Решение № 2-2284/2023 2-349/2024 2-349/2024(2-2284/2023;)~М-1961/2023 М-1961/2023 от 5 февраля 2024 г. по делу № 2-2284/2023

УИД: 42RS0032-01-2023-003197-96

Дело №2-349/2024


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Рудничный районный суд города Прокопьевска Кемеровской области в составе председательствующего судьи Ортнер В. Ю.

при секретаре Никоновой О. О.

с участием прокурора Раткевич И. В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Прокопьевске

06 февраля 2024 года

гражданское дело по иску ФИО1 к АО "Прокопьевский угольный разрез" о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда, причиненного здоровью в результате полученной травмы в связи с несчастным случаем на производстве,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в Рудничный районный суд г.Прокопьевска Кемеровской области с иском к АО "Прокопьевский угольный разрез" о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда, причиненного здоровью в результате полученной травмы в связи с несчастным случаем на производстве.

Требования мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в АО "Прокопьевский угольный разрез" <...> на участке по монтажу, демонтажу и ремонту горного оборудования. ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого была получена травма – <...>. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на стационарном лечении в ГАУЗ ПГБ «Прокопьевский клинический ортопедо-хирургический центр восстановительного течения», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - на амбулаторном лечении.

На период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - <...>, что подтверждается справкой серии МСЭ-2006 <...>, выданной ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области - Кузбассу».

В результате полученной травмы истец претерпел сильные нравственные страдания, физическую боль, перенес операцию, длительное время испытывал постоянные боли, в результате чего принимал обезболивающие лекарственные препараты. Полученная травма не давала возможности вести полноценную жизнь, мешает управляться по хозяйству. Истец был вынужден получать лечение в условиях стационара, в связи с чем, не мог находиться с семьей и вести привычный образ жизни. Причиненный моральный вред оценивает в 500 000 рублей.

С учетом изложенного просит взыскать с ответчика в его пользу в счет возмещения морального вреда 500 000 рублей,

- дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в сумме 466 рублей за мазь «Фастум гель 2,5%»;

- расходы, связанные с восстановлением нарушенного права, в размере 20 000 рублей;

- расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей;

- а также почтовые расходы.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, заявленные требования поддержали в полном объеме, основываясь на доводах и обстоятельствах, изложенных в исковом заявлении.

Истец дополнительно суду пояснил, что его вина в несчастном случае на производстве установлена работодателем в размере 0%. В период его нахождения на стационарном лечении он перенес 2 операции: ДД.ММ.ГГГГ – проведение спиц Кишнера через <...>, ДД.ММ.ГГГГ – установка пластины <...>. После стационара он лечился амбулаторно в течение 7 месяцев, ходил на физио-лечение. В настоящее время он не может заниматься активным видом отдыха, спортом, изменился его образ жизни, он стал более пассивным. Нога постоянно болит при ходьбе в месте перелома, коленный сустав разболтался, мышцы атрофировались, он хромает, от болей невозможно спать. В настоящее время он принимает таблетки, лечится мазями. Из АО «ПУР» он уволился по собственному желанию, так как предложенная ответчиком работа в мех. цехе <...> – для него теперь стала тяжелой, поскольку необходимо весь день триммером косить.

Кроме того, истец и его представитель отказались от иска в части исковых требований, а именно, в части взыскания с ответчика дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья, в сумме 466 рублей за мазь «Фастум гель 2,5%».

Представитель ответчика АО «ПУР» Вильгельм Ю. Н., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, полагала их не подлежащими удовлетворению в полном объеме. С учетом представленных в материалы дела письменных возражений, просила учесть, что приказом работодателя от ДД.ММ.ГГГГ на основании поданного ФИО1 заявления, ему была выплачена единовременная выплата в размере 265 857,42 рублей в счет компенсации морального вреда в соответствии с п.8.1.2. Коллективного договора. Полагает, что истец, претендуя на компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, не представил доказательств получения тяжелой травмы.

