Приговор № 2-2-29/2024 от 7 августа 2024 г. по делу № 2-2-29/2024

Дело № 2-2-29/2024

УИД *****


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

город Ставрополь 07 августа 2024 года

Ставропольский краевой суд в составе единолично:

председательствующего судьи Ставропольского краевого суда Рыжова Д.В.,

с участием:

государственного обвинителя первого заместителя прокурора Ставропольского края Борозенец Н.Н.,

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого адвоката Косьяненко Д.А.,

помощника судьи Кривеги М.А.,

секретарей судебного заседания Васьковой С.А., Педино Г.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале заседаний Ставропольского краевого суда уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося *** года в с. *** района *** края, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживавшего ***, ****, с. ***, ул. ***, **, характеризующегося по месту жительства положительно, имеющего среднее профессиональное образование, не работающего, пенсионера, по последнему месту работы **** характеризующегося положительно, женатого, не состоящего на медицинском учете нарколога и психиатра, не состоящего на воинском учете по возрасту, не судимого, содержащегося по настоящему уголовному делу под стражей с 12.04.2024 года по настоящее время,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 *** года в период с 14 часов 00 минут до 15 часов 00 минут в жилом доме по адресу ***, ***, с. **, ул. **, **, осуществляя постоянный уход за своей матерью П. С.В. *** года рождения, достигшей престарелого возраста ** лет, являющейся инвалидом 1 группы, в связи с заболеваниями, которые не позволяли ей передвигаться и осуществлять уход за собой, то есть находившейся в беспомощном состоянии, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, на почве внезапно возникших неприязненных отношений, связанных с нежеланием осуществления дальнейшего ухода за П. С.В., реализуя умысел на убийство заведомо для него находящейся в беспомощном состоянии П. С.В., в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, вызванных лично-семейными обстоятельствами, отягощенными ее болезнью, постоянным систематическим уходом за больной матерью П. С.В., которые требовали от него внимания и заботы, усложняли жизнь для него, в спальной комнате жилого дома, приискал хлопчатобумажное полотенце, которое свернул в несколько оборотов, образовав им петлю, и осознавая преступный характер и общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти П. С.В., заведомо находившейся для него в беспомощном состоянии, и желая этого, используя в качестве орудия убийства указанное хлопчатобумажное полотенце, обернул им жизненно-важный орган потерпевшей – шею, после чего применяя значительную мускульную силу своих рук, сдавил указанным полотенцем среднюю треть шеи последней, причинив П. С.В. телесные повреждения в виде странгуляционной борозды шеи в средней трети, повлекшие вред здоровью опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которые не могут быть компенсированы организмом самостоятельно, отчего наступила смерть потерпевшей от асфиксии при сдавлении органов шеи петлей, непосредственно на месте происшествия.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину полностью признал, раскаялся, пояснил, что не помнит момента удушения П. С.В., показал, что П. С.В. доводилась ему матерью, проживала одна, была волевым человеком, до пенсии работала учителем. **** года она заболела, находилась в больнице до *** года. До ее выписки, он сделал в ее доме горячую воду, уволился, чтобы обеспечить уход за мамой, после чего в течение семи месяцев ухаживал за ней. Сначала проживал с ней в ее доме, затем приезжал к ней днем. П. С.В. после выписки лежала, не чувствовала нижнюю часть тела, самостоятельно себя не обслуживала, периодически приходила в себя, вспоминала разные события, просила его убить ее, чтобы они не мучились ее уходом. Она мучилась головными болями и говорила, что не хочет жить, не хотела мучений для себя и для него. Он кормил ее из ложки, еду перебивал блендером, чтобы не подавилась, купал, переодевал ее. Когда ей выдали кресло-каталку, он сделал съезд из дома, перекладывал ее на кресло и вывозил на улицу. *** года утром он приехал к П. С.В., искупал и переодел ее, в обед покормил, пообедал сам. П. С.В. находилась в кресле в своей комнате. Затем не помнит, что произошло, и стал понимать происходящее, когда увидел, что задушил свою маму полотенцем красного цвета, понял, что она не дышит. После этого он оставил полотенце в прихожей не стуле, позвонил жене, родственникам и соседям и сообщил, что задушил П.С.В., попросил вызвать скорую и полицию. Он не пьющий, но в этот день выпил около 1-1,5 литра браги из вишни, крепостью как пиво. Возможно, недовольство и алкоголь повлияли на его действия.

Анализ изложенных подсудимым показаний, в сопоставлении с совокупностью иных фактических обстоятельств установленных судом и основанных на исследованных в судебном заседании доказательствах, в том числе на его же показаниях в ходе предварительного следствия, приводит к заключению о непоследовательности и противоречивости доводов, изложенных П. С.П. суду в части описания им мотивов и обстоятельств действий, направленных на удушение П. С.В.

