Решение № 2-2375/2017 2-2375/2017~М-2449/2017 М-2449/2017 от 5 сентября 2017 г. по делу № 2-2375/2017

Дело № 2-2375/2017


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 06 сентября 2017 года

Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего – судьи Селезневой О.В.,

с участием секретаря судебного заседания – Лончиной В.В.,

с участием в деле:

истца – ФИО6, его представителя ФИО7, адвоката, представившего ордер № 1107 от 23 августа 2017 года,

ответчика – Общества с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал», его представителя ФИО8, представившего доверенность № 1 от 01 августа 2017 года,

прокурора – старшего помощника прокурора Ленинского района г. Саранска Мещеряковой И. М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к Обществу с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал», с учетом уточнения требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил суд признать незаконным приказ Генерального директора Общества с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал» № 1 от 14 июля 2017 года о его увольнении по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, восстановить его на работе в офисе обособленного подразделения Общества с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал» в должности коммерческого директора, взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 14 июля 2017 года по 04 сентября 2017 года в размере 127400 руб. 91 коп., в счет компенсации морального вреда 20000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с 01 октября 2010 года он работал в должности финансового директора в офисе обособленного подразделения Общества с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал» (далее по тексту – ООО «АСТ Кемикал»), 14 июля 2017 года он уволен по основаниям, предусмотренным подпунктом «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С приказом о его увольнении он не согласен, поскольку каких-либо дополнительных соглашений об изменении своего рабочего места (<...>) он не подписывал. Полагает, что поскольку официально новое рабочее место, расположенное по адресу: <...>, не внесено в его трудовой договор, он имел право не находиться по новому адресу офиса обособленного подразделения ООО «АСТ Кемикал».

Кроме того, пунктом 1.5 трудового договора предусмотрено, что он должен выполнять свои трудовые функции дистанционными средствами телефонной и электронной связи, находящимися в его собственности.

Также разъездной характер работы, предусмотренный дополнительным соглашением к трудовому договору от 11 марта 2013 года, предполагает, что значительный объем рабочего времени работник проводит за пределами территории работодателя.

Акт об отсутствии на рабочем месте составлен в г. Тольятти, т.е. не по адресу его рабочего места, указанного в трудовом договоре, и лицами, не имеющими физической возможности установить его отсутствие на рабочем месте. Никакие акты или докладные записки о его отсутствии на рабочем месте сотрудники офиса обособленного подразделения ООО «АСТ Кемикал» не составляли, в ООО «АСТ Кемикал» их не направляли.

28 июня 2017 года, 29 июня 2017 года, 30 июня 2017 года, 03 июля 2017 года, 04 июля 2017 года, 05 июля 2017 года свои трудовые функции он выполнял дистанционно, принимал информацию от сотрудников по телефону и по электронной почте, таким же образом давал указания сотрудникам для обеспечения нормальной деятельности офиса.

В указанный период времени генеральный директор ООО «АСТ Кемикал» с ним не связывался, каких-то указаний не давал.

Полагает, что основной причиной его увольнения является конфликт с генеральным директором ООО «АСТ Кемикал» ФИО2 на фоне личных неприязненных отношений.

Исходя из положений статей 234, 237, 391, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, просил суд признать незаконным приказ Генерального директора ООО «АСТ Кемикал» о его увольнении, восстановить его на работе в офисе обособленного подразделения ООО «АСТ Кемикал» в должности коммерческого директора, взыскать с ответчика в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО6 и его представитель ФИО7 поддержали исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении и в заявлении об уточнении исковых требований, просили суд удовлетворить их в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО8 относительно исковых требований ФИО6 возразил, суду объяснил, что заявленные истцом требования неисполнимы в соответствии с действующим законодательством, поскольку с 19 июля 2017 года он трудоустроен генеральным директором в Общество с ограниченной ответственностью «АТИКС» (далее по тексту – ООО «АТИКС»). Согласно абзацу 2 части 7 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя. В случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения.

