Решение № 2-129/2020 2-129/2020(2-2265/2019;)~М-2043/2019 2-2265/2019 М-2043/2019 от 13 февраля 2020 г. по делу № 2-129/2020

Дело №2-129/2020

УИД 26RS0017-01-2019-003884-39


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 февраля 2020 года город-курорт Кисловодск

Кисловодский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Ивашиной Т.С.,

при секретаре судебного заседания Суторминой И.Г.,

с участием представителя истца ФИО1 – адвоката Горшкова А.В., действующего на основании доверенности 26АА3792592 от 04.10.2019 и ордера №С140858 от 10.12.2019,

представителя ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО2, действующей на основании доверенности №5230/Ч1731 от 22.07.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО «Сбербанк России», Ставропольскому отделению №5230 Юго-Западного банка ПАО Сбербанк, отделению №5230/0728 в городе Кисловодске Ставропольского отделения №5230 Юго-Западного банка ПАО Сбербанк о признании незаконным приказа о прекращении трудового договора, возложении обязанности издать приказ о расторжении трудового договора по инициативе работника, признании прекращенными трудовых отношений с указанной даты, изменении формулировки основания увольнения, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, с учетом уточнения исковых требований в порядке ст.39 ГПК РФ, обратилась в Кисловодский городской суд с исковым заявлением к ПАО «Сбербанк России», Ставропольскому отделению №5230 Юго-Западного банка ПАО Сбербанк, отделению №5230/0728 в городе Кисловодске Ставропольского отделения №5230 Юго-Западного банка ПАО Сбербанк, в котором просила признать незаконным приказ о прекращении трудового договора №213-к от 23.10.2019 по основаниям, предусмотренным пп.7 ч.1 ст.81 ТК РФ; обязать издать приказ о расторжении трудового договора в соответствии с ч.3 ст.80 ТК РФ (по инициативе работника) с даты, указанной в заявлении от 13.10.2019, а именно с 22.10.2019; признать прекращенными трудовые отношения с даты, указанной в заявлении от 13.10.2019, а именно 22.10.2019; изменить формулировку основания увольнения с пп.7 ч.1 ст.81 ТК РФ на п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (ч.3 ст.80 ТК РФ) - по инициативе работника; взыскать компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей.

В обоснование исковых требований истец пояснила в заявлении, что в период с 28.06.2012 по 23.10.2019 по трудовому договору №90 от 28.06.2012 она состояла в трудовых отношениях с ПАО «Сбербанк России» Ставропольское отделение № 5230 дополнительный офис № 5230/0728 в г.Кисловодске. С 09.09.2013 работала на должности менеджера по продажам дополнительного офиса №5230/0728 г. Кисловодск.

03.10.2019 в связи с резким ухудшением состояния здоровья ФИО1 была вынуждена проходить лечение и оформить больничный лист. 13.10.2019 ФИО1, находясь на стационарном лечении, в ГБУЗ «Кисловодская ГБ» обратилась к работодателю с заявлением о расторжении трудового договора по основаниям, предусмотренным п.3 ст. 80 ТК РФ.

Данное обращение было обусловлено невозможностью в дальнейшем продолжением работы, что непосредственно было связано с обострением заболевания панкреатит, сопровождавшегося острой болью в животе, рвотой, повышением температуры, которое впоследствии перешло в фазу ремиссии. В ходе лечения ФИО1 были получены рекомендации лечащего врача, о необходимости соблюдения строгой диеты, своевременного приема лекарственных препаратов, прохождении ряда процедур, что в целом не будет давать возможности исполнять обязанности по трудовому договору надлежащим образом.

Данные обстоятельства в целом препятствовали ей продолжать работу в должности менеджера по продажам дополнительного офиса 5230/0728 в г. Кисловодск Сбербанка России, так как установленный график работы не позволял ей проходить полный курс лечения, в том числе и соблюдать диету надлежащим образом.

На момент обращения с заявлением о расторжении трудового договора ФИО1 находилась на стационарном лечении, была не трудоспособна, и не могла знать как точного исхода лечения заболевания, так и сроков лечения заболевания, в связи с чем попросила расторгнуть трудовой договор 22.10.2019.

Заявление о расторжении договора было подано ее представителем по доверенности непосредственно в головной офис отделения банка №5230 г. Ставрополь, аналогичное заявление было направлено ею на имя управляющего отделением СБ РФ № 5230 посредством почтовой связи 14.10.2019.

