Апелляционное определение № 33-251/2026 33-3419/2025 от 22 марта 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

УИД 04RS0007-01-2025-000836-77

судья Гурман З.В.

№ дела суда 1 – й инстанции

2-1652/2025

Дело №33-251/2026 поступило 19 декабря 2025 г.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Улан-Удэ 23 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе:

председательствующего судьи Вагановой Е.С.,

судей коллегии Кудряшовой М.В., Чупошева Е.Н.,

при секретаре Юможаповой Н.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

по апелляционному представлению прокурора Железнодорожного района г. Улан-Удэ Петушкова Д.Н. на решение Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 9 апреля 2025 года, которым исковые требования удовлетворены, постановлено:

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО2 принадлежащее ФИО1 на праве собственности имущество – автомобиль марки «<...>», государственный регистрационный знак <...> года выпуска, двигатель ..., шасси ..., цвет <...>, паспорт транспортного средства ....

Обязать ФИО2 возвратить ФИО1 автомобиль марки «<...>», государственный регистрационный знак <...> года выпуска, двигатель ..., шасси ..., цвет <...>, паспорт транспортного средства ...

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 33 000 руб.

Заслушав доклад судьи Чупошева Е.Н., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 об истребовании из чужого незаконного владения автомобиля «<...>», государственный регистрационный знак <...> года выпуска, двигатель ..., шасси ..., цвет <...>, паспорт транспортного средства <...>; обязать ответчика ФИО2 возвратить вышеуказанный автомобиль, возместить расходы по оплате госпошлины.

Исковые требования мотивированы тем, что 29 июля 2024 г. между ФИО1 и ответчиком ФИО2 заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого ответчик ФИО2 передал в его собственность транспортное средство «<...>», государственный регистрационный знак <...> года выпуска, двигатель ..., шасси ... цвет <...>, паспорт транспортного средства ..., стоимостью 1 800 000 руб. Свои обязательства по договору купли-продажи истец исполнил в полном объеме, передав ответчику в день заключения договора купли-продажи денежные средства в размере 1 800 000 руб. После заключения договора купли-продажи, ... г. истец убыл <...>, оставив автомобиль во временном пользовании ответчика. После получения <...> истец для прохождения лечения вернулся в Республику Бурятия, однако ответчик, несмотря на просьбу истца, не отдает ему указанный автомобиль.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились.

В судебном заседании представитель истца по ордеру ФИО3 исковые требования поддержал.

Представитель ответчика по доверенности ФИО4 с исковыми требованиями согласился, суду пояснил, что расчет за автомобиль действительно был произведен в полном объеме, по согласованию сторон автомобиль временно находился у ответчика, в настоящее время ответчик готов возвратить автомобиль истцу, но предварительно отремонтировав его.

Судом постановлено вышеприведенное решение.

В апелляционном представлении прокурор Железнодорожного района г. Улан-Удэ Петушков Д.Н. просит отменить решение суда первой инстанции, ссылаясь на то, что фактические обстоятельства дела и доказательства свидетельствуют о злоупотреблении правом ФИО1, ФИО2 Признание иска не может быть принято судом, поскольку противоречит закону и нарушает законные интересы Российской Федерации. Принесение апелляционной жалобы ФИО1 на постановление Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ может свидетельствовать о намерении избежать конфискации транспортного средства. До постановления приговора в отношении ФИО2 на автомобиль в соответствии со ст. 115 УК РФ наложен арест постановлением суда.

Определением суда от 26 января 2026 г. судебная коллегия перешла к рассмотрению гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции, без учета особенностей, предусмотренных главой 39 ГПК РФ, к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены УМВД России по г. Улан-Удэ, Прокуратура Республики Бурятия, Прокуратура Железнодорожного района г. Улан-удэ, МТУ Росимущества в Забайкальском крае и Республике Бурятия.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО3 просил удовлетворить исковые требования, дополнительно пояснил, что в настоящее время автомобиль находится на штрафстоянке. Истец находился в отпуске и искал себе автомобиль для приобретения, стороны познакомились по объявлению о продаже. В Республику Бурятию истец приехал в ... г., до этого находился на <...> С июля по август истец также находился на территории Республики Бурятия. Купленную машину оставил у ответчика в связи с длительным отсутствием и отсутствием места для хранения. Договор хранения не заключался, предполагалось не пользование, а дополнительный ремонт до конца января 2025 г. Ранее стороны знакомы не были. Оставляя машину на хранения, ответчик не вызвал у истца сомнений. Денежные средства истец занял у сослуживцев, находясь на <...>, накапливал выплаты, из-за чего расчет произошел в два этапа.