Выслушав стороны, свидетелей, прокурора Раткевич И. В., полагавшую требования подлежащими удовлетворению частично, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором (абзац четвертый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Указанному праву работника корреспондирует обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда (абзац четвертый части второй статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

Статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия (часть первая названной статьи)

Безопасные условия труда - это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (часть пятая статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Частью второй статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель обязан обеспечить:

безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй);

соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте (абзац пятый);

проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда;

расследование и учет в установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (абзац семнадцатый).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда; получение достоверной информации от работодателя, соответствующих государственных органов и общественных организаций об условиях и охране труда на рабочем месте, о существующем риске повреждения здоровья, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов (абзацы второй и четвертый части первой статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрены гарантии права работников на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Так, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В целях предупреждения и устранения нарушений государственных нормативных требований охраны труда государство обеспечивает организацию и осуществление федерального государственного контроля (надзора) за их соблюдением и устанавливает ответственность работодателя и должностных лиц за нарушение указанных требований (части восьмая и девятая названной статьи).

В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с положениями ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, при этом учитываются характер физических и нравственных страданий потерпевшего с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33).

По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

В силу ч. 1 ст. 20, ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом. В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 50 ГК РФ).

К мерам по защите указанных благ относятся закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 ГК РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 ГК РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 работал в АО "Прокопьевский угольный разрез" <...> на участке по монтажу, демонтажу и ремонту горного оборудования (л.д. 18 – 21).

В период работы в АО "Прокопьевский угольный разрез" в должности <...> на участке по монтажу, демонтажу и ремонту горного оборудования ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 30 минут со ФИО1 произошел несчастный случай на производстве.

По результатам расследования данного несчастного случая составлен акт формы Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ. Обстоятельства несчастного случая, согласно п.9 Акта, следующие:

ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 приехал на работу в АО «ПУР» согласно графику, прошел предсменное медицинское освидетельствование в здравпункте. Начальник участка УМД и РГО Ф.И.О. выдал наряд на выполнение работ, а именно выполнять работы на горном участке № 1 в подчинении механика энергомеханической службы Ф.И.О. В свою очередь, механик Ф.И.О. выдал письменный наряд на развоз ГСМ и сбор пустой тары, ревизия склада ГСМ, согласно книге нарядов. А также по устной договоренности с механиком Ф.И.О., ФИО1 необходимо было забрать воздушные фильтры б/у с экскаватора «Komatsu РС-1250». В помощь ФИО1 был дан автомобиль Камаз гос. № «<...>» под управлением водителя Ф.И.О.

ФИО1 на КАМАЗе гос. № <...> с водителем Ф.И.О. приступил к выполнению наряда. В 11 часов 15 минут ФИО1 прибыл к экскаватору «Komatsu РС-1250». Машинист экскаватора «Komatsu РС-1250» Ф.И.О., как обычно увидев подъезжающий автомобиль, остановил отгрузку, сделал ковшом плавный спуск (для того чтобы человек мог подойти к экскаватору по более ровной поверхности), затем опустил ковш, остановил технику, поставил на парковку и вышел из кабины на площадку экскаватора. ФИО1 поднялся на полку правее от спуска, так как он был положе, затем подошел к экскаватору, машинист Ф.И.О. передал фильтр. В 11 часов 30 минут ФИО1 пошел от экскаватора по спуску, который был сделан машинистом экскаватора. В процессе движения ФИО1 почувствовал сильный удар по левой ноге и упал. ФИО1 почувствовал острую боль в области левой ноги. Позже ФИО1 увидел большой камень (мерзлая горная масса), который скатился на него с верхней полки и сбил с ног. Водитель Ф.И.О. и машинист экскаватора Ф.И.О. все видели, и сразу же подошли к пострадавшему. После Ф.И.О. по рации сообщил горному диспетчеру и начальнику смены Ф.И.О. о произошедшем. Водитель Ф.И.О. и машинист экскаватора Ф.И.О. укрыли пострадавшего теплыми вещами и следили за состоянием до прибытия помощи. В 11 часов 35 мин. в здравпункт поступил звонок от горного диспетчера АО «ПУР». В 11 часов 38 минут фельдшер Ф.И.О. и фельдшер Ф.И.О. на служебном автобусе выехали на место происшествия. В 11 часов 40 мин. заведующей здравпункта Ф.И.О. была вызвана бригада скорой медицинской помощи на территорию АО «ПУР». По прибытию на место несчастного случая фельдшеры осмотрели пострадавшего ФИО1 и оказали первую медицинскую помощь, наложили шину. На носилках транспортировали в автобус и доставили к здравпункту АО «ПУР», где ожидала бригада скорой медицинской помощи. В 12 часов 35 мин. в сопровождении главного механика АО «ПУР» Ф.И.О. на машине скорой медицинской помощи ФИО1 был доставлен в ГАУЗ КО «Областная клиническая ортопедо-хирургическая больница восстановительного лечения» г. Прокопьевска.