Ответчик ликвидирует обособленное подразделение в г. Саранск, что подтверждается уведомлением о проведении внеочередного общего собрания (приложение к отзыву).

Истец был трудоустроен 19 июля 2017 года на новую работу, а уволен ответчиком 14 июля 2017 года. Таким образом, увольнение истца не повлекло у бывшего работника вынужденного прогула.

Увольнение истца по инициативе работодателя на основании подпункта «а» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации было обусловлено фактическими обстоятельствами и действиями самого работника, выразившихся в неоднократном прогуле, которые были зафиксированы в установленном законом порядке.

В период с 05 июня 2017 года по 27 июня 2017 года истец находился в ежегодном оплачиваемом отпуске. Однако, по окончанию отпуска 27 июня 2017 года работник не вышел на работу. Фактически прогул был допущен с 27 июня 2017 года по 06 июля 2017 года. На рабочем месте он появился только 06 июля 2017 года. Документально зафиксирован факт отсутствия работника на рабочем месте с 28 июля 2017 года по 06 июля 2017 года, то есть в указанный период работник допустил прогулы.

Дополнительным соглашением к трудовому договору истцу определено рабочее место - <...>, которое впоследствии по инициативе и с согласия истца изменено на <...>.

В соответствии с пунктом 2 дополнительного соглашения от 04 июля 2011 года № 2/2 к трудовому договору № 2 от 01 октября 2010 года истцу установлена пятидневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов. Продолжительность рабочего времени в день 8 часов. Отсутствие истца на рабочем месте зафиксировано в установленном законом порядке и подтверждается показаниями свидетелей, докладными записками и распечаткой телефонных разговоров, в соответствии с которой установлено местонахождение истца в период с 28 июля 2017 года по 06 июля 2017 года в Турецкой Республике. Истец не уведомлял ответчика о своем местонахождении.

07 июля 2017 года посредством электронной почты истцу было предложено дать объяснения. Истец ответил отказом в даче пояснения. Кроме того, из переписки следует нежелание истца далее работать в ООО «АСТ Кемикал».

Вынесение 14 июля 2017 года приказа о расторжении трудового договора за грубое нарушение трудовых обязанностей обусловлено прогулом в период с 28 июля 2017 года по 06 июля 2017 года.

Истец был заранее уведомлен об изменении рабочего места с ФИО9 д. 13, офис 305 на ФИО9 <...>, более того являлся инициатором переезда обособленного подразделения ответчика на новый адрес. Кроме того, в соответствии с действующим трудовым законодательством невнесение изменений в трудовой договор при изменении рабочего места не влечет недействительность трудового договора.

Истец как руководитель обособленного подразделения, не мог не знать о смене места нахождения и работы обособленного подразделения ответчика в г. Саранске ввиду своих пояснений и фактического осуществления трудовой деятельности.

Включая в трудовой договор условие о выполнении трудовых функций дистанционно средствами телефонной и электронной связи, стороны трудового договора исходили из того, что истец дистанционными средствами и способами взаимодействует с основным офисом, расположенным в г. Тольятти, с бухгалтерией и клиентами компании, и это не относится к режиму рабочего времени и рабочему месту. Истец обязан выполнять свою трудовую функцию дистанционными средствами по установленному работодателем режиму времени в установленном работодателем рабочем месте.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования ФИО6 удовлетворению не подлежат в полном объеме, исследовав письменные доказательства, суд приходит к нижеследующему.

Как следует из материалов дела и объяснений лиц, участвующих в деле, ФИО6 принят на работу 01 октября 2010 года на должность финансового директора ООО «АСТ Кемикал» по совместительству (приказ от 01 октября 2010 года).

С 01 января 2012 года ФИО6 работает в должности коммерческого директора ООО «АСТ Кемикал» (приказ № 50 от 30 декабря 2011 года).

