Приговор № 1-113/2019 от 26 июня 2019 г. по делу № 1-113/2019

Дело № 1-113/19

74RS0031-01-2019-000060-63


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

27 июня 2019 года г. Магнитогорск

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе председательствующего Прокопенко О.С.,

при секретарях, Лекомцевой О.В., Шеметовой О.Н., Самаркиной А.П., Ботовой И.А.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Орджоникидзевского района г. Магнитогорска Рашкиной Н.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Кобылинского С.И.,

представителя потерпевшей С.Ф.Н. – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда уголовное дело в отношении:

ФИО1, родившегося <дата обезличена> в <адрес обезличен><данные изъяты>, гражданина <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159, ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 ч. 3 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил покушение на мошенничество, то есть совершил умышленные действия, непосредственно направленные на хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба, с использованием своего служебного положения, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, при следующих обстоятельствах:

Приказом начальника Главного следственного управления Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Челябинской области от 20 декабря 2017 года № 849 л/с ФИО1 назначен на должность старшего следователя отделения по расследованию преступлений в сфере экономики отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции «Правобережный» следственного управления УМВД России по городу Магнитогорску Челябинской области с 20 декабря 2017 года. Приказом начальника Главного следственного управления Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Челябинской области от 13 ноября 2018 года № 1081 л/с ФИО1 уволен со службы в органах внутренних дел с 13 ноября 2018 года.

Согласно п.п. 7.1, 7.2, 7.4, 10 должностного регламента старшего следователя отделения по расследованию преступлений в сфере экономики отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой Отделом полиции «Правобережный» следственного управления УМВД России по городу Магнитогорску Челябинской области ФИО1, последний, помимо прочего, обязан исполнять законодательство Российской Федерации об уголовном судопроизводстве путем надлежащей организации расследования уголовных дел; соблюдать требования уголовного и уголовно-процессуального законодательства в ходе предварительного следствия по уголовным делам о преступлениях, подследственных следователям органов внутренних дел; обеспечивать полноту и качество расследования уголовных дел в установленные уголовно-процессуальным законодательством сроки; соблюдать требования действующего законодательства, регламентирующее прохождение службы в органах внутренних дел России, исполнительскую и служебную дисциплину.

Таким образом, ФИО1 в период с 20 декабря 2017 года по 13 ноября 2018 года в установленном законом порядке являлся представителем власти, то есть должностным лицом правоохранительного органа.

В производстве отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции «Правобережный» следственного управления УМВД России по городу Магнитогорску Челябинской области находилось уголовное дело <номер обезличен> по обвинению Ф.Р.А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, о чем ФИО1, в силу занимаемой должности, было достоверно известно. При этом Ф.Р.А. являлся знакомым ФИО1, на протяжении длительного период времени они поддерживали между собой доверительные отношения.

Так, в период времени с 10 июня 2018 года у ФИО1 в неустановленном месте на территории города Магнитогорска Челябинской области возник преступный умысел на хищение денежных средств путем мошенничества с использованием своего служебного положения в крупном размере у С.Ф.Н., злоупотребляя ее доверием и обманывая ее, что он окажет содействие ее сыну Ф.Р.А. в благоприятном для последнего исходе уголовного дела, которое в производстве ФИО1 не находилось.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1, действуя умышленно, из корыстной заинтересованности, 13 июня 2018 года в период времени с 10.05 часов до 10.50 часов, находясь в помещении ИВС УМВД России по г. Магнитогорску по адресу ул. Строителей, 11, предложил обвиняемому Ф.Р.А. изготовить неустановленную в ходе следствия записку, адресованную С.Ф.Н. с просьбой передать ФИО1 денежные средства в размере 30 000 рублей, пояснив при этом, что за данные денежные средства организует предоставление Ф.Р.А. свидания с его близкими родственниками. Ф.Р.А. на предложение ФИО1 согласился и изготовил собственноручную записку соответствующего содержания. После чего ФИО1 в период времени с 13 июня 2018 года по 15 июня 2018 года продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств С.Ф.Н. путем злоупотреблением доверия, с причинением ей значительного ущерба, с использованием своего служебного положения, находясь у дома № <адрес обезличен> в Орджоникидзевском районе города Магнитогорска, встретился с С.Ф.Н., предъявив ей вышеуказанную записку Ф.Р.А. и предложил С.Ф.Н. передать ему согласно записке денежные средства в указанном размере. При этом ФИО1, не намеревался в будущем исполнять взятые на себя обязательства, связанные с предоставлением свиданий с Ф.Р.А. его близким родственникам. С.Ф.Н., будучи введенной в заблуждение относительно полномочий ФИО1, в период с 13 июня 2018 года по 15 июня 2018 года в дневное время, находясь у дома № <адрес обезличен> в Орджоникидзевском районе города Магнитогорска Челябинской области, передала ФИО1 денежные средства в размере 30 000 рублей, которыми ФИО1 в последующем распорядился по своему усмотрению, причинив потерпевшей С.Ф.Н. значительный материальный ущерб в размере 30 000 рублей.

Далее ФИО1, реализуя свой преступный умысел, действуя умышленно, из корыстной заинтересованности, в период времени с 10 июня 2018 года по 09 ноября 2018 года, находясь в неустановленные следствием дату и время в помещении отдела полиции «Правобережный» УМВД России по городу Магнитогорску Челябинской области, расположенном по адресу: <...>, являясь старшим следователем отделения по расследованию преступлений в сфере экономики отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции «Правобережный» следственного управления УМВД России по городу Магнитогорску Челябинской области, то есть должностным лицом правоохранительного органа, используя свое служебное положение, узнал у начальника отделения по расследованию преступлений в сфере экономики отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции «Правобережный» следственного управления УМВД России по городу Магнитогорску Челябинской области А.Н.Н. об обстоятельствах привлечения Ф.Р.А. к уголовной ответственности по уголовному делу <номер обезличен>, об избранной ему мере пресечения, о ходе расследования данного уголовного дела.

После этого, в период с 10 июня 2018 года по 09 ноября 2018 года, в неустановленные следствием дату и время, ФИО1, продолжая реализацию своего преступного умысла, находясь около ТЦ «<данные изъяты>», расположенном по адресу: г. Магнитогорск, ул. <адрес обезличен>, предложил С.Ф.Н. за 400 000 рублей оказать содействие Ф.Р.А. в благоприятном для него исходе уголовного дела <номер обезличен>, по обвинению последнего в совершении тяжкого преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в изменении избранной в отношении Ф.Р.А. меры пресечения в виде заключения под стражу, а в последующем назначении Ф.Р.А. наказания, не связанного с лишением свободы.

При этом ФИО1, взятые на себя обязательства в будущем исполнять не собирался. Кроме того, ФИО1 осознавал, что уголовное дело по обвинению Ф.Р.А. в его производстве не находится, в связи с чем, повлиять на изменение избранной меры пресечения он не может, также как и не мог повлиять на меру назначенного в будущем возможного наказания, поскольку не обладал соответствующими полномочиями.

С.Ф.Н., осознавая противоправный характер действий ФИО1, обратилась в оперативно-розыскную часть собственной безопасности ГУ МВД России по Челябинской области и сообщила о предъявляемых ей ФИО1 вышеуказанных требованиях.

После чего 09 ноября 2018 года в период с 16.59 часов до 18.15 часов С.Ф.Н., находясь у <адрес обезличен> в Орджоникидзевском районе города Магнитогорска, действуя под контролем сотрудников оперативно-розыскной части собственной безопасности ГУ МВД России по Челябинской области, передала ФИО1 выданные ей указанными сотрудниками полиции денежные средства в размере 100 000 рублей в банковской упаковке за изменение ее сыну - обвиняемому Ф.Р.А. - меры пресечения, назначении наказания, не связанного с лишением свободы и иного благоприятного для Ф.Р.А. исхода результата рассмотрения уголовного дела.

ФИО1, будучи уверенным, что злоупотребил доверием С.Ф.Н. получил от С.Ф.Н. денежные средства в указанной упаковке, полагая, что получил 400 000 рублей за вышеуказанные действия в пользу обвиняемого Ф.Р.А., которые он в будущем исполнять не собирался и в силу должностного положения исполнить не мог. После получения денег ФИО1 был задержан сотрудниками полиции в рамках оперативно-розыскного мероприятия, а денежные средства были у него изъяты.

В судебном заседании ФИО1 вину по предъявленному обвинению, предусмотренному ч. 3 ст. 159 УК РФ не признал, по ч. 3 ст. 30 ч. 3 ст. 159 ч. 3 УК РФ признал частично и пояснил суду, что знаком с Ф.Р.А. с 17 лет, проживали в соседних деревнях, дружили. В 2007 году он трудоустроился в МВД г. Магнитогорска и стал проживать у Ф.Р.А. и его матери С.Ф.Н. по пр. <адрес обезличен>. Потом он женился, стали меньше встречаться, изменились номера телефонов. Осенью 2013 года он находился в деревне у родителей, в гости к ним заехал Ф.Р.А. они с ним пообщались, обменялись телефонами. Примерно через неделю они созвонились и встретились в кафе в г. Магнитогорске. В ходе беседы Ф.Р.А. выяснил у него, не желает ли он поменять машину, и предложил ему финансовую помощь. Ф.Р.А. рассказал ему, что является организатором «<данные изъяты>», что указанная организация погашает кредиты за денежное вознаграждение в сумме 20-25 % от стоимости кредита, убедил его, что организация серьезная. Обдумав предложение Ф.Р.А., спустя 3-4 дня он созвонился с Ф.Р.А. и последний снова пообещал ему, что организация погасит его кредит на машину, а в случае если организация прекратит свое существование, то они либо разделят его кредит, либо Ф.Р.А. сам его погасит. Тогда он обратился за автокредитом в сумме 500 000 рублей, банк предварительно одобрил ему его заявку. В г. Челябинске он подыскал себе машину БМВ Х5. Вместе с его братом и Ф.Р.А. они поехали за машиной в г. Челябинск. Посмотрели машину, она его устроила, договорились о ее стоимости в размере 680-690 000 рублей. После чего проехали в банк, но там ему согласились выдать кредит только в размере 200 000 - 250 000 рублей, он отказался. С собой у него было 207 000 рублей. Тогда Ф.Р.А. сказал, что может «перехватить» 500 000 рублей у себя на работе в организации «<данные изъяты>». Они предложили продавцу машины проехать в г. Магнитогорск за деньгами, последний согласился. На двух машинах они вернулись в г. Магнитогорск, где приехали к офису «<данные изъяты>». Ф.Р.А. зашел в офис и взял деньги. После чего они проехали в «Магбицентр», где передали продавцу деньги за автомобиль и отвезли его на вокзал. Далее он подал заявки в банки на кредиты и получил в трех банках «<данные изъяты>» кредиты на общую сумму 750 000 рублей. Добавил свои 30 000 рублей. После чего в присутствии своего брата Б. в машине передал Ф.Р.А. 780 000 рублей, из которых 500 000 рублей сумма долга и 280 000 рублей в «<данные изъяты>» за оплату его кредитов и кредитные договоры. В один из дней, при их встрече с Ф.Р.А. ему позвонила его бухгалтер, и Ф.Р.А. в его присутствии выяснил у последней, что его (ФИО1) кредитные договоры оплачиваются. В декабре 2013 года ему стали звонить с банков и сообщать о просрочках. Он созвонился с Ф.Р.А., последний сказал ему, что все будет нормально, а затем перестал отвечать на его телефонные звонки. Прошло 5 лет и он увидел задержанного Ф.Р.А. в отделе полиции «Правобережный» УМВД России по городу Магнитогорску Челябинской области. Тогда он обратился к Ф.Р.А. по поводу неисполненных им обязательств сначала в отделе полиции, а на следующий день приехал к нему в ИВС, так как знал, что его повезут в суд для решения вопроса по мере пресечения. В ходе их разговора Ф.Р.А. написал записку матери, в которой указал, чтобы она дала 30 000 рублей ему (Булату) и 30 000 рублей К, а также сказал ему, чтобы он сказал его матери С.Ф.Н., что для того чтобы «вытащить его» нужны 300 000 рублей, чтобы получить у нее деньги в качестве возврата долга. Ф.Р.А. написал ему номер телефона К.. Он созвонился с К. и через нее они договорились о встрече с С.Ф.Н.. При встрече С.Ф.Н. стала интересоваться здоровьем сына и узнавать, что с ним будет. На следующий день они снова встретились, и С.Ф.Н. передала ему деньги в размере 30 000 рублей, а он пообещал ей по просьбе Ф.Р.А. найти хорошего адвоката. Номера телефона С.Ф.Н. он не сохранил, поэтому позже снова позвонил К. и сказал, что нужно 300 000 рублей, она сказала, что переговорит с С.Ф.Н.. Спустя какое-то время К. перезвонила и сообщила ему, что денег нет. Потом он встретился с С.Ф.Н. и последняя сказала ему, что денег у нее нет. При последующих встречах с С.Ф.Н., последняя в своих разговорах упоминала следователя А.. Он подумал, что Ф. ей все рассказал, а потому отвечал: «Да». При этих встречах С.Ф.Н. говорила ему, что ищет деньги, берет кредиты, но он ей не верил, так как знал, что деньги у Ф.Р.А. есть. Затем при очередной встрече с С.Ф.Н. его задержали сотрудники ФСБ. Никакой речи о разрешениях на свидание с Ф.Р.А. не было, возможности повлиять на выдачу разрешений на свидания, на ход расследования уголовного дела в отношении Ф. у него не было.