Данный вывод помимо изложенного, а также пояснения подсудимого в части невосприятия совершаемых им действий опровергаются, заключением комиссионной первичной амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы от *** года № ***, согласно выводам которой ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдал в период инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящее время, не обнаруживал признаков какого - либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, которое не исключает инкриминируемого ему деяния, поэтому в период инкриминируемого ему деяния мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Психологом выявлена тенденция представить себя в более выгодном свете. Исследование не выявило существенного влияния индивидуально-психологических особенностей на поведение ФИО1 в момент инкриминируемого деяния. В момент которого он не находился ни в состоянии физиологического аффекта, ни в состоянии кумулятивного аффекта (вызванного нахождением в длительной психотравмирующей ситуации), а также в ином эмоциональном состоянии, оказавшем существенное влияние на сознание и поведение. Обследование не установило его нахождение в состоянии длительной психотравмирующей ситуации. (т. ** л.д. ***)

Кроме того, изложенное подтверждается наличием противоречий указанных им доводов с иными исследованными в судебном заседании обстоятельствами, в том числе письменными доказательствами, а также показаниями самого ФИО1, данными им в ходе предварительного расследования, в присутствии защитника, в качестве подозреваемого и обвиняемого, подтвержденные им и оглашенные в судебном заседании, в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК Российской Федерации, в связи с наличием существенных противоречий, притом, что эти показания полностью согласуются с совокупностью всех иных доказательств по делу, а также в полном объеме подтверждены подсудимым в судебном заседании, после их исследования.

Так, допрошенный *** года в качестве подозреваемого, будучи подробно осведомленным об обстоятельствах подозрений, ФИО1 показал, что проживает с супругой П. З.И по адресу ***, ***, с. *** ул. *** д. **. ** у его матери П.С.В. *** года рождения, проживавшей по адресу ***, **, с. **, ул. **, д. **, произошел гематологический инсульт, который парализовал ее по пояс. П.С.В. не ходила, у нее начались провалы в памяти, ей была присвоена первая группа инвалидности, она не могла самостоятельно ходить и ухаживать за собой, поэтому он осуществлял за ней постоянный уход, с этого времени приезжал к ней каждый день, иногда оставался у нее. Они постоянно ссорились, поскольку П.С.В. всегда была недовольна тем, что он делает, назло ему разбрасывала одетые на ней подгузники, пачкалась, а на его вопросы, говорила, что это не она. *** года утром он приехал к ней, помыл ее, убрался, налил себе литр браги и распил ее на кухне, затем с ** часов до ** часов выпил еще один литр браги. После этого он пошел в комнату к матери, чтобы посмотреть на нее, что-то случилось у него в голове, как он полагает, из-за того, что он устал за ней ухаживать и в силу ее неблагодарности, а также по причине нахождения в состоянии алкогольного опьянения, и он взял полотенце красного цвета, которое лежало на стуле в спальной комнате, подошел сзади к своей матери, которая сидела в кресле, и стал душить ее данным полотенцем в районе шеи. Она не сопротивлялась и он остановился, когда П. С.В. перестала дышать, он понял, что она задохнулась и умерла. После этого он позвонил соседу, супруге, сообщил, что задушил свою мать, вышел за двор и ожидал приезда полиции. (т. ** л.д. ***)

Изложенные показания ФИО1 подтвердил при предъявлении обвинения *** года (т. ** л.д. **), также допрошенный в качестве обвиняемого *** года вину признал и показал, что ежедневно ухаживал за своей матерью П. С.В., приезжал к ней утром и уезжал поздно ночью, осуществлял за ней уход на протяжении семи месяцев. Примерно за месяц до произошедшего П.С.В. стала просить, чтобы он убил ее, говоря о том, что хочет освободить его от мучений и желает снять с него обязательства по уходу за ней. Слова матери он воспринимал как старческое расстройство, говорил, что любит ее и никогда с ней так не поступит. *** года конфликтных ситуаций между ними не было. (т. ** л.д.**)

Показания ФИО1 в качестве подозреваемого, подтверждены им при проверке его показаний на месте происшествия *** с фототаблицей, в ходе которой ФИО1 в присутствии защитника, находясь в жилой доме по адресу ***, **, с. **, ул. **, д. **, описал обстоятельства распития им спиртного, указал место и описал обстоятельства удушения П. С.В., с использованием манекена показал свои действия, в результате которых он хлопчатобумажным полотенцем задушил П. С.В. (т. ** л.д. ***)

Учитывая соответствие названных процессуальных действий требованиям уголовно-процессуального закона, принимая во внимание, что объективных данных, свидетельствующих, что защитник, в присутствии которого ФИО1 были даны признательные показания, на предварительном следствии действовал вопреки интересам подзащитного, что подсудимый оговорил себя, материалами дела не установлено и не предоставлено в судебном заседании, суд принимает в качестве доказательств вины подсудимого указанные протоколы и отмечает, что их содержание подтверждает доводы ФИО1, в том числе в части мотивов совершения преступления, то есть совершения инкриминируемых ему действий на почве внезапно возникших неприязненных отношений, связанных с нежеланием осуществления дальнейшего ухода за П. С.В., вызванных стечением тяжелых жизненных обстоятельств.

Анализ изложенных и исследованных в судебном заседании показаний ФИО1 в ходе предварительного расследования в сопоставлении с его же показаниями, данными суду, свидетельствует, что последние не отражают в полной и достаточной мере объективно события, связанные с мотивами совершенных им действий, в связи с чем, суд оценивает их, как вызванные реализацией, предоставленного законом права на защиту и намерением умалить свою вину в содеянном. Вместе с тем, данные противоречия устранены в судебном заседании, посредством подтверждения ранее данных в ходе предварительного расследования показаний самим подсудимым.

Изложенная оценка показаний ФИО1 подтверждается показаниями потерпевшей и свидетелей, которые, в виду отсутствия обстоятельств и оснований ставить таковые под сомнение, суд находит правдивыми и соответствующими фактическим обстоятельствам произошедших событий, поскольку изложенные в них факты последовательны, не содержат противоречий, согласуются друг другом, соответствуют совокупности всех других исследованных в судебном заседании, в том числе письменных доказательств.