17.10.2019 ФИО1 была получена телеграмма за подписью заместителя управляющего отделением №5230 о необходимости представления медицинских документов, подтверждающих невозможность продолжения работы. Считает, данное требование работодателя носит противозаконный характер, так как нормы трудового законодательства не ставит в зависимость обязанность работодателя расторгнуть трудовой договор, только в случае предоставления работником подтверждающих документов. Нормами Трудового кодекса также не предусмотрено предоставление работодателю документов, подтверждающих невозможность продолжения работы.

18.10 2019 ФИО1 направила телеграмму работодателю, в которой подтвердила свое волеизъявление о расторжении трудового договора по собственному желанию, обосновав изменением состояния здоровья и сообщила, что подтверждающие документы будут представлены после прохождения лечения.

Как следует из текста телеграммы, полученной ФИО1, отправленной работодателем 21.10.2019, ей было отказано в расторжении трудового договора с 22.10.2019 по причине не предоставления документов, подтверждающих невозможность продолжения работы.

Таким образом, принятое 21.10.2019 работодателем решение об отказе в расторжении трудового договора носит заведомо противозаконный характер, так как в соответствии с приказом Минздравсоцразвития РФ от 02.02.2012 № 441 Н, которым утвержден порядок выдачи справок, медзаключений, они выдаются в срок не превышающий трех рабочих дней с момента окончания медицинских мероприятий. То есть получить лист нетрудоспособности возможно было только после его закрытия, то есть в течении трех дней с момента закрытия.

Трудовым кодексом РФ не определена обязанность работника представлять работодателю медицинские документы, содержащие сведения, составляющие врачебную тайну, тем более в требовании работодателя отсутствовали сведения о том, что данные документы необходимы для предоставления их на медицинскую комиссию, то есть лицам имеющим право дать медицинское заключение о возможности либо не возможности в дальнейшем ФИО1 продолжать работу в должности менеджера по продажам ПАО «Сбербанк России».

Согласно ч. 3 ст. 80 ТК РФ работодатель обязан был расторгнуть трудовой договор, с даты указанной в заявлении, вследствие того, что работник в данном случае обосновывал свое требование наличием у него заболевания, что не препятствует работнику расторгнуть трудовой договор с даты указанной в заявлении по собственному желанию.

В соответствии с ч.2 ст. 84.1 ТК РФ по требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения).

В нарушение данной нормы Трудового кодекса, по требованию о предоставлении ФИО1 надлежащим образом заверенной копии приказа 213-к от 23.10.2019 о применении к ней дисциплинарного взыскания и о прекращении трудового договора, руководитель КЕА ознакомила истца не с приказом о применении дисциплинарного взыскания, а с его копией и предоставить оригинал самого приказа категорически отказалась. Таким образом ответчиком была нарушена установленная ТК РФ процедура привлечения к дисциплинарной ответственности работника и процедура увольнения работника.

В соответствии с ч. 9 ст. 394 ТК РФ, в случаях увольнения с нарушением установленного порядка увольнения, суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями

В результате незаконного отказа работодателя в расторжении трудового договора по собственному желанию, ФИО1 испытала физические страдания, которые выражаются в переживании стрессовой ситуации в период болезни, в результате чего резко ухудшилось ее состояние в период болезни, она испытывала сильнейшие головные боли, резкий подъем артериального давления, размер компенсации морального вреда она оценивает в 200000 рублей.

Представитель ПАО «Сбербанк России» ФИО2 представила суду возражения на исковое заявление, в которых считает заявленные требования необоснованными, незаконными и не подлежащими удовлетворению. Представитель ответчика пояснила, что ФИО1 в соответствии с трудовым договором №90 от 28.06.2012 (в редакции дополнительного соглашения от 09.12.2013) работала в должности менеджера по продажам дополнительного офиса №5230/0728. С ФИО1, заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности от 01.12.2014. Должностные обязанности, права и ответственность ФИО1 определены должностной инструкцией от 15.03.2019 (ранее – должностной инструкцией от 25.08.2018). В частности, в её должностные обязанности входило, в том числе: консультирование и реализация клиентам всего спектра банковских продуктов и услуг; соблюдение стандартов сервиса; контроль и обеспечение сохранности ценностей; осуществление операций по обслуживанию физических лиц; осуществление операций кредитования клиентов.

В связи с поступлением жалобы от клиента К. работодателем проведено служебное расследование, по итогам которого составлен Акт служебного расследования №2019.09.17-3951-52 от 26.09.2019 В ходе служебного расследования установлены факты ненадлежащего исполнения ФИО1 должностных обязанностей, что привело к возникновению ущерба у клиентов и Банка. В частности, в ходе служебного расследования установлено, что ФИО1 вносила изменения в АС «ЕКП» в персональные данные клиента без надлежащего распоряжения клиента. Изменение персональных данных повлекло исключение в личном кабинете клиента информации о выданном кредите, в том числе и об остатке ссудной задолженности.

Также ФИО1 при проведении досрочного погашения кредита по кредитному договору клиента не оформляла заявления на досрочное погашение кредита, графики платежей для последующей передачи их в кредитное досье клиента. В нарушение п. 13.1.9 приложения 13 Технологической схемы предоставления потребительских кредитов физическим лицам по КФ-технологии и клиентского сопровождения от 24.05.2018 № 4770 сотрудником ФИО1 не осуществлен досыл заявления и графиков платежей на досрочное погашение кредита в подразделение, ответственное за хранение кредитных досье.

Кроме того, ФИО1 осуществляла переводы денежных средств со своего счета на счет по кредитному договору клиента. В соответствии с политикой ПАО Сбербанк по противодействию коррупции №3370-2 от 25.07.2018 и Распоряжением от 07.09.2018 № ЮЗБ/398-Р «О мероприятиях, направленных на предотвращение конфликта интересов» работникам Банка необходимо исключать случаи совершения операций/платежей в пользу клиентов/контрагентов Банка, в том числе для упрощения административных и прочих формальностей и иных процедур в любой форме.

Данные факты подтверждены обращением и письменными пояснениями клиента, Актом служебного расследования №ДД.ММ.ГГГГ-3951-52 от 26.09.2019 и его материалами.

В рамках служебного расследования у ФИО1 были запрошены письменные объяснения по выявленным нарушениям требований внутренних нормативных документов Банка при обслуживании клиентов. ФИО1 представила формальные объяснения, которые противоречили материалам служебной проверки.

С 03.10.2019. по 21.10.2019 у ФИО1 длился период временной нетрудоспособности, в течение которого 15.10.2019 в Банк поступило заявление об увольнении 22.10.2019 по инициативе работника «в связи с непредвиденным изменением состояния здоровья». Заявление было сдано нарочно третьим лицом, не наделенным правом представлять интересы ФИО1 в трудовых отношениях. В связи с чем, 17.10.2019 в её адрес была направлена телеграмма с просьбой подтвердить свое намерение расторгнуть трудовой договор, а также представить документальное подтверждение обстоятельств, обязывающих работодателя расторгнуть трудовой договор по инициативе работника в срок, указанный в её заявлении. Дополнительно она была уведомлена о том, что в случае не предоставления соответствующих документов, увольнение 22.10.2019 по её заявлению произведено не будет. ФИО1 было предложено подтвердить свое согласие на увольнение 29.10.2019, по истечении 14-дневного срока предупреждения об увольнении. Документы, подтверждающие невозможность продолжения ФИО1 работы, работодателю не были представлены. 22.10.2019 и 23.10.2019 ФИО1 не вышла на работу без объяснения причин. В ходе коммуникаций, проведенных с работником 22.10.2019 и 23.10.2019, сведений о причине отсутствия на работе получить не удалось (акты от 22.10.2019, акты от 23.10.2019).

23.10.2019 на основании приказа №213-к к ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения, трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ - совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Доводы истца о получении листков нетрудоспособности в течение трех дней после окончания периода нетрудоспособности, не состоятельны, так как Приказ Минздравсоцразвития РФ от 02.02.2012 №441-Н не регулирует порядок выдачи листков нетрудоспособности. В соответствии с Порядком выдачи листков нетрудоспособности, утвержденном Приказом Минздравсоцразвития России от 29.06.2011 №624н (ред. от 10.06.2019), листок нетрудоспособности выдается гражданину медицинской организацией по его желанию в день обращения после его осмотра либо в день закрытия листка нетрудоспособности (п.5, п.6 Порядка).

Право расторжения трудового договора до истечения срока предупреждения истец обосновывает наличием у неё хронического заболевания. Однако ч.3 ст. 80 ТК РФ не содержит основания, влекущего возникновения данного права в силу наличия хронического заболевания и не предусматривает обязанности работодателя по расторжению трудового договора по причине нежелания работника продолжать трудовые отношения в силу наличия каких-то личных обстоятельств, в том числе связанных с состоянием здоровья. В соответствии с указанной нормой работодатель обязан расторгнуть трудовой договор с работником в случае, когда заявление работника об увольнении по его инициативе обусловлено невозможностью продолжения им работы.

Право на расторжение трудового договора в указанную работником дату в связи с изменением состояния здоровья появляется у работника только в случае такого изменения состояния здоровья, которое влечет невозможность продолжения им работы, в том числе по причине наличия у имеющихся у работника в силу заболеваний противопоказаний к выполнению трудовых обязанностей по занимаемой должности.

Представленные ФИО1 выписка из истории болезни №, выписка из амбулаторной карты №, не являются доказательством невозможности продолжения её работы по окончании периода временной нетрудоспособности, т.е. с 22.10.2019, а напротив, указывает на возможность дальнейшей работы.

В выписке № указано, что после проведенного лечения состояние больной улучшилось, она выписана к труду с 22.10.2019. В представленной истцом медицинской документации отсутствуют сведения о противопоказаниях к выполнению работы по должности менеджер по продажам, либо сведения об ограничении трудоспособности ФИО1

Доводы о нарушении установленного порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, нарушении порядка прекращения трудового договора, выразившиеся в не ознакомлении с приказом об увольнении, не соответствуют фактическим обстоятельствам, не основаны на нормах ТК РФ.

ФИО1 в день увольнения 23.10.2019 отсутствовала на рабочем месте. Во исполнение требований ч.2 ст.84.1 ТК РФ на приказе об увольнении работодателем была произведена отметка о невозможности ознакомления работника в день увольнения с указанием причины. Заверенная копия приказа направлена в адрес работника в день увольнения 23.10.2019. На следующий день после увольнения 24.10.2019 ознакомлена с содержанием приказа об увольнении.

Каких-либо ограничений по применению к работнику дисциплинарного взыскания в виде увольнения, в том числе во время действия предупреждения об увольнении по инициативе работника, Трудовым кодексом РФ не установлено. Это следует из разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2, работодатель вправе применить к работнику дисциплинарное взыскание и тогда, когда он подал заявление о расторжении трудового договора по своей инициативе, поскольку трудовые отношения в данном случае прекращаются лишь по истечении срока предупреждения об увольнении. Следовательно, работодатель может уволить такого работника за действия, дающие основания для утраты доверия к нему со стороны работодателя (п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ). При этом, реализация права работодателя на применение дисциплинарного взыскания, не может расцениваться как нарушение права работника на расторжение трудового договора по его инициативе.

Истец ФИО1 надлежащим образом извещена о месте и времени разбирательства дела, в судебное заседание не явилась, находится в <адрес>, поскольку в отношении нее избрана мера пресечения в виде заключения по стражу по уголовному делу в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>. Истец ходатайствовала о рассмотрении гражданского дела в её отсутствие и направила в суд своего представителя адвоката Горшкова А.В.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей.

Представитель истца ФИО1 - адвокат Горшков А.В. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Представил письменные объяснения по существу заявленных исковых требований.

Представитель ответчиков ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

С учетом положений ст.167 ГПК РФ гражданское дело рассмотрено в отсутствие не явившегося истца.

Применив к спорным правоотношениям нормы действующего законодательства, оценив по правилам ст. 67 ГПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в иске ФИО1

В соответствии со ст. 81 ч. 1 п. 7 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Как указано в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты довериям к ним.

Утрата доверия предполагает невозможность дальнейшего продолжения трудовых отношений, независимо от предшествующего поведения работника и его отношения к труду.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества).

В силу ст.192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

В силу статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

В соответствии с ч.2 ст. 84.1 ТК РФ с приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

В судебном заседании установлено, что 28.06.2012 истец ФИО1 принята на работу в ПАО «Сбербанк России» Ставропольского отделения №5230 дополнительный офис № 5230/0728 на должность специалиста по обслуживанию частных лиц, что подтверждается трудовым договором №90 от 28.06.2012 и приказом №-к от ДД.ММ.ГГГГ.

С 09.12.2013 в трудовой договор внесены изменения и ФИО1 принята на работу в Дополнительный офис №5230/0728 на должность менеджера по продажам, что подтверждается дополнительным соглашением № и выпиской из приказа № от ДД.ММ.ГГГГ.

01.12.2014 ОАО «Сбербанк России» заключен с ФИО1 договор о полной индивидуальной материальной ответственности.

Должностной инструкцией ФИО1 от 15.03.2019 подтверждается, что в её должностные обязанности (п.2.1) входило непосредственное обслуживание материальных ценностей, работа с денежными средствами и иными материальными ценностями.

В связи с запросом от 13.09.2019 проведено служебное расследование, по итогам которого установлены факты ненадлежащего исполнения ФИО1 должностных обязанностей и составлен Акт №ДД.ММ.ГГГГ-3951-52 от ДД.ММ.ГГГГ. В рамках служебного расследования у ФИО1 отобраны письменные объяснения по выявленным нарушениям.

На основании материалов служебной проверки, акта служебного расследования №ДД.ММ.ГГГГ-3951-52 от ДД.ММ.ГГГГ, письменных объяснений ФИО1 от 16.09.2019, 20.09.2019, 24.09.2019 вынесен Приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора с работником (увольнении) №-к от ДД.ММ.ГГГГ, менеджером по продажам ДО № ФИО1 за ненадлежащее исполнение своих трудовых обязанностей, установленных буллитами 1,17,18 направления 5 п.2.1, п.п.4.1, 4.2, 4.3 должностной инструкции 15.03.2019, выразившиеся в виде неправомерных действий по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ, применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по пп.7 ч.1 ст.81 ТК РФ; прекращено действие трудового договора от 28.06.2012 №, ФИО1 уволена 23.10.2019 в связи с расторжением трудового договора по инициативе работодателя, вследствие совершения работником, непосредственно обслуживающим денежные средства, виновных действий, дающих основание для утраты доверия со стороны работодателя по пп.7 ч.1 ст.81 ТК РФ.

Следует отметить, что в ходе рассмотрения данного гражданского дела выводы служебной проверки истцом не оспаривались. Ввиду указанных обстоятельств, поскольку истец являлся работником, непосредственно обслуживающим денежные ценности, у работодателя имелись достаточные основания для его увольнения по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ в связи с утратой доверия.

В соответствии с ч.3 ст. 80 Трудового кодекса РФ и п.22 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» предусмотрен перечень причин, по которым работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника, в том числе: зачисление в образовательное учреждение, выход на пенсию либо наличие иных уважительных причин, в силу которых работник не может продолжать работу, например, направление супруга на работу за границу, к новому месту службы.

Согласно Разъяснениям Госкомтруда СССР и Секретариата ВЦСПС от 09.07.1980 № 5/12-21 «О порядке применения пункта 16 Постановления ЦК КПСС, Совета Министров СССР и ВЦСПС от 13 декабря 1979 г. № 1117 «О дальнейшем укреплении трудовой дисциплины и сокращении текучести кадров в народном хозяйстве» (утв. Постановлением Госкомтруда СССР и Секретариата ВЦСПС от 09.07.1980 № 198/12-21), к числу таких причин можно также отнести и болезнь, препятствующую продолжению работы или проживанию в данной местности согласно медицинскому заключению, вынесенному в установленном порядке (в связи с принятием Трудового кодекса РФ указанный документ используется в части, не противоречащей кодексу).

Подобный порядок подтверждения именно медицинским заключением состояния здоровья, при котором противопоказана работа по занимаемой должности, установлен и ст. 73, ст.83 ТК РФ, регулирующими отношения в связи с невозможностью продолжения работы по состоянию здоровья работника.

Данный порядок применим и в случае расторжения трудового договора в порядке ч.3 ст. 80 ТК РФ. так как вследствие отсутствия прямого указания в ч.3 ст. 80 ТК РФ состояния здоровья в качестве причины невозможности продолжения работы, в данной норме также отсутствует и порядок документального подтверждения данной причины.

Из материалов дела следует, что после проведения служебной проверки, до вынесения оспариваемого приказа об увольнении, 15.10.2019 на имя управляющего Ставропольским отделением СБ РФ поступило заявление ФИО1 о расторжении трудового договора в соответствии со ст.80 ТК РФ, по собственному желанию в связи с невозможностью продолжения работы по обстоятельствам непредвиденного изменения состояния здоровья.

Согласно телеграмме от 17.10.2019 заместитель управляющего Ставропольским отделением №5230 ПАО Сбербанк России ФИО3 информировала ФИО1 о необходимости подтверждения работником действительности волеизъявления об увольнении, так как способ подачи заявления не позволял достоверно определить это обстоятельство; о необходимости предоставления медицинских документов, подтверждающих состояние здоровья и возможность продолжения работы, а в случае их непредоставления в срок до 21.10.2019 – об отказе в расторжении трудового договора 22.10.2019, и расторжении договора в порядке, предусмотренном ч.1 ст.80 ТК РФ по истечении 14 дней со дня получения заявления.

Аналогичные сведения изложены в уведомлениях ФИО1 направленных в её адрес 17.10.2019 исх.№1066 и 22.10.2019 исх.№1109.

Согласно ч.3 ст. 80 ТК РФ, работодатель обязан расторгнуть трудовой договор с работником в случае, когда заявление работника об увольнении по его инициативе обусловлено невозможностью продолжения им работы.

То обстоятельство, что ФИО1 указала дату увольнения как 22.10.2019, не связывает работодателя обязанностью расторжения трудового договора с заявленной даты, такая обязанность из закона не вытекает.

Доводы истца о неознакомдении с приказом об увольнении также опровергаются материалами дела.

Как установлено судом, ФИО1 в день увольнения 23.10.2019 отсутствовала на рабочем месте, что подтверждается актом, составленным работниками ПАО Сбербанк.

Во исполнение требований ч.2 ст.84.1 ТК РФ уполномоченным лицом на приказе об увольнении произведена отметка о невозможности ознакомления работника в день увольнения с указанием причины.

Заверенная копия приказа направлена в адрес работника в день увольнения 23.10.2019, что подтверждается уведомлением эксперта отдела организационно-кадровой экспертизы Управления организационно-кадровой экспертизы и вознаграждения Юго-Западного Банка исх.№859, получено истцом 30.10.2019.

24.10.2019 ФИО1 ознакомлена с содержанием приказа об увольнении, что подтверждается её собственноручной записью о несогласии с приказом.

При таких обстоятельствах, руководствуясь нормами трудового законодательства, суд приходит к выводу, что ответчиком соблюден порядок увольнения, предусмотренный статьей 193 Трудового кодекса РФ, от работника своевременно получены объяснения по факту проведения служебной проверки, дисциплинарное взыскание применено в предусмотренный законодательством срок, при применении взыскания работодателем учтены характер и тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, дисциплинарное взыскание в виде увольнения применено в предусмотренный законом срок с момента окончания служебного расследования. При увольнении истца по ст. 81 ч. 1 п. 6 пп. "а" ТК РФ нарушений норм трудового законодательства допущено не было.

В соответствии с ч. 4 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Отказывая ФИО1 в иске об изменении формулировки увольнения, возложении обязанности издать приказ об увольнении по собственному желанию работника с указанной им даты, суд исходит из того обстоятельства, что при наличии оснований для расторжения трудового договора с работником по статье 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по одному из оснований указанной статьи независимо от поданного работником заявления об увольнении по иному основанию, в том числе - по собственному желанию.

В силу указанного, у суда не имеется правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда 200000 руб. в пользу истца с ответчика.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ПАО «Сбербанк России», Ставропольскому отделению №5230 Юго-Западного банка ПАО Сбербанк, Ставропольскому отделению №5230/0728 в г. Кисловодске Ставропольского отделения №5230 Юго-Западного банка ПАО Сбербанк о признании приказа о прекращении трудового договора №213-к от 23.10.2019 по основаниям, предусмотренным пп.7 ч.1 ст.81 ТК РФ, незаконным; обязании издать приказ о расторжении трудового договора в соответствии с ч.3 ст.80 ТК РФ (по инициативе работника) с даты, указанной в заявлении от 13.10.2019, а именно с 22.10.2019; признании прекращенными трудовые отношения с даты, указанной в заявлении от 13.10.2019, а именно 22.10.2019; изменении формулировки основания увольнения с пп.7 ч.1 ст.81 ТК РФ на п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (ч.3 ст.80 ТК РФ) - по инициативе работника; взыскании компенсации морального вреда в размере 200000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Ставропольский краевой суд через Кисловодский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено 21.02.2020.

Председательствующий судья подпись Т.С. Ивашина