Представитель ответчика ФИО4 исковые требования признал, дополнительно пояснил, что средства с продажи автомобиля частично пошли на установку крупногабаритных автоматических ворот. Насколько знает, ответчик поделился желанием продать автомобиль со знакомыми, которые работали на авторынке. Сомнений у ответчика не было, потому что истец находился на <...>, из-за чего имел высокий стабильный заработок. Автомобиль остался у ответчика, потому что истцу некуда было её ставить. Была устная договоренность, что ответчик совершенствует техническое состояние автомобиля. После продажи автомобиля ответчик использовал его один раз.

Представитель третьего лица УМВД России по г. Улан-Удэ по доверенности ФИО5 пояснила, что автомобиль является вещественным доказательством, находится на стоянке. Производство по уголовному делу возобновлено.

Представитель Прокуратуры Железнодорожного района г. Улан-Удэ по доверенности - ФИО6 в судебном заседании с иском не согласилась, просила в его удовлетворении отказать, пояснила, что данный автомобиль выставлялся на продажу 14 октября 2017 г., смена собственников зафиксирована 29 марта 2018 г. Больше автомобиль на продажу не выставлялся. Просила обратить внимание на то, что расписка от 10 августа 2024 г. в суде первой инстанции не представлялась. 12 февраля 2025 г., в ходе допроса, истец пояснил, что не выплатил полностью денежные средства за автомобиль. В договоре купли-продажи какого-либо условия о ремонте не содержится. Полагает, что данный спор инициирован во избежание конфискации автомобиля по уголовному делу.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционного представления извещены надлежащим образом. Судебная коллегия, руководствуясь ст.ст. 167, 327 ГПК РФ, посчитала возможным рассмотрение дела в отсутствие надлежаще извещенных лиц, участвующих в деле.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, при этом пределы осуществления гражданских прав определены в ст. 10 Кодекса, а способы защиты - в статье 12 Кодекса.

В силу п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно положениям ст. 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Основания приобретения права собственности установлены ст. 218 ГК РФ, согласно п. 2 которой право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с ч. 1 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчик вправе признать иск.

В силу ч. 1 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд не принимает признание иска ответчиком, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

В соответствии со ст. 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание иска ответчиком заносится в протокол судебного заседания и подписывается истцом, ответчиком или обеими сторонами. В случае если признание иска выражено в адресованном суду заявлении в письменной форме, это заявление приобщается к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания. Суд разъясняет истцу, ответчику или сторонам последствия отказа от иска, признания иска или заключения мирового соглашения сторон. При признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

Как следует из материалов дела, 29 июля 2024 г. между продавцом ФИО2 и покупателем ФИО1 заключен договор купли-продажи за 1 800 000 руб. транспортного средства марки «<...>», государственный регистрационный знак <...> года выпуска, двигатель ..., шасси ..., цвет <...> паспорт транспортного средства ....

Из содержания искового заявления следует, что указанный автомобиль находится в фактическом владении и пользовании ответчика ФИО2, в результате ФИО1 лишен возможности осуществлять права собственника в отношении принадлежащего ему транспортного средства.

По запросам суда апелляционной инстанции представлены следующие документы:

Постановлением дознавателя ОД ОП №2 УМВД России по г. Улан-Удэ от 8 февраля 2025 г. возбуждено уголовное дело в отношении ФИО2 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.3 УК РФ.

Из содержания постановления от 8 февраля 2025 г. следует, что 31 января 2025 г. около 16 часов 10 минут ФИО2, будучи привлеченным 23 августа 2024 г. к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.7 КоАП РФ, остановлен сотрудниками ОСБ ДПС ГАИ МВД по РБ у дома <...> за управлением автомобилем марки «<...> государственный регистрационный знак ...

Из протокола допроса свидетеля ФИО1 от 12 февраля 2025 г. следует, что 24 июля 2024 г. он приехал в отпуск в г. Улан-Удэ, где решил приобрести автомобиль. Он приехал на авторынок, где через знакомого перекупщика нашел автомобиль «<...> у незнакомого ему ФИО2 за 1 800 000 руб. 29 июля 2024 г. днем он встретился с ФИО2, они заключили договор купли-продажи автомобиля. После чего он отдал ФИО2 наличные денежные средства в размере 500 000 руб., при этом договорились, что оставшуюся сумму он отдаст после того, как приедет в следующий отпуск, так как данной суммы у него не было. ФИО1 забрал автомобиль и свидетельство о регистрации транспортного средства (далее – ТС), ездил на нем в период своего отпуска. 8 августа 2024 г. он отдал данный автомобиль ФИО2, чтобы тот его подремонтировал, а также оставил ему на хранение, поскольку не выплатил оставшуюся сумму. В паспорт ТС ФИО1 не вписался, так как договорились вписаться после того, как полностью рассчитается с ФИО2. <...> где потерял свидетельство о регистрации ТС и другие документы. Он знал, что ФИО2 лишен права управления ТС, был уверен, что ФИО2 не будет управлять его автомобилем. 7 февраля 2025 г. он узнал от ФИО2, что автомобиль находится на специализированной стоянке, так как Герасимова остановили сотрудники ГАИ на данном автомобиле.

В протоколе допроса от 12 февраля 2025 г. подозреваемый ФИО2 фактически подтверждает показания ФИО1 по обстоятельствам продажи автомобиля и того, каким образом автомобиль оказался у него на хранении. Дополнительно пояснил, что не ставил в известность ФИО1 о том, что лишен права управления. У ФИО1, как он полагает, сомнения, что ФИО2 не имеет права управления, не возникло. 31 января 2025 г. он загнал автомобиль на СТО, затем, около 15 часов 30 минут забрал отремонтированный автомобиль, решил поехать на нем на работу. В тот момент, когда садился за руль автомобиль, осознавал, что не имел права управлять ТС, но, несмотря на это, сел за управление автомобилем, так как надеялся, что сотрудники ГАИ его не остановят. Около 16 часов 10 минут 31 января 2025 г. его остановили сотрудники ГАИ для проверки документов, водительского удостоверения у него не было, после чего сотрудник ГАИ пригласил его в служебный автомобиль, пояснил, что в отношении него будет составлен протокол по ст. 12.7 КоАП РФ, а также, что его отстранят от управления ТС, при этом будет составлен соответствующий протокол.

Постановлением Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 23 июля 2025 г. удовлетворено ходатайство дознавателя ОД ОП №2 УМВД России по г. Улан-Удэ об аресте имущества подозреваемого ФИО2 – транспортного средства <...>), гос.рег.знак .... На ФИО2 наложен запрет пользоваться и распоряжаться данным имуществом, совершать любые сделки с ним, в том числе отчуждать (л.д. 122-123).

Апелляционным постановлением Верховного суда Республики Бурятия от 28 августа 2025 г. постановление от 23 июля 2025 г. изменено, исключено решение суда об установлении запрета на пользование автомобилем, поскольку суд фактически вышел за пределы ходатайства дознавателя (л.д. 124-125).

29 мая 2025 г. дознаватель ОД ОП№2 УМВД России по г. Улан-Удэ передал, а ООО «Данак» принял указанный автомобиль с целью дальнейшего хранения до принятия правового решения.

Из ответа начальника ОП№2 УМВД России по г. Улан-Удэ ФИО7, поступившего в суд 4 марта 2026 г., следует, что уголовное дело в отношении ФИО2, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.3 УК РФ, находится в производстве, в ближайшее время планируется выполнение требований ст. 217 УПК РФ и передача уголовного дела прокурору района для утверждения обвинительного акта и направления по подсудности.

Принимая во внимание, что в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 264.3 УК РФ, в рамках которого спорный автомобиль признан вещественным доказательством, согласно п. «д» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: транспортного средства, принадлежащего обвиняемому и использованного им при совершении преступления, предусмотренного статьей 264.1, 264.2 или 264.3 настоящего Кодекса.

По смыслу п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ и п. "д" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, транспортное средство, которое было использовано обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного ст. ст. 264.1 УК РФ, подлежит безусловной конфискации при условии, если оно принадлежит обвиняемому.

На основании п. 8 ч. 1 ст. 73 УПК РФ факт принадлежности обвиняемому транспортного средства, использованного им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, относится к предмету доказывания по уголовному делу и должен быть установлен судом на основе исследованных в судебном заседании доказательств.

В силу разъяснений, содержащихся в п. п. 3.1 и 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года N 17 (в редакции от 12 декабря 2023 года) "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве", для целей гл. 15.1 УК РФ, принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся как в его собственности, так и в общей собственности обвиняемого и других лиц.

Постановлением начальника ОД ОП №2 Управления МВД России по г.Улан-Удэ от 12 января 2026 г. отменено постановление о приостановлении дознания от 26 июля 2025 г. по ч.1 ст.264.3 УК РФ.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не находит оснований для принятия признания иска ФИО2

Согласно сведениям с сервера АИС ОСАГО (РСА) указанный автомобиль был застрахован в САО «<...>», по состоянию на 27 января 2026 г. страховой полис серии <...> прекратил действие (л.д. 145).

САО «<...>» в ответ на запрос суда представлен страховой полис серии <...> от 6 августа 2023 г. с периодом действия с 8 августа 2023 г. по 7 августа 2024 г. Договор страхования заключен в отношении лица, допущенного к управлению транспортным средством – собственником ФИО2

Из ответа МРЭО ГИБДД от 30 декабря 2025 г. следует, что собственником спорного ТС является ФИО2 По состоянию на 27 декабря 2025 г. транспортное средство с регистрационного учета не снималось (л.д. 149-150).

Представителем Прокуратуры Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ ФИО6 в суде апелляционной инстанции также представлен отчет от 20 марта 2026 г. об истории спорного автомобиля с сайта ДРОМ, согласно которому у указанного автомобиля было два владельца (период владения первым собственником ТС – с 7 мая 2013 г. по 29 марта 2018 г., период владения вторым собственником (ФИО2) с 29 марта 2018 г. по настоящее время). Обнаружено два объявления в Интернете о продаже автомобиля с датами 14 сентября 2017 г. и 14 октября 2017 г. Сведений о подаче объявления о продаже ТС после смены собственника 29 марта 2018 г. отчет не содержит.

Из разъяснений, содержащихся в п. п. 36, 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» следует, что в соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца. При этом, собственник должен доказать факт выбытия имущества из его владения помимо его воли.

Действующим законодательством предусмотрена обязательная регистрация самих автомототранспортных средств, обусловливающая их допуск к участию в дорожном движении, - вне зависимости от срока владения данным автомобилем, что связано, в том числе со спецификой транспортных средств как - с одной стороны - источников повышенной опасности и с другой стороны - как самостоятельных объектов налогообложения, а также обязательное снятие транспортных средств с государственного учета именно владельцами таких транспортных средств без ограничения периода владения по его продолжительности.

При этом обязательная регистрация указанных транспортных средств носит учетный характер и сама по себе не служит основанием для возникновения или прекращения на них права собственности.

Таким образом, снятие спорного автомобиля с регистрационного учета или его постановка на регистрационный учет, с одной стороны, не свидетельствует о прекращении или возникновении права собственности на него, но с другой стороны - исполнение указанных обязательных к исполнению собственниками транспортных средств обязанности обращения за такой регистрацией является одним из обстоятельств, позволяющих оценить добросовестность указанных лиц в отношениях по возникновению и прекращению права собственности на данное имущество, поскольку условием осуществления регистрационных действий является принадлежность транспортного средства конкретному лицу на том или ином законном основании (право собственности, право хозяйственного ведения или право оперативного управления, право аренды и тому подобное), которое должно быть подтверждено соответствующими документами.

В силу ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

На основании п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 2 ст. 456 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

В п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что моментом возникновения права собственности у приобретателя по договору является момент передачи имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право собственности на транспортные средства не подлежит государственной регистрации, и по общему правилу возникает с момент передачи транспортного средства.

Таким образом, из системного анализа приведенных норм следует, что предметом доказывания по искам об истребовании имущества из чужого незаконного владения выступает в совокупности - установление наличия оснований возникновения права собственности у истца на истребуемое имущество; незаконность владения ответчиком этим имуществом - выбытие этих вещей, находящихся в его собственности, из его владения помимо его воли; фактическое наличие имущества у ответчика.

В части 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Согласно части 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (часть 1 статьи 167 ГК РФ).

На основании части 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление злоупотреблением правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьей 10 и пунктом 2 статьи 168 ГК РФ.

Кроме того, в соответствии с частью 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка как сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла приведенных норм, направленных на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы и подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами по делу (ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 в подтверждение права собственности на автомобиль представил договор купли-продажи от 29 июля 2024 г., а также расписку о получении ФИО2 денежных средств 500 000 руб. за проданный автомобиль.

В суде апелляционной инстанции, после соответствующего запроса суда, стороной истца представлена копия расписки от 10 августа 2024 г., согласно которой ФИО2 получил от ФИО1 денежные средства в размере 1 300 000 руб., Следует отметить, что в рамках уголовного дела стороны ссылались только на то, что ФИО1 ФИО2 были переданы 500 000 руб. по расписке от 29 июля 2024 г.,

Из протокола допроса ФИО1 также следует, что 8 августа 2024 г. он оставил автомобиль у ФИО2, поскольку не выплатил ему оставшуюся сумму по договору купли-продажи, таким образом, судебная коллегия относится критически к представленной расписке от 10 августа 2024 г. о передаче 1 300 000 руб., а также, с учетом ст. 55, абзаца 2 п. 2 ст. 71 ГПК РФ, приходит к выводу, что указанная копия расписки не подтверждает реальность передачи 1 300 000 руб. по договору купли-продажи, поскольку оригинал соответствующей расписки в материалы дела не представлен.

Кроме того, в самом договоре купли - продажи не указано о рассрочке платежей и указаний о том, что автомобиль хранится у продавца.

Доводы стороны истца о том, что ФИО1 доверял ФИО2 автомобиль, оставляя его на хранении последнему, нельзя признать убедительными, поскольку стороны ранее известны не были, договор хранения дорогостоящего автомобиля не составлялся, документальных подтверждений невозможности пользования автомобилем и реализации полномочий собственника истцом не представлено, как и невозможность регистрации автомобиля в установленный законодательством 10-ти дневный срок и невозможности заключения договора ОСАГО новым собственником, при этом, ФИО2 не заявлял в страховую компанию САО «<...>» о досрочном прекращении договора обязательного страхования автомобиля сроком до 7 августа 2024 г., в случае продажи автомобиля 29 июля 2024 г.

Ни истец ФИО1, ни ответчик ФИО2 с 29 июля 2024 г. и по дату предъявления искового заявления не обращались в подразделение ГИБДД с заявлениями соответственно о постановке на регистрационный учет на имя ФИО1 и о снятии спорного автомобиля с регистрационного учета на его имя ФИО2, то действительность регистрации транспортного средства за ФИО2 с учетом презюмируемого принципа добросовестности сторон в гражданских правоотношениях предполагается.

Об этом же свидетельствуют действия ФИО2 по оформлению с его стороны 6 августа 2023 г. полиса ОСАГО в отношении спорного автомобиля на будущий период.

Факт неоформления со стороны истца ФИО1 полиса ОСАГО на данное транспортное средство в ходе судебного разбирательства не оспаривался, никаких доказательств иного в материалы дела не представлены.

С учетом изложенных обстоятельств оснований полагать наличие у ФИО2 воли к продаже автомобиля, в том числе ФИО1 не усматривается, а указанные действия истца в совокупности нельзя признать как свойственные для добросовестного покупателя (в частности, отсутствие указания в договоре о рассрочке платежа, при указании в нем единой суммы и ее получении, при наличии двух расписок, одна из которых датирована после заключения договора – 10 августа 2024 г., не оформление полиса ОСАГО и отсутствие регистрации ТС в установленный срок, отсутствие договора хранения дорогостоящего автомобиля между незнакомыми ранее лицами, отсутствие объявлений об автомобиле на сайте ДРОМ).

В связи с чем, судебная коллегия приходит к выводу о мнимости договора купли – продажи от 29 июля 2024 г. между ФИО2 и ФИО1, в связи с чем, оснований для признания договора №164 от 13 августа 2024 г. допустимым доказательством того, что ФИО2 были получены от ФИО1 1 300 000 руб. и потрачены на установку секционных ворот, судебная коллегия также не усматривает, а сами по себе заказы – наряды от 30 июля 2024 г. и 4 августа 2024 г., при установленных судом апелляционной инстанцией обстоятельствах, не подтверждают реальность договора купли – продажи автомобиля.

Таким образом, обратившись с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, ФИО1 должен был доказать, что автомобиль был передан ему по договору купли-продажи, у него возникло право собственности на спорный автомобиль, который в последующем выбыл из его владения помимо его воли.

Между тем, доказательства передачи ему автомобиля от ФИО2, истец суду не представил. Из искового заявления, протоколов допроса сторон в рамках уголовного дела, постановления о возбуждении уголовного дела, усматривается, что после заключения договора купли-продажи автомобиль оставался в пользовании ответчика, а относимых, допустимых и бесспорных доказательств невозможности самостоятельно распоряжаться автомобилем ФИО1 не представил.

Также по истребованным судебным запросом сведениям специального программного обеспечения «Паутина» (СПО «Паутина») ЦАФАП в области дорожного движения Госавтоинспекции следует, что автомобиль <...>), гос.рег.знак <...>, практически ежедневно передвигался по г. Улан-Удэ, в том числе в период с 10 августа 2024 г. (даты, когда, по его словам, ФИО1 убыл на СВО) до 31 января 2025 г. (даты составления протокола на ФИО2)

Анализируя представленные сторонами доказательства, а также представленные по запросу суда вышеизложенные документы, по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о том, что наличие договора купли-продажи автомобиля между ФИО1 и ФИО2 при отсутствии доказательств его фактического исполнения и передачи автомобиля покупателю, в рамках рассмотрения конкретного спора, не подтверждает возникновение права собственности истца на спорный автомобиль.

Представленные в качестве подтверждения реализации ФИО1 полномочий собственника документы, а именно копию заказа-наряда от 30 июля 2024 г., от 4 августа 2024 г., копию договора №164 от 13 августа 2024 г., суд апелляционной инстанции также оценивает критически по вышеизложенным основаниям. Судебная коллегия принимает во внимание, что подписи ФИО1 в указанных заказах-нарядах не содержится, доказательств фактической оплаты услуг по данным заказам-нарядам со стороны ФИО1 и лично им также не представлено, в связи с чем, не имеется оснований принимать данные копии заказов-нарядов в качестве доказательств подтверждения передачи ФИО1 спорного автомобиля в собственности.

Таким образом, бесспорных доказательств наличия у истца ФИО1 права собственности на спорное транспортное средство на основании договора его купли-продажи от 29 июля 2024 г. в материалы дела не представлено, из вышеприведенных доказательств основания полагать факт приобретения ФИО1 права собственности на автомобиль не усматривается, в связи с чем, основания для удовлетворения иска отсутствовали.

При таких обстоятельствах, учитывая, что спорный автомобиль истцу не передавался, право собственности у него на спорный автомобиль не возникло, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований об истребовании автомобиля из чужого незаконного владения.

Согласно ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).

В соответствии с п. 1 ст. 10 названного кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 2 этой же статьи, в случае несоблюдения названных выше требований, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Принимая во внимание выше установленные обстоятельства, судебная коллегия приходит к выводу, что в данном случае подача ФИО1 иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения 19 февраля 2025 г. осуществлена вопреки принципу добросовестности, установленному п. 1 ст. 10 ГК РФ, во избежание его конфискации в рамках уголовного дела в отношении ФИО2

При указанных обстоятельствах, решение суда нельзя признать законным и обоснованным и оно подлежит отмене, с принятием по делу нового решения об оставлении исковых требований без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Железнодорожного районного суда г. Улан-Удэ от 9 апреля 2025 года отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 об истребовании имущества из чужого незаконного владения оставить без удовлетворения.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в течение трех месяцев с даты изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 13.04.2026 г.

Председательствующий:

Судьи коллегии: