Апелляционное постановление № 22-1788/2023 от 13 сентября 2023 г. по делу № 1-437/2023

Судья: Сультимова И.В.

Дело № 22-1788/2023

Верховный суд Республики Бурятия


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Улан-Удэ 14 сентября 2023 года

Верховный суд Республики Бурятия в составе:

Председательствующего судьи Перовой С.М., единолично,

при секретаре Гармаевой Н.В., с участием: прокурора Управления прокуратуры Республики Бурятия Леденёва Д.О., осуждённого ФИО1, защитника – адвоката Бадмацыренова А.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бадмацыренова Б.Б. на приговор Советского районного суда г.Улан-Удэ от 31 июля 2023 г., которым

ФИО1, родившийся ... в <...><...>, не судимый:

- осужден по ч.2 ст. 309 УК РФ к штрафу в размере <...> рублей, с рассрочкой уплаты штрафа на 4 месяца, т.е. по <...> рублей ежемесячно.

Указаны реквизиты для перечисления штрафа.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить по вступлении приговора в законную силу.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Доложив материалы уголовного дела, выслушав осуждённого ФИО1, адвоката Бадмацыренова Б.Б., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Леденёва Д.О., полагавшего приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за принуждение свидетеля Г.А.Г., к даче ложных показаний по уголовному делу в суде, соединенное с шантажом.

Преступление совершено в период с ... до ... мин. ... на территории «<...>», по адресу: <...>, при обстоятельствах изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 вину в предъявленном обвинении не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Бадмацыренов Б.Б. выражает несогласие с приговором суда. Указывает, что суд не привел в приговоре доказательств того, что ФИО2 является автором записки. Согласно показаниям потерпевшей Г.А.Г. автором записки она считает Ф.А. либо его адвоката Т.Л.В.. Согласно заключению эксперта ....... (психологическая экспертиза), автор текста записки и адресат записки являются участниками событий, изложенных в записке. Из показаний свидетеля защиты Ф.А.А. следует, что участниками этих событий являются он, Г.А.Г. и ее супруг. Данным доказательствам оценки судом не дано. Суд необоснованно не принял во внимание доводы ФИО2 о том, что автором записки является Г.А.Г., данные доводы судом не опровергнуты. То обстоятельство, что ФИО2 и Г.А.Г. встречались ... не свидетельствует о передаче записки. ФИО2 данные обстоятельства отрицает. Оценка показаниям потерпевшей Г.А.Г. судом дана с нарушением требований УПК, не приняты во внимание доводы ФИО2 о наличии у потерпевшей оснований для его оговора. Только лишь показания Г.А.Г. не могут являться доказательством виновности ФИО2. В приговоре не мотивировано, почему обращение ФИО2 правоохранительные органы или в суд с заявлением о совершении Г.А.Г. коррупционного нарушения будет действием, направленным на распространение несоответствующей действительности и позорящих её сведений. Указанное не может расцениваться как распространение позорящих и несоответствующих действительности сведений. Суд не дал оценки показаниям Ф.А., в части сообщенных им сведений органу следствия в отношении Г.А.Г., которые опровергают выводы суда. Суд не указал, по каким основаниям принял во внимание показания Г.А.Г. и отверг показания Ф.А., не мотивировал исключение из обвинения признака незаконности привлечения к уголовной ответственности. Ссылаясь на разъяснения Верховного Суда РФ, содержащихся в Постановлении Пленума, Обзор судебной практике указывает, что в приговоре не приведено доказательств того, что изложенные в записке угрозы могли осуществиться реально, не указаны интересы потерпевшей, которые затронуты угрозой. Суд не мог прийти к выводу, что о том, что ФИО2 мог участвовать в принятии решения об уголовном преследовании или содействовать таковому, поскольку вмешательство в деятельность органов следствия и суда при отправлении правосудия недопустимо. Приговор содержит противоречивое суждение о том, что на основании ложного доноса Г.А.Г. будет привлечена к уголовной ответственности, что противоречит требованиям ст.8 УК РФ. Вывод суда о заведомости ложного доноса не подтвержден доказательствами, отсутствует процессуальное решение, принятое в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Ходатайство защиты о возвращении уголовного дела прокурору судом не рассмотрено надлежащим образом, не мотивировано в приговоре. Основания для возвращения уголовного дела прокурору имелись, поскольку постановление о привлечении ФИО2 и обвинительное заключение содержат противоречия, в описании преступного деяния субъектом шантажа является Ф.А., однако шантаж, как способ преступления, вменен ФИО2.

В приговоре имеются противоречия, которые повлияли на выводы суда и на правильность применения уголовного закона. Так, ФИО2 признан виновным в принуждении к даче показаний, соединенного с шантажом, где способом совершения преступления является выражение угрозы распространения ложных сведений, позорящих потерпевшую, а источником выражения этой угрозы признан не осужденный, а свидетель защиты Ф.А.. Согласно выводам суда Г.А.Г. испытала чувство страха из-за того, что ее деловая репутация, честь и достоинство могут быть опорочены, если Ф.А.А. сообщит правоохранительным органам либо суду заведомо ложные сведения о совершении ею преступления, а также из-за того, что реально опасалась быть привлеченной к уголовной ответственности.

Оспаривает выводы суда об отсутствии оснований для отвода Т.Л.В. в качестве защитника на предварительном следствии, поскольку согласно исследованного протокола осмотра предметов осмотрен телефон осужденного с заметкой "Т.Л.В. вопрос по записке, напоминание - ...." Делает вывод, что Т.Л.В. обладал сведениями, имеющими значение для дела, и должен был быть допрошен в качестве свидетеля. Несмотря на наличие оснований для отвода защитника, с ним проведены следственные действия, в том числе ФИО2 предъявлено обвинение.

В судебном заседании свидетель Л.Ц.Ц. не подтверждал оглашенные показания в части, касающейся осужденного, вместе с тем, суд указал в приговоре, что свидетель их подтвердил. Просит приговор суда в отношении ФИО1 отменить, вынести в отношении него оправдательный приговор.

В возражении на апелляционную жалобу адвоката заместитель прокурора Бахутова И.М. просит отставить ее без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение участников судебного процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для их удовлетворения.

Вина ФИО1 в совершении преступления, при установленных судом обстоятельствах подтверждается совокупностью приведенных в приговоре доказательств, проверенных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и получивших надлежащую оценку.

Вопреки доводам жалобы адвоката, фактические обстоятельства дела судом первой инстанции установлены правильно.

Выводы суда о виновности осужденного ФИО1 подтверждаются показаниями потерпевшей Г.А.Г. в суде, оглашенными ее показаниями данными в ходе предварительного расследования, которые она подтвердила, о том, что именно ФИО2 ..., которого ранее не знала, дал ей записку. В записке ее принуждали дать ложные показаний по уголовному делу в отношении Ф.А., по которому она дала показания в качестве свидетеля, изобличающие Ф.А., шантажировали незаконным привлечением её к уголовной ответственности. На вопрос ФИО3, какой будет её ответ, она ответила: "Нет", на что ФИО3 сказал, что она пожалеет об этом и ей будет очень плохо. На её вопрос: "Почему плохо", ответил, что ФИО3 даст чистосердечное признание и она пойдет вместе с ним паровозом.

Также вина осужденного подтверждается показаниями свидетелей:

- Л.Ц.Ц. в суде, оглашенными его показаниями, данными в ходе предварительного расследования и подтвержденные им в судебном заседании, согласно которым ФИО2 мог высказать угрозы Г.А.Г., чтобы она не давала показаний на его брата - Ф.А. А. Братья понимали, что если Г.А.Г. не даст показаний на А., тот сможет уйти от уголовной ответственности;

- С.В.В., охранника <...>» в суде, согласно которым на территорию <...> могу пройти посторонние люди. Имеется видеонаблюдение. ФИО1 ему не знаком, Г.А.Г. знает, на её автомобиль выписан пропуск.

Обстоятельств, свидетельствующих о недостоверности показаний потерпевшей, свидетелей или об оговоре ими осужденного, не установлено. Показания указанных лиц согласуются с исследованными судом доказательствами. Каких-либо существенных противоречий, которые могли бы поставить под сомнение правильность выводов суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, при установленных судом обстоятельствах, не содержат. При таких обстоятельствах оснований сомневаться в их достоверности у суда первой инстанции не имелось. Поэтому суд правильно привел их в приговоре в качестве доказательств виновности осужденного.

Также вина ФИО1 подтверждается:

- протоколом осмотра места происшествия от ..., в ходе которого осмотрена территория прилегающая к зданию «<...>», расположенного по адресу: <...>;

- протоколом выемки, согласно которому специалист Октябрьского районного суда выдала записку;

- протоколом осмотра предметов, в ходе которого осмотрен бумажный лист формата А4 с текстом;

- заключением эксперта ....... от ..., согласно которому в переданной ФИО1 записке Г.А.Г. содержатся лингвистические признаки угрозы негативных последствий для адресата, угрозы быть основным обвиняемым по уголовному делу, отбывать наказание в тюрьме. В высказываниях ФИО1 в адрес Г.А.Г., зафиксированных в протоколе допроса потерпевшей, содержатся лингвистические признаки негативных последствий для адресата, а именно, угроза- предупреждение о негативных последствиях для адресата быть основным обвиняемым по уголовному делу, отбывать наказание в тюрьме.

- заключением эксперта ... от ..., согласно которому в тексте записки, передГ.А.Г. А.Г. ФИО1 имеются признаки оказания психологического воздействия/давления на адресата текста в виде устрашения возможностью наступления реального уголовного наказания, формирования чувства безвыходности (представления об отсутствии выхода, за исключением дачи нужных автору записки показаний) и тем самым эксплуатации значимых для адресата потребностей (в безопасности, в недопущении предъявления ложного обвинения в совершении преступлений, в сохранении и защите чести, достоинства и деловой репутации) и инициирования негативных переживаний (страха, тревоги) с целью дачи ею необходимых автору (предписанных в тексте записки) показаний при предстоящих следственных мероприятиях или в судебном заседании.

Кроме этого, вина осужденного подтверждается протоколами следственных действий, результатами ОРМ, проведенных по делу, а также другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Показания осужденного ФИО1 о своей невиновности суд обоснованно признал недостоверными и расценил их как способ защиты от предъявленного обвинения, вызванного желанием избежать уголовной ответственности за совершенное преступление, поскольку они полностью опровергнуты совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Все доказательства, собранные по делу, надлежащим образом проверены судом, обоснованно признаны допустимыми, а в своей совокупности достаточными, для признания осужденного виновным в совершении преступления. Оснований сомневаться в данной судом оценки доказательств суд апелляционной инстанции не находит, так как она соответствует требованиям ст. 88 УПК РФ.

При этом суд привел в приговоре доказательства, на основании которых пришел к выводу о виновности ФИО1, а также мотивы, по которым отверг другие доказательства, а именно показания осужденного о своей невиновности, об оговоре его потерпевшей. Доводы жалобы адвоката фактически сводятся к переоценке доказательств, которым судом была дана надлежащая оценка. Несовпадение оценки доказательств, данной судом, с позицией стороны защиты не свидетельствует о нарушении судом требований ст.88 УПК РФ.

Оценив исследованные доказательства в совокупности, вопреки доводам жалобы, суд правильно пришел к выводу о том, что автором записки является сам осужденный ФИО1

Таким образом, фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и действия осужденного ФИО1 верно квалифицированы по ч.2 ст. 309 УК РФ, как принуждение свидетеля к даче ложных показаний, соединенное с шантажом.

Выводы суда относительно юридической квалификации действий осужденного в приговоре надлежащим образом мотивированы, основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, соответствуют положениям уголовного закона, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции правильными.

В соответствии с разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2022 г. № 20 "О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам против правосудия", шантаж, применяемый для принуждения к даче показаний состоит в высказывании или ином выражении угрозы распространения заведомо ложных сведений, позорящих свидетеля, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам указанного лица.

Вопреки доводам жалобы адвоката, для квалификации действий ФИО1 по данному составу преступления не имеет значение, соответствует ли сведения, которыми он шантажировал потерпевшую Г.А.Г. действительности, основным является то обстоятельство, что потерпевшая восприняла их как реальную угрозу, способную представить ее в негативном виде.

Обстоятельства того, что потерпевшая угрозу, содержащуюся как в тексте записке переданной ФИО2, так и высказанную самим осужденным восприняла реально, подтверждается не только ее показаниями, но заключениями экспертиз - судебно-лингвистической и судебной психологической, исследованных в судебном заседании.

Состав преступления, предусмотренного ч.2 ст.309 УУК РФ, является формальным, преступление считается оконченным с момента высказывания любой угрозы в адрес потерпевшего с целью принуждения последнего к совершению действий. В связи с чем, отсутствие правового решения, о чем в жалобе указывает адвокат, не влияет на правильность выводов суда о виновности осужденного в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах и квалификацию его действий.

Мотив совершения осужденным преступления судом установлен правильно - желание помощь брату избежать уголовной ответственности.

Вопреки доводам жалобы, описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст.307 УПК РФ, содержит доказательства, на которых основаны выводы суда. Постановленный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемых к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, проанализированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации действий, назначенному наказанию, разрешены иные вопросы.

Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, мотиве. Каких-либо противоречий, как по установленным судом обстоятельствам совершенного осужденным умышленного преступления, мотивов его совершения, формы вины, так и по квалификации его действий, приговор не содержит. Обоснованность осуждения ФИО1 по ч.2 ст.309 УК РФ, сомнений не вызывает.

Доводы жалобы о допущенных в ходе расследования уголовного дела нарушениях норм уголовно-процессуального закона, также являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными.

Предварительное следствие по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Нарушений норм уголовно-процессуального закона, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом и постановления на основании данного обвинительного заключения приговора, органом предварительного расследования не допущено.

Постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, обвинительное заключение, отвечают требованиям уголовно-процессуального закона, предусмотренных ст.ст.171, 220 УПК РФ. Также как требует уголовно-процессуальный закон указанные процессуальные документы содержат описание преступного деяния, признанного доказанным, с указанием, места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Формулировка предъявленного ФИО1 обвинения объективно не препятствовала ему знать в чем он обвиняется, не ограничивала его право на защиту от предъявленного обвинения всеми не запрещенными законом способами, которыми осужденный воспользовался, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, право осужденного на защиту в ходе предварительного расследования не было нарушено. Оснований, предусмотренных ст.72 УПК РФ, для отвода адвоката по соглашению Т.Л.В. не имелось. Сведений о том, что адвокат Т.Л.В. ненадлежащим образом осуществлял защиту ФИО1 на стадии предварительного расследования, не имеется, не представлено таких сведений ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанций.

То обстоятельство, что в ходе осмотра телефона, изъятого у осужденного ФИО1, имелась информация о лице по фамилии "ФИО48", не свидетельствует о том, что адвокат Т.Л.В. обладал информацией по данному уголовному делу, и это являлось обязательным основанием для его допроса.

Допрошенный в судебном заседании, по ходатайству стороны защиты в качестве свидетеля адвокат Т.Л.В., каких-либо сведений о том, что он обладал такой информацией не давал, и сторона защита данные обстоятельства не выясняла.

При таких обстоятельствах оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, вопреки доводам жалобы адвоката, у суда первой инстанции не имелось.

Оснований полагать, что показаниям свидетеля защиты ФИО1 судом первой инстанции дана оценка не отвечающая требованиям уголовно-процессуального закона, не имеется, с учетом установленной судом совокупности доказательств, подтверждающих вину осужденного в совершении преступления.

Вопреки доводам жалобы адвоката, свидетель Л.Ц.Ц. в судебном заседании подтвердил свои оглашенные показания, данные в ходе предварительного расследования, что подтверждается протоколом судебного заседания, замечаний на который сторонами не приносилось. То обстоятельство, что свидетель пояснял в судебном заседании, что не помнить в настоящее время какие давал показания, не свидетельствует о том, что он их не подтверждает.

Как следует из протокола судебного заседания, нарушений принципа состязательности и равноправия сторон в судебном заседании председательствующим по делу не допущено. Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст.273-291 УПК РФ, с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права. Все ходатайства, заявления сторон, разрешены судом в соответствии с требованиями закона, с вынесением мотивированных решений.

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о его личности, возраста, состояния здоровья, социального и материального положения, обстоятельств смягчающих наказание, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признал: наличие несовершеннолетних детей, болезненное состояние близких родственников, оказание помощи матери, оказание благотворительной помощи, отсутствие судимостей.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, суд обоснованно не усмотрел и верно пришел к выводу о назначении осужденному наказания в виде штрафа, надлежащим образом мотивировав выводы в приговоре.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов влекущих отмену или изменение приговора суда, в том числе по доводам жалобы адвоката, не установлено.

Приговор суда признается законным, обоснованным и справедливым, а доводы апелляционной жалобы адвоката Бадмацыренова Б.Б. несостоятельными, а потому удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Советского районного суда г.Улан-Удэ от 31 июля 2023 г. в отношении осужденного ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Бадмацыренова Б.Б. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление в соответствии с главой 47.1 УПК РФ, может быть обжаловано в Восьмой Кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Председательствующий судья С.М.Перова