Потерпевшая П. Е.Н. показала, что состояла в браке с братом подсудимого, умершим П. П.П., поддерживала хорошие отношения с братом мужа ФИО1 и его матерью П. С.В., которая проживала одна и после заболевания в сентябре ***года не могла ходить, обслуживать себя без постороннего ухода, не вставала с кровати и не понимала происходившее. С этого времени ФИО1 осуществлял полный уход за ней. В конце февраля ** года она приезжала в гости к свекрови, она была в кровати, узнала ее, у нее были прояснения. Она и ФИО1 не жаловались, было не на что, ФИО1 тщательно ухаживал за ней. В апреле ** года его супруга П. З.И. по телефону сообщила, что ФИО1 задушил П. С.В., он устал и ему было тяжело. ФИО1 спиртными напитками не злоупотреблял, очень хороший и добрый человек.

Свидетель П. З.И. супруга подсудимого в судебном заседании показала, что ФИО1 со дня болезни его матери П. С.В. *** года ухаживал за ней. П. С.В. проживала одна, была жестокой и властной, после выписки из больницы могла подняться на кровати, что-то вспоминала, узнавала, но не могла обслуживать себя, поэтому ФИО1 уволился с работы и полностью занимался уходом за ней, приезжал ежедневно к матери, купал, переодевал и кормил ее. *** года примерно в ** часов ** минут супруг по телефону сообщил ей, что задушил свою мать. Она и дочь Я. Н.С. приехали в дом свекрови, где обнаружили, что свекровь находилась в кресле, голова была опрокинута, признаков жизни она не подавала. ФИО1 находился в эмоциональном состоянии, говорил, что П.С.В. просила о том, что он сделал, отмучилась. Она не заметила, что он находился в состоянии опьянения. Конфликтов между ними не было.

Свидетель Я. Н.С. дочь подсудимого в судебном заседании показала, что *** года после ** часов с мамой П. З.С. поехали домой к бабушке П. С.В., в связи с сообщением отца ФИО1 о том, что он задушил П.С.В. По приезду ФИО1 сидел на лавочке у дома П. С.В., сказал, что задушил маму полотенцем, она плакала, просила и он избавил ее от мучений. В доме они увидели, что П. С.В. находится в кресле, опрокинув голову на спинку. У П. С.В. был инсульт, она не обслуживала себя, не чувствовала, не ходила в туалет и ФИО1 ухаживал за ней.

Свидетель С. Р.И. в судебном заседании показала, что ФИО1 доводится ей двоюродным братом. Его мама П. С.В. жила одна, болела, не передвигалась, лежала, нуждалась в постоянном уходе, который осуществлял ФИО1 *** года ей позвонила его супруга П. З.И., попросила срочно приехать к П.С.В. домой, где она узнала, что ФИО1 задушил мать, и видела, что П.С.В. находилась в кресле была мертва.

Свидетель К. Ю.И. суду показал, что проживает по соседству с домом П.С.В., за которой ухаживал ее сын ФИО1 В апреле ** года ФИО1 по телефону сообщил, что задушил свою мать.

Свидетель Б. А.В. участковый уполномоченный полиции отдела участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних ОМВД России ** показал, что *** года по указанию оперативного дежурного выехал по сообщению от Я.Н.С. о том, что в с. *** по ул. **, д. ** ФИО1 задушил свою мать П.С.В. По приезду он обнаружил ФИО1, который сообщил, что он задушил свою мать П. С.В., сказал, что устал ухаживать за ней. ФИО1 в тот день употреблял спиртные напитки.

Из показаний свидетеля К. Т.В. оглашенных судом, с согласия сторон, в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК Российской Федерации, следует, что с сентября *** года ФИО1 осуществлял постоянный уход за ее соседкой П. С.В., которая была прикована к постели. *** года примерно в ** часов ** минут она узнала, что ФИО1 задушил свою мать. (т. ** л.д. **)

Из показаний свидетеля Б. В.В. оглашенных в судебном заседании, с согласия сторон, в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК Российской Федерации, следует, что ФИО1 ежедневно ухаживал за своей мамой, ее соседкой П.С.В. ** года примерно в ** часов, она вышла на улицу, увидела на соседней лавочке ФИО1, который сказал, что он задушил маму. (т. ** л.д. **)

Допрошенная в судебном заседании в качестве специалиста К. Н.П. врач-невролог ГБУЗ СК «Городская больница г. ***», имеющая высшее медицинское образование по специальности «неврология» и стаж работы в указанной медицинской должности 18 лет, показала, что *** года П.С.В. поступила в ГБУЗ СК «Городская больница г. ***» с закрытой черепно-мозговой травмой, внутримозговой гематомой лобной области слева, ушибленной раной затылочной области. Нейрохирургом поставлен диагноз: «Геморрагический инсульт», она находилась на лечении в неврологическом отделении в тяжелом состоянии, в контакт не входила. П. С.В. имела хронические заболевания: ишемическая болезнь сердца, отосклеротический кардиосклероз, мерцательная аритмия постоянная форма, хроническая сердечная недостаточность 2 А и функциональный класс 3, дислипедимия, гипертоническая болезнь 3 стадии 3 степени 4 риск. В процессе лечения у пациентки выявлен сахарный диабет. По результатам лечения у П. С.П. наблюдалась положительная динамика, она стала реагировать на речь, отвечала, могла передвигаться в пределах кровати и ** года выписана для прохождения лечения по месту жительства. В результате перенесенного геморрагического инсульта и заболеваний, П.С.В. не могла оказывать активное сопротивление, не могла осуществлять активные действия, самостоятельного перемещаться, обслуживать свои потребности. (т. ** л.д. ***)

Оценивая изложенные показания суд не находит оснований полагать в них наличие оговора подсудимого, в связи с чем, принимает приведенные показания в качестве доказательств и учитывает, что изложенные в них сведения, содержат доказательства, которые объективно и достоверно также свидетельствуют о вине ФИО1 в совершении инкриминируемых ему действий.