С истцом 01 октября 2010 года заключен трудовой договор № 2 с определением перечня прав и обязанностей сторон, должностных полномочий работника, места и режима работы. Впоследствии, посредством заключения дополнительных соглашений (от 12 апреля 2011 года, от 04 июля 2011 года, от 01 сентября 2011 года, от 01 октября 2011 года, от 30 декабря 2011 года, от 01 января 2013 года, от 11 января 2013 года, от 01 февраля 2017 года) для работника были определены: режим работы (5-дневная рабочая неделя, 40 часов в неделю, продолжительность ежедневной работы – 8 часов в день); место работы офис обособленного подразделения ООО «АСТ Кемикал».

Согласно условиям трудового договора работник обязан соблюдать трудовую дисциплину, добросовестно исполнять свои должностные обязанности, выполнять требования локальных актов. Трудовой договор с дополнительными соглашениями истцом подписан лично.

Приказом № 1 от 14 июля 2017 года ФИО6 уволен с занимаемой должности по основанию, предусмотренному подпунктом «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – прогул (л.д. 11).

В соответствии с подпунктом "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации прогул - это отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены) или в течение всего рабочего дня (смены) независимо от его (ее) продолжительности. Случаи, когда отсутствие работника может быть признано прогулом, приведены в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2. Факт совершения работником прогула должен доказать работодатель (пункт 38 указанного Постановления).

Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит перечня причин отсутствия работника на рабочем месте, являющихся уважительными. В каждом случае этот вопрос работодатель решает самостоятельно в зависимости от конкретных обстоятельств (Письмо Роструда от 31 октября 2008 года N 5916-ТЗ). Анализ судебной практики показывает, что в качестве уважительных причин отсутствия могут расцениваться обстоятельства, при которых работник лишен возможности находиться на работе и исполнять трудовую функцию (например, болезнь работника, участие в судебном заседании в качестве истца и пр.).

Если увольнение за прогул стало причиной спора, в котором работник ссылается на то, что его отсутствие на рабочем месте было вызвано уважительной причиной, разрешение спора будет зависеть от оценки судом обстоятельств, из-за которых работник отсутствовал на работе.

В то же время, если работник скрыл наличие уважительной причины отсутствия на работе, это может быть расценено судом как злоупотребление правом с его стороны. При установлении данного факта суд может отказать работнику в удовлетворении его требований, поскольку работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие из-за недобросовестных действий работника (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2).

Судом установлено, что согласно актам от 28 июня 2017 года, 29 июня 2017 года, 30 июня 2017 года, 03 июля 2017 года, 04 июля 2017 года и 05 июля 2017 года истец отсутствовал на рабочем месте в течение всего рабочего дня, который, в соответствии с режимом работы организации, определен с 8 часов 30 минут до 16 часов 30 минут, что также подтверждается показаниями свидетеля ФИО1

В обоснование своей позиции об уважительности причин невыхода на работу в указанные дни истец пояснил, что в это время находился на отдыхе с семьей в Турецкой Республике. Данные обстоятельства подтверждаются и детализацией вызовов клиента ООО «АСТ Кемикал». О причинах своего отсутствия на работе генерального директора ФИО2 он не ставил в известность, поскольку полагает, что характер его работы разъездной, предполагает возможность работать дистанционно, что он и делал в дни вмененных ему прогулов. Работа организации в это время не пострадала, ущерба его отсутствие не повлекло. Факты отсутствия на рабочем месте в указанные дни истец не оспаривал.

Посредством электронной почты от истца генеральным директором ООО «АСТ Кемикал» затребованы объяснения по факту отсутствия на работе в период с 27 июня 2017 года по 05 июля 2017 года. Однако такие объяснения истец дать отказался.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО5, ФИО3 показали, что они являлись сотрудниками ООО «АСТ Кемикал», в том числе в период с 28 июня 2017 года по 14 июля 2017 года (день увольнения истца). Коммерческий директор ФИО6 имел отдельный кабинет в офисе по адресу: <...>. Она занимала второй кабинет. Оба кабинета обособленного подразделения в г. Саранске ООО «АСТ Кемикал» были арендованы для работы ООО «АСТ Кемикал» в лице его генерального директора ФИО2 В период с 28 июня 2017 года по 05 июля 2017 года истец на работе не появлялся, хотя был на связи по телефону и электронной почте. Такое руководство деятельностью обособленного подразделения он практиковал часто.

