участников уголовного процесса, не установлено.

Нарушения требований ст. 307 УПК РФ не допущено.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, судом установлены правильно. Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции дал им верную юридическую оценку, на основе исследованных доказательств обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении преступлений и правильно квалифицировал ее действия по ч.1 ст. 172 УК РФ как осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации и без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере.

Вывод суда о том, что незаконная деятельность ФИО1 и ФИО2, была сопряжена с извлечением дохода в крупном размере, мотивирован и основан на исследованных доказательствах, в том числе экспертных заключениях, выписках о движении денежных средств по расчетным счетам подконтрольных им юридических лиц, показаниях свидетелей о размере вознаграждения – не менее 5% от суммы поступивших безналичных денежных средств.

Нарушений уголовно-процессуального закона, ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого в отношении ФИО1, судебного решения, в ходе расследования настоящего дела и рассмотрения его судом не допущено.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. При этом, ограничений прав участников уголовного судопроизводства, во время рассмотрения дела судом, либо обвинительного уклона допущено не было.

Показания свидетелей, данные ими в ходе предварительного следствия, вопреки доводам жалоб, оглашены в соответствии с нормами ст. 281 УПК РФ. В частности, из материалов уголовного дела следует, что перед оглашением показаний свидетелей Свидетель №12, Свидетель №4, Свидетель №14, Свидетель №11, ФИО12, данных ими на предварительном следствии, судом неоднократно предпринимались меры по их вызову в судебное заседание, в том числе, по известным адресам мест их регистрации и проживания были неоднократно направлены повестки о вызовах в судебные заседания, а также судом были вынесены постановления о приводе указанных лиц, однако установить их местонахождение и доставить принудительно не представилось возможным, о чем в материалах уголовного дела имеются соответствующие рапорта.

Поскольку суд исчерпал все возможности для вызова указанных свидетелей, им было обоснованно по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ принято решение об оглашении ранее данных ими показаний, полученных при соблюдении норм уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия.

Принятым судом решением об оглашении показаний указанных свидетелей права ФИО1 не нарушены, поскольку у осужденной ранее имелась возможность оспорить их показания, как на стадии предварительного следствия, так и при ознакомлении с материалами дела в порядке ст. 217 УПК РФ, в том числе она могла выразить свою позицию по данным показаниям, заявить ходатайства об их проверке с помощью других доказательств.

Свидетели Свидетель №7 и Свидетель №5 в судебном заседании отказались от дачи показаний, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ. В связи с этим по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.4 ст. 281 УПК РФ были оглашены их показания, данные в ходе предварительного следствия, поэтому эти показания были обоснованно приведены в приговоре в качестве доказательств вины осужденных.

Оснований для признания этих оглашенных показаний недопустимыми доказательствами не имеется, поскольку они подтверждены другими исследованными в судебном заседании доказательствами, согласуются с показаниями ФИО1 и ФИО2 на предварительном следствии, получены с соблюдением действующего законодательства и не содержат противоречий, которые бы ставили под сомнение их достоверность.

Вместе с тем, по мнению апелляционной инстанции, заслуживают внимания доводы апелляционной жалобы о необоснованном указании в описательно-мотивировочной части приговора на рапорт от 13 января 2021 года следователя по ОВД ФИО3 третьего отдела по расследованию особо важных дел об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ст. 172 УК РФ (том 1 л.д. 183-184), как на доказательство виновности осужденных, так как в силу правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 23 июля 2020 года № 1858 – О, рапорт об обнаружении признаков преступления, составляемый лицом, получившим сообщение о совершенном преступлении, составляемый лицом, получившим сообщение о совершенном или готовящемся преступлении из иных источников, нежели указанных в пунктах 1, 2 и 4 ч.1 ст. 140, ст. 143 УПК РФ, относится к поводу для возбуждения уголовного дела, и он не входит в число доказательств по делу.

В связи с этим ссылку на указанный рапорт следует исключить из описательно-мотивировочной части приговора, как на доказательство виновности осужденных, что, однако не влияет на доказанность вины осужденной ФИО1, поскольку она установлена совокупностью иных приведенных в приговоре доказательств.

Доводы апелляционных жалоб о том, что назначенное осужденной основное наказание является несправедливым вследствие его чрезмерной суровости, нельзя признать обоснованными, поскольку все, подлежащие в соответствии с законом учету при назначении наказания обстоятельства, были приняты во внимание судом.

Вопрос о виде и мере наказания ФИО1 разрешен судом в соответствии с требованиями закона, с учетом характера, степени общественной опасности совершенного преступления, ее фактического участия в его совершении, значения этого участия для достижения цели преступления, всех имеющихся на момент рассмотрения дела данных о личности осужденной, наличия обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, а также влияния наказания на исправление осужденной и условия жизни ее семьи.

При оценке личности ФИО1 судом было учтено, что она впервые совершила преступление, отнесенное законом к категории средней тяжести, не судима, положительно характеризуется по месту жительства и работы, на учетах у врача нарколога и психиатра не состоит.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденной ФИО1, суд первой инстанции признал и надлежащим образом учел, в соответствии с п.п. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, наличие малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, наличие официальной работы и источника дохода.

Таким образом, судом в приговоре в полной мере учтены все установленные по делу смягчающие обстоятельства, в том числе те, на которые сторона защиты ссылается в апелляционных жалобах.

Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих (ч. 1 ст. 61 УК РФ), но неучтенных судом на момент вынесения приговора, равно как и формального подхода суда к оценке перечисленных в приговоре обстоятельств, судом апелляционной инстанции не установлено.

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 63 УК РФ обоснованно признал совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, суд обоснованно пришел к выводу, о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, но с применением положений ст. 73 УК РФ, посчитав возможным исправление осужденной без реального отбывания наказания. Оснований не согласиться с выводами суда и в этой части апелляционный суд не находит.

Как следует из содержания приговора, судом первой инстанции рассматривалась возможность применения в отношении ФИО1 положений ч.6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, то есть изменения категории преступления, назначения более мягкого наказания, однако оснований для этого суд не усмотрел. Не находит таких обстоятельств и суд апелляционной инстанции.

Изменения, внесенные в Уголовный кодекс РФ, а именно главу 22 Федеральным законом от 06 апреля 2024 года № 79-ФЗ, вопреки доводам защиты, не изменяют степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления и не могут служить основанием для изменения назначенного ей наказания.

По своему виду и размеру назначенное ФИО1 основное наказание является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает целям исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений, и чрезмерно суровым не является. Оснований для его смягчения не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении ФИО1 дополнительного наказания.

В соответствии с ч.4 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания.

Как видно из приговора, суд, назначив осужденной ФИО1 основное наказание в виде лишения свободы, также назначил ей дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях, которое не предусмотрено санкцией ч. 1 ст. 172 УК РФ.

В силу ч. 3 ст. 47 УК РФ суд вправе назначить в качестве дополнительного вида наказания лишение права заниматься определенной деятельностью и в случаях, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК в качестве наказания за соответствующее преступление, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Принятое судом решение должно быть мотивированным.

Между тем, при назначении осужденной ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях в качестве дополнительного наказания, суд в нарушение требований уголовного закона свое решение о необходимости назначения этого дополнительного наказания должным образом не мотивировал, не указал какие данные о личности ФИО1, характер и степень общественной опасности совершенного преступления свидетельствуют о невозможности сохранений за ней права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях, а также не сослался в приговоре на ч. 3 ст. 47 УК РФ.

При таких обстоятельствах назначенное ФИО1 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях подлежит исключению из приговора.

Каких-либо иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора по иным основаниям, в том числе и по доводам апелляционных жалоб, судом первой инстанции не допущено, в остальном приговор является законным, обоснованным и справедливым.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 18 сентября 2023 года в отношении ФИО41 изменить:

- исключить из числа доказательств рапорт об обнаружении признаков преступления от 13 января 2021 года (том 1 л.д. 183-184);

- исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной части приговора указание о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по выполнению управленческих функций в коммерческих организациях сроком на 2 года.

В остальной части приговор оставить без изменения, удовлетворив частично апелляционные жалобы защитника.

Апелляционное постановление вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в судебную коллегию Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.3, 401.7 - 401.8 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) в суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

По истечении указанного срока апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.3, 401.10 - 401.12 УПК РФ, путем подачи кассационной жалобы (представления) непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Председательствующий