Из оглашенных в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, допрошенного в качестве подозреваемого следует, что с Ф., а на момент их знакомства фамилия последнего была С.Ф.Н., он познакомился в 1998-1999 году. В 2007 году он приехал в г. Магнитогорск и проживал в квартире С.Ф.Н., поддерживая с Ф. дружеские отношения. Примерно в 2012-2013 годах между ним и Ф.Р.А. состоялся разговор, в ходе которого последний предложил ФИО1 приобрести автомобиль на кредитные денежные средства, а долг по кредиту будет за ФИО1 погашать организация, которой руководил Ф.Р.А.. Однако после того как он взял в кредит деньги и приобрел автомобиль БМВ Х5, Ф.Р.А. сделал всего два или три платежа по данным кредитам, после чего перестал производить платежи, а на его телефонные звонки не отвечал. В июне 2018 года он в ОП «Правобережный» увидел Ф.Р.А., которого задержали. На следующий день он приехал к Ф.Р.А. в ИВС УМВД России по г. Магнитогорску, где предложил Ф.Р.А. погасить имеющийся долг. Ф.Р.А. изготовил рукописную записку, адресованную своей матери с просьбой передать ему (ФИО1) долг в размере 30 000 рублей. Он предъявил данную записку С.Ф.Н., которая передала ему деньги в размере 30 000 рублей. В последующем, желая получить от сожительницы Ф. - К. и С.Ф.Н. оставшийся долг в размере 300-350 000 рублей, он позвонил К. и сообщил ей о необходимости передать 300 000 рублей, за то, чтобы Ф.Р.А. было назначено условное наказание. На что К. ответила, что денег нет. Затем ему перезвонила С.Ф.Н. и попросила о встрече. При встрече, она интересовалась, как можно помочь сыну, на что он ответил, что все вопросы решаемы и это будет стоить 400 000 рублей. Мама Ф. сказала, что деньги будет собирать частями и предложила 100 000 рублей, на что он сказал, что его устроит только сумма 400 000 рублей. Фактически повлиять на исход дела Ф.Р.А. он не мог и не собирался, так как судьба Ф. ему была безразлична, и уголовное дело в отношении последнего в его производстве не находилось, а деньги он хотел получить от С.Ф.Н., чтобы таким образом вернуть долг Р. перед ним. 09 ноября 2018 года он прибыл к дому С.Ф.Н., где получил от нее денежные средства и был задержан. Он понимал, что, требуя денежные средства у матери ФИО3, он действует противоправно (Т.2, л.д. 48-63).

Из оглашенных в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, допрошенного в качестве обвиняемого следует, что действительно он получил денежные средства в сумме 100 000 рублей от С.Ф.Н. путем обмана под ложным предлогом решения вопроса о содействии в благоприятном исходе по уголовному делу в отношении его знакомого ФИО3 Р.А., желая таким образом вернуть долг Ф.Р.А. перед ним (Т. 2, л.д. 73-78).

Из оглашенных в судебном заседании в соответствии с п.1 ч.1 ст. 276 УПК РФ дополнительного допроса ФИО1 в качестве обвиняемого от 21 декабря 2018 года следует, что 13 июня 2018 года он посещал Ф.Р.А. в помещении ИВС УМВД России по г. Магнитогорску с целью выяснить, когда последний вернет ему долг. Тогда Ф.Р.А. с целью возврата ему части долга попросил листок бумаги и ручку и написал записку, адресованную его матери с просьбой передать ему (ФИО1) 30 000 рублей и 30 000 рубле девушке Ф.Р.А. – К.. Он поинтересовался у Ф.Р.А., откуда у нее такая сумма денег и почему она должна была передать ему свои деньги, на что Ф.Р.А. ответил, что у матери хранятся его деньги. После чего Ф.Р.А. сообщил ему номер К., потому что номер матери он не помнил. Он связался с К., они встретились в квартире дома <адрес обезличен>, где он показала К. записку Ф.Р.А., После чего они связалась с матерью Ф.Р.А. и договорились с ней о встрече. В этот же день, примерно в 14 часов, он встретился с С.Ф.Н. у ТЦ «Паллада», где он, находясь в своем автомобиле, показал С.Ф.Н. записку от Ф.Р.А.. Примерно на следующий день ему позвонила С.Ф.Н. и предложила приехать за деньгами. Он подъехал к ТЦ «Паллада», где С.Ф.Н. села в его автомобиль Шкода государственный регистрационный номер <данные изъяты> и передела ему денежные средства в размере 30 000 рублей. Указанные денежные средства в последствии были потрачены. Автомобиль БМВ Х5 был им приобретен за сумму около 750 000 рублей на кредитные денежные средства, которые за него должен был оплачивать Ф.Р.А. В связи с чем Ф.Р.А. должен был оплачивать его кредиты он на момент его допроса не помнил и таких тонкостей пояснить не смог. С.Ф.Н., он знает с 90-х годов, некоторое время проживал в ее квартире в г. Магнитогорске, когда трудоустраивался в полицию г. Магнитогорска. В последствии автомобиль БМВ Х5 был им продан. Фактически за указанный автомобиль он получил денежные средства в размере 135 000 рублей, по данному факту он обратился в Левобережный отдел полиции 13 ноября 2018 года. При общении с С.Ф.Н. им использовался телефон с номером <данные изъяты>, а также возможно с номера <данные изъяты> (Т.2, л.д. 86-92).

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении вышеописанного преступного деяния, кроме своих показаний, данных на предварительном следствии и в судебном заседании, подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей, а также письменными доказательствами.

Так, из показаний потерпевшей С.Ф.Н. данных на предварительном следствии и в судебном заседании следует, что с ФИО1 она знакома с 2007 года, хорошо знает его мать. В 2007-2008 годах ФИО1 проживал у нее на квартире по адресу: г. <адрес обезличен> на протяжении 8-10 месяцев. 12 июня 2018 года ей стало известно, что ее сына Ф.Р.А. задержали сотрудники полиции по подозрению в совершении преступлений, а в последующем ее сыну предъявили обвинение и избрали меру пресечения в виде заключения под стражу. В период нахождения сына под стражей с ней связался ФИО1 и сказал, что надо встретиться, чтобы передать записку от сына. 13 или 14 июня 2018 года они встретились с ФИО1 у ТЦ «Палада» по ул. Труда д. 20 в г. Магнитогорске. Он подъехал на автомобиле серого цвета, она села к нему в автомобиль, где ФИО1 передал ей записку на бумаге формата А4 в записке печатными буквами чернилами синего цвета было написано «Мама не переживай, все нормально, дай денег Булату 30 000 рублей и К. для Р. 30 000 рублей. Она поверила, что указанная записка от сына, ФИО1 для чего деньги не спрашивала, сам ФИО1 для чего указанные 30 000 рублей не говорил. Она сказала, что денег при себе у нее нет, и они договорились встретиться на следующий день, предварительно созвонившись. При встрече на том же месте у ТЦ «Палада» по ул. Труда д. 20 в г. Магнитогорске она села в машину к ФИО1, где передала ему 30 000 рублей купюрами по 5000 рублей, которые ФИО1 сказал ей положить в карман переднего пассажирского сиденья. Когда она передавала деньги, то спросила у ФИО1 можно ли увидеть сына, он обещал помочь, сказал, что попробует организовать свидание, обещал поговорить со следователем. Сама она к следователю за разрешением на свидание не обращалась, а обращалась адвокат Кушнаренко, которая через какое-то время сообщила им, что можно прейти получить разрешение на свидание. На свидании с сыном, последний поинтересовался у нее отдала ли они деньги Булату. Она сказала, что отдала. За что эти деньги, сын ей не пояснял. После этого больше на свидания к сыну она не ходила, к следователю за разрешением на свидание не обращалась и с ФИО1 не созванивалась. Примерно, в июле 2018 года ФИО1 прислал ей смс: «Ему светит от 10 до 15, хотите помочь?». Она уничтожила это смс и ФИО1 не перезванивала. В октябре 2018 года, числа не помнит, ФИО1 ей позвонил, и они договорились встретиться также у ТЦ «Палада» по ул. Труда д. 20. При встрече она спросила у ФИО1: «Можно как-то помочь?» на что ФИО1 сказал, что поговорит со следователем. Через несколько дней, он позвонил и сказал подойти к ТЦ «Паллада». Она подошла, он приехал на машине, сказал, что нужны деньги, чтобы помочь сыну, могут дать условный срок или домашний арест. ФИО1 показал ей бумажку, на которой было написано 400 тысяч рублей в течение 3-4 х дней. Она сказала, что попробует собрать деньги и попросила уменьшить сумму. ФИО1 сказал, что поговорит со следователем А., что деньги для нее и пришлет смс. Позже от ФИО1 пришло смс, что сумма не уменьшится. Она обратилась в банк, чтобы взять кредит, но такой суммы ей не давали. Потом пришла Ф.М. и она ей все рассказала, и та предложила обратиться в службу безопасности. В октябре 2018 года Ф.М. поехала в г.Челябинск, где обратилась в службу безопасности. После чего ей позвонил сотрудник, представился Ф.1 и сказал, что надо встретиться. Они встретились на пр.К.Маркса,189. Она ему все рассказала, и он предложил ей поучаствовать в оперативном мероприятии, подключить аппаратуру. Она согласилась. В начале ноября 2018 года в здании службы спасения она передала Ф.1 свое зимнее пальто, чтобы встроить в него аудио и видео записывающее устройство, после чего пойти нем на встречу с ФИО1. Ей позвонил ФИО1 и поинтересовался, собрала ли она деньги, она ответила утвердительно. Они встретились у ТЦ «Палада», где она сказала ФИО1, что собрала деньги, но не всю сумму. ФИО1 сказал, что нужна вся сумма полностью, что А. не соглашается на меньшее. Они договорились, что она позвонит ему, как соберет всю сумму. Далее Ф.1 сказал ей, что ей дадут деньги, и она снова пойдет на встречу. В помещении на пр. К. Маркса 189 ей передали деньги несколько купюр по 5 000 рублей, остальные по 1 000 рублей, сказали, что всего 100 000 рублей. В ее присутствии деньги были откопированы, а их номера переписаны. Она подписала какие-то документы. После чего позвонила ФИО1 и они договорились о встрече. Это было 09 ноября 2018 года, она вышла к арке своего дома, <адрес обезличен>, где передала ФИО1 деньги. Ей также известно, что Ф.М. записывала разговоры с ФИО1 на диктофон. У сына она интересовалась о наличии у него долга перед ФИО1, и последний ей сказал, что никому не должен (Т.1, л.д. 211-219, 222-227).

