Решение № 2-138/2019 2-138/2019~М-117/2019 М-117/2019 от 13 августа 2019 г. по делу № 2-138/2019

УИД 72RS0012-01-2019-000225-43

№ 2-138/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с.Казанское

Казанского района

Тюменской области

14 августа 2019 года

Казанский районный суд Тюменской области

в составе председательствующего судьи Первушиной Н.В.,

при секретаре Волох Ю.Н.,

с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, его представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании заработной платы,

установил:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании материального ущерба (заработной платы). В судебном заседании ФИО1 настаивал на том, что, между ним и ИП ФИО2 были трудовые правоотношения и просил взыскать заработную плату за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по 30 000 рублей в месяц, всего в размере 60 000 рублей.

Свои требования ФИО1 мотивировал следующим:

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал водителем у ИП ФИО2 ФИО4 договор в письменном виде между ним и ФИО2 не заключался, а была лишь устная договоренность о том, что ФИО2 будет выплачивать ему заработную плату в размере 30 000 рублей в месяц. Работа заключалась в перевозке грузов внутри страны и в Республику Казахстан, а также в ремонте и обслуживании автомобиля. За 2 месяца работы он выполнил 8 рейсов в Казахстан. В соответствии с договоренностью между ним (ФИО1) и ФИО2 работал он (истец) ежедневно. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в одностороннем порядке прекратил с ним трудовые правоотношения. Заработную плату за весь период работы ФИО5 ему не выплачивал. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 давал ему в долг денежные средства в размере 47 044 рубля 36 копеек, погасив за него долг по исполнительным производствам. Он (истец) полагал, что заработная плата удерживается в счет погашения долга. Однако решением суда от ДД.ММ.ГГГГ с него была взыскана задолженность в размере 47 044 рубля 36 копеек. Таким образом, ФИО2 не зачел заработную плату в счет долга. Просит взыскать с ИП ФИО2 заработную плату в размере 60 000 рублей.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал, обстоятельства, изложенные в исковом заявлении, подтвердил, дополнительно пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ он по устной договоренности работал у ФИО2 водителем. Поскольку у него (ФИО1) имелся долг по исполнительному производству и был наложен запрет на выезд за границу Российской Федерации, ФИО2 заплатил за него долг по исполнительному производству в размере 47 044 рубля 36 копеек, после чего запрет сняли и он (истец) смог выезжать в Республику Казахстан. На работу он выходил ежедневно. Рабочий день был с 8 часов утра и до позднего вечера – иногда он домой приходил после 21 часа. Работали они вместе с К. – ездили в рейсы, ремонтировали автомобиль *** – ставили на него новый двигатель. Они работали все новогодние праздники. Однако заработную плату ФИО2 ему не выплачивал. Он выдавал денежные средства на ГСМ при направлении в поездки, но при возвращении он отчитывался перед ним за потраченные денежные средства, отдавал чеки, товарно-транспортные накладные. ДД.ММ.ГГГГ он (ФИО1) попросил ФИО2 оплатить его работу и заключить с ним трудовой договор, после чего ФИО2 перестал заезжать за ним по утрам, чтобы увезти на работу, как он делал это ранее. Он понял, что трудовые правоотношения между ними прекращены. По вопросу прекращения трудовых правоотношений он никуда не обращался. ДД.ММ.ГГГГ он встретился с ФИО2 и попросил выплатить ему заработную плату, но что ФИО2 ответил, что он (ФИО2) ничего ему не должен, из чего ФИО1 понял, что выплачивать заработную плату ФИО2 ему не будет. Поэтому он обратился в полицию. По результатам проверки ему было отказано в возбуждении уголовного дела. После чего ДД.ММ.ГГГГ он обратился в Следственный комитет. Однако Следственным комитетом ему также было отказано, после чего он обратился с иском в суд. Каких-либо препятствий для более раннего обращения в суд у него не имелось, уважительные причины для пропуска годичного срока обращения в суд с иском о взыскании заработной платы отсутствуют. Ранее в суд не обращался, поскольку надеялся, что ФИО2 выплатит ему заработную плату добровольно.