В п.8.2. акта о несчастном случае характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья – <...>

Согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве», указанное повреждение относится к категории «легкая» (медицинское заключение <...> от ДД.ММ.ГГГГ (форма <...>-у), выданное ГАУЗ «Прокопьевская городская больница» обособленное подразделение «Прокопьевский клинический ортопедо-хирургический центр восстановительного лечения отделение травматолого-ортопедическое» <...> – л.д. 80).

В результате расследования также установлено, что причинами несчастного случая являются:

основная – недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе, непроведение инструктажа по охране труда;

сопутствующая – неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении контроля со стороны руководителей и специалистов за ходам выполнения работы, соблюдении трудовой дисциплины (п. 10 акта).

Нарушены: п. 3 ч. 2 ст. 22 ТК РФ, п.1 ч.3 ст. 214 ТК РФ.

Согласно п. 11 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, степень вины пострадавшего – 0%.

Таким образом, вина пострадавшего при несчастном случае ФИО1 при составлении работодателем акта о несчастном случае на производстве, установлена не была.

С вышеуказанным актом о несчастном случае истец был ознакомлен, с актом согласен, данный акт оспорен истцом не был. Доказательства, опровергающие данные обстоятельства, суду не представлены. Согласно акту, грубая неосторожность истцу не установлена.

Согласно выписному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ ГАУЗ ПГБ «Прокопьевский клинический ортопедо-хирургический центр восстановительного лечения» (л.д. 31-33), в результате производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получено повреждение здоровья в виде <...>. Находился на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ проведена операция – проведение спиц Кишнера <...>. ДД.ММ.ГГГГ проведена операция – открытая репозиция <...>.

Выписан на амбулаторный этап долечивания по месту жительства.

Из представленной в материалы дела копии медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях <...> на имя ФИО1, следует, что истец неоднократно в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ обращался за получением медицинской помощи и назначением лечения в связи с полученной им ДД.ММ.ГГГГ травмой.

Решением Врачебной комиссии <...> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направлен на МСЭ. Диагноз: «<...> (л.д. 139).

Медицинская карта <...> на имя ФИО1 содержит сведения от ДД.ММ.ГГГГ о медицинском заключении формы – 316 у, согласно которому, заключительный диагноз пострадавшего от несчастного случая на производстве – <...> (л.д. 144).

ДД.ММ.ГГГГ при прохождении освидетельствования на МСЭ ФИО1 было установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ (л.д.26).

Из Программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания <...> от ДД.ММ.ГГГГ к протоколу проведения медико-социальной экспертизы гражданина в федеральном учреждении МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ <...>, ФИО1 на момент освидетельствования установлен диагноз: «<...> (л.д. 27 – 29).

В соответствии с п. 33 Программы реабилитации пострадавшего от ДД.ММ.ГГГГ, комиссия МСЭ установила ограничения для продолжения выполнения профессиональной деятельности пострадавшего, а именно, необходимо снизить квалификацию и уменьшить объём (тяжесть) работ, а также изменить условия труда. Доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда (п. 34).

С учетом рекомендаций ПРП, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была предложена вакантная должность – <...> участка по монтажу, демонтажу и ремонту горного оборудования (карта <...> специальной оценки условий труда) – л.д. 49.

На основании приказа <...>-к от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 переведен с должности <...> участка по монтажу, демонтажу и ремонту горного оборудования на должность <...> участка по монтажу, демонтажу и ремонту горного оборудования – л.д. 50 – 51.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, представитель ответчика полагает, что фактически истец имел возможность продолжать профессиональную деятельность по своей профессии, а, следовательно, истцом не доказаны обстоятельства, свидетельствующие о причинении ему морального вреда в размере большем, чем было компенсировано работодателем.

Статьей 14 Федерального закона от 28.12.2013 года №426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» установлена классификация условий труда, которые по степени вредности и (или) опасности подразделяются на четыре класса - оптимальные, допустимые, вредные и опасные условия труда.

Оптимальными условиями труда (1 класс) являются условия труда, при которых воздействие на работника вредных и (или) опасных производственных факторов отсутствует или уровни воздействия которых не превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда и принятые в качестве безопасных для человека, и создаются предпосылки для поддержания высокого уровня работоспособности работника (часть 2).

Допустимыми условиями труда (2 класс) являются условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, уровни воздействия которых не превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда, а измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается во время регламентированного отдыха или к началу следующего рабочего дня (смены) (часть 3).

Вредными условиями труда (3 класс) являются условия труда, при которых уровни воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов превышают уровни, установленные нормативами (гигиеническими нормативами) условий труда, в том числе:

1) подкласс 3.1 (вредные условия труда 1 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, после воздействия которых измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается, как правило, при более длительном, чем до начала следующего рабочего дня (смены), прекращении воздействия данных факторов, и увеличивается риск повреждения здоровья….(часть 4).

Согласно п. 8.4 акта о несчастном случае на производстве <...> от ДД.ММ.ГГГГ «Сведения о проведении специальной оценки» Код <...>.: Специальная оценка условий труда проведена ДД.ММ.ГГГГ индивидуальный номер рабочего места <...>, класс условий труда- 3.1.

Таким образом, класс условий труда - 3.1., установленный актом о несчастном случае на производстве <...> от ДД.ММ.ГГГГ соответствует подклассу 3.1 (вредные условия труда 1 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, после воздействия которых измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается, как правило, при более длительном, чем до начала следующего рабочего дня (смены), прекращении воздействия данных факторов, и увеличивается риск повреждения здоровья

Таким образом, класс условий труда - 3.1., установленный п. 8.4 акта о несчастном случае на производстве <...> от ДД.ММ.ГГГГ не позволяет истцу осуществлять профессиональную деятельность - по профессии <...>, в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания <...> от ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом Минтруда России № 988н, Минздрава России № 1420н от 31.12.2020 «Об утверждении перечня вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные медицинские осмотры при поступлении на работу и периодические медицинские осмотры», утвержден перечень вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные медицинские осмотры при поступлении на работу и периодические медицинские осмотры вредных факторов и работ. Таким образом, по мнению ведомства, проводить предварительные и периодические медосмотры необходимо в соответствии с п. 16 раздела VI указанного перечня при подземных работах, включая работы на рудниках - независимо от класса условий.

Следовательно, в профессии <...> истец не сможет пройти медицинский осмотр и осуществлять свою профессиональную деятельность.

Учитывая вышеизложенное, последствия, полученной истцом травмы у работодателя фактически не позволили ему работать в тех условиях, которые имелись на его рабочем месте, в той профессии, в которой им получена травма у ответчика ДД.ММ.ГГГГ - <...>.

Кроме того, в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ истец пояснил, что после перевода он фактически не работал по специальности, на которую его перевели, а косил триммером траву, что еще больше усиливало нагрузку на ногу.

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор между АО "Прокопьевский угольный разрез" и ФИО1 расторгнут по инициативе работника на основании п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ (приказ от ДД.ММ.ГГГГ <...> к).

Согласно ст. 11 Трудового кодекса РФ все работодатели в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В порядке ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Частью 2 ст. 5 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что трудовые отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с п. 8.1.2 Коллективного договора на 2023-2025 г.г., заключенного между АО "Прокопьевский угольный разрез" и работниками АО "Прокопьевский угольный разрез" в лице председателя Первичной профсоюзной организации АО "Прокопьевский угольный разрез" Росуглепрофа Ф.И.О., в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации).

Приказом АО "Прокопьевский угольный разрез" от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена к выплате единовременная компенсация в счет компенсации морального вреда в размере 265 857,40 рублей, которая была произведена при выплате заработной платы за август 2023 года – ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 47 – 48).

Статья 184 ТК РФ предусматривает, что при повреждении здоровья вследствие несчастного случая, виды, объёмы и условия предоставления гарантий и компенсаций определяются федеральными законами. Никакому иному органу, кроме суда общей юрисдикции, не предоставлено право определять факт причинения морального вреда и определять размеры возмещения этого вреда при возникновении спора (ст. 237 ТК РФ).

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда".

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие не обеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Ф.И.О. суду пояснил, что истец приходится ему другом. В декабре 2022 года ФИО1 травмировался, находясь на работе. В настоящее время истец испытывает болевые ощущения в ноге, ходить долго он не может, хромает. ФИО1 живет на пятом этаже, после травмы ему самому трудно было добираться до квартиры, свидетель оказывал ему помощь, ему сложно было в машину садиться, боль в ноге после травмы не давала ему покоя около полугода. А. сильно переживает, что потерял работу, что после травмы ему будет трудно найти работу, живет вместе с семьей на оформленный регресс. В настоящее время друг продолжает лечение ноги, посещает физиолечение. До травмы ФИО1 работал на огороде, обрабатывал его, был жизнерадостным человеком, катался на лыжах, ходили вместе за грибами, ездили на рыбалку, а сейчас трудиться ему на огороде тяжело, на лыжах друг теперь не катается, травма ноги ему не дает этого делать.

Свидетель Ф.И.О. суду пояснил, что истец ФИО1 приходится родным братом его супруге. После травмирования ноги на производстве, А. стал физически ограничен, самостоятельно добираться до больницы не мог, боль в ноге его мучает постоянно. До травмы А. все делал сам, помощи ни от кого не просил, а сейчас просит помощи, сам не может в погреб спуститься, обслуживать автомобиль ему тяжело, физически ограничен, боль в ноге ему мешает.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда нет, их показания последовательны, согласуются с показаниями истца, письменными материалами дела, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за отказ от дачи и дачу заведомо ложных показаний.

В ходе рассмотрения дела судом факт причинения вреда здоровью ФИО1 в результате несчастного случая на производстве нашел свое подтверждение.

В результате полученной травмы истец претерпел и продолжает претерпевать моральные и нравственные страдания в связи с ухудшением состояния его здоровья.

С учетом вышеизложенных положений закона, суд считает, что заявленные истцом требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, при этом размер следуемой взысканию в пользу истца компенсации морального вреда подлежит определению судом в целях реализации принципа разумности и справедливости, производства истцу соразмерной переносимым им моральных страданий компенсации причиненного ему в результате несчастного случая на производстве.

С учетом изложенного, принимая во внимание тяжесть полученной истцом в результате несчастного случая травмы (легкая), обстоятельства получения травмы (степень вины пострадавшего в несчастном случае – 0%), учитывая длительность лечения и нуждаемость в продолжении лечения (требуется операция по извлечению пластины), степень физических и нравственных страданий, перенесенных истцом в связи с полученной травмой, обозримые последствия получения травмы (невозможность вести привычный образ жизни на протяжении длительного времени), а также принципов разумности и справедливости, суд оценивает общий размер компенсации морального вреда в размере 350 000 рублей, но полагает необходимым вычесть сумму, выплаченную работодателем в счет возмещения компенсации морального вреда в соответствии с нормами Коллективного договора на 2023-2025 г.г., что составит 84 142,60 рублей, из следующего расчета: 350 000 - 265 857,40.

При этом судом также учитывается, что истец в результате утраты им здоровья в связи с производственной травмой не утратил способности к самообслуживанию, не нуждается в постоянном постороннем медицинском и бытовом уходе.

Таким образом, взысканию с АО "Прокопьевский угольный разрез" в пользу ФИО1 подлежит сумма компенсации морального вреда в размере 84 142,60 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как разъяснено в п.1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.01.2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Расходы на оплату услуг представителей отнесены к издержкам, связанным с рассмотрением дела, равно как и иные признанные судом необходимые расходы (ст.ст. 88, 94, 98 ГПК РФ).

Согласно ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В подтверждение понесенных судебных расходов истцом представлены:

квитанция <...> от 31.08.2023 года, согласно которой ФИО1 оплатил за юридическую консультацию 2 000 руб., составление искового заявления о компенсации морального вреда - 16 000 руб. Итого 18 000 руб. (л.д. 38);

квитанция <...> от 04.10.2023 года, согласно которой ФИО1 оплатил за юридическую консультацию 2 000 руб., представительство в суде - 40 000 руб. Итого 42000 руб. (л.д. 39).

Анализируя положения ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о необходимости взыскания расходов в разумных пределах, суд приходит к следующему.

Статьей 48 Конституции Российской Федерации каждому гарантировано право на получение квалифицированной юридической помощи.

В п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Понятие разумности пределов и учета конкретных обстоятельств следует соотносить с объектом судебной защиты - размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права. По смыслу названной нормы разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются.

При определении размера возмещения расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает все имеющие значение для решения этого вопроса обстоятельства: объем совершенных представителем действий в рамках рассматриваемого дела (подготовка искового заявления, участие в подготовке к судебному разбирательству, судебное заседание), конкретные обстоятельства рассмотренного гражданского дела, его категорию, объем и сложность выполненной представителем работы, достижение юридически значимого для доверителя результата.

Учитывая степень сложности гражданского дела, характер спорных правоотношений, принимая во внимание, объем выполненной представителем работы, продолжительность подготовки к рассмотрению дела, количество судебных заседаний, степень участия представителя в разрешении спора, исходя из относимости понесенных расходов с объемом защищаемого права, суд считает, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в сумме 25 000 руб., что, по мнению суда, соответствует требованиям разумности и справедливости.

Кроме того, истцом заявлены требования о взыскании с ответчика почтовых расходов. В обоснование заявленных истцом требований представлен чек о понесенных почтовых расходах в сумме 261,92 руб. (л.д.12). Данные расходы являются для истца реальными расходами, подтвержденными документально, следовательно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию данные почтовые расходы в сумме 261,92 рублей.

В ходе судебного заседания истец и его представитель отказались от иска в части исковых требований, а именно, в части взыскания с ответчика дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья.

Согласно ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ истец имеет право изменить основание иска или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска.

Последствия принятия отказа от иска и прекращения производства по делу, предусмотренные ст. 221 Гражданского процессуального кодекса РФ, истцу разъяснены и понятны, что отражено в заявлении об отказе от иска.

Отказ истца от иска в части требований к АО "Прокопьевский угольный разрез" о взыскании дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья, не противоречит закону и не нарушает чьих-либо прав и охраняемых законом интересов.

Таким образом, имеются основания для принятия отказа от иска в части и прекращения производства по делу по иску ФИО1 в части требований к АО "Прокопьевский угольный разрез" о взыскании дополнительно понесенных расходов, вызванных повреждением здоровья.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного суд считает, что с АО "Прокопьевский угольный разрез" следует взыскать в доход местного бюджета госпошлину в сумме 300 рублей. При этом судом учитываются требования п.п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ, согласно которой истец по настоящему иску был освобожден от оплаты госпошлины именно в 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с Акционерного общества "Прокопьевский угольный разрез" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1, <...> компенсацию морального вреда в связи полученной ДД.ММ.ГГГГ травмой, в размере 84 142,60 (восемьдесят четыре тысячи сто сорок два рубля 60 копеек) рублей, судебные расходы в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей, почтовые расходы в размере 261,92 (двести шестьдесят один рубль 92 копейки) рублей.

Производство по гражданскому делу в части взыскания с Акционерного общества "Прокопьевский угольный разрез" в пользу ФИО1 дополнительно понесенных расходов на приобретение лекарства «Фастум гель» прекратить.

Взыскать с Акционерного "Прокопьевский угольный разрез" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Рудничный районный суд г.Прокопьевска.

Судья: В. Ю. Ортнер

Решение в окончательной форме изготовлено 13.02.2024 года.

Судья: В. Ю. Ортнер