Из показаний свидетеля Ф.К.С. данных на предварительном следствии и в судебном заседании следует, что 08 ноябре 2018 года ему позвонил <данные изъяты><данные изъяты>. и дал указание проверить информацию, о том что у гр. С.Ф.Н. сотрудник полиции ФИО1, вымогает денежные средства. Было подготовлено оперативное мероприятие «Наблюдение». <данные изъяты> Г.Л.Ю. были подписаны соответствующие документы, получив которые он преступил к работе. На основании постановления от 08 ноября 2018 года были приглашены понятые в присутствии понятых С.Ф.Н. была передана аудио-видео записывающая аппаратура вмонтированная в пуховик. От С.Ф.Н. было получено согласие о добровольном участии в оперативном эксперименте. Также С.Ф.Н. были разъяснены ее права и обязанности, разъяснено, что оперативный эксперимент проводится для проверки полученной информации. В этот же день 08 ноября 2018 года состоялась встреча С.Ф.Н. и ФИО1 После чего С.Ф.Н. в присутствии понятых вернула пуховик с аудио-видео аппаратурой. После просмотра записи информация подтвердилась. После чего 09 ноября 2018 года было вынесено постановление о проведении ОРМ «Оперативный эксперимент». В присутствии понятых в задании «Служба спасания» расположенном по адресу <...> были переданы денежные средства в размере 100 000 рублей, предварительного данные денежные купюры были откопированы, а их номера и серии переписаны. С.Ф.Н. изъявила добровольное желание на участие в оперативном эксперименте. С.Ф.Н. были разъяснены ее права, цель проведения оперативного эксперимента, в том числе она была предупреждена о недопустимости провокации дачи взятки, по данному поводу были составлены соответствующие документы. С.Ф.Н., добровольно согласилась на участие в оперативном эксперименте, ей была вручена аудио-видео записывающая аппаратура. Запись с указанного записывающего устройства за 08 и 09 ноября 2018 года была скопирована на DVD диск и приобщена к материалам уголовного дела. Момента передачи денег он не видел, он находился в машине, перекрывал выезд Позже ему позвонил Г.Л.Ю. и сообщил о задержании ФИО1 Он прибыл к месту задержания и принимал участие в осмотре машины, где под водительским сиденьем на коврике были обнаружены денежные средства. Задержанный ФИО1 ничего по поводу обнаруженных денег не пояснял. В последствие он видел видеозапись эксперимента, на ней было видно, что ФИО1 вел себя напряженно, оглядывался по сторонам. Деньги были переданы ФИО1 у дома по <адрес обезличен>. На следствии С.Ф.Н. поясняла, что эти деньги предназначались для изменения ее сыну Ф.Р.А. меры пресечения и вынесении в отношении его приговора не связанного с лишением свободы (Т.2, л.д. 42-45).

Из показаний свидетеля А.Н.Н. данных на предварительном следствии и в судебном заседании следует, что 09 ноября 2018 года, около 21 часа ее вызвали в УМВД г.Магнитогорска, где от сотрудника Службы безопасности ей стало известно, что ФИО1 получил деньги от С.Ф.Н., для чего не пояснили. Ей было известно, что С.Ф.Н. мать Ф.Р.А. уголовное дело в отношении которого находилось у нее в производстве. В 2015 году было возбуждено уголовное дело по факту хищения денежных средств пайщиков КПК «Империал». В январе 2018 года она объявила Ф.Р.А. в розыск. 11 июня 2018 года Ф.Р.А. был задержан в Москве, доставлен в г.Магнитогорск. 13 июня 2018 года Ф.Р.А. предъявлено обвинение в совершении преступления предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, судом ему избрана мера пресечения в виде содержания под стражей. Во время содержания в СИЗО с ходатайством о предоставлении свидания с Ф.Р.А. обращалась его супруга, которой она предоставила свидание и в июле 2018 года приходила адвокат Кушнаренко, сказала, что приезжают из г.Санкт-Петербург мать и сестра Ф.Р.А. и попросила для них свидание, она выдала им разрешение на свидание. За время нахождения уголовного дела в ее производстве, никто из сотрудников правоохранительный органов, в том числе ФИО1 не обращался к ней с просьбой посодействовать в благоприятном исходе для Ф.Р.А. по уголовному делу. Никаких разговоров с ФИО1 по поводу расследования уголовного дела не было. В 2017 году из личных бесед с ФИО1 ей стало известно, что последний знаком с Ф.Р.А. с детства, у них дружеские отношения, также ей известно, что Ф.Р.А. вовлек ФИО1 в какие-то финансовые отношения, что с точки зрения ФИО1, причинило ему материальный ущерб. Между ней и ФИО1 никогда не было разговора о получении денежных средств от близких родственников Ф.Р.А., поселений никогда не интересовался результатами расследования данного уголовного дела за исключением результатов рассмотрения ходатайства об избрании меры пресечения. После суда она по просьбе ФИО1 сообщила ему об аресте Ф.Р.А. направив ему СМС ( Т.1, л.д. 245-253, Т.2, л.д.1-4).

Из показаний свидетеля Ф.Р.А. данных на предварительном следствии и в судебном заседании с участием адвоката Рагожиной И.Г. следует, что он знаком с ФИО1 более 10 лет, вместе проживали в Кизильском районе в соседних деревнях, поддерживали дружеские отношения. 10 июня 2018 года он был задержан в г. Москве и доставлен 11 июня 2018 года в г. Магнитогорск. В кабинете следователя А.Н.Н. ОП «Правобережный» г. Магнитогорска он встретил своего знакомого ФИО1. Примерно 12-13 июня 2018 года ФИО1 пришел к нему в ИВС г. Магнитогорска. До этого следователь А.Н.Н. сказала ему, что для того чтобы не «сидеть» придется заплатить и сказала, что к нему приедет их общий знакомый. ФИО1 ему сказал, что за свободу нужно заплатить 350 000 - 500 000 рублей. Он отказался. При этой встрече с ФИО1, он написал записку матери С.Ф.Н. в которой указал, чтобы мама передала 30 000 рублей ФИО1 и 30 000 матери моего сына - Ш.Е.И. для ребенка. 30 000 рублей ФИО1 он передал за свидания, чтобы он передал следователю А.Н.Н. чтобы его не ограничивали в свиданиях. Так как когда он отказался платить, ФИО1 сказал, что его ограничат в свиданиях. Он спросил, что нужно сделать. ФИО1 пообщался с кем-то по телефону, путем переписки, после чего сказал, что нужно заплатить 30 000 рублей, и будут свидания. ФИО1 сказал ему, что это деньги для следователя А.Н.Н. После этого он написал записку, собственноручно, печатно-прописными буквами. После этого до августа 2018 года ему были предоставлены свидания с родственниками. На свидание к нему приходили жена и мама с сестрой. Во время свидания он спросил у мамы, передала ли она деньги. С.Ф.Н. сказала, что деньги передала и матери его ребенка и ФИО1. Для чего нужно было передать деньги ФИО1, он маме не пояснял. Считает, что ФИО1 посредник между ним и А.Н.Н. при передаче денег. Никакого долга перед ФИО1 он не имеет. В 2013 году он занимал ФИО1 свои личные деньги на покупку автомобиля БМВ Х5 в размере 500 000 рублей, которые были возвращены ему ФИО1 спустя месяц (Т.1, л.д. 240-244).

Из показаний свидетеля А.А.К. данных на предварительном

следствии и в судебном заседании следует, что он является начальником отдела ГУ МВД России по Челябинской области. ФИО1 был его подчиненным, работал страшим следователем. Ему известно, что ФИО1 был задержан сотрудниками службы безопасности при получении денежных средств у гр. С.Ф.Н., о чем ему сообщили из ГУВД г. Челябинска. При беседе с ФИО1 по данному факту, последний ему сообщил, что забирал долг. Дела между следователями распределяются им. Примерно с 2014 года у них в производстве находилось уголовного дело в отношении Ф.Р.А. В январе 2018 года Ф.Р.А. был объявлен в розыск следователем А.Н.Н. и был задержан в июне 2018 года в г.Москве. Она же направляла в суд ходатайство о заключении Ф.Р.А. под стражу. Ежедневно по утрам со всем составом проводятся оперативные совещания, где обсуждаются даты окончания расследования уголовных дел и возникшие по делам проблемы. Ход следственных мероприятий по делам не обсуждается. По уголовному делу в отношении Ф.Р.А. на совещаниях также уточнялись процессуальные моменты. ФИО1 у него уголовным делом в отношении Ф.Р.А. никогда не интересовался. Также ему не известно, чтобы ФИО1 интересовался этим делом у других сотрудников полиции. В связи с большим объемом уголовного дела в отношении Ф.Р.А. весь отдел, включая ФИО1, были включены в состав следственной группы по этому делу. Но никаких следственных действий ФИО1, по данному уголовному делу не проводил. Как работника и человека может охарактеризовать ФИО1 только с положительной стороны. Также он слышал от кого-то из работников, что Ф.Р.А. и ФИО1 знакомы, оба с <адрес обезличен> района и Ф.Р.А. должен ФИО1 какие-то деньги. А после задержания Ф.А.Р., ФИО1 сам говорил ему, что знает Ф.Р.А. и его родителей и не может принимать участие в следственных действиях по данному делу (Т.2, л.д.16-21).

Из показаний свидетеля З.А.А. данных на предварительном

следствии и в судебном заседании следует, что 08 ноября 2018 года в свой выходной день он находился на своем рабочем месте ГУ ПСС ЧО, по адресу г. Магнитогорск <адрес обезличен>, где к нему обратился начальник и попросил быть свидетелем. Он согласился. Они прошли в учебный класс, куда пришли сотрудники службы безопасности. В присутствии его и второго понятого женщине было передано коричневое плащ-пальто с записывающим устройством. Был составлен документ о передаче спецсредства, где все участники расписались. Он потрогал пальто, там были провода, они были в подкладе. В этот же день, около 17 часов ему позвонил дежурный, чтобы он подъехал завершить это дело. Он приехал, женщины уже не было, сотрудник показал пакет с пальто и пояснил, что женщина вернула пальто. Он расписался в составленном документе о возврате спецсредства (Т.2, л.д. 22-24).

Из показаний свидетеля Ю.Д.О, данных на предварительном следствии и в судебном заседании следует, что 09 ноября 2018 года он и его знакомый ФИО4 принимали участие в качестве понятых. Обратившиеся к ним сотрудники ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области пояснили, что у присутствующей с ними женщины С.Ф.Н. сотрудник полиции вымогает деньги и предложили быть понятыми при пометке денежных купюр и их передаче женщине. Все купюры на общую сумму 100 000 рублей были откопированы, а их номера переписаны. Они сверили номера и серии всех купюр, после чего денежные средства были переданы С.Ф.Н. Также С.Ф.Н. был передан пуховик коричного цвета с звукозаписывающей аппаратурой. После чего сотрудники пояснили, что сейчас будет проведена операция и в случае если произойдет задержание, их снова пригласят. Примерно через полтора часа, им сообщили о задержании ФИО1, и они были приглашены к машине, которая была припаркована к воротам теплого бокса их учреждения. В их присутствии сотрудники обыскали задержанного ФИО1, у которого при себе находились 2 телефона, ключи, деньги. Потом стали спрашивать, где деньги, которые ему дала потерпевшая. ФИО1, ответил, что денег никаких ему никто не передавал. Потом они осматривать машину, где под водительским сиденьем нашли пачку денег. В их присутствии сотрудник посветил фонариком со стороны задней правой двери и позвал их чтобы они зафиксировали наличие денег в машине. Водитель машины пояснил, что данные денежные средства ему не принадлежат. После чего денежные средства были изъяты из машины и опечатаны в конверт. После чего они вернулись в расположение отряда, прошли в класс, где сотрудник при них вскрыл конверт, извлек от туда деньги. Они сверили номера и серии купюр и удостоверились, что это именно те деньги, которые ранее были переданы С.Ф.Н.. После чего были оформлены документы, в которых все участники следственного действия поставили свои подписи. Вечером этого же дня они были допрошены (Т.2 л.д. 25-28).