Свидетели ФИО2, ФИО1 и ФИО4 суду пояснили, что в период с 28 июня 2017 года по 05 июля 2017 года истец на работе не появлялся. В связи со служебной необходимостью они пытались его найти, для чего был сделан запрос в сотовую компанию о местонахождении корпоративного сотового телефона, находящегося в пользовании истца. Был получен ответ, что он находится в Турецкой Республике. О том, что ФИО6 не выйдет на работу в период с 28 июня 2017 года по 05 июня 2017 года руководство он не предупреждал. Отпуск на указанные дни ему не предоставлялся. В указанный период времени он должен был выполнять свои должностные обязанности, обозначенные в трудовом договоре. Так как истца не было на рабочем месте, были составлены акты об отсутствии его на рабочем месте без уважительных причин. Соответствующие сведения о прогулах были внесены в табель учета рабочего времени. Дни прогулов истцу не оплачены. При выходе на работу от него 12 июля 2017 года было затребовано письменное объяснение о причинах неявок на работу, от дачи которого он отказался. 14 июля 2017 года ФИО6 уволен за прогулы.

Согласно приказу № 1 от 14 июля 2017 ФИО6 уволен по пункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение прогулов. С указанным приказом истец ознакомлен и данное обстоятельство не оспаривал.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд считает, что ответчиком на основании представленных доказательств подтвержден факт совершения истцом прогулов с 28 июня 2017 года, 29 июня 2017 года, 30 июня 2017 года, 03 июля 2017 года, 04 июля 2017 года и 05 июля 2017 года.

Об отказе от предоставления ФИО6 объяснений по факту допущенных прогулов 12 июля 2017 года составлен акт.

Согласно статье 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии со статьей 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении - между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника, правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Кроме того, обязанность работника соблюдать правила внутреннего трудового распорядка предусмотрена статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как следует из пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2, увольнение может быть произведено за: невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня независимо от продолжительности рабочего дня; нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места; оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на неопределенный срок, без предупреждения работодателя о расторжении договора, а равно и до истечения двухнедельного срока предупреждения (часть 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации); оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на определенный срок, до истечения срока либо до истечения срока предупреждения о досрочном расторжении трудового договора (ст. 79, ч. 1 ст. 80, ст. 280, ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 296 Трудового кодекса Российской Федерации); самовольное использование дней отгулов, а также самовольный уход в отпуск.

Увольнение работника по указанному в приказе № 1 от 14 июля 2017 года основанию является мерой дисциплинарного взыскания (часть 3 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), поэтому при его применении в силу статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Основаниями применения данного дисциплинарного взыскания к истцу послужило то обстоятельство, что он отсутствовал на рабочем месте 28 июня 2017 года, 29 июня 2017 года, 30 июня 2017 года, 03 июля 2017 года, 04 июля 2017 года и 05 июля 2017 года, о чем не поставил в известность своего непосредственного руководителя. В обоснование доводов об уважительности причин своего отсутствия на рабочем месте истцом каких-либо доказательств не представлено, кроме как его пояснений о нахождении в указанный период времени с семьей на отдыхе в Турецкой Республике и выполнении своих должностных обязанностей в указанный период времени посредством телефона, скайпа и электронной почты.

Суд считает установленным тот факт, что работник ФИО6 действовал неправомерно, в его действиях имелся состав дисциплинарного проступка, а также имелись законные основания для привлечения его к дисциплинарной ответственности, в том числе в виде увольнения его за прогулы.

Представленные истцом и его представителем доказательства не указывают на уважительность причины неявки его на работу в указанное время. Не имеется доказательств тому, что он подвергался дискриминации в сфере труда, поскольку допрошенные в судебном заседании свидетели суду показали, что отношения в организации были исключительно рабочие. Кроме того, факты отсутствия ФИО6 на рабочем месте не оспариваются самим истцом. От дачи объяснений по фактам отсутствия на рабочем месте в указанные дни он отказался, о чем свидетельствует электронная переписка генерального директора ФИО2 и истца, пояснения ФИО6 и показания ФИО2

Доводы истца о дискриминационных основаниях его увольнения (раздел бизнеса, личные неприязненные отношения) беспочвенны и не подтверждены собранными по делу доказательствами. Предметом доказывания по данному делу являются обстоятельства совершения прогулов, а не гражданские правоотношения и личные взаимоотношения.

Доводы истца о несоблюдении процедуры увольнения также не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства. Работодателем факты отсутствия на рабочем месте зафиксированы в соответствующих актах. Табель учета рабочего времени оформлен в соответствии с предъявляемыми требованиями. Дни невыхода истца на работу не оплачены. Перед наложением дисциплинарного взыскания в виде увольнения от истца затребовано письменное объяснение о причинах неявок на работу, однако он объяснение не представил, отказавшись от этого и проигнорировав требование работодателя. Сроки привлечение к дисциплинарной ответственности работодателем соблюдены.

Довод истца о незаконности увольнения в связи с тем, что в трудовом договоре не было конкретно определено его место работы, не заслуживает внимания, и не влияет на законность увольнения, поскольку материалами дела, показаниями свидетелей установлено и подтверждено, что ФИО6 был осведомлен о месте своей работы (офис по адресу: <...>), где ему был предоставлен личный кабинет, оборудованный мебелью и оргтехникой, средствами связи, в котором он ежедневно осуществлял и должен был осуществлять свою трудовую функцию в соответствии с условиями трудового договора.

Поскольку факт отсутствия истца на рабочем месте подтвержден материалами дела и самим истцом не оспаривался, а предусмотренная Трудовым кодексом Российской Федерации процедура увольнения была работодателем соблюдена, оснований для удовлетворения требований истца не имеется. Каких-либо доказательств, свидетельствующих об обоснованности его доводов, суду не представлено.

Вместе с тем, ответчиком представлены убедительные доказательства о наличии в действиях ФИО6 нарушений дисциплины труда, которые обоснованно работодателем расценены как достаточные для применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Таким образом, факт прогулов установлен, процедура привлечения ФИО6 к дисциплинарной ответственности не нарушена, в связи с чем исковые требования о признании приказа Генерального директора ООО «АСТ Кемикал» № 1 от 14 июля 2017 года незаконным и о восстановлении на работе в офисе обособленного подразделения Общества с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал» в должности коммерческого директора удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 63 постановления "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" № 2 от 17 марта 2004 года в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью седьмой статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Поскольку факт незаконного увольнения не нашел подтверждения в ходе судебного разбирательства, не подлежит взысканию и заработная плата за время вынужденного прогула.

В связи с тем, что требования о признании приказа об увольнении незаконным и восстановлении на работе не подлежат удовлетворению, требование о компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением, производное от основного требования о восстановлении на работе, также не подлежит удовлетворению.

Иных дискриминационных факторов при проведении увольнения истцом не приведено.

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

ФИО6 в удовлетворении иска к Обществу с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал» о признании незаконным приказа Генерального директора Общества с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал» № 1 от 14 июля 2017 года об увольнении ФИО6 по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, о восстановлении на работе в офисе обособленного подразделения Общества с ограниченной ответственностью «АСТ Кемикал» в должности коммерческого директора, взыскании с ответчика в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула с 14 июля 2017 года по 04 сентября 2017 года в размере 127400 руб. 91 коп., в счет компенсации морального вреда 20000 рублей отказать

На решение суда могут быть поданы апелляционная жалоба, представление прокурора в Верховный суд Республики Мордовия через Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ленинского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия О.В. Селезнева

Мотивированное решение суда составлено 11 сентября 2017 года.

Судья Ленинского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия О.В. Селезнева