Ответчик ИП ФИО2 исковые требования не признал, пояснил, что действительно ФИО1 оказывал ему около трех раз услуги по перевозке груза. Однако за эти услуги он с ним рассчитался. Трудовых правоотношений между ним и ФИО1 не существовало, никакой договоренности о выплате заработной платы в размере 30 000 рублей в месяц между ними не было не было. Все водители, которые оказывают ему услуги по перевозке грузов, получают оплату, исходя из объема выполненной работы. Между ним и ФИО1 существовали лишь гражданско-правовые правоотношения, однако никаких письменных договоров об этом они не составляли, документов, подтверждающих тот факт, что он произвел оплату ФИО1 за фактически выполненную работу, у него не имеется, поскольку рассчитывался он с ним наличными денежными средствами, а так как ранее был хорошо знаком с ФИО1, то никаких расписок у него не брал. Ремонт автомобилей ФИО1 не осуществлял, а если приходил в гараж и оказывал помощь другому водителю – К., то только лишь по своей инициативе. Также он (ФИО1) несколько раз брал принадлежащую ему (ФИО2) автомашину *** для собственных нужд. Так, ему известно, что он доставлял на его (ФИО2) автомобиле *** сено в <адрес>, однако кому именно – не знает. Кроме того, он ездил в поездки вместе с К., объясняя это тем, что дома ему находиться скучно. Один раз он ездил вместе с ним (ФИО2) в Казахстан для установления тахометра на автомобиль, но за рулем автомобиля был он (ФИО2), а ФИО1 ездил пассажиром по своей собственной инициативе по той же причине (скучно находиться дома). Считает, что он ФИО1 ничего не должен.

Представитель ответчика ИП ФИО2 – ФИО3 исковые требования ФИО1 не признала, доводы, изложенные ФИО2, подтвердила, просила применить последствия пропуска срока обращения с иском в суд и отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетеля К., исследовав письменные материалы дела, суд исходит из следующего:

ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (л.д. 24-29) с разрешенным видом деятельности, в том числе, деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам.

Таким образом, в силу ст. 4 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 209-ФЗ (ред. от 02.08.2019) «О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации», и ст. 309.1 Трудового кодекса РФ ИП ФИО2 относится к субъектам малого и среднего предпринимательства.

У него в собственности имеется автомобиль марки ***, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, государственный регистрационный номер № (л.д. 93-94).

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», правовое регулирование трудовых и непосредственно связанных с ними отношений с участием работников, работающих у работодателей - физических лиц, являющихся индивидуальными предпринимателями, и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, осуществляется Трудовым кодексом Российской Федерации (далее - ТК РФ), иными федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, другими нормативными правовыми актами, а также коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права, трудовыми договорами (статьи 5, 6, 8 - 10 ТК РФ).

Согласно статье 309.2 Трудового кодекса Российской Федерации работодатели - субъекты малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, вправе отказаться полностью или частично от принятия локальных нормативных актов, например правил внутреннего трудового распорядка, положения об оплате труда, положения о премировании, графика сменности, а также других актов, регулирующих вопросы, которые в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации должны регулироваться локальными нормативными актами. В таких случаях указанные вопросы регулируются трудовыми договорами, заключаемыми с работниками на основе типовой формы трудового договора, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 27 августа 2016 года N 858 "О типовой форме трудового договора, заключаемого между работником и работодателем - субъектом малого предпринимательства, который относится к микропредприятиям".

Регулирование труда работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, влекущее снижение уровня гарантий, ограничение их прав, повышение их дисциплинарной и (или) материальной ответственности, осуществляется исключительно Трудовым кодексом Российской Федерации (в частности, главой 48 ТК РФ "Особенности регулирования труда работников, работающих у работодателей - физических лиц" и главой 48.1 ТК РФ "Особенности регулирования труда лиц, работающих у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям") либо в случаях и порядке, им предусмотренных (статья 252 ТК РФ).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

Оценив представленные доказательств в их совокупности, суд исходит из следующего:

Стороны не оспаривали тот факт, что ФИО1 осуществлял деятельность в интересах ИП ФИО2, на принадлежащем ему (ФИО2) автомобиле марки ***, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, государственный регистрационный номер №, и за его счет.

Так, и ФИО2, и ФИО1, а также свидетель К. в судебном заседании подтвердили, что транспортные расходы при осуществлении поездок по поручению ФИО2 оплачивались самим ФИО2

При этом эта деятельность осуществлялась ФИО1 регулярно, по мере поступления к ФИО2 заказов на доставку грузов, о чем свидетельствуют представленные суду договоры-заявки от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ.

Бремя доказывания того, что между ФИО2 и ФИО1 существовали именно гражданско-правовые, а не трудовые правоотношения, лежит на ответчике.

Однако в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств тому, что данные услуги ФИО1 оказывал ФИО2 на основании гражданско-правовых договоров, суду не представлено.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля К. пояснил, что ФИО1 осуществлял не только поездки на принадлежащем ФИО2 автомобиле, но и помогал ему (К.) осуществлять ремонт принадлежащего ФИО2 автомобиля ***. Однако на каких условиях тот это делал, он (К.) не знает. При этом подтвердил, что ФИО1 на рабочее место доставлял ФИО2 либо он (К.).