Помимо приведенных доказательств, вина подсудимого в инкриминируемых ему преступлениях объективно и полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном разбирательстве письменных доказательств.

Протоколом осмотра *** года с фототаблицей места происшествия - жилого дома по адресу ***, ***, с. **, ул. **, д. **, в ходе которого в комнате обнаружен труп П.С.В., с признаками насильственной смерти, изъята одежда от трупа: кофта красного цвета, майка камуфляжного цвета, носки-гольфы черного цвета с графическим рисунком красного цвета, тапочки фиолетового и розового цветов; а также мужские тапочки из полимерного материала черного цвета, полотенце из хлопчатобумажной ткани розового цвета, отрезок дактилоскопической пленки с пылевым следом подошвы обуви. (т. ** л.д. **)

Протоколом выемки ** года вещей ФИО1: кофты спортивной мужской темно-синего цвета со вставками красного цвета, брюк спортивных мужских из хлопчатобумажной ткани темно-синего цвета, пары носок черного цвета, кроссовок мужских демисезонных из кожзаменителя черного цвета. (т. ** л.д. **)

Протоколом получения ** года для сравнительного исследования образцов слюны ФИО1 (т. ** л.д. **)

Протоколом выемки ** года в *** марлевого тампона с кровью от трупа П. С.В. (т. ** л.д. **)

Протоколом осмотра ** года с приложением предметов одежды от трупа П. С.В., которым осмотрены: кофта женская с длинным рукавом из синтетического материала красного цвета, майка из хлопчатобумажного материала камуфляжного цвета, пара носок-гольф черного цвета с рисунком красного цвета, тапочки фиолетового и розового цветов; одежда и обувь ФИО1: кофта спортивная мужская темно-синего цвета со вставками красного цвета, брюки спортивные мужские из хлопчатобумажной ткани темно-синего цвета, пара носок черного цвета, кроссовки мужские демисезонные из кожзаменителя черного цвета. (т. ** л.д. **)

Протоколом осмотра *** года с приложением тапочек из полимерного материала темно-синего (близкого к черному) цвета, полотенца из хлопчатобумажного ткани розового цвета с мелким рисунком, отрезка темной дактилоплёнки со следом от подошвы обуви, ватной палочки с образцом буккального эпителия ФИО1, марлевого тампона с кровью от трупа П. С.В. (т. ** л.д. **)

Протоколом выемки ** года с приложением компакт-диска с видеозаписью изложения ФИО1 обстоятельств действий в отношении П. С.В. (т. ** л.д. **)

Протоколом осмотра ** года с приложением компакт-диска формата CD-R с аудиозаписью телефонного разговора с Я. Н.С., от *** года, компакт-диск формата DVD-R с видеозаписью изложения ФИО1 обстоятельств удушения матери П.С.В., медицинской карты пациента, получающего в медицинскую помощь в стационарных условиях № *** на имя П. С.В., *** г.р., медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № **на имя П. С.В. (т. ** л.д. **)

Кроме того, вина ФИО1 подтверждается исследованными в судебном заседании заключениями судебных экспертиз.

Заключением эксперта от ** года № **, согласно выводам которого на основании данных судебно-медицинской экспертизы трупа П. С. В., *** года рождения, с учетом результатов судебно-химического исследования и судебно-гистологической экспертизы, эксперт пришел к следующим выводам: смерть П.С.В. наступила от асфиксии при сдавлении органов шеи петлей из мягкого материала (полотенце). Наличие асфиксии от сдавления (удушения) органов шеи петлей из мягкого материала (полотенце) причинило П.С.В. вред здоровью опасный для жизни человека, вызывающий расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью. (п. 6, п. 6.2, п. 6.2.10. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» - Приложения к Приказу Минсоцздравразвития России от 24.04.2008 г № 194н). При судебно-медицинской экспертизе трупа П. С.В. каких-либо других повреждений не обнаружено. Указанное выше повреждение, а именно странгуляционная борозда шеи в средней трети, образовалось от воздействия петли из мягкого материала (полотенце). Учитывая степень выраженности трупных явлений (разрешенное трупное окоченение, трупные пятна в стадии имбибиции, труп равномерно холодный на ощупь на открытых участках тела, под одеждой и в естественных складках, особенность идиомускулярной опухоли, наличие ранних гнилостных изменений), смерть П. С.В. наступила не менее 48 часов, считая от момента начала исследования трупа в морге (*** года ** час). При судебно-химическом исследовании крови от трупа П.С.В. этиловый спирт не обнаружен, из чего следует, что П.С.В. на момент наступления смерти была трезва. Учитывая параметры указанной выше странгуляционной борозды, можно высказаться, что направление травмирующей силы, т.е. сдавливание шеи П.С.В., было ориентировано спереди назад и несколько снизу вверх, причем лицо, которое осуществляло удушение П. С.В. должно было располагаться позади П. С.В., т.е. обращен своей передней поверхностью тела к задней поверхности тела П. С.В. Учитывая анатомическую область тела, где имеется указанное выше повреждение, а именно область шеи, исключена возможность причинения данного повреждения собственноручно. (т. ** л.д. **)

Приведенное заключение подтверждено показаниями судебного медицинского эксперта К.М.В. от ** года, оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых судом установлено, что учитывая характер и локализацию повреждений в области шеи, а также наличие мелкоточных кровоизлияний в слизистую губ, наличия кровоизлияния в кончик языка и кожи лица, можно в критической форме высказаться о том, что на нижнюю треть лица П. С.В., а именно область губ и среднюю треть шеи было осуществлено не менее двух однократных воздействий петлей из мягкого материала (полотенца). На основании параметров (особенностей) странгуляционной борозды, а именно: мягких кожных покровов в области странгуляционной борозды, не подсохшей поверхности, отсутствия изменений относительно окружающих тканей и отсутствие каких-либо осаднений кожных покровов в области лица П. С.В., а также размытость краев борозды при наличии петли из жесткого материала странгуляционная борозда будет иметь более выраженную картину, а именно: поверхность борозды будет значительно отличаться от окружающих кожных покровов, края странгуляционной борозды будут более выражены относительно окружающих тканей, также могут иметься по краям видимые подкожные кровоизлияния. Согласно наружному осмотру трупа в морге установлено, что механизм удушения П. С.В. был следующим: лицо, которое производило удушение, то есть которое накинуло петлю-удавку из мягкого материала не шею П. С.В., располагалось позади последней, причем натяжение петли удавки осуществлялось спереди назад путем натяжения петли-удавки, без перекреста данной петли, в связи с чем странгуляцонная борозда имеет незамкнутый характер. В заключении эксперта № ** от ** указано, что воздействие на шею П. С.В. осуществлялось именно петлей на основании особенностей странгуляционной борозды. По результатам ознакомления с медицинской картой пациента, получившего медицинскую помощь в стационарных условиях № *** на имя П.С.В., *** года рождения, возможность П. С.В. осуществления активных действий, самостоятельного перемещения, обслуживания своих биологических потребностей, а также возможность оказания активного сопротивления при попытках посягательства на ее жизнь и здоровье, практически исключены, так как у П. С.В. имелись следующие хронические заболевания: ишемическая болезнь сердца. Отосклеротический кардиосклероз. Мерцательная аритмия постоянная форма. Хроническая сердечная недостаточность 2 А и функциональный класс 3. Дислипедимия. Гипертоническая болезнь 3 стадии 3 степени 4 риск. Постинсультная кистозная трансформация головного мозга. (т. ** л.д. ****)

Согласно заключению эксперта от ** года № ** в образце слюны ФИО1 получен препарат хромосомной ДНК и установлен генотип мужской половой принадлежности. В образце П. С.В. получен препарат хромосомной ДНК и установлен генотип женской половой принадлежности. (т. **л.д. **)

Согласно заключению эксперта от ** года № ** на полотенце, изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружены клетки кожи с примесью крови человека. На полотенце получены препараты хромосомной ДНК, проведено их исследование с применением методов молекулярно-генетической индивидуализации и сравнительный анализ с образцом слюны ФИО1, образцом крови П. С.В. Установлено, что препараты ДНК, полученные из биологического материала, обнаруженного на полотенце, содержат индивидуальную ДНК женской половой принадлежности. Генотипические признаки и половая принадлежность в данных препаратах и в препарате ДНК, полученном из образца крови П.С.В., одинаковые, что указывает на то, что биологический материал, обнаруженный на полотенце, мог произойти от П. С.В. Расчетная (условная) вероятность того, что биологический материал, обнаруженный на полотенце, произошел от П. С.В., составляет не менее 99,999999999998 %. Аллельные комбинации и половая принадлежность в препаратах ДНК, полученных из биологического материала на полотенце, не совпадают с ПДАФ профилем образца слюны ФИО1 Следовательно, происхождение биологического материала на полотенце от ФИО1 исключается. (т. ** л.д. **)

Согласно выводам эксперта от ** года № **след подошвы обуви № 1, обнаруженный на следокопировальной поверхности отрезка темной дактилопленки № 1, изъятом в ходе осмотра места происшествия от ** года по адресу ул. **, **, с. **, ** **, пригоден для идентификации обуви его оставившей, вероятно, оставлен хозяйственной обувью (тапочки и т.д.), обувью на правую ногу, вероятно, 42-44 размера, оставлен подметочной и каблучной частям подошвы тапочка на правую ногу изъятым ** года в ходе осмотра места происшествия по тому же адресу. (т. ** л.д. **)

Оценивая приведенные, исследованные в судебном следствии, доказательства, суд констатирует, что таковые добыты в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона, соответствуют принципам относимости, допустимости, согласуются между собой, то есть являются достоверными, и в своей совокупности являются достаточными для выводов суда по существу рассматриваемого дела и объективно доказывающими вину ФИО1 в инкриминируемом ему деянии.

В судебном заседании исследовано заявление ФИО1 от ** года, которое подлежит оценке в соответствии со ст. 142 УПК Российской Федерации, как явка с повинной. (т. **л.д. ***)

Вместе с тем, принимая во внимание разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», в пункте 10 которого указано, что в тех случаях, когда в ходе проверки сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, подсудимый обращался с письменным или устным заявлением о явке с повинной, и сторона обвинения ссылается на указанные в этом заявлении сведения как на одно из доказательств его виновности, суду надлежит проверять, в частности, разъяснялись ли подсудимому при принятии от него такого заявления, с учетом требований ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном главой 16 УПК РФ, была ли обеспечена возможность осуществления этих прав.

Поскольку указанные права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя и обратиться с явкой с повинной в присутствии адвоката, при получении явки с повинной от ФИО1 не разъяснялись, учитывая, что подсудимый частично изменил свои показания, в части указания мотивов убийства, фактически не подтвердив в полном объеме явку с повинной, и в соответствии с требованиями закона, любые доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, в силу ст. 75 УПК РФ, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, протокол явки от *** года, как не отвечающий требованиям ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, подлежит исключению из числа доказательств обвинения ввиду его недопустимости.

Решая вопросы юридической оценки содеянного подсудимым, суд исходит из фактически установленных в судебном заседании и признанных доказанными обстоятельств дела, которые бесспорно доказывают, что ФИО1 действовал с прямым конкретизированным умыслом, поскольку его действия в отношении матери являлись умышленными и осознанными, были вызваны, как указано им самим в судебном заседании и в показаниях, полученных в ходе предварительного расследования в присутствии защитника, возникшими неприязненными отношениями, связанными с нежеланием осуществления дальнейшего ухода за П. С.В. и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшей.

По смыслу уголовного закона и исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», как убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии надлежит квалифицировать умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство. К иным лицам, находящимся в беспомощном состоянии, могут быть отнесены, в частности, тяжелобольные, престарелые, лица, страдающие психическими расстройствами, лишающими их способности правильно воспринимать происходящее.

Как установлено судом, подсудимый достоверно знал о преклонном возрасте потерпевшей матери П. С.В. ** лет, ее инвалидности, заболеваниях, которые не позволяли ей передвигаться и осуществлять за собой постоянной уход, который сам и осуществлял, то есть ФИО1 осознавал, что потерпевшая находится в беспомощном состоянии.

При этом ФИО1 в силу направленности посягательств, локализации телесных повреждений у потерпевшей, осознавал преступный характер и общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти П. С.В., заведомо находившейся для него в беспомощном состоянии, и желал их наступление.

На основании изложенного, переходя к юридической квалификации содеянного, суд квалифицирует действия ФИО1 по пункту «в» части 2 статьи 105 УК Российской Федерации, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

Согласно заключению комиссионной первичной амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы от ** года № ** (т. ** л.д. **), приведенному при оценке показаний подсудимого, оснований ставить под сомнение которое не имеется, поскольку оно не содержат противоречий, получено на основании проведенных исследований, мотивированно и научно обосновано, учитывая, что ФИО1 не состоит на специализированных психиатрическом и наркологическом учетах, поведение и активную позицию подсудимого в ходе предварительного расследования и в судебных заседаниях, суд приходит к выводу, что его следует считать вменяемым и подлежащим уголовной ответственности в соответствии со ст. 19 УК Российской Федерации.

ФИО1 совершено преступление категории особо тяжких.

Разрешая вопрос о назначении ФИО1 наказания, суд исходит из положений ст. ст. 6, 43, 60 УК Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Согласно данным о личности ФИО1, родился *** года в с. ***, гражданин Российской Федерации, зарегистрирован и проживал по адресу ***, ***, с. **, ул. **, **, имеет среднее профессиональное образование, не работал, являлся пенсионером, последнее место работы с ** года по ** года в должности электромонтера по ремонту и обслуживанию электрооборудования отдела главного энергетика ***, характеризуется положительно, женат, не состоит на медицинском учете нарколога и психиатра, снят с воинского учета по возрасту, не судим.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, предусмотренным п. «д» ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации, является совершение им преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, под которыми уголовный закон и судебная практика понимают тесно связанные с совершением преступления события личного, семейного характера, которые являются негативными для виновного, усложняют ему жизнь, доставляют ему горе, ставят его в тупик.

Так, в судебном заседании установлено, что ФИО1 совершил преступление на почве внезапно возникших неприязненных отношений, связанных с нежеланием осуществления дальнейшего ухода за своей матерью П. С.В., который систематически осуществлял, в связи с достижением потерпевшей престарелого возраста, наличия инвалидности, заболеваниями, которые не позволяли ей передвигаться и осуществлять за собой постоянной уход, и вызванным указанными обстоятельствами ее нахождением в беспомощном состоянии, по причине которых, в связи с осуществлением ухода за П.С.В. у подсудимого и возник преступный умысел на причинение ей смерти.

Также из показаний свидетелей, специалиста, подсудимого и данных об его личности следует, что П.. С.В. с сентября *** года до смерти самостоятельно не передвигалась, самостоятельно себя обслуживать не могла, систематический уход за ней осуществлял только сын - ФИО1, который по этой причине уволился с работы и ежедневно находился с матерью.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу, что лично-семейные обстоятельства, отягощенные болезнью близкого человека, требующие постоянного систематического ухода за больной матерью П. С.В. явились негативными для ФИО1, требовали от него внимания и заботы, усложняли жизнь для него, что оказало влияние на мотивацию совершенного преступления и породили причинный комплекс проблем, побудивших ФИО1 на причинение смерти П. С.В., что позволяет рассматривать совершение подсудимым преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств (Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.01.2022 № 127-УД21-22-А3).

В связи с изложенным, исходя из разъяснений, содержащихся в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 года № 55 «О судебном приговоре», принимая во внимание, что в судебном заседании судом установлены указанные обстоятельства, которые не отражены в предъявленном подсудимому обвинении, но признаны судом смягчающими наказание, названные вышеуказанные обстоятельства приведены при описании деяния подсудимого и фактических обстоятельств содеянного.

Кроме того, на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации, обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 является собственноручно написанное им ** года заявление, содержащее добровольное сообщение о совершенном им преступлении, то есть явка с повинной, которое исключено из совокупности доказательств, вместе с тем подлежит учету в качестве обстоятельства смягчающего наказание, а также активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку ФИО1 представил органам следствия информацию, до того им неизвестную, об обстоятельствах совершения преступления, имеющую значение для его раскрытия и расследования, указал на месте и описал обстоятельства совершения преступления, дал полные показания, способствующие расследованию.

Иных, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации, обстоятельств, подлежащих обязательному учёту при назначении подсудимому наказания, суд не усматривает, поскольку учитывая установленные в судебном заседании обстоятельства мотива совершения ФИО1 убийства потерпевшей - внезапно возникшие неприязненные к ней отношения, связанные с нежеланием осуществления дальнейшего ухода за П.С.В., исключают возможность рассматривать действия подсудимого как связанные с мотивом сострадания, состоящего в стремлении виновного активно сопереживать чужим страданиям, помочь другому человеку хотя бы путем совершения преступления, что следует и из доводов подсудимого в судебном заседании не отрицавшего, что его действия были вызваны ссорами с П. С.В., ее недовольством его действиями и ее неблагодарностью.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК Российской Федерации, в качестве смягчающих наказание подсудимому обстоятельств, суд признает признание ФИО1 вины, его раскаяние, его положительные характеристики свидетелями и потерпевшей, а также ее доводы о смягчении наказания, положительные характеристики подсудимого по месту жительства и по месту работы, наличие у него по месту работы благодарностей, награждений, занесения на Доску почета, отсутствие судимости и иных компрометирующих сведений. При этом суд не учитывает в качестве обстоятельства предусмотренного ч. 2 ст. 61 УК Российской Федерации, нахождение на его иждивении потерпевшей и осуществление за ней постоянного и систематического ухода, поскольку данные обстоятельства учтены при установлении совершения подсудимым преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств и иное повлечет двойной учет одних и тех же обстоятельств.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, предусмотренным частью 1.1 ст. 63 УК Российской Федерации, суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, которое подтверждено показаниями свидетеля Б. А.В., а также подсудимого и при проверке его показаний на месте происшествия, в том числе при производстве судебной психолого-психиатрической экспертизы **года, подтвердившего эти показания в судебном заседании и утверждавшего, что он не пьющий, распивал брагу в день совершения преступления и распитие им спиртного побудило его к совершению убийства.

Таким образом, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, связанного с лишением жизни близкого человека, нуждавшегося в постоянном постороннем уходе, обстоятельств его совершения, подтверждающих влияние состояния опьянения ФИО1 на его поведение при совершении преступления, подтвержденных самим подсудимым, а также принимая во внимание личность ФИО1, суд пришел к выводу о необходимости признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством.

Поскольку действия ФИО1 квалифицированы по признаку совершения убийства лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, судом не учитывается в качестве отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «з» ч. 1 ст. 63 УК РФ, совершение преступления в отношении беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимости от виновного, а также суд не усматривает иных отягчающих наказание обстоятельств.

На основании изложенного, определяя в отношении подсудимого вид и размер наказания, суд приходит к убеждению, что целям наказания, восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений, будет соответствовать назначение ФИО1 основного наказания исключительно в виде лишения свободы, исходя из положений п. «а» ч. 1 ст. 73 УК Российской Федерации, с реальным его отбыванием, с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Принимая во внимание наличие отягчающего наказание обстоятельства, в санкции статьи наказаний в виде пожизненного лишения свободы и смертной казни, несмотря на наличие смягчающих обстоятельств, отсутствуют основания к назначению ФИО1 наказания с учетом правил ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Поскольку в судебном разбирательстве не установлено объективных и достоверных данных свидетельствующих о наличии по делу исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенного ФИО1 преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного им, принимая во внимание фактические обстоятельства преступления, суд не находит оснований для применения в отношении него исключений, связанных с размером наказания, то есть правил ст. 64 УК Российской Федерации, а также и оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК Российской Федерации.

Кроме того, по изложенным обстоятельствам степени общественной опасности совершенного, фактических обстоятельств преступления, суд не находит обстоятельств исключающих преступность и наказуемость деяния, предусмотренных главой 8 УК Российской Федерации, а также оснований к освобождению ФИО1 от уголовной ответственности либо от назначенного наказания, к постановлению приговора без назначения наказания или к отсрочке отбывания наказания, в том числе предусмотренных статьями 81, 82 УК Российской Федерации.

В виду отсутствия сведений о наличии у подсудимого заболеваний, медицинских противопоказаний, препятствий отбытию ФИО1 наказания в виде лишения свободы не установлено.

В соответствии со ст. 53 УК Российской Федерации в период отбывания наказания в виде ограничения свободы, суд считает необходимым установить в отношении ФИО1 ограничения, которые будут действовать в пределах муниципального образования по месту проживания осужденного после отбывания лишения свободы, в виде запретов: уходить из места постоянного проживания либо пребывания в ночное время суток в период с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут, выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования по месту постоянного проживания либо пребывания, изменять место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, возложив обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы один раз в месяц для регистрации.

Поскольку ФИО1 осуждается к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления, ранее лишение свободы не отбывал, по правилам п. «в» ч. 1 ст. 58 УК Российской Федерации, отбывание основного наказания осужденному назначается в исправительной колонии строгого режима.

В целях обеспечения исполнения приговора, в соответствии с ч. 2 ст. 97 УПК Российской Федерации, меру пресечения в отношении ФИО1 следует оставить без изменения - заключение под стражу и продлить его содержание под стражей до вступления приговора в законную силу.

Согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК Российской Федерации, в срок лишения свободы засчитывается время содержания ФИО1 под стражей в период с 12.04.2024 года до вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск по уголовному делу не предъявлен.

Согласно ст. 81 УПК Российской Федерации, суд разрешил вопрос судьбы вещественных доказательств по уголовному делу по вступлении приговора в законную силу (т. ** л.д. **, т. ** л.д. **): переданные на хранение в камеру хранения вещественных доказательств *** межрайонного следственного отдела Следственного управления Российской Федерации по ** предметы одежды и обуви от трупа П.С.В., полотенце, ватная палочка с образцом, марлевый тампон, отрезок дактилоплёнки со следом обуви, следует уничтожить, тапочки возвратить по принадлежности ФИО1, медицинские карты возвратить по принадлежности в медицинские учреждения; приобщенные к материалам уголовного дела предметы - хранить при уголовном деле; переданные на ответственное хранение предметы оставить в распоряжении П.З.И. и считать возвращенными по принадлежности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 296-312 УПК Российской Федерации, суд,-

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «в» ч. 2 ст. 105 УК Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 09 (девять) лет с отбытием лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 (один) год.

В соответствии со ст. 53 УК Российской Федерации в период отбывания наказания в виде ограничения свободы установить в отношении ФИО1 ограничения, которые будут действовать в пределах муниципального образования по месту проживания осужденного после отбывания лишения свободы, запретить: уходить из места постоянного проживания либо пребывания в ночное время суток в период с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут, выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования по месту постоянного проживания либо пребывания, изменять место жительства или пребывания, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; возложить обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы один раз в месяц для регистрации.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – заключение под стражу и продлить его содержание под стражей до вступления приговора в законную силу.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК Российской Федерации зачесть ФИО1 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы, время нахождения под стражей в период с 12.04.2024 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства по уголовному делу (т. ** л.д. **, т. ** л.д. **), по вступлении приговора в законную силу:

Переданные на хранение в камеру хранения вещественных доказательств Кочубеевского межрайонного следственного отдела Следственного управления Российской Федерации по Ставропольскому краю:

- предметы одежды и обуви от трупа П. С.В.: кофту женскую с длинным рукавом из синтетического материала красного цвета, майку из хлопчатобумажного материала камуфляжного цвета, пару носок-гольф черного цвета с рисунком красного цвета, тапочки фиолетового и розового цветов,

- полотенце из хлопчатобумажного материала розового цвета с мелким рисунком,

- одну ватную палочку с образцом буккального эпителия подозреваемого ФИО1,

- марлевый тампон, пропитанный кровью от трупа П. С.В.,

- отрезок темной дактилоплёнки со следом от подошвы обуви – уничтожить;

- тапочки, выполненные из полимерного материала темно-синего (близкого к черному) цвета – возвратить по принадлежности ФИО1;

- медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № ** на имя П.С.В., *** г.р. – возвратить по принадлежности в ***;

- медицинскую карту пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № ** на имя П. С.В., *** г.р. – возвратить по принадлежности в ***.

Приобщенные к материалам уголовного дела: компакт-диск формата CD-R с аудиозаписью телефонного разговора с Я. Н.С. ** года, компакт-диск формата DVD-R с видеозаписью сообщения ФИО1 об обстоятельствах совершенного им преступления – хранить при уголовном деле.

Переданные на ответственное хранение П. З.И. предметы одежды и обуви ФИО1: кофту спортивную мужскую темно-синего цвета со вставками красного цвета, брюки спортивные мужские из хлопчатобумажной ткани темно-синего цвета, пару носок черного цвета, кроссовки мужские демисезонные из кожзаменителя черного цвета – оставить в распоряжении П.З.И. и считать возвращенными по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК Российской Федерации в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции через Ставропольский краевой суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, содержащимся под стражей осужденным, в тот же срок со дня вручения копии приговора.

Стороны, при наличии письменного ходатайства, поданного в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания, вправе ознакомиться с протоколом судебного заседания в течение 3 суток со дня поступления ходатайства, и подать замечания на него в течение 3 суток со дня ознакомления.

В случае подачи апелляционных жалобы либо представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе посредством использования видео-конференц-связи, о чём должно быть указано в подаваемой жалобе, а в случае подачи апелляционного представления или жалобы другими участниками - в возражениях на таковые либо в отдельном ходатайстве.

Судья Рыжов Д.В.