Из показаний свидетеля Т.А.Р. данных на предварительном следствии и в судебном заседании следует, что 09 ноября 2018 года он находился на своем рабочем месте ГБУ СПС, где работает спасателем. К нему обратились 3-е сотрудников полиции и пожилая женщина. Сотрудники полиции пояснили, что некий полицейский требует у женщины деньги в размере 400 000 рублей. И попросили быть понятыми. Вместе с ним в качестве понятого также принимал участие Ю.Д.О, Им как понятым были разъяснены их процессуальные права. В их присутствии сотрудники полиции предъявили им на обозрение деньги в сумме 100 000 рублей и ксерокопии указанных денежных средств. Они сверили номера и серии денежных купюр. Деньги передали женщине. А также женщине в их присутствии был передан пуховик, в который было вмонтировано аудиозаписывающее устройство. В районе пояса указанного пуховика он видел провода. О передаче денег и записывающего устройства были составлены соответствующие документы, где он поставил свою подпись. Женщине также разъяснили ее права. Затем женщина пошла на встречу, а им сказали что позовут их позже. Через какое-то время их снова позвали сотрудники полиции. Они прошли на улицу, где у ворот служебного гаража стоял автомобиль «Рено» серого цвета. Возле машины находился задержанный ФИО1, женщина, которой передали денежные средства и водитель автомобиля. Водитель автомобиля сказал, что он просто таксист. У ФИО1 спросили про деньги, он сказал, что никаких денег не видел. Потом сотрудники полиции обыскали ФИО1, у которого при себе находились 2 телефона, жвачка, наличные деньги. Потом один из сотрудников стал осматривать машину, открыл заднюю правую дверь, посветил фонарем и они увидели под водительским сиденьем пачку денег. Деньги вытащили, положили в конверт, упаковали. После чего вернулись в класс ГБУ СПС. Эти деньги потом при них распаковали, и они снова сверили их номера и серии. Также в их присутствии женщина возвратила пуховик с записывающим устройством. В ходе проведения указанных процессуальных действий были составлены соответствующие документы, в которых он поставил свои подписи (Т.2, л.д. 29-32).

Из показаний свидетеля И.А.Р., данных на предварительном следствии и в судебном заседании следует, что подрабатывает оказывая услуги такси. 09 ноября 2018 года в вечернее время поступила заявка о перевозке пассажира от дома № 17/1 по ул. Жукова в г. Магнитогорске, до ресторана «Аура». Прибыв на заявку, в автомобиль сел ранее ему не знакомый ФИО1, который сообщил, что сначала нужно проехать к дому № 191 по пр. К. Маркса в г. Магнитогорске, а затем в ресторан. Когда он подъехал к указанному дому, ФИО1 вышел из автомобиля и направился к дому 189 по пр. К. Маркса. Спустя некоторое время он вернулся и сел в машину. Он начал движение автомобиля и в это время к автомобилю подъехали сотрудники полиции и задержали его и ФИО1. Во время осмотра автомобиля, под сиденьем водителя были обнаружены денежные средства, которые ему не принадлежали. ФИО1 также пояснил, что это не его деньги. После чего они прошли в здание отделения «Сбербанка», зашли в комнату, которая напоминала класс, в ней располагались парты, стулья. Позже в это помещения также пришли две женщины одна постарше, другая помоложе. Сотрудники полиции предъявили ксерокопии изъятых денежных купюр, их номера и серии совпали. Денежные средства в его присутствии были упакованы (Т.2, л.д. 33-36).

Из показаний свидетеля Ш.Е.И., данных на предварительном следствии и в судебном заседании следует, что она сожительствовала с Ф.Р.А., у них имеется совместный ребенок. В июне 2018 года ей стало известно о задержании Ф.Р.А., который после задержания был эпатирован в г. Магнитогорск. Вскоре после задержания Ф.Р.А. ей позвонил ФИО1, который предложил встретиться и поговорить. От С.Ф.Н. ей стало известно, что ФИО1 друг Ф.Р.. При встрече ФИО1 передал ей записку для мамы Р., написанную подчерком Р. в которой было написано: «Не переживай, передай деньги К. и Булату 30 000 рублей». Она прочитала записку и вернула ее ФИО1 Затем она созвонилась с С.Ф.Н. и сказала что есть записка от Р.. ФИО1 попросил номер телефона С.Ф.Н. и она дала ему ее (С.Ф.Н.) номер телефона. Потом в течение недели она встретилась с С.Ф.Н. и последняя отдала ей деньги в размере 30 000 рублей и рассказала, что передела деньги ФИО1 для чего предназначались эти деньги, С.Ф.Н. ей не говорила. Также в июне 2018 года ФИО1 снова ей позвонили попросил выйти во двор по <адрес обезличен>. При встрече он ей рассказал, что имеется возможность договориться со следователем, который ведет дело Ф.Р.А. за 300 000 рублей, тогда дело «сляпают» и Р. назначат условное наказание. Она сказала, что у нее таких денег нет, и он попросил передать эту информацию С.Ф.Н.. Она сообщила эту информацию С.Ф.Н., после чего последняя пошла в банк, чтобы взять кредит. После разговора с С.Ф.Н. она созвонилась с ФИО1 и сказала ему, что таких денег у них нет. На этом их общение с ФИО1 закончилось. В ходе расследования уголовного дела ей стало известно, что у С.Ф.Н. ФИО1 просил 400 000 рублей. Ей не известно ни одного случая чтобы Р. занимал у кого – то деньги, обычно деньги занимали у Р. (Т.2, л.д.37-41).

Кроме вышеуказанных доказательств виновность подсудимого ФИО1 объективно подтверждается письменными материалами дела, исследованными в судебном заседании, а именно:

протоколом осмотра места происшествия от 19 декабря 2018 года согласно которому с участием потерпевшей С.Ф.Н. осмотрен участок местности у дома № <адрес обезличен> в городе Магнитогорске, где последняя передала ФИО1 денежные средства в сумме 30 000 рублей (Т.1, л.д. 154-159);

протоколом осмотра места происшествия от 19 декабря 2018 года, согласно которому с участием потерпевшей С.Ф.Н. осмотрен участок местности у дома № <адрес обезличен> в городе Магнитогорске, где потерпевшая передала ФИО1 в ходе ОРМ «Оперативный эксперимент» 100 000 рублей (Т.1 л.д. 160-164);

протоколом выемки от 20 декабря 2018 года, согласно которому у потерпевшей С.Ф.Н. изъяты документы: детализация телефонных соединений и выписка по расчетному счету (Т.1, л.д. 173-176);

протокол осмотра документов от 20 декабря 2018 года с последующим признанием и приобщением к уголовному делу в качестве доказательств, согласно которому осмотрены изъятые в ходе выемки 20 декабря 2018 года у потерпевшей С.Ф.Н. документы, а именно детализация телефонных соединений и выписка по банковскому счету. Из детализации телефонных соединений (<данные изъяты>) следует, что потерпевшая неоднократно контактировала с абонентскими номерами <данные изъяты>, <данные изъяты> и <данные изъяты>, принадлежащими ФИО1 Согласно выписке по счету банка «КУБ» у потерпевшей С.Ф.Н. имелись денежные средства на счете в размере 65 958 руб. 13 коп. (Т., л.д. 177-185);

протоколом выемки от 10 ноября 2018 года, согласно которому у свидетеля Ф.М.В. изъят сотовый телефон IPhone X, на котором содержатся аудиозаписи переговоров С.Ф.Н. и ФИО1 (Т.1, л.д. 188-192);

протоколом осмотра предметов от 10 ноября 2018 года, согласно которому осмотрен изъятый в ходе выемки от 10 ноября 2018 года у свидетеля Ф.М.В. вышеуказанный сотовый телефон. В ходе осмотра из памяти мобильного устройства извлечены аудиозаписи, которые записаны на компакт-диск и приобщены в качестве доказательства по уголовному делу, а сотовый телефон возвращен свидетелю Ф.М.В. на ответственное хранение (Т.1, л.д. 193-201);

протоколом осмотра предметов и документов от 23 ноября 2018 года с последующим признанием и приобщением к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств, согласно которому осмотрены изъятые у ФИО1 сотовый телефон «IPhone», сотовый телефон «Micromax», денежные средства в размере 2 700 рублей, денежные средства, изъятые в автомобиле Рено Логан, государственный регистрационный знак <данные изъяты> в сумме 100 000 рублей, результаты оперативно-розыскной деятельности, аудиозаписи извлеченные у свидетеля Ф.М.В., компакт-диск с видеозаписью передачи денежных средств ФИО1 (Т.1, л.д. 202-209,210).

рапортом и.о. руководителя Орджоникидзевского МСО СУ СК России по Челябинской области Ш.П.Н. об обнаружении признаков преступления от 09 ноября 2018 года, согласно которому из ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области поступили материалы оперативно-розыскной деятельности в отношении ФИО1, который 09 ноября 2018 года в период с 16 час.59 мин. до 18 час.15 мин. находясь у дома № <адрес обезличен> в г. Магнитогорске путем мошенничества пытался похитить денежные средства С.Ф.Н. (Т.1, л.д.4);

рапортом заместителя руководителя Правобережного МСО СУ СК России по Челябинской области П.В.Е. об обнаружении признаков преступления от 24 декабря 2018 года, согласно которому в ходе расследования уголовного дела <номер обезличен> по обвинению ФИО1 выявлены признаки преступления, а именно ФИО1 в период с 13 июня 2018 года по 15 июня 2018 года похитил путем мошенничества денежные средства С.Ф.Н. в размере 30 000 рублей, причинив ей значительный материальный ущерб (Т.1, л.д.26);

актом осмотра и вручения специальной техники от 08 ноября 2018 года, согласно которому С.Ф.Н. сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области вручен комплекс аудио-видео записывающей аппаратуры, закомуфлированный под пуховик коричневого цвета (Т.1, л.д. 45);

актом осмотра и изъятия специальной техники от 08 ноября 2018 года, согласно которому у С.Ф.Н. сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области изъят комплекс аудио-видео записывающей аппаратуры, закомуфлированный под пуховик коричневого цвета (Т.1, л.д.46);

актом осмотра и вручения денежных средств от 09 ноября 2018 года с приложением, согласно которому С.Ф.Н. сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области вручены денежные средства в сумме 100 000 рублей (Т.1, л.д.47-69);

актом осмотра и вручения специальной техники от 09 ноября 2018 года, согласно которому С.Ф.Н. сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области вручен комплекс аудио-видео записывающей аппаратуры, закомуфлированный под пуховик коричневого цвета (Т.1, л.д.70);

актом личного досмотра от 09 ноября 2018 года, согласно которому у ФИО1 обнаружены и изъяты: сотовый телефон «IPhone», сотовый телефон «Micromax», денежные средства в размере 2 700 рублей (Т.1, л.д.71);

актом осмотра и изъятия денежных средств от 09 ноября 2018 года, согласно которому в автомобиле «Рено Логан», государственный регистрационный знак <данные изъяты> обнаружены и изъяты денежные средства в сумме 100 000 рублей (Т.1, л.д.72);

актом осмотра и изъятия специальной техники от 08 ноября 2018 года, согласно которому у С.Ф.Н. сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области изъят комплекс аудио-видео записывающей аппаратуры, закомуфлированный под пуховик коричневого цвета (Т.1, л.д.73);

актом оперативно-розыскного мероприятия от 09 ноября 2018 года, согласно которому сотрудниками ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области на основании постановления начальника ГУ МВД России по Челябинской области проведено ОРМ «Оперативный эксперимент». В ходе проведения мероприятия С.Ф.Н. вручены денежные средства в размере 100 000 рублей, а также комплекс аудио-видео записывающей аппаратуры, закомуфлированной под пуховик коричневого цвета, при помощи которого задокументированы преступные действия ФИО1 Встреча между С.Ф.Н. и ФИО1 организована у дома № <адрес обезличен> в Орджоникидзевском районе г. Магнитогорска, где С.Ф.Н. передала ФИО1 денежные средства в размере 100 000 рублей, за оказанное в будущем ФИО1 содействия в благоприятном исходе уголовного дела в отношении сына потерпевшей – Ф.Р.А. (Т.1, л.д. 74);

ответом на запрос из ИВС УМВД России по г. Магнитогорску от 22 ноября 2018 года, согласно которому ФИО1 посещал Ф.Р.А. 13 июня 2018 года в период с 10 час.05 мин. до 10 час. 50 мин. (Т.2, л.д.135-136);

ответом на запрос из Кизильского РОСП от 20 декабря 2018 года, согласно которому в отношении ФИО1 возбуждено исполнительное производство по взысканию задолженности по кредитам (Т.2, л.д. 143-144);

ответом на запрос из АО «КредитУралБанк» от 25 декабря 2018 года, согласно которому С.Ф.Н. обращалась в указанное кредитное учреждение для займа денежных средств. (Т.2, л.д. 147);

копиями материалов уголовного дела <номер обезличен>, согласно которым в отношении Ф.Р.А. возбуждены уголовные дела, 11 июня 2018 года он задержан в порядке ст. 91 УПК РФ, 12 июня 2018 года Ф.Р.А. предъявлено обвинение, 13 ноября 2018 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (Т.2, л.д.152-164);

копией приказа № 849 л/с от 20 декабря 2017 года, согласно которому ФИО1 с указанного числа назначен на должность старшего следователя отделения по расследованию преступлений в сфере экономики отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ОП «Правобережный» СУ УМВД России по городу Магнитогорску (Т.2, л.д.184-186);

копией должностного регламента ФИО1, согласно которому ФИО1, обязан соблюдать требования действующего законодательства, регламентирующее прохождение службы в органах внутренних дел России, исполнительскую и служебную дисциплину (Т.2, л.д. 188-190);

протоколом очной ставки между свидетелем Ф.Р.А. и обвиняемым ФИО1, согласно которому Ф.Р.А. изобличил ФИО1 в совершении преступления и показал, что никаких денежных средств ФИО1 не должен, записку адресованную С.Ф.Н. он написал по указанию ФИО1 за организацию свиданий (Т.2, л.д. 97-109).

Представленные суду доказательства тщательно и всесторонне исследованы в судебном заседании, являются относимыми к настоящему делу, составлены в соответствии с требованиями УПК РФ, не имеют каких-либо нарушений закона, следовательно, являются допустимыми доказательствами, поэтому могут быть положены в основу приговора, как совокупность доказательств изобличающих подсудимого в совершении преступления.

Показания потерпевшей, свидетелей обвинения, данные ими в судебном заседании и на предварительном следствии, суд находит в целом последовательными и не противоречащими, поскольку они согласуются между собой и с другими доказательствами, взаимодополняют друг друга и позволяют составить общую картину преступления. Оснований не доверять потерпевшей и свидетелям, ставить их показания под сомнение у суда оснований не имеется. Поэтому показания потерпевшей, свидетелей приведенные в приговоре суд считает необходимым положить в основу обвинительного приговора. Эти показания содержат детальное, последовательное и подробное описание произошедших событий, с объяснением их причин и возникших последствий из которых следует, что ФИО1 был разработан и применен способ хищения денежных средств потерпевшей С.Ф.Н. путем злоупотребления ее доверием.

Нарушений норм УПК РФ, влекущих прекращение уголовного дела или оправдание подсудимого при производстве предварительного расследования по настоящему уголовному делу допущено не было.

Отдельные неточности и незначительные противоречия, имеющиеся в показаниях некоторых свидетелей и потерпевшей относительно дат поступающих звонков от ФИО1 и состоявшихся с ним встречах, лицах участвующих при процессуальных действиях и месте их проведения, обусловлены, по мнению суда, субъективными особенностями человеческой памяти и не четкой фиксацией этих обстоятельств участниками событий, которыми не предавалось какого-то значения им в тот период времени, а так же длительным промежутком времени прошедшим после указанных ими событий до того, как содеянное стало очевидным для потерпевшей и до допросов об этих обстоятельствах. Эти неточности и противоречия не могут оказать влияния на выводы суда о виновности подсудимого в целом. Таким образом, суд кладет в основу приговора всю указанную совокупность доказательств, которая, четко свидетельствует о совершении преступления подсудимым.

Также, суд кладет в основу приговора показания подсудимого ФИО1 данные им в судебном заседании на предварительном следствии в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам, а именно о том, что он действительно получил от С.Ф.Н. денежные средства в размере 30 000 рублей и намеривался получить 400 000 рублей.

Представленные стороной обвинения письменные доказательства суд оценивает как достоверные и допустимые, так как процедура их получения была органами предварительного следствия соблюдена неукоснительно.

Вопреки доводам защитника материалы, полученные правоохранительными органами в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий являются допустимыми доказательствами.

Так, проведение оперативно-розыскных мероприятий «оперативный эксперимент» и «наблюдение» в отношении ФИО1 соответствовало целям и задачам оперативно-розыскной деятельности, предусмотренным ст. 2 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", решение о проведении этих ОРМ принималось при наличии оснований, предусмотренных ст. 7 указанного Федерального закона.

Данные оперативно-розыскные мероприятия проводились на основании постановления начальника ОРО ОРЧ СБ ГУ МВД России по Челябинской области от 08 ноября 2018 года (Т.1, л.д. 42-43).

Доводы стороны защиты о том, что добровольное согласие С.Ф.Н. от 06 ноября 2018 года зарегистрированное 07 ноября 2018 года не оформлено надлежащим образом, поскольку из него невозможно установить в каких конкретных мероприятиях С.Ф.Н. хотела участвовать. В акте ОРМ «Оперативный и эксперимент» отсутствуют сведения о ее инструктаже по вопросу недопустимости подстрекать лицо, в отношении которого проводится ОРМ к совершению противоправных действий, суд считает несостоятельными.

Вопреки доводам адвоката, согласно представленному в материала дела добровольному согласию, оформленному потерпевшей, последняя выразила свое согласие на участие в оперативно-розыскных мероприятиях на документирование преступной деятельности сотрудника полиции ФИО1, который требует для передачи следователю А.Н.Н. 400 000 рублей (Т.1, л.д.44). Отсутствие в указанном согласии наименования ОРМ и времени его проведения не является нарушением закона, влекущим признание результатов ОРД недопустимыми доказательствами.

Более того, все участники данных оперативно-розыскных мероприятий – С.Ф.Н., а также оперативный работник ОРС СБ ГУ МВД России по Челябинской области Ф.К.С., организовавший их проведение, понятые З.А.А., Ю.Д.О,, Т.А.Р. допрошены в суде об обстоятельствах подготовки и проведения ОРМ, данных, свидетельствующих о нарушениях закона при проведении такого мероприятия, не получено.

Также проверены судом в уголовно-процессуальном порядке обстоятельства получения с мобильного телефона «Iphone Х» представленного свидетелем Ф.М.В. аудиозаписи разговоров состоявшихся между ФИО1 и С.Ф.Н. и приобщения к материалам уголовного дела СД –диска с аудиозаписями их разговоров.

При этом, следует признать необоснованными и несостоятельными доводы защиты о недопустимости как доказательства по делу протокола осмотра вышеуказанного СД-диска с аудиозаписями разговоров между ФИО1 и С.Ф.Н., поскольку из постановления о приобщении в качестве доказательства по делу от 23 ноября 2018 года следует о признании и приобщении к материалам уголовного дела СД- диска с содержащейся на нем записью телефонных разговоров», в то время как в протоколе осмотра предметов и документов указано об осмотре DVD-диска, поскольку ошибочное наименования электронного носителя не препятствует проверке их относимости, допустимости и достоверности в уголовно-процессуальном порядке, что и было сделано судом в условиях состязательности и равноправия сторон.

Указанная аудиозапись была исследована в судебном заседании, при этом принадлежность голосов на аудиозаписях, имеющихся в деле, соответственно С.Ф.Н. и ФИО1 подсудимым не оспаривалось. Ходатайства о проведении по делу фоноскопической экспертизы стороной защиты не заявлялось.

Таким образом, нарушений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», в том числе провокации, при проведении оперативно-розыскных мероприятий по данному делу не допущено.

Материалы оперативно-розыскной деятельности и другие указанные в приговоре доказательства, показания потерпевшей и свидетелей Ш.Е.И. и Ф.М.В., подтверждающиеся аудиозаписью разговоров состоявшихся между ФИО1 и С.Ф.Н. свидетельствуют о том, что умысел ФИО1 на хищение денежных средств потерпевшей сформировался независимо от деятельности потерпевшей и сотрудников оперативных служб.

Результаты оперативно-розыскной деятельности были переданы следователю в установленном законом порядке надлежащим должностным лицом, которое обладает полномочиями для совершения данного процессуального действия. Данные материалы отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ, фактические данные, отраженные в них, подтвердили лица, участвующие в их проведении в судебном заседании, а потому данные материалы суд кладет в основу обвинительного приговора и в соответствии со ст. 74, 89 УПК РФ принимает в качестве доказательств.

То обстоятельство, что в рапорте и.о. руководителя Орджоникидзевского МСО СУ СК России по Челябинской области Ш.П.П. в качестве места совершения преступления указан дом № <адрес обезличен> в г. Магнитогорске, в то время как в обвинительном заключении местом совершения преступления указан <адрес обезличен> в г. Магнитогорске, на что ссылается сторона защиты, также не является основанием для признания указанного рапорта незаконным, поскольку отсутствуют обстоятельства, позволяющие усомниться в достоверности изложенных в нем обстоятельств совершения ФИО1 преступления, который был задержан после совершения преступления по адресу <адрес обезличен> расположенного в непосредственной близости от места получения денежных средств от гр. С.Ф.Н. пр. К. <адрес обезличен>.

В судебном заседании подсудимым ФИО1 и его защитником также заявлено ходатайство о признании недопустимыми доказательствами протоколов допроса ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого, постановления о привлечении его в качестве обвиняемого. В обоснование своих доводов ФИО1 указал, что согласно протоколу его допроса в качестве подозреваемого допрос окончен в 20 час. 14 мин. в то время как в 19.14- 19.15 часов он находился на улице со своей супругой и фиксировал указанное обстоятельство на телефон. Поле чего в 20 час. 20 мин. что также им зафиксировано на телефон он возвращался с супругой домой и более в этот вечер в здание Орджоникидзевского МСО не возвращался, в связи с чем ему не могло быть предъявлено обвинение в 20 час. 50 мин. и он не мог быть допрошен в качестве обвиняемого в период с 21 до 21.30 часов.

Давая оценку указанным доводам, суд отмечает, что заявлять об указанных обстоятельствах ФИО1 стал только в судебном заседании. Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи его допроса следует, что время, указанное в протоколе допроса совпадает со временем, озвученным следователем - криминалистом Б.В.С. производившим видеозапись. Допрошенный в судебном заседании Б.В.С. подтвердил указанные обстоятельства и пояснил, что время им озвучивалось, исходя из времени, которое показывал телефон, при этом никто из участников следственного действия никаких возражений по поводу неверного указания времени не заявлял. Представленная ФИО1 видеозапись, на которой зафиксировано его нахождение на улице в течение около 2-х минут в 19 часов 15 минут, сама по себе не свидетельствует о неверном указании времени его допроса в протоколе, поскольку к указанному времени допрос его был окончен и производился просмотр видеозаписи, в ходе которого как пояснил Б.В.С. имели место перерывы и ФИО1 мог выйти на улицу на несколько минут. При этом, из видеозаписи допроса следует, что ФИО1 и его защитник по окончании просмотра видеозаписи в 20 час. 12 мин. заявили о своем ознакомлении с видеозаписью в полном объеме.

Что касается доводов ФИО1 о том, что время предъявления ему обвинения 20.50 час. и его допроса в качестве обвиняемого с 21.00 часа до 21.30 час. он находился в другом месте суд также относится к ним критически. Из представленной ФИО1 видеозаписи следует, что ФИО1 находится вне помещения Орджоникидзевского МСО и производит съемку в период с 20 час. 20 мин. в на протяжении 15 минут, до есть до 20 час. 35 мин., в то время как следственные действия с ним проводились: в 20 час. 50 мин. - предъявление обвинения и в период с 21 час. до 21 час. 30 мин. - допрос в качестве обвиняемого.

Кроме того, подсудимый и его защитник были ознакомлены с указанными документами, замечаний, от них не поступило, что подтверждено их подписями.

Таким образом, к доводам подсудимого и его защитника о фальсификации времени в протоколах допроса ФИО1 и постановлении предъявления обвинения суд относится критически.

При этом суд отмечает, что стратегия защиты по делу в целом, направлена на компрометацию потерпевшей и свидетеля Ф.Р.А. как участников процесса, и дискредитацию органов предварительного следствия по делу, на то, что бы опорочить показания указанных лиц и придать видимость наличия нарушений со стороны органов предварительного следствия, допущенных при расследовании уголовного дела. Так, ФИО1 в дополнениях стал утверждать о фальсификации вышеуказанных протоколов и постановления о привлечении его в качестве обвиняемого, а в прениях заявил, что звонок С.Ф.Н. о том, что она готова передать ему деньги стал провокацией его дальнейших действий. Данные утверждения ФИО1 не выдерживает критики, поскольку материалами дела, показаниям потерпевшей, свидетелей Ф.М.В., Ф.Р.А. Ш.Е.И., Ф.К.С., установлено, что умысел у ФИО1 на завладение денежными средствами потерпевшей С.Ф.Н. возник у него до получения им денежных средств от потерпевшей 09 ноября 2018 года, и отсутствие в действиях потерпевшей и сотрудников полиции в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия признаков провокации. Кроме этого, указанный довод осужденного входит в противоречие с его же позицией по делу в период предварительного следствия и в суде, в том числе в последнем слове, о том, что он признает свою вину по ч.3 ст. 30 ч.3 ст. 159 УК РФ и не отрицает, что с момента задержания Ф.Р.А. намеривался получить от С.Ф.Н. денежные средства в размере 400 000 рублей.

Таким образом, утверждения стороны защиты о недопустимости представленных в материалы дела результатов оперативно-розыскной деятельности, протоколов следственных действий, о провокации со стороны потерпевшей С.Ф.Н. несостоятельны, они голословны, явно надуманы и в целом направлены на затушевывание роли подсудимого по делу, в пользу чего четко свидетельствует то обстоятельство, что для достижения своих конъюнктурных целей стороной защиты используются все возможные методы, вплоть до манипулирования доказательствами и явной подтасовки фактов.

В судебном заседании стороной защиты высказывалось мнение о том, что между ФИО1 и Ф.Р.А. имели место договоренности о погашении организацией ООО «<данные изъяты>», где тот работал кредитных обязательств ФИО1, которые последний в полном объеме не исполнил. Суд считает данные утверждения надуманными, они даны подсудимым, имеющим личную заинтересованность в исходе дела, лишь с целью дискредитировать и опорочить показания указанного лица в данной части. Суд считает, что подсудимый манипулирует существующими обстоятельствами, связанными с покупкой им автомобиля БМВ Х5, на которой Ф.Р.А. занял ему денежные средства в размере 500 000 рублей, и которые ФИО1 как установлено в суде показаниями самого подсудимого и свидетелей вернул спустя месяц, получив кредит в банке.

То обстоятельство, что ФИО1 брал кредит для возврата займа Ф.Р.А., не может свидетельствовать о ложности утверждений потерпевшей и свидетелей Ф.Р.А., Ш.Е.И. об отсутствии у Ф.Р.А. долговых обязательств перед ФИО1.

Показания свидетелей А.Н.Н. и А.А.К. о том, что со слов ФИО1 им известно о каких-то финансовых отношениях между ФИО1 и Ф.Р.А. в ходе которых ФИО1 был причинен материальный ущерб, а у Форекс возник долг перед ФИО1 также не оказывают какого-либо влияния на оценку действий подсудимого, поскольку указанные показания основаны на сведениях, полученных от ФИО1, который является лицом, заинтересованным в исходе дела.

Таким образом, у суда отсутствуют основания не доверять последовательным, стабильным и согласующимся как между собой, так и с иными доказательствами по делу, показаниям потерпевшей, свидетелей обвинения, а также свидетеля Ф.Р.А. в части касающейся предложения ФИО1 заплатить за свободу 300 000 – 500 000 рублей, написания им записки о передачи денежных средств ФИО1 для организации свиданий в размере 30 000 рублей и отсутствия у него долга перед ФИО1 и кладет их в основу приговора.

К показаниям свидетеля Ф.Р.А. о том, что ФИО1 являлся посредником получения денежных средств для следователя А.Н.Н., которая неоднократно предлагала ему заплатить за его свободу, суд относится критически и не может на их основе делать какие- либо выводы об обстоятельствах, подлежащих доказыванию.

Кроме того, суд не может исключить и то обстоятельство, что свидетель Ф.Р.А., является обвиняемым по уголовному делу, которое находилось в производстве следователя А.Н.Н. и дача им указанных показаний, по мнению суда, в целом, направлена на компрометацию следователя и дискредитацию органов предварительного следствия по расследуемому в отношении его уголовному делу. Его показания в суде об этом в целом не убедительны, фрагментарны и отрывочны, не логичны и наполнены внутренними противоречиями. При этом излишне ярко выраженными и явно демонстрируемыми эмоциями с привлечением к своему допросу средств массой информации, по мнению суда, Ф.Р.А. пытается придать большую убедительность своим измышлениям, которые были проверены органами следствия при расследовании данного уголовного дела. Причастность А.Н.Н. к инкриминируемому ФИО1 преступлению не установлена.

Так же, суд не доверяет показаниям подсудимого ФИО1 данным в судебном заседании, согласно которым 30 000 рублей, указанные Ф.Р.А. в записке, переданы ему в качестве возврата долга. После чего, по предложению Ф.Р.А., под предлогом помочь последнему, он просил С.Ф.Н. о передаче ему денежных средств в размере 300 000 рублей, с целью вернуть таким способом денежные средства, которые ему был должен Ф.Р.А., обязавшийся оплачивать кредиты ФИО1 посредством организации «<данные изъяты>». К данным показаниям ФИО1 суд относится критически и оценивает их как избранный способ защиты по предъявленному обвинению.

Так, анализируя показания ФИО1 данные им в ходе судебного следствия и на предварительном следствии суд отмечает, что показания о том, что он (ФИО1) помимо суммы, которую ему занял Ф.Р.А. на покупку автомобиля в размере 500 000 рублей передал Ф.Р.А. денежные средства в размере 20-25% от суммы кредита, ФИО1 в период предварительного следствия не сообщал, а на вопрос следователя, почему Ф.Р.А. должен был оплачивать его кредиты, пояснял, что не помнит таких тонкостей (Т.2 л.д.90). Также не указывал ФИО1 и о том, что именно Ф.Р.А. предложил ему получить денежные средства с его матери под предлогом оказания ему помощи в рамках возбужденного в отношении Ф.Р.А. уголовного дела. Указанные показания в период следствия были им даны в присутствии защитника Кобылинского С.И. после разъяснения ему положений статьи 51 Конституции Российской Федерации и статей 46 и 47 Уголовно процессуального кодекса Российской Федерации. Изменение показаний подсудимыми в ходе судебного следствия суд оценивает как способ защиты и приходит к выводу, что подсудимый изменили показания, стремясь избежать ответственности за содеянное, облегчить свое положение.

Более того, о несостоятельности и необоснованности доводов ФИО1 о том, что его обязательства по погашению кредитной задолженности должно било исполнять ООО «<данные изъяты>», где работал Ф.Р.А. указывает и то обстоятельство, что ФИО1, имея высшее юридическое образование, не мог не знать и не понимать, что перевод должником своего долга на другое лицо допускается лишь с согласия кредитора (Банка), путем заключения соответствующего соглашения. Между тем, как следует из показаний подсудимого каких-либо документов о заключении им с ООО «<данные изъяты>» или Ф.Р.А. соглашения на оплату его долга, о передаче им денежных средств Ф.Р.А. в размере 20-25% от суммы долга составляющей 280 000 рублей не составлялось.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что подсудимый не представил доказательств, свидетельствующих о передачи им денежных средств Ф.Р.А. на условиях их возвратности, при этом сам Ф.Р.А. наличие у него долга перед ФИО1 отрицает.

К показаниям ФИО1 данным им в ходе судебного следствия и на предварительном следствии о том, что денежные средства, которые он получил от С.Ф.Н. в размере 30 000 рублей и намеривался получить в размере 400 000 рублей, принадлежали Ф.Р.А. суд относится критически.

Как установлено в судебном заседании, происхождение денежных средств в качестве взятки для должностного лица между ФИО1 и С.Ф.Н. не обсуждалось, при этом С.Ф.Н. неоднократно говорила ФИО1, об отсутствии у нее денежных средств и своем намерении взять кредит в банке и занять деньги у родственников. Таким образом, каких-либо оснований у ФИО1 считать, что получаемые им деньги в размере 30 000 рублей, а также трубимые им деньги в размере 400 000 рублей, принадлежат Ф.Р.А. у подсудимого не имелось.

Таким образом, утверждения стороны защиты о том, что ФИО1 пытался вернуть долг, который образовался перед ним у Ф.Р.А., несостоятельны, они голословны, явно надуманы и в целом направлены на затушевывание роли подсудимого по делу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» от хищения следует отличать случаи, когда лицо, изымая и (или) обращая в свою пользу или пользу других лиц чужое имущество, действовало в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество (например, если лицо обратило в свою пользу вверенное ему имущество в целях обеспечения долгового обязательства, не исполненного собственником имущества). Обязательным условием наличия в действиях лица состава преступления предусмотренного ст.330 УК РФ является, то, что лицо, изымая имущество, предполагает, что он имеет право на данное имущество. С учетом имеющихся в деле доказательств, учитывая обстоятельства совершения преступления - хищение личных средств потерпевшей С.Ф.Н., отсутствие в деле каких-либо неоспоримых доказательств о наличии между ФИО1 и С.Ф.Н. или ее сыном Ф.Р.А. каких-либо долговых обязательств, а также отсутствие каких-либо требований со стороны ФИО1, до совершения инкриминируемого преступления, о выплате ему по этим обязательствам, у суда отсутствуют основания для квалификации содеянного ФИО1 по ст. 330 УК РФ, поскольку законных оснований или предполагаемого права у ФИО1 требовать денежные средства от потерпевшей С.Ф.Н. не имелось.

На основании совокупности доказательств суд приходит к выводу, что ФИО1 с целью обращения в свою пользу получил денежные средства от С.Ф.Н. в размере 30 000 рублей, и намеривался получить 400 000 рублей путем злоупотребления ее доверием, с использованием своего служебного положения под видом якобы дальнейшей их передачи следователю А.Н.Н. в качестве взятки в целях совершения действий в интересах обвиняемого Ф.Р.А. по уголовному делу, не намереваясь исполнять свое обещание.

Как сам факт мошенничества, так и обстоятельства его совершения нашли свое подтверждение не только на основе показаний потерпевшей С.Ф.Н., свидетеля Ф.Р.А., Ш.Е.И. и Ф.М.В., но и объективно подтверждаются – записями переговоров ФИО1 и С.Ф.Н. полученных и представленных как свидетелем Ф.М.В., так в результате оперативно-розыскных мероприятий сотрудниками правоохранительных органов после обращения Ф.М.В. по просьбе потерпевшей.

В судебное заседание стороной защиты были представлены следующие свидетели: Свидетель Н.Д.А. пояснивший, что знает ФИО1 около 10 лет последний является его другом, также ему знаком Ф.Р.А.. Ему известно, что примерно в 2013-2014 годах между ФИО1, и Ф.Р.А. были какие-то финансовые отношения, связанные с покупкой ФИО1 автомобиля БМВ Х 5. На покупку указанного автомобиля ФИО1 занимал деньги у Ф.Р.А. в размере 500 000 рублей, а затем взял кредит и отдал более 700 000 рублей, в связи с чем между ФИО1 и Ф.Р.А. были какие-то недопонимая по поводу долга.

Свидетель А.А.У. пояснивший, что ФИО1 - муж его старшей сестры, отношения близкие, родственные. С Ф.Р.А. познакомился 5 лет назад, когда ФИО1 приобретал автомобиль БМВ Х5. Булат подыскал по Интернету автомобиль в г. Челябинске стоимостью около 700 000 рублей, получил одобрение на кредит в банке. После чего он с ФИО1 и Ф.Р.А. поехали в г. Челябинск за машиной. В г. Челябинске ФИО1 отказали в выдаче кредита и тогда Ф.Р.А. предложил Булату занять денег. При себе у Ф.Р.А. были деньги, но их не хватало и он предложил вернуться в г. Магнитогорск за деньгами. Вместе с хозяином машины они приехали в г. Магнитогорск, подъехали к офису «<данные изъяты>», где работал Ф.Р.А.. Р. зашел в офис и вышел с деньгами. После чего они поехали в нотариальную контору, где переоформили договор купли-продажи. Также ему известно, что Булат взял кредит в банке на сумму 700 000 рублей и вернул долг Ф.Р.А.. Позже ему стало известно, что Ф.Р.А. «кинул» Булата на деньги. В чем именно выражается обман со стороны Ф.Р.А. ему не известно, он предполагает, что ФИО1 продал приобретенный им автомобиль и отдал деньги Р. или Ф.Р.А. работая в ООО «<данные изъяты>» обещался гасить кредит, но на деле этого не произошло.

Свидетель М.Б.А. пояснивший, что ФИО1, его двоюродный брат. С Ф.Р.А. знаком с 2005 года. В 2013 году при встрече Ф.Р.А. предложил ему работать у него водителем, он согласился. В то время Ф.Р.А. работал представителем в ООО «<данные изъяты>». Организация брала 20-25% от суммы кредита для дальнейшего погашения кредита в полном объеме. ФИО1 также был знаком с Ф.Р.А. отношения между ними были дружеские. Ему известно, что примерно осенью 2013 года ФИО1 и Ф.Р. ездили в г. Челябинск покупать Булату машину. На следующий день они вернулись в город, оформили договор купли-продажи автомобиля. Также ему известно, Р. занял Булату на покупку автомобиля 500 000 рублей, так как сначала Булату кредит не давали. Спустя 3-4 недели Булату одобрили кредит. Они созвонились, и ФИО1 в машине передал Ф.Р.А. деньги в размере 780 000 рублей. Также ФИО1 отдал Р. свои кредитные договора и Ринат сказал, что они будут производить ежемесячные платежи по его кредитам в 3-4 раза больше, чем предусмотрено договорами и сократят срок возврата кредитов до года. Дальнейшая судьба денег ему не известна. Перед новым годом ООО «<данные изъяты>» закрылось. Булат звонил Ф., но последний не брал трубку.

Свидетель К.Г.У. пояснившая, что ФИО1 ее супруг. 09 ноября 2018 года вечером ей позвонила женщина и сообщила о задержании ее супруга. Она взяла ребенка и уехала к сестре. 10 ноября 2018 года около 07 часов ей позвонил супруг и сказал, что не может попасть в квартиру. От мужа ей стало известно, что у него повестка на 09 часов. Около 09 часов за супругом подъехал сотрудник полиции, и они уехали. Днем она приехала в здание Следственного комитета, где они решили сменить адвоката, чтобы дать ФИО1 передохнуть, так как он был измотан. Она расплатились с адвокатом мужчиной и заплатила адвокату женщине, фамилий их она не помнит. Затем она уехала к сестре и вернулась к следственному комитету примерно в 18 час. 30 мин. ожидала супруга в машине. Около 19 часов вышел супруг, он покурил, взял телефон и начал снимать себя и время на дисплее установленных в машине часов, на своих наручных часах. Потом сказал ей, не выключая камеру, поехать до блажащей «шиномонтажки», спросить у посторонних лиц время и зафиксировать его на телефон. Она выполнила поручение супруга и спустя примерно полчаса вернулась на то же место. Примерно в 20 часов супруг с адвокатом вышли из здания Следственного комитета и они поехали домой, при этом супруг снимал на камеру маршрут их следования до тех пор пока не закончился заряд батареи, примерно в течение 10 минут. Домой они приехали в начале 21 часа, после чего супруг находился дома. Указанные видеозаписи у нее сохранились, и она готова предоставить их суду на обозрение. Также ей известно, что Ф.Р.А. знакомый ее супруга с юности, между ними были дружеские отношения. В 2013 году ей стало известно, что Ф. должен ее супругу деньги в размере 300-400 тыс. рублей, за что ей не известно. С супругом они ведут общее хозяйство, у них совместный бюджет. В 2017 году ими было приобретено два автомобиля «Опель Корса» стоимостью 275 000 рублей и «Шкода Октавия» на кредитные денежные средства, кредиты и автомобили оформлены на ее имя. В 2013 году супруг покупал автомобиль БМВ Х5 на какие денежные средства ей не известно, документов на указанный автомобиль она не видела, деньги на покупку указанного автомобиля супруг из семьи не брал, накоплений у них не было. В 2013 году они купили автомобиль «Нексия» и до 2017 года она платила за него кредит. Спустя несколько месяцев, автомобиль БМВ Х5 был реализован, но деньги от его продажи ФИО1 в семейный бюджет не передавал. О том, что у супруга имеются долги, ей стало известно, когда супругу стали звонить с Банков. До указанного времени о кредитах супруга ей ничего известно не было.

Суд не может основывать какие-либо выводы на показаниях свидетелей Н.Д.А., А.А.У. и М.Б.А., К.Г.У. которые по существу дела пояснить ничего не смогли, а высказали лишь свое субъективное мнение об имеющихся у ФИО1 финансовых притязаниях к Ф.Р.А., однако в чем они заключались, в какой сумме однозначно указать не могли.

Таким образом, суд так же как и к показаниям подсудимого, относится критически к показаниям указанных свидетелей и не может на их основе основывать свои выводы по существу обвинения, поскольку они не убедительны в силу своей легковесности и поверхностности, кроме того, вышеприведенные показания свидетелей защиты, даны лицами, которые имеют личные отношения с подсудимым и в силу, ложно понятого чувства товарищеской солидарности и сочувствия своему родственнику, супругу могут давать показания в интересах подсудимого.

Анализ совокупности доказательств приводит суд к твердому убеждению, что действия ФИО1 были умышленными, а мотивом его действий являлось желание незаконного обогащения за счет хищения денежных средств потерпевшей С.Ф.Н., поскольку ФИО1 осознавал и был достоверно осведомлен о том, что в действительности не обладает полномочиями по решению вопросов в предоставлении свиданий с Ф.Р.А., изменении ему меры пресечения и назначении условного наказания и не может повлиять на принятие указанных решений, а также не может способствовать этому каким-либо образом и не имея намерений осуществить такие действия, преследуя корыстную цель на хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, используя доверительные отношения с Ф.Р.А. и С.Ф.Н. под видом якобы дальнейшей передачи денежных средств следователю А.Н.Н. в качестве взятки в целях совершения вышеуказанных действий в интересах обвиняемого Ф.Р.А. получил от С.Ф.Н. денежные средства в размере 30 000 рублей, которыми распорядился по своему усмотрению и намеривался получить 400 000 рублей.

Исследованные доказательства объективно и достоверно указывают на корыстный мотив совершенного преступления, подсудимый для достижения преступной цели действовал с прямым умыслом, направленным на хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием потерпевшей, с использованием своего служебного положения.

Обсуждая вопрос о квалификации действий ФИО1 суд считает, что обстановка, время и место совершения преступления, характер поведения подсудимого, его конкретные действия, направленность его умысла и фактически наступившие по делу последствия в своей совокупности позволяют суду сделать вывод о совершении ФИО1 преступления, предусмотренного именно ст. 159 УК РФ.

Органами предварительного расследования действия ФИО1 квалифицированы несколькими составами преступления, а именно ч. 3 ст. 159 и ч.3 ст. 30 ч.3 ст. 159 УК РФ, что по мнению суда, не соответствует требованиям уголовного закона, по смыслу которого единым продолжаемым преступлением признается преступление, слагаемое из неоднократных, объединенных единством вины и цели тождественных деяний, представляющих отдельные акты единой деятельности лица, направленный на один и тот же непосредственный объект либо предмет посягательства для достижения результата.

Совокупность исследованных судом доказательств, свидетельствует о том, что ФИО1 совершены два тождественных, взаимосвязанных, однородных действия, направленных на реализацию единого умысла на хищение денежных средств потерпевшей одним и тем же способом. Совершение тождественных действий привело к единому и заранее намеченному результату, что не образует совокупности преступлений. В связи с этим его действия подлежат квалификации как единое, продолжаемое преступление. К такому выводу суд приходит с учетом показаний подсудимого, согласно которым при встрече с Ф.Р.А. в отделе полиции после задержания последнего у него возник умысел на возврат утраченных им денежных средств, а также показаний свидетеля Ф.Р.А. согласно которым при посещении его в здании ИВС ФИО1 сказал ему, что за свободу нужно заплатить 350 000 - 500 000 рублей, а когда тот отказался, сказал Ф., что тот будет ограничен в свиданиях, после чего Ф.Р.А. написал записку, в которой указал о передаче ФИО1 30 000 рублей.

Также на единство вины и умысла указывают и сама последовательность совершенных ФИО1 однородных и тождественных действий, одним и тем же способом, из одного источника, с небольшим разрывом во времени, при схожих обстоятельствах и с причинением ущерба одному потерпевшему, что также свидетельствует о совершении таких действий в осуществление единого умысла. Кроме того, в обвинительном заключении не приведено доказательств, подтверждающих наличие у ФИО1 самостоятельного умысла на хищение денежных средств по каждому из вмененных преступлений, не представлено таких доказательств и в судебном заседании.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 2 п. 32 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" в случае совершения нескольких хищений чужого имущества, общая стоимость которого образует крупный или особо крупный размер, содеянное квалифицируется с учетом соответствующего признака, если эти хищения совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в крупном или особо крупном размере.

На основании изложенного, суд считает данное преступление продолжаемым и совершенным ФИО1 с единым умыслом, направленным на мошенничество в отношении С.Ф.Н. путем злоупотребления ее доверием, обещая последней передать следователю А.Н.Н. в качестве взятки, полученные от С.Ф.Н. денежные средства за то, что последняя не будет препятствовать выдачи разрешений на свидание с ее сыном Ф.Р.А., а также решит вопрос об изменении Ф.Р.А. избранной меры пресечения и назначении наказания не связанного с реальным лишением свободы, не намереваясь исполнять свое обещание, поэтому суд изменяет обвинение ФИО1 в сторону, улучающую его положение, и квалифицирует все его действия в период с 10 июня 2018 года по 09 ноября 2018 года по ч.3 ст.30 и ч. 3 ст. 159 УК РФ как один состав преступления.

Покушение на совершение преступления представляет собой умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на выполнение объективной стороны состава преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от лица обстоятельствам.

Действия ФИО1 не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам, в связи с задержанием его сотрудниками полиции на месте совершения преступления и, несмотря на фактическое завладение им денежными средствами С.Ф.Н. в размере 30 000 рублей, которыми он распорядился, ущерба на общую сумму 430 000 рублей с учетом размера денежных средств на которые покушался ФИО1 причинено не было.

Действия подсудимого ФИО1 органами предварительного следствия квалифицированы по части 3 статьи 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба гражданину, совершенное лицом с использование своего служебного положения.

По смыслу уголовного закона мошенничество совершается путём обмана или злоупотребления доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо передают имущество или право на него другим лицам либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другими лицами.

Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо его личными отношениями с потерпевшим (п. 3 Постановления).

Злоупотребление доверием также имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить с целью безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него.

Умысел подсудимого был направлен на хищение денежных средств у потерпевшей путем злоупотребления доверием, о чём свидетельствуют обстоятельства дела, в частности сложившиеся между ним и потерпевшей доверительные отношения, которая знала ФИО1 до указанных событий, предоставляла ему для проживания свое жилье, поддерживала дружеские отношения с его матерью, а также знала о дружеских отношениях подсудимого с ее сыном Ф.Р.А.

Более того, ФИО1 заведомо не имел возможности и намерений исполнять возложенные на себя обязательства по оказанию содействия в предоставлении свиданий с Ф.Р.А., изменении ему меры пресечения и назначении условного наказания, поскольку не обладал такими полномочиями, что прямо следует из показаний подсудимого и из анализа представленных стороной обвинения доказательств.

Суд, с учетом, установленных в ходе разбирательства дела обстоятельств, считает необходимым исключить из обвинения квалифицирующий признак «путем обмана» как излишне вмененный, поскольку считает доказанным способ совершения подсудимым покушения на мошенничество путем злоупотребления доверием.

Под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, следует понимать должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными пунктом 1 примечаний к статье 285 УК РФ, государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также иных лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным пунктом 1 примечаний к статье 201 УК РФ (например, лицо, которое использует для совершения хищения чужого имущества свои служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности в коммерческой организации) (п. 29 Постановления)

Квалифицирующий признак мошенничества - совершение лицом с использованием своего служебного положения нашел свое подтверждение в суде, не вызывает у суда сомнений и полностью подтверждается доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела. Так, ФИО1, являясь старшим следователем отделения по расследованию преступлений в сфере экономики отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой отделом полиции «Правобережный» следственного управления УМВД России по городу Магнитогорску Челябинской области с 20 декабря 2017 года совершил покушение на хищение денежных средств потерпевшей С.Ф.Н. При этом, совершая мошеннические действия, подсудимый ФИО1 использовал свое служебное положение для совершения преступления, а именно принимал участие в ходе оперативных совещаний, в связи с чем имел информацию по делу, и в силу своей служебной деятельности, обладая информацией о том, когда Ф.Р.А. будет этапирован в ИВС для решения вопроса судом о заключении его по стражу, пришел к последнему в ИВС, где предложил Ф.Р.А. заплатить денежные средства за свою свободу и для решения вопроса со свиданиями и получил от последнего записку для передачи С.Ф.Н., с указанием о передачи ему денежных средств. Именно занимаемая ФИО1 должность, в силу которой он имел общение со следователем А.Н.Н., в чем производстве находилось уголовное дело в отношении Ф.Р.А., создало у С.Ф.Н. впечатление о его возможности выполнить свои обещания, вследствие чего потерпевшая под влиянием сложившихся доверительных отношений передала ФИО1 денежные средства в размере 30 000 рублей, что повлекло за собой изъятие имущества из ее собственности.

Размер причиненного потерпевшей ущерба подтверждается ее показаниями, согласующимися с приведенными показаниями свидетелей и показаниями подсудимого. Квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину» нашел свое полное подтверждение исходя из материального положения потерпевшей.

Квалифицирующий признак в «крупном размере» также нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия исходя из п. 4 примечания к ст. 158 УК РФ, а также суммы денежных средств, которую ФИО1, намеривался похитить у потерпевшей, превышающей 250 000 рублей.

Признак совершения мошенничества в крупном размере не может охватывать собой признак причинения значительного ущерба гражданину, поскольку, несмотря на некоторую общность этих признаков, они имеют и существенное отличие: для квалификации хищения, как совершённого в крупном размере, достаточно лишь установить, что стоимость похищенного имущества превышает указанный в примечании 4 к ст. 158 УК РФ размер; для квалификации же содеянного по признаку причинения значительного ущерба гражданину, помимо установления стоимости похищенного, которая не должна быть ниже определённого примечанием 2 к ст. 158 УК РФ предела, в обязательном порядке следует учитывать имущественное положение потерпевшего, значимость для него похищенного имущества и другие обстоятельства, открытый перечень которых приведён в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. №29 «О краже, грабеже и разбое».

Квалификация по правилам конкуренции части и целого возможна тогда, когда одна норма уголовного закона («целое») полностью охватывает собой другую норму («часть»).

Совершение же хищения в крупном размере не во всех случаях влечёт причинение гражданину значительного ущерба.

На основании изложенного, давая юридическую оценку содеянного, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч.3 ст. 30 ч.3 ст. 159 УК РФ – как покушение на мошенничество, то есть совершение умышленных действия, непосредственно направленных на хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, с причинением значительного ущерба, с использованием своего служебного положения, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

С учетом материалов дела, касающихся личности подсудимого, его поведения в судебном заседании суд признает, что ФИО1 является вменяемым лицом и подлежит уголовной ответственности за содеянное.

При назначении наказания подсудимому ФИО1 в соответствии с требованиями ст.ст. 6,43,60 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств его совершения, данные о личности виновного, в том числе обстоятельства смягчающие наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого, условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих обстоятельств в соответствии с ч.ч.1,2 ст.61 УК РФ суд учитывает частичное признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, совершение преступлений впервые, наличие у него на иждивении двоих малолетних детей.

Отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ по делу не установлено.

К данным о личности подсудимого суд относит наличие у него места жительства, регистрации и работы, положительные характеристики с места жительства и работы, а также учитывая личность ФИО1 суд отмечает, что он в диспансерах города на учете не состоит.

В силу с ч. 4 ст.15 УК РФ ФИО1 совершил преступления, отнесенное законом к категории тяжких преступлений.

Решая вопрос о назначении наказания, суд руководствуется требованиями ст. 43 УК РФ, учитывая при определении вида и размера наказания обстоятельства совершенного преступления, характер и степень общественной опасности совершенного деяния, сведения о личности подсудимого, приходит к выводу, что восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого, а также предупреждение совершения им новых преступлений может быть достигнуто при условии назначения подсудимому наказания за совершенное преступление только в виде лишения свободы. Оснований для назначения иного вида наказания суд не усматривает, исходя из личности подсудимого и обстоятельств дела.

Срок наказания в виде лишения свободы суд назначает подсудимому с учетом правил назначения наказаний, предусмотренных частью 3 статьи 66 УК РФ, за покушение на преступление, согласно которых назначается наказание, не превышающее трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания.

Размер наказания подсудимому ФИО1 подлежит назначению по общим правилам. Ввиду отсутствия смягчающих обстоятельств, предусмотренных п.п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ при назначении наказания ФИО1 к нему не могут быть применены положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Вместе с тем учитывая конкретные обстоятельства дела, тяжесть и характер совершенного преступления, личность подсудимого ранее к уголовной ответственности не привлекавшегося, характеризующегося исключительно с положительной стороны, как по месту жительства, так и по месту работы, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, принимая во внимание отношение к содеянному подсудимого, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, суд считает возможным достижение целей уголовного наказания без изоляции его от общества и применении к ФИО1 положения ст. 73 УК РФ.

Совокупность обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 и его материальное положение приводит суд к выводу о нецелесообразности назначения дополнительного вида наказания в виде штрафа и ограничения свободы.

Учитывая фактические обстоятельства совершения преступления и степень его общественной опасности, суд не находит оснований для изменения категории преступления в соответствии с требованиями ч.6 ст.15 УК РФ, а также не находит оснований для применения положений ст.64 УК РФ, поскольку не усматривает исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время, и после совершения преступления, и иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Представитель потерпевшего в прениях указал, что у потерпевшей в настоящее время отсутствует возможность для обращения в суд с иском в рамках уголовного дела.

В части 3 статьи 42 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации закреплено право физического и юридического лица, признанного потерпевшим по уголовному делу, на возмещение имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением.

Иск потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему на возмещение имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением может быть рассмотрен как при рассмотрении уголовного дела, так и в порядке гражданского судопроизводства. Предъявление иска на возмещение имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением в рамках уголовного дела является правом, а не обязанностью потерпевшего, в связи с чем, данное право может быть ею реализовано в порядке гражданского судопроизводства.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах по делу, суд руководствуется требованиями ст. ст. 81, 82 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО1, признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, ч.3 ст. 159 УК РФ и назначить ему наказание в виде 3 (трех) лет лишения свободы.

На основании ч. 1 ст. 73 УК РФ, назначенное ФИО1 наказание считать условным с испытательным сроком в 3 (три) года.

В соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ возложить на осужденного ФИО1 обязанности: периодически являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за условно осужденными, и не менять постоянное место жительство и работы в период испытательного срока без уведомления вышеуказанного органа.

Меру пресечения, подписку о невыезде и надлежащем поведении, ФИО1 оставить прежней до вступления приговора в законную силу.

Вещественные доказательства: выписку по счету АО «КредитУралБанк», детализацию телефонных соединений С.Ф.Н. хранить в материалах уголовного дела.

По вступлению приговора в законную силу, вещественные доказательства: сд-диск с содержащимися на них записями телефонных разговоров; две мини кассеты, с видеозаписью допроса подозреваемого ФИО1; компакт-диск с записью ОРМ «Оперативный эксперимент», флешкарту, приобщенную в судебном заседании стороной защиты - уничтожить.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства: денежные средства в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, сотовый телефон в корпусе белого цвета, сотовый телефон в корпусе серого цвета, хранящиеся в камере хранения Правобережного МСО СУ СК РФ по Челябинской области - передать по принадлежности.

По вступлению приговора в законную силу денежные средства, изъятые у ФИО1 в размере 2 700 (две тысячи семьсот) рублей хранящиеся в камере хранения Правобережного МСО СУ СК РФ по Челябинской области – передать по принадлежности ФИО1

По вступлению приговора в законную силу освободить Ф.М.В. от обязанности ответственного хранения сотового телефона IPhone X.

Приговор может быть обжалован сторонами в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение десяти суток со дня его провозглашения путем подачи апелляционных жалоб и представления через Орджоникидзевский районный суд г.Магнитогорска Челябинской области. Председательствующий:

Апелляционным определением Челябинского областного суда от 05 сентября 2019 года приговор Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 27 июня 2019 года в отношении ФИО1 изменен:

- исключить из его описательно-мотивировочной части при описании преступного деяния указание на то, что ФИО1 действовал, обманывая потерпевшую.

Приговор вступил в законную силу 05 сентября 2019 года.