Кроме того, суд учитывает, что ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации установлен запрет на заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что между истцом и ответчиком фактически существовали трудовые правоотношения.

Решая вопрос о периоде существования трудовых правоотношений, суд принимает во внимание следующее:

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Из справки по результатам оперативно-розыскного мероприятия «Наведение справок» (л.д. 9-10) следует, что на принадлежащем ФИО2 автомобиле ФИО1 пересекал Государственную границу Российской Федерации 16 раз (туда и обратно) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку суду не представлено иное, суд находит доказанным факт трудовых правоотношений между ФИО1 и ИП ФИО2 именно в этот период – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Доказательств наличия трудовых правоотношений в более продолжительный период времени материалы дела не содержат.

Личные записи сторон: ИП ФИО2 (л.д. 18) и ФИО1 (л.д. 21-22), не могут быть приняты судом во внимание, поскольку документами они не являются, сторонами – ФИО1 и ФИО2 соответственно не подтверждены.

Стороной ответчика заявлено о применении последствий пропуска срока обращения ФИО1 с иском о взыскании заработной платы в суд.

Оценивая данные доводы, суд исходит из следующего:

Согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Предусмотренный для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора является более коротким по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством (три года). Однако такой срок, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, признан разумным и соразмерным, поскольку установленные данной статьей сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника, включая право на своевременную оплату труда, и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (определения от 21 мая 1999 года N 73-О, от 12 июля 2005 года N 312-О, от 15 ноября 2007 года N 728-О-О, от 21 февраля 2008 года N 73-О-О и др.).

При пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ).

Согласно разъяснениям Верховного суда Российской Федерации, изложенным в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», в качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и тому подобное.

Однако истец в судебном заседании пояснил, что какие-либо уважительные причины для пропуска срока для обращения в суд у него отсутствовали. Он длительное время не обращался в суд, поскольку надеялся, что ФИО2 выплатит ему заработную плату добровольно.

Однако данные доводы суд не может принять в качестве уважительной причины пропуска срока для обращения в суд, поскольку, как пояснил сам ФИО1, уже ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 ему лично сообщил об отказе в выплате заработной платы, заявив о том, что он не намерен ничего выплачивать. Об этом же указано и в объяснениях ФИО2, изложенных в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 71). ФИО1 пояснил, что получил данное постановление ДД.ММ.ГГГГ.

Из разъяснений Верховного суда Российской Федерации, изложенных в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», следует, что об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Из отказного материала № следует, что в Отд МВД России по Казанскому району ФИО1 обратился ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором указано о наличии между ФИО1 и ФИО2 гражданско-правовых правоотношений (л.д. 70-78).

ФИО1 пояснил, что данное постановление он получил ДД.ММ.ГГГГ.

Начало течения срока для обращения в суд законодатель связывает с днем, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Своевременность обращения в суд зависит от волеизъявления работника, а при пропуске срока по уважительным причинам он может быть восстановлен судом (часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 должен был знать и понимать, что его право на получение заработной платы в полном объеме нарушено, а с ДД.ММ.ГГГГ он знал о том, что его спор с ФИО2 следует разрешать в гражданско-правовом порядке, то есть путем обращения с иском в суд.

Однако ФИО1, не имея каких-либо препятствий, распорядившись своими правами по собственному усмотрению, своего права на защиту своевременно не реализовал, обратился в суд лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя более двух лет с момента окончания трудовых правоотношений и получения отказа ФИО2 в выплате заработной платы, и спустя более полутора лет после получения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ.

Все последующие обращения ФИО1 в подразделения Следственного комитета Российской Федерации суд не может признать уважительной причиной пропуска срока обращения в суд, поскольку о том, что ему следует разрешать возникший спор путем предъявления иска в суд, ему было известно (либо должно было быть известно) не позднее ДД.ММ.ГГГГ

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истец пропустил срок обращения с иском в суд.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Ходатайств о восстановлении пропущенного срока истцом не заявлено.

Иных доводов и доказательств уважительности причин пропуска срока обращения с иском в суд истцом не представлено.

На основании изложенного, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере по 30 000 рублей в месяц всего в сумме 60 000орублей в полном объеме.

Руководствуясь ст. 15, 309.2, 392, Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере по 30 000 рублей в месяц всего в сумме 60 000орублей отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Казанский районный суд Тюменской области.

Мотивированное решение изготовлено в печатном варианте 19 августа 2019 года.

Председательствующий судья: /подпись/ Н. В. Первушина

Подлинник решения подшит в гражданское дело № 2-138/2019 и хранится в Казанском районном суде Тюменской области.

Судья

Казанского районного суда Н